Сборник работ победителей городского конкурса среди читателей муниципальных библиотек Н. Новгород, 2010



страница2/4
Дата01.08.2016
Размер0.89 Mb.
ТипСборник
1   2   3   4




«они сберегли нам и солнце и радость»

(В. Половинкин)
Весна 2010 года. Я сижу за столом. Передо мной альбом со старыми фотографиями. На черно-белых снимках родные лица моих самых близких родственников. Многих из них, к сожалению, уже нет в живых. Нет в живых того поколения, на долю которого выпало пережить самую страшную войну в истории нашей страны. А на пожелтевших фотографиях они по-прежнему молодые и красивые, такие же, как в те далекие уже времена. Вот бабушка, а это дедушка и два его брата.

Жили в предвоенные годы в городе Горьком три молодых человека – братья Яков, Александр и Николай Федосеевы. Братья были очень разными не только внешне, но и по характеру.

Яков, самый старший, был серьезным, дисциплинированным, аккуратным и очень начитанным. В семье он пользовался непререкаемым авторитетом. Как Яков скажет, так и будет. Для младших братьев он был настоящей опорой, так как заменил им рано умершего отца. Перед войной Яков окончил строительный институт и работал управляющим в тресте.

Средний брат, Александр, был крайне взрывным, импульсивным, но в то же время очень смелым, я бы даже сказала, бесстрашным человеком. Может быть, именно поэтому еще до войны он поступил на работу в милицию.

Младшему же брату – Николаю – в год начала войны должно было исполниться 18 лет.

И вот наступившее летнее утро 22 июня 1941 года разом перечеркнуло все мирные планы, резко поделив жизнь на две половины – мирную и военную.

И сегодня я через 65 лет после окончания той войны, перебирая старые фотографии, пытаюсь осмыслить все то, что слышала от своей мамы об ее отце, моем дедушке, Якове Степановиче Федосееве и его братьях. Сведений этих немного: не любили фронтовики вспоминать те страшные годы. Да и немилосердная судьба отмерила им слишком мало времени, чтобы пожить и успеть поделиться своими воспоминаниями. Мой дедушка отпраздновал только двадцать победных весен. Его братьям повезло чуть- чуть больше. Николай Степанович застал тридцатилетие великой Победы, а Александр Степанович, оказавшийся самым последним из поколения участников Великой Отечественной войны в нашей семье, не дожил буквально несколько лет до празднования ее пятидесятилетия. Праздник 9 Мая был их праздником, праздником фронтовиков и победителей.

Все три брата Федосеевых принимали участие в войне. Мой дедушка Яков Степанович Федосеев был пехотинцем. Ему довелось защищать свою Родину в битве под Сталинградом. За участие в Сталинградской битве дедушка был награжден орденом Отечественной войны 2 степени. Я горжусь тем, что этот орден вручали людям, проявившим храбрость, стойкость и мужество в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками. Орден вручался в первую очередь тем, кто уничтожил вражеский танк, сбил самолет, не сдал ни пяди своих позиций и причинил врагу большой урон. И среди награждённых – мой дедушка. Когда мы с мамой уже через много лет после его смерти посетили город Волгоград и знаменитый Мамаев курган, я ни на минуту не забывала, что нынешняя мирная и спокойная жизнь на этой земле продолжается благодаря моему дедушке и таким же, как он, солдатам и офицерам.

После Сталинграда были бои на Украине и в Венгрии. В боях за освобождение Украины дедушка получил осколочное ранение в голову. Простая солдатская каска спасла тогда ему жизнь.

Войну дедушка закончил в звании капитана. После окончания войны все ее участники были награждены медалью «За победу над Германией», в том числе и мой дедушка.

Отправляясь на войну, он, конечно же, не мог предположить, что вернется с нее инвалидом. Осколочное ранение в голову, полученное на фронте, не могло пройти бесследно. Оно очень быстро напомнило о себе. После возвращения в родной город дедушке заново пришлось учиться ходить и говорить. И, как знать, сумел бы он выжить, если бы не встреча с будущей женой – моей бабушкой Евдокией Васильевной. Эта самоотверженная русская женщина не побоялась выйти замуж за инвалида и своей каждодневной заботой буквально поставила его на ноги. Сама она тоже много пережила за годы войны.

До середины 1943 года наш родной город очень сильно бомбили, особенно те предприятия, которые выполняли военные заказы, и в первую очередь – Горьковский автозавод. В этом нет ничего удивительного, так как здесь выпускались танки, бронеавтомобили, минометы, боеприпасы и различное военное снаряжение. Бабушка вспоминала, что чаще всего с бригадой скорой помощи они вывозили раненых именно с нашего автомобильного завода. Сейчас, даже трудно себе представить, какую чудовищную картину заставали «люди в белых халатах», выезжая после усиленной бомбежки на эти вызовы.

Серьезные испытания во время Великой Отечественной войны выпали и на долю среднего дедушкиного брата – Александра Степановича. В ходе своего рассказа я уже упоминала о том, что до войны он работал в милиции. С началом военных действий все сотрудники милиции спешно перестраивали свою работу с учетом новых реалий. В условиях военного времени обязанности милиционеров значительно расширились. Теперь они должны были не только следить за правопорядком, но и вести борьбу с дезертирами, паникерами, распространителями слухов. Органы милиции должны были контролировать соблюдение гражданами правил светомаскировки, организовывать укрытие людей в убежищах, обеспечивать охрану порядка, объектов и ценностей при бомбежках, оказывать помощь в тушении пожаров, разборке завалов. Личному составу милиции предписывалось в любое время быть готовым совместно с частями Красной армии или самостоятельно приступить к выполнению боевых задач по ликвидации диверсионных групп.

По-видимому, в самые тяжелые для столицы дни (лето-осень 1941года) в Москву были откомандированы дополнительные милицейские подразделения, в том числе и из города Горького. Так дедушкин брат Александр Степанович Федосеев оказался в столице. Он патрулировал Москву в районе Охотного ряда, пресекал панику и попытки мародерства, ловил диверсантов, одним словом, всеми силами охранял общественный порядок и стабильность в городе.

После Москвы Александр Степанович попал в осажденный Ленинград. Про этот период своей жизни он никогда не рассказывал, хотя был очень большим балагуром, хорошим и словоохотливым рассказчиком. Мне думается, что увиденное в блокадном Ленинграде настолько его потрясло, что он не хотел перекладывать эту боль на плечи своих слушателей.

После окончания войны дедушка Саша продолжил службу в милиции. Он был участником войны и участником обороны Ленинграда. К званиям, почестям и привилегиям был абсолютно равнодушен. С большим трудом родственникам удалось уговорить его получить полагающееся ему удостоверение участника Великой Отечественной войны. Не пользовался он и причитающимися ему, участнику войны, льготами.

К моему большому сожалению, о фронтовой судьбе самого младшего дедушкиного брата я почти ничего не знаю. Мне известно только то, что он был призван в армию по мобилизации третьего декабря 1943 года. В нашем семейном альбоме до сих пор бережно хранится его фотография военной поры, на обороте которой несколько слов, адресованных моему дедушке. Дата на фотографии – июнь 1945 года.

Я закрываю старый альбом, перевернув его последнюю страницу. Невольно я ловлю себя на мысли, что по праву могу гордиться своими родственниками. Они не только с честью выдержали все многочисленные испытания, выпавшие на их долю, но, что гораздо важнее, достойно прожили свою жизнь. Своим потомкам, т.е. в том числе и мне, они завещали самые простые и мудрые истины: жить в согласии со своей совестью, никому не причинять зла, любить свою Родину, беречь свою семью. Спасибо вам большое, дорогие мои, за то, что вы все были в моей жизни! Низкий вам поклон и вечная память!







«Фронтовой треугольник»
Великая Отечественная война... Эти слова много значат для меня. Война грубо вмешалась в жизнь моих прадедушек и прабабушек, искалечив их судьбы.

С первых же дней войны ушёл на фронт брат моего прадедушки Николай Нестерович Аникин. Дома он оставил молодую жену и так и не узнал, что в ноябре 1941 года у него родился сын. Николай пропал без вести во фронтовой мясорубке первых месяцев войны.

У моего прадедушки Ивана Нестеровича Аникина была большая семья: восемь детей, младшая родилась в октябре 1941 года. Они жили в деревне в Борском районе.






Прадед Иван Нестерович Аникин с женой и детьми перед отправкой на фронт

Иван Нестерович Аникин


И с начала войны у прадедушки была бронь: он был нужен в тылу, работал бригадиром, но вскоре на фронте стало не хватать людей и его в 1942 году послали в самое пекло: Ленинградский фронт, Синявинские болота. Эти болота прадед не забыл до самой смерти. Летом «купались» в грязи, в трясине, зимой страшно мерзли. Прадедушка много рассказывал своим детям о войне. Вот один случай, который запомнился его сыну Василию…

Дело было зимой. Немцы заняли одну высоту. К ней было не подступиться. Но командиру роты дано задание выбить немцев. Сначала бросают пять человек с гранатами, автоматами. Но немцы их убивают. Ещё бросают пять человек. С ними происходит то же самое. Тогда решают, что надо пойти по одному. Подошла очередь Ивана. Ему говорят: «Ты уже пожил. Ползи». А Ивану всего 40 лет. Мороз под 40°С. Пополз мой прадедушка. Ещё метров 10, и можно бросить гранату. Но немец заметил и начал расстреливать, попал в ноги (прострелил обе ноги). Иван подполз к убитому немцу, прикрылся им как щитом, от вражеских пуль заслонился. Пролежал так до ночи, потерял много крови. А ночью санитары его на волокуше забрали. Полежал прадед три месяца в госпитале. А высоту эту всё-таки под прикрытием ночи наши взяли. В другой раз прадедушка был контужен разорвавшимся рядом снарядом; в бедро ему попал осколок, который так и не достали врачи. Последнее ранение было опять в ногу, повредило связки. И в 1944 году прадеда комиссовали по этому ранению, рана заживала уже дома. Сын Василий помнит, как перевязывали ногу.




У моего прадедушки был целый «букет» наград: орден Отечественной войны, орден Красного Знамени, больше десяти медалей. Но к большой нашей печали все эти награды в середине 80-х уже после смерти прадедушки и прабабушки украли. Их дети помнят, как на каждый день Победы все деревенские мужики – фронтовики надевали свои ордена. На груди у них не было свободного места из-за медалей.

Старший сын моего прадедушки Федор Иванович в 1943 году пошел в 17 лет на фронт. С ним вместе тоже в 17 лет пошёл брат прабабушки (его дядя). Они семь с половиной лет служили на одном корабле. Порт приписки – город Кронштадт. Пришли из армии они только в 1951 году. Два других родных брата прабабушки погибли под Ленинградом при защите его от немцев. Две старшие сестры моей бабушки рыли в войну окопы под г. Горьким. А им было всего 14 и 16 лет.

Родственники моего папы во время войны жили в Свердловске, на Урале. У прадедушки Георгия была бронь, он работал на секретном заводе. Работали без выходных, сверхурочно. Старший брат прадедушки воевал в пехотных войсках.

Второй брат Александр был оперным певцом. Он ездил с театром с выступлениями перед офицерами и солдатами за линию фронта. Двоюродный брат прадеда пропал без вести в первые дни войны… Тяжелое и страшное слово «война». Если бы её не было!.. Но её нельзя забыть. Надо помнить эту горькую страницу истории, чтобы не допускать повторения трагедии.

К сожалению, мне лично не довелось услышать рассказы фронтовиков моей семьи. Они умерли задолго до моего рождения. Но для этого и существует семейный архив. Чтобы помнить.











Что я знаю о войне

У меня почти не осталось родственников, которые знали что-то подробное о Великой Отечественной войне. Но по рассказам деда я поняла, что война эта была ужасна. Ветеранов, прошедших ее, осталось совсем немного. И с каждым годом их становится все меньше: единицы могут рассказать, как все было.

Отстраненность поколения нынешней молодежи ранит и задевает нас, навсегда приросших к войне, независимо от того, на какие послевоенные годы – сороковые или восьмидесятые – падают даты наших рождений. Потому что мы держали в своих руках руки тех, кто делал Победу.

Как мне кажется, война очень меняет людей. Любая война - это смерть, страх и горе. Во время Великой Отечественной войны многие люди потеряли своих родных и близких. Мы должны были победить, и мы победили: нас нельзя было сломить - мы были единым целым. Наша страна понесла огромные потери, но мы живы и продолжаем жить дальше.

Война – это судьбы миллионов людей, которые слились воедино, чтобы отстоять сою Родину. Для меня Великая Отечественная – это величайшее проявление мужества и чести. Это жестокая, но история.

Я хотела бы рассказать одну историю, которую слышала от своего деда. Во время войны в одном кавказском поселке наши воины нашли мальчика-подростка. Его родители погибли, и он остался один. У солдат он стал сыном полка и таким образом попал на фронт, где отличился полным отсутствием страха. Однажды советский офицер попал в плен, и этот паренек под градом пуль ввязался в бой с немцами, чем и спас офицера. Впоследствии роту, где служил подросток, расформировали. А когда мимо паренька проходила эта рота, прощаясь с ним, он вдруг отпустил край знамени, который держал в руках, и упал на землю. Его сердце выдержало расставание с первой семьей, но не смогло перенести разлуки со второй: оно разорвалось.

Наверное, нам сегодняшним нужно понимать – неважно, сколько лет прошло с той войны, - это были не просто сражения на поле боя, это – судьбы тысяч, миллионов людей, которые могли бы сложиться иначе.

Мой дед начал войну рядовым, кончил ефрейтором. За время войны – три медали. Не густо. Да еще два ранения и контузия. Но не это главное. Главное, что вернулся домой живым.

Хотелось бы, чтобы наши дети понимали, что ветераны Великой Отечественной войны – это люди, которые сохранили государство. Очень важно уметь чтить своих предков. Сегодня возрождение России невозможно без возрождения национального духа – того, что является стержнем государства. Идут годы. То, что было, казалось, совсем недавно, сегодня становится достоянием истории. Стареют и уходят из жизни люди, делавшие эту историю. На смену ветеранам приходят молодые, которые часто не знают этой истории не потому, что не хотят знать, а потому что негде узнать. Наше поколение – третье, или даже четвертое, которое не видело войны. И дети могут узнать о том времени только из рассказов ветеранов-очевидцев, которых остались единицы. Деды рассказывали о войне нам, а мы передаем эту память своим детям. Для воспитания молодого поколения очень важно, как мне кажется, сохранить память о погибших и умерших, которые отдали свою жизнь в жестокой схватке с врагом. Память нужна в первую очередь живущим – отношение к прошлому определяет нравственность настоящего. Для нас, россиян, важна связь поколений. Только с помощью воспоминаний, которые передаются от деда к внуку, сохранится память о той великой войне и Победе.


«Защитнику Отечества посвящается»
Война – это не фейерверк

Идут годы. Остаются позади десятилетия. Теперь только книги, фотографии, кинофильмы и памятники напоминают о мужестве и стойкости советского народа в годы Великой Отечественной войны. Но заглянуть в прошлое помогают и воспоминания непосредственных ее участников.

В годы Великой Отечественной войны весь народ поднялся против захватчиков и показал всему миру непревзойдённые образцы героизма, самоотверженности, патриотизма. Каждый отдавал все свои силы в борьбе с оккупантами. Волна народного гнева смела с лица земли захватчиков, осквернивших нашу Родину, разбила миф о непобедимости фашистских армий, нанесла сокрушительный удар гитлеровскому рейху. Великая Отечественная война отличалась массовым героизмом. На фронте подвиг был главным мерилом человеческой ценности. Именно в подвиге глубже всего проявляется сущность характера, прочность тех уз, которыми отдельный человек связан с народом. Я считаю, что все участники войны – герои! Презрев смерть, они были готовы на любой подвиг ради спасения Родины!

9 Мая я ходила на парад, где мне удалось пообщаться со многими ветеранами, среди которых были труженики тыла, разведчики, бойцы, служившие в русской авиации гражданского воздушного флота, полковники, офицеры, капитаны, кавалеры орденов Ленина, Трудового Красного знамени. Одним словом, заслуженные ветераны Нижегородской области, которые поделились со мной своими чувствами, переполнявшими их в тот знаменательный день Победы 1945-го. «Мы только и мечтали: скорее домой, к семье, родительскому дому, к нормальной человеческой жизни...», –вспоминали они. Пообщавшись с ветеранами, я поняла, что время, проведенное на войне, стало для них высшей жизненной академией. Выдержав нечеловеческие испытания грозных 40-х годов, эти сильные и волевые люди вышли победителями из величайших трудностей и до сих пор они остались теплыми, сердечными, правдивыми простыми русскими людьми, полными внутреннего благородства и доброты. Наши ветераны обладают завидной памятью, я бы сказала, памятью сердца. Они любят и умеют рассказывать, рассказы их удивительно душевны, полны точных, поэтических деталей, мягкого юмора.

Накануне 9 Мая мне посчастливилось взять интервью у бывшей учительницы химии нашей школы № 127 Шаховой Серафимы Васильевны, которая всю свою сознательную жизнь отдала служению Родине. Несмотря на свой возраст, а ей уже 85 лет, она очень хорошо помнит события военных лет. И даже написала стихи в память об этих днях:

Я помню вечер накануне

И утро, розовый рассвет,

И ночь короткую в июне

И было мне 17 лет.

Тот самый длинный день в году

Своею солнечной погодой

Нам выдал общую беду

На всех на все четыре года.

Она такой вдавила след

И стольких наземь положила,

Что даже в восемьдесят с лишним лет

Не верится, что мы остались живы!
Постоянные вражеские налеты и обстрелы наполнили сердце Шаховой Серафимы Васильевны лютой ненавистью к злобному врагу. В семнадцать лет Сима пошла на фронт телефонистом. Принимала участие в боях на Курской дуге. Эта молодая девушка – воин всегда и во всем показывала пример дисциплины, смекалки, храбрости, выносливости, этих замечательных качеств русской девушки-бойца и была награждена Почетной грамотой ЦК ВЛКСМ. И в настоящее время Серафима Васильевна занимает активную жизненную позицию. Она активно работает в районном совете женщин-ветеранов войны, районном отделении СФМ, является председателем бюро Горьковской группы ветеранов войны однополчан 254 ЗАП ПВО. Её работа отмечена почетными грамотами, жетонами, знаками. Имя её занесено на районную Доску почета.

Я считаю, что люди, прошедшие войну ценят жизнь уже за то, что «небо - синее, трава - зелёная и нет войны...».

Очень жаль, что о ветеранах Великой Отечественной войны вспоминают лишь раз в году. Хотелось бы, чтобы о них помнили, заботились и ценили не только 9 Мая. Мне впервые довелось так близко познакомиться с ветеранами, так как в моей семье участников войны нет. Общение с ними оставило огромный след в моей душе. Я поняла, что мои проблемы всего лишь мелкие неприятности по сравнению с тем, что им пришлось пережить. Если бы ветераны чаще встречались с молодёжью и рассказывали им о войне, то возможно многие задумались бы о своей жизни, что же в ней достойного, заслуживающего человеческого уважения, что отдано людям, отдано самоотверженно, без тайного расчета на воздаяние и славу. И не стали бы они отравлять свою жизнь наркотиками, развратом, насилием.

Мы не имеем права забывать тех, кто отдал свои жизни за наше счастливое настоящее. «Их роты редели, их души седели, а смерть заходила к ним в окопные щели». Перед подвигом, честной жизнью, перед выполненным солдатским долгом мы склоняем голову!






А если забудем…
Мы часто повторяем фразу «Чтобы помнили»... Фразу, над которой редко задумываемся всерьез.

Помним что? Не забыть ключи, выключить газ, купить молока. Нет! Мы помнить должны тот небольшой период XX века, всего лишь пять лет, показавшихся нашим отцам и дедам вечностью.

Помнить – это самое главное в нашей истории, полной изменений и катаклизмов. Мы помним войну 1812 года, Русско-турецкие войны и Первую мировую. Забыть про них нам не позволит уважение и благодарность к нашим предкам, спасшим для нас мирное небо над головой. Мы говорим по-русски, потому что мы помним, что нацию чуть не уничтожили. У нас мирное небо, потому что 65 лет назад не было в России места, без разрушений, места, где можно было укрыться от бомб.

А если забудем... Забудем ошибки и обязательно их повторим. Но третью мировую Россия может не пережить. Забыть? Да разве это возможно? Забыть кровь и боль миллионов? Нищету, голод, разруху и смерть. Те страшных пять лет, перевернувших в нашем сознании понимание мира. Блокада Ленинграда, оборона Севастополя, дорога жизни и дорога смерти. Всё это было с нашим народом, сражавшимся с агрессором всеми силами своей души и мощи. Геройство – это не подвиг в нашем понимании, это осознанный выбор каждого, норма жизни наших дедов. Мы не можем забыть всё это, как не можем вычеркнуть из истории страны все ошибки наших правителей.

Мы будем помнить, мы не повторим того, в чём ошиблись предыдущие поколения. И мы построим новый мир, на развалинах прошлого, мир, в котором память и уважения займут по праву достойное место.


4-е место

Этот день Вы приближали, как могли…
Подходит к концу первое десятилетие 21 века... Меняется жизнь - и времена, и нравы; - и только память живёт в сердцах людей. Даже спустя многие годы мы продолжаем праздновать в первых числах мая большой праздник- День Победы. И этот день не становится менее значимым для россиян. Так же, как не забывается великий подвиг русского народа 

Сейчас, в двадцать первом веке, огромную роль в жизни человека играют интернет и телевидение. Именно телевидение вновь обратило свой взор на те времена – 1941–1945 годы. Снимают кино, сериалы, показывают различные судьбы людей, переживших Великую Отечественную войну. Да, это правильно, ведь в наше непростое время, когда деньги правят миром, как никогда необходимо поднимать патриотический дух, напомнить про любовь к Родине. И вот, придя в кинотеатр, мы с замиранием смотрим на большой экран, следим за развитием сюжета, где главные герои – обычные люди, совершающие необычные поступки. В кино гремят взрывы, едут танки, летят самолёты – во всей красе представлены все "прелести" войны, передовой фронта... И как-то забывается, что вот это всё происходило на самом деле. А за спиной фронтовиков стояли скромные труженики тыла, для которых был лишь один девиз: "Всё для фронта, всё для победы!" И я сейчас хочу рассказать не о новинках кино, а об одной простой женщине, которая пережила те времена, когда сюжеты нынешних блокбастеров были жизненными ситуациями, когда рекой лилась кровь, а люди боролись за жизнь, свободу и Отечество.

Помню, когда я была совсем маленькой, меня частенько оставляли с бабушкой. Моя бабуля – замечательный человек, очень добрый, очень отзывчивый и... выносливый. Она часто рассказывала мне истории из жизни. А жизнь была непростая, многое довелось испытать, пройти через беды и потери. Она родилась в 1924 году, училась на одни пятёрки, обладала прямо-таки феноменальной памятью и хотела после окончания школы продолжать обучение. Но вышло всё иначе. В 1941 году Антонине (а именно так зовут мою бабушку) исполнялось 17 лет. 19 июня был выпускной вечер, а 22 по всей стране пронеслось ужасное известие – на СССР было совершено нападение фашистской Германии, началась война. Тоня на следующий же день пошла на завод Красное Сормово, ведь в условиях войны нужна каждая пара рук. На заводе тоненькую хрупкую девушку поставили к станку - и началась тяжелейшая работа. Все кто мог, ушли на фронт. А им нужна была одежда, еда, оружие, техника...

В тылу всю работу взвалили на свои хрупкие плечи женщины и подростки. Рабочие голодали, замерзали. Бабушка вспоминала, что в цеху зимой стоял дикий холод, коченели руки, а ноги покрывались язвами. Ей приходилось поднимать тяжеленные железные детали – Красное Сормово делал танки Т-34. Нелёгкие испытания выпали на её долю: безумно длинный рабочий день, кажется, что ему нет конца; усталость; голод и нехватка сил даже на то, чтоб дойти домой – так и спала прямо на заводе. Короткая передышка, даже не сон, а отключение сознания на пару часов - и снова к огромному станку. Не хватало роста – приходилось вставать на деревянный ящик. Не хватало сил – работали через силу, на пределе возможностей... Всё ради победы. Спустя многие годы это время будет вспоминаться как страшный сон, но это было, было явью. И она выдержала, выжила. Вместе с тысячами, миллионами русских людей моя бабуля совершала ежедневный подвиг, который не показывают в кино, но без которого была бы невозможна победа.

Прошло уже много лет с тех пор, сменились поколения, ужасы войны стираются из памяти. С каждым годом всё меньше остаётся ветеранов. А праздник День Победы, остаётся любимым и всенародным. Именно 9 Мая мы особенно гордимся своей страной, народом, нашими бабушками и дедушками, которые воевали на фронте или трудились не покладая рук в тылу. Но проходит этот праздничный день, отгремят салюты - и всё забывается ровно на год. А ведь нашим ветеранам, которые отдавали свои жизни и здоровье ради нашего счастливого будущего, так не хватает иногда внимания, доброго слова или дела. Так почему же мы лишь раз в году говорим им "спасибо!" Почему так часто проходим мимо их беды и одиночества?! Нет ответа... И вот сегодня, накануне шестьдесят пятой годовщины победы русского народа в Великой Отечественной войне мне хочется от всей души поблагодарить мою любимую бабулю и всех наших дорогих ветеранов, поблагодарить за всё. И поклониться до земли.


65 лет назад отгремели залпы Победы. Но военная тема тревожит и будоражит наши умы и сердца точно так же, как и 10, и 20 лет назад.


У той войны нет давности закона.
Не звёзды – слёзы на её погонах…

Есть такие стихотворения, которые остаются навсегда в памяти людей. В них рассказывается о вечном, о самом святом и чистом – о любви. Стихотворение замечательного поэта К. Симонова «Жди меня…» можно назвать именно таким. Его искали, вырезали из газет, переписывали, носили с собой, посылали друг другу, заучивали наизусть – на фронте и в тылу. Его находили в нагрудных карманах раненых и убитых… Стихотворные строки стали сокровенной молитвой для тех, кто потерял веру и надежду в беспощадной мясорубке войны…

Но для самого автора оно было глубоко личным и совершенно не предназначенным для массовой печати. Симонову казалось, что он написал его только для одного человека, которого он бесконечно любил. Но тот факт, что оно буквально разлеталось по всей стране, переходило из уст в уста, нашло отклик в каждом сердце – и заставил его напечатать стихотворение в газете спустя полгода.

История стихотворения заставила меня больше узнать о любви Симонова в его жизни.

На первой же постановке своей пьесы «Парень из нашего города» Симонов знакомится с молодой, но уже известной актрисой Валентиной Серовой, которой предстояло стать главной поэтической музой писателя на много лет вперед.


Пусть прокляну впоследствии

Твои черты лица,

Любовь к тебе - как бедствие,

И нет ему конца.
Нападение врага неожиданно прекратило все внутренние колебания Симонова. Поэт, наконец, с полной уверенностью осознал, по какому жизненному пути должен идти дальше, и почувствовал полное единение с обществом, к которому принадлежал. Он был бесстрашным солдатом, посвятившим себя изгнанию противника и достижению победы в войне. К тому же, Симонову повезло в том, что оружием, доверенным ему для борьбы с Гитлером, поэт владел в совершенстве. Этим оружием было его перо.

За четыре года войны – пять сборников очерков и рассказов, повесть «Дни и ночи», пьесы «Русские люди», «Так и будет», «Под каштанами Праги», наконец, стихи, которые с нетерпением ждала буквально вся воюющая страна. Это своеобразный авторский ответ на письма бойцов, потерявших семью, на строки от женщин, оставшихся без любимых. Открывается страшная нужда человека в другом человеке, именно этот голод обострила и с исключительной силой обнаружила война.

Стихотворения 1941–1945 годов, в особенности те, что были адресованы Валентине Серовой и впоследствии включены в сборник «С тобой и без тебя», скорее всего и явились основой поэтической славы Симонова. Лучшие из них выражают конфликт между двумя сильнейшими движущими силами его души: любовью к женщине и воинским долгом перед Россией.

Кто знает, как бы сложилась их жизнь, если бы не было войны, но в любом случае, война – это очень страшные годы нашей истории.

Жизнь и творчество Симонова оставили во мне очень глубокие впечатления. Я понимаю, почему на фронте его поэзия пользовалась огромной популярностью. Его можно читать и тихо, шепотом, а можно громко, во весь голос. Именно такого не хватало на фронте, вдали от любимых и родных. Такая поэзия помогала выжить в нечеловеческих условиях, отвечала на вечные и бесконечные жизненные вопросы. И таким я узнала Константина Симонова: честным, преданным Родине, талантливым.









Весточка из прошлого
Мои родители – дети детей военного времени. Бабушка моя, Разживина Зинаида Васильевна, родилась в 1940 году, а дед, Разживин Александр Михайлович – в 1935-м. Он рассказывал мне о том, как бомбили город Горький, особенно заречную его часть, ведь именно здесь располагалось большинство заводов, работающих на фронт. А ещё он рассказывал о моём прадедушке, Разживине Михаиле Ивановиче. По словам деда, мой прадед до войны был председателем колхоза, а на фронт ушёл добровольцем. Где-то у деда в доме даже хранилось фото, на котором запечатлён прадед со своими боевыми товарищами в будёновках и с шашками. Прадед умер в плену, а прабабушка моя, Анна Ивановна, была неграмотной. Поэтому, вероятно, и извещение о смерти прадеда не сохранилось. Так что проверить, так ли это, до недавнего времени не представлялось возможным, пока в мае 2009 года я не вышел на сайт «Мемориал», ввёл исходные данные прадеда (помогла мама, так как она кое-что помнила со слов моей прабабушки и деда) и получил документ из далёкого прошлого.

Благодаря педантичности немцев, я познакомился с личной картой моего прадеда, заведённой на него в концлагере. Из неё я узнал, что он родился 7 сентября 1905 года. Прадед имел тёмные волосы, рост 175 сантиметров, был неверующим. 25 августа 1941 года его пленили под Старой Руссой. Попал он в лагерь Шталаг XD (310), город Витцендорф (Нижняя Саксония). Прадед мой был рядовым солдатом. В лагере ему присвоили собственный номер - 34240. Что интересно: фамилия прадеда в личной карте написана с ошибкой (по-видимому, оплошность переводчика). Зато все остальные данные указаны верно. Умер прадед 22 июля 1942 года. Место его захоронения – Хайдкален.

На форуме поисковиков, собирающих информацию о пропавших без вести и о военнопленных, я узнал ещё очень много интересного. Оказывается, солдат свозили в Шталаг тысячами. Никаких бараков здесь не было. Был лес, где люди в прямом смысле слова «зарывались в землю» (рыли норы, землянки). Вскоре в лагере началась эпидемия тифа: военнопленные гибли от голода, холода, болезней. Их хоронили в огромных братских могилах, при этом тела бросали вповалку, в несколько рядов. Всего в лагере Шталаг похоронено около 16000 военнопленных.

На просторах Интернета я нашёл очень интересный рассказ одной женщины, которая со всей семьёй ездила в Германию, чтобы найти место захоронения своего деда. Он, как и прадед, был военнопленным в лагере Шталаг, а позже был переведён в Хайдкален, где и умер. Также на этом сайте есть немало фотографий наших военнопленных, а также фотографии их личных карт.

Вот так я прикоснулся к прошлому моей семьи и познакомился с моим прадедом. Думаю, что каждому интересно узнать что-то новое о своих прадедах, особенно сейчас, когда стали доступны многие документы, имеющие раньше гриф «Секретно».
Так наших военнопленных конвоировали в лагерь…





Остановка на пути к лагерю…


В таких условиях приходилось жить…

Раздача пищи…


Похоронная команда…

Так они хоронили своих товарищей…



Главный вход в лагерь. Наше время…



Мемориал на территории лагеря…






О доблестном и ратном труде авиастроителей

(По рассказам родственников, очевидцев, по материалам печати и музеев Нижнего Новгорода и Москвы)




I. Первые дни войны

(По воспоминаниям моей бабушки Беаты Леонидовны Жучковой)
В трудных испытаниях Великой Отечественной войны победа ковалась не только на фронтах, но и в тылу: на заводах и фабриках, героическим трудом рабочих, инженеров, колхозников и всего советского народа. Работали под лозунгом: «Всё для фронта! Всё для победы!».

Из рассказов моей бабушки, заслуженного работника культуры РСФСР, бывшей заведующей заводской библиотеки Горьковского авиационного завода им. С. Орджоникидзе № 21 Жучковой Беаты Леонидовны о начале войны. Когда я ее слушал, она казалась мне такой, как видно на фотографии, хотя на самом деле ей было в начале войны всего 13 лет. Она застала её вместе с родителями в городе Сочи. Мой прадед Максимов Леонид Михайлович был лётчиком - испытателем на одном из подмосковных аэродромов и получил за испытания нового самолета, который должен был прийти на смену самому известному до войны самолету И-16, награды и путёвки в Сочи. Этот самолет, по тем временам, был перспективным, испытания были ответственными и трудными. Дома, конечно, накапливалось напряжение от постоянного состояния тревоги за близкого человека. Прадед уже несколько лет с 1935 по 1937-й годы испытывал самолеты – истребители на горьковском авиационном заводе № 21, где шеф - пилотом был В.П. Чкалов. В связи с освоением новой техники последовал переезд всей семьи в Москву на завод «Знамя труда», а затем на аэродром в г. Долгопрудный. Наконец-то все вместе отправились на юг, на отдых, но продлился он всего четыре дня. Началась война.

Фашисты напали на нашу страну в ночь на 22 июня. В этот же день прадед как военный лётчик и бабушка со своей мамой немедленно выехали в Москву. Но по дороге поезд часто останавливался, пропуская воинские эшелоны, которые уже шли на запад. На одной из остановок с ними рядом остановился эшелон, который вёз на восток от границы раненых пограничников и семьи военных, многие из которых побывали под бомбёжками и срочно покидали родные города из-за массированного наступления фашистских войск. Женщины и дети были наспех одеты, некоторые ранены, а многие из них уже потеряли своих мужей и детей. Женщины из поезда, в котором ехала бабушка со своими родителями, выскочили из вагонов с одеждой и продуктами, со всем, чем только можно было помочь эвакуируемым людям. Женщины рыдали, дети испуганно жались к взрослым, раненые бойцы были суровы и молчаливы. Так моя бабушка, будучи тринадцатилетней девочкой, увидела начало войны.

По приезде в Москву её отец сразу же отправился к месту службы и через час позвонил, что он срочно уезжает на фронт. Бабушка и её мама побежали на станцию проститься с отцом. Однако через четыре дня по приказу командования он был отозван с фронта, так как был очень опытным лётчиком - испытателем. Как говорили потом родители, это произошло еще и потому, что в первые часы и дни войны наша авиация понесла громадные потери. Сотни и сотни самолетов были уничтожены немцами прямо на аэродромах и в ангарах в результате массовых бомбардировок и мощных артобстрелов. Превосходство немцев в воздухе было очевидным. Стало ясно, что срочно потребуется восстанавливать и усиленно развивать отечественную авиацию.

Сразу же после возвращения прадед приступил к испытаниям пикирующих бомбардировщиков Пе-2 (конструктора Петлякова), которые должны были срочно восполнять наши потери как в количественном, так и в качественном отношении. Эти самолеты уже имели очень хорошие скоростные характеристики.

В июле 1941 года начались налёты на Москву. Отец бабушки постоянно находился на аэродроме. В случае приближения волны немецких бомбардировщиков все наши самолеты, даже если на них еще не было полного боекомплекта, должны были быть подняты в воздух, чтобы они не стали легкой добычей противника на земле. От искусства летчика зависело сохранить еще не совсем готовую машину и имитировать атаку на противника, чтобы расстроить эшелоны вражеских бомбардировщиков, не попасть под огонь вражеских истребителей.

Бабушкина мама, моя прабабушка Ольга Тимофеевна, дежурила в дружине по борьбе с бомбами-зажигалками, которые немцы постоянно сбрасывали с самолётов. Специальными длинными клещами или подручными средствами эти зажигалки нужно было сбрасывать с крыш домов, чтобы избежать пожаров. Обязанность моей бабушки состояла в том, чтобы брать на руки трёхлетнюю сестрёнку, противогазы и бежать с ней в «щель». Это были длинные окопы, около двух метров глубиной, покрытые брёвнами и землёй.

Осенью начали строительство оборонительных сооружений вокруг Москвы. Взрослые выходили на строительство глубоких противотанковых рвов, а школьников старших классов (бабушка закончила 7-й класс) водили на колхозные поля, иногда очень рано, в 4-5 часов утра, где они убирали картошку. Обстановка на фронте была очень напряжённой, немцы стремительно наступали, в сентябре нашими войсками был оставлен город Смоленск [1]. Прадед отправил бабушку с ее младшей сестрёнкой и с их мамой к своим родственникам на Урал, так как в том направлении началось перемещение многих заводов, которые должны были обеспечивать армию различными видами оружия.


II. Авиастроители – фронту
Из рассказов своего отца, бабушка помнит, что, несмотря на бомбёжки, завод на котором он работал, продолжал выпускать нужные фронту машины. Многие работники завода ушли на фронт, поэтому рабочий день продолжался от зари до зари. Рядом с заводом было ремесленное училище. Ребята-ремесленники были сразу же направлены на завод. На предприятии организовали местную противовоздушную оборону – ПВО. На крышах корпусов завода установили зенитные установки, авиационные пушки. Срочно обучали работников завода стрелять по самолётам противника. Немцы налетали на Москву в строго определённое время, поэтому рабочие могли днём работать в цехах, а ночью дежурить у орудий. Народный Комиссариат авиапромышленности разрешил ставить на дежурство и боевые, только что испытанные самолёты. Во время тревоги заводские лётчики-испытатели поднимали машины в воздух. Каждый день и ночь на аэродроме дежурило несколько экипажей готовых к бою, каждому определялся свой сектор ПВО. Нагрузка на работников завода и летчиков-испытателей всё увеличивалась. Фронт требовал всё больше и больше боевых самолётов. Работая по 12-14 часов, работники завода выпускали всё больше и больше машин, каждую из которых лётчики-испытатели должны были испытать, привести точные данные о поведении самолёта в полёте, правильно определить недостатки, указать необходимые пути исправления, снова испытать в воздухе, предъявить самолёт лётчику военной приёмки, и только тогда сделать запись в полётном листе, что самолёт годен для дальнейшей эксплуатации и готов к бою.

В первые дни войны, по свидетельству народного комиссара (наркома) авиапромышленности А.И. Шахурина [2], на всех авиазаводах занимались поисками и использованием внутренних резервов для увеличения выпуска боевой техники. Самолёт – это сложный механизм, требующий работы многих отраслей промышленности: машиностроителей, металлургов, химиков и других.

К октябрю 1941 года некоторые предприятия были уже эвакуированы, а к середине октября, когда немцы уже были под Москвой, встал вопрос о срочной эвакуации московских и подмосковных заводов.

По свидетельству А.И. Шахурина, некоторые предприятия, например, Запорожский и Таганрогский заводы, вывозились на восток под огнём наступающего противника. Немцы беспрестанно бомбили железную дорогу, чтобы помешать эвакуации заводов. Наши войска проявляли просто чудеса доблести, мужества, чтобы дать возможность вывезти заводское оборудование. В своей книге «Крылья победы», он рассказывает каких усилий, знаний, труда потребовалось коллективу завода, чтобы в течение нескольких дней демонтировать завод, погрузить в эшелоны оборудование, готовые изделия, материалы и работников с их семьями и отправить на восток. Все авиазаводы были в короткие сроки вывезены на Урал, в Сибирь, на Дальний Восток.

Подмосковный завод, на котором работал мой прадед Л.М. Максимов, был эвакуирован в октябре 1941 года на Урал, когда немцы были уже под Москвой. До самого последнего времени завод выпускал «Пешки» - Пе-2 (пикирующие бомбардировщики) конструкции Петлякова [4]. Последний самолёт был сдан, и лётчик - испытатель (мой прадед), одним из последних убыл к новому месту службы.

К октябрю 1941 года в эвакуацию были отправлены 118 авиазаводов, производивших до войны три четверти всей авиа-продукции из 139 действующих [5]. Вместе с заводами, работниками заводов, были эвакуированы и их семьи.

Беспримерный подвиг совершали и железнодорожники, перевозившие промьшленные предприятия под огнём противника.

Другой мой прадед, Козлов Иван Иванович, в годы войны работал на железной дороге и был награждён орденом Ленина.

Общее руководство по эвакуации осуществлял Совет по эвакуации при Государственном Комитете Обороны.

Работники заводов, которые только что с огромным напряжением всех сил демонтировали заводы, должны были в ещё более трудных условиях налаживать производство. Фронт требовал всё большего количества самолётов. В первые дни войны советская авиация понесла большие потери. Фашистская армия имела более сильный воздушный флот не только по количеству, но и по боевым характеристикам самолетов. На Урале, в Сибири, на Дальнем Востоке в 1941 году стояли сильнейшие морозы, но, несмотря на это, Госкомитетом обороны была поставлена задача выдавать продукцию не позднее, чем через два-три месяца. На заводах продолжалось строительство производственных площадок и одновременно монтаж оборудования.

Работники заводов неделями не выходили из цехов. В цехах выпускали самолёты, когда ещё в них не было окон и крыш. Снег покрывал человека, станок, но работа продолжалась. Очень тяжело было с продовольствием, особенно в первые месяцы эвакуации. Это работники переживали стойко, понимая, что на фронте ещё труднее. Тяжелейшее положение было и с жильём. Эвакуированных размещали у частных лиц, а также и в школах, клубах, в магазинах. Рыли землянки, ставили палатки и бараки. Тем не менее, производство самолётов требовало ещё и постоянного совершенствования не только технологии, но и конструкции новых машин.

Вместе с авиазаводами были эвакуированы научно-исследовательские институты и опытные конструкторские бюро: Ильюшина, Лавочкина, Микояна, Яковлева, Петлякова, Туполева и других. Эвакуированы были конструкторское бюро моторостроителей Климова, Швецова, Микулина и других. Они работали с величайшим напряжением, так как понимали, что фронту требуются более скоростные самолёты с мощным вооружением и защитой экипажа.

В декабре 1941 года заводы стали выпускать новую продукцию. Лётчики-испытатели испытывали новые машины просто в экстремальных условиях. Все инструкции по безопасности самолётов соблюдать было невозможно, так как фронту были необходимы самолёты в кратчайшие сроки. После очередной посадки лётчика уже ждали инженеры, механики, мотористы. По замечаниям лётчиков-испытателей оперативно устранялись недостатки, менялись агрегаты, заменялось оборудование, вооруженцы исправляли недостатки в оружии, и лётчики-испытатели снова взмывали в воздух, облётывали исправленную машину, и если не было замечаний, предъявляли самолёт военпредам. «Самолет готов к бою» – за этой скупой фразой и подписью лётчика-испытателя стояли огромный труд, напряжение всех физических и нравственных сил громадных коллективов, ведь кроме испытания самой машины в воздухе необходимо было проверить и надёжность оружия: пушек, пулемётов, обеспечить работу колоссального комплекса наземной подготовки и обслуживания.

Я знаю по рассказам бабушки, что в первые месяцы эвакуации лётчики, также как и все работники завода, получали вместо обеда «баланду» (что-то похожее на суп). Однажды после полёта, когда мой прадед приземлился и вылез из самолёта, он упал в голодный обморок. Об этом доложили начальству и сразу же лётчикам-испытателям усилили продуктовые пайки, из которых готовили для них пищу прямо на лётно-испытательной станции. Это делалось для того, чтобы продукты доставались самим летчикам, иначе каждый из пилотов по доброте, присущей всем нашим людям, наверняка постарался бы большую часть своего продовольственного пайка принести своим близким людям. Нормы питания для других тружеников заводов были очень ограниченными. Так как в полёте человек испытывал большие перегрузки, а испытывать и создавать новые машины требовалось незамедлительно, для пилотов старались создавать лучшие условия.

Когда в декабре 1941 года в воздух поднялся первый штурмовик ИЛ-2 конструктора Ильюшина, директор завода попросил лётчика-испытателя пролететь над заводом, чтобы люди, построившие самолёт для фронта в таких условиях, увидели плоды своего труда. Нарком авиапромышленности Шахурин в своей книге «Крылья победы» пишет, что с 1 декабря 1941 года по 1 апреля 1942 года завод уже дал фронту больше самолётов, чем давал на старом месте до эвакуации.

Параллельно и даже опережающими темпами по отношению к производству серийных самолетов проводились разработки и исследования для создания новых более скоростных, маневренных, с дальним радиусом действия и мощным оружием самолетов. Теоретические труды многих российских ученых в области математики и аэромеханики начали быстро превращаться инженерами в разработки новых технологических процессов и чертежи новых конструкций самолетов, двигателей и вооружения.

Немалую роль в развитии новых решений для авиации сыграл выдающийся математик С.А. Чаплыгин, с которым связана история нашей семьи, так как моя прабабушка Ольга Тимофеевна Попова была его родственницей. Важнейшую роль в деле аэродинамического «облагораживания» самолетов имели натурные аэродинамические трубы. Эти исследовательские установки, в которых можно было продувать наиболее важные элементы самолетов в натуральную величину, начали строить в 30-е годы до войны, и многие из них были лучшими в мире. В годы войны в Центральном аэрогидродинамическом институте (ДАГИ) в г. Жуковском, в трубе Т-101 были исследованы все основные типы серийных боевых самолетов.
Ш. Горьковский авиазавод имени С. Орджоникидзе

в годы Великой Отечественной войны
С этим заводом (ныне ОАО «Нижегородский авиастроительный завод «Сокол») была связана трудовая жизнь моего прадеда Л.М. Максимова, который испытывал истребители И-16 вместе с В.П. Чкаловым, Т.С. Жуковым, П.Л. Павлушовым, И.Ф. Квасовым, Ф.Ф. Мечем, В.Б. Иншаковым, Н.Г. Алифановым еще до войны, а также моего деда А.А. Жучкова, который погиб уже после войны в 1954 г., испытывая реактивные самолеты.

По старинной фотографии 1923 года из Борисоглебской школы летчиков можно получить некоторое представление о военной форме первых красных учлетов, которые впоследствии стали опытными пилотами.

В летние каникулы 2004 года нам с папой удалось побывать в музее этого завода и собрать очень много интересных материалов и фотографий. Хочется приложить некоторые из них и подробнее рассказать обо всем увиденном. Сотрудники музея очень много и интересно рассказали и показали материалы не только о моем деде и прадеде, но и об истории всего завода и о его работе в годы войны. Начали мы со стенда о современной продукции «Сокола» и серии материалов, посвященных 100-летию В.П. Чкалова. Памятник этому всемирно известному пилоту высится на крутом берегу Волги около Нижегородского кремля. Алюминиевая скульптура В.П. Чкалова также установлена в музее завода рядом со стелой, хранящей имена всех погибших при испытаниях пилотов.

Строительство завода № 21 началось в 1930 году, а в 1932 уже выпустили первые истребители И-5 конструкции Н.Н. Поликарпова. В 1935 году уже осваивали истребитель И-16, а в 1937 году прадед совершил первый полет на новом самолете конструкторов А.А. Боровкова и И.Ф. Флорова под условным названием «7211» или просто «семерка». Конечно, очень интересно и радостно было увидеть фотографию прадеда на стенде вместе с фотографиями конструкторов и их совместный, даже немного смешной для сегодняшнего дня самолет. Как-то непривычно звучали слова экскурсовода о том, что в 1940 года на заводе начали производство «цельнодеревянных» истребителей ЛаГГ-З конструкции С.А. Лавочкина, В.П. Горбунова и М.И. Гудкова. Как выяснилось, наконец-то истребитель расстался с полотняной (матерчатой) обшивкой крыльев.

О работе и судьбах многих известных и неизвестных мне ранее людей удалось узнать за целый день пребывания в музее завода. Множество имен, фактов, цифр и впечатления от экспонатов музея меня просто ошеломили. Что-то удалось записать, а что-то запомнилось.

В годы Великой Отечественной войны Горьковский авиазавод № 21 не был эвакуирован. С первых же дней войны большая группа заводчан добровольцами ушла на фронт. Среди них: Агеев Николай – слесарь цеха 40, ставший впоследствии Героем Советского Союза; Жилов Михаил – электрик цеха 45; Панкратов Виктор – комсорг цеха 10; Ажнин Иван – контролёр цеха 2; Трусов Вениамин – конструктор ОКБ; Едина Анастасия – плановик цеха 40; многие не вернулись с фронта. Среди них: Старжилова Людмила – лаборант цеха 250, Агеев Василий – редактор газеты «Ворошиловец», Езепов Григорий – начальник ВВО завода и многие другие, чьи имена навсегда останутся в памяти потомков.

Однако завод не мог остаться совсем без работников, кто-то должен был выпускать необходимые фронту самолеты. Потребности фронта вызывали необходимость перестройки всего производства. В первый же год войны завод добился значительных успехов в деле увеличения выпуска продукции и совершенствования изделий. Своим самоотверженным трудом заводчане помогали фронту. Родилось замечательное движение «двухсотников», когда обязательной производительностью стало выполнение плана на 200% и выше. Появились стахановские вахты, создавались особые стахановские бригады, которые получили название фронтовые. Объединившись в эти бригады, рабочие чувствовали себя, как на фронте. Каким бы задание ни было, оно выполнялось в этот же день, люди не выходили из цехов, не закончив полностью своего задания. Бывали моменты, когда бригады сборщиков не выходили из цехов по трое суток, то есть трудились по 72 часа подряд.

Первая комсомольско-молодёжная бригада под руководством Алексея Зиновьева (20 цех) была образована 29 октября 1941 года. На 01.01.1942 года было создано 63 фронтовые бригады, на 01.01.1943 года – 248, на 01.01.1944 – 472, на 01.01.1945 года – 591, с общим охватом 3000 человек.

На заводе работали молодые ребята 15-16 лет, которые ещё не доставали до станков (им ставили под ноги ящики). Они быстро освоили сложные операции по изготовлению различных деталей и очень скоро они стали перевыполнять план.

В музее завода «Сокол» есть фотографии этих девчонок и мальчишек. Начальник 40-го цеха Зайчик С.Е., в котором работали эти ребята, всеми правдами и неправдами старался доставать дополнительные продукты, чтобы подкармливать этих ребят, которым было всего по 16 и даже 14 лет.

В 1942 году на заводе развернулось движение «тысячников». Инициатором этого движения выступил фрезеровщик цеха № 21 Леонид Морев. Вступив в майское соревнование и взяв повышенное обязательство, он приспособил свой станок так, что смог фрезеровать 12-13 деталей вместо 4-5. В первый день работы по-новому он выполнил пять норм, а на следующий день он выполнил норму уже на 751%. Вот показатели Л. Морева: 01.04.42 – 750%; 02.04.42 – 620%; 03.04.42 – 520%; 04.04.42 – 977%; 06.04.42 – 1500%; 17.04.42 – 1540%. Весть о рекорде Морева облетела весь завод, многие рабочие стали организовывать свою работу по-новому.

В музее завода «Сокол» есть воспоминания С.С. Цецегова, руководителя фронтовой бригады, Героя Социалистического труда: «И мы работали! Так работали, как наши сверстники ходили в атаки. В цехах холод, от дыхания клубится пар, металл липнет к коже, обжигает пальцы, но мы сутками не выходили из цеха. Фронтовая комсомольско-молодёжная бригада, которой я руководил, регулярно давала по две – три нормы, а мне в 1943 году в течение нескольких дней удалось выполнить норму на 1000%. Цифра на первый взгляд фантастическая. Но ничего невероятного в этом нет – просто я придумал кое-какие приспособления, совместил несколько операций и дело пошло быстрее».

Рождались новые принципы организации производства. Обеспечение взаимозаменяемости деталей на разных самолетах, освоение смежных профессий для лучшего понимания взаимосвязи сонмища деталей и узлов в сложнейшем механизме самолета, создание поточного производства, обеспечение качества на рабочих местах, что особенно важно в авиации, давали возможность выпускать в сутки от 20 до 40 самолетов. Трудовой энтузиазм самоотверженных заводчан способствовал выполнению важной государственной задачи - выпуску большого количества истребителей с лучшим качеством. Всего в Горьком было выпущено более 19 000 истребителей, т.е. почти каждый четвертый самолет времен войны был из Горького.

Но не только самоотверженным трудом на рабочих местах заводчане помогали Красной Армии громить врага. Широко развернулось патриотическое движение в фонд обороны, по подписке на государственный заём, по сбору и отправке бойцам подарков на фронт. По инициативе молодёжи и комсомольцев завода был организован сбор средств на постройку авиационной эскадрильи им. Зои Космодемьянской. На собранные рабочими-комсомольцами средства был построен самолёт, переданный лётчику В.И. Шавурину.

В июле 1942 года на площади Минина были выставлены для всеобщего обозрения останки сбитого недалеко от города Павлова П.И. Шавуриным немецкого самолёта «Юнкерс-88». На самолёте, построенном на заводе, Пётр Иванович громил врага на Сталинградском фронте и стал Героем Советского Союза. Его имя носила женская фронтовая бригада Ольги Завражновой.

Активное участие приняли заводчане и в сборе средств на постройку танковой колонны «Горьковский осоавиахимовец». На средства, собранные трудящимися области и страны, дополнительно построены самолёты: «Карело-финский донор», «Горьковский пионер», звено самолётов «Горьковский пожарный», «Горьковский колхозник», эскадрилья самолетов «Горьковский рабочий».

Трудящиеся завода вносили средства на постройку целой эскадрильи самолетов им. Валерия Чкалова (это почти 30 самолетов). Рабочие, инженерно-технические работники сдавали деньги на выпуски государственных военных займов 1942–1945 гг. Отказывая себе во многом, люди вносили деньги на создание нужного фронту оружия в таких суммах, которые в несколько раз превышали их месячные зарплаты.

Большое количество работников на заводе были донорами. Из более 1000 доноров-женщин 200 человек сдавали кровь от 15 до 20 раз. Конструкторы и технологи завода работали по-фронтовому. В 1941 году на заводе было подано более 2500 рационализаторских предложений, что давало большую экономию времени, материалов и трудовых ресурсов. В 1942 году те работы, на которые раньше отводилось около месяца, выполнялись конструкторами за семь дней. Удостоверение «Лучший конструктор завода» имели: К.В. Слепнёв, Н.Н. Рекшинский, Ф.Ф. Кантинов, А.В. Гмызин, Хилов и другие. Звания Лауреата Государственной премии были удостоены: В.С. Волков, Б.Д. Протопопов, П.А. Иванькин, В.А. Мюрисеп.

В первый год войны на потоке были самолёты конструкции С.А. Лавочкина, Гудкова и Горбунова ЛАГГ-3. Этими самолётами был вооружён сформированный в Горьковской области в период с 12 октября по 6 ноября 1941 года 721-й истребительный авиационный Касторненский, ордена Александра Невского, Ордена Суворова 3 степени полк (командир полка подполковник Ф.В. Погрешаев, комиссар полка А.И. Голубенков), который произвёл 6861 боевой вылет, в воздушных боях уничтожил 202 самолёта противника.

Но фронт требовал другие, более совершенные самолёты. И задача, поставленная перед коллективом завода (создание достаточного числа истребителей более совершенных по своим качествам), была решена в рекордно короткий срок. За две недели было налажено серийное производство истребителя Ла-5, опытный экземпляр которого получил на испытаниях высшую оценку «отлично».

Первые Ла-5 участвовали с успехом в Сталинградской битве, на Ла-5 открыл свой боевой счёт трижды Герой Советского Союза И.Н. Кожедуб. Это был выдающийся воздушный ас среди многих известных советских летчиков, которые, как, например, А.И. Покрышкин, летали и на американских истребителях «Аэрокобра», сбивая десятки немецких самолетов. Однако, 62 немецких, сбитых И.Н. Кожедубом, самолета, который летал на «Лавочкиных», говорят об очень высоком качестве горьковских самолетов.

В начале 1943 года Семёну Алексеевичу Лавочкину была поставлена задача улучшить скороподъёмность Ла-5, усилить вооружение, облегчить управление. На самолёт был поставлен новый мотор конструктора. А.Д. Шевцова. Самолёт с новыми данными стал называться Ла-5 ФН (форсированный, т.е. более мощный).

В музее завода «Сокол» есть воспоминания очевидца о том, как в годы войны, с величайшим напряжением, от зари до зари, работало конструкторское бюро С.А. Лавочкина: спали по 3-4 часа, и удивлялись - что генеральный конструктор, который уходил домой позже всех, приходил на работу раньше других.

В Нижнем Новгороде (г. Горьком) на улице Чаадаева на доме, где в годы Великой Отечественной войны жил С.А. Лавочкин, благодарные заводчане установили памятную доску.

Главный инженер завода, один из инициаторов поточного производства В.В. Куприянов, считал, что «благодаря внедрению приспособлений, применению поточных методов производства и ликвидации простоев, на выпуск истребителей Ла-5 затрачивалось вдвое меньше труда, чем в 1942 году» (Газета « Правда» 04.10.1943 г.).

При создании Ла-5 ФН было облегчено шасси, улучшена теплоизоляция кабины пилота для обеспечения большей высотности полетов, применен непосредственный впрыск топлива в цилиндры для повышения мощности двигателя, снижены усилия на ручки управления для облегчения маневрирования в воздушных боях. В 1943 году завод выпустил самолётов Ла-5 ФН в два раза больше, чем в 1942 году. Созданный незадолго до Курской битвы, самолёт С.А. Лавочкина сыграл в этом сражении большую роль. Ко времени битвы на Курской дуге немцы создали новый самолёт-истребитель «Фокке-Вульф-190», который, по отзывам наших лётчиков, был весьма опасным противником. Тем большую гордость испытали наши самолётостроители, построившие гораздо лучший самолёт.

Мой прадед в 1943 году испытывал уже серийные самолёты Лавочкина. В 1943 году он с особым заданием был командирован на прифронтовой аэродром в районе Курской дуги и, когда вернулся, рассказывал о преимуществах любимых им «Лавочкиных».

С 1942 по 1944 год на заводе построили 11 154 (по статистике Министерства авиационной промышленности – 9262) самолёта Ла-5 и модифицированного Ла-5 ФН. Скоро и самолёты Ла-5 ФН были модернизированы. Был создан самолет Ла-7. Благодаря лучшей аэродинамике его максимальная скорость на номинальном режиме была на 25-30 км/час больше, чем у Ла-5 ФН при одинаковой мощности двигателей.

В целом же только за счет аэродинамических усовершенствований скоростные характеристики истребителей Ла-5 (Ла-7) возросли на 60-65 км/час. Возможности самолетов с воздушными винтами (пропеллерами) приближались к максимально достижимым. Наступала эра реактивной авиации.

После войны С.А. Лавочкин писал: «Я не вижу моего врага – немца-конструктора, который сидит над своими чертежами где-то в глубине Германии, в глубоком убежище. Но, не видя его, я воюю с ним... Я знаю, что бы там ни придумал немец, я обязан придумать лучше, чтобы в день, когда два новых самолёта – наш и вражеский – столкнутся в военном небе, наш оказался победителем».

По сути, параллельно с войной на фронте за нашу Победу шла война технических авиационных умов. В годы войны над проблемами самолётостроения работали целые научные коллективы. Большое значение для авиационной науки имели исследования академиков С.А. Христиановича и Н.Е. Кочина, занимавшихся проблемами больших скоростей. Учёные М.В. Келдыш и Е.П. Гроссман подготовили расчёты, позволявшие увеличить устойчивость самолёта. При создании новых профилей крыльев использовались труды профессора А.А. Дородницына. Математические и гидродинамические разработки С.А. Чаплыгина оживали в проектах новой реактивной авиации.

На стендах, посвященных первым реактивным самолетам, с гордостью и грустью одновременно я увидел последнюю фотографию моего деда, в зимней военной форме в 1954 году. Он навсегда остался для меня моложе моего папы. Мне удалось даже посидеть в катапультируемом кресле пилота, в испытаниях которого дед принимал участие.

Мы бережно храним фотографии молоденького курсанта ПВО – А.А. Жучкова и его послевоенные фотографии. Хотелось бы быть хоть чуть-чуть похожим на этих мужественных людей. Такие кресла, отстреливаемые от самолета в аварийной ситуации, должны были спасать жизнь пилота. Однако заставить их правильно работать удалось лишь ценой жизни нескольких летчиков-испытателей. Сегодня такие усовершенствованные кресла установлены на всех боевых и учебных реактивных самолетах.

В завершение данной работы хочется приложить фотографию взлетающего современного истребителя-перехватчика МИГ-31Е завода «Сокол». Когда видишь такую махину, способную летать со скоростью в три раза больше скорости звука, то хочется верить, что наша авиация всегда будет «идти на взлет» и будет готова побеждать.

Целью моей работы было доказать, что это возможно только благодаря большому труду и тем качествам, которые называются: любовь к Родине, сила воли, мужество, профессионализм.
Заключение
Неоценим вклад учёных и конструкторов в создании и усовершенствовании авиационной техники, в обеспечении победы над врагом в воздушных сражениях войны. В ходе войны велась постоянная работа над улучшением боевых и лётных качеств наших самолётов. Первый вклад в Победу – борьба умов.

Громадное значение для Победы имел самоотверженный труд тех, кто непосредственно своими руками создавал оружие.

Вглядываясь в старые фотографии, можно сказать, что это были простые люди, однако, слушая рассказы очевидцев и читая различные документы, понимаешь, какие необъятные силы были в них сосредоточены. Это вклад силы воли, упорства, мужества.

Возвращаясь к более тесному моему окружению, я всегда с гордостью вспоминаю, что в этом тяжелом для страны периоде участвовали и мои близкие и дальние родственники. Мой прадед Максимов Леонид Михайлович начинал летать на "Фарманах", "Авро", "Блерио", затем на скоростных фронтовых бомбардировщиках и закончил свою работу на истребителях Ла-7. За свой труд, который по праву можно назвать честной службой Родине, он был награжден двумя орденами Ленина и двумя орденами Боевого Красного Знамени. Он был очень сильным и здоровым человеком, а также грамотным специалистом, как говорят в настоящее время. Он любил спорт, отлично играл в шахматы и в городки, даже хорошо пел и разбирался в музыке. Однако, жизнь с колоссальным напряжением сил была недолгой, всего 57 лет. Мой дед Жучков Алексей Алексеевич во время войны был курсантом - летчиком ПВО, а в 50-ые годы уже испытывал реактивные самолеты МИГи на Горьковском авиационном заводе. Новая техника, которая создавалась для защиты и обороны того, что было сделано уже после Победы, что создается и происходит в настоящее время, также требовала больших усилий, труда, смелости и мужества. К сожалению, дед погиб в одном из испытательных полетов истребителя МИГ-17 на 32-ом году своей жизни. Сестра моей прабабушки, Варвара Тимофеевна Попова, - химик, получила Сталинскую премию за разработку в осажденном во время войны Ленинграде нового материала для самолётов, устойчивого к вибрациям и перепадам температур керамического изолятора. Ее здоровье было сильно подорвано блокадой, и она не дожила до возраста, относящегося к средней продолжительности жизни.

Очень уместно вспомнить слова поэта Феликса Чуева: «Летчиков погибшими не помнят. Им посмертно в памяти летать», которые можно отнести ко всем тем мужественным и сильным людям, ковавшим Победу и на фронте, и в тылу, и вошедшим в нашу вечную память.

Я решил написать эту работу потому, что в моей семье свято чтят память о людях, честно работавших на благо Родины. В заключение своей работы я хотел бы поблагодарить за предоставленную мне информацию работников музея завода «Сокол»: Станислава Сергеевича Субботина и Нардину Альбину Николаевну, которые хранят память о моих прадеде и деде; заведующую библиотекой им. А.И. Люкина Галину Алексеевну Имшенецкую, которая продолжает обработку архивных материалов и пишет интересные статьи для новых поколений авиастроителей, а также поблагодарить мою бабушку Жучкову Беату Леонидовну за её воспоминания о периоде Великой Отечественной войны.


Список использованной литературы:

1. Великая Отечественная война : краткий научно-популярный очерк. – М., 1970

2. Шахурин А.И. Крылья победы. – М.: Издательство политической литературы, 1990

3. «МиГ» между прошлым будущим : Нижегородский авиастроительный завод «Сокол». – М.: Изд-во «Рестарт», 2004

4. Соболев Д.А. История самолётов 1919 - 1945. – М.: РОССПЭН, 1997

5. Мухин М.Ю. Советская авиапромышленность накануне Великой Отечественной войны. // Отечественная история. – 2003. - № 3

6. Ермаков А.М. Простейшие авиамодели. – М.: Просвещение, 1984

7. Стендовые материалы из музея авиастроительного завода «Сокол». - Нижний Новгород

8. Имшенецкая Г.А. Авиация - это сама жизнь. // «Рабочая жизнь». – 2004. – 20 февраля





Лучшие творческие работы

читателей- детей,

представленные на конкурс
«Фронтовой треугольник.

Расскажи о войне».










1-е место





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница