Дата размещения на сайте



страница14/14
Дата19.06.2016
Размер2.51 Mb.
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   14

Весьма характерно, что феодалы, недовольные Худояром, и в этом случае постарались примкнуть к народ­ному движению, чтобы исподволь подчинить его своим корыстным политическим планам. Они хотели видеть на престоле своего ставленника, который бы правил, исходя из их интересов. В сложной политической обстановке родо-феодальная верхушка совершала противоречивые маневры, поддерживая то сына хана Насредина, то самозванца Пулат-хана — претендентов на престол. Повстанцы неоднократно обращались к туркестанским властям с призывом помочь им. Но те взяли курс на под­держку вассального хана, и даже беженцев, подвергав­шихся в ханстве репрессиям, возвращали обратно. Эта политика вела к ослаблению притягательной силы Рос­сии, в которой повстанцы стали видеть власть, и не без основания, лишь союзную хану. Воспользовавшись этим, религиозные деятели, примкнувшие к восставшим, при­зывали кроме всего прочего к «газавату» — священной войне против русских, что находило определенный отклик в рядах повстанцев. Все это придавало народному дви­жению сложное, иногда внутренне противоречивое со­держание. Восставших всеми силами старались отвлечь от борьбы против своих прямых врагов из числа фео­дальных кланов, навязывали им реакционные политиче­ские лозунги. Это явилось причиной непоследователь­ности в действиях многих руководителей восстания, а иногда и их перерождения.

В частности, непоследовательно вел себя и сам Пулат-хан. После изгнания Худояр-хана и занятия кокандского престола он начал действовать его же методами — гра­бить трудящихся, жестоко преследовать и наказывать непокорных своей воле, поддерживать пропагандируемые среди простого народа лозунги «газавата». Таким обра­зом, взяв власть при помощи народа, он шел против воли того же народа, желавшего соединить свою судьбу с Рос­сией. О том, что восставшие кыргызы искренне стреми­лись к этому, свидетельствуют многие факты. Так, алайские и ферганские кыргызы в ходе восстания получали поддержку со стороны своих соплеменников — чуйских. таласских, центрально-тяныпаньских кыргызов, ставших уже подданными России и призывавших всех кыргызов последовать их примеру. Восставшие ходжентские кыргызы поддерживали постоянные связи со своими токмакскими сородичами, получали от них помощь и пе реписывались с Шабданом Джантаевым по делам вос­стания.

Известно, что восставшие кыргызы Коканда неодно­кратно обращались к русским властям с просьбами о принятии их в российское подданство. Еще в начале вос­стания, в ноябре 1873 г., депутация кокандских кыргызов представила русской администрации Туркестанского края список 42 кыргызских родов, члены которых выра­жали желание принять российское подданство. По оцен­ке (на наш взгляд, несколько завышенной) некото­рых специалистов, их число достигало полумиллиона человек. В письме русским властям, представленном де­путацией кыргызов, указывалось: «Хан начал выступать против шариата (т. е. против закона. — Ред.), за это мы, не вынося несправедливости, ограбили его зякетчи. Худояр послал к нам войска свои, от которых мы убежа­ли в горы, оставив кочевья наши. Но ханский воена­чальник успел захватить у нас 270 человек в плен, при­вез этих людей в гор. Асаке и, по приказанию хана, велел всех посадить на кол. Тогда мы все собрались и объявили себя врагами хана». В заключение восставшие просили русские власти помочь им в борьбе против хана и решить вопрос о принятии всех кыргызов-повстанцев в российское подданство8.

Антиханское движение кыргызов было поддержано трудящимися слоями оседлого населения — узбеками и таджиками. Коллежский советник Вайнберг, посланный туркестанской администрацией в Коканд в 1874 г., до­носил в канцелярию генерал-губернатора, что «оседлое население наравне с кочевниками тяготится настоящим положением дел в ханстве и если доныне между этими двумя элементами не было солидарности, то не потому, что они относились враждебно один к другому: по­добные отношения существуют между главными пред­ставителями этих народностей, простолюдин же хлебо­пашец или работник вполне сочувствует кочевнику, жи­вущему своими стадами»9. О солидарности кочевого и оседлого населения Коканда в антиханских настроениях писал осенью 1874 г. военному министру и сам турке­станский генерал-губернатор.

Такая солидарность несла в себе мощный заряд пов­станческой энергии и грозила ханской власти полным крушением. Русская администрация это хорошо пони­мала. Но она была связана договором с Худояром, согласно которому последний, как вассал российского самодержавия, мог рассчитывать в сложный момент на поддержку со стороны сюзерена. Поэтому туркестанские власти не могли удовлетворить просьбы кыргызов о при­нятии их в российское подданство, хотя понимали слож­ность их положения и сочувствовали им. Вместе с тем русские власти Туркестана не могли не видеть, что при таком размахе народного движения ханская власть обре­чена и рано или поздно вопрос о подданстве кокандского населения вновь встанет на повестку дня.

В 1875 г. народное движение кыргызов против коканд­ского господства достигло своего апогея. Кыргызы при поддержке узбекского дехканства успешно занимали кишлаки и города Ферганы. Худояр-хан под защитой русского военного отряда бежал в российские пределы. Ханом был провозглашен его сын — Насредин. Появи­лись надежды, что восстание пойдет на убыль. Но оно, напротив, еще более усилилось. Повстанцы в противовес Насредину провозгласили ханом Исхака-уулу, подняв его по традиционному обычаю па белом войлоке как Пулат-хана. Отныне Пулат-хан приобретал законные права властителя судеб в государстве.



9 октября 1875 г. повстанческая армия овладела Кокандом. Насредин, как и его отец Худояр-хан, бежал под защиту туркестанских властей. Царское правитель­ство, исходя из договорных обязательств, вынуждено было ввести на территорию Кокандского ханства свои войска.Эта акция произвела сложное воздействие на психологию многих повстанцев. Еще недавно просившие российского подданства, искавшие помощи у России в борьбе против ханской тирании, они с известным не­доумением следили за продвижением царских отрядов, пришедших на помощь хану. Но в большинстве своем повстанцы отнеслись к факту прихода русских войск сдержанно, не вступая с ними в столкновения. Зато фео­дальная верхушка и духовенство еще более активно стали призывать к «газавату» — священной войне против неверных, организуя вооруженное сопротивление прод­вижению русских военных формирований. В это время Пулат-хан, пытаясь удержать ханскую власть, пошел на поводу феодалов. Вместе со своими сподвижниками — феодалами Абдурахманом Афтобачи и Абдылдабеком, сыном бывшего алайского правителя Алымбека-датхи и его супруги, а также правопреемницы Курманджан-дат-хи, Пулат-хан пытается противостоять наступлению цар­ских войск, но терпит поражение и под Андижаном, и под Асаке. Отойдя с 5 тыс. воинов к Уч-Кургану, Пулат-хан был настигнут отрядом Закомельского — далеко не луч­шего по своим личным качествам офицера русской ар­мии. Закомельский неожиданно напал на лагерь Пулат-хана. Среди повстанческого войска началось смятение, и оно практически прекратило сопротивление. Пулат-хану удалось ускакать с небольшим отрядом на Алай. Пов­станцы, не желавшие покоряться уже русским войскам и боясь репрессий, скрываются бегством в горах. «Военно-научную» экспедицию по усмирению повстанцев возгла­вил полковник М. Д. Скобелев — будущий герой Шипки (принимал участие в освобождении Болгарии от турец­кого ига). В подробных донесениях о военных событиях в Кокандском ханстве с 25 декабря 1875 г. по 7 февраля 1876 г.10 командующий отрядом М. Д. Скобелев признавал, что главным контингентом кокандских повстанче­ских войск являлись кыргызы и кыпчаки. Зимняя экспе­диция, по мнению Скобелева, должна была нанести им такой погром, который бы сделал невозможным «это главное орудие против нашей позиции». Бороться с хоро­шо вооруженными царскими войсками разрозненные от­ряды кыргызских повстанцев не могли, и они бегут в го­ры. Каратели вымещают злобу на отдельных встречных, сжигают покинутые аилы. По следам беженцев-кыргызов шел отряд подполковника Закомельского. Попадалось брошенное имущество, отставшие женщины и дети. Между кишлаками Караянтаком и Капрабатом настигли обоз повстанцев. «Прикрытие его изрублено... Все на­званные кишлаки были сожжены»,— цинично заявляли в рапорте царские каратели, преследуя Пулат-хана, Абдылдабека и других предводителей уже осколков повстанческого движения, еле теплящегося пока лишь на Алае. Пулат-хан надеялся, что алайские кыргызы поддержат его и борьба разгорится с новой силой. Но простой народ, натерпевшийся в свое время самоуправ­ства Пулат-хана, остался равнодушным и отказал ему в поддержке. Отказала в этом ему и алайская родо-феодальная знать. Она понимала, что сопротивляться русской регулярной армии бесполезно, а потому для сохранения своей власти и привилегий лучше было поскорее заключить мир, пожертвовав самозванным ха­ном. Раненый Пулат-хан в ночь с 18 на 19 февраля 1876 г. был вероломно схвачен своим же соратниками-феодалами и выдан царским властям. 1 марта 1876 г. при большом стечении народа в Маргелане по приговору военного суда он был объявлен преступником и как са­мозванец казнен (повешен на площади).

Даже иностранные авторы, оценивая причины послед­него антикокандского восстания и жестокость каратель­ных мер, подчеркивали: «Как и во всех восстаниях позднего периода, вожаки этого выступления на этот раз претендентом на трон выдвинули человека со стороны, не из ханского рода, а кыргыза, который занял место представителя династии. Русские посчитали это бунтом против их правления. Они казнили большинство вожаков его, захваченных в плен, и наложили контрибуцию на население районов, бывших центром сопротивления».

Вся территория Кокандского ханства, за исключением Алая, была уже под контролем русских войск.

Перед царским правительством встали сложные по­литические проблемы. Возникла дилемма: либо сохра­нить ханство, возведя на престол нового правителя, либо ликвидировать его, присоединив территории Коканда к России. В правительственных кругах России понимали, что сохранение ханской власти вызовет новые волны народного возмущения, новые просьбы о принятии в рос­сийское подданство. Поддерживать прогнивший режим ханов и отказывать народу в его искренних желаниях значило подрывать престиж России в глазах трудящих­ся масс Туркестанского края. Военный министр России Д. Л. Милютин и туркестанский генерал-губернатор К. П. Кауфман выступали поэтому за ликвидацию Ко­кандского ханства. Министр иностранных дел России и одновременно глава ее правительства канцлер А. М. Горчаков выступал против такого шага, ссылаясь на то, что он вызовет обострение отношений с Англией, которая более чем ревниво следила за успехами России в Средней Азии. По мнению Горчакова, в ответ на этот шаг России Англия могла инспирировать войну на Ближ­нем Востоке, втянув в конфликт Турцию, недовольную позицией русского правительства в вопросе о Сербии и Черногории. Борьба в правительстве завершилась побе­дой военных, которых поддержал царь Александ II. Д. А. Милютин очень убедительно изложил свое мнение и тот «изъявил согласие на занятие Коканда предстоя­щей весной», т. е. весной 1876 г.

Ликвидация Кокандского ханства прошла без осо­бого труда. М. Д. Скобелев легко овладел Андижаном, Абдуррахман Афтобачи столь же легко сложил перед ним оружие. Насредин-хан бежал. 3 февраля 1876 г. Д. А. Милютин записал в своем дневнике: «Получены довольно важные известия из Коканда: смуты и раздо­ры дошли до крайнего предела, что обе соперничающие партии нашли вынужденным сложить оружие... Де­путации от разных городов просят о принятии ханства в подданство русского царя».

Через несколько дней Д. А. Милютин направил те­леграмму исполняющему обязанности туркестанского генерал-губернатора Г. А. Колпаковскому, в которой приказывал ему «лично ехать в Коканд и объявить народу, что белый царь, снисходя к его просьбе и желая положить конец его бедствиям, принимает его в свое подданство». 7 февраля 1876 г. Г. А. Колпаковский в воз­звании к местному населению объявлял: «Весь коканд-ский народ, как оседлый, так и кочевой, принят в рос­сийское подданство, и земли, им занимаемые, состав­лявшие прежде Кокандское ханство, присоединены к Российской империи»11. А 19 февраля 1876 г. после­довало «высочайшее повеление о присоединении к импе­рии бывшего ханства Кокандского под именем Ферган­ской области». Губернатором новой области был назна­чен «свиты его величества генерал-майор Скобелев», ру­ководивший операциями по ликвидации Кокандского ханства ".

С гибелью основного предводителя повстанцев и за­нятием царскими войсками стратегических пунктов в горах восстание постепенно идет на убыль. Последний этап восстания показал, во-первых, что в сравнении с ре­гулярными войсками силы повстанцев оказались слиш­ком неравными, а, во-вторых, исчезла основная причина, вызывавшая столь длительную, многолетнюю борьбу — гнет Кокандского ханства. Ханство как государство было ликвидировано. Но ему на смену шел новый, коло­ниальный гнет царизма. И трудящиеся пока неосознанно проявляют сопротивление царским войскам, явившимся с первоначальной целью поддержки ханской власти. Оценивая итоги кокандского похода, туркестанские чи­новники сами вынуждены были признать, что пришлось воевать не с ханом, а с народными массами.

В итоге в 1876 г. вся территория Кыргызстана была включена в состав России. Начался новый этан в исто­рии кыргызского народа, завершившийся через 115 лет созданием независимого, суверенного кыргызского госу­дарства.


В. ПЛОСКИХ, доктор исторических наук, профессор


© Аман Газиев, 1995. Все права защищены

© Плоских В.М., 1995. Все права защищены

Произведение публикуется с письменного разрешения В.М.Плоских

1 Нужно сказать, что еще до 1873 г. подданные кокандского хана — и не только кыргызы — не раз обращались к русским с просьбой о помощи. Например, в 1871 г. в г. Верный прибыл некий Ахмед-ходжа с прошением, под которым стояли подписи 50 почетных людей следующих городов и кишлаков: Намангана, Туза, Касана, Чартака и Уварзака. Колпаковский доложил об этом начальству так: «Я объявил Ахмед-ходже, что просьба его не может быть принята, ибо могущественный государь сам не желает увеличивать свое государство за счет владений кокандского хана и повелел главному начальнику своих азиатских провинций сохранить к кокандскому хану мирные отношения до тех пор, пока... хан Худояр и его преемники будут ценить столь неограниченное внимание к себе Великого государя русского».

2 Жеен — племянник по матери, желания которого по народному обычаю неукоснительно исполнялись.

3 АВПР, ф. Главн. Архив. 1-7, 1844—1863, д., л. 36. 196

4 ЦГВИА, ф. 1440, оп. 1, д. 2, л. 59-73. 198.

5 Наливкин В. Краткая история Кокандского ханства. — Ка­зань, 1886. — С. 161.

6 Материалы по истории киргизов и Киргизии. — М., 1973. — Вып. 1. — С. 233.

7 ЦГИА России, ф. 560, оп. 21, д. 335, л. 2.

8 ЦГА Узб. Респ., ф. и. 715, оп. 1, д. 58, л. 362. 206

9 Там же, д. 61, л. 326.

10 ЦГА Узб. Респ., ф. и. 715, оп. 1, д. 67, л. 67—152. 208

11 ЦГИА России, ф. 1291. оп. 82, д. 3, л. 5.


Каталог: uploads
uploads -> Черноземова Е. Н. История английской литературы: Планы. Разработки. Материалы. Задания. 2-е изд., испр
uploads -> Учебное пособие характеризует экзистенциализм в русском информационном пространстве как специфический принципа создания произведения и комплекса идей. Через ответ на этот вопрос делается выход на социальное значение журналистики
uploads -> Ч. А. Тукембаев реинкарнация – ключ к истине
uploads -> Русский хит а – Студио – Fashion Girl
uploads -> Репертуар группы cosa nostra русский хит
uploads -> Современные хиты Зарубежные хиты
uploads -> Испанский язык с любовью Caridad Bravo Adams. Corazón salvaje
uploads -> 100 книг, которые нужно прочесть «Заводной апельсин» Энтони Берджесс


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   14


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница