Занятие 1 слово и его стилистическая окраска. Точность словоупотребления



страница4/8
Дата05.03.2016
Размер1.36 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8
§ 333. В классе частиц объединяются неизменяемые незнаменательные слова, которые выполняют следующие функции: 1) участвуют в образовании морфологических форм слов и форм предложения с разными значениями ирреальности (см. §535-543); 2) выражают самые разнообразные субъективно-модальные характеристики и оценки сообщения или отдельных его частей; 3) участвуют в выражении цели сообщения (вопросительность), а также утверждения или отрицания; 4) характеризуют действие или состояние по его протеканию во времени, по полноте или неполноте, результативности или нерезультативности его осуществления. Перечисленные функции частиц группируются, с одной стороны, в функции формообразования, с другой — в функции разнообразных коммуникативных характеристик сообщения. В любом случае в частице присутствует значение отношения: или отношения (отнесенности) действия, состояния либо целого сообщения к действительности, или отношения говорящего к сообщаемому, причем оба эти вида отношений очень часто совмещаются в значении одной частицы. Значением частицы как отдельного слова является то отношение, которое выражается ею в предложении.

Характерной чертой многих частиц является то, что по своему строению и функциям они сближаются с наречиями, союзами или междометиями и не всегда могут быть им строго противопоставлены; во многих случаях частицы сближаются также с вводными словами.

3

Из «Русского словаря» В.В. Лопатина и Л.Е. Лопатиной

АВТОРСТВО, -а, ср. Принадлежность произведения автору. Скрыть свое а.

АВТОРУЧКА, -и, ж. Ручка для письма, в к-рой чернила (или чернильная паста) автоматически подаются к перу (к шарику).

АГЕНТУРА, -ы, ж. Разведывательная служба (в 3 знач.), а также (собир.) совокупность людей, выполняющих такую службу. | прил. агентурный. Агентурные сведения.

АГИТАТОР, -а, м. Тот, кто занимается агитацией. | прил. агитаторский. <...>

4

Аннотация книги: Козырев В.А., Черняк В.Д. Вселенная в алфавитном порядке: очерки о словарях русского языка. — СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2000. — 356 с.

Книга посвящена русской лексикографии — теории и практике составления словарей. В ней рассматриваются традиции русской лексикографии, основные направления словарного дела в России, аспекты описания русского языка в словарях различных типов. Рассматриваются конкретные типы словарей, сложившиеся в отечественной лексикографии. Особое внимание уделяется лексикографическим изданиям конца XX в. В книге представлено около 700 различных словарей. Таким образом, она явится не только полезным пособием для изучающих русское слово во всех его проявлениях, но и своеобразным путеводителем по русским словарям для широкого читателя.

5

В.Г. Костомаров «Языковой вкус эпохи»

Сейчас наше общество, вне всякого сомнения, встало на путь расширения границ литературного языка, изменения его состава, его норм, Более того, нормальные темпы языковой динамики резко повышены, что создает нежелательный разрыв в преемственности традиций, в целостности культуры. Даже будучи быстро приостановлены, такие процессы 20-х годов — с их созидательной установкой на либерализацию языка — оставили значительные следы в нашем образованном общении. И уже сейчас все громче раздаются голоса, выражающие опасения о состоянии русского литературного языка, к которому ведет следование по пути расширения литературно-языковых границ.

Даже те, кто приветствует торжествующий либерализм, кому он представляется вполне оправданным на фоне ухода общества от косного авторитарного единомыслия к свободе, к воле, к разнообразию, протестуют против безоглядности этого процесса, против крайностей А.С Пушкина дать русскому языку «поболе воли, чтобы развивался он сообразно законам своим», они не хотят спокойно мириться с небрежностью, раскованностью в употреблении языка, с вседозволенностью в выборе средств выражения. Но в этих явлениях не видят неизбежных следствий оправдываемой установки, но лишь индивидуальные, пусть и частые до массовости проявления низкого культурного уровня населения, элементарного незнания норм литературного языка и законов стиля.


2. Сравните статьи Этимологического словаря с научно-популярным текстом на ту же тему. Выделите языковые особенности научно-популярного подстиля.

Банк. Заимств. В Петровскую эпоху (вероятно, через франц. посредство) из итал., где banco «банк» < «конторка, стол менялы» восходит к нем. Bank «стол, скамья». Семантика нем. Bank подобна др.-рус. стол, «скамья, стол»; «престол, столица».

Банка. Заимств. В XVII в. Из польск., где banka – суф. производное от bania «выпуклый сосуд», восходящего к общеслав. баня «посуда для воды» < «ванна». См. баня.

Баня. Общеслав. заимств. из народной латыни, где banea < balnia – видоизмененное balneum «баня, купальня» < «ванна» (отсюда бальнеология). Лат. balneum – из греч. balanein.
Банк. Что общего между банком и лавкой? Финансист, делец, вероятно, нашел бы между ними какое-нибудь сходство по существу; мы же видим его в этимологии обоих слов.

Русское «лавка» первоначально значило «скамья в избе», потом – «прилавок торговца» его рабочем помещении. Наконец так стали называть всю ту избу, в которой производилась торговля, – «балаган с прилавочком».

Точно так же немецкое «банк» сначала значило «скамейка», затем – «скамейка менялы», т.е. тот прилавок, за которым в средневековых городах производился размен всевозможной монеты (властителей-то было числом не счесть; монетных систем – столько же!). Лишь много позже слово это стало названием учреждения, занятого всевозможными денежными, финансовыми операциям, «банка».

Банка. Похоже на предыдущее слово, а сходства и родства между ними не ищите. Зато по отношению к «бане» «банка» близкая родственница. Корень обоих слов встречается во многих европейских языках. По-украински «пузырек», «кувшинчик» – «банька». Латинское «бальнэум», греческое «баланэйон» означали одновременно и «купальня» и «ванна» –– сосуд для мытья. Как видите, от всего этого рукой подать в одну сторону до нашей «баньки», в другую – до «бани».
3. Популяризируйте статьи этимологического словаря: сделайте материал занимательным и доступным пониманию младших школьников.

1. Дом. Общеслав. индоевроп. характера (ср. др.-инд. dama «дом», греч. domos «строение», лат. domus «дом» и т.д.) производное от demti «строить» (ср. греч. demo «строю». Дом буквально – «строение, построенное (руками человека) жилище».

2. Комната. Др.-рус. заимств. из польск. яз., где comnata, ср. лат. cominata «комната» < «отапливаемое помещение» – суф. производное от caminus «печь, очаг». См. камин.

3. Коридор. Заимств. в Петровскую эпоху из нем. яз., где korridor «коридор» < франц. corridor «проход», через итал. посредство восходящее к лат. currere «бежать, идти». Ср. аллея.

4. Кухня. Заимств. в XVI в. из польск. яз., где kuchnia < др.-нем. kuchina, передающего лат. coquinq «кухня, кулинарное искусство», суф. производное от coquere «варить».

5. Сарай. Др.-рус. заимств. из тюрк. яз., где sarai «дом, дворец, стойло, сарай» < др.-перс. sarai «дворец», родственного готск. hrot «крыша». В виде сераль – «дворец» это слово пришло к нам из фр. яз.

6. Дама. Заимств. в Петровскую эпоху из франц. яз., где dame «дама» < лат. domina «госпожа» (от domus «дом»). См. дом.
4. Переложите тексты № 1, 2, 4 из задания №1 в устную форму. Какие уровни текста (синтаксический, морфологический, лексический, фонетический) потребовали изменения в каждом случае?
ПРАКТИЧЕСКОЕ ЗАНЯТИЕ 5

ПУБЛИЦИСТИЧЕСКИЙ СТИЛЬ



Вопросы:

1. Дайте определение публицистического, стиля, его функциональную характеристику.

2. Назовите подстили публицистического стиля.

3. Укажите лексико-фразеологические особенности публицистического стиля.

4. Укажите синтаксические особенности публицистического стиля.

5. Перечислите стандартизированные средства публицистического стиля.



Практические задания:

1. Проанализируйте данный текст на предмет выявления в публицистике стандартизированных и экспрессивных языковых средств.

Атмосфера России проясняется — все путем, — и хотя гул прибоя по-прежнему содрогает почву, влажные хлопья тумана уже не ребят объективы телекамер и мы видим этих смельчаков. Отчаянные балансируют на разодранных гребнях волн.

То и дело накрывает свинцовым пластом, но — глядите! — вот они снова и снова на вершине внимания СМИ.

Что за дремучие силы скрываются за метафорой неукротимой водной стихии? Ответ на этот вопрос прояснит пути дрейфа — тенденции — профессии PR, ведь именно PR должен балансировать на гребне общественного расположения. Чутко улавливать тенденции. <...> Явные тенденции хорошо преподают на Западе. Их влияние заметно и немедленно сказывается на оперативных и тактических результатах. Без знания рационально-менеджерской основы делать в PR нечего. Однако знание это перестало быть уделом избранных — уже идут первые выпуски молодых специалистов государственного стандарта PR. Причем, как сплетничали на конференции по экономической психологии, не только открытого стандарта... Вот и возникает вопрос — а что еще может быть сакрального в такой прозрачной профессии?

Неужели только технологии распространения информации — что-то вроде пресловутых «коэффициентов обгорания» агитационных листовок при доставке их на территорию противника снарядами?

Думается, что дошла очередь и до глубин PR. Что это такое? Отнюдь не владение дюжиной «секретных» метариторических приемов. Будущее PR — в овладении силой течений стратегических тенденций национального сознания, этикой территорий, геоинформатикой и политикой.

Это знание изменит само представление о технологиях PR: не хотите ли использовать
размножившиеся слухи, мотивирующие намеки, генетические алгоритмы и самоустанавливающиеся цели? Именно на гребнях этих волн будут умело балансировать лет через десять вольные невидимки. Может быть. Если набрать «PR» в русском регистре, то получится «ЗК». <...> Милости просим в Социальную Экологию.

(А. Ульяновский)


2. Укажите лексико-фразеологические особенности приведенных текстов: общественно-политическую лексику и фразеологию, оценочную и экспрессивную, слова с переносным значением, неологизмы, новые заимствования, термины и жаргонизмы.

1

О Шолохове можно говорить много, а можно и мало, ведь лучше всего говорят о Шолохове его книги; и то, что жизнь русского народа выдвинула из своих глубин явление такого масштаба, как Шолохов, само по себе знаменательно... Приход вслед за Толстым, Достоевским в скором времени в непредсказуемую русскую действительность нового эпического художника несет на себе печать благословения, печать неисчерпаемой и неукротимой народной души <...>



Всякий действительно крупный художник прежде всего отличается от массы да и просто талантливых тем, что после него остаются созданные им бессмертные образы, именно в них с неповторимой силой запечатлены индивидуальные черты того или иного человека, но в них запечатлены и нравственные искания, социальные страсти целой эпохи. Такие герои со страниц произведений идут в народ, становятся необходимыми ему, своими, они помогают не только богаче и полнее жить, но и с достоинством, когда пробьет час, умереть. Пожалуй, в мировой литературе это Одиссей, Мефистофель, Гамлет и Лир, Дон Кихот, Фауст, Уленшпигель, Борис Годунов у Пушкина, Болконский и Хаджи-Мурат у Толстого, Демон у Лермонтова, могучие и беспомощные в своих страстях образы Достоевского. А великий Гоголь, умевший одним легким прикосновением вдохнуть в творение живую и неповторимую душу? Разумеется, этот высокий круг можно дополнять и дополнять, хотя он далеко не бесконечен, природа никогда не была слишком щедрой на такие исключительные свершения, да она в своей бережливости и права, потому что совершенствованию человеческому положить предела нельзя... Для его же пользы перед человеком всегда должен стоять прекрасный пример.

(П. Проскурин)

2

МОСКВА И ПЕТЕРБУРГ



Противопоставление Москвы и Петербурга, традиционное в русской культуре со времени появления на свет Северной столицы, предполагает ряд одних и тех же парадигм, казалось бы, незыблемых. Всегда подчеркивалось, что Москва — это город, выросший сам собой, естественно, стихийно, а Петербург был воздвигнут по воле одного человека, возникнув в сказочно короткий срок на пустом и ровном месте, Петербург появившийся как дерзкий замысел, наперекор стихии, «назло надменному соседу», и потребовал неимоверного напряжения сил от народа, возводившего этот «парадиз» на невских болотах. Петербург был европейским городом, но воспринимался при этом как символ и воплощение жесточайшего азиатского деспотизма, без которого он не смог бы и появиться на свет. Эта победа над стихией придала какой-то зыбкий и двусмысленный колорит самому городу; в его основании уже лежал изначальный порок и изъян; и на всем протяжении петербургской истории не было недостатка в мрачных пророчествах о его скорой и неминуемой гибели. В то же время Москва, воскреснув, как Феникс из пепла, после наполеоновского пожара, казалась городом вечным, черпающим свои силы в самом себе, в отличие от Петербурга, поддерживаемого только насилием. Это постоянное ожидание катастрофы в Петербурге, «возникшем над бездной», в сочетании с внешним его блеском и пышностью, доходящими до театральности, давало постоянное ощущение некой призрачности города и нереальности его. Петербург воспринимается как город фантастический, обманчивый, неуловимый, ускользающий, его постоянно сравнивают с грезой, миражом, видением — в противовес трезвой и будничной Москве. И вместе с тем искусственность появления города давала ощущение чрезмерной правильности, выверенности, рациональности, регулярности, геометрической прямолинейности Петербурга, особенно заметными по сравнению с хаотичной, разбросанной и беспорядочно застроенной Москвой. Петербург был первым городом России, и Москва рядом с ним казалась огромной деревней, но деревней милой, уютной и хлебосольной, в отличие от холодного, туманного и неприветливого Петербурга.

(Т. Бурмистров. — Мир русского слова. 2003. № 1)


3. Охарактеризуйте синтаксические особенности публицистического текста.

Я даю это ничего не значащее само по себе воспоминание для того лишь, чтобы иметь возможность процитировать несколько слов из большого и восторженного письма моего товарища, которое он послал мне вскоре после возвращения домой с Байкала. «Силы прибавилось — это ладно, это бывало, — писал он. — Но я теперь духом поднялся, который оттуда, с Байкала. Я теперь чувствую, что могу немало сделать, и, кажется, различаю, что нужно делать и чего не нужно. Как хорошо, что у нас есть Байкал! Я поднимаюсь утром и, поклонясь в вашу сторону, где батюшка-Байкал, начинаю горы ворочать…»

Я понимаю его...

А ведь он, товарищ мой, видел только маленький краешек Байкала и видел его в чудесный летний день, когда все вокруг благодарствует покою и солнцу. Он не знает, как в такой же точно день, когда светит солнце и недвижен почти воздух, Байкал может бушевать, казалось бы, ни с чего — словно взбученный изнутри. Смотришь и не веришь свои глазам: тишь, безветрие и грохот воды — это за многие и многие километры дошел сюда из района шторма вал.

Он, товарищ мой, не попадал ни под сарму, ни под култук, ни под баргузин. Так называются ветры, которые мгновенно, с сумасшедшей силой налетают из речных долин и способны натворить на Байкале немалые беды, поднимая порой волну до четырех и шести метров. Байкальский рыбак не станет, как поется в песне, просить: «Эй, баргузин, пошевеливай вал...»

Он не видел современного Байкала во всей его суровой и первозданной красе, среди которой теряешь и ощущение времени, и меру дел человеческих, — так щедро и царственно властвует здесь над чистой водой древности сияющая вечность. В последние годы, впрочем, человек и тут торопится наверстать свое, укорачивая на привычный ему манер и царственность, и вечность, и покой, и красоту. <…>

Он, товарищ мой, много чего не видел, не слышал, не испытал, а лучше сказать, не увидел, не услышал и не испытал почти ничего. И мы, живущие подле Байкала, не можем похвалиться, что знаем его хорошо, потому что узнать и понять его до конца невозможно — на то он Байкал. Он постоянно разный и никогда не повторяет себя, каждое мгновение он меняется в красках и оттенках, в погоде, движениях и духе. О, дух Байкала — нечто особенное, существующее, заставляющее верить в старые легенды и с мистической опаской задумываться, насколько волен человек в иных местах делать все, что ему заблагорассудится.

И все-таки, побывав очень недолго и увидев ничтожно мало, товарищ мой имел возможность если не понять, то почувствовать Байкал. Чувство в таких случаях зависит от нас, от нашей способности или неспособности принять в себя духовное зерно. И когда он, товарищ мой, говорит, что мог за одну ту прогулку дать ему Байкал, я его понимаю.

(В. Распутин)
ПРАКТИЧЕСКОЕ ЗАНЯТИЕ 6

РАЗГОВОРНЫЙ СТИЛЬ



Вопросы:

1. Общая функциональная оценка разговорного стиля. Чем он противопоставлен книжным стилям?

2. Разновидности разговорной речи и их характеристика.

3. Разряды разговорной лексики и их стилистическая оценка.

4. Морфологические особенности разговорного стиля.

5. Синтаксические особенности разговорного стиля.



Практическое задание:

1. Прочитайте фрагмент живого разговора на кухне двух подруг (Живая речь уральского города. Тексты. — Екатеринбург. — 1995. — С. 21).

Охарактеризуйте признаки разговорного стиля. Как реализуется в диалоге принцип ситуативности? Какими средствами восполняется неполнота реплик?

Пользуясь материалом данного диалога, выявите формы проявления спонтанности (неподготовленности) речи.

Обладает ли разговорное взаимодействие тематической целостностью, связностью и завершенностью? Обоснуйте свою точку зрения.

Выпишите речевые средства, маркирующие разговорность. Какие уровни языковой системы участвуют в организации феномена разговорности?

Сопоставьте данный диалог с диалогами, репродуцированными в художественных текстах. В чём вы видите принципиальное отличие?

А. — Возьми теперь два стакана //

Б. — Эгм// сейчас/ соду положим // (ПАУЗА)

Б. — Ты мне уксус сегодня [сёдня] дашь?

А. — Да//Сейчас горячей водой разведу//

Б. — Горячей водой (НРЗБ)//

А. — Ты измазалась/ Нет/ ты все равно измазалась// (СТУК ПОСУДЫ)

Б. — А это что// мука/ да? Сколько муки?

А. — Два стакана// сейчас/ подожди/ соду сначала положишь// (ПАУЗА)

Б. — Что это я сделала? А? Где спички?

А. — Наташка! До кипячения/ да/ нужно довести? Кипяточком? Сейчас [ща]/ кипяточком сделаем// не рассыпай только//

Б. — Так/муки//

А. — Ты что/ это же не/ это же больше стакана// (СТУК)

Б. — Эгм/контроль / бум-бум-бум//

А. — Все//я высыпаю//

Б. — Здесь два стакана или что?

А. — Два стакана/ тут стакан/ подожди/сейчас соду положу сначала// и потом/ потом/ потом/... больше//

Б. — Мед-то ложить?

А. — Клади/ говорят//

Б. — (НРЗБ)... нужен//

А. — Пачку маргарина/ растопить/ с одной столовой ложкой меда/

Б. — Дай я буду мешать//

А. — Я сама размещаю (НРЗБ)// подожди// (ПАУЗА)

А. — Хватит/все//

Б. — А то еще останется//

А. — Наташка! нужно чтоб он густой был/ да?

Б. — А? Чего/чего [чо] ты там?

А — Я говорю/я тебе сейчас помогу//


2. Прочитайте фрагмент разговора студенток-филологов (Живая речь уральского города. Тексты. — Екатеринбург. — 1995. — С. 50—51).

Сделайте мотивированный вывод о функционально-стилевой принадлежности диалога.

Выпишите иностилевые элементы. Объясните, почему они используются говорящими.

Сформулируйте вывод о границах функциональных стилей.

С. — Вот/ сегодня медицина дурацкая будет//

Е. — Да/ только я не знаю/ она сказала// что про иммунитет надо//

С. — Иммунитет-то в прошлый раз был//

Е. — Она в прошлый раз не спрашивала/ и сказала/ что в этот раз будет// что там надо?

С. — А что? Антитела/ хелперы//

Е. — Не знаю//

С. — Знаешь/ я вчера вечером посидела...

Е. — Ну//

С. — Думаю/ мы с тобой позанимаемся/ а потом к Веронике сходим//

Е. — Сегодня/ что ли?

С. — Да/ я уже поняла/ что мы с тобой никуда не пойдем// <...>

Е. — О// слушай/ это что у тебя мальки родились/ да?

С. — Да//

Е. — Вон смотри/ какие хвостики у самцов// что у них у всех одинаковые?

С. — Да они все в одном: аквариуме живут/ им там темно/ света не хватает//

Е. — У меня был один с красным хвостом/ даже два было// вот эти рыбки у тебя красивые//

С. — Пока маленькие/и красивые/ а сейчас все обкусанные//

Е. — Да/ они обкусывают друг другу хвосты <...>

С. — <...> надо нам в театр сходить/ а то совсем отсталые// я вчера ночью/ вдохновленная/ Гете взялась читать//

Е. — О// и много ты прочитала?

С. — Да понимаешь/ я все время отвлекаюсь/ нет/ не очень много/ но где уже Фауст с Духом встретился/я до этого места дошла/ а где с Мефистофелем/ я еще не дошла// да/ долго же я его читать буду//

Е. — Читай/ читай// тебе надо к завтрашнему дню уже прочитать//


3. Прочитайте фрагмент из повести Д. Платонова «Котлован»». Проанализируйте диалог Сафронова и Насти с позиций функциональной стилистики. Какой функциональный стиль использует синтаксическую структуру, воспроизведенную А. Платоновым, в качестве основной?

Выделите реплики, свидетельствующие о трансформации спонтанности (неподготовленности) как конструктивного принципа разговорного стиля речи.

Определите ролевые позиции участников диалогического взаимодействия и на этом фоне проследите соотношение реплик-стимулов и реплик-реакций. Что вы можете сказать о смысловой связи между данными репликами? Дайте объяснение установленному факту.

Как трансформируется тема диалога, заданная инициальной репликой?

Средства какого функционального стиля вторгаются в речевую ткань разговора? Опишите эти средства вне контекста, а затем в контексте диалогического целого. Каков эстетический эффект стилистической конфликтности?

Сделайте вывод о взаимодействии средств разных функциональных стилей. В какой степени функционально-стилевые пересечения отражают замысел автора «Котлована»?

— Ты кто же такая будешь, девочка? — спросил Сафронов. — Чем у тебя папаша-мамаша занимаются?

— Я никто, — сказала девочка.

— Отчего ж ты никто? Какой-нибудь принцип женского рода угодил тебе, что ты родилась при советской власти?

— А я сама не хотела рожаться, я боялась — мать буржуйкой будет.

— Так как же ты организовалась?

Девочка в стеснении и боязни опустила голову.

— А я знаю, кто главный.

— Кто же? — прислушался Сафронов.

— Главный — Ленин, а второй — Буденный. Когда их не было, а жили одни буржуи, то я и не рожалась, потому что не хотела. А как стал Ленин, так и я стала!

— Ну, девка! — смог проговорить Сафронов. — Сознательная женщина твоя мать. И глубока наша советская власть, раз даже дети, не помня матери, уже чуют товарища Ленина.
ПРАКТИЧЕСКОЕ ЗАНЯТИЕ 7

ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ СТИЛЬ И ЯЗЫК ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ



Вопросы:

1. Раскройте понятия «художественный стиль» и «язык художественной литературы». В чем состоит различие между ними?

2. Дайте функциональную характеристику художественного стиля. Чем он принципиально отличается от других функциональных стилей?

3. Назовите языковые особенности художественного стиля.

4. Охарактеризуйте языковые средства, выражающие соотношение автор – рассказчик в художественном тексте, и средства субъективации повествования.

5. Назовите основные виды межтекстовых связей в художественном стиле. Какие из них используются в других функциональных стилях? Какие изменения они при этом претерпевают?





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница