История россии


§ 6. Значение реформ 1863—1874 гг



Скачать 11.42 Mb.
страница41/117
Дата13.06.2016
Размер11.42 Mb.
ТипУчебник
1   ...   37   38   39   40   41   42   43   44   ...   117

§ 6. Значение реформ 1863—1874 гг.


Реформы 50—70-х годов XIX в., начиная с отмены крепостного права, знаменовали собой существенные изменения в политическом строе России. Общий ход социально-экономического развития Рос­сии вызвал настоятельную необходимость проведения реформ, ко­торые, в свою очередь, дали толчок быстрому росту экономики и культуры страны. Однако буржуазные по своему содержанию ре­формы 60—70-х годов носили непоследовательный и незавершен­ный характер. Наряду с буржуазными принципами в новых орга­нах местного управления, судебной системе, народном образовании и т. д. реформы вместе с тем ограждали сословные преимущества дворянства и фактически сохраняли неравноправное положение податных сословий. Уступки, сделанные прежде всего крупной бур­жуазии, нисколько не нарушали дворянских привилегий. Новые органы местного управления, школа и печать были подчинены цар­ской администрации.

В противоречивой политике императора Александра II соче­тались и реформаторство, и реакционные тенденции. Послед­ние открыто заявили о себе после покушения на Александра II Д. В. Каракозова в 1866 г. Эти тенденции замедляли ход реформ и в ряде случаев искажали их характер.

Проводя реформы, самодержавие вместе с тем применяло ста­рые административно-полицейские методы управления, поддержи­вало сословность во всех сферах общественно-политической жизни страны. Тем самым создавались условия для проведения серии "контрреформ" в царствование Александра III.

Глава 12 . Социально-экономическое развитие пореформенной России


Социально-экономическое развитие пореформенной России отличалось сложностью и противоречивостью. Ведущим процессом в экономике и социальных отношениях являлось развитие капита­лизма: этот факт был признан тогда всеми направлениями русской общественной и экономической мысли, однако оценка данного яв­ления (его характера, перспектив и значения) была различной.

Представители народнического направления считали, что ка­питализм в России насаждается сверху государством, акцентиро­вали внимание на "язвы капитализма" (рост имущественного нера­венства, засилье кулаков-мироедов, разорение и пролетаризация деревни) и склонны были видеть в нем регрессивное явление. Они считали, что у капитализма в России нет будущего. Представители марксистского направления, указывая на присущую всем странам общую закономерность социально-экономических процессов и их объективный характер, подчеркивали прогрессивность капитализ­ма и преувеличивали степень его развития в России.



Народническая оценка капитализма в России получила наибо­лее полное отражение в трудах видного экономиста и социолога В. П. Воронцова и первого переводчика на русский язык "Капи­тала" К. Маркса Н. Ф. Даниельсона, а марксистская — в трудах Г. В. Плеханова, В. И. Ленина, "легального марксиста" П. Б. Струве (позже отошедшего от марксизма) и ряда русских экономистов, при­менявших теоретические положения Маркса в своих научных тру­дах. Однако и среди марксистов были разные взгляды на капита­лизм в России. Так, в отличие от Струве, восхвалявшего капита­лизм, Ленин видел в нем и негативные стороны.

Капиталистические отношения складывались в России, как доказано в трудах отечественных историков и экономистов, еще задолго до отмены крепостного права. Однако утверждение капита­лизма как экономической и социальной системы происходило уже в пореформенное время. Реформы 60—70-х годов XIX в., в первую очередь, крестьянская 1861 г., явились важным условием его более интенсивного развития. Здесь проявилась огромная роль политиче­ского фактора, воздействовавшего на социально-экономические про­цессы.

Первые два пореформенных десятилетия относятся к числу переходных, или, как называют их исследователи (Н. М. Дружи­нин, П. Г. Рындзюнский), "переломных", когда происходила ломка

феодальных отношений в сфере сельского хозяйства, завершался процесс технического перевооружения промышленности, создавал­ся механизированный транспорт и складывались новые, характер­ные для капиталистической страны, социальные слои населения — пролетариат и промышленная буржуазия.

Утверждение капитализма как господствующей социально-эко­номической системы относится к концу XIX — началу XX в. Разви­тие же его происходило в условиях хотя и "модернизированной", но по существу старой политической системы — при сохранении самодержавия и сословного строя. Это накладывало определенный отпечаток на социально-экономические процессы в пореформенной России, обусловливало их сложность и противоречивость.

§ 1. Изменения в землевладении и землепользовании


Сельское хозяйство в пореформенной России продолжало ос­таваться доминирующей частью экономики, а аграрный вопрос яв­лялся главнейшим в социально-экономической и политической жизни страны.

По данным поземельной переписи 1878—1879 гг., весь земель­ный фонд Европейской России составлял 391 млн. десятин. Поскольку статистика в это число включила свыше 100 млн. десятин неис­пользованных казенных земель Крайнего Севера, то реальный сель­скохозяйственный земельный фонд Европейской России составлял около 281 млн. десятин. Земельный фонд распределялся на три ос­новные категории: 102 млн. десятин составляли частновладельче­скую землю, 139 млн. — крестьянскую надельную (в том числе и принадлежащую казачеству) и 50 млн. — казенную и удельно­го ведомства. Основная часть частновладельческой земли — 77,4% (79 млн. десятин) — находилась в руках поместного дворянства, остальной владели церковь и приобретавшие путем ее покупки куп­цы, мещане и зажиточные крестьяне. Часть крестьян, помимо по­купки земли на стороне, смогла досрочно выкупить свои наделы и выйти из общины (таковых к началу XX в. насчитывалось до 600 тыс. дворов).

К концу XIX в. аграрный вопрос в России приобрел особую остроту. Резко возросло крестьянское малоземелье вследствие ес­тественного прироста населения деревни, но при сохранении в преж­нем размере крестьянского надельного землепользования. Числен­ность крестьянского населения с 1861 по 1900 гг. увеличилась с 23,6 млн. до 44,2 млн. душ мужского пола, и вследствие этого размеры наделов в расчете на 1 душу мужского пола сократились в среднем с 5,1 до 2,6 десятины. В деревне создалось "аграрное пере­население", которое не могли смягчить ни возраставший уход кре­стьян в город, ни переселения их на свободные земли окраин Рос-

сии. Особенно страдала от малоземелья обделенная реформой 1861 г. бывшая помещичья деревня.

В 90-х годах XIX в. крестьяне вынуждены были арендовать у помещиков до 37 млн. десятин земли (что составляло 30% к их на-. дельной), расплачиваясь за нее большей частью отработками (из-за отсутствия необходимых для денежной аренды средств). Это была аренда "из нужды" — для поддержания своего хозяйства. Но существовала и предпринимательская аренда, которую практиковал ли зажиточные крестьяне с целью производства товарной продукции, снимая землю за деньги. В аренду сдавались, главным обра­зом, помещичьи земли, но также и крестьянские надельные. Пер­вая называлась "вненадельной", а вторая — "внутринадельной" арендой. При внутринадельной аренде землю сдавали, как прави­ло, обедневшие крестьяне, которые свертывали свое хозяйство и уходили на заработки в город.

Основная тенденция частного землевладения в пореформен­ной России заключалась в переходе его от сословности к бессослов­ности — к созданию буржуазной земельной собственности. Дворян­ское землевладение сокращалось вследствие продажи дворянами своих земель представителям других сословий. Если в 1861 г. в руках дворян находилось 87 млн. десятин земли, а к концу 70-х го­дов — 79 млн., то к началу XX в. — 52 млн. десятин, т. е. количество земли уменьшилось на 41%. В связи с этим удельный вес дворян­ского землевладения в составе всей частновладельческой земли за пореформенный период сократился с 80% до 50%, а крестьянского возрос с 5% до 20%.

Однако этот процесс в разные периоды имел свои особенности. Сначала, в 60-е годы, в числе покупателей дворянских земель пре­обладали дворяне же, составляя 52% покупателей. Но уже в 80-х годах их удельный вес в покупках земли снизился до 33 %. За 1861—1904 гг. дворяне продали 81,4 млн. десятин земли, но за это Же время ими было куплено 45,5 млн. десятин. Таким образом, по­мимо перехода дворянской земли в руки других сословий, шла мо­билизация дворянского землевладения внутри этого сословия: ук­реплялись помещичьи латифундии за счет сокращения мелких дво­рянских владений. Однако к концу XIX в. среди покупщиков дво­рянской земли стали уже преобладать купцы, мещане, но более всего крестьяне. Менялся и характер использования земли, куп­ленной крестьянами. Если раньше она приобреталась большей ча­стью обществами и товариществами, или же в виде мелких поку­пок отдельными домохозяевами для восполнения .недостаточных наделов (в "продовольственных" целях), то впоследствии стали пре­обладать покупки уже крупных участков земли разбогатевшими крестьянами для предпринимательского хозяйства. Среди них выде­лилась категория помещиков-недворян ("чумазых лендлордов") — владельцев крупных латифундий.

Земля все более втягивалась в торговый оборот. Повысились и цены на землю: за 40 пореформенных лет — в среднем в 5 раз, а в черноземных губерниях — в 10 раз. Несмотря на сокращение дво­рянского землевладения, его позиции к началу XX в. оставались еще достаточно прочными. В руках дворян оставались наиболее ценные, высокодоходные угодья (леса, лучшие пахотные земли и сенокосы). Отмечено, также, что дворянское землевладение сосре­доточивалось в регионах с более высокими ценами на землю и с более быстрыми темпами их роста в пореформенное, время. Вслед­ствие этого, несмотря на сокращение дворянского землевладения, ценность дворянских земель к началу XX в. возросла с 1,25 млрд. руб. до 2,5 млрд., т. е. удвоилась.

В частном землевладении было характерно преобладание ла­тифундий (размером свыше 500 десятин) — их насчитывалось к началу XX в. до 30 тыс. ; в них сосредоточивалось 70 млн. десятин земли (44 млн. у дворян и 36 млн. у недворян), и на 1 владение приходилось в среднем по 2333 десятины. В то же время почти столько же (71 млн. десятин) находилось у 10,5 млн. крестьянских дворов, и на каждый двор приходилось в среднем менее 7 десятин, т. е. меньше половины необходимого количества земли для более или менее сносного ведения хозяйства. Обострение аграрного во­проса к началу XX в. явилось важнейшей предпосылкой револю­ции 1905—1907 гг., и передача помещичьих земель крестьянам ста­ла главным ее требованием.


Каталог: z3950 -> full fond -> books
books -> Учебное пособие Под редакцией д ф. н., проф. И. Ф. Кефели Санкт-Петербург «Специальная Литература» 1996
books -> Д-р ист наук проф. Ш. М. Мунчаев, д-р ист наук проф. В. М. Устинов, д-р ист наук проф. А. А. Чернобаев, д-р ист наук проф. Ю. П. Свириденко, канд. Ист наук доц. А. Н. Евтушенко, канд, ист наук доц. В. П. Купцов, канд
books -> История России ХХ столетия (Основные проблемы)
books -> А. П. Новосельцев (раздел I гл. 1-3), член-корр. Ран
books -> Обновление гуманитарного образования в россии к. С. Гаджиев политическая наука
books -> История России ХХ столетия (Основные проблемы)


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   37   38   39   40   41   42   43   44   ...   117


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница