Особенности современной мемуарно-биографической прозы


Глава 21. Манюня и тушёные овощи или как мсьё Карапет нас к красоте приучал



страница5/5
Дата19.06.2016
Размер0.56 Mb.
ТипКурсовая
1   2   3   4   5

Глава 21. Манюня и тушёные овощи или как мсьё Карапет нас к красоте приучал


-Ба, а можно мы пойдём к мсьё Карапету?

Ба только что накормила нас тушёными овощами и маялась совестью. Потому что она как никто другой знала - не существует на свете более ненавистного для нас блюда, чем тушёные овощи.


Ба нарезала кубиками картофель, болгарский перец и баклажаны, кружочками – помидоры и репчатый лук, и тушила всё это добро под крышкой на маленьком огне. Называлось ненавистное блюдо «аджапсандали на скорую руку». Подавалось оно обильно посыпанное свежей зеленью и красным сладким перцем, с кусочком подтаявшего сливочного масла.

-Или вы покушаете овощей, или не встанете из-за стола, ясно?- подбадривала Ба, со стуком ставя перед нами тарелки с псевдо-аджапсандали. Мы принюхивались и закатывали глаза.


-Бааааа, ну сколько можно готовить этот ужасный обеееед!
-Сколько нужно, столько и можно, понятно?- отрезала Ба и садилась напротив,- а теперь вы быстренько покушаете, а потом ещё протрёте до блеска тарелки.

-Ааааааа,- торговались мы,- поедим немного и всёоооо! Пять ложек! Ладно, семь!


-Чтобы тарелки сияли чистотой,- не поддавалась Ба,- иначе если оставите их грязными, то что случится?
-Наши мужья будут некрасивыыыыымииии,- выли мы.
-Ага,- поддакивала Ба,- и каждый раз, просыпаясь с утра и глядя на безобразное, волосатое и клыкастое лицо своего мужа, что вы будете думать?
-Что он такой некрасивый потому, что мы в своё время не доедали тушёныыыые овощиии!
-Вот!- победно хмыкала Ба.
Она умудрилась внушить нам, что если оставлять за собой на тарелке еду, то будущий муж лицом будет напоминать объедки. И мы в это свято верили!

Самосовершенствование – процесс необратимый. А в условиях, приближённых к боевым – ещё и неизбежный. Поэтому мы с Маней находились в постоянном поиске каких-нибудь обходных путей, чтобы облегчить наше горькое существование. Бесконечно эволюционировали, если можно так выразиться.


Сначала мы просто ныли и прикидывались больными. Но Ба не дрогнула перед нашими мелкими инсинуациями, и пригрозила добавкой. Тогда мы попытались, не вдаваясь в подробности, заглатывать овощи целиком. Но Маня подавилась кусочком картофеля и если бы не вовремя подоспевшая Ба, то она таки добилась бы своего. Но Ба не дала Мане спокойно протянуть ноги, она могучим ударом в спину вернула её к жизни, усадила обратно за стол и пододвинула тарелку.
-Прожёвывай тщательнее,- велела.

Наконец я придумала новый метод безболезненного поедания тушёных овощей.


-У тебя на нёбе есть такая точка, которую если мысленно отключить, то можно не чувствовать вкуса,- втолковывала я Мане.
-Покажи где?- полезла она мне в рот.
-Ну вот смотри, где-то там есть такая точка, которую если отключить…
-А где твои гланды?- перебила меня Маня.
-Тебе гланды или точку?- рассердилась я.
-Точку! И гланды!
-Гланды удалили, когда мне было три года. А точку… Ну вот же она,- ткнула я пальцем куда-то себе глубоко в глотку, и меня чуть не вывернуло,- буэ!
-Буэ,- с готовность откликнулась Манька.

-Этттто ещё что такое!- зашла в кухню Ба,- на минуту отвлеклась, а вы уже устроили марафон чей муж будет уродливее?


-Ба, а у Нарки гланды удалили в три года,- заюлила Маня.
-Не поешь овощей, и тебе удалим, ясно? И не забудь протереть до блеска свою тарелку!
-А я не собираюсь жениться!- заныла Маня,- поэтому мне можно не есть овощи.
Ба глянула на внучку поверх очков.
-Мария, если даже ты когда-нибудь решишь всё-таки жениться, а не выходить замуж, то и это не спасёт тебя от участи поесть сейчас тушёных овощей!

-Покажи ещё раз, где там у тебя точка?- снова полезла мне в рот Маня.


-Если вы в течение пяти минут не съедите аджапсандали, то я вам обещаю, что кругом у вас будут одни только болезненные точки!- рявкнула Ба.
Мы молча взялись за ложки.

Как вам объяснить, чем отдают тушёные овощи? Возьмите школьный фартук, разрежьте его на полоски, заправьте мелом и скрипичным ключом. Добавьте двойки по алгебре и геометрии. Томите сутки в молоке с пенкой. Вот так уныло пахнут и выглядят тушёные овощи.


Но любому испытанию приходит конец. Минут пятнадцать мучений, нытья и закатывания глаз – и дело сделано, ненавистное блюдо плещется у нас в желудках.

-Ба,- посмотри какой у меня будет муж,- сунула Маня под нос Ба протёртую до блеска тарелку,- скажи красавчик?


-Красавчик-красавчик,- хмыкнула Ба,- все извилины ему стёрла!
-Какие извилины?- опешила Маня.
-Да шучу я,- отмахнулась Ба,- посмотрим теперь, какой у Нарки будет муж!

У Нарки муж получался не таким красивым, как у Мани. Нарка с раннего детства не дружила с тушёным луком, поэтому её муж грозился ходить всю жизнь с полукольцами лука на лице.


-Эх ты,- постучала костяшками пальцев по моей голове Ба,- ладно, так и быть, выручу тебя.
Она взяла кусочек хлебной корочки, протёрла им тарелку и запихнула остатки тушёного лука в мой распахнутый от удивления рот.
-Ммыыыые,- замычала я.
Ба ловко зажала пальцами мои ноздри. Мне ничего не оставалось, как наспех прожевать и проглотить остатки обеда.
-Потом мне спасибо скажешь,- буркнула Ба и убрала тарелки со стола.

-Ба, а можно мы пойдём к мсье Карапету?- выползли мы из-за стола.


Ба маялась совестью и поэтому минут пять была особенно уязвимой.
-Можно,- со скрипом согласилась она,- только ненадолго, на полчасика всего, ясно?
-Ясно!- припустили к выходу мы. Нужно было успеть выскочить из дома до того, как Ба перестанет маяться совестью.

Мсьё Карапет жил в большом, утопающем во фруктовых деревьях доме из белого камня Второй этаж своего дома он превратил в просторную мастерскую, где писал удивительные по своей красоте картины. Мы с Маней любили, затаив дыхание, наблюдать за тем, как он работает. Мсьё Карапет не возражал против нашего присутствия, наоборот, вёл с нами долгие беседы «за жизнь» и поил горячим шоколадом из чашек тонкой ручной работы.


-А можно нам простые чашки?- попросила Маня в первый раз, когда мсьё Карапет поставил перед нами поднос с горячим шоколадом и печеньем «Курабье».
-Почему?- удивился мсьё Карапет.
-Мы обе косорукие и можем легко разбить такую красоту,- потупилась Манька. По тому, как уныло завалился набок Манин боевой чубчик, можно было догадаться, как сильно она волнуется.
-На то они и чашки, чтобы их бить,- улыбнулся мсьё Карапет, и этим завоевал наши девичьи сердца безоговорочно и навсегда.

Мсьё Карапет был сыном чудом спасшихся от резни Эрзрумских армян, которых корабль под французским флагом вывез в Нант. Среди нехитрого скарба, который в спешке успели забрать из своего огромного имения родители мсьё Карапета, был тяжёлый, старинный пояс деда.

Первая волна эмиграции – потерянное племя. Родители мсьё Карапета разделили горькую участь многих беженцев – они брались за любую работу, чтобы выбраться из беспросветной нищеты. Спустя десять лет, вместе с семьёй русских переселенцев они открыли кондитерскую «Toutoundjian et Morozъ». Со временем кондитерская стала приносить неплохой доход.

Мсьё Карапет родился и вырос во Франции, выучился на художника в парижской Национальной высшей школе изящных искусств, женился на француженке мадемуазель Жюли. В день свадьбы тикин Ануш, мама мсьё Карапета, подарила своей невестке потемневший от времени старинный пояс.


-Это единственная память о деде Карапета, храни его, как зеницу ока, дочка,- сказала она.
Молоденькая Жюли повертела в руках кожаный, инкрустированный металлическими григорианскими крестами пояс, подивилась странному, обтрепанному подарку и задвинула его в дальний угол антресолей.
-Надо будет потом выкинуть это старьё,- дёрнула она плечом. И благополучно забыла о подарке.

Мсьё Карапет и мадам Жюли прожили душа в душу восемь счастливых лет. Она родила ему девочку Ани и мальчика Тарона. Как-то раз, во время уборки, мадам Жюли полезла в дальний угол антресолей и нашла свернувшийся змейкой старинный пояс.


Она вытащила его за металлическую пряжку, повертела в руках. «Тяжёлый какой»,- удивилась. Взяла маникюрные ножницы и поддела шов на кожаном брюхе пояса. Прогнившие нитки разошлись, и на пол посыпались золотые соверены с оттиском профиля английского короля Георга V и царские червонцы с профилем Николая II.
-Как они похожи,- изумилась мадам Жюли, сравнивая царственные профили на монетах.

-Каро!- поспешила она к мужу,- Каро!!!


Мадам Жюли была беременна третьим ребёнком, и шла очень осторожно – ступала боком и придерживала большой живот рукой. Но видимо радость от находки была столь велика, что в какой-то момент она прибавила шагу, запуталась в длинном подоле юбки и рухнула с высокой лестницы вниз. Там её и нашёл муж – она лежала на спине, раскинув в стороны руки, с внезапно окаменевшим, ставшим колом животом, с распахнутыми глазами, а вокруг неё искрились россыпью золотые монеты.

Обезумевший от горя мсье Карапет бросил всё своё имущество, оставил кондитерскую сыновьям Мороз, взял детей в охапку, и с первой волной репатриации вернулся в Армению.


Он стремился туда, где по рассказам родителей находилась земля обетованная, он возвращался, чтобы пережить немилосердное, разом убившее в нём волю к жизни, горе.
-Карапет,- говорили тикин Ануш, ласково проводя по его щеке своей огрубевшей от постоянной тяжёлой работы рукой,- ты не умеешь рисовать Арарат, потому что ты его никогда не видел…
-Карапет,- говорил ему отец,- когда-нибудь обязательно мы съездим домой, и ты поешь настоящих абрикосов…

-Вот я и дома,- мысленно обратился к давно умершим родителям мсье Карапет, спускаясь по трапу самолёта в Ереванском аэропорту,- я вернулся.


Он возвращался домой, а оказался в Советской Армении.
Сначала его долго подвергали идейной обработке сотрудники какого-то важного учреждения. «Кагебешники»,- решил про себя мсьё Карапет и брезгливо скривил губы. Потом, когда бумажная волокита была улажена, он наконец-то получил возможность поездить по городам теперь уже своей страны. Зрелище, открывшееся глазам мсьё Карапета, ввергло его в ужас. Это была совершенно другая, отличная от рассказов его родителей, страна. Здесь школьники ходили в красных галстуках, на всех площадях возвышались статуи вождя революции, а в магазинах не хватало самых необходимых продуктов.

Он продал нумизматам несколько английских соверенов, которые вывез из Франции в поясе своего деда, и купил дом в затерянном высоко в холмах городке Берд.


-Чем дальше от центра, тем меньше кагебешников,- справедливо решил он.

Мсьё Карапет дружил с моим дедом, таким же, как он, беженцем из Западной Армении. Только если родителей мсьё Карапета корабль под французским флагом вывез в Европу, то моего деда спасли отступающие русские солдаты. Они вытащили его из-под груды зарубленных трупов – испуганного, вымазанного в чужой крови пятилетнего мальчика.

-Один из солдат завернул меня в свой тулуп, разжал зубы и влил туда немного вина,- рассказывал дед,- и приговаривал – голубчик, голубчик. А я ни слова на русском не понимал, только помнил, как мама говорила – русские – они хорошие, они обязательно нас спасут. И я вцепился руками ему в шею, этому русскому солдату, «рус, рус»,- говорю я ему, а он мне в ответ – «голубчик, голубчик», и я почему-то решил, что его так зовут, и всю дорогу я его упорно называл Голубчиком. А в Эривани он меня сдал в наспех организованный при церкви святого Григория сиротский приют, оставил мне все свои припасы, перекрестил и пошёл дальше. И я никогда больше его не видел.

Уже потом, будучи при достаточно большой должности, дед пытался разыскать своего спасителя, но так и не смог его найти.

Мы с Маней очень любили ходить в гости к мсьё Карапету. Он давно уже жил один. Ани и Тарон выросли, уехали в Ереван, получили высшее образование и осели жить в столице. Они звали отца к себе, но тот отказывался уезжать из Берда.

-Здесь так мало этого чудовищного советского вранья,- кричал он в телефонную трубку. Операторы междугородней связи каждый раз, наверное, падали в обморок, когда слышали антисоветчину, которую выкрикивал мсьё Карапет,- живите среди этих товарищей кагебешников и не трогайте меня!


-Папа,- всхлипывала Ани,- ты там совершенно один, и мы не можем к тебе часто приезжать…
-Я не один, дочка. Со мной мои картины,- успокаивал её мсьё Карапет.

***


Идти до дома мсьё Карапета было минут пять неспешным шагом.
-После этих отвратительных тушёных овощей так и хочется какао,- мечтательно протянула Маня.
-Не какао, а горячего шоколада,- поправила её я,- ты же помнишь, как правильно нужно называть этот напиток?
-Помню! Это я при тебе говорю какао, а при мсьё Карапете буду называть его горячим шоколадом,- заверила меня Маня.
Скоро мы уже были на месте. Я хотела толкнуть калитку, но Маня схватила меня за руку.
-Подожди!
-Чего тебе?
-А парижская осанка?
-Ах да!- хлопнула я себя по лбу,- парижская осанка!

Мы плотненько прижались спиной и пятками к забору, задрали к ушам плечи, завели их назад и плавно опустили. Постояли какое-то время, привыкая к «парижской осанке», и наконец отколупались от забора.


-Ну как я выгляжу?- скосилась я на Маню.
-Шикиблеск!- шепнула уголком рта моя подруга. Она вышагивала так, словно аршин проглотила, и выглядела, как истинная француженка.
Мы толкнула калитку и вошли во двор.
Шли рядышком, гордо задрав головы и отклячив назад попы. Шеи были вытянуты сильно вверх, ключицы воинственно торчали вперёд, ноги мотались где-то далеко внизу и даже чуточку, кажется, позади. Обе от напряжения косолапили, и дышали с большим напрягом.
-Я так долго не выдержу,- пожаловалась я Мане.
-Главное до стульев добраться, а там можно и расслабиться,- подбодрила она меня.

Когда мсьё Карапет открыл нам дверь, мы уже практически были на последнем издыхании.


-Здравствуйте, мадемуазели,- расплылся в улыбке мсьё Карапет.
-Здравствуйте,- каркнули мы и шаркнули ножкой.

Мсьё Карапет любезно посторонился, пропуская нас в дом. Мы прошли мимо него и прямиком направились на кухню.


-Хотите посмотреть мои картины?- поинтересовался нам вслед мсьё Карапет.
-Нет!- выдохнули мы,- нам бы чуточку за столом посидеть.
-Ну и ладно,- рассмеялся мсьё Карапет,- тогда сделаю вам горячего шоколада.
-Хорошо,- милостиво согласились мы, сели за стол и наконец расслабили мучительную французскую осанку,- фух!
-Как у вас дела? Какие новости?- галантно поинтересовался мсьё Карапет.
-Мы поели сегодня тушёных овощей!
-Какой ужас,- всплеснул руками мсьё Карапет,- вы же их ели на той неделе!
-Так и мы о том же говорили Ба, но она не стала нас слушать! Нет, чтобы картошечки пожарить,- пригорюнились мы.

Мсьё Карапет сочувственно покачал головой. Потом он открыл холодильник и долго вглядывался в его содержимое, пытаясь вспомнить, что ему там надо было взять.


-Что-то в горле пересохло,- не вытерпела Маня.
-Ах да, молоко,- воскликнул мсьё Карапет и вытащил из холодильника бежевый молочник. Он налил в эмалированный ковшик молока и поставил его на маленький огонь. Когда молоко разогрелось, он добавил туда плитку горького шоколада и две чайные ложки какао. Выставил на поднос вазочку с вафлями и сахарницу. Мы, затаив дыхание, следили за его движениями.

-Наринэ, вчера вечером я имел долгий разговор с твоим дедом,- нарушил молчание мсьё Карапет.


Мы с Манькой переглянулись. Мой дед был партийным работником, идейным и кристально честным коммунистом, и всю жизнь верой и правдой служил стране, благодаря которой он, круглый сирота, беженец из Западной Армении, получил образование и смог устроиться в жизни.
-Если не русские, то нас бы уже давно не было,- любил повторять он.
-Ты не видел настоящей жизни,- мгновенно вскипал мсьё Карапет,- и настоящих русских ты не видел!
-А ты видел!- вспыхивал в ответ мой дед.
-А я видел! Весь Париж был наводнён настоящими русскими,- бушевал мсьё Карапет,- настоящие русские уехали из этой страны после позорной революции, а здесь остались одни конформисты!
-И эти конформисты выиграли Вторую мировую войну!- восклицал дед,- полетели в космос и придумали самолёты вертикального взлёта!

Мы с Маней нередко присутствовали на этих перепалках и знали все аргументы противоборствующих сторон наизусть. Словно «конформисты» нас сильно пугало, и мы каждый раз втягивали головы в плечи, когда дед с мсьё Карапетом начинали обзывать людей конформистами. Спросить, что означает это словно, нам не хватало смелости. «Убийцы, наверное»,- предполагали мы.


Вот и сейчас, когда мсьё Карапет сказал нам, что вчера имел разговор с моим дедом, мы сильно напряглись.
-Снова поссорились,- шепнула мне Манька.
-Ага,- пригорюнилась я.

-Мы поговорили о Стендале,- продолжал мсьё Карапет.


-«Красное и Чёрное»,- мелькнуло в наших головах.
-О Гюго.
-Поругались, великий он писатель или шарлатан.
-О Бунине.
-Восторгались.
-О Маяковском.
Маня вцепилась мне в руку. «Сейчас скажет про Маркса»,- шепнула она одними губами.
-«Капитал» обсудили.

Всё! Можно было собирать свои манатки и уходить. Ясно было одно – вчера мой дед с мсьё Карапетом рассорились в пух и в прах. Потому что мы отлично знали, что после «Капитала» они переходили на Ленина, и тут начиналось самое страшное.


-Самозванец и убийца!- грохотал мсьё Карапет.
-Великий мыслитель и запутавшийся человек!- не соглашался мой дед.
-Разбазарил наши земли!
-Восточную Армению спас!
-Расстрелял царскую семью!
-Он хотя бы имел смелость признавать свои ошибки!
И т.д. и т.п.

Нужно было срочно отвлекать мсьё Карапета от опасных воспоминаний, а то того и гляди, он передумает поить нас горячим шоколадом.


-А вы потом покажете нам картину, которую сейчас рисуете?- заблеяла я.
-Покажу, конечно,- легко отвлёкся мсьё Карапет и поставил перед нами поднос с дымящимися чашечками.

Мы с Маней взяли по вафле и обмакнули в горячий шоколад. Мсьё Карапет поморщился.


-Некрасиво макать вафли в шоколад,- сказал он.
-А сухари?- живо поинтересовалась Маня.
-И сухари некрасиво. Вообще, некрасиво что-либо макать в напитки.
-А моя прабабушка в своём чае нагревает помидоры,- пошла ва-банк я.

Мсьё Карапет чуть не поперхнулся.


-Как это помидоры?
-Ну, я сама видела. Она сделала себе чаю, потом взяла помидор, сказала, что он холодный, и бросила его в чашку с чаем. А когда я спросила, зачем она это сделала, она сказала, что помидор всё равно чистый, и чаю ничего не будет. Она вообще старенькая, и много чего делает такого, от чего потом волосы на голове шевелятся!
Мсьё Карапет закрыл глаза и сделал такое выражение лица, словно у него резко разболелся зуб.
Пока он сидел с закрытыми глазами, Манька быстро допила свой шоколад, протёрла коричневые усы ладонью и облизала её. Я задохнулась от восторга – надо же, какая у меня подруга догадливая, вот как можно получить ещё больше горячего шоколада! Но последовать её примеру я не смогла, потому что мсьё Карапет справился от шока и открыл глаза. Пришлось допить шоколад по всем правилам этикета, и даже последний протяжный фьююють, которым я осушила чашку, не утешил меня – шоколадные усы пришлось вытереть салфеткой.
Потом мы встали из-за стола и поблагодарили мсьё Карапета за угощение.

Он повёл нас в свою мастерскую и показал картину, которую писал. Это был портрет очень красивой женщины. Она сидела в кресле, на коленях её свернулся калачиком рыжий кот, она улыбалась одними уголками губ и смотрела куда-то нам за спину. Взгляд её был таким живым и проницательным, что мы обернулись посмотреть, чего она такого интересного увидела за нашими спинами.

-Шикиблеск!- выдохнула Манюня.
-Ага,- с трудом кивнула я. Мы снова вытянулись во «французскую осанку» и дико страдали от этого.
-Спасибо,- улыбнулся мсьё Карапет и вытащил с полки большой альбом,- сегодня мы будем знакомиться с Модильяни.

В каждый наш визит мсьё Карапет рассказывал нам о художниках, показывал их работы и объяснял технику рисования. Мы мало чего понимали в том, что он нам объяснял, и уроки эти воспринимали как данность, считая их неизменным приложением к горячему шоколаду.


-Вот покупаешь в магазине мясо, а тебе ещё сверху костей накидают,- объясняла я Маньке,- такая же история и с мсьё Карапетом. Попили горячего шоколада – пожалуйте послушать про Пик… Пикассу!
-Не Пикассу, а Пикасса,- поправляла меня Манька,- страшный человек, всё на кубики раздробил.
-А эта странная тётка? Как её там, «Любительница асбеста»?
-Не говори! Какой нормальный человек станет есть асбест?- разводила руками Манька.

Модильяни нас поразил до глубины души. Сначала мсьё Карапет напугал нас словом «экспрессионизм».


-Икс… чего?- шепнула мне Манька.
-Пырсонизм какой-то.
-С ума сойти!

Потом мсьё Карапет показал нам голых женщин. Они лежали на кушетках и выставили на всеобщее обозрение пышные груди и треугольнички волос на срамных местах.


-Ню,- втолковывал нам мсьё Карапет,- Модильяни – первый певец обнажённого женского тела.
Мы с Маней усиленно отводили глаза.
-Вот что такое ню!- сконфуженно протянула я.
-Тьфу, срамотища,- рассердилась Манька.

А потом мсьё Карапет показал нам портреты жены художника. Она нам очень понравилась – у неё были светлые, чуть раскосые глаза, рыжие волосы и длинная – предлинная шея.


-Он сильно любил её, поэтому оставил так много её портретов,- сказал нам мсьё Карапет.

Внезапная догадка пронзила наши сердца. Мы подняли головы с альбома и окинули взглядом мастерскую. Почти со всех полотен мсьё Карапета на нас смотрела одна и та же женщина. У неё были каштановые вьющиеся волосы, она улыбалась одними уголками губ и смотрела чуть рассеянно нам за спину.

-Вы тоже очень любили свою жену, да?- спросила Маня.
Мсьё Карапет обернулся к своим картинам, вздохнул.
-Я до сих пор её люблю,- глухо вымолвил он. Он тяжело встал и подошёл к окну, и мы вдруг сразу осознали, какой он старенький и одинокий.
-Ты его расстроила,- шепнула я Маньке.
-Я не хотела!

Манька встала, пригладила ладошкой боевой чубчик, подошла к мсьё Карапету и, как в дверь, постучалась ему в спину согнутым пальцем.


-Вы извините меня, я не хотела вас расстраивать,- сказала она.
-Ну что ты, детка,- обернулся к ней мсьё Карапет,- ты меня ничуть не расстроила.
-А я бы на вашем месте всё-таки расстроилась,- глянула на него укоризненно снизу вверх Манька,- и долго потом бы горько плакала.

Я вскочила с места.


-Нам пора!- нужно было уводить Маню до того, как она доведёт до слёз мсьё Карапета.
-Приходите ещё,- улыбнулся нам мсьё Карапет.
-Обязательно придём,- заверила его Манька,- у вас такой вкусный горячий шоколад!
-Хахахааааа,- затрясся в смехе мсьё Карапет,- вот она, детская непосредственность!
-И картины у вас замечательные,- поспешно добавила я.

Мы сбежали вниз по лестнице и вышли на улицу.


-Мань, ну ты даёшь! Зачем ты ему про горячий шоколад сказала? Теперь он подумает, что мы только за этим к нему и приходим!
-А за чем ещё?- спросила Манька.
Мы крепко задумались.
-За икспырсонизмом что ли?- неуверенно спросила я.
Манька вздохнула. Заправила мои волосы за уши и, склонив голову на бок, долго разглядывала меня.
-Ты чем-то даже похожа на жену Мудульяно,- протянула она задумчиво.
-Чем?
-Глаза такие же. Светлые и смотрят в разные стороны,- заключила Манька.
-Спасибо,- растрогалась я.

Что может быть желаннее хорошего комплимента от любимой подруги? Практически ничего. Если только ещё одна чашечка горячего шоколада!





  1. Вопросы читателю

1. Что такое мемуарная проза?

2. Какие произведения о детстве писателей вам известны?

3. Что вам известно об авторе книги «Манюня» Наринэ Абгарян?

4. Что привлекает вас в характере главных героинь книги Нары и Манюни?

5. Похоже ли ваше детство на детство Нары и Манюни?

6. Как, на ваш взгляд, в книге проявляется «мысль семейная»?

7. Каковы отношения девочек со взрослыми?



8. Как в книге проявляется связь поколений?

Использованная литература:


  • Наринэ Абгарян «Манюня». М.: АСТ; СПб.: Астрель-СПб; Владимир: ВКТ, 2010. – 317, [3] с.

  • Интернет-ресурсы



Каталог: DswMedia
DswMedia -> Решение уравнений n-ой степени с параметром
DswMedia -> Педиатрия Организация ухода за детьми при инфекционных заболеваниях
DswMedia -> Аттестационная работа по алгебре. 11 класс
DswMedia -> Строение электронных оболочек атомов элементов первых четырех периодов
DswMedia -> Педиатрия Анатомо-физиологические особенности органов и систем ребенка
DswMedia -> «Индустриальная революция»
DswMedia -> Хирургия Инфекционная безопасность в работе медицинской сестры
DswMedia -> Тема: правописание
DswMedia -> Задание А13 егэ по русскому языку правописание суффиксов прилагательных, Н, нн


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница