Огук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник»


ФОРМИРОВАНИЕ ТРАДИЦИОННОЙ ОДЕЖДЫ РУССКОГО НАСЕЛЕНИЯ АСТРАХАНСКОЙ ГУБЕРНИИ КАК РЕЗУЛЬТАТ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ФАКТОРОВ ПЕРЕСЕЛЕНЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ



страница21/33
Дата06.06.2016
Размер6.29 Mb.
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   33

ФОРМИРОВАНИЕ ТРАДИЦИОННОЙ ОДЕЖДЫ РУССКОГО НАСЕЛЕНИЯ АСТРАХАНСКОЙ ГУБЕРНИИ КАК РЕЗУЛЬТАТ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ФАКТОРОВ ПЕРЕСЕЛЕНЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ
Водовозова И.В. (г. Астрахань, ОМЦ НК)
Материальная культура и, в том числе, традиционная одежда, складывается на протяжении всей многовековой истории народа, передаётся из поколения в поколение, обеспечивая, таким образом, преемственность этнокультурной информации.

Русский народный костюм формировался на протяжении веков, и его развитие было обусловлено социально-экономическими изменениями в жизни народа, религиозными воззрениями, взаимосвязями и контактами с другими национальными культурами.

Формирование национальных особенностей русского народного костюма происходило в XIV-XVI вв. одновременно с выявлением русского (великорусского) этнического самосознания. К XVII в. полностью сложились основные костюмные комплексы.

Различия географических, климатических и исторических условий огромной территории России стали причиной возникновения большого разнообразия местных стилей русского народного костюма.

Русский народный костюм в традиционных местах его бытования достаточно хорошо изучен, чего нельзя сказать о костюме русского населения Астраханского края.

Наше научное исследование было начато в 2004 г., в 2006-2007 гг. осуществлялось на средства грантов РГНФ, ныне продолжается без специальной поддержки.

Работа в библиотеках города Астрахани (библиотека областного методического центра народной культуры, областная научная библиотека, отдел редких книг краеведческого музея), а также в Российской национальной библиотеке и библиотеке Российского этнографического музея (г. С-Петербург) позволила по крохам собрать информацию об одежде русского населения территории638, об этапах и особенностях заселения639, о региональных особенностях русского народного костюма тех губерний, откуда приезжали переселенцы640.

Это позволило, например, найти ответ на такой вопрос: если среди первых переселенцев значительную долю составляли беглые и ссыльные люди, т.е. лица мужского пола, то откуда брались в селениях женщины? И в статье Н. Михайлова «Астраханские ловцы», опубликованной в «Библиотеке для чтения» в 1856 г.641, находим такой рассказ местного жителя (деревня Ракуша, несколько верст вниз по реке Болде от Астрахани): «…Бежали то всё холостые сюда, женщин не было, где взять? А в то время калмыки тоже около жили; они и крали калмычек, те поживут, да и креститься захотят; их на Чурну привезут – знаешь Чурнинский монастырь, верст 20 отсюда – там окрестят и обвенчаются. Калмыкам эдак требовать назад уж нельзя было жён али девок своих. Моя мать тоже была калмычка. Так место-то и населялось». И какой же здесь можно вести разговор о традициях русского костюма, хранительницами которого испокон веков являлись женщины.

Там же у Н. Михайлова находим ещё одно интересное описание: «… в сравнении с теми расходами, которые идут у ловца на жену. Он одевает и кормит всё семейство из закупных материалов. Ловецкие жёны и одеваются гораздо лучше, и нередко жену не богатого здешнего крестьянина можно принять за купчиху». Носят женщины платья, в будни – ситцевые, а в праздники – шёлковые.

И ещё об одной важной находке. Во многих публикациях, посвящённых русскому народному костюму территорий России, говорится о том, что к концу XIX в. он начал вытесняться костюмом городского типа, так называемой «парочкой», т.е. юбкой и кофтой из ситца. Но нигде нет объяснения, почему именно в такой форме городская мода проникла в село, почему именно такой наряд прижился из всего разнообразия сменяющихся городских фасонов. И вот в «Отечественных записках» 1853 г. удалось найти статью Е. Авдеевой «Старинная русская одежда; изменения в ней и моды нового времени»642, в которой говорится, что уже в 1800 г. у купчих и мещанок основным нарядом были юбки и кофты (их называли «немецкое платье» в противоположность французскому у высшего сословия). И этот важный факт позволяет выстроить в дальнейшем аналитическую цепочку об истоках появления подобного наряда в крестьянской среде. Ценно и то, что статья написана женщиной, которая совсем по-другому описывает костюм, чем мы это находим, например, в описаниях, сделанных мужчинами.

В Российском этнографическом музее (г. С-Петербург) фонды, относящиеся к Астраханской губернии, оказались очень скудными и включали в себя только два номера - 4236 и 8334. Под первым хранятся лямки для вытаскивания невода и тормоз к саням, а под вторым – пять фигурных пряников 20-х гг. XX в. Выяснилось, что планомерное изучение нашей территории с целью сбора этнографического материала сотрудниками музея никогда не проводился.

Наши экспедиции проводились как в наиболее удалённые северные районы области (Ахтубинский и Черноярский), так и в южные, дельтовые – Приволжский, Красноярский, Камызякский, Икрянинский, Лиманский, а позднее и в занимающие центральное положение Харабалинский и Енотаевский районы.

Сёла Приволжского и Красноярского районов, наиболее близко расположенных к городу, ранее других стали испытывать на себе влияние городской культуры. Важным фактом было то, что женщины здесь активно участвовали в торговых связях с городом. Так, Раввинский И.В.643 в 1809 г. пишет, что красноярские женщины выращивают в большом количестве на огородах лук и возят его на лодках в Астрахань: «… и почти каждая женщина продает по крайней мере на 50 рублей…(кроме того – кислое молоко, сметану, яйца, кур, гусей и уток)… и от сего вообще не требуя от мужей помощи, покупают себе одежды, и способствуют благосостоянию семейств своих…». Или описание у вышеупомянутого Н. Михайлова644 женщины, везущей в Астрахань целую лодку яблок.

А вот в более удалённом селе Маячное Икрянинского района ситуация другая. Село это было ловецкое, расположено на острове примерно в 50 км от Астрахани. И, по рассказам информаторов, женщины в город не ездили, только мужчины. Которые, кстати, и привозили им наряды. Видимо, поэтому и старинных фотографий жительниц села практически нет, так как к фотографу ездили в город.

На севере области в сёлах, кроме рыболовства, занимались земледелием и скотоводством, многие крестьянские хозяйства были крепкие, зажиточные. И мужчины могли себе позволить одевать своих дочерей и жён даже в бархат. Да и женщины не оставались в стороне от заработков. Как пишет Солосин И.И. в 1910 г. о селе Пришиб645: «Девушки зарабатывают за лето на сенокосе и на пашнях рублей до 40, и все эти деньги расходуют обыкновенно на наряды».

При изучении фотографий рубежа XIX-XX вв. можно заметить большее предпочтение платьев в северных районах по сравнению с южными.

В крупных сёлах торговля процветала, и чтобы купить что-то для нового наряда, не обязательно было ехать в Астрахань. Читаем у Равинского И.В.646 про село Енотаевка: «…Торговлю же товарами Енотаевские купцы предоставили Астраханским татарам, которые нанимают у них лавки и продают разноцветныя Немецкия сукны, штофы, полуштофы, бурмети, бязи, китайки, кутни, кумачи, разныя выбойки Астраханских фабрик платки, холст, сафьяны, мешины и шитые их них сапоги…».

И в целом картина складывается следующая.

Астраханская область заселялась русскими сравнительно поздно. На этой территории исторически соединились разные культуры, во многом несхожие между собой. На их основе, происходило развитие новой региональной этнокультуры, имеющей свои особенности, отличные от метропольных. Это во многом обусловило специфику и характер традиционной материальной культуры, в том числе и костюма.

Историческая особенность состояла в том, что заселение этих земель русскими началось только с конца XVI в., а наиболее интенсивно началось в XVIII в., когда русский народный костюм уже практически сформировался на основной территории России.

Территория нынешней Астраханской области была присоединена к России при Иване Грозном в 50-е гг. XVI в., и два основных вида хозяйствования стали определяющими для этого края на последующие века. Это рыболовство, причем, поначалу, только ценных пород рыб, а также добыча соли, используемой в основном на посол пойманной в крае рыбы, а также вывозившейся за пределы губернии.

Долгое время после того, как Астрахань вошла в состав Московского государства, она была единственным постоянным населенным и военным пунктом на огромном расстоянии почти от Казани и до Каспийского моря. Именно под Астраханью селились первые переселенцы из центра страны. Уже в XVI-XVII вв. на берегах Волги и её протоках стали создаваться учуги для добычи рыбы. Основной рабочей силой в это время были наёмные люди, но появлялись и государственные переселенцы, которые отправлялись сюда за разные преступления.

Строительство крепостей по правому берегу Волги — Черного Яра в 1627 г. и Енотаевска в 1742 г., несколько повысило безопасность территории, и, видимо, вызвало первый приток переселенцев. Так, к середине XVIII в. в окрестностях Чёрного Яра стали появляться сёла, основанные выходцами с Украины, татарами, чувашами, мордвой и русскими переселенцами из Московской, Воронежской, Тамбовской, Вятской губерний. Почти все эти селения правобережья Волги возникли рядом с рыболовецкими ватагами, поэтому наверняка первые мигранты занимались ловом, что и составляло основу их первоначальной жизни.

Однако важнейшим условием распространения населения в крае было уменьшение опасности для мигрантов, прибывающих в ещё мало заселённые части губернии. Без защиты поселенцев от набегов кочевников и разбойников не было и речи об её широком освоении.

С 1765 г. начинается расселение станицами по Московскому тракту астраханских казаков и разрешается продажа государственных земель дворянам, чем и полагается начало т. н. «помещичьей колонизации». Хотя правительство и ранее приглашало переселенцев, однако только после 1765 г. осуществляются организованные переселения крестьян в Волго-Ахтубинскую пойму.

Анализ архивных документов, данных ревизий, переписей и т.п.647 показывает, что практически со всей России переезжали люди на новые земли (найдены упоминания 17 губерний).

На основании столь пёстрой и неоднородной картины заселения края можно было бы ожидать бытования огромного разнообразия русских костюмов. Действительно, ведь к XVII в. в России практически полностью сложились основные костюмные комплексы и его региональные разновидности. Крестьяне, переселяясь, везли с собой свой скарб, в том числе и костюм своего региона. Подтверждением тому – экспонаты Астраханского областного историко-архитектурного музея-заповедника и его районных филиалов. Например, в Лиманском районе при исследовании сохранившихся женских рубах выявлено их полное сходство с рубахами Курской губернии. И подтверждением этому служит уникальная находка в селе Воскресеновка Лиманского района, где во время экспедиции был обнаружен женский костюм, состоящий из сарафана, рубахи, платка и пояса, который, по отзывам специалистов по русскому костюму из Москвы и Смоленска, действительно принадлежал переселенцам из Курской губернии. Анализ тканей, из которых сделан костюм, швов, применённых при его изготовлении, орнамента вышивки говорит о том, что изготовлен он на рубеже XIX-XX вв. Однако использование домотканины для сарафана и рубахи, а также техника ручного ткачества пояса приводят к выводу, что данный костюм был изготовлен не в нашей губернии, а завезён из Курской не ранее начала XX в.

То же самое можно сказать и о двух воронежских понёвах из фонда Областного краеведческого музея. Датированы они началом XX в., а в это время понёвы здесь никто не ткал, т.е. завезены они были уже в XX в., и скорее всего, насколько это можно судить по рисунку и цвету орнамента, из Алексеевского района Воронежской губернии (ныне Белгородской области).

Анализ картотеки фондов музея показывает скудность коллекции русского народного костюма, в первую очередь женского. И, в противоположность этому, достаточно много женской одежды городского типа, собранной в сёлах области, – разнообразные кофты и юбки из дорогих фабричных тканей.

Такая же ситуация выявлена и в ходе экспедиций. Практически не сохранилось в сёлах области никаких элементов женского русского народного костюма (кроме упомянутого выше курского), даже воспоминания о них в рассказах информаторов крайне редки.

Чем можно объяснить подобную ситуацию?

Во-первых, достаточно большую долю населения составляли государственные переселенцы, которые отправлялись сюда за разные преступления, и беглые крестьяне, которым вряд ли удавалось привезти что-то из своего имущества. Да и переселяемые организованно государственные и помещичьи крестьяне переезжали тоже не в лучших условиях. Вековые корни рвались, неразрывная связь поколений нарушалась.

Во-вторых, хранительницами костюма и его традиций всегда выступали женщины, а их количество среди переселенцев заметно уступало количеству мужчин. Этому подтверждением служат архивные документы, содержащие отчёты о численности населения губернии. Также, как уже указывалось выше, немало женщин русские переселенцы брали из числа других этносов.

В–третьих, что было, скорее всего, самой главной причиной, происходило изменение уклада жизни крестьян. Большинство из них вместо сельского хозяйства стали заниматься добычей рыбы или соли. Так, появилась новая группа традиционной одежды – рыбачья. И женщины тоже включались в эти виды деятельности, выходили на лов рыбы, на её обработку, вязали сети. Это не могло не сказаться на их одежде, на способах её изготовления и украшения. На новом месте не прижились или видоизменились многие из тех рукоделий, которыми испокон веков занимались женщины. Так, например, здесь не рос лён, из которого крестьянки веками ткали свои полотна.

И, в-четвёртых, нельзя забывать о несомненном влиянии климата, диктовавшего свои требования к одежде и головным уборам. Так, сильные ветра привели к отказу от традиционных женских головных уборов и широкому распространению платков и шалей. Наряду с фабричными, бытовали ручные вязаные платки из козьего пуха. А платки и шарфы из коклюшечного кружева, которые были в большой моде, также покупали, поскольку кружевоплетением в сёлах не занимались. Под влиянием татарских традиций русские женщины стали завязывать платки назад.

Также на традиционный костюм большое влияние оказывала развитая торговля (в том числе с Персией и Индией) и процветавшее в Астрахани до начала XIX века производство шёлковых, полушёлковых и хлопчатобумажных тканей648. Дорогие в других регионах России шёлковые ткани в нашей губернии были достаточно дёшевы и доступны многим.

Развитые контакты сельских районов с городом способствовали раннему проникновению городской моды, которая, однако, не принималась в незыблемом виде, а претерпевала очень интересные метаморфозы. Так, например, в селе Началово, куда были переселены в XVIII в. выходцы из Нижегородской губернии, можно обнаружить на фотографиях в костюмах начала XX в., вроде бы сшитых по тогдашней моде, заметное влияние традиционного нижегородского костюма, хотя самого его в традиционном виде не сохранилось.

У русского населения нашего региона уже с первой половины XIX в. началось вытеснение традиционных форм народного костюма одеждой городского типа того времени.

Если в книге Раввинского И.В. 1809 г.649 мы находим описание одежды жительниц Астрахани, в частности купеческих жён, такого рода: «…имеют одежды на старинный вкус, шитые из парчей, штофов и иных дорогих прочных и блестящих тканей… Дорогие старинные и нынешние парчи, штофы, персидские изарбаты, китаи, дыбы, из коих шьют юбки, телогреи, короткую епанчу, короткую с рукавами для зимы шубу…», то уже в 1852 г. П. Небольсин650 пишет: «Старинного русского наряда теперь нигде уже по краю не встретишь: он вывелся не далее как лет за тридцать». И если в начале XIX в. страсть к модным нарядам была характерна, по-видимому, только для горожанок: «Что ж принадлежит до модных одежд, состоящих из шарлатана и дымки, то они, кажется, так скоро в покроях своих переменяются, как еженедельная приходит из щегольских городов почта». А уж в 1910 г. Солосин И.И.651 отмечает: «Городская культура быстро проникает в Ахтубинские сёла… Среди молодого поколения… особенно развивается за последние годы страсть к нарядам, к одеванию по городскому».

Однако при этом в некоторых сёлах, в основном тех, куда организовано переселялись государственные и помещичьи крестьяне, в сундуках всё-таки бережно хранились ещё в начале XX в. сарафаны, кокошники и прочие атрибуты праздничного традиционного костюма. Но, по рассказам информаторов, свою отрицательную роль в сохранении образцов русского костюма в северных районах области сыграло раскулачивание, массово прокатившееся по семьям зажиточных крестьян, составлявших большую часть населения в здешних сёлах.

В целом ситуация трансформации и вытеснения народного костюма и развития региональных особенностей традиционной одежды у русского населения обусловлена формированием своеобразной переселенческой культуры. Подобная ситуация складывалась и на других позднозаселяемых территориях России652, но имела свои особенности и закономерности для каждого региона, связанные с местными факторами.

Особого изучения, на наш взгляд, требует вопрос о предпочтениях в выборе городской одежды. При сравнительном анализе одежды жительниц разных сёл можно увидеть разные «любимые» фасоны и детали костюма.

Поэтому, на наш взгляд, нельзя говорить о прямой трансляции городской моды в сельские районы. Выявляемая локальная интерпретация городского стиля даёт основание говорить о рождении собственного стиля, в котором сочетались рациональность, практичность и определённый шик, основанные на традиционных эстетических представлениях.

ЛЮБИТЕЛЬСКИЕ ОБЪЕДИНЕНИЯ В ДОСУГОВОЙ КУЛЬТУРЕ КОНЦА XIX – НАЧАЛА XX в. (НА ПРИМЕРЕ г. АСТРАХАНИ)
Шутько Н.В. (г. Астрахань, АГОИАМЗ)
Местом общения, самообразования и самовыражения «близких по духу» (увлечённых одним видом деятельности) людей к концу XIX в. становятся т.н. «любительские объединения» – общества, студии, кружки.

Любительское объединение – группа людей, объединённых общими интересами, в свободное время непрофессионально занимающихся какой-либо деятельностью,653 «исповедующих единые принципы членства»654. Л.о. отличает «добровольность, свобода общения, свобода выбора форм работы»655, «общественная направленность и массовый характер» 656.

Некоторые признаки любительских объединений можно найти ещё в XVIII в. В это время, в подражание Западу, новым модным способом проведения досуга в высших кругах российской аристократии становится посещение салонов, гостиных, литературно-художественных или политических кружков. Эти сообщества имеют сходство с любительским движением в традиционном понимании, но всё же различий здесь больше, главные из которых – «гостевание», как основной род «деятельности», и очень узкий, избранный круг лиц, допускающийся в «кружок» 657.

Однако уже в это время одним из любимых досуговых увеселений не только аристократии, но и представителей среднего класса становится постановка и участие в любительских спектаклях. Есть предположение, что в открытой в 1729 г. в Астрахани «Латинской школе» в эти годы делается попытка организовать, своего рода, школьную театральную студию.

Расцвет всевозможных «обществ» в России происходит в XIX в. В Астрахани это – вторая половина или даже конец XIX в. В это время в городе появляется множество обществ различной направленности: благотворительной (попечения о раненых и больных воинах (1868 г.), благотворительное (1869 г.), общество врачей (1869 г.), спасения на водах (1872 г.), дамский благотворительный кружок (1889 г.) (в 1900 г. присоединён к благотворительному обществу), взаимного вспоможения ремесленников (1894 г.), покровительства животным (1895 г.); коммерческой (взаимного кредитования (1872 г.), взаимного страхования (1877 г.), Астраханско-Красноярского взаимного кредита (1880 г.)); научной (Петровское (1874 г.)); воспитательно-просветительской (Кирилло-Мефодиевское (1885 г.), народной трезвости (кон. 19 в.); спортивной (велосипедистов (1893 г.)); по интересам (охотников (1879 г.), скачек и конского бега (1890 г.), рыболовства (1891 г.), садоводства и огородничества (1893 г.), машинистов (1894 г.)); в отдельную группу следует выделить общества любителей культуры и искусства (кружок любителей театрального дела (1876(?) г.), музыкально-драматическое (1885 г.), немецкий кружок любителей пения (1892 г.), литературно-драматическое (1893 г.), художественный кружок (1896 г.)). Необходимо оговориться, что такое разделение в значительной степени условно, так как деятельность многих объединений носила разноплановый характер. Так, астраханским Благотворительным обществом нередко устраивались спектакли, музыкально-танцевальные вечера, концерты, сбор средств от которых шёл на благотворительность.

Далеко не все из перечисленных организаций можно отнести к любительским. Поэтому далее в статье рассмотрим лишь некоторые из них, о любительской деятельности которых у нас имеются достаточные свидетельства, заимствованные, в основном, из прессы конца XIX – начала XX в.

В середине 70-х гг. XIX в. в «Астраханском справочном листке» время от времени встречаются заметки о спектаклях, которые давал кружок любителей театрального дела. Не редко эти вечера устраивались в пользу учреждений Благотворительного общества. Так, 10 декабря 1976 г. в зале Благородного собрания ими был дан спектакль, состоящий из двух водевилей («Камердинер: франт» и «Живчик»), который «закончился тремя живыми картинами при освещении магнием»658. На благотворительность в этот день была собрана внушительная сумма – 400 рублей. Надо сказать, что в это время даже профессиональные труппы не всегда получали в Астрахани подобный доход со спектакля659. Постановка была очень удачной и произвела «хорошее впечатление на публику, собравшуюся в большом числе. Вечер <···> был одним из самых весёлых <···> за всё время текущего зимнего сезона»660. Автором статьи было высказано искреннее пожелание, чтобы спектакли «господ любителей» повторялись как можно чаще. Очевидно, астраханские любители сцены по уровню мастерства могли соперничать с некоторыми гастролирующими «профессионалами»661.

С середины 1880-х гг. кружок начинает сотрудничать с музыкально-драматическим обществом (Устав утверждён 25 июня 1885 г.). Его появление значительно разнообразит театральную и музыкальную жизнь города. Однако назвать эту организацию в полной мере любительской нельзя. Известно, что общество брало на себя управление оперной антрепризой, на что в 1889 г. городом даже была выделена «субсидия в 2 тыс. рублей на случай могущих быть убытков»662. Кроме того, в состав правления обществом избиралась комиссия от города.

Всплеск любительского искусства в дореволюционной России происходит на рубеже XIX-XX вв. С целью изыскания средств (члены должны были делать денежные взносы), в общества стали допускать представителей разных сословий (местных коммерсантов, гос. служащих, учителей, врачей, артистов, студенческую молодёжь, иногда квалифицированных ремесленников и рабочих), что, с одной стороны, помогало обществу удержаться на плаву, а с другой, привлекало к нему дополнительное внимание.

В Астрахани в это время часто устраиваются литературно-музыкальные вечера, публичные чтения, концерты и выставки любителей. Так, 29 марта 1892 г. была открыта выставка картин местного художника-любителя А.Н. Сергеева. Вскоре появился астраханский художественный кружок (Устав утверждён 26 января 1896 г.). После продуктивной четырёхлетней работы кружок даже мог позволить себе открыть художественные классы, для чего (а также и для увеличения средств) 4 февраля 1900 г. на собрании было постановлено «устроить к Великому посту 1900 г. художественную выставку картин, фотографических работ и изящных искусств»663. Комитет просил принять участие в выставке всех желающих, которые захотят выставить свои работы или просто имеющиеся у них интересные картины, гравюры и т.п.

Астраханское отделение Императорского музыкального общества, не являясь, по сути, любительским, также содействовало развитию непрофессионального искусства среди астраханцев. В музыкальных студенческих концертах участвовали не только студенты, но, время от времени, и «многие любители»664. А 11 сентября 1904 г. «Астраханский вестник» сообщал, что ИМО, войдя в соглашение с местным губернским комитетом о народной трезвости и распространении в народе музыки, собирается устроить при музыкальном училище народный певческий хор, в который будут приниматься все желающие, имеющие музыкальный слух и способности. В течение сезона общество обещало дать несколько народных концертов, в которых планировалось участие и нового хора.

На стыке XIX-XX вв. любительские объединения активно участвуют в благотворительных концертах и спектаклях. 26 января 1900 г. в помещении коммерческого клуба прошёл спектакль «в пользу бедных евреев»665. Любителями была показана пьеса Островского «В чужом пиру похмелье» и водевиль «Затейница». 2 февраля того же года на пристани товарищества бр. Нобель, в здании для воскресных чтений, сами служащие конторы представили две пьесы – «Женитьбу» Гоголя и водевиль «Денщик подвёл». Спектакль вызвал большой интерес, собрал более 300 зрителей и прошёл с большим успехом. «Астраханский вестник» замечал, что подобное «устройство разумных развлечений для рабочих делает честь администрации товарищества»666. 19 сентября 1904 г. в зимнем театре наследников Плотникова «лучшими силами местных драматических любителей»667 была дана пьеса А. Островского «Без вины виноватые». Сбор от спектакля планировалось передать для продолжения образования ученика московского Императорского драматического училища Н.А. Седова. 21 ноября 1904 г. на представлении, устроенном в отделении душевнобольных Приказа общественного призрения, в антрактах и после спектакля играл оркестр любителей мандолинистов и гитаристов, под управлением Габриелова, «развеселивший душевнобольных и весьма понравившийся им»668.

Но самыми активными в это время становятся два близких «по духу» просветительских общества: литературно-драматическое и народной трезвости. Появившееся в середине 80-х гг. музыкально-драматическое общество, в основном, занималось музыкальным отделением, литературное же постепенно прекратило свою деятельность, и астраханские любители литературы объединились в самостоятельную организацию – литературно-драматическое общество (Устав утверждён 22 октября 1893 г.), содействующее «развитию литературного и драматического образования среди своих членов» 669. Общество устраивало закрытые и общедоступные спектакли и чтения, существовало за счёт сборов с публичных вечеров и взносов действительных и почётных членов (сумма составляла около 3 рублей). «Закрытые» вечера проходили еженедельно по четвергам, на них слушали доклады и лекции, читали, а затем обсуждали новые художественные произведения. Общедоступные встречи «будили мысль от спячки и потому имели очень большой успех среди публики»670. Горячие рассуждения и споры иногда затягивались до глубокой ночи. В прессе в это время можно было прочесть восторженные отзывы об «особенно благотворном влиянии и большом общественном значении устраивавшихся обществом литературных вечеров с свободным обсуждением прочитанного»671. В это время, в начале XX в., в обществе появляется всё больше либерально настроенных людей, одержимых революционными идеями,672 и не удивительно, что сама организация, в конце концов, начала вызывать у властей справедливые опасения.

Общество трезвости также занималось просветительской работой. Но деятельность его была более разнообразной и, можно сказать, развлекательной. Помимо публичных чтений и театрализованных постановок в помещении чайной общества периодически устраивались музыкальные, костюмированные, детские вечера. Организаторами и исполнителями чаще всего были любители – члены общества трезвости. Исполнение публике нравилось и «было большею частию удовлетворительно <···> Большего с не-артистов требовать и нельзя»673. На детских вечерах распорядители устраивали для детей танцы и игры с подарками, и иногда «старались так, что увлекались и тем, и другим не меньше детей»674. Надо сказать, что танцы были традиционным окончанием всех вечеров общества675. Однако его «безобидная» деятельность со временем также привлекла к себе внимание властей.

В политическом обзоре за 1902 г. астраханский губернатор выражает беспокойство по поводу обществ: народной трезвости и литературно-драматического. Тревогу вызывает то, что на собраниях допускается публичное чтение «книг тенденциозного направления, обсуждение и разработка вопросов о необходимости борьбы рабочего класса с капиталистами, заводчиками и правительством»676. В самом деле, темы берутся опасные (реферат «Шелгунов, его жизнь и значение», поэма «Русские женщины» Некрасова, реферат «Т.Г. Шевченко и его значение», реферат «О романе Горького «Фома Гордеев», реферат «Л. Толстой. Роман «Воскресение» с точки зрения художественной» (читает политический ссыльный Батурин), А. Герцен «Записки доктора Крупова», Горький «Мещане», литературный вечер, посвящённый разбору учения Ницше, и т.п.) Кроме того, среди членов обществ было немало «лиц, состоящих под надзором полиции за государственные преступления»677. В результате, 30 ноября 1906 г. литературно-драматическое общество было закрыто.

После подавления революции 1906-1907 гг. в России стали приниматься меры по ужесточению деятельности различного рода обществ, курсов и кружков, часть из них была закрыта. Оставшиеся продолжали работать, устраивать привычные вечера, встречи, лекции. Однако революционные процессы снова приводят к преобладанию и нарастанию во многих объединениях либеральных настроений. А с приходом революции 1917 г. наступил совершенно новый этап в развитии любительского движения.

Итак, поначалу любительские объединения возникали как один из способов проведения досуга представителей высших слоёв (в первую очередь, дворянства). Каждая организация должна была иметь утверждённый Устав и правление, а источниками финансирования являлись частные инвестиции, пожертвования, членские взносы и благотворительные акции. Деятельность большинства из них была весьма разносторонней, что далеко не всегда отражалось в названиях и официальных направлениях, часто это было связано с организацией благотворительных акций, когда общества взаимодействовали между собой. Присущие любительскому объединению «общественная направленность и массовый характер» появляются лишь в конце XIX – начале XX в., когда в объединения начинают входить представители разных слоёв общества, а просветительские цели постепенно преобладают над развлекательными (при этом и развлекательной части продолжает уделяться достаточно большое внимание). В это время, наряду с крупными городскими обществами, начинают активно заявлять о себе небольшие любительские организации. В работе и тех, и других большое место уделяется благотворительной и просветительской деятельности. Т.о. любительские объединения со временем становятся не просто местом проведения культурного досуга горожан, но и способствуют повышению их образовательного уровня.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   33


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница