История россии


§ 5. Значение отмены крепостного права



Скачать 11.42 Mb.
страница37/117
Дата13.06.2016
Размер11.42 Mb.
ТипУчебник
1   ...   33   34   35   36   37   38   39   40   ...   117

§ 5. Значение отмены крепостного права


Реформа 1861 г. ударила "одним концом по барину, другим по мужику". Являясь грабительской по отношению к крестьянам, она в известной мере ущемляла и экономические интересы помещиков:

личное освобождение крестьянства ликвидировало монополию по­мещиков на эксплуатацию крестьянского труда, реформа застави­ла отдать крестьянам в собственность их надельную землю. Велико было нравственное потрясение бар-"последышей", привыкших бес­контрольно распоряжаться судьбами и даже жизнью своих "крепо­стных душ". Подавляющее большинство помещиков встретило ре­форму 1861 г. с раздражением, надеясь, что изданный закон скоро будет изменен в желаемом для них духе. Отовсюду посыпались жалобы помещиков на грозящее им разорение. Помещичья фронда нашла свое выражение в начале 1862 г. в дворянских губернских собраниях, на которых раздавались открытые протесты против на­рушения "священной дворянской собственности" и вносились пред­ложения изменить в пользу дворянства изданный закон. Так, пе­тербургское и московское дворянские собрания заявили, что ре-

форма 1861 г. противоречит Жалованной грамоте дворянству 1785 г., и потребовали пересмотра закона 1861 г.

Крестьянская реформа 1861 г., несмотря на свою непоследо­вательность и противоречивость, явилась в конечном счете важ­нейшим. историческим, актом прогрессивного значения. Она стала переломным моментом, гранью между Россией крепостной и Росси­ей свободного предпринимательства, создав необходимые условия для утверждения капитализма в стране. По сравнению с крепост­ной эпохой резко возросли темпы экономического развития, сложи­лась новая социальная структура, характерная для капиталисти­ческой страны: сформировались новые социальные слои населе­ния — пролетариат и промышленная буржуазия. Изменилось и кре­стьянство. На смену темному, забитому, патриархальному крестья­нину пришел крестьянин, побывавший на заработках в городе, много видевший и многому научившийся. В условиях относительно быст­рого экономического развития России в конце XIX — начале XX в. и подъема культуры сформировался значительный слой людей ин­теллектуального труда в различных областях науки и техники, литературы и искусства, школьного и врачебного дела.

Отмена крепостного права и проведение реформ в суде, обра­зовании, печати, в области финансов, военном деле (см. главу 11), проведение ряда правительственных мер для индустриального раз­вития страны обеспечили прочное положение России в ряду круп­нейших мировых держав.


Глава 11 . Реформы 1863-1874 годов

Отмена крепостного права в России вызвала необходимость проведения и других реформ — в области местного управления, суда, образования, цензуры, финансов, в военном деле, а также церковного управления. Подготовка этих реформ началась на рубе­же 50—60-х годов XIX в., в обстановке общественно-политического подъема в стране, но проведение их растянулось на полтора деся­тилетия и проходило уже в то время, когда социальная напряжен­ность была снята, самодержавие вышло из политического кризиса и даже наметился (с 1866 г.) поворот к реакции. Отсюда непоследо­вательность, незавершенность и узость большинства реформ 1863— 1874 гг. Далеко не все, что намечалось ранее, получило впоследст­вии свое воплощение в законах, да и действие принятых законов ограничивалось последующими правительственными актами.


§ 1. Реформы в области местного управления


Земская Вопрос о местном управлении возник в конце 50-х реформа годов в связи с подготовкой крестьянской рефор­мы. 27 марта 1859 г. при Министерстве внутренних дел была созда­на под председательством Н. А. Милютина комиссия для разработ­ки закона "О хозяйственно-распорядительном управлении в уез­де". В нее вошли образованные и либерально настроенные чинов­ники министерств внутренних дел, юстиции и государственных имуществ. Комиссии было предписано, чтобы проектируемые орга­ны местного управления не выходили за рамки хозяйственных во­просов местного значения. В апреле 1860 г. Милютин представил Александру II подготовленный комиссией проект "Временных пра­вил" о местном управлении, которое строилось по принципу выбор­ности и бессословности. Но в апреле 1861 г. под давлением реакци­онных придворных кругов Милютина и министра внутренних дел С. С. Ланского, обвиненных в "либерализме", уволили в отставку. Новый министр внутренних дел П. А. Валуев, назначенный и пред­седателем комиссии по подготовке реформы местного управления, был известен своими консервативными взглядами и стоял на пози­ции защиты корпоративных прав дворянства. Однако он не решил­ся пойти на ликвидацию основных принципов земской реформы, положенных в ее основу комиссией Милютина, — выборности и бессословности, а лишь изменил систему выборов в земские учре­ждения, которая давала преимущество дворянам-землевладельцам и крупной буржуазии и существенно ограничивала представитель-

ство основной массы населения — крестьянства, совсем устраняла от участия в выборах рабочих и ремесленников.

Подъем общественно-демократического движения в стране заставил самодержавие пойти даже дальше тех задач, какие оно ставило ранее перед комиссией Милютина. Валуеву было поручено в связи с реформой земских учреждений подготовить также про­ект "нового учреждения Государственного совета". По этому проек­ту предполагалось при Государственном совете учредить "съезд земских гласных" из представителей губернских земств и городов для предварительного обсуждения некоторых законов перед внесе­нием их на обсуждение в Государственный совет. Главные начала этой реформы Валуев представил императору в феврале 1862 г. Император в принципе одобрил их и передал на обсуждение в Со­вет министров. В начале июня 1862 г. проект был опубликован и передан на дальнейшее обсуждение в дворянские собрания. Но к этому времени обстановка в стране существенно изменилась. Рево­люционная волна была сбита, и самодержавие отказалось от своего намерения допустить " представителей населения к участию в за­конодательстве", решив ограничиться лишь учреждением органов местного управления на уровне губернии и уезда. Наряду с этим было решено также отказаться и от проектируемой низшей зем­ской единицы — волостного земства.

К марту 1863 г. проект "Положения о губернских и уездных земских учреждениях" был подготовлен. После обсуждения его в Государственном совете он был утвержден 1 января 1864 г. Алек­сандром II и получил силу закона. По этому закону создаваемые земские учреждения состояли из распорядительных (уездных и гу­бернских земских собраний) и исполнительных (уездных и губерн­ских земских управ). И те и другие избирались на трехлетний срок. Члены земских собраний получили название "гласных" (имевших право голоса). Количество уездных гласных по разным уездам ко­лебалось от 10 до 96, а губернских — от 15 до 100. Уездные и гу­бернские управы состояли из 4—6 членов.

Выборы в уездные земские собрания проводились на трех из­бирательных съездах (по куриям). Все избиратели делились на три курии: 1) уездных землевладельцев, 2) городских избирателей и 3) выборных от сельских обществ. В первую курию входили все землевладельцы, имевшие не менее 200 десятин земли, а также лица, обладавшие другой недвижимой собственностью стоимостью не менее чем на 15 тыс. руб. или же получавшие годовой доход свыше 6 тыс. руб. Владевшие не менее 10 десятин земли объединя­лись в группы с совокупным владением не .менее 200 десятин, и от каждой такой группы избирался представитель в избирательный съезд по первой курии. При формально бессословном характере указанного имущественного ценза первую курию представляли преимущественно землевладельцы-дворяне и торгово-промышлен-

ная буржуазия. Вторую курию составляли купцы всех трех гиль­дий, владельцы торговых и промышленных заведений в городах с годовым доходом свыше 6 тыс. руб., а также владельцы городской недвижимости (в основном домовладельцы) стоимостью не менее чем 500 руб. в небольших и 2 тыс. руб. в крупных городах. Вторая курия была представлена, главным образом, городской буржуази­ей. По этой курии могли баллотироваться дворяне и духовенство, если они имели в городах недвижимость по установленной оценке.

Если по первым двум куриям выборы были прямыми, то по третьей, не предусматривавшей имущественного ценза, многосте­пенными: сначала сельский сход выбирал представителей на воло­стной сход, на котором избирались выборщики, а затем уже уезд­ный съезд выборщиков избирал гласных в уездное земское собра­ние. Многостепенность выборов по третьей курии преследовала цель провести в земства наиболее состоятельных и "благонадежных" гласных из крестьян и ограничить самостоятельность сельских и волостных сходов при выборе представителей в земства из своей среды. Кроме того по третьей курии предоставлялось право балло­тироваться также местным дворянам и духовенству, если они про­живали в сельской местности и не обладали имущественным цен­зом, позволявшим им баллотироваться по первой курии. Важно от­метить, что по первой курии избиралось такое же количество глас­ных в земства, как и по остальным двум, что, несмотря на деклари­руемую всесословность земств, на деле обеспечивало в них преоб­ладание поместного дворянства. Об этом свидетельствуют данные по социальному составу земских учреждений за первое трехлетие их существования (1865—1867): в уездных земских собраниях дво­ряне составляли тогда 42%, крестьяне — 38%, купцы — 10%, духо­венство — 6,5%, прочие — 3%; в уездных земских управах дворян было 55,5%, крестьян — 31%, купцов, духовных лиц и прочих — 13,6%. Еще большим было преобладание дворян в губернских зем­ских учреждениях: в губернских земских собраниях дворяне со­ставляли 74%, крестьяне — 10%, прочие — 15%, а в губернских земских управах дворяне составляли уже 89,5%, крестьяне — 1,5%, прочие — 9%.

Согласно "Положению" о земстве председателями уездного и губернского земских собраний становились уездный и губернский предводители дворянства. Председатели управ избирались на зем­ских собраниях, при этом председателя уездной управы утверждал в должности губернатор, а губернской — министр внутренних дел.

Ежегодно в течение нескольких дней декабря проводились сес­сии земских собраний. В случае необходимости гласные созывались и на внеочередные сессии. Заседания были открытыми, и на них мог присутствовать всякий желающий. Гласные земских собраний никакого вознаграждения не получали. Члены управ работали по­стоянно и получали годовое жалованье: 600 руб. председатель управы

и по 500 руб. ее члены. Реально всеми делами в земстве заправляли земские управы через посредство разных комитетов и комиссий.

На жалованье у земств по найму содержались земские врачи, учителя, страховые агенты, техники, статистики и прочие земские служащие, имевшие профессиональную подготовку. Они составля­ли так называемый "третий элемент" в земстве (первым считались гласные земских собраний, вторым — члены земских управ). К на­чалу XX в. общая численность служащих по найму в земстве со­ставляла около 85 тыс. человек. На содержание земских учрежде­ний и наемных служащих, а также на ведение хозяйственно-адми­нистративных дел были установлены земские сборы с населения. Земство получало право облагать сбором в размере 1% с доходно­сти земли, торгово-промышленных заведений, с земледелия и про­мыслов крестьян. Основной доход (до 80%) земства получали от поземельного сбора, при этом одна десятина крестьянской надель­ной земли облагалась в два раза больше, чем одна десятина поме­щичьей. Таким образом, на практике основная тяжесть земских сборов ложилась на крестьянство. Для учета экономического поло­жения населения с конца 60-х годов стали периодически прово­диться земские подворные переписи.

Земства вводились только в великорусских губерниях, в кото­рых преобладало русское дворянство. Из 78 губерний России "По­ложение" о земских учреждениях 1 января 1864 г. распространялось на 34 губернии (менее их половины). Земская реформа не распространялась на Сибирь, Архангельскую, Астраханскую и Оренбургскую губернии, в которых не было или почти не было дворян­ского землевладения, и на национальные окраины России: остзей­ские губернии (здесь было свое местное управление, подчиненное немецким баронам), Литву, Польшу, Белоруссию, Правобережную Украину (в этих регионах среди землевладельцев преобладало поль­ское дворянство), на Кавказ, Казахстан и Среднюю Азию. Но и в тех 34 губерниях, на которые распространялся закон о земствах, земские учреждения вводились не сразу. К началу 1866 г. они были введены в 19 губерниях, к 1867 г. — еще в 9, а в 1868—1879 гг. — в остальных 6 губерниях. Таким образом, введение земств растяну­лось на 15 лет.

Всего предполагалось избрать в 34 губерниях 13 тыс. гласных. Реально было избрано 11,5 тыс., половину их составили гласные первой курии, чем обеспечивалось преобладание в земствах дво­рянства.

Земства были лишены каких-либо политических функций. Сфера деятельности земств ограничивалась исключительно хозяй­ственными вопросами местного значения. В ведении земств нахо­дились: устройство и содержание местных путей сообщения, зем­ской почты, земских школ, больниц, богаделен и приютов, попече­ние о местной торговле и промышленности, ветеринарная служба, взаимное страхование, местное продовольственное дело, даже по-

стройка церквей и содержание местных тюрем и домов для умали­шенных. Впрочем, исполнение земствами местных хозяйственно-административных функций рассматривалось самим правительст­вом даже не как право земств, а их обязанность: ранее этим зани­малась уездная и губернская администрация, а теперь заботы о местных делах и расходы на них перекладывались на земства. Члены и служащие земств привлекались к судебной ответственности, если они выходили за рамки своей компетенции.

Земства находились под контролем центральной и местной власти — министра внутренних дел и губернатора, которые имели право приостанавливать любое постановление земского собрания, признав его "противным законам или общим государственным поль­зам". Многие из постановлений земских собраний не могли всту­пить в силу без утверждения губернатора или министра внутрен­них дел. Для выполнения своих постановлений (например, для взы­скания недоимок по земским сборам, исполнения натуральных зем­ских повинностей и т. п.) земства были вынуждены порой обра­щаться к земской полиции, не зависевшей от земств.

Но и в предписанных законом пределах компетенция и дея­тельность земств все более ограничивалась последующими законо­дательными актами и правительственными распоряжениями. Уже в 1866 г. последовала серия циркуляров Министерства внутренних дел и "разъяснений" Сената, которые предоставляли губернаторам право отказывать в утверждении всякого избранного земством долж­ностного лица, если губернатор признал его "неблагонадежным". Земских служащих ставили в полную зависимость от местной ад­министрации, ограничивали возможности земств облагать сборами торговые и промышленные заведения, что существенно подрывало финансовое положение земств. В 1867 г. последовали запреты зем­ствам взаимодействовать друг с другом, взаимно информировать о принятых решениях, а также публиковать без разрешения губер­натора отчеты о своих собраниях. Председателей земских собраний обязывали закрывать их заседания, если в них поднимались вопросы, "не согласные с законом". Правительственные указы и циркуля­ры Министерства внутренних дел за 1868—1874 гг. ставили земст­ва в еще большую зависимость от власти губернатора, стесняли свободу прений в земских собраниях, ограничивали гласность и публичность их заседаний.

Однако несмотря на эти ограничения и стеснения земства сыграли огромную роль в решении местных хозяйственных и культурных задач: в организации мелкого кредита путем образо­вания крестьянских ссудосберегательных товариществ, в устрой­стве почт, в дорожном строительстве, в развитии страхования, в медицинской и ветеринарной помощи на селе, в деле народного просвещения. К 1880 г. на селе было открыто 12 тыс. земских школ, а за полвека своей деятельности земства открыли 28 тыс. школ. За это время в земских школах получили образование до двух мил-

лионов крестьянских детей. Земства подготовили за свой счет 45 тыс. учителей и значительно подняли материальный и обществен­ный статус народного учителя. Земские школы считались лучши­ми. По образцу их стали действовать и школы Министерства на­родного просвещения. Медицинские учреждения на селе, хотя еще и малочисленные и несовершенные, целиком были созданы земст­вами. На средства земств были созданы фельдшерские курсы спе­циально для села. Земские врачи стали проводить на селе привив­ки от оспы. Они предотвратили распространение ряда эпидемиче­ских заболеваний. Благодаря усилиям земских врачей показатель смертности среди крестьян сократился с 3,7% до 2,8%.

Велика была роль земств в статистическом изучении народно­го хозяйства, в первую очередь крестьянского. Земские статистики применяли новейшие достижения статистической науки, а их об­следования имели большое не только прикладное, но и научное зна­чение. Российская земская статистика считалась лучшей в мире по богатству, точности и ценности собранных ею сведений. И поныне изучение экономики пореформенной России невозможно без при­влечения ее материалов.

Таким образом, земства, хотя и ограниченные в правах, пока­зали свою жизнеспособность, приспособленность к местным усло­виям и требованиям жизни. Вопреки законодательным запретам земства превратились в очаги общественной деятельности либе­рального дворянства. Возникновение в 70—80-х годах XIX в. зем­ского либерально-оппозиционного движения, с которым вынужде­но было считаться правительство, стало важным фактором общест­венно-политической жизни страны.

Городская реформа . На тех же началах, как и земская, проводилась городская реформа. Существовавшие с 1785 г. сослов­ные органы городского самоуправления заменялись всесословны­ми, избираемыми на основе имущественного ценза.

20 июля 1862 г. последовало повеление Александра II присту­пить к разработке нового "Городового положения". В 509 городах были учреждены местные комиссии, которые занялись сбором све­дений о состоянии городов и обсуждением вопросов об управлении городским хозяйством. Министерство внутренних дел на основании сводки материалов этих комиссий составило в 1864 г. проект "Горо­дового положения". Он сначала поступил в Кодификационную ко­миссию, в которой находился до марта 1866 г., а затем был внесен для обсуждения в Государственный совет, где пролежал без дви­жения еще два года. Подготовка городской реформы проходила уже в условиях заметного поворота к реакции. Поэтому правительство затягивало проведение реформы, и ее проект неоднократно под­вергался изменениям в сторону ограничения прав городского само­управления. Лишь 16 июня 1870 г. проект "Городового положения" был утвержден Александром II и стал законом. По этому закону в

509 городах России вводились новые, бессословные органы город­ского самоуправления — городские думы, избираемые на 4 года. Городские думы, в свою очередь, избирали на тот же срок постоян­но действующие исполнительные органы — городские управы в составе городского головы, его "товарища" (заместителя) и несколь­ких членов. Городской голова являлся председателем как город­ской думы, так и городской управы.

Избирательным правом в органы городского самоуправления пользовались мужчины с 25-летнего возраста, обладавшие имуще­ственным цензом плательщики городских налогов: владельцы тор­гово-промышленных заведений, банков и городских недвижимостей. При этом была принята прусская система распределения город­ских избирателей на три "класса" (курии) в зависимости от разме­ров уплачиваемых в городскую казну сборов. В первом "классе" находились наиболее крупные плательщики, на долю которых при­ходилась треть общей суммы этих налогов, во втором — средние плательщики, уплачивавшие также треть городских налогов, в треть­ем — мелкие плательщики, уплачивавшие остальную треть на­логов.

Наряду с частными лицами избирательное право получали и ведомства — разные учреждения и общества, городские церкви и монастыри, платившие сборы в городской бюджет. Каждое из них выбирало по одному гласному в городскую думу. Рабочие, служа­щие, интеллигенция, являвшиеся основным по численности населе­нием, но не имевшие собственности и поэтому освобожденные от уплаты налогов, устранялись от участия в самоуправлении. Харак­терно, что чем крупнее был город, тем меньшим становился удель­ный вес жителей, допускаемых к участию в выборах в городские думы. В городах, насчитывавших менее 5 тыс. жителей, избира­тельным правом пользовались 10,4% их числа, в тех, в которых числилось от 20 тыс. до 50 тыс. человек, — 4%; в Москве избира­тельным правом пользовались 3,4% жителей, а в Петербурге — лишь 1,9%. Поскольку каждый разряд избирателей выбирал оди­наковое число гласных в думу, то оказывалось, например, что в Москве норма представительства от первой курии была в 8 раз выше, чем во второй, и в 40 раз выше, чем в третьей, а в Петербур­ге — соответственно в 4 и 20 раз. Так обеспечивалось преобладание в городской думе крупной буржуазии и дворян-домовладельцев. Городская дума Петербурга насчитывала 250 гласных, Москвы — 180, в провинциальных городах — от 30 до 72. Городской голова, избираемый думой, утверждался в своей должности в крупных го­родах министром внутренних дел, а в мелких — губернатором. Го­родская дума подчинялась Сенату, однако губернатор следил за "законностью" ее постановлений.

Компетенция городского самоуправления, как и земского, была ограничена рамками чисто хозяйственных вопросов: благоустрой­ство городов, попечение о местной торговле и промышленности,

общественное призрение (богадельни, детские приюты и пр.), здра­воохранение и народное образование, принятие санитарных и про­тивопожарных мер. Бюджет городской думы формировался из средств, получаемых от налогов и сборов с городской недвижимо­сти, торговых и промышленных заведений в размере 1% их дохо­дов, пошлинных сборов с проводимых в городе аукционов, а также от эксплуатации принадлежавших городу торговых рядов, бань, боен и частично из отчислений от казны. На эти средства, помимо расхо­дов на собственно городские нужды, содержались полиция, городские тюрьмы, воинские казармы, пожарная охрана: на это трати­лось в разных городах до 60% средств городского бюджета. Расхо­ды на благоустройство городов составляли 15% городского бюдже­та, на образование — 13% и на медицину — около 1%.

Как и земства, городские думы не имели принудительной вла­сти и для исполнения своих постановлений обязаны были прибе­гать к помощи полиции, им не подчиненной. По существу реальная власть в городе принадлежала губернаторам и градоначальникам.

"Городовое положение" 1870 г. сначала было введено в 509 русских городах. В 1874 г. оно было введено в городах Закавказья, в 1875 г. — Литвы, Белоруссии и Правобережной Украины, в 1877 г. — в Прибалтике. Оно не распространялось на города Сред­ней Азии, а также Польши и Финляндии, где действовало прежнее городское управление. В итоге под действие "Городового положе­ния" 1870 г. попадали 707 городов России, но реально оно было введено в 621 городе.

Несмотря на ограниченность реформы городского самоуправ­ления, она тем не менее явилась крупным шагом вперед, поскольку заменила прежние сословно-бюрократические органы управления городом новыми, основанными на буржуазном принципе имущест­венного ценза. Новые органы городского самоуправления сыграли немалую роль в хозяйственно-культурном развитии пореформен­ного города.


Каталог: z3950 -> full fond -> books
books -> Учебное пособие Под редакцией д ф. н., проф. И. Ф. Кефели Санкт-Петербург «Специальная Литература» 1996
books -> Д-р ист наук проф. Ш. М. Мунчаев, д-р ист наук проф. В. М. Устинов, д-р ист наук проф. А. А. Чернобаев, д-р ист наук проф. Ю. П. Свириденко, канд. Ист наук доц. А. Н. Евтушенко, канд, ист наук доц. В. П. Купцов, канд
books -> История России ХХ столетия (Основные проблемы)
books -> А. П. Новосельцев (раздел I гл. 1-3), член-корр. Ран
books -> Обновление гуманитарного образования в россии к. С. Гаджиев политическая наука
books -> История России ХХ столетия (Основные проблемы)


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   33   34   35   36   37   38   39   40   ...   117


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница