Н. Н. Марчук; д-р ист наук, проф



страница25/27
Дата07.03.2016
Размер5.36 Mb.
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   27
Глава 20

Отношения между демократическим правительством Чили и военным руководством оставались напряженными вплоть до марта 1998 г., когда по истечении восьмилетнего срока Пиночет покинул пост командующего и стал пожизненным неприкосновенным сенатором. Его сторонники сохраняли влиятельные позиции в армии. В конце 1998 — начале 2000 г. имя Пиночета вновь привлекло внимание чилийской и мировой общественности, когда он при-Аугусто Пиночет(2000) был для лечения в Великобри-

танию, где был задержан по настоянию испанских властей, требовавших его выдачи правосудию по обвинению в причастности к убийствам испанских граждан в Чили в годы диктатуры. Аналогичные обвинения в его адрес выдвигали и некоторые другие страны. В конце концов британские власти освободили 84-летнего бывшего диктатора «по состоянию здоровья». В марте 2000 г. он вернулся на родину. Многие чилийцы также требовали предать его суду за массовые убийства. Верховный суд Чили лишил экс-диктатора сенатской неприкосновенности, что открыло путь к возбуждению против него судебных исков. Однако в 2001 г. сторонникам Пиночета удалось добиться медицинского заключения, согласно которому он не мог привлекаться к судебной ответственности по состоянию здоровья.

В конце 90-х гг. экономическое развитие Чили замедлилось. Мировой финансовый кризис повлиял на экономику страны, но в меньшей степени, чем на Бразилию. Сократились займы и кредиты, хотя рост прямых иностранных инвестиций продолжался. Снизились цены на чилийский экспорт и доходы от него, истощились валютные резервы. Правительство вынуждено было ужесточить денежно-кредитную политику и урезать бюджетные расходы. Финансовое положение стабилизировалось, но рост ВВП в 1998 г. составил всего 3,4% , а в 1999 г. ВВП снизился на 1% . Безработица достигла 9—11%.
Неолиберальная модернизация 90-х гг.
Рикардо Лагос

Политическое противоборство обострилось на президентских выборах в декабре 1999 — январе 2000 г. От правящей левоцентристской коалиции кандидатом в президенты был выдвинут Р. Лагос — социалист, в прошлом соратник Альенде. В 1988 г. он сыграл активную роль в мобилизации сил оппозиции против Пиночета накануне плебисцита. Ему противостоял бывший сотрудник госаппарата Пиночета — X. Лавин, вокруг которого сплотились правые партии. Первый тур не выявил победителя. Во втором

туре при явке избирателей 90% Лагос получил 51,3% голосов, Лавин — 48,7%. 11 марта 2000 г. Лагос стал президентом Чили. Он обещал провести «реформы во имя народа» и уделять больше внимания социальным целям развития.

К 90-м гг. ослабли традиционно сильные позиции компартии Чили, испытавшей глубокий кризис. Находясь в радикальной оппозиции правящей коалиции, она оказалась в изоляции от основных политических сил. Многие активисты покинули ее ряды. На выборах в конгресс в 1989 г. и в последующие годы компартия не получила ни одного мандата. Но КПЧ находила поддержку маргинальных слоев населения, радикально настроенной молодежи, национального профцентра, студенческих федераций. За компартию в 90-е гг. голосовало от 3 до 5,5% избирателей.

После 1990 г. Чили вышла из международной изоляции. В марте 1990 г. были восстановлены дипломатические отношения с СССР и Мексикой, в 1992 г. — с Вьетнамом и Северной Кореей. В июне 1993 г. Эйлвин посетил с визитом Москву. С Кубой дипломатические отношения восстановлены не были, но развивались торгово-экономические связи. Республика выступила против экономического эмбарго США в отношении Кубы. Одновременно получили развитие чилийско-американские отношения (особенно после поездки президента США Дж. Буша в Чили в декабре 1990 г.).

Гпава 21

оне в этот период оказались значительно ниже, чем в 40— 70-е гг.

Городское население в 1996 г. превысило 75% общего числа жителей. К концу 2000 г. население Латинской Америки достигло 520 млн человек. Темпы его роста заметно снизились (до 1,6% в год), приблизившись к среднемировым (1,3%).

Внешняя задолженность продолжала оставаться тяжелым грузом для финансов и экономики латиноамериканских государств. Выплаты по ней возросли с 44,6 млрд долларов в 1990 г. до 123 млрд — в 1999 г. Но это не привело к уменьшению внешнего долга. Напротив, он увеличился с 442 млрд долларов в 1989 г. до 770 млрд— в 2000 г. Опережающий рост импорта, помимо подрыва национального производства, добавил к этому рост внешнеторгового дефицита до 138 млрд долларов в 1997 г. Соответственно вырос и платежный дефицит. Все это превращало регион не столько в получателя финансовых средств, сколько в «донора» высокоразвитых стран.

Основные компоненты неолиберального курса в Латинской Америке служили в первую очередь интересам транснационального капитала. Либерализация экономики и внешней торговли обеспечивала условия для захвата ТНК ведущих позиций в регионе. Добиваясь свободного доступа своих товаров на рынки латиноамериканских государств, США и страны Западной Европы одновременно в ряде случаев усиливали меры, ограничивающие доступ их продукции на свой рынок. Приватизация государственных предприятий открывала путь иностранным компаниям к их приобретению и установлению контроля над стратегическими сферами экономики. Международные финансовые организации и ТНК определяли основные аспекты экономического развития стран региона, оставляя национальным правительствам все меньше возможностей влиять на эти процессы. Ужесточение социальной политики позволяло филиалам ТНК повышать норму прибыли за счет снижения издержек на оплату труда и социальные расходы, ограничивать права персонала на своих предприятиях.

Выбор подобной политики латиноамериканскими правительствами был вынужденным, навязанным извне как наиболее предпочтительный для главных экономических центров путь интеграции Латинской Америки в единый мировой хозяйственный комплекс, в котором доминировали ТНК ведущих индустриальных держав.

Общие тенденции развития стран региона в конце XX в.

В странах региона выгоду от реформ получали главным образом зажиточные слои населения. Меры экономии вели к свертыванию социальных расходов, снижению заработной платы, массовым увольнениям, росту бедности. Полная безработица увеличилась с 7—10% ЭАН в 1992 г. до 16% в 1996 г. Чрезвычайно разрослись сферы «неформальной экономики», мелкого кустарного производства, уличной торговли, мелких услуг. Ниже черты бедности в 1989 г. проживало 183 млн, а в 1996 г. — 210 млн человек (свыше 40% латиноамериканцев).

В обществе усилилась критика неолиберального варианта развития, при котором большая часть населения не имела доступа к достижениям модернизации. Возможность иного, альтернативного неолиберализму варианта развития в регионе в условиях мировых реалий конца XX в. выглядела весьма проблематичной. Конкретные предложения критиков большей частью сводились к той или иной, порой существенной корректировке неолиберальной политики, не предполагавшей полного ее отрицания. О необходимости придать экономическим реформам социальную направленность заговорили многие государственные, партийные и общественные деятели Латинской Америки, руководители Межамериканского банка развития, Экономической комиссии ООН для Латинской Америки и Карибов, католическая церковь. Требования отхода от ортодоксального экономического неолиберализма стали еще более настойчивыми после финансового и экономического кризиса 1994—1995 гг. в Мексике и Аргентине, поразившего как раз страны, представлявшиеся примерами наиболее успешного проведения неолиберальных реформ.

Социально-политическая обстановка

В 90-е гг. страны Латинской Америки впервые в своей истории развивались без диктатур, практически повсеместно находились у власти конституционные режимы представительной демократии1.

Однако представительная демократия еще оставалась хрупкой, неустойчивой, функционировала далеко не в полном объеме, порой скорее формально. Для Латинской Америки бы

Гпава 21

ли характерны президентские республики с преобладанием сильной исполнительной власти над парламентами. В 90-е гг. обозначилась тенденция к продлению президентских полномочий на второй срок (Аргентина, Бразилия, Перу, Венесуэла). В обществе было распространено игнорирование формального права. Сохранялось влияние на власть различных внеконституционных «групп давления». По-прежнему значительную роль играли военные круги, ушедшие в тень с политической авансцены, но сохранявшие рычаги давления на власть и пытающиеся влиять на ход событий. Так было в Чили, пока Пиночет оставался главнокомандующим. Но и после его отставки в 2000 г. чилийские военные активно препятствовали попыткам предать суду Пиночета за массовые убийства в период его диктатуры. В Колумбии в условиях активизации наркомафии и повстанческого движения также возросла роль вооруженных сил. В Перу в 1992 г. армия была эффективно использована президентом Фухимори в борьбе с парламентом. Военные мятежи имели место в Аргентине, Венесуэле, Парагвае, Эквадоре.

Партийно-политические системы не в полной мере соответствовали западным образцам и не обладали достаточной устойчивостью. По-прежнему были сильны проявления плановости, популизма. Личные субъективные качества политических лидеров, их авторитарные устремления часто преобладали над программными установками и демократическими партийными нормами. Большую роль в настроениях населения, в его отношении к политическим лидерам играли эмоциональный фактор и патерналистские ожидания.

\/ Возросшую опасность для латиноамериканской демократии представляли широко распространившиеся наркобизнес и коррупция властей, подрывавшие эффективность демократических институтов. Пустившая глубокие корни в обществе и сферах власти наркомафия сохранила свои позиции в Колумбии, несмотря на ряд неудач и поражений. В ходе операций колумбийской армии и полиции в начале 90-х гг. по крупнейшему Медельинскому картелю наркомафии был нанесен ощутимый удар, многие его руководители были убиты или арестованы. В июне 1991 г. глава картеля П. Эскобар добровольно сдался колумбийским властям на условиях сохранения ему жизни, невыдачи США и создания для него комфортной обстановки в тюрьме. Однако в июле 1992 г. он бежал и возобновил террористические акции против полиции и жителей Медельи

Общие тенденции развития стран региона в конце XX в.

на. Но Эскобар и его организация несли большие потери, ему все труднее становилось уходить от преследования. Пострадавшие от террористических акций стали создавать тайные организации, которые выслеживали и убивали его агентов. Всего в Медельине в 1992 г. погибли 6600 человек. Эскобар вновь предложил сдаться властям на определенных условиях, но на этот раз правительство не согласилось. 2 декабря 1993 г. во время полицейской операции по его поимке он был убит.

Однако это был частичный успех. Ослаблением Медельин-ского картеля воспользовался для расширения своей деятельности в сфере наркобизнеса другой мощный картель города Кали. Колумбия превратилась в арену противоборства различных вооруженных группировок. Официальные власти фактически утратили контроль над большей частью территории республики. Усилились наркомафия и коррупция в Мексике. Коррупция властей стала непосредственной причиной острых социально-политических кризисов в ряде стран.

Серьезную угрозу политической демократии представляли социальные последствия неолиберальной модернизации — обнищание значительных слоев населения, их маргинализация, усиление социальных контрастов. Режимы представительной демократии, как правило, служили в основном интересам имущей элиты. Социальные меры правительств отвечали потребностям широких слоев населения, фактически отстраненных от реального участия в политике. Они не чувствовали себя интегрированными в систему представительной демократии и склонялись либо к вере в отдельных кумиров и в их способность все изменить к лучшему, либо к политической апатии, либо к отчаянию. В Колумбии, Венесуэле, в других странах до половины и более избирателей не являлись на выборы. Ведущие традиционные партии, не только консервативные и правые, но и национал-реформистские и социал-демократические (Институционно-революционная в Мексике, Хустисиалист-ская в Аргентине, Демократическое действие в Венесуэле), оказываясь у власти, становились проводниками неолиберального курса в силу обстоятельств и под давлением извне. В результате к концу 90-х гг. их влияние на избирателей было ослаблено. На выборах в Перу и Венесуэле избиратели «прокатили» все традиционные партии — от правых и до левых. В Бразилии и Венесуэле до половины опрошенных избирателей высказывались за приход к власти не демократического режима, способного покончить с нищетой.

!5о1-—_Глава21_

Общие тенденции развития стран региона в конце XX в.

в реальную, с участием основных социальных слоев населения через развитие различных форм самоуправления, кооперативов, предполагающих участие рабочих и служащих в управлении производством и в распределении прибылей с целью усиления контроля над властями «снизу». В этом они усматривали путь к «демократическому социализму» — демократическому плюралистическому обществу социальной справедливости.

Умеренные партии форума — наиболее влиятельные его участники — выступали за регулируемую рыночную экономику, за реализацию социальных целей развития, за демократизацию политической системы. Левые и левоцентристские партии и коалиции высказывались за суверенитет своих стран, за сохранение ими национальной и культурной идентичности в условиях глобализации. Однако, оказываясь причастными к власти, эти партии добивались лишь частичных корректив неолиберального курса.

Многие леворадикальные партии, в том числе компартии Чили, Аргентины, Парагвая, Бразилии и другие, оставаясь сторонниками активных форм борьбы, вплоть до вооруженной (в случаях, когда, по их мнению, иные пути исчерпаны), пересмотрели свои прежние представления о социализме. Они отказались от модели «государственного социализма» советского образца и стали высказываться за соединение социализма с демократией, понимаемой как система «самоуправления масс». Признавая необходимость государственной собственности на стратегические звенья экономики, они стали придавать большее значение развитию кооперативов, «народных предприятий», допуская и частную собственность. Признав, что путь к социализму требует длительного исторического периода, они уделяли больше внимания деятельности по осуществлению конкретных задач, участию в массовых движениях неимущих слоев — безработных, безземельных, бездомных, видя в осуществлении данных мер возможность зарождения будущего общества «снизу» в недрах старого.

Процессы социальной деградации толкали неблагополучные слои населения к экстремальным формам протеста, в ряды повстанческих и террористических организаций, а также в сферу деятельности наркомафии. Значительное развитие получило вооруженное леворадикальное движение в Колумбии, где Революционные вооруженные силы к концу 90-х гг. насчитывали более 20 тыс. бойцов и контролировали 40% территории страны. В 1992 г. власти Перу арестовали руководст-

/Широко распространилось массовое голосование за новых политических деятелей, не связанных с традиционными партиями. Это проявилось в Бразилии при голосовании за Колло-ра, Инасио да Силву, Кардозо, в Перу в 1990 г. — за Фухимо-ри. Аналогичная картина наблюдалась на президентских выборах 90-х гг. в Венесуэле и Эквадоре.



В некоторых странах сошли с политической сцены коммунистические партии, участники которых вошли в новые левые партии, занявшие в 90-е гг. более умеренные позиции с учетом изменившейся ситуации (например, в Мексике, Сальвадоре, Гватемале). В других республиках компартии сохранились большей частью в качестве леворадикальных организаций, изолированных от большой политики. Только кубинская компартия осталась массовой правящей партией, доминирующей в обществе.

В ряде случаев значительная часть электората (до 1/4—1/3 и более) поддерживала новые левые партии социалистической ориентации (Партия демократической революции в Мексике, Партия трудящихся в Бразилии, Движение к социализму и Пятая республика в Венесуэле и др.). Левые партии региона — от умеренных до радикальных — на встрече в Сан-Пауло в июле 1990 г. объединились в Форум Сан-Пауло. Ежегодно проводились конференции, встречи, дискуссии, коллективно вырабатывались общие рекомендации. В 1997 г. форум объединял 58 партий. В него вошли и социалистические партии — члены Латиноамериканской социалистической координации (ЛАСК). Участниками форума являлись также Социалистическая партия Чили, Широкий фронт Уругвая, Большой фронт Аргентины, Сандинистский фронт национального освобождения (СФНО) Никарагуа, Фронт национального освобождения имени Фарабундо Марти (ФНОФМ) Сальвадора, компартия Кубы, а также пестрый конгломерат небольших леворадикальных партий и близких им компартий. В конце 90-х гг. партии форума контролировали столичные муниципалитеты Мексики, Бразилии, Аргентины, Уругвая, Сальвадора, стали правящими в Чили, Венесуэле, ведущими партиями оппозиции в Бразилии, Мексике, Уругвае, Никарагуа, Сальвадоре и др.

Своей целью участники Форума Сан-Пауло ставили поиски альтернативы неолиберальному варианту модернизации и путей перехода к социализму в условиях Латинской Америки. Они высказывались за превращение формальной демократии

Гпава 21

во повстанческо-террористической организации «Сендеро луминосо» во главе с Гусманом. Но полностью ликвидировать деятельность сендеристов не удалось. В декабре 1996 г. отряд другой подпольной организации леворадикальной молодежи, «Тупак-Амару» (имя вождя восстания индейцев против испанских колонизаторов), захватил здание японского посольства во время банкета. Многочисленные представители высшей деловой и государственной элиты Перу и дипкорпуса четыре месяца удерживались в качестве заложников. Участники акции требовали освобождения из тюрем своих соратников и права на легальную деятельность для своего движения. В апреле 1997 г. правительственные подразделения внезапным штурмом захватили посольство, освободив заложников и уничтожив всех участников террористической акции. Вооруженные выступления, террористические акты имели место и в других странах. В 1994 г. началось восстание сапатистов в Мексике. Неоднократно происходили стихийные массовые волнения, забастовки против социальных последствий правительственной политики в Аргентине, Эквадоре, других республиках.

Продолжалось дальнейшее развитие внепартийных социальных «низовых» движений, альтернативных традиционной партийно-политической деятельности — правозащитных, экологических, кооперативных, низовых христианских общин, комитетов жителей народных кварталов и «поселков нищеты», безработных, бездомных и безземельных, женских и молодежных организаций по месту жительства. К этим движениям обращались за поддержкой социал-демократы, социалисты и левые радикалы, видя в них основу «демократии участия» и «социализма самоуправления».

Особое место в социально-политической жизни континента занимало движение индейских народов, их общин за право на землю, на самобытность и автономию. Его активизации способствовало массированное наступление на земли индейцев в результате неолиберальной политики с целью расширения производства экспортных культур и освоения природных ресурсов. К этому добавлялся в ряде случаев отказ от политики государственного протекционизма в отношении индейцев. Многие общины и индейские этносы оказались на грани вымирания. Крупнейшим индейским народом были кечуа — 15 млн человек, проживавшие в Перу и Боливии. К концу XX в. индейские народы (не считая метисов) составляли 55% населения Боливии и Гватемалы, 45% — Перу, 30% — Мек

Общие тенденции развития стран региона в конце XX в.

сики, 25% — Эквадора. Движение имело целью вхождение индейских народов в современную цивилизацию с сохранением их внутренней автономии и развитием на собственной традиционной основе, коренным образом отличающейся от ев-ропейско-креольской цивилизации и невосприимчивой к капиталистическому развитию. Его участники требовали признания права на территории их проживания. Особенно большие масштабы волнения индейцев приняли в Эквадоре, где общины перешли к захватам земель и отказывались признавать республиканские власти. Индейцы перекрывали дороги, вступали в столкновения с войсками, совершали марши на столицу. В январе 2000 г. они блокировали правительственные здания и добились смещения президента Эквадора. Аналогичные движения развивались в сельве Боливии, Перу, Бразилии. На юге Мексики с 1994 г. индейцы составили основную массовую базу восстания сапатистов.

500-летие открытия Америки Колумбом отмечалось в 1992 г. индейскими организациями как «500-летие горя, крови и бедствий» коренного населения контенента. В сентябре 1992 г. собрание представителей индейских народов в Каракасе — Индейский парламент Америки — высказалось в защиту их самобытной культуры, «против уподобления западному миру», за право на самоопределение. В Эквадоре в 1990 г. и в Мексике в 1998 г. состоялись континентальные встречи индейских народов.

В 90-е гг. в ряде случаев широкое недовольство населения политикой властей перерастало в серьезные социально-политические конфликты. Аналогичный бразильскому политический кризис начался в Венесуэле. В декабре 1988 г. здесь вторично был избран президентом видный социал-демократический деятель К. А. Перес, лидер партии Демократическое действие. Он приобрел большую популярность во время первого своего президентства в 70-е гг. активной политикой экономического и социального развития. Однако Перес, вступив 2 февраля 1989 г. в должность президента, тотчас приступил к политике жесткой экономии и «либерализации» экономики, приватизации госсектора, сокращения социальных расходов. Данные мероприятия были диаметрально противоположны его курсу во время первого президентства и противоречили предвыборным обещаниям. Перес оправдывал изменения в своей политике новыми условиями и задачами, необходимостью вывода Венесуэлы из кризиса и модернизации экономи-

Гпава 21

ки. Началось падение жизненного уровня населения при росте цен, в том числе на транспорт и коммунальные услуги. Произошли стихийные массовые волнения и беспорядки, подавленные властями. Сотни человек были убиты и ранены. В мае 1989 г., впервые за 30 лет, профцентр страны провел 12-часовую всеобщую забастовку против социально-экономической политики правительства.

Президент проявил твердость и продолжил разработанный курс. За короткие сроки ему удалось обеспечить высокие темпы роста ВВП (9,2% в 1991 г. и 7,3% в 1992 г.). Инфляция снизилась с 80 до 30%. Однако социальная цена успеха оказалась крайне высокой для большинства венесуэльцев, уровень жизни которых резко снизился. Доходы 41% населения не достигали официального минимума заработной платы. Полная зарегистрированная безработица в 1991 —1992 гг. составляла 8— 9,5% ЭАН. Широкое недовольство вызывали распространение коррупции в структурах власти и рост преступности.

4 февраля 1992 г. началось военное выступление против правительства, возглавленное лидером тайной офицерской организации левонационалистического толка подполковником У. Чавесом. Главные свои цели восставшие видели в отстранении от власти коррумпированного политического руководства, прекращении антинародной неолиберальной политики. Восстание было подавлено, Чавес и другие участники арестованы. Однако критика президента и политики его правительства в обществе усилилась. Большинство опрошенных выразили симпатии мятежникам и их лидеру, против К. А. Переса высказались 77% венесуэльцев. Были выдвинуты обвинения в причастности к коррупции самого президента.

27 ноября 1992 г. началось новое восстание, которое и на этот раз было подавлено, но изоляция президента усилилась. На выборах в местные органы власти в декабре 1992 г., на которые явилась лишь половина избирателей, а в столице менее трети, правящая партия Демократическое действие потерпела сокрушительное поражение. В стране проходили массовые манифестации за отставку Переса. Пример отстранения от власти президента Коллора в Бразилии вдохновил оппозицию. Правящая партия Демократическое действие также стала упрекать президента в отказе от социал-демократических принципов.

В конце мая 1993 г. верховный суд республики возбудил уголовное дело по обвинению Переса в финансовых махинаци

Общие тенденции развития стран региона в црнце XX в.

385
Уго Чавес

ях и причастности к коррупции. Он был отстранен от власти и некоторое время провел под арестом. Исполнение полномочий президента было передано, согласно конституции, председателю сената. В результате кризис в Венесуэле разрешился, как и в Бразилии, конституционным путем.

На президентских выборах в декабре 1993 г. победил 78-летний Р. Кальдера, в прошлом основатель и лидер Социал-христианской партии, президент 1969—1974 гг. Он выступил против кандидатов обеих главных партий страны как представитель левых сил. Придя к власти 2 февраля 1994 г., он высказался в пользу политики экономического развития в интересах большинства населения, однако очень скоро был вынужден вернуться к неолиберальному курсу.

На новых президентских выборах в Венесуэле в декабре 1998 г. победил руководитель восстания 1992 г. Уго Чавес (56% голосов), завоевавший большую популярность в народе и поддержанный новым объединением левых сил Патриотический полюс. Традиционные партии вновь потерпели поражение.

2 февраля 1999 г. Чавес стал президентом и приступил к реформированию структур власти. Специально избранная Конституционная ассамблея одобрила проект новой конституции, которая была утверждена на общенародном референдуме 15 декабря 1999 г.

Новая конституция продлевала президентские полномочия с пяти до шести лет с правом переизбрания на два срока подряд. Двухпалатный конгресс заменялся однопалатной Национальной ассамблеей. Страна отныне называлась «Болива-рийская республика Венесуэла» в честь Боливара-Освободителя. 30 июля 2000 г. Чавес был избран президентом по новой конституции, получив 59% голосов. Правящий блок приобрел большинство губернаторских постов и мест в Национальной ассамблее. В результате политических преобразований фактически были разрушены традиционные структуры власти.

14 Лат. Америки в XX в.

386



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   27


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница