С. У. Пазов (председатель), Х. С. Лепшоков, Т. К. Алиева, Х. М. Ионов, Б. И. Урусова, А. А. Эльгайтаров, В. Н. Тарасюк, Н. С. Уртенов, В. Б. Огузов, Ч. С. Кулаев, Р. А. Бостанов, Б. Б. Карданова, У. Б. Узденов, А. А



страница1/22
Дата13.06.2016
Размер4.93 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22
Министерство образования и науки Российской Федерации

Карачаево-Черкесский государственный университет

ВЕСТНИК


Карачаевск

2012
Издаётся с 1998 года





32/2012



Печатается по решению редакционно-издательского совета Карачаево-Черкесского государственного университета имени У. Д. Алиева

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР Б.Н. Тамбиев

Редакционный совет:

С.У. Пазов (председатель), Х.С. Лепшоков, Т. К. Алиева, 3. Х.-М. Ионов, Б.И. Урусова, А. А. Эльгайтаров, В.Н. Тарасюк, Н.С. Уртенов, В.Б. Огузов, Ч.С. Кулаев, Р. А. Бостанов, Б.Б. Карданова, У.Б. Узденов, А. А. Урусов.

Редакционная коллегия:

С. У. Пазов (зам. гл. редактора), Р. М. Бегеулов (зам. гл. редакто­ра), Ф.М. Шидакова, В. М. Джашаккуев, М. М. Эбзеев, Т.Х. Хапчаева, Чанкаев М. X., А. X. Дзамыхов, О. А. Логвиненко, С.А. Хапаев.

К сведению авторов. Рукописи принимаются только в элек­тронном виде - на дискете стандартного формата с приложением распе­чатки, заверенной автором. Страницы журнала открыты для дискуссион­ных материалов. Статьи публикуются в авторской редакции.

За разрешением на перепечатку или перевод опубликованных в журнале материалов обращаться в редакцию.

И Адрес редакции: 369202, г. Карачаевск, ул. Ленина, 29 @ Телефон: 2-22-39 (научное управление)

ЛР № 040310 от 21 октября 1997 г.

© Карачаево-Черкесский государственный университет 2012


ФИЛОСОФИЯ, ИСТОРИЯ, ЭКОНОМИКА,

социология



ОСНОВАНИЕ И СТАНОВЛЕНИЕ СЕЛА КОСТА-ХЕТАГУРОВА

Ч.С. Кулаев

(Карачаево-Черкесский государственный университет им. У. Д. Алиева)

Основание села Коста-Хетагурова на территории Кубанского края в результате переселения нартских осетин в 1870 г. было первым шагом по пути возрождения новой жизни переселенцев. В этом многонацио­нальном регионе давало им возможность управлять самим своей жизнью применительно к особенностям проживающих здесь народов. Вновь об­разованное село вошло в состав Хумаринского округа, что явилось важ­ным условием консолидации осетин, их дальнейшего развития. Земля стала для них средством подъема их хозяйства и благосостояния.

Прежде чем основать село в 1869 г. начальник Осетинского округа полковник Александр Францевич Эглау направил в Кубанскую область депутатскую делегацию из 19 человек горцев осетин, которая должна была оценить пригодность земель, предоставляемых осетинам- переселенцам.

Эглау и его доверенные лица из числа осетинских старейшин по­добрали в состав делегации наиболее благонадежных и авторитетных осетин, слово которых неукоснительно выполнялось родом, аулом и даже жителями целого ущелья. В состав делегации вошли: Леуан Хетагуров, Леван Хасиев, Кайтуко Абаев, Павел Козаев, Гагко Бирагов, Моско Коза- ев, Тепсыр Даргиев, Темыр Баскаев, Хусина Дзахоев, Асахмат Басиев, Гадо Тебиев, Абрак Хадзарагов, Афако Дзгоев, Темир Беджисов, Гадо Цахилов, Заурбек Дудаев, Мурзабек Гуриев, Заурбек Калоев.

План царского правительства о переселении осетин Зругского ущелья в Кубанскую область привести в исполнение было делом тяже­лым: очень сильной оказалась привязанность и любовь осетин к родным местам. При этом правительство использовало свой старый метод коло­ниальной политики на Северном Кавказе - принудить горцев к переселе­нию с помощью местных верхов Осетии, пользовавшихся большим влия­нием среди населения. Для этого «начальником Терской области были привлечены почетные осетины милиции подпоручик Леван Хетагуров и прапорщик Мисирби Гутиев»I, из которых Леван Хетагуров был известен царскому правительству своей военной службой в рядах царских войск.

Левану Елизбаровичу Хетагурову, начальнику главного управле­ния наместнику Кавказа директор департамента князь Бароновский давал такую характеристику: «Офицер этот заслуживает особого внимания на-


чальства, потому что он стоял во главе всего Наро-Мамисонского насе­ления, вся фамилия его отличалась преданностью правительству «верной службою, сам он в течение своей долговременной службы, постоянно заявляя себя с самой лучшей стороны, с отличием участвовал во многих экспедициях и, будучи уже в преклонных летах, устранил своим влияни­ем весьма многие затруднения по переселению осетин в Кубанскую об­ласть»I. Практически Леван Хетагуров, прослуживший «верою и прав­дою более 30 лет на военной службе», принимая участие в 1841 г. в Даге­станском отряде под начальством полковника князя Андроникова и 18 июля при взятии аула Ауха, получил сквозную рану в обе ноги, в резуль­тате чего был причислен ко 2-му классу раненных.II По утверждению са­мого Левана Хетагурова, он имел на месте проживания «порядочное хо­зяйство и землю».III

Другим организатором и помощником переселения Левана Хета­гурова был Мисирби Гисоевич Гутиев.IV Начальник Терской области да­вал ему следующую характеристику: «Гутиев происходит из почетной фамилии Осетинского округа, по отлично-полезной службе своей и по положению в среде осетин вполне достоин награждения участком земли 150 десятин».V

Леван Елизбарович Хетагуров, прежде чем дать свое согласие воз­главить переселенческое движение осетин Зругского ущелья в Кубан­скую область, поставил перед начальником Терской области условия: во- первых, на новом месте сохранить за ним те привилегии, какими мог бы он пользоваться, оставшись во Владикавказе. Во-вторых, просил сохра­нить за ним в виде пенсии 441 рубль в год. Такую сумму он получал, ко­гда служил в горской милиции в должности помощника командира сот­ни. В-третьих, просил дать ему в Кубанской области 150 десятин земли. В-четвертых, определить его детей Константина (Коста) и Ольгу в учеб­ные заведения за счет казны.VI Представившаяся возможность дать при­личное воспитание моим детям была самая главная из причин, побудив­ших меня к переселению, - писал Леван Елизбарович.VII

Условия, поставленные Леваном Хетагуровым перед царским пра­вительством, были удовлетворены полностью. В Кубанской области в долине реки Марухи он получил участок земли в 200 десятин, ему назна­чили пожизненную пенсию в размере 300 рублей в год, а его 8-летняя дочь Ольга и 11-летний сын Коста были приняты в гимназию на содер­жание государства. Одновременно помощник Левана Хетагурова Мисир- би Гисоевич Гутиев был наделен земельным участком в размере 150 де­сятин.

Сын Левана Хетагурова Константин (Коста) был определен в Ставропольскую классическую гимназию. Уже в 1881 г. начальник Ку­банской области известил директора Ставропольской гимназии о своем согласии на представление Коста Хетагурову стипендии для получения им специального образования в Петербургской академии художеств.I В этом же году К.Хетагуров прекратил учебу в Ставропольской гимназии. Директор гимназии выдал Коста Хетагурову билет «о том, что он, со­гласно распоряжения начальника Кубанской области, отправляется в Санкт-Петербург для поступления в императорскую Академию худо­жеств и по сему же билету имеет право проживать в каникулярное время сего года в Георгиевском поселке Кубанской области, а потому г. г. на­чальствующие лица благоволят как в проживательстве его, Хетагурова, в помянутом поселке, так и во время приезда его в Петербург препятствий ему не делать и в случае необходимости оказывать ему законную защи­ту...»I

Начальник Кубанской области сообщил в Петербургскую акаде­мию художеств: «Директор Ставропольской гимназии, ввиду того, что во все время пребывания в гимназии воспитанника Хетагурова, жителя Ба- талпашинского уезда, укрепления Хумар, замечал в нем преобладающую способность и наклонность к художественной деятельности, в которой он достиг значительного совершенства, так что его рисунки с натуры посы­лаются на всероссийскую выставку, просил меня в предоставлении ему одной из двух стипендий, выплачиваемых из горских штрафных сумм, которые в текущем году будут свободны за окончанием курса наличными стипендиатами, с целью оказания ему содействия на пути художествен­ного образования в императорской Академии художеств. На этом осно­вании, зачислив Хетагурова стипендиатом одной из вакансий, оплачи­ваемых из горских штрафных сумм, об этом имею честь уведомить ака­демию, присовокупляя, что в переводе причитающейся на означенный предмет суммы вместе с сим сделано мною соответствующее распоряже­ние».I


Названные выше материалы помещаются для того, чтобы напом­нить читателям, как сын оправдал надежды отца и как положительно по­влияли успехи на всю деятельность Левана Хетагурова. являясь руково­дителем переселенцев-осетин из Северной Осетии.

В Кубанской области переселенцы-осетины получили землю вбли­зи осетинского военного укрепления Хумаринского во вновь образован­ном поселке Шоанинском Эльбрусского округа, который с 1 января 1871 г. вошел в состав Баталпашинского уезда. Отведенные земли здесь были очень плохие. «Северный склон Главного Кавказского хребта, в пределах Кубанской области почти сплошь заросший чрезвычайно густым лесом, трудно доступный и заключающий в себе чрезвычайно мало мест, сколь­ко-нибудь угодных для ведения сельского хозяйства»,I - писал директор департамента князь Барановский.

Первые переселенцы осетин, преодолев территорию Кабардино- Балкарии, Пятигорска, Черкесска (Баталпашинска), перепутав дорогу, попали в Кубанскую область, долину реки Лаба.

Люди, привыкшие к горам Осетии, сразу не восприняли равнину и решили покинуть Кубанский край, обосновавшись в горах Карачая. Пер­воначальное название села Шоана (1870 г.) в 80-х годах менялось четыре раза - поселок Лаба, Ново-Осетинское, Георгиево-Осетинское и, нако­нец, Коста Хетагурова (1939 г.)

Но у Коста Хетагурова в рассказе «В горах», датированном второй половиной восьмидесятых годов, упоминается еще одно название - аул Дурхум. Это православный осетинский аул между грудами камней. «Вершины высоких скалистых гор, группирующихся в чудной перспек­тиве вокруг Кубани до рождающих ее вечных снегов, удивляют своею фантастичностью», - писал Коста Хетагуров».II

Вновь образованному селу Коста Хетагуров давал следующую ха­рактеристику, как бы говорили всякому постороннему посетителю: «и мы, дескать, не желаем отстать от Европы. В одном из них живет ауль­ный священник, а в другом помещается аульская школа».III

Своеобразной чертой поселения осетин-переселенцев являлось де­ление его по этническим, территориальным, фамильным (родовым) при­знакам, присущим традиционному осетинскому поселению. Село дели­лось на две части, из которых большая, находящаяся к северу от цен­тральной площади, заселялась иронской этнической группой, меньшая, располагавшаяся к югу, - туальской. В свою очередь обе эти части дели­лись на кварталы - Зруг, Нар, Ардон, Мизур, Кусурта, которые сохранили названия прежних мест обитания переселенцев, их этнического состава.

Квартал Зруг населялся Хозиевыми, Козаевыми, Бираговыми, Тау- газовыми и др. из одноименного ущелья Северной Осетии (Туалетии). Квартал Нар - Хетагуровыми, Бурнацсвыми. Балаевыми, Цуциевыми, Исаковыми и другими выходцами их Нарской котловины той же Туале­тии.

Остальные кварталы были заселены иронской этнической группой. Квартал Ардон был заселен выходцами из села Ардон (ныне г. Ардон) - Тлатовыми, Хурумовыми, Датиевыми, Бацоевыми, Чеховыми, Алхазо- выми, Кулаевыми, а квартал Ми зур. или Уалладжир, - переселенцами из Алагирского ущелья, в котором находится и село Мизур. Из всех фами­лий села самой многочисленной была фамилия Баскаевых, составляющая более ста дворов, вышедшая из Алагирского ущелья.

В конце XIX века с разрастанием села, ростом населения и по­требностями скотоводческого хозяйства из него выделились новые посе­ления хуторского типа. Одно возникло в Каракентском ущелье и состоя­ло из Тлатовых, Калоевых, Каргиновых, Бутаевых и др. В советское вре­мя от села отпочковалось поселение, основанное на левом берегу реки Шоана, именуемое Нахаловкой. Такое название получило из-за того, что жители его самовольно заняли это место.

В целом же поселение Нахаловка отвечало требованиям главных отраслей хозяйства (скотоводства и земледелия) и быта. Прежде всего, село располагалось недалеко от водных источников, к нему примыкали пашни, сенокосы, выгон в зимние пастбища; в горах находились летние пастбища.

Осетины, осевшие в Нахаловке, хуторе Мельничном, по улице Пушкина (у подножия г. Микоян-Шахар), Дженгирике, хуторе Восток и поселений Каракент, выделялись от тех, которые жили в селе Коста Хе­тагурова. Они имели некоторые своеобразные особенности: выделялись в меньшей степени влиться в решение общих задач, выдвигаемых жизнью, общими интересами главной части переселенцев; их деятельность боль­ше говорила и подтверждала, что они являлись выходцами из гор Осетии.

В действительности, с появлением осетин на новом месте поселе­ния, они сделали своим языческим святилищем Шоанинскую (аланскую) христианскую церковь, назвав ее Шуаны уастырджи (святого Георгия Шуана). В день, посвященный этому святому (23 апреля), переселенцы- осетины приносили в жертву вола и устраивали недалеко от церкви пир для всех жителей села. Осетины в своих молитвах обращались к Шуаны уастарджи с просьбой об урожае богатом, сохранении скота и др. Цер­ковь стала для всех осетин настоящим языческим святилищем, гдеони постоянно встречались и по радостным, и по горестным случаям.

Крупный исследователь растительного и животного мира Кавказа, преподаватель Ставропольской мужской гимназии Н.Я.Динник, посетив


в 1884 году эту церковь, писал: «Надписей и образов в ней не сохрани­лось вовсе. Священник осетинского аула, находящегося у подножия горы Шоана, иногда служит в этой церкви; сюда же по временам собираются осетины для совершения своих чисто языческих обрядов; они около церкви режут быка, совершают жертвоприношения, молятся богу, едят и пьют».I

Церковь в 80-х годах XIX века стала действующей, куда приезжа­ли верующие со всех концов Кубанской области, Ставропольской губер­нии и многих других районов Северного Кавказа и Юга России.

С самого начала образования села долгое время существовал мо­литвенный дом, а затем на его месте была построена деревянная церковь, которая сгорела в начале XX века. В это же время вновь был открыт мо­литвенный дом, а затем на его месте была построена деревянная церковь, которая сгорела в начале XX века. В это же время вновь был открыт мо­литвенный дом. Здесь священниками сначала были грузины и русские, а позже осетины. Об этом говорит переписка осетинского священника Ио­сифа Гагкаева с Коста Хетагуровым. В одном из писем к Коста в 1896 г. поэт писал из Ставрополя: «Мысли Вашей об устройстве школы я очень сочувствую, но как и чем Вам помочь? Когда приеду, поговорим более обстоятельно».II

С основанием села было открыто одноклассное училище, распола­гавшееся во дворе старой школы. В селе числились одна школа и один молитвенный дом. В школе главной учительницей была Ольга Хетагуро­ва, дочь Левана Хетагурова, основателя села. Она обучала детей не толь­ко осетин грамоте и русскому языку, но вела и большую воспитательную работу. Ольга закончила Владикавказскую осетинскую женскую гимна­зию и вела большую просветительскую работу среди горянок, участвова­ла в общественной жизни села.

Ольга Левановна Хетагурова обладала высоким педагогическим мастерством, пользовалась огромным авторитетом среди жителей села. При решении общественных вопросов сельские старейшины обращались к ней за советами. Голос Ольги Левановны часто звучал на сельских схо­дах, особенно, когда обсуждались вопросы развития школы. Ее ученики после окончания школы продолжали учебу в различных учебных заведе­ниях Кавказа, Баталпашинска, Ардона, Майкопа, Ставрополя, Владикав­каза и т.д. Так, в 1910 году осетины Кадзев Николай, Хозиев Александр, Цаллагов Сафар, Дзасохов Харитон обучались в Майкопском техниче­ском училище (всего 15 человек).

Велика заслуга Ольги Левановны и в деле публикации произведе­ний брата Коста в местной периодической печати, а также в подготовке к изданию наиболее полного варианта «Ирон фандыр», для осуществления которого огромную помощь оказал Г иго Батчериевич (Иванович) Дзасо­хов, видный осетин-революционер, талантливый педагог и публицист, автор множества статей и очерков по педагогике и литературе.

Гиго Дзасохов происходил из бедной крестьянской семьи. Отец его Батчери пользовался заслуженным авторитетом среди односельчан, который воспитал пять сыновей и дочь. Все они получили необходимое образование: педагог, публицист, революционер, сестра милосердия. Сам Гиго Дзасохов оказался достойным учеником Коста Хетагурова. оправ­дал его надежды своей революционной борьбой против самодержавия и литературно-публицистической деятельностью. Обладая большим ора­торским искусством, он одинаково хорошо и грамотно говорил по-русски и по-осетински, зажигал сердца своих слушателей.I

Дзасохов Г.В. родился 14 августа 1880 г. в селе Георгиево- Осетинское, ныне с. Коста-Хетагурова, в бедной крестьянской семье. Гиго Батгериевич рос пытливым и любознательным, у него рано появи­лась тяга к учению. Несмотря на тяжелые условия жизни, Дзасохов сумел закончить Ардонскую семинарию в Северной Осетии. По окончании се­минарии, он подал заявление о приеме в Казанскую духовную академию.

В Казани произошло становление Г иго Батчериевича как публици- ста-революционера. Вернувшись в Осетию, он стал одним из тех интел­лигентов, с именем которого связаны наиболее яркие и славные страницы истории осетинского народа.

Трудовая и общественная деятельность Г.Б. Дзасохова особо про­явилась после окончания Казанской духовной семинарии. Будучи убеж­денным противником самодержавия, он смог устроиться преподавателем литературы во Владикавказском реальном училище. Молодой учитель очень быстро завоевал любовь и признание своих учеников. Талантливый педагог стал очень популярен и любим не только среди трудящихся, но и взрослого населения, главное, через произведения художественной лите­ратуры близко знакомил их с жизнью, с общественными событиями страны. В ту же пору Дзасохов начал свою публицистическую деятель­ность.

Несмотря на трудности в работе, Дзасохов настойчиво продолжал свое дело, подчиняясь его главной задаче - сделать своих учеников более подготовленными к жизни. Он уделял большое внимание молодежи. Бу­дучи инспектором высшего начального училища в Г еоргиевско- Осетинском (до 1917 г.), он много сделал для того, чтобы школу превра­тить в истинно народную, с заботой и настойчивостью приобщал к обра­зованию и просвещению своих односельчан.


Дзасохов трудился не покладая рук и как политический организа­тор, и как педагог, и как публицист, утверждая всеми доступными ему средствами победу новой власти на Кубани и всем Северном Кавказе. В этих условиях личность Гиго Дзасохова вызвала у власти повышенный интерес. Будучи тяжелобольным, в октябре 1918 г. схватили его и при­везли в Баталпашинск (г. Черкесск). После зверских издевательств он был приговорен к расстрелу, умер в тот же день, 18 октября 1918 г.

Г иго Дзасохов был одним из тех интеллигентов, с именем которых связаны наиболее яркие страницы истории революционной борьбы, об­щественной мысли и культуры Северного Кавказа и всей страны. Гиго был одним из крупных педагогов и литературным критиком, посвятив­шим специальные исследования творчеству Тургенева. Достоевского, JI. Толстого, Чехова, Короленко, Горького, К. Хетагурова.

Долгие годы школами на Северном Кавказе руководили священ­ники. Дочь священника села Гагкаева Иосифа, Гагкаева-Бацоева Сера­фима Иосифовна, отдала свои лучшие годы, знания, энергию, доброту сердца делу образования и воспитания подрастающего поколения жите­лей села, ее помнят и ценят земляки. Серафима Иосифовна, став учи­тельницей русского языка, показала себя инициативным преподавателем русского языка, была инициативной и деятельной в исполнении своих обязанностей, положительно влияла на учебно-воспитательный процесс, особенно в деле образования женщин. Оценив роль образования, она прочно связывала будущее детей со школой, стала для них притягатель­ной силой. Грамотных в селе были считанные сельчане, не все дети мог­ли учиться в школе.

Гагкаева-Бацоева в условиях отсутствия системы начального обра­зования, не имея возможности обучения, начинать и учить чему-то, ре­шала задачи получения качественного образования. Несмотря на целый клубок образовательных противоречий, разрешение которых могло со­действовать формированию подрастающего поколения, она решала зада­чи возрождения образовательно-воспитательных функций родного языка осетин и усилению роли русского языка как активного посредника и ка­тализатора диалога культур.I

К числу старейших учителей села можно отнести Асламурзу Кайтмазова, мужа O.J1. Хетагуровой, известного осетинского поэта, пе­реводчика и собирателя фольклора осетин и народов Западного Кавказа. Родом из бедной осетинской семьи горного аула Верхний Зарамаг, он после окончания Горской учительской гимназии работал в родном селе, затем в селе Коста-Хетагурова учителем осетинского языка в 80-е годы

  1. века.II

Кайтмарзов раскрывал опыт развития образования в сочетании языков, условия гармоничного самоопределения личности молодого че­ловека в этнокультурном, российском и общенациональных измерениях, дополняя его национально-региональными фактами. Такое изучение осе­тинского языка способствовало, во-первых, познавательной деятельности учащихся и молодежи, и, во-вторых, формированию у учащихся пред­ставления о своей национальной культуре как элементе общероссийской и мировой культуры, а самом о себе - как части российской нации и ми­ровой цивилизации.

Благодаря таким учителям, как Кайтмазов, школа в селе не только крепла материально, но и обогащалась опытом и учебно-воспитательной работой и положительным влиянием на детей села. Оценив роль образо­вания, сельчане прочно связывали будущее своих детей со школой, став­шей для тех притягательной силой.

Изучая школьное образование села до революции, нельзя обойти молчанием Иосифа (Иорама) Давидовича Хурумова (1850-1922 гг.), од­ного из первых народных учителей и краеведов Карачая, свободно вла­девшего карачаевским языком, отдавшего долгие годы обучению карача­евских детей. В 80-90-х годах был учителем истории и заведующим шко­лой сначала в Хурзуке, а затем в Учкулане - центре большого Карачая, но никогда не прерывал связи со своими родственниками из села Коста- Хетагурова. Трудовая деятельность Иорама Хурумова в Карачае не огра­ничивалась одними школьными занятиями. Он являлся и краеведом, впервые описал древние гробницы на реке Индыш.I Коста Хетагуров был с ним в близком родстве и дружбе.

В 1890 г. из Очакова поэт писал: «.. .Иорама мне ужасно жаль - всю жизнь бедный мается и работает для семьи и родни. В такой трущобе, где он состоит учителем, можно жить только в наказание за тяжкое преступление. Если он еще в Пятигорске, то передайте ему, что я его крепко обнимаю, он в некотором роде мой духовник. Никто нашу семейную жизнь так подробно не знает, как он. Расспросите его - он Вас познакомит с такими эпизодами, каких вы ни в каких книгах не вычитаете».II

Оценивая, насколько была поддержка образования в школах Кара­чая, очевидно из учительской и краеведческой работы Иорама Хурумова для обеспечения серьезных положительных сдвигов в благородном деле образования. Он был озабочен и прямо связывал этот процесс с ростом количества школ Карачая и горских народов. Одним из первых выпуск­ников школы, ставшим учителем истории, был Витя Александрович Ца-

Каталог: wp-content -> uploads -> 2014
2014 -> "Сапсан" Авиационное и радиоэлектронное оборудование планера
2014 -> Руководство по летной эксплуатации Планера л-13 «Бланик» содержание предисловие 3 подготовка к взлету 3
2014 -> Учебный курс. Конструкция и эксплуатация планера л-13 «Бланик» Тема №1 «Общая характеристика и основные данные планера» Общая характеристика и основные данные планеров
2014 -> Виктор гончаренко
2014 -> Авиационно-технический спортивный клуб "Сапсан" Эксплуатация серийных планеров


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница