Философские аспекты учения ахмада сархинди



страница1/9
Дата12.06.2016
Размер1.51 Mb.
ТипРеферат
  1   2   3   4   5   6   7   8   9
Институт философии, политологии и права имени А. Баховаддинова Академии наук Республики Таджикистан

На правах рукописи

Мухамедходжаева Парвина Ахмадджоновна

ФИЛОСОФСКИЕ АСПЕКТЫ УЧЕНИЯ АХМАДА САРХИНДИ

Специальность (09.00.03) – история философии

Диссертация на соискание степени кандидата философских наук

Научный руководитель: Олимов Кароматулло,

доктор философских наук, член-корр.

АН Республики Таджикистан, профессор.

ДУШАНБЕ - 2014

СОДЕРЖАНИЕ


ВВЕДЕНИЕ 3

ГЛАВА I. МУДЖАДДИЯ КАК НОВАЯ ЭПОХА ОРДЕНА НАКШБАНДИЯ В ИНДИИ 24

1.Социально-политические условия Индии в XIV-XVII вв. 24

2.Особенности распространения Ислама на субконтиненте Индия 34

3.Ахмад Сархинди как основатель муджаддидийской ветви ордена Накшбандия 43

ГЛАВА II. ГНОСЕОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ КОНЦЕПЦИИ ЕДИНСТВА В УЧЕНИЯХ САРХИНДИ 60

1.Особенности формирования и распространения Муджаддидия 60

2.Эволюция мистицизма и Муджаддидия 68

3.Эзотерический опыт Ахмада Сархинди 89

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 133




ВВЕДЕНИЕ


Исследования, связанные с теорией и практикой мистицизма отражались еще в трудах раннеклассических философов, которые пытались получить ответы на многочисленные вопросы существования мира. Отношение человека к обществу, природе, интеллектуальному понятию вещей и душевному состоянию, в котором прибывали народы разных стран, и в целом взаимоотношения философии, религии и духовности не раз становились объектом научных исследований. С конца прошлого столетия, в особенности в нашем регионе, интерес к изучению исламского мистицизма заметно приобрел научную и социальную актуальность из-за масштабного открытия доступа к духовно-религиозным источникам и «идеологического голода» постсоветских народов. Впоследствии этот процесс приобрел идейный характер становясь политическим инструментом в новых независимых странах.

Изучение религиозно-философских аспектов суфизма в постсоветском пространстве является свидетельством того, что интерес к классическому наследию народов никогда не ослабевал. Более того, новые научные открытия и процесс глобализации настоятельно диктуют необходимость углубления нашего понимания древних, средневековых и современных историко-философских взглядов, и представлений. Возрождение интереса к этим отраслям знаний является закономерным в силу того, что им отводится важнейшее место в философском определении человека и бытия.

Единовременно с развитием глобализации и проявлением ее противоречивого взаимодействия с различными современными процессами, особую актуальность приобретает неизбежность сохранения и укрепления духовно-культурных традиций, которые являются неотъемлемой частью самоидентификации и общественно-политического развития каждой нации. Примерами могут служить современные процессы миграции, в особенности колоссальное передвижение азиатских народов в западные и трансатлантические страны. В силу «генетического» перехода приверженности к определенным суфийским доктринам, масштабы географического охвата этими идеями и количество последователей суфийских орденов расширяется с неимоверной скоростью на мировом уровне. Считается что, существует весомый потенциал использования таких духовных тенденций на примере суфийских доктрин в силу их исторического опыта сохранения положительных взаимоотношений ордена с религиозным духовенством и идеологического использования ее позитивного настроя в качестве «реальной альтернативы религиозному экстремизму»1. В то же время, современные ученые смотрят на эту альтернативу как политический аспект лидеров суфийских братств2, включая орден Накшбандия, который известен своим подходом приближения к правящим кругам. Однако для использования любой идеологии в целях развития общества необходимо всесторонне изучить корни и развеивающиеся ветви предложенных учений. Относительно корней приведенного нашего примера, с твердостью можно заявить об изученности этой сферы, но также необходимо изучить и последующие ее этапы с религиозной и философской точки зрения. На этом фоне, можно указать на один из самых распространённых разветвлений этого ордена под эпонимом Муджаддидия, основанный Ахмадом Сархинди в Индии, и который требует более тщательного исторического и научного раскрытия в силу малоизученности своих философских аспектов. К тому же, исследование философских взглядов Сархинди представляет собой особый интерес тем, что идейной «родиной» Муджаддидия, является именно нынешняя Средняя Азии, в особенности Таджикистан.

Такие области науки как философия, социология, антология, история и другие, изучавшие человека и общества, с разных сторон раскрывали загадки природы и вселенной. Ученые по-разному интерпретировали место человека в мироздании. Но, тем не менее, остается многое, что позволяет народам одинаково понимать общий характер своего существования и, в тоже время, сохранять свои индивидуальные, культурные, религиозные и традиционные ценности. Всестороннее изучение и выявление приемлемых для развития общества аспектов, связанных с взаимоотношениями народов и народностей к религии и духовности, способствует дальнейшему развитию ценностей для сохранения единства и самоидентификации народов. Учитывая сегодняшние изменения на примере слияния различных процессов глобализации, необходимо создать и сохранить цепочку, которая станет неотъемлемой частью общественно-политического развития и идентификации конкретного народа.

История философии, изучая теорию и практику исламского мистицизма в форме суфизму, как один из основных духовных параметров развития общества, имеет дело также с отдельными тенденциями этого учения, которые сохранились в разных континентах мира. В частности, изучение отдельных ветвей суфизма позволит нам получить полную картину развития духовности нашего общества в прошлом и находить новые пути отношения к этим духовным процессам в настоящем и при возможности в будущем. Исследуя социальные аспекты отношения народов к определенным мистико-духовным тенденциям, а в данном исследовании к конкретному учению Муджаддидия, можно выяснить такие особенности народов как восприятие, способность сохранять и передавать информацию из поколения в поколение. Выявляя исторические пики или спады развития суфизма можно по-новому посмотреть на вопросы «затерявшейся» богатой истории духовной культуры нашего таджикского народа. Наряду с этим, изучение исторических развязок проблем, связанных с развитием духовности нашего народа дает нам возможность определить уровень «возврата» или «восстановления» того влияния, которое имели великие мыслители Востока на региональные и мировые религиозно-духовные тенденции. Ученые всегда отмечали важность изучения суфизма и суфийской литературы в целях понимания и определения культурно-социальной жизни Востока. «Без изучения суфийской литературы получить ясное представление о культурной жизни средневекового мусульманского Востока нельзя. Ее классики продолжали оказывать влияние на целый ряд восточных литератур вплоть до начала XX века. Все это и заставляет нас уделять ей такое значительное внимание, тем более что почти все крупнейшие авторы мусульманского Востока, за редкими исключениями, так или иначе связаны с суфизмом и без знакомства с этой литературой в полной мере поняты быть не могут»3.

Указывая на прославленную ветвь суфийского ордена Накшбандия под названием Муджаддидия, можно упомянуть ее историческую реформаторскую особенность - всестороннее использование философских аспектов теологии и духовности восточных народов, которое оказало значительное влияние на развитии социально-политических событий средневекового Востока. Идеология Накшбандия поставила перед обществом задачу развиваться, оставаясь при этом преданным основным постулатам религии Ислама, что очень приветствовалось ортодоксами, и в то же самое время противостояло духовно-мистическим взглядам известных средневековых мыслителей на примере пантеистических идей представителей исламских мистицизма.

В этой связи, конкретизация определенных аспектов философии Ахмада Сархинди, как основателя учения Муджаддидия позволяет определять грань актуальности этого исследования, которая обусловлена необходимостью осознания ценности исследования философской, социальной и религиозно-мистической мысли, возникшая во времена правления Великих Моголов в Индии и проникшая в другие средневековые страны Востока. Изучая труды Сархинди, можно установить специфику развития ордена Накшбандия в Индии и в особенности ее ветви - Муджаддидия, которая получила обратную связь со своими истоками в Средней Азии. Именно Накшбандия помогла индийским суфиям создать свою значимость для моголских правителей и проделать исторический путь самосохранения этого ордена. Наряду с Ахмадом Сархинди можно назвать таких великих ученых мыслителей средневековья, игравших значительную роль в развитии религиозно-духовной мысли народов Средней и Южной Азии как Мирзо Абдулкодир Бедил, Дорошукух, Шах Валлиуллах и другие. Взаимоотношения научных кругов Средней и Южной Азии не имели границ во времена правления Великих моголов, которые приостановились к середине XIX века падения Бухары, как культурно—научный центр нынешней Средней Азии и расширения влияния англичан на индийском субконтиненте.

Несомненно, эпоха правления и развития династии Великих совпадает с пиком развития и влияния таджикско-персидской литературы во все сферы развития средневековой Индии. В этом также была и заслуга суфийской практики, в особенности Накшбандия, прибывшая в Индию из Средней Азии и проникшая в религиозно-философские круги этого региона, проявляя при этом интерес и к духовному и религиозному образованию индийских мусульман. Наряду с социальным слиянием культур Средней и Южной Азии не оставались без внимание и взаимного влияние такие области как архитектура и астрономия. Немаловажную роль в ассимиляции культур народов этих двух континентов сыграли среднеазиатские мастера и ремесленники, которые глубоко ценили Индию в силу развитости ремесленничества и куда способствовал им добираться знаменитый шелковый путь. Во многих строениях работы архитектурно-декоративного стиля Средней и Южной Азии, в особенности в медресе (школы) и карвансараях (терминалах) аналогичны отделочные работы исторических зданий, построенные во времена Великих Моголов, и сохранившиеся по сей день. Однако, оставим эту изысканную тему для исследования специалистов этой отрасли и перейдем к главной цели нашего исследования.

Особое место в изучении творчества Сархинди имеет концепция ваҳдати шуҳуд (единство созерцания), которая получила определенную интерпретацию в учениях Симнани, однако приобрела окончательную форму в идеях Сархинди. Данная концепция выступает как парирование учения Ибн Араби относительно ваҳдати вуҷуд (единства бытия), при этом сливаясь со своим оппонентом для сравнительного анализа и окончательного выбора мистической дороги. Отличительной чертой учения Сархинди является его приверженность к Корану и сунне, как основных источников одухотворения его мыслей и гносеологическому поиску истины (ҳак). Такая приверженность стала основной причиной признания богословами этой ветви суфизма, как неотъемлемой части изучения истории Ислама, в особенности для Средней и Южной Азии. Сказанное придает нашей теме еще большую актуальность изучить идейные истоки суфизма и духовных школ, связанные с таджикским народом, для более ясного понимания приверженности его орденам и истокам происхождения устойчивых духовных концепций, имевшие влияние на мыслителей Востока.



Степень научной разработанности проблемы. Изучения среднеазиатских ветвей суфизма начинается с дореволюционного периода нашего региона, имевшие в значительной степени оценочный подход к вопросам тасаввуф (суфизма). Первые русские ориенталисты В.В.Вяткин, Н.Г.Малицкий, Н.И.Веселовский и другие, исследуя историю суфийского ордена Накшбандия, в основном положительно отзывались об этой части духовной и культурной жизни народов Центральной Азии.4

История исламского мистицизма в целом привлекает внимание ориенталистов как для общего изучения этого философского и социально-религиозного явления, так и для изучения отдельных вопросов доктрин. В этой связи необходимо упомянуть, что процесс возникновения и развития индийской ветви накшбандийского ордена - Муджаддидия, обладает специфическими особенностями, а также составляет культурное своеобразие, занимая соответствующее место в философских и религиозно-мистических кругах и взаимодействуя с иными этнокультурами и традициями Индии. Муджаддидия расширяя границы своего религиозно-мистического поля воздействия через концепцию ваҳдат-ш-шуҳуд (единства созерцания), выдвинутая Ахмадом Сархинди как относительно новый религиозно-мистический путь, продолжает оставаться предметом пристального изучения философов, историков, политологов, социологов и культурологов.

Суфийская культура, включая тему концепции шухудия, с ее общечеловеческими, региональными и этнокультурными гранями получила концептуальное рассмотрение в трудах советских и таджикских востоковедов, культурологов и философов как В.В.Бартольд, Е.Э.Бертельс, Батунский, Е. А. Беляев, А.Н.Болдырев, И.С.Брагинский, М. Т. Степанянц, Я.Г.Гуломова, Р.Н.Набиева, Э.Рустамова, Б.А.Ахмедова, А.Мирзоева, М.Р.Раджабова, Багоуддинова, К. Олимова, Н. Одилова, А. Исматова, А.Мухаммадходжаева, Х. Зиёв, А.У.Содиков5, М.Хазраткулов6 и других научных исследователей7.

Среди работ современного периода, посвященных жизни и деятельности Ахмада Сархинди можно упомянуть труды таджикского ученого А.Мухаммадходжаева, в которых в эволюционном порядке исследуется цепочка учения идеологии Накшбандия начиная от Абдухалика Гиждувани до Ахмада Сархинди (XVII в.). Ученый приводит различные исторические примеры, направленные на решение социально-политических задач, продвижения и очищения шариата от примесей политического подхода и, тем самым, акцентирует внимание читателя на гибкости ордена Накшбандия в решении социальных, политических и религиозных вопросов через призму традиционного Ислама. Одним из таких примером служит концепция Ахмада Сархинди8, которая была направлена на реформу религиозного сближения мусульманского и индийского общества путем внедрения Божественной религии (дини иллоҳӣ). Ахмад Сархинди, как представитель накшбандийского ордена, основой которого считается только шариат и основные постулаты Ислама, радикально выступал против подобных религиозных инноваций, а именно указанной Божественной религии. Отсюда он и получил титул Муджаддид Алфи Сани (обновитель нового тысячелетия), также служивший причиной возникновения этой индийской ветви накшбандийского ордена. В целом, труды А. Мухаммадходжаева предоставляют классифицированный анализ идеологии Накшбандия как религиозно-мистическое явление классического средневекового учения суфизма и заключают суфийскую доктрину Ахмада Сархинди, как представителя Накшбандизма, твердым защитником традиционного ортодоксального Ислама и проповедником беспрекословного выполнения предписаний шариата и высказываний пророка Мухаммада.

Следует отметить, что отечественные исследования преимущественно направлены на описание биографических фактов деятельности Ахмада Сархинди, и в меньшей степени анализированы философские грани его учения. Парадокс заключается в том, что хотя корни этой духовной ветви исходят из Средней Азии, однако при исследовании южноазиатских и западных источников мы столкнулись с относительно большим количеством посвященных этой теме трудов. Многие из этих работ акцентируют внимание именно на философских взглядах Ахмада Сархинди и используют его работы для определения социально-исторического и политического развития региона Индостан в целом.

Пакистанский ученый Абдулкадир Салим, профессор отдела Философии Университета Карачи, всесторонне изучив философию Сархинди, пытался опровергнуть некоторые факты, приведенные Йоханах Фридманом.9 Последний является весьма известным ученым-ориенталистом Запада, который посвятил огромное количество работ этой индийской ветви ордена Накшбандия, в особенности философской концепции Ахмада Сархинди в целом и его мистической миссии относительно ваҳдат-ш-шуҳуд в особенности. Выводы Фридмана об отношении Сархинди к религии и философии критиковались некоторыми современными южноазиатскими учеными, такими, как Бурхан Ахмад Фаррухи10, Иршад Алам11, Абдукадир Салим12 другие. Фридман, проведя анализ жизнедеятельности Ахмада Сархинди, приходит к такому мнению, что он (Сархинди) «не был полностью свободным от элементов шиизма в своих мышлениях» и «ставил духовное верховенство над пророчеством». Профессор Салим, для опровержения подобных заявлений, указывая на контраргументов подробно останавливается на работе Ахмада Сархинди “Рисала дар радди рафовиз” (Монография в опровержение рафавитов13), «Исбати нубувват» (Доказательства института пророчества), а также на письмах Сархинди. Абдул Кадир Салим в основном подчеркивает заслугу Сархинди в «регенерации» религии Ислама путем продвижение его реформаторских идей вопреки всем невзгодам, с которыми сталкивался Сархинди во времена правления Великих моголов.

Другим представителем южноазиатского региона, который также посвятил немало трудов изучению наследия Ахмада Сархинди, является бангладешский ученый-суфий Иршад Алам. Он является официальным последователем учения Муджаддидия и в его трудах преобладает мысль о приверженности к ордену, чем к научному исследованию философии Сархинди. В своих работах ученый-суфий анализирует духовный путь Имама Раббани14 как идейный исток своего ремесла или путь, которым ему хотелось следовать. Он настолько заворожен своим духовным наставником, что отделяет орден от его основного костяка, т.е. Накшбандия и пытается показать, что Муджаддидия завоевал право называться самостоятельным по отношению к предшествующим учениям. Однако, по мнению автора, название может служить терминологическим упрощением, но суть и принципы остаются едиными с орденом Накшбандия и, следовательно, заявления Иршад Алам больше основаны на его духовном возбуждении и чрезмерно высоком уважении к своему мастеру (пир). Такая практика очень часто встречается в истории суфизма, и примером также может служить название Ахрория, которое ассоциируется с орденом Накшбандия, но никак не заменяется этим термином.

Исследуя суфийскую культуру Южной Азии необходимо также указать не ее ядро, которая оформилась как социально-этнокультурная часть на базе влияния арабо-мусульманской и персо-язычного культуры. Эта основа также придала взаимоотношению суфизма и Ислама особый колорит ассимиляции и разнообразила методы "религиозной вербовки" – феномен, привлекший внимание ученых в силу позитивных результатов взаимоотношения триады суфийских орденов, ортодоксии и государственной власти. В особенности можно указать труды Шиммель А., Эрнст Карл15 и др., которые подчеркивают происхождение и трактовку орденов в общей эволюции восприятия суфизма в мире, в особенности взаимоотношений Накшбандия с государственной властью.

Один из известных западных ученых Артур Бухлер, который также посвятил множество своих трудов учению Муджаддидия, подробно разъясняет дает научное представление о гносеологии суфизма и возникновении этого ордена в Средней Азии. Особую значимость в своих трудах он придает цепочной связи ордена от пророка Мухаммада до возникновения Муджаддидия в рамках географического передвижения и приобретения новых ценностей средневекового периода. В целом, А. Бухлер16 особое внимание уделяет жизнедеятельности шейхов ордена Накшбандия и значении генеалогической и духовной цепочки (силсила) в эволюции религиозной власти, а также взаимосвязи между символизмом пророка и выражения религиозно-духовного авторитета.

Профессор Университета Алигарх в Пакистане – Бурхан Ахмад Фаррухи также является одним из исследователей, посвятившим определенное количество своих научных трудов изучению этого накшбандийского направления. Фаррухи подробно исследовал отношение Сархинди к философии в своей монографии «Концепция Единства Муджаддида»17, где приводит анализ философского спора не только между Ибн Араби и Сархинди, а также исследует мировоззренческую эволюцию Шах Валиуллаха, последователя ордена Накшбандия-Муджаддидия в Индии. Согласно источникам, Валиуллах, как и Сархинди вначале своего духовного пути был сторонником вуджудия, однако, ознакомившись с учением Сархинди, завербовался в этот орден и начал активно пропагандировать его принципы. Причиной критического исследования работ этих трех мыслителей, по мнению профессора Фаррухи заключается в том, что Валиуллах колебался между своим выбором в пользу учения шухудия и во многом оставался вуджудийцем и именно сопоставительный анализ учения Сархинди с концепцией вуджудия помогал профессору выявить точки соприкосновения и отторжения друг от друга.

В целом, обзор научной литературы дает возможность выяснить, что исследования в области изучения Муджаддидия в определенной степени изучались в совокупности с общими проблематиками ордена Накшбандия на примере биографий и легенд, в основном связанные с историей эволюции этого учения.  Однако, комплексное изучение исторического возникновения этого суфийского учения и дальнейшая ассимиляция ордена Накшбандия с другими духовными аспектами, культуры и быта народов нового пребывания (в данном случае Индии) и социально-политического назначения до сих пор остаются малоизученными.  Данное исследование ставит задачу подробно изучить влияние и слияние суфийской культуры в русло местных народов в процессе пребывания Ислама на примере индийского субконтинента, как один из самых распространенных ареалом с древним духовно-мистическим опытом. Для такого религиозно-духовного учения как суфизм, новая атмосфера эзотерической практики, придавала особый образ и роль представителям различных орденов в Индии. Именно новые обстоятельства, не прошедшие апробацию арабо-мусульманскими завоеваниями, придают этому исследованию особую окраску новизны в исследовании классического суфизма на примере концепции Муджаддидия.

Таким образом, анализ литературы проявил, что один из распространённых ветвей ордена Накшбандия в нашем регионе остается крайне малоизученной. Такое обстоятельство, после краткого анализа проблемы, заключающее в отдельных статьях не раскрывает полное содержание отношения Сархинди к историческим проблемам философии. Эти моменты и обстоятельства будут руководящим звеном определения целей и задач данного исследования.

Целью нашего исследования является анализ и освещение особенностей учения Муджаддидия в контексте мистически предрасположенного индийского субконтинента, что придает фривольность эзотерической практике суфиев и сохраняет духовные ценности и религиозную приверженность мистиков-философов на примере Ахмада Сархинди. Одним из особых духовно-философских вкладов этого направления является «рафинирование» мистицизма путем иррационального подхода к религии Ислам на основе принципа развития до стадии совершенства знаменитой концепции единства бытия (ваҳдат-л-вуҷуд). Данное исследование фокусирует внимание на особые нюансы распространения концепции Муджаддидия, которые впервые анализируются в представленном формате. Поставленные задачи будут синхронизировать нашу общую цель, ориентированные на:

- освещение социально-политических условий возникновения концепции Муджаддидия;

- выявление особенностей формирования религиозного взгляда на примере научно-исторического экскурса распространении Ислама в Индии;

- анализ основ идейных истоков философии Ахмада Сархинди на примере его активной жизнедеятельности среди философских и религиозно-духовных кругах и высказываний его житийных и духовных сподвижников;

- анализ ассимиляции культурных и социальных ценностей местных, а также прибывших в Индию народов и народностей;

- анализ инновационного и реформаторского подхода Ахмада Сархинди к регенерации религиозных и духовных ценностей мусульман в Индии;

- предоставление сопоставительного анализа рационального и чувственного познания истины в рамках философского вопроса о взаимоотношении человека и природы.

Научная новизна диссертации. Данное исследование фокусирует внимание на особые оттенки распространения учения Муджаддидия, которые впервые анализированы в предложенном формате:

- приведен обзор научной литературы исследований учения Муджаддидия и вопросов, связанные с ее ранним развитием, в особенности в эпоху Великих Моголов;

- анализирована общая проблематика развития этого ордена на примере биографий и легенд, связанных с историей эволюции этого учения.

- определены точки ассимиляция Муджаддидия с другими духовными аспектами, культурой и бытом народов нового ареала пребывания (в данном случае Индия).

- подробно рассмотрены взаимодействие и взаимопроникновение суфийской культуры и культур местных народов в процессе распространения Ислама на примере индийского субконтинента, как одного из регионов с широко распространенными традициями древнего духовно-мистического опыта.

- анализирована сравнительно новая для ордена атмосфера эзотерической практики представителей различных суфийских орденов в Индии.



- подвергнут анализу исторические обстоятельства, не прошедшие апробацию арабо-мусульманскими завоеваниями, и появившиеся в результате прихода Ислама в Индию.

Основные положения диссертации, вносимые на защиту:

  1. Идейные истоки формирования муджаддидский ветви ордена Накшбандия, послужившие возникновению новых революционных идей, включая концепцию единства созерцания и появление Исламского мистицизма.

  2. Социальные преимущества религии Ислама, в контексте суфизма в Индии, которые подталкивали к духовной готовности разно-народной Индии принять новую религию с духовно-мистическим акцентом. Сочетание Ислама с суфизмом сыграло значительную роль в распространении и сохранении Ислама на этом субконтиненте. Особенностью развития Ислама в Индии являлись реформы, проведенные правителями: начались постройки мечетей, чеканка новых монет с новыми изображениями, а также появились медресе и ханаках - религиозные и духовные институты Ислама. Индия стала также транзитным пунктом совершения паломничества Хадж для мусульман из других стран и в то же самое время предоставляла новые возможности развития науки и образования, что привлекало внимание ученых из других стран. Исторические события Индии прекрасно сохранили информацию о развитии различных династий и правлений, включая период Салтаната и Великих моголов.

  3. Процесс исламизации, который происходил во всех отношениях, так как правители не только приходили и устанавливали свои правила, они в свою очередь предлагали улучшенные условия для жизни населенных народов, которые принимали Ислам и тем самым получали определенные льготы. На этом фоне, в средневековой Индии произошел период резкого возрастания авторитета суфийских орденов, приведших к возрастанию авторитета мусульманских правителей Индии. Появились такие известные суфийские ордена, как Кадирия, Йасавия, Рифаия, Сухравардия, Чиштия, Шазилия, Мавлавия, Бадавия, Накшбандия, Хальватия, Байрамия и другие, которые, в свою очередь, также сталкивались с идейным противодействием, как среди своих последователей, так и со стороны различных социально-религиозных кругов.

  4. Один из важнейших периодов развития Ислама и также суфизма на территории Индии — это времена правления Великих моголов (1526-1748) – династия, которая создала и правила значительно могущественное мусульманское государства на территории этого субконтинента. Правление Великих моголов распространялось на всю северную Индию, Восточный Белуджистан и часть территории современного Афганистана.18

  5. Одним из основных теоретических и идейных источников распространения Ислама на субконтиненте Индии является философско-духовная традиция суфизма. Две мировые религии, сосуществовавшие в Индии, никогда не теряли свою идентификацию. Ислам и Индуизм - два разных религиозных течения, сохранили свою самость, достоверность и приверженность своим принципам во всех сферах жизни, несмотря на взаимодействие и взаимовлияние социальных аспектов жизнедеятельности народов этой земли. Исторические корни мусульманских ученых Индии в большинстве случаев происходили из Средней Азии, Ирана и Турции, и они утверждали триединую арабо-персидскую и одновременно турецкую культурные традиции.

  6. Изучение активной религиозной роли суфизма в исламизации и культуризации духовных традиций в индо-мусульманском историческом ракурсе и вклад ордена Накшбандия в формирование религиозно-политической мысли Индии. Значимая роль и сила ордена - реагирование на социально-политические события и тесное взаимодействие с правящими кругами общества образовала новую ветвь учения под эпонимом Муджаддидия получила идейное развитие в Индии и далеко перешагнула свою историческую родину.

  7. Исследование духовно-мистического опыта Ахмада Сархинди, его методы и последовательность духовного обогащения, имевшего место в различных периодах его жизни, в основах его теоретического знания о существовавших суфийских школах, в практическом совершенствовании упражнениях духовного обогащения и открытом сопротивление известной пантеистической концепции единство бытия (ваҳдат-л-вуҷуд).

Теоретические и методологические основы диссертации. В процессе исследования автором были использованы логический, исторический, сравнительный и системный методы анализа, а также специфические историко-философские методы, разработанные в трудах таджикских, русских, южноазиатских и европейских исследователей, посвященных истории исламской философии и учению Муджаддидия.

Практическое значение работы состоит в том, что она дает цельное представление о философском и духовно-мистическом учении Ахмада Сархинди и способствует сравнительно новому восприятию его учения. Основные положения и выводы диссертации могут быть использованы при изучении историко-философской мысли Средней и Южной Азии и при чтении лекций по истории суфизма.

Источники исследования. В качестве источников для анализа поставленных задач использованы работы непосредственно Ахмада Сархинди, которые были написаны в период его жизнедеятельности, а также собранные его учениками и последователями. Особую роль в выявлении философских взглядов и реформаторских идей для данного исследования сыграла его работа «Мактубат» - письма, собранные его учениками и последователями после его смерти. Исследование проводиться на основе анализа первоисточников, написанные наиболее видными представителями Муджаддидия, таких как «Баракоти Аҳмадия” (Благословения Ахмадия) Мухаммад Хошима Кишми, «Мактуботи Имам Раббани» (Письма Имама Раббани) под редакцией Нур Ахмада, «Мабдаъ ва маъод» (Начало и возврат) Ахмада Сархинди и другие источники. Источниками также служили вышеназванные труды отечественных и зарубежных ученых, изучавших эту отрасль суфизма.

Апробация работы. Основное содержание и результаты исследования отражены в посвященных этой теме работ, опубликованных в журнале «Известия АН РТ»: Статья «Особенности ордена Накшбандия-Муджаддидия» (на русском языке), Известия АН РТ, Серия философия и право, №3, Душанбе, 2010; статься «Роль индийских суфиев в Исламе» (на таджикском языке», Известия АН РТ, Серия философия и право № 1, Душанбе, 2011; статься «Концепция единства двух великих шейхов суфизма», (та русском языке), Известия АН РТ, Отделение общественных наук, № 5, Душанбе 2011; монография «Единства созерцания в учении Ахмада Сархинди», (на таджикском языке), издание АН РТ «Дониш», 2012. «Чувственное восприятие мира и учение Муджаддидия об эзотерическом опыте» (на русском яз.), Вестник Педагогического Университета, Таджикского Государственного Педагогического Университета им. С. Айни, № 3 (58), Душанбе 2014).

Каталог: images -> liber -> dissertation -> mukhammedkhojaeva
dissertation -> Сравнительное исследование гносеологической теории ибн сины и шахабуддина сухраварди
dissertation -> Кандидата философских наук
dissertation -> Академия наук республики таджикистан
dissertation -> Мусави Влияние, взаимосвязь социального капитала и развода в современном иранском обществе (на примере г. Мешхед ири) /Социально-философский анализ
dissertation -> Диссертация на соискание ученой степени кандидата философских наук Специальность
dissertation -> Академия наук республики таджикистан
dissertation -> Аббас критическое отношение к теории деспотизма в эпоху сасанидов


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница