Авиапромышленность



Скачать 55.42 Mb.
страница118/322
Дата26.02.2016
Размер55.42 Mb.
1   ...   114   115   116   117   118   119   120   121   ...   322


Но наведение порядка с механизмами и вооружением еще не сделало танк ИС-2 тем танком Победы, который с любовью вспоминали ветераны (11135).
В апреле 1944 г. эскизный проект машины, первоначально названной ЭСУ-100, был одобрен к исполнению на пленуме НКТП. Он разрабатывался с середины марта 1944 г. В течение месяца были спроектированы ее основные узлы: бронекорпус, подвеска на торсионных валах с использованием опорных катков Т-34, электротрансмиссия, боевое отделение под 85-мм орудие большой мощности и 100-мм орудие Д-10 (11417)
До апреля 1944 г. Т-34 вооружались 76,2-мм танковой пушкой Ф-34. До появления у противника тяжелых танков Т-VI "Тигр I" и Т-У "Пантера" с мощной броневой защитой пушка Ф-34 надежно решала возложенные на нее задачи (10703). Пушка состояла из ствола, затвора с полуавтоматикой, люльки, противооткатных устройств, спусковых механизмов, гильзоулавливателя, подъемного механизма, стопора крепления пушки по-походному, привода к перископическому прицелу и уравновешивающего груза, надевавшегося на кронштейн гильзоулавливателя. Масса качающейся части пушки была около 1155 кг. Полная длина ствола составляла 41,5 калибра, а длина нарезной части - 33,6 калибра. Наибольшее давление пороховых газов в канале ствола достигало 2314 кгс/см2. Затвор с опускавшимся вниз клином имел полуавтоматику механического копирного типа. Клин затвора был выполнен в виде четырехгранной призмы с углублением (лотком) сверху для направления выстрела при заряжании. В центральном гнезде клина размещался ударный механизм, предназначавшийся для производства выстрела при воздействии на ручной или ножной спусковые механизмы. Ручной спуск пушки был смонтирован на щитке ограждения, привернутом винтами к левой стороне люльки. Спуск ударника происходил при нажатии рукой на лопатку рычага ручного спуска. Ножной спуск пушки располагался на штанге и состоял из педали, троса в гибкой оболочке и стержня с гайкой. При нажатии на левую педаль, трос перемещался вниз и тянул гайку, навинченную на стержень, который в свою очередь воздействовал на спуск ударника. Основанием качающейся части пушки являлась люлька, короб которой представлял собой корыто с полозками на верхней части боковых стенок. В средней части люльки имелись приливы, в которые были запрессованы втулки; во втулках размещались цапфы, которые крепились болтами к щекам башни. Противооткатные устройства состояли из цилиндра гидравлического тормоза отката, заполненного глицериновой жидкостью Стеол в количестве 3,7 л, и цилиндра гидравлического накатника, заполненного также жидкостью Стеол в количестве 3,7 л и воздухом, сжатым до давления 20 кгс/см2. Цилиндры тормоза и накатника были закреплены в обоймах ствола и при выстреле откатывались вместе со стволом. Штоки тормоза и накатника были закреплены в крышке люльки и при откате оставались на месте. Нормальная длина отката 320 - 370 мм, а предельная - 390 мм. При первой модернизации были изменены: затвор и полуавтоматика с копирным устройством; предохранитель для запирания затвора по-походному; спусковые механизмы. В тормозе отката был упразднен компенсатор, из-за чего в нем было увеличено до 5 л количество жидкости Стеол. В ноябре 1941 г. во время второй модернизации пушки Ф-34 в целях упрощения технологии производства вместо ствола со свободной трубой стал изготавливаться ствол-моноблок с казенником, соединявшимся с трубой с помощью муфты. Для стрельбы из 76,2-мм танковой пушки Ф-34 применялись унитарные выстрелы от дивизионных пушек обр. 1902/30 г. и обр. 1939 г. с осколочно-фугасными дальнобойными фанатами (стальной ОФ-350 и сталистого чугуна ОФ-350А) с взрывателем КТМ-1; с фугасной гранатой старого русского образца Ф-354 с взрывателями КТ-3, КТМ-3 или ЗГТ; с бронебойно-трассирующими снарядами БР-350А, БР-350Б, БР-350СП с взрывателем МД-5. Бронебойные снаряды, имевшие массу 6,5 кг и начальную скорость 680 м/с, на дистанции 1000 м пробивали вертикально расположенную 61-мм броневую плиту. Пушка аналогичного калибра в 1941 - 1942 гг. устанавливалась и на тяжелых танках КВ-1 и КВ-1С. Особенностью развития основного оружия тяжелых танков в годы Великой Отечественной войны явился отказ от применения гаубиц на серийных машинах и усиление пушечного вооружения. В июне 1941 г. выпуск тяжелых танков КВ-2, вооруженных 152-мм танковой гаубицей М-10, предназначавшейся для разрушения мощных оборонительных сооружений противника, был прекращен в связи со сложившейся обстановкой на фронте, требовавшей для ведения оборонительных боев и проведения контрударов увеличения производства танков КВ-1 с 76,2-мм пушкой Ф-32 (10703).
В апреле 1944 завод № 183 предоставил на испытания два варианта танка Т-34-85М. Главной целью модернизации было усиление лобовой брони танка с целью доведения ее до уровня немецкого танка «Пантера». При этом толщина лобового листа обоих танков была доведена до 75 мм, толщина люка механика-водителя достигла 100 мм, бронировки курсового пулемета — до 90 мм. Чтобы скомпенсировать неизбежное утяжеление танка, был предпринят ряд специальных мер. Во-первых, толщина броневых листов, наименее подверженных обстрелу (крыша над моторным отделением, днище подкрылков, нижний кормовой лист, задняя часть днища), были изготовлены из броневых листов толщиной 15 мм, в ходовой части использованы облегченные балансиры и опорные катки. Далее, в конструкции четырехступенчатой коробки передач было уменьшено передаточное отношение конической пары шестерен, введены ведущие колеса с уменьшенным диаметром и пятью ведущими роликами вместо шести. В танке второго варианта попытались избавиться от хронического недостатка— расположения топливных баков в боевом отделении. Вместо шести топливных баков, располагавшихся в боевом и моторном отделениях серийного танка Т-34-85, в кормовой части корпуса машины, за коробкой передач были установлены два топливных бака емкостью по 190 л каждый, что вызвало необходимость переконструирования кормовой части танка.

В ходе полигонных испытаний выяснилось, что усиление бронирования лобовой части танка оправданно, но остальные изменения улучшения характеристик машине не дали. Так, применение 15-мм броневого листа для изготовления кормовой части днища танка приводило к возможности поражения МТО танка при подрыве на штатной противотанковой мине.



Танк с указанным усилением бронирования мог быть принят на вооружение только при условии радикальной переработки трансмиссии. Кроме того, испытания указанного танка обстрелом из 88-мм танковой пушки обр. 1943 г. показали, что даже 75-мм лобовая броня Т-34 пробивается из указанной пушки с дистанции около 2000 м, тогда как лоб Т-44 только с дальности 600 м. Таким образом, в условиях ориентации на Т-44 было принято решение не тратить усилия на усиление бронирования корпуса Т-34-85 (11135).
В апреле 1944 испытания Т-44-2 возобновились, однако никаких преимуществ в скорострельности унитарное заряжание не дало. Наоборот, большая масса и размер патрона сильно мешали заряжающему, стесненному ограниченным объемом боевого отделения Т-44. Кроме того, боекомплект из 24 122-мм выстрелов был совершенно недостаточным для среднего танка и задач, которые перед ним ставились. Кроме того, Д-24-44Т имела меньшую массу откатных частей и уменьшенную на 2-4% мощность выстрела (3862).
В апреле 1944 г. в КБ завода № 100 под руководством Ж.Я. Котина была создана самоходная установка ИСУ-122С (ИСУ-122-2) ("Объект 249") и представляла собой модернизированный вариант самоходной установки ИСУ-122. В июне того же года установка прошла ходовые и артиллерийские испытания на Гороховецком АНИОПе. На вооружение была принята 22 августа 1944 г. Серийное производство началось в августе 1944 г. на ЧКЗ. С августа 1944 г. до сентября 1945 г. был организован параллельный выпуск ИСУ-122 с пушкой А-19 и модернизированной ИСУ-122С с пушкой Д-25С, так как производство ИСУ-122С не было полностью обеспечено поставкой 122-мм пушек Д-25С. До 1 июня 1945 г. было выпущено 475 самоходных установок ИСУ-122С, которые использовались в боях в завершающем периоде Великой Отечественной войны. Всего за время серийного производства было изготовлено 675 машин (10703).
В апреле 1944 г. в КБ завода № 100 под руководством Я. Котина в инициативном порядке была разработана самоходная установка ИСУ-152БМ (ИСУ-152-1) ("Объект 246"). Изготовленный опытный образец установки в июле того же года прошел ходовые и артиллерийские испытания на ленинградском АНИОПе, в ходе которых были выявле-аы крупные недостатки в конструкции пушки. На вооружение машина не принималась и в серийном производстве не состояла. Инициатором этой работы выступило ОКБ-172 НКВ под руководством И.И. Иванова, предложившее разместить в установке ИСУ-152 разработанную у них 152,4-мм пушку БЛ-7, имевшую баллистику 152,4-мм пушки Бр-2. Модификация пушки для монтажа в самоходную установку получила наименование БЛ-8, а сама машина - индекс "Объект 246" (10703).
В апреле 1944 Уралмашзавод получил распоряжение о немедленной подготовке к серийному производству Су-100 (4406).
В апреле 1944 г. бронетанковое управление 4-й гв. танковой армии уже настойчиво просило вышестоящие организации отыскать хотя бы 20 СУ-122, так как СУ-85 были непригодны для борьбы с укрепленными пулеметными точками (4017).
С апреля 1944 г. началось и продолжалось до сентября 1945 г. серийное производство машины ИСУ-122 на ЧКЗ. До 1 июня 1945 г. завод выпустил 1435 самоходных установок ИСУ-122, которые широко использовались в боях на завершающем этапе Великой Отечественной войны. Всего за время серийного производства было выпущено 1735 машин. Самоходная установка ИСУ-122 относилась к типу полностью бронированных самоходных установок с передним расположением броневой рубки. Она была выполнена на базе самоходной установки ИСУ-152 путем замены гаубицы-пушки МЛ-20С обр. 1937/43 гг. на 122-мм полевую пушку А-19 обр. 1931/37 гг. (устанавливалась до мая 1944 г.) (10703).
В апреле 1944 года в КБ завода № 100, по инициативе ОКБ-172, предложившего разместить в установке СУ-152 разработанную у них 152-мм пушку БЛ-7, имевшую баллистику пушки Бр-2 была создана самоходная установка ИСУ-152-1 (ИСУ-152БМ). Модификация пушки для монтажа в САУ получила индекс БЛ-8 (ОБМ-43). Она имела поршневой затвор, дульный тормоз оригинальной конструкции и систему продувки канала ствола сжатым воздухом из баллонов. Углы вертикального наведения составляли от -3°10'до+17°45', горизонтального — в секторе 8°30' (вправо — 6°30', влево — 2°). Высота линии огня — 1655 мм. При стрельбе использовались телескопический прицел СТ-10 и панорама Герца. Дальность стрельбы равнялась 18 500 м. Приводы наведения остались неизменными, по сравнению с установкой ИСУ-122. Боекомплект включал 21 выстрел раздельно-гильзового заряжания. Начальная скорость бронебойного снаряда достигала 850 м/с. В связи с монтажом новой пушки конструкцию броневой маски орудия несколько изменили.

При проведении испытаний пушки БЛ-8 были выявлены «неудовлетворительные показатели по действию снарядов», ненадежность работы дульного тормоза и поршневого затвора, а также плохие условия работы расчета. Большой вылет ствола (общая длина установки составляла 12,05 м) ограничивал маневренность машины. По результатам испытаний БЛ-8 заменили пушкой БЛ-10 с клиновым полуавтоматическим затвором.

В декабре 1944 года самоходная установка ИСУ-152-2 с пушкой БЛ-10 проходила испытания на Ленинградском АНИОПе. Она их не выдержала из-за неудовлетворительной живучести ствола пушки и малого угла горизонтального наведения. Пушку отправили на доработку на завод № 172, однако до окончания войны ее доводка не была завершена (11638).
В апреле 1944 г. в Мытищах был изготовлен новый опытный образец самоходной зенитной установки, отличавшийся от исходного сниженной массой, измененной конструкцией орудийной башни, а также карбюраторным двигателем ЗИС-80МФ (ЗИС-МФ) мощностью 99 л.с. Несмотря на то, что масса САУ снизилась почти на 1,2 тонны, мощности двигателя с имеющейся КПП оказалось недостаточно для проявления необходимой подвижности и проходимости. Поэтому испытания, проведенные в июле месяце, были признаны неудавшимися и КБ вернулось к силовой установке СУ-76 — сдвоенному моторному агрегату типа ГАЗ-203, который к началу 1945 г. был форсирован до 160 л.с. Прочие отличия, введенные в конструкции второго опытного образца, были в целом сохранены в третьем, так как в основном отвечали поставленной цели.

После инспекции группы зенитного вооружения танков третий образец в октябре поступил на испытания сначала в НИБТполигон, затем на Научно-испытательный зенитный полигон и по их завершении, в ноябре 1944 г. был рекомендован для принятия на вооружение с минимальным перечнем требуемых доработок (11417).


В апреле 1944 года в НИИБТ прошли испытания БА-64Д, вооруженной пулеметом СГ-34 Горюнова, которые оказались неудачными. Отсутствие плечевого упора у СГ-43 делало стрельбу в движении крайне малоэффективной. Стрельба с места также не обладала большой меткостью. Было отмечено неудобство зарядки ленты в пулемет. По результатам испытаний, новая модернизация БА-64 не была рекомендована к принятию на вооружение и дальнейшие работы были прекращены (3862).
В апреле 1944 года опытный образец бронеавтомобиля БА-64Б с 7,62-мм пулеметом СГ-43 прошел испытания на НИ ВТ полигоне. На вооружение не принимался и и серийном производстве не состоял (10703).
В апреле 1944 года на Кольском перешейке началась боевая деятельность двухорудийной батареи №343 на полевом транспортере береговой артиллерии - ПТБАРах. Во время наступления наших войск на Выборг батарея следовала за наступающими частями, вела огонь по наземным целям в интересах сухопутных войск, а также обеспечивала действия кораблей в прибрежном районе Выборгского залива. 130-мм пушка Б-13 на ПТБАР была "суррогатным" орудием военного времени. Она не имела приборов управления стрельбой, транспортеры не обеспечивали достаточной устойчивости приведении огня. Это вызывало большой расход снарядов. На крутых подъемах и спусках одну установку волокли 23 трактора ЧТЗ. Великая Отечественная война еще раз показала, что береговой обороне требуются специальные подвижные установки (3861).
С апреля 1944 года после освобождения города Николаева начал восстанавливаться Завод “Дормашина”2 Главного управления Наркомата минометного вооружения, Николаев (6841).
В апреле 1944 г. ВМФ выдал новые задания на проектирование бронекатера. Для большого бронекатера, проект которого получил номер 190, заданием оговаривалось водоизмещение не более 75 т, скорость 17,5 уз, дальность плавания 600 км при 10-узловой скорости. По малому бронекатеру (пр. 191) требовалось уложиться в водоизмещение 40 т, иметь скорость 15 уз и дальность плавания 300 км. Требования по вооружению оставались прежними, однако на малом катере допускалась установка только одной пулеметной башни (3898).
В апреле 1944 в Ленинграде велась достройка 3 ПЛ, строилось 11 БМО, заложены 2 БМО; проводился аварийно-боевой ремонт на 6 БМО и ПЛ М-102. Закончен ремонт 10 ТК типа Д-3, 30 кате-ров типа КМ-4, 20 катеров типа КМ-5, 2 МО, кроме того, 6 МО переоборудовались в дымзавесчики. Начата установка двух РЛС на крейсере "Максим Горький". Ждановцы вели достройку 8 стотонников (10671).
Армия:
По данным по апрель 1944 г. с декабря 1942 г. анализ боевых повреждений Ил-2 из состава 1, 2 и 3-го шак, 211, 230 и 335-й шад, а также 6-го гшап, показывает, что: 27% всех повреждений Ил-2 приходилось на консоли и центроплан (обшивка, нервюры, лонжероны), 25% - на хвостовое оперение и управление рулями, 20% - на фюзеляж (обшивка, стрингера, шпангоуты), 10% - на элементы конструкции шасси (пирамида, подкосы, цилиндры выпуска), 8% повреждений составляли пробоины лопастей и цилиндра перестановки шага винта, 4% повреждений - на мотор и капоты, 3% - на радиаторы, 3% - на кабину и задний бензобак.

Около 10% поврежденных самолетов Ил-2 отправлялись в ремонтные органы или списывались ввиду невозможности ремонта. Остальные 90% восстанавливались силами техсостава и полевых авиаремонтных мастерских.

При этом боевые повреждения составили 22,2% от общего количества самолето-вылетов, то есть примерно в каждом четвертом- пятом вылете Ил-2 получал повреждение.

Установлено, что 6% повреждений приводили к вынужденным посадкам на своей территории или аварии и поломке при посадке на свой аэродром после возвращения с боевого задания. Как правило, это пулевые, снарядные и осколочные повреждения мас- лорадиатора, мотора, водосистемы, пневма- тиков колес, системы шасси, бензобаков, тяг и тросов системы управления. Остальные 94% боевых повреждений Ил-2 приводили к благополучной посадке на свой аэродром. В этих случаях самолеты ремонтировались в полевых условиях.

Из общего количества вынужденных посадок на своей территории, только 6% посадок были связаны с ранением летчика или нарушением работы мотора.

Наиболее частые серьезные повреждения Ил-2 от атак истребителей приходятся на задний верхний бензобак, расширительный бачок, лопасти винта, кабину пилота и воздушного стрелка, а от огня зенитной артиллерии - на маслорадиатор, задний верхний и нижний бензобаки, кабину воздушного стрелка, шасси, органы управления самолета, картер и блоки мотора (12020).


По апрель 1944 г. за период с декабря 1942 г. средний налет Ил-2, приходящийся на одну боевую безвозвратную потерю штурмовика, в дивизиях 1-го штурмового авиакорпуса составил 106 самолето-вылетов. Если учесть вместе возвратные (севшие на вынужденные посадки и возвращенные в строй) и безвозвратные потери (все списанные самолеты), то средний налет понижается до 40-45 самолето-вылетов на одну потерю Ил-2.

Естественно, в периоды некоторых операций потери штурмовиков и экипажей, отнесенные к налету, могли превышать указанные выше цифры.

Важно учитывать, что в ВВС КА в оперативных сводках, донесениях и отчетах обычно указывались как возвратные, так и безвозвратные потери, отнесенные к выбранному периоду. Тогда как часть самолетов, севших на вынужденные посадки, через какое-то время восстанавливались и возвращались в строй (12020).
В апреле 1944 на БФ началась подготовка Ил-2 топмачтовиков в 6 шад и в Финском заливе сделали специальный полигон с мишенью шириной 50 м и высотой 1 м. Каждый экипаж сделал 50 заходов на прицеливание и 5-7 со сбросом бомб без взрывателей (1085,181).
В апреле 1944 г., перед штурмом Севастопольского УР 8-я ВА из 1023 боевых самолетов всех типов насчитывала 261 Ил-2. что составляло 24.6%. В Выборгской операции, в июне этого же года, группировка штурмовой авиации 13-и ВА и ВВС КБФ составила уже 35,7% (298 Ил-2) (от обшей численности авиационных сил, сосредоточенных для удара). Наивысших значений этот коэффициент достиг в 1-й и 2-й Восточно-Прусских операциях - 38,8%, 36.4%, соответственно. Для обеспечения прорыва немецкой обороны в этих операциях выделялось свыше 500 Ил-2.

Однако несмотря на почти 3-5 кратное увеличение численности группировок Ил-2. задействованных в наступательных операциях 1943-45 гг., выделяемый ресурс на день операции по сравнению с первым периодом войны увеличился всего в 1.5-2 раза и составил 2-3 самолето-вылета на каждый исправный штурмовик.

Это объясняется, прежде всего, тем, что коэффициент использования штурмовой авиации на фронте (отношение количества дней, когда летчики выполняли боевые вылеты, к общему количеству дней их пребывания на фронте) в среднем остался примерно на том же уровне, что и в первый период войны и равнялся 30-35%. То есть, что летчики-ШТУРМОВИКИ в среднем "были на войне" один из трех дней своего пребывания на фронте. И только в четырех операциях штурмовики летали в два раза чаще: в оборонительной операции под Курском, а также в Орловской, Белгородско-Харьковской и Берлинской наступательных операциях коэффициент загрузки штурмовых авиаполков составлял 60-63%.

Плотность Ил-2 в наступательных операциях 1943-45 гг. была увеличена в 6-7 раз по сравнению с таковой в первый период войны и в среднем равнялась 32-35 самолетам на 1 км фронта (8687).


Апрельским 1944 года постановлением ГКО предписывалось перевооружить шесть авиадивизий на истребители Як-9Т и одну - на Як-9К. Но в массовое производство самолет не пошел из-за недостаточной надежности 45-мм орудия, хотя промышленность сдала заказчику 53 машины, большая часть из которых проходила войсковые испытания в 274-м иап 278-й иад и в 812-м иап 65-й иад (12046).
В апреле 1944 года на ЧМФ 36-й полк минировал Дунайское устье, подходы к Констанце и Сулину (3457,109).
В апреле 1944 года полк 112-й (впоследствии 26-й гвардейский) ночных охотников-блокировщиков дальнего действия, входившие в корпуса АДД, на Бостонах A-20G участвовал в налете на Констанцу: его самолеты атаковали близлежащие румынские аэродромы и подавляли средства ПВО. В распоряжении летчиков 112-го полка были не только пушки и пулеметы, по и реактивные снаряды PC-82, подвешенные под крыльями. Чаще всего их выпускали по самолетам на стоянках, но в том же апреле 1944 года ими штурмовали по ночам немецкие суда, вывозившие войска из Севастополя. В 48-м гвардейском дальнеразведывательном полку PC-82 использовали не только для нападения, но и для обороны. В придачу к подвеске под крыльями там монтировали две пусковые балки под задней частью фюзеляжа. Ракеты с них выпускались назад, поражая противника в "мертвой зоне" за хвостом (3457,110).
В апреле 1944 года смесью Б-3 н А-20С вооружили еще один полк, 13-й бомбардировочный (3457,106).
В апреле 1944 г. 332-й ал ДЦ начал формироваться в составе 3-й гвардейской авиадивизии ДД. Основные руководящие кадры были взяты из 10-го и 20-го гв. ап ДЦ, а командиром части стал гвардии подполковник А.П.Митянин (3322,48).
В апреле 1944 г. началось формирование 328-го ап ДД на Ер-2 на аэродроме Попельня (Киевская обл.) в составе 7-й гвардейской авиадивизии ДД (3-й гв. ак ДД). Командный состав полка был взят из 9-го и 21-го ап ДД (командиры эскадрилий и выше), остальной личный состав - из школ и училищ АДД. Командиром полка назначили гвардии майора И.М.Табибишева, но 27 июля в одном из тренировочных полетов в Астафьево он погиб в авиакатастрофе. Его место занял гвардии майор Г.Е.Подоба. В августе 1944 г. полк перебазировался в Белую Церковь (3322,47).
В апреле 1944 г. руководящий состав инженерно-технической службы вновь сформированных полков Ер-2 проходил сборы при заводе N 500 в Тушино, где изучал конструкцию и правила эксплуатации дизелей. На сборы привлекались заместители командиров полков по ИАС и инженеры эскадрилий (3322,46).
В апреле 1944 г. при управлении 1-го гвардейского авиакорпуса ДД началось формирование 326-го авиаполка ДД на самолетах Ер-2. По штату N 015/419 каждый полк должен был иметь 208 офицеров, 233 сержанта и старшины, 32 самолета Ер-2 и один У-2. Командиром 326-го полка назначили бывшего заместителя командира 17 гв. ап ДД подполковника П.П.Маркова. Комплектование производилось преимущественно за счет 1-й и 6-й гвардейских авиадивизий ДД. Правые летчики поступали из школ АДД, младший техсостав - из Челябинского военного авиационного училища, 27-й заб и Ижевской авиашколы (3322,46).
В апреле 1944 г. из трех первых переданных в АДД машин Ер-2 М-30Б две получил НИИ ВВС, а третью оставили в 73-й вад для подготовки и переучивания ее летчиков на новую матчасть. 73-я вспомогательная авиадивизия - вад, специально была развернута в составе АДД для перегонки самолетов по сибирской трассе (3322,43).
В апреле 1944 г. П-5 младшего лейтенанта Новоселова трижды за одну ночь попадал под огонь истребителей. Пули и снаряды перебили лонжероны фюзеляжа и один из лонжеронов нижней плоскости. Но самолет сел у партизан. На другой машине на место доставили техника Седунина, который за два дня более-менее привел биплан в порядок. Новоселов полетел обратно, но над линией фронта рядом разорвался зенитный снаряд. Это оказалось чересчур даже для живучего П-5. При вынужденной посадке он был разбит и списан. Но экипаж остался жив и продолжал воевать (12034).
В апреле 1944 г. Последний полёт на планёре к партизанам Белоруссии в район Ушачи совершил А. Синицын. На этом боевые планёрные операции в Великой Отечественной войне закончились (12266).
В апреле 1944 года в ходе боёв на Правобережной Украине танк ИС-2 получил боевое крещение. После того, как поршневой затвор А-19 был заменён на клиновый полуавтоматический, пушка стала называться Д-25Т (опытный образец изготовлен и испытан в январе 1944 года). Скорострельность пушки с новым затвором была значительно выше, но экипаж не мог пользоваться новыми техническими возможностями в полной мере. При высоких темпах стрельбы система вентиляции танка переставала справляться со своими обязанностями, и воздух в боевом отделении слишком сильно загрязнялся пороховыми газами.

Окончательно формирование облика танка ИС завершилось после изменения формы лобового листа корпуса. Дело в том, что лобовой лист корпуса первых ИСов был ломаной формы, которая была традиционной скорее для немецкого, чем для советского танкостроения. Такая форма создавала удобные условия для работы механика-водителя, но ослабляла защищённость танка. Поэтому в 1944 году танкостроители перешли к «спрямлённому носу», что к тому же облегчило производство корпуса.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   114   115   116   117   118   119   120   121   ...   322


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница