Сергею Михайловичу Рогову. С. М. Рогов



Скачать 92.18 Kb.
Дата20.07.2016
Размер92.18 Kb.
Г.В. Осипов: Благодарю за Ваше интересное и конструктивное выступление. Слово предоставляется директору Института США и Канады, члену-корреспонденту Российской академии наук Сергею Михайловичу Рогову.
С.М. Рогов: Большое спасибо. Хочу поблагодарить организаторов сегодняшней встречи. Это очень своевременное и важное мероприятие. Я думаю, такой «брейнсторминг», такой мозговой штурм абсолютно необходим для того, чтобы недопустить дальнейшего ухудшения российско-американских отношений. Я согласен со многими соображениями, которые высказывали предшествующие выступавшие. Но с чем-то хочу и поспорить. Что я имею ввиду? Прежде всего, предотвращение соскальзывания к новой «холодной войне».

Александр Александрович Бессмертных сказал, что новой «холодной войны» быть не может. У меня иная точка зрения. Помните, на встрече в Пекине, когда Владимир Путин сообщил Джорджу Бушу о том, что грузинские войска атакуют, американский Президент сказал: «Никто не хочет этой войны». Я тут же вспомнил книгу Барбары Такман «Августовские пушки». Вспомнил, как в 1914 г. начиналась первая мировая война, и как потом те люди, которые развязали ее, говорили, что никто же этого не хотел.

Я же считаю, что «холодная война», если под ней понимать глобальный конфликт двух сверхдержав, идеологизированный конфликт «коммунизм - антикоммунизм», кто кого похоронит, конечно, невозможна. Но «холодная война», как конфронтационная модель двух держав, способных уничтожить друг друга с помощью ядерного оружия, модель, в которой в любой сфере – в экономической, политической, военной, духовной – преобладают конфронтационные действия, а не общие интересы, о которых так убедительно говорил профессор, вот такая модель отношений возможна. И более того, потребуются серьезные усилия, чтобы консолидацию такой модели предотвратить, а мы находимся на грани этого.

Я хочу высказать пять соображений.

Первое соображение. То, что сейчас происходит, наряду с другими факторами, на мой взгляд, говорит о том, что США переживают период серьезнейшего кризиса своей послевоенной стратегии. Весь стратегический курс, который США проводили после прекращения «холодной войны», сегодня зашел в тупик. Действительно, однополярного мира на практике не было. Но американская стратегия, имевшая целью консолидацию однополярного мира, где США – единственная сверхдержава, такая стратегия была, и она начала осуществляться задолго до прихода к власти нынешнего американского Президента.

Сейчас совершенно ясно, США испытывают колоссальнейшее перенапряжение сил в результате попытки осуществить такую стратегию. Это сказывается на американской экономике: налицо колоссальнейший бюджетный дефицит. Нынешнее американское руководство пыталось сделать немыслимое – увеличить расходы (причем не только военные), сократив налоги. Так никогда в истории не бывало, и быть не может. Но это еще тупик, в который США зашли в Ираке, в Афганистане. Вот вчера Президент США вместе с высшим военным руководством страны решал, как бы направить еще один дополнительный батальон морской пехоты в Афганистан, где НАТО проигрывает войну. Это по существу истощение сил американской армии. И нынешние президентские выборы 2008 года, я думаю, это – водораздел. Новая американская администрация, кто бы ни победил, будет разрабатывать новую долгосрочную стратегию и, к сожалению, сдерживание России может стать ее центральным элементом.

Второе соображение. Сегодня всеми признается, в том числе и в Америке, что мы живем в многополярном мире. Однако многополярный мир – очень сложная система, где необходимо поддерживать эквилибриум, стратегическую стабильность, баланс. Как мы знаем из истории, всегда был многополярный мир, и всегда каждые 10-15-20 лет возникали войны между основными центрами силы. В новом многополярном мире мы сталкиваемся с дополнительными сложностями, поскольку такая многополярность имеет три принципиальных отличия от того, что исторически существовало в многополярном мире. Во-первых, это мультицивилизационная многополярность. Она не ограничивается только западным, крестьянским, европоцентричным миром. Во-вторых, практически все центры силы обладают ядерным оружием и в случае прямого столкновения между ними последствия могут оказаться катастрофическими. В-третьих, отсутствуют общие правила игры, общие институты, плюс слабость Совета Безопасности ООН, что еще раз продемонстрировали события в августе сего года во время российско-грузинской войны; неэффективность Международного валютного фонда, Всемирного банка, Всемирной торговой организации. То есть возникает перспектива сползания к хаосу, если не будет создан механизм регулирования новой многополярной системы. Это особенно опасно в условиях, когда вновь реальна перспектива российско-американской долгосрочной геополитической конфронтации.

Третье соображение. За последние два десятилетия много говорилось, в том числе и в этом зале, о необходимости стратегического партнерства между Россией и США. И оно не раз провозглашалось, но было декларативным. Даже Дж. Буш старший и Б.Н. Ельцин провозглашали стратегическое партнерство, не говоря уже о Б. Клинтоне и Б.Н. Ельцине. И теперь мы можем с вами в очередной раз констатировать, что такое партнерство не состоялось. Почему? Личная «химия», персональные отношения двух президентов, безусловно, очень важны, но на них невозможно выстроить долговременное партнерство, когда отсутствуют важные ключевые элементы. Я хочу напомнить, что этого в российско-американских отношениях как раз и не было. Это одна из причин того, почему не оправдалась декларация о стратегическом партнерстве. В российско-американских отношениях никогда не было прочной, солидной экономической базы, как, например, в американо-китайских отношениях. При всех различиях между Китаем и Америкой она позволяет им договариваться и находить общий язык.

Во-вторых, не было институционализации российско-американских отношений. Это были декларации, очень хорошие, очень красивые, но не было реальных институтов. Да, «Комиссия Гор - Черномырдин» была такой попыткой. Однако после нее все опять свелось к диалогу президентов – бюрократия ничего не сделала для того, чтобы реализовывать стратегическое партнерство.

В-третьих, мы ничего не сделали для того, чтобы преодолеть взаимное ядерное устрашение. И вот вчера наши два бомбардировщика прилетели в Венесуэлу. Конечно, можно радоваться – мы показали супостату. Вообще-то это как было в годы «холодной войны»: американские истребители сопровождали наши истребители, их бомбардировщики с ядерными бомбами постоянно дежурили у наших границ. А наша ПВО, наша авиация... Так чему радоваться?

Ситуация, при которой наши и американские ядерные силы, как и 20 и 40 лет назад, своей главной задачей имеют уничтожение друг друга в течение получаса, со стратегическим партнерством несовместима. И вот такие гимики, как ненацеливание, проблемы не решили. И эта проблема постоянно вызывала осложнения в российско-американских отношениях.

Четвертое соображение. Что же произошло в августе? Мое впечатление, что это был провал американской политики в отношении России, когда на протяжении длительного времени в Вашингтоне игнорировали те сигналы, которые посылала Москва. Вспомним Мюнхенское выступление В.В. Путина; недавние внешнеполитические заявления Президента Д.А. Медведева; те весьма серьезные учения, которые Россия проводила в Северо-Кавказском округе. Было совершенно ясно, что в случае нападения Грузии Россия отреагирует военными средствами. И как же в этих условиях повели себя США? Есть две версии. Первая. Американцы убедительно просили М.Н. Саакашвили не начинать войну, но он ослушался. Однако простите, что же это такое, когда Президент и государственный секретарь говорят лидеру страны не делать того или иного, а он делает и провоцирует конфликт, а его потом еще гладят по головке, дают миллиард долларов и при этом говорят: «Молодец, демократ, мы с тобой». Или же США на самом деле давали понять Саакашвили (это вторая версия), что если он совершит молниеносную военную операцию, то никаких соответствующих действий со стороны Америки не последует? Не последует и прекращения помощи. Наоборот, Америка защитит Грузию от России. Можно спекулировать по поводу существующих версий, какая из них верная, а какая – нет. Но это же провал именно американской политики!

Что сегодня делает администрация США? К. Райс едет в Тбилиси, Чейни едет в Тбилиси. С Россией же США фактически прекращен политический диалог. Вместо этого в ее адрес раздаются сплошные угрозы. Я составил списочек таких угроз. У меня получилось 14 пунктов того, как Америка будет «карать» Россию. Среди них: 1) замораживание деятельности России в Совете НАТО, 2) прекращение сотрудничества по военной линии, 3) оказание экономической и военной помощи Грузии, 4) предоставление плана подготовки вступления Грузии и Украины в НАТО, 5) размещение военных баз США на территории Балтийских государств, 6) попытка исключить Россию из «Большой восьмерки», 7) блокирование принятия России в ВТО, 8) отказ от ядерной сделки «1-2-3», 9) отказ от участия в Олимпиаде в Сочи, бойкот, 10) экономические санкции против некоторых российских компаний, 11) арест счетов российских физических лиц в западных банках, 12) отказ от переговоров по контролю над вооружениями, 13) наращивание гонки стратегических наступательных и оборонительных вооружений, включая ПРО, 14) официальное провозглашение доктрины сдерживания России в качестве центрального пункта американской политики. Мы видим, «гора родила мышь».

Что уже реально сделала администрация Буша? Быстрехонько подписала соглашение с Польшей по противоракетной обороне, согласно которой в Польше размещаются ракеты «Патриот», нацеленные только против России, а не против Ирана. Отозвала сделку «1-2-3» из Конгресса. Однако многие из перечисленных мною карательных мер в отношении России не менее болезненно могут ударить по интересам США и Запада. В Вашингтоне впервые обнаружили: «наехав» на Москву в том смысле, что не будут давать кредитов, а нам их и так не дают, наоборот, это мы (и в этом совершенно фантастическая политика нашего Минфина) финансируем американский федеральный бюджет, вкладываем деньги, что, конечно, наши американские коллеги приветствуют. Я бы лично приветствовал ипотеку у нас в стране. Как быть с экономическими санкциями? Или Европа решит, что зимой она будет замерзать без нашей нефти и газа? Да, через 5-10 лет возможно, энергетическая зависимость Европы от России уменьшится. А сегодня-то как Россию наказать?

Меня крайне настораживает истерическая кампания, которая ведется на Западе, а нередко и в наших отечественных СМИ, потому что создается ситуация, когда в общественном сознании начинает закрепляться образ врага России для Запада, а Запада и Америки – для России. Что же делать в таких условиях? Один вариант – гонка симметричных угроз. И здесь наш ответ Чемберлену: г. Онищенко, «ножки Буша» и т.д., что может вызвать улыбки. Но когда речь идет о бомбардировщиках, способных нести стратегическое ядерное оружие, или военном флоте, который входит в Черное море, это уже серьезно. Мы опять балансируем на грани ядерной войны? Зачем? В ближайшие месяцы крайне важно попытаться стабилизировать ситуацию, предотвратить дальнейшее сползание к взаимной конфронтации, к точкам, с которых нет возврата. Это может произойти, например, в декабре, если Украине и Грузии будет представлен план подготовки вступления в НАТО. То есть открыт зеленый свет. Как мы будем на это реагировать?

Профессор Роберт Легволд упомянул договор «ДОВСЕ». А мы что будем выходить из договора РСМД (ракеты средней и малой дальности) в качестве нашего ответа Чемберлену? А в 2009 году истекает срок действия договора «СНВ-1»! И мы окажемся в ситуации, которой не было даже на протяжении большей части «холодной войны». Александр Александрович Бессмертных говорил о той глобальной конфронтации, которая шла между СССР и США. Но мы ведь смогли, начиная с договора 1963 года, сотрудничать в сфере контроля над вооружениями, мы ведь создали стабилизирующий механизм. А что сейчас? Договора по «ПРО» нет (Америка вышла), договор «ДОВСЕ» – мораторий, «СНВ-1» – истекает, «РСМД» – колеблется. Что будет? Через год не останется ни одного договора, который бы регулировал российско-американские отношения в военно-стратегической сфере? Что будет с договором о нераспространении? Поэтому надо очень тщательно продумывать свои шаги. Да, у нас есть собственные интересы, и мы их будем защищать. Но я надеюсь, что будет проявлена взаимная сдержанность, что позволит в 2009 году вновь начать стратегический диалог и сотрудничество.

Б. Обама и Дж. Маккейн выдвигали далеко идущие планы по ядерному разоружению. Казалось бы, что эта тема возвращается. Значит надо не только не допустить полного развала контроля над вооружением, надо подумать, как его модернизировать, как вовлечь Китай, Индию, другие ядерные страны в такой режим. Мы еще в прошлом году предлагали другим странам присоединиться к договору «РСМД». Нераспространение – задача серьезнейшая.

Посмотрите, как повела себя в последнюю неделю Северная Корея. Оказывается северокорейская проблема тоже не решена. И если мы пойдем на конфронтацию с Соединенными Штатами, то, безусловно, дипломатического решения ни иранской проблемы, ни северокорейской проблемы ожидать будет нельзя. Более того, я не исключаю, что американскую администрацию может угораздить нанести военный удар по Ирану. Что тогда произойдет? Здесь сотрудническая сфера с американцами.

Или Афганистан. Замораживается военное сотрудничество России и НАТО. Мы знаем, что и в Пакистане ситуация «висит на волоске». После ухода Мушаррафа Пакистан, ядерная держава, может в любой момент взорваться и скатиться в хаос. Что будет с ядерным оружием Пакистана? Окажется ли оно в руках исламских экстремистов? Я думаю, что и в Москве, и в Вашингтоне есть очень серьезные люди, которые рассматривают разные сценарии событий. Как в этой ситуации мы будем взаимодействовать в отношении Афганистана? Совместно действовать против попыток Талибана и Аль-Каиды восстановить контроль? Либо, наоборот, мы аннулируем договор о соглашении о статусе сил, который в прошлом году был ратифицирован Госдумой и позволяет передвигаться военному персоналу и грузам НАТО через территорию России в Афганистан. То есть, если Пакистан взорвется, мы эту ниточку перережем. Я очень хочу, чтобы мы не только избежали такого взаимного недопонимания и чтобы мы не пошли по пути, когда мы вопреки своим собственным интересам начнем действовать так, чтобы другой стороне было бы хуже.

Я надеюсь, что наш сегодняшний разговор, те блестящие эксперты, дипломаты, ученые, собравшиеся за этим «круглым столом», могут и должны внести свой вклад для того, чтобы: а) нормализовать, успокоить российско-американские отношения; б) возобновить в следующем году поступательное движение вперед по ряду конкретных направлений. Прекрасно понимаю, что сферы расхождения останутся. Спасибо за внимание.


Г.В. Осипов: Спасибо, Сергей Михайлович, за Ваше очень интересное и конструктивное выступление, которое мы все прослушали с огромным вниманием. А сейчас слово предоставляется директору Московского центра Карнеги Роуз Геттемюллеру.


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница