Парамаханса Йогананда Автобиография Йога Посвящается памяти


Глава 13 Неспящий святой (Рам Гопал Музумдар)



страница9/28
Дата31.07.2016
Размер6.71 Mb.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   28
Глава 13

Неспящий святой (Рам Гопал Музумдар)

- Пожалуйста, позвольте мне отправиться в Гималаи. Я надеюсь в ненарушаемом уединении достичь непрерывного божественного общения.

Я действительно однажды обратился с этими неблагодарными словами к учителю. Объятый одной из непредуга-дываемых иллюзий, время от времени посещающих поклоняющихся, я чувствовал растущее раздражение от обязанностей по ашраму и занятий в колледже. Некоторым оправданием явилось то, что я высказал эту просьбу всего после шести месяцев общения со Шри Юктешваром и еще не вполне разглядел истинную колоссальность его фигуры.

- Много горцев живет в Гималаях, и все же не обладают восприятием Бога, - медленно и просто ответил гуру. -Лучше искать мудрости у познавшего себя человека, чем у инертной горы.

Игнорируя явный намек учителя на то, что не какая-то гора, а он является моим учителем, я повторил просьбу. Шри Юктешвар не ответил, что я воспринял за согласие, - неопределенное, но удобное толкование.

Этим вечером в своем калькуттском доме я занимался подготовкой к путешествию. Завязав в одеяло несколько вещей, я припомнил такой же узел, тайком выброшенный из окна мансарды несколькими годами раньше, я и теперь удивился бы, узнав, что этот побег в Гималаи окажется неудачным. Первое время настроение было приподнято, ночью же от мысли, что покидаю гуру, я почувствовал тяжкие угрызения совести.

На следующее утро я разыскал пандита Бехари, профессора по санскриту в Шотландском церковном колледже.

- Господин, вы говорили мне о дружбе с выдающимся учеником Лахири Махасая. Дайте мне, пожалуйста, его адрес.

- Ты имеешь в виду Рама Гопала Музумдара? Я зову его “неспящим святым”. Он всегда бодрствует и находится в экстатическом состоянии. Он живет в Ранбаджпуре, близ Таракешвара.

Поблагодарив пандита и немедленно сев в поезд на Таракешвар, я надеялся на одобрение неспящего святого занятий медитациями в уединении Гималаев. До меня дошли сведения, что друг Бехари получил озарение через много лет занятий крия-йогой в уединенных пещерах Бенгалии.

В Таракешваре я приблизился к знаменитой святыне. Индусы относятся к ней с таким же благоговением, как католики к святилищу Лурда во Франции. Много чудес исцеления случалось в Таракешваре, в том числе с одним из членов моей семьи.

“Я пробыла в храме неделю, - рассказала однажды моя старшая тетка, - соблюдая полный пост и молясь за выздоровление от одной хронической болезни твоего дяди Сарады. На седьмой день у меня в руках материализовалась какая-то трава! Сделав отвар из нее я дала его дяде. Болезнь сразу исчезла и более никогда не возвращалась”.

Подойдя к святому месту поклонения Таракешвара, я не увидел на алтаре ничего кроме круглого камня. Такая форма камня, без начала и без конца, выражает Бесконечность. В Индии космические абстракции не чужды уму даже самого скромного крестьянина, и, действительно, люди Запада часто обвиняют его за то, что вся его жизнь наполнена абстракциями.

Настроение мое в тот момент было столь мрачным, что желание преклониться перед каменным символом не возникло: “Бога следует искать, - думал я, - лишь в душе”.

Покинув храм, не преклонив колена, я быстро направился к отдаленному селению Ранбаджпур, совершенно не зная, куда идти. Мое обращение к прохожему за информацией заставило его впасть в длительное раздумье.

- Когда дойдешь до первого перекрестка, поверни направо и так и иди, - наконец произнес он пророчески. Следуя совету, я пошел вдоль берегов канала. Спускалась тьма, окраины селения в джунглях наполнились лишь мерцающими светлячками да воем шакалов поблизости. Весьма призрачный лунный свет не давал никакой уверенности. Часа через два я остановился. Приятный звон коровьего колокольчика! После нескольких окликов ко мне, наконец, подошел крестьянин.

- Я ищу Рама Гопала Бабу.

- Такой человек в нашем селе не живет, - ответил он угрюмо. - Ты, наверное, какой-нибудь неудачливый ищейка? Надеясь успокоить подозрение его обеспокоенной политикой ума, я взволнованно объяснил свое затруднительное положение, и он гостеприимно отвел меня к себе домой.

- Ранбаджпур отсюда далеко, - заметил он, - у перекрестка тебе надо было повернуть налево, а не направо. “Мой прежний советчик, - подумал я с досадой, - явно был грозой для путешественников”. Вкусно поужинав неочищенным рисом, чечевицей дал и кари из картофеля с бананами, я удалился в маленькую хижину, расположенную рядом со двором. Вдали пели крестьяне под шумный аккомпанемент барабанов мриданга1 и цимбал. Сон был неважный, и я глубоко молился, чтобы быть направленным к уединенному йогу Раму Гопалу.

1. Барабаны, в которые бьют руками; они используются только для исполнения молитвенной музыки (киртан).



С первым светом утренней зари, проникшим в щели моей темной комнаты, я отправился в Ранбаджпур, устало тащась через кучи сухой глины, мимо срезанных серпом колючих растений. Встречающиеся периодически крестьяне неизменно говорили, что цель “всего в какой-нибудь кроша2. Через шесть часов солнце победоносно проследовало от горизонта до зенита, но я начал чувствовать, что вечно буду в одной кроша от Ранбаджпура.

После обеда миром моим все еще было бесконечное рисовое поле. Нещадный, смертельно изнуряющий жар лился с небес. Когда ко мне неспешным шагом приблизился какой-то человек, я едва осмелился произнести обычный вопрос, чтобы не вызвать монотонного: “Как раз кроша”.

Незнакомец остановился рядом со мной. Он был худощав, невысокого роста и ничто в нем не производило особого впечатления, за исключением пары темных глаз необычайной проницательности.

- Я собирался покинуть Ранбаджпур, но твои намерения были добрыми, и я подождал тебя. - Он погрозил пальцем перед моим изумленным лицом. - Разве ты недостаточно умен, чтобы не понять, что, незваный, ты мог свалиться мне как снег на голову? Этот профессор Бехари не имел права давать моего адреса.

Считая излишним называть себя в присутствии этого учителя, несколько уязвленный таким приемом, я стоял, не говоря ни слова. Внезапно он сделал следующее замечание:

- Скажи-ка, где, по-твоему, Бог?

- Ну, Он во мне и повсюду! - ответил я, сбитый с толку, что, несомненно, было видно по лицу.

- Все проникает, а? - удовлетворенно рассмеялся святой. - Тогда почему же, молодой человек, ты не склонился вчера перед Бесконечным в каменном символе в Таракешварском храме?3 Твоя гордыня была наказана неверным советом прохожего, не обремененного пониманием четкой грани между левым и правым, что обернулось определенными неудобствами.

Я искренне согласился, пораженный, что всевидящее око сокрыто в неприметном теле рядом со мной. От йога исходила целительная сила, я был вмиг освежен в этой палящей жаре.

- Поклоняющийся думает, что его путь к Богу единственный, - сказал он мне. - Йога, с помощью которой божественное проявляется внутри, несомненно, высший путь, - так говорил нам Лахири Махасая. Но, открывая Бога внутри, мы осознаем Его во вне. Святыни в Таракешваре и в других местах справедливо почитаются как знаменитые центры духовной силы.

Строгость святого пропала, глаза его сочувственно потеплели. Он похлопал меня по плечу.

- Юный йог, ты, я вижу, убегаешь от своего учителя. У него есть все, что тебе нужно, ты должен к нему вернуться. Горы не могут быть твоим гуру, - Рам Гопал повторил ту же мысль, что выразил Шри Юктешвар при нашей последней встрече. - Учителя не связаны космическим принуждением ограничивать место своего пребывания. - Собеседник игриво взглянул на меня. - Индийские Гималаи и Тибет не обладают никакой монополией на святых. Та истина, которую человек не старается найти внутри себя, не откроется от перемещения тела в разных направлениях. Как только набожный человек готов идти хоть на край света за духовным просвещением, его гуру появляется рядом.

Я молча согласился, припомнив свою молитву в Бенаресской обители, за которой последовала встреча со Шри Юктешваром на безлюдной улочке.

- Можешь ли ты иметь маленькую комнатку, где мог бы закрыть дверь и быть один?

- Да, - мне подумалось, что этот святой переходит от общего к частному с приводящей в замешательство скоростью.

- Это и есть твоя пещера, - он одарил меня озаряющим взглядом. - Это и есть твоя святая гора. Там-то ты и найдешь Царство Божие.

Его простые слова в один миг изгнали одержимость Гималаями, всю жизнь преследовавшую меня. В рисовом поле под палящим от зноя солнцем я пробудился от грез о вечных снегах.

- Молодой человек, твоя божественная жажда похвальна. Я чувствую к тебе большую любовь. - Рам Гопал взял меня за руку и повел к причудливой деревушке. Глинобитные дома, покрытые кокосовыми листьями, над входом были скромно украшены свежими тропическими цветами.

Святой посадил меня на затененный помост из бамбука в своей маленькой хижине. Подав подслащенного лимонного сока и кусок твердого леденца, он пошел во внутренний дворик и сел в позу лотоса. Часа через четыре, выходя из медитации, я открыл глаза и увидел, что монолитная фигура йога все еще была неподвижной. Но когда мой желудок остро напомнил о хлебе насущном, Рам Гопал обратился ко мне:

- Я вижу, ты проголодался, - сказал он. - Еда скоро будет готова. В глиняной печи, во дворике, был разожжен огонь. Скоро на большом листе банана были поданы рис и дал. Хозяин любезно отказался от помощи в приготовлении пищи. “Гость - это Бог” - эта индийская поговорка с незапамятных времен внушала благоговейное почтение. Позже, во время множества путешествий по миру, мне было приятно видеть, что подобное же отношение к посетителям проявляется в сельской местности многих стран. В городах же 2. Кроша - расстояние приблизительно в три километра.

3. “Ничему не поклоняющийся человек никогда не сможет вынести бремени самого себя”. - Ф.М.Достоевский, Бесы.





Неспящий святой величие гостеприимства принижается избытком посторонних лиц.

Толпы людей казались чем-то смутным и далеким, когда я сидел на корточках около йога в маленькой деревушке, затерянной в джунглях. Хижина, озаренная мягким светом, казалась таинственной. Рам Гопал приспособил мне под постель несколько дырявых одеял на полу, а сам сел в позе лотоса на соломенную циновку. Потрясенный его духовным обаянием, я отважился на просьбу:

- Господин, почему бы вам не даровать мне самадхи?

- Дорогой, я был бы рад передать божественный контакт теперь же, но не мне делать это, - святой взглянул на меня полузакрытыми глазами. - Твой учитель скоро одарит тебя этим опытом. Тело твое еще не настроено на нужный лад. Как маленькая лампочка не может выдержать чрезмерно высокое напряжение, так и твои нервы пока не готовы для космического тока. Если б я ныне передал бесконечный экстаз, ты воспламенился бы так, как если бы каждая клетка тела оказалась в огне. Ты просишь у меня озарения, - продолжал йог задумчиво, - а я удивляюсь, как такой незаметный человек, как я, с теми незначительными медитациями, что я проделал, преуспел в приятности Богу, и что такого ценного представляю я в Его глазах в конечном счете.

- Господин, разве вы не искали Бога долгое время?

- Я не много сделал. Бехари, должно быть, рассказывал тебе кое-что из моей жизни. Двадцать лет я занимал скрытый грот, медитируя по восемнадцать часов в сутки. Потом перешел в более недоступную пещеру и оставался там двадцать пять лет, вступая в йоговское единение по двадцать часов в сутки. Во сне я не нуждался, ибо всегда был с Богом. Тело больше отдыхало в абсолютном покое сверхсозерцания, чем это могло быть в частичном покое обычного бессознательного состояния. Мышцы во сне расслабляются, но сердце, легкие и система кровообращения работают постоянно, не имея отдыха. В сверхсознании внутренние органы остаются в состоянии временно приостановленной живости, электризуемой Космической энергией. Благодаря этому годами я находил сон ненужным. Настанет время, когд а и ты будешь обходиться без сна, - добавил он.

- Вот это да, вы медитировали так долго и все же не уверены в благосклонности Господа! - я в изумлении уставился на него. - Что же тогда сказать о нас, ничтожных смертных?

- Ну разве ты не видишь, что Бог - это сама вечность? Предполагать, будто Его можно познать за сорок пять лет медитаций, - это, пожалуй, нелепо. Но Бабаджи уверяет нас, что даже незначительное количество медитаций помогает освободиться от ужасного страха смерти и будущего после нее. Не устанавливай духовный идеал на маленькой горке, но прицепи его к звезде безграничного божественного достижения. Если ты трудишься упорно, то будешь там.

Увлеченный этой перспективой, я попросил у него еще слов просвещения. Он рассказал чудесную историю о своей первой встрече с гуру Лахири Махасая - Бабаджи4. К полуночи Рам Гопал смолк, и я улегся на одеяла. Закрыв глаза, я увидел вспышки молнии, обширное пространство внутри меня было камерой расплавленного света. Открыв глаза, я обнаружил то же ослепительное сияние. Комната обратилась в часть бесконечного свода, созерцаемого мною внутренним зрением.

- Ты почему не спишь? - спросил йог.

- Господин, как я могу не спать, если сверкают молнии и при закрытых, и при открытых глазах?

- Ты благословен иметь этот опыт: духовные излучения нелегко увидеть, - святой прибавил несколько ласковых слов.

На заре Рам Гопал дал леденцов и сказал, что мне следует уходить. Мне так не хотелось расставаться с ним, что глаза были полны слез.

- Я не позволю, чтобы ты ушел без подарка, - нежно сказал йог, - и что-нибудь для тебя сделаю.

Он улыбнулся и пристально посмотрел на меня. Я стоял на земле как вкопанный, покой мощным потоком устремился через шлюзы моих глаз. Возникло ощущение мгновенного исцеления от боли в спине, много лет с перерывами беспокоившей меня.

Обновленный, омытый в море светлой радости, больше не плача, коснувшись стоп святого, я вошел в джунгли, прокладывая путь через тропические сплетения, пока не достиг Таракешвара.

Там я предпринял второе паломничество к знаменитой святыне и простерся перед ее алтарем. Круглый камень во внутреннем взоре расширился, пока не стал космическими сферами, кольцо в кольце, ряд за рядом, - во всем этом ощущалось присутствие Бога.

Час спустя я удачно сел на поезд до Калькутты. Путешествие окончилось, но не в величественных горах, а в гималайски величественном присутствии моего учителя.

4. См. главу 33



Глава 14

Опыт космического сознания

- Вот и я, гуруджи, - робость говорила за меня красноречивее всяких слов.

- Пойдем-ка на кухню и найдем что-нибудь поесть. - Поведение Шри Юктешвара было столь же естественно, как если бы мы расставались на какие-нибудь часы, а не дни.

- Учитель, я, должно быть, огорчил вас, внезапно оставив свои обязанности; мне кажется, что разгневал вас.

- Нет, конечно, нет! Гнев возникает только от несбывшихся желаний. Я ничего не жду от других, так что их действия не могут противостоять моим желаниям. Я не стал бы использовать тебя в своих целях и счастлив только твоим собственным настоящим счастьем.

- Учитель, о божественной любви говорят туманно, но сегодня в вашем ангельском облике я в самом деле вижу ее конкретный пример! В миру отец не легко прощает сына, если тот оставляет родительское дело без предупреждения. А вы не проявляете ни малейшего раздражения, хотя, конечно, я поставил вас в большое затруднение, оставив многие дела недоделанными.

Мы посмотрели друг на друга, у обоих глаза наполнились слезами. Волна блаженства поглотила меня. Я сознавал, что Господь в образе моего гуру преобразовал маленькие порывы сердца в неограниченные просторы космической любви.

Через несколько дней, утром, войдя в пустую гостиную, я собирался медитировать, но непокорные мысли не разделяли этого похвального намерения. Они бросались врассыпную, как птицы перед охотником.

- Мукунда! - прозвучал голо с Шри Юктешвара с дальнего балкона. “Учитель всегда советует мне медитировать, - внутренне взбунтовавшись, проворчал я про себя, - и не должен меня беспокоить, зная, зачем я вошел в эту комнату”.

Он снова позвал меня, я же упрямо молчал. На третий раз в тоне его был упрек.

- Учитель, я медитирую! - воскликнул я протестующе.

- Я знаю, как ты медитируешь, - отозвался гуру. - Твой ум рассеян, как листья в бурю! Иди сюда! Отчитанный и разоблаченный, я с досадой направился к нему.

- Бедный мальчик, горы не могли дать тебе того, чего ты хотел, - учитель говорил ласково, пытаясь утешить меня. Его спокойный взор был неизмеримо глубок. - Желание твоего сердца осуществится.

Шри Юктешвар редко говорил загадками, и я был сбит с толку. Что он имеет в виду? Он слегка шлепнул меня по груди над сердцем. Тело стало неподвижно, как будто какой-то огромный магнит извлек дыхание из легких. Душа и ум, сразу лишившись их физических оков, устремились наружу изо всех пор тела, как текущий, пронизывающий свет. Плоть как бы омертвела, но я остро осознавал, что никогда прежде не был по-настоящему жив. Ощущение собственной личности не было больше узко ограничено телом, но обнимало окружающие атомы. Люди на дальних улицах, казалось, тихо двигались по моей собственной отдаленной периферии. Корни растений и деревьев виднелись сквозь затуманенную прозрачность почвы, я различал, как внутри них течет сок.

Все окрестности раскрывались передо мной; мое обычное плоскостное зрение, сменившись на объемное, воспринимало все одновременно. Затылком я видел людей, гуляющих вдали по Рэй Гхат-лейн, при этом заметив и нетерпеливо приближавшуюся белую корову. Когда она дошла до открытой калитки ашрама, я видел ее как обычными физическими глазами, когда же она прошла за кирпичную стену, я все еще ясно видел ее.

Все предметы, находившиеся в поле панорамного видения, мерцали и вибрировали, как быстро движущиеся кадры кинокартины. Мое тело, тело учителя, двор с колоннами, мебель и пол, деревья и солнечное сияние вдруг неистово затрепетали, пока все не расплылось в светящееся море, в точности как кристаллы сахара, брошенные в стакан воды, растворяются при размешивании. Объединяющий свет перемешался с формами материализаций, эти метаморфозы открывали закон причин и следствий в творении.

Океан счастья хлынул в мою спокойную душу. Я осознал, что Дух Божий - это неисчерпаемая радость, тело Его -неисчерпаемые ткани сплетения света. Усиливающееся блаженство начало охватывать города, континенты, землю, солнечную и звездные системы, тонкие туманности и плывущие вселенные. Весь космос, мягко сияющий, как город, видимый ночью издалека, мерцал в бесконечности моего существа. Ослепительный свет за резко очерченными контурами земного шара несколько ослаблялся у самых дальних краев, где виднелось мягкое, не уменьшающееся сияние. Оно было неописуемо тонким, планетарные картины были образованы из более плотного света1.

Божественное распространение лучей, изливающихся из Вечного Источника, разгораясь в галактики, видоизменялось невыразимыми аурами. Снова и снова я видел, как созидающие сияния уплотняются в созвездия, а затем 1. Свет как сущность сознания объясняется в главе 30.

- 70 -

растворяются в полосы прозрачного пламени. Секстиллион миров переходил в прозрачное сияние, а затем огонь заливал небесные сферы. Состояния эти ритмично чередовались.

Я осознал неземной центр как некое место интуитивного восприятия в своем сердце. Излучающийся блеск истекал из моего центрального ядра к каждой части вселенской структуры. Блаженная, текучая, как ртуть, амрита ( нектар бессмертия) пульсировала во мне. Я слышал созидающий голос Бога, звучавший как Аум2, вибрацией космического мотора.

Внезапно дыхание возвратилось в легкие. С почти невыразимым разочарованием я понял, что бесконечность, необъятность утрачена. Я снова ограничен клеткой тела, не легко приспосабливаемой к духу. Как заблудшее дитя, убежал я из дома - из макрокосма и заключил себя в жалком микрокосме.

Гуру неподвижно стоял передо мной. Я было собрался припасть к его святым стопам в благодарности за дарованный опыт космического сознания, которого так долго и страстно жаждал, но он удержал меня, просто и спокойно сказав:

- Не надо пьянеть от экстаза. В миру у тебя еще много работы. Пойдем-ка подметем пол на балконе, а потом погуляем у Ганга.

Понимая, что учитель обучал меня тайне гармоничной жизни, я принес веник. Душа должна простираться над космическими безднами, в то время как тело выполняет свои повседневные обязанности.

Когда мы позже отправились на прогулку, я все еще был объят несказанным восторгом, видя наши тела как две картины, движущиеся по дороге у реки, сущность которых составлял один лишь свет.

- Это Дух Божий активно поддерживает всякую форму и силу во вселенной, тем не менее он трансцендентен и находится в стороне, в блаженной несотворенной пустоте за пределами миров вибраторных явлений3, - объяснил учитель. - Те, кто достиг самопознания на земле, ведут подобное двойственное существование. Сознательно выполняя здесь работу, они, однако, погружены во внутреннее блаженство. Господь сотворил всех людей из безграничной радости Своего собственного существа. Хотя они мучительно стеснены телом, Бог знает, что души, сотворенные по Его подобию, в конце концов поднимутся над всеми отождествлениями чувств и вновь соединятся с Ним.

Космическое видение оставило много неизгладимых из памяти уроков. Ежедневно останавливая поток мыслей, я смог добиться освобождения от иллюзии, что я - это тело, масса из мяса и костей, бредущая по твердой почве -материи; поняв, что дыхание и беспокойный ум подобны бурям, вздымающим океаны света до образования волн, соответствующих материальным формам - земли, неба, людей, животных, птиц и деревьев. Не может быть никакого восприятия Бесконечного как Единого Света, если не утихомирить эти бури.

Как только успокаивались эти два природных буйства, я созерцал многочисленные волны творения, слитые в одно светящееся море, точно так же, как волны океана, когда бури стихают, безмятежно растворяются во всеобщем единстве.

Учитель дарует божественный опыт космического сознания, когда его ученик посредством медитации укрепил разум до такой степени, что безбрежные перспективы не могут раздавить его. Этот опыт ни в коем случае нельзя передать просто через интеллектуальную готовность или умственную восприимчивость человека. Только достаточное расширение сознания практикой йоги и благоговейной бхакти может подготовить ум к восприятию вездесущего освобождающего шока.

С естественной неизбежностью Он приходит к искреннему поклоняющемуся, пылкое желание которого начинает притягивать Бога с непреодолимой силой. Господь притягивается магнетическим пылом стремящегося в сферу его сознания в плане Космического Видения.

Впоследствии я написал стихотворение “ Самадхи”, пытаясь передать великолепие космического сознания:

Исчезли завесы света и тени, Рассеялся скорби туман, Унеслись все зори мимолетной радости, Исчез туманный мираж чувств.

2. “В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог”. - От Иоанна 1.1.

3. “Ибо Отец и не судит никого, но весь суд отдал Сыну”. - От Иоанна 5.22. “Бога не видел никто никогда; единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил”. - От Иоанна 1.18. “И открыть всем, в чем состоит домостроительство тайны, сокрывавшейся от вечности в Боге, создавшем все Иисусом Христом”. - К Ефесянам 3.9. “Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит, потому что Я к Отцу Моему иду”. - От Иоанна 14.12. “Утешитель же, Дух Святый, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам”. - От Иоанна 14.26.

Эти библейские слова относятся к тройственной природе Бога как Отца, Сына и Святого Духа (Сат, Там, Аум в Индийских Писаниях). Бог-Отец - это Абсолют, непроявленный, существующий за пределами вибраций творения. Бог-Сын - это сознание Христа (Брахма или Кутастха Чайтанья), существующее внутри вибраций творения, и есть “единственно порожденный”, или единственное отражение Несотворенного Бесконечного. Внешнее проявление вездесущего Сознания Христа, Его “свидетель” -Откровение 3.14. - это Аум, Слово или Дух святой, божественная незримая сила, что поддерживает все творение через вибрацию Аум - блаженный Утешитель, слышимый в медитации, открывающий поклоняющемуся конечную Истину, сводя “все к . воспоминаниям”.



Любовь, ненависть, здоровье, болезнь, жизнь, смерть:

На экране двойственности погибли эти ложные тени.

Бурю майи успокоил магический жезл сверхинтуиции.

Вселенная - забытый сон - таится в подсознании, Прошлого, настоящего, будущего более нет для меня.

Планеты, звезды, туманности, Земля, Вулканические взрывы катаклизмов судного дня, Литейная печь творения, Ледники безмолвных рентгеновских лучей, жгучие потоки электронов, Мысли всех людей, прошлое, настоящее, грядущее, Каждый листик травы, я сам, человечество, Каждая частица вселенской пыли, Гнев, жадность, добро, зло, спасение, вожделение -

Я испил все, преобразуя В безбрежном океане крови собственной сущности.

Затаенная радость, часто раздуваемая медитацией, Ослепляя мои полные слез глаза, Вспыхнула бессмертным пламенем блаженства, Поглотила мои слезы, мое тело, меня всего.

Ты - я, я - Ты , Знающий, Познаватель, Познаваемое - в Едином!

Покойный, непрерывный трепет, вечная жизнь, вечно новый мир.

Дарующее невообразимое счастье превыше любых ожиданий блаженство самадхи!

Не умственный эфир, Гд е я Космический Зритель, Не бессознательное состояние, из которого нельзя вернуться по своей воле, - Самадхи расширяет область моего сознания За пределы смертного остова (тела)

До самой дальней границы вечности.

Гд е я - космическое море -

Наблюдаю, как плавает во мне маленькое “ эго”.

Слышны шорохи подвижных атомов.

Темная земля, горы, долины.

Смотри-ка! Ведь это расплавленная жидкость!

Текучие моря превращаются в дымку, чудесно раскрывая ее завесы, Раскрыты океаны - сияющие электроны, Пока с последним звуком космического барабана4

Более грубый свет не преобразуется в вечные лучи всепроникающего блаженства.

Из радости я пришел, для радости я живу, в священной радости я растворился.

Океан разума, Я пьет все вибрации творения.

Четыре завесы твердого, жидкого, пара и света снимаются должным образом.

Я во всем входит в Великое Я.

Ушли навсегда перемещающиеся мерцающие тени смертной памяти, Нет ни пятнышка на моем умственном небе -

Внизу, впереди и высоко вверху.

Вечность и Я - один объединенный луч.

Я, крошечный пузырек смеха, - стал Морем Самого Веселья.

Шри Юктешвар научил меня, как вызывать это блаженное состояние по своей воле, а также, как передавать его другим5, если их каналы интуиции достаточно развиты.

Месяцами я пребывал в экстатическом единении понимания - вот почему Упанишады говорят, что Бог - это раса, то есть “ вкуснейший”. Однажды утром я задал учителю задачу:

- Господин, мне хотелось бы знать, когда же я найду Бога?

- Ты уже нашел Его.

4. Аум, творческая вибрация, облекающая все творение в конкретную внешнюю форму.

5. Я передал космическое видение многим крия-йогам на Востоке и Западе. Один из них, мистер Джеймс Дж.Линн, показан на снимке в состоянии самадхи.





Опыт космического сознания - О нет, я так не думаю!

- Я уверен, что ты не ожидаешь увидеть некую почтенную личность, украшающую собой трон в каком-то незара-женном уголке космоса! - гуру улыбался. - Однако, я вижу, ты воображаешь, что обладание чудесными силами и есть знание Бога. Нет. Можно обладать властью над всей вселенной и тем не менее обнаружить, что все-таки Господь ускользает. Духовный прогресс следует измерять не внешними силами, но только глубиной блаженства при медитации. - Вечно новая радость - это Бог! Он неисчерпаем, если твои медитации будут длиться годами, Он будет занимать тебя с бесконечной изобретательностью. Подобные тебе поклонники, нашедшие путь к Богу, никогда не подумают променять Его на любое другое счастье. Он соблазнителен, Он вне всякой конкуренции. Как быстро мы устаем от земных удовольствий! Желание материального бесконечно, человек никогда не бывает вполне удовлетворен и преследует одну цель за другой. Это что-то, чего он ищет, и есть Господь, Который только и может даровать прочную радость. Внешние стремления изгоняют нас из внутреннего дома. Они предлагают ложные удовольствия, которые лишь выдают себя за счастье души. Потерянный рай быстро обретается вновь с помощью божественной медитации. Поскольку Бог - это неожиданное и вечно новое, мы никогда не устанем от Него. Можем ли мы пресытиться восхитительно разнообразным вечным блаженством?

- Учитель, теперь я понимаю, почему святые называют Бога непостижимым. И вечной жизни не хватило бы, чтобы постичь Его.

- Это верно, но Он же близкий и родной. После того как ум очищен от чувственных преград крия-йогой, медитация дает двоякое доказательство существования Бога. Вечно новая радость - это свидетельство Его существования, проникающее в каждый наш атом. Кроме того, в медитации человек обретает Его мгновенное руководство, Его точный ответ на любое затруднение.

- Гуруджи, вы решили мою проблему, - благодарно улыбнулся я. - Теперь я понимаю, что нашел Бога, ибо всякий раз, когда радость медитации неосознанно возвращалась в часы деятельности, я неуловимо мягко направлялся на верный путь во всем, до мелочей.

- Человеческая жизнь исполнена скорби, пока мы не знаем, как прийти в соответствие с божественной волей, верный курс которой часто неприемлем для эгоистического интеллекта, - сказал учитель. - Лишь Бог может дать безошибочный совет. Кто, как не Он, несет бремя космоса?








Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   28


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница