Павлов Н. В. Внешняя политика «большой коалиции»



страница2/3
Дата01.07.2016
Размер0.63 Mb.
1   2   3

3. «Глобальное партнерство в рамках совместной ответственности». В этом разделе германский министр указал на развитие мира в сторону полицентричности с появлением новых глобальных игроков в Азии, Африке и Латинской Америке. Поэтому, мол, центральные проблемы человечества можно будет решить, если удастся «включить новые державы в систему глобальной ответственности, надежно интегрировать их в новый порядок». «Они будут готовы принять всеобщие правила игры, только если на равных будут сидеть за столом переговоров». «Новым началом» на этом направлении глава внешнеполитического ведомства ФРГ назвал финансовый саммит «Г-20» в Вашингтоне и предложил расширить «Группу восьми», включив в «сообщество ответственности» новые динамично развивающиеся государства.

Традиционный пассаж министр отвел защите климата, связывая прогресс в посткиотском процессе с провозглашенным Б.Обамой поворотом в природоохранной и энергетической политике США в сторону развития возобновляемых источников энергии и энергоэффективности.



4. «В Америку пришли перемены» - так озаглавлен последний раздел письма Ф.-В.Штайнмайера Б.Обаме, в котором он поддержал курс на общественную и экологическую модернизацию страны, провозглашенный новым президентом США, и его лозунг о самобытной истории Америки, но совместной с человечеством судьбе. Дескать, его слова были обращены ко всему миру: давайте сотрудничать, чтобы строить совместное будущее. Это – то послание, закончил министр, которое мы с удовольствием услышали.

Письмо Ф.-В.Штайнмайера выразило чаяния всей политэлиты ФРГ, которая видит Германию, да и всю Европу при новом главе Белого дома не рядовым статистом мирового представления по американскому сценарию, а равноправным партнером и активным соавтором партитуры для глобализирующегося мира. Это он дал понять и своей американской коллеге Х.Клинтон, прибыв в Вашингтон для первой «сверки часов». По итогам визита в интервью Второму каналу германского телевидения министр не скрывал своего восторга по поводу «громадных перемен в Вашингтоне» – всеобщий подъем, мощный свежий ветер, множество новых идей, новых личностей и новых тем, которые-де могут стать предметом взаимного обсуждения. Для него, мол, большая радость работать с Х.Клинтон. И теперь «многое будет проще, по-другому и лучше».

Среди германских экспертов нет единства в оценке перспектив развития отношений ФРГ-США. Если одни осуждают канцлера за медлительность и сдержанность (что, мол, может обернуться для нее в плане германо-американских связей повторением судьбы Г.Шрёдера), другие видят в трансатлантическом партнерстве при новой американской администрации много «жестких проблем». Дескать, Б.Обама и Х.Клинтон не самые удобные партнеры для Германии: А.Меркель не без основания предостерегает от американского протекционизма, который в условиях глобального экономического кризиса с особой силой может ударить по слабеющей германской экономике.

Тем не менее, имя Б.Обамы ассоциируется у немцев с возможностью трансформацию американской как внешней, так и внутренней политики в сторону большей прозрачности и кооперабельности с ЕС и прежде всего с Германией, которую Дж.Буш-старший охарактеризовал в свое время как «партнера в лидерстве». Очевидно, что планка их ожиданий явно завышена. Не подлежит сомнению, что приоритетом президента США, кем бы он ни был и какие бы круги ни представлял, были, есть и будут исключительно национальные интересы. И недооценивать этого нельзя.

А.Меркель ранжировала НАТО как «неотъемлемый инструмент трансатлантического партнерства», «союз, базирующийся на общих ценностях», который внес «решающий вклад в обеспечение мира и свободы в Европе». НАТО для нее – не только военный, но, прежде всего, политический союз, который в самом широком смысле должен позиционировать себя как «гарант коллективной безопасности» Запада. В этой связи с учетом появления новых глобальных угроз, прежде всего таких, как международный терроризм и негативные издержки распада государственности, она выступила за разработку новой концепции «сетевой безопасности», которую инициировала на юбилейном саммите альянса в апреле 2009 года. По мнению канцлера, новая стратегия альянса должна ориентироваться на комплексное применение гражданских и военных средств в урегулирования кризисов и конфликтов, а также содержать обязательство о «более интенсивном» участии в контроле над вооружениями и разоружении.

Выступая в бундестаге с правительственным заявлением в преддверии юбилейного саммита НАТО, канцлер ФРГ озвучила каталог пожеланий германского правительства, призвав прежде всего к «переработке» стратегической концепции альянса с учетом новых вызовов и угроз, а также необходимости закрепления в ней принципов «взаимосвязанной безопасности» и «стратегической состыковки» основных задач Организации Североатлантического договора. Отметив, что с момента принятия концепции прошло 10 лет, А.Меркель указала на фундаментальные изменения в мировой политике после терактов 11 сентября 2001 г. и начала широкомасштабной антитеррористической операции в Афганистане. При этом она подчеркнула незыблемость ст. 5-й Вашингтонского договора, на котором базируется солидарность его членов. Дескать, в нынешних условиях от НАТО требуются новые подходы к обеспечению безопасности, что предполагает, в частности расширение военной деятельности «вне зоны своей ответственности».

Канцлер высказалась за более тесную кооперацию с авторитетными международными организациями, такими как ООН, ЕС, ОБСЕ, АС. По ее словами, такая кооперация соответствует основополагающему принципу «взаимосвязанной безопасности», который должен стать стержнем стратегии альянса. А его успехи все больше будут зависеть от способности к взаимоувязке собственных военных ресурсов с политическими возможностями его многочисленных партнеров, в том числе НПО, которые действуют в кризисных точках. «НАТО – это часть взаимосвязанной безопасности». Будущая роль организации состоит, мол, также в том, чтобы «как можно больше» делать для предотвращения конфликтов и не доводить ситуацию до применения военной силы.

Глава германского правительства поддержала инициативы министра иностранных дел ФРГ Ф.-В.Штайнмайера по концептуальному закреплению в НАТО тематики разоружения и контроля над вооружениями, подчеркнув принципиальную приверженность целеустановки на строительство безъядерного мира. С ответственностью двигаться к этой цели, сказала она, значит фиксировать нужные этапы, но прежде всего, создавать надежные «механизмы проверки» с обязательным подчинением им всех государств без исключения.

Коснувшись афганской темы, канцлер отметила, что Афганистан является на настоящий момент «важнейшим испытанием» для НАТО, и выразила надежду на озвучивание на предстоящем саммите новой американской стратегии в ИРА и Пакистане. Она подчеркнула принципиальную цель, которую преследует ФРГ и ООН – не допустить, чтобы с ее территории вновь исходила террористическая угроза. При этом, мол, важно, чтобы афганцы сами проявляли большую ответственность в плане борьбы с криминалом и наркоторговлей. Выступление А.Меркель было поддержано всеми парламентским фракциями за исключением Левой партии, которая начертала на своих плакатах антинатовские лозунги.

Немцы сыграли конструктивную роль в разработке новой стратегической концепции НАТО еще в стадии ее разработки. В «группу мудрецов» под руководством бывшего госсекретаря США М.Олбрайт был включен профессиональный дипломат, бывший постпред ФРГ при НАТО и отставной посол в России Ф. фон Плётц. Отсутствие же на этой роли авторитетного политика объяснялось «тяжелой заключительной фазой» функционирования «большой коалиции». Учитывая взвешенное отношение Ф. фон Плётца к России, его назначение в совет натовских «мудрецов» было расценено в России как позитивный факт, тем более что его количественный состав был ограничен (14 человек).

Проявляя «атлантическую солидарность», правительство «большой коалиции» в первый раз продлило афганский мандат бундесвера в рамках антитеррористической операции «Несокрушимая свобода» 10 ноября 2006 г., сократив число военнослужащих до 1800 человек6. Спустя год, 15 ноября 2007 г., по запросу правительства германский бундестаг в очередной раз проголосовал 414 голосами против 145 за продление еще на год участия воинского контингента. В поддержку мандата выступили партии правящей коалиции ХДС/ХСС и СДПГ, а также СвДП, против были «зеленые» и Левая партия. Вместе с тем, следует отметить, что и в рядах левого крыла СДПГ уже начались нешуточные споры о целесообразности участия немецких солдат в операции в Афганистане под предводительством США.

Отныне немецкое участие в «Несокрушимой свободе» было ограничено в основном морской разведкой на африканском мысе Горн, а численность сокращена с 1800 до 1 400 военнослужащих. По признанию парламентского статс-секретаря в министерстве обороны ФРГ Вальтера Кольбова (СДПГ), спектр выполняемых бундесвером задач также существенно изменился: 80% германского контингента (в рамках операции «Несокрушимая свобода» - В.П.) осуществляло подготовку афганской полиции и армии. Когда же Афганистан сможет, наконец, самостоятельно заботиться о своей безопасности, международные военные силы смогут быть выведены из страны7.

Критика левых по данному вопросу выразилась, прежде всего, в том, что в данной операции нет никакого смысла, так как террористическая опасность не только не уменьшилась, а увеличилась. Заместитель председателя партии «зеленых» Ю.Триттин дал более четкое обоснование своего протеста: операция «Несокрушимая свобода» наносит ущерб успеху МССБ. В Афганистане должно быть лишь одно командование международными силами. Задачу по подготовке афганских солдат МССБ могли бы выполнять и сами»8.

За необходимость участия немецких вооруженных сил в рамках Международных сил содействия безопасности (МССБ) в Афганистане выступило и правительство «большой коалиции». В 2005 году бунде­стаг, в очередной раз продлив мандат бундесвера, разрешил довести численность контингента в случае необходимости до 3 тыс. чел.

Важным этапом в миротворческой миссии МССБ стало решение НАТО о разделе Афганистана на зоны ответственности и создании четырех региональных командований. С 1 июня 2006 г. бундесвер с санкции бундестага расширил зону своей ответственности на все северные районы Афганистана вплоть до границ с Туркменистаном, Таджикистаном и Узбекистаном и возглавил региональное командова­ние МССБ. Командование операциями «голубых касок» в этом регио­не было возложено на немецкого бригадного генерала Маркуса Кнайпа. Штаб-квартира северного командования и контингента бундесвера разместилась в городе Мазари-Шариф.

Ситуация для бундесвера, однако, существенно осложнилась, когда в августе 2006 года США передали весь неспокойный южный регион Афганистана под контроль МССБ, переподчинив им 13 тыс. находив­шихся там военнослужащих антитеррористической коалиции. Фак­тически это означало превращение «голубых касок» из миротворцев в боевую структуру. В этой связи возник вопрос о возможности напра­вления на юг Афганистана подразделений бундесвера, что было нега­тивно воспринято германской общественностью, опасающейся новых жертв среди немецких миротворцев. Руководство ФРГ выступило против такой перспективы. В конце ноября 2006 года перед отъездом в Ригу на саммит НАТО канцлер ФРГ А.Меркель заявила, что подразделения бундесвера могут быть направлены в южные районы Афганистана лишь при «крайней необходимости» для оказания помощи союзникам, а в остальных случаях место немецких миротворцев — на севере. Председатель ХСС, премьер-министр Баварии Эдмунд Штойбер заявил: «Расширение мандата недопустимо ни при каких обстоятельствах». Эта позиция в полной мере выразила настроение населения ФРГ. Социологические исследования показали, что против участия бундесвера в боевых действиях на юге Афганистана выступилм 82% взрослых немцев, 17% всего лишь допустили эту возможность.

По состоянию на апрель 2009 года ФРГ участвовала в 11 операциях по поддержанию мира (ОПМ), имевщих мандат ООН, задействуя 7300 военнослужащих и 250 полицейских, и занимала 29 место среди стран-поставщиков контингентов. Финансовый вклад ФРГ в миротворческий бюджет в 2008 году составил 585 млн. долл.
РОССИЯ И ГЕРМАНИЯ В РУСЛЕ «СТРАТЕГИЧЕСКОГО ПАРТНЕРСТВА»
Во внешнеполитической табели о рангах правительства «большой коалиции» Россия заняла четвертое место, пропустив вперед себя бундесвер с его миротворческими миссиями. Для экспертного сообщества не было секретом, что российско-германские отношения в период правления «большой коалиции» не претерпят коренных изменений, хотя и потеряют тот характер тесного не только межгосударственного, но и личного общения, который сложился при Путине и Шрёдере. Предполагалось, что двусторонние контакты будут развиваться больше в направлении их привязки к соседям Германии и к авторитетным международным организациям, прежде всего ЕС. Об этом прямо говорилось в коалиционном соглашении: «Совместно с нашими европейскими партнерами мы выступаем за стратегическое партнерство с Россией, которое мы развиваем во всех сферах на уровне двусторонних отношений и на уровне ЕС. У Германии особый интерес в том, чтобы с трудом идущая модернизация страны был бы подкреплена усиленным политическим, экономическим и общественным сотрудничеством».

Немцы продолжали рассматривать Россию как стратегического партнера, без которого и тем более вопреки которому невозможно решение ни региональных, ни глобальных вызовов и проблем. Помимо разоружения и нераспространения ОМУ у двух стран близкие или совпадающие подходы по основным пунктам международной повестки дня: безопасность, терроризм, энергоэффективность, наркотики и организованная преступность, торговля людьми, морское пиратство, охрана природы и защита климата и др. Значимой интегральной частью партнерства с Берлином оставалось взаимодействие в рамках международных организаций – ООН, ОБСЕ и др. С российской подачи был запущен механизм регулярных межмидовских консультаций по вопросу подключения России к ЕПБО, первый раунд которых в соответствии с договоренностью на высшем уровне состоялся в Москве в июне 2009 г.

Вопрос о расширении НАТО на Восток для немцев остался в принципе открыт при том понимании, что о членстве в альянсе Грузии и Украины можно говорить лишь в отдаленной перспективе. Это было подчеркнуто и на юбилейном саммите НАТО в Страсбурге/Келе в апреле 2009 года. Берлин выступил за интенсификацию диалога по линии СРН, считая, что Совет Россия-НАТО должен использоваться как площадка для «регулярного диалога» особенно в кризисных ситуациях. Немцы поддержали сотрудничество в тех областях, где есть потенциал для взаимодействия – транзит военных и невоенных грузов в Афганистан, подготовка афганских полицейских, борьба с пиратством у берегов Африканского Рога и т.д. В августе 2009 года была успешно завершена реализация на паритетной основе германо-российского проекта по передаче афганской стороне двух вертолетов российского производства в медико-эвакуационной комплектации.

Между тем, позиция ФРГ в отношении развития связей с Россией продолжала страдать дефицитами последовательности и изъянами. Действия Москвы по обузданию грузинской агрессии против Южной Осетии и защите своих граждан, признание независимости Цхинвала и Сухума не нашли понимания и поддержки со стороны Берлина. Немцы начали упрекать Москву в великодержавном экспансионизме и обвинять в сворачивании демократических прав и свобод граждан, зажиме оппозиционных политических сил, использовании энергоресуров в качестве средства политического давления на зарубежных партнеров.

Руководство Германии высказалось против предоставления России косвенного права вето в вопросах деятельности альянса, подчеркнув при этом необходимость получения в ходе взаимных контактов сторон четких представлений о взаимных опасениях и интересах. Как заявила канцлер, «если перестаешь друг с другом разговаривать, то не следует удивляться появлению предубеждений». Не в последнюю очередь благодаря позиции ФРГ удалось снять с повестки дня альянса вопрос о предоставлении «партнерства для членства» (ПДЧ) Грузии и Украине, а также возобновить деятельность СРН, замороженную по инициативе США после пятидневной войны на Южном Кавказе. В Берлине высказались за обсуждение вопроса о ТПР ПРО США как в СРН, так и в двустороннем российско-американском формате. Вместе с тем немцы подчеркнули, что германо-российское сотрудничество не должно развиваться в ущерб связям с США, а перспективы расширения мировой ответственности Европы просматриваются только в союзе с Вашингтоном.

Нужный тонус двустороннему диалогу задавали интенсивные, насыщенные контакты лидеров двух стран, которые в одном только 2006 году встречались в различных форматах шесть раз. В 2007 году В.В.Путин и А.Меркель встречались пять раз. По приглашению А.Меркель В.В.Путин посетил 9–10 февраля 2007 г. Федеративную Республику с рабочим визитом, в ходе которого выступил на 43-й Мюнхенской конференции по вопросам безопасности. Форум в Баварии вышел в последние годы на уровень одной из наиболее представительных дискуссионных «площадок» по актуальным проблемам политики безопасности в еe комплексном понимании, тем более что в нем принимают участие главы многих государств и правительств, министры иностранных дел и обороны, парламентарии и видные эксперты.

Германский канцлер первая из лидеров Запада приехала в марте 2008 года в Москву знакомиться с Д.А.Медведевым сразу после его избрания президентом России. В свою очередь последний в качестве своего европейского дебюта выбрал Германию, где 5 июня озвучил идею разработки юридически обязывающего Договора о европейской безопасности (ДЕБ). В свойственной для двустороннего диалога атмосфере доверия и открытости оба лидера проводили «сверка часов» и согласование подходов по ключевым аспектам стратегии российско-германского взаимодействия. Для российско-германских саммитов характерна ориентированность на стратегические перспективы, вытекающие из международной ответственности двух крупнейших европейских держав, а также на конкретные практические дела, интересы граждан России и Германии. Доброй традицией стали встречи лидеров обеих стран с участниками Петербургского диалога.

В ходе 10-го раунда российско-германских межгосударственных консультаций на высшем уровне (Санкт-Петербург, 2 октября 2008 г.) была принята стратегия, направленная на придание российско-германским отношениям нового качества «партнерства для модернизации». Ее цель - интенсификация и повышение практической отдачи от сотрудничества для экономической и социально-гуманитарной сфер, в области науки и техники, а также применительно к таким блокам, как демографическая политика, здравоохранение, энергоэффективность, академические обмены.

Важным инструментом российско-германского стратегического партнерства оставалась Рабочая группа высокого уровня по вопросам политики безопасности (РГВУ). В ходе 9-го пленарного заседания РГВУ (Берлин, 28-30 мая 2009 г.) был согласован доклад по итогам ее деятельности (представлен лидерам обоих государств на заседании межгосударственных консультаций в Мюнхене 15 июля 2009 г.). В нем были зафиксированы меры по повышению эффективности РГВУ и приданию ее работе более предметного характера. Утверждены доклады подгрупп РГВУ по стратегическим (военно-политическим) вопросам, по нераспространению ОМУ, по борьбе с международным терроризмом и оргпреступностью, а также проекты совместных позиционных документов по отдельным практическим вопросам взаимодействия двух стран на международной арене, в частности, по основным принципам многосторонних подходов к ядерным топливным циклам (ЯТЦ). В окончательном виде данный документ был представлен российской и германской делегациями на рассмотрение третьей сессии Подготовительного комитета обзорной Конференции ДНЯО (Нью-Йорк, 4-15 мая).
Подготовка экономической составляющей саммитов осуществляется в рамках действующей под эгидой Минэкономразвития России двусторонней Рабочей группы высокого уровня по стратегическим вопросам экономического и финансового сотрудничества (СРГ). СРГ сопровождает ряд совместных инвестиционных проектов-«маяков» в энергетике, транспорте, авиакосмической и автомобильной промышленности, сельскохозяйственном машиностроении, целлюлозно-бумажной промышленности, жилищно-коммунальном хозяйстве, в сфере здравоохранения, повышения квалификации инженерно-технических кадров.

В числе приоритетных тем – углубление научно-технического сотрудничества. В развитие Совместного заявления на высшем уровне от 11 апреля 2005 года о стратегическом партнерстве в области образования, научных исследований и инноваций ведется работа по наращиванию российского участия в крупном международном научно-техническом проекте — сооружении и эксплуатации в Гамбурге рентгеновского лазера на свободных электронах (XFEL); сооружение в г. Дармштадт Международного ускорительного центра по исследованию тяжелых ионов и антипротонов (FAIR).

ФРГ последовательно работала над продвижением проекта «Северный поток» (в том числе в поиске соинвесторов из третьих стран), помогая России в проведении непростых переговоров со скандинавскими и прибалтийскими партнерами. В то же время, руководствуясь необходимостью диверсификации поставок энергоресурсов в Европу, Берлин поддержал проект «Набукко».

Базовой основой и движущим фактором всего комплекса российско-германского сотрудничества традиционно выступают разветвленные экономические связи. До кризиса Германия долгий период занимала лидирующие позиции во внешнеторговом обороте России, оставаясь для отечественной экономики одним из ведущих инвесторов, прежде всего, в ее реальном секторе, наиболее значимом с точки зрения решения задач по его перевода на инновационный путь развития. Общий приток германских инвестиций в экономику России в 2007 году составил 3,4 млрд. долл. (в 2006 году - 2 млрд. долл.). В 2008 году приток германских инвестиций в экономику России увеличился в два раза по сравнению с 2007 годом и составил 10,7 млрд. долл. Накопленный объем германских капиталовложений в российскую экономику превысил 17,4 млрд. долл. (против 2,8 млрд. долл. российских инвестиций в Германии). На фоне общего ухудшения экономической конъюнктуры российско-германские внешнеэкономические, инвестиционные и производственные связи демонстрируют в целом устойчивость. Соглашения о запуске новых проектов уже подписаны с «Сименс АГ», «Даймлер АГ». Вместе с тем ввиду продолжающейся нестабильности на финансовых рынках важно придать дополнительные импульсы переходу от традиционных, преимущественно торговых, форм взаимодействия к масштабной научно-технологической, а также производственной и инвестиционной кооперации. На первый план выдвигается задача увеличения числа совместных проектов, прежде всего в сфере высоких технологий.

В докризисный период, в том числе в силу высокой степени взаимодополняемости экономик России и Германии, наблюдалась ежегодная динамика прироста двустороннего товарооборота в среднем в 25-30% в год. По итогам 2008 года был достигнут рекордный уровень в 68 млрд. долл. против 32,9 млрд. долл. в 2005 году. Доля ФРГ в российском импорте составила в 2008 году – 12,8%, в экспорте – 6,9%. Несмотря на кризис на российском рынке успешно действуют 4600 немецких фирм.

Состоявшийся 16 июля 2009 г. в Мюнхене 11-й раунд российско-германских межгосударственных консультаций на высшем уровне с участием 15 членов правительств двух стран стал центральным событием года в наших отношениях с Германией. В замке Шляйсхайм обсуждались прежде всего вопросы экономической кооперации. Важным событием стало учреждение Российско-германского энергетического агентства (РУДЭА), которое призвано координировать продвижение энергоэффективных проектов в различных отраслях экономики, трансфер в Россию передовых немецких ноу-хау и разработку финансовых механизмов с использованием кредитной линии, предоставляемой правительством ФРГ.

Кроме экономической составляющей большое значение имеют общественные связи между обеими странами. Ткань взаимодействия между гражданскими обществами включает в себя более чем 90 партнерских связей между городами, 500 – между высшими учебными заведениями и много другое.

Комментируя состояние российско-германских отношений газета «Бильд» писала: «Германо-российские отношения имеют для Москвы совершенно особое значение. Экспорт полезных ископаемых в Германию, передача технологий в Россию. К этому можно добавить, что оба наших народа исторически эмоционально глубоко связаны друг с другом. Ангела Меркель на правильном пути в обращении со все еще могучим соседом на Востоке, раскрывая объятья для кооперации с Россией, но твердо стоя на фундаменте трансатлантического альянса. Поддерживать этот баланс – высокое искусство германской внешней политики»9.


Каталог: upload -> docs 6
docs 6 -> -
docs 6 -> Практикум по развитию коммуникационных компетенций в языке профессии для студентов 3 курса факультетов мэо и мбда
docs 6 -> Осетрова Е. Е. Пособие по общественно-политическому переводу elections москва, 2012
docs 6 -> Связанные общей судьбой (страницы истории российско-германских отношений)
docs 6 -> Хроника российско-германских отношений от племен до крушения третьего рейха от племен до возвышения московского царства
docs 6 -> Закончился. Поэтому немцев называют «запоздалой нацией»


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница