Александр Ильич Яковлев Религиозное сознание



страница7/16
Дата10.07.2016
Размер3.98 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   16
205.

Современные деятели религии стремятся приблизить теорию креационизма к теории самозарождения жизни. Священник Михаил Дудко, секретарь по взаимодействию церкви и общества Московской Патриархии на вопрос журналиста журнала «Новый век»: «А каким образом происходило творение? Создавались ли те или иные виды живых организмов сразу, либо все-таки имела место эволюция?», - отвечает, прибегая к научной терминологии и фактам науки: «Бог давал творческие импульсы. К примеру, в Библии говорится: «И сказал Бог: да будет… И стало так». Это и есть некие творческие импульсы, за которыми следовали почти мгновенные, в масштабах геологических эпох, изменения. Раскопки палеонтологов подтверждают, что эволюция в какие-то моменты вдруг необычайно ускорялась: в довольно короткий промежуток времени появлялась масса новых видов, а потом их сменяли периоды относительной стабильности»206.

Доктор биологических наук, кандидат химических и философских наук С. Зенин связывает зарождение жизни напрямую с «программой жизни»: «Передача информации идет от ячейки к ячейке, поэтому в каждой точке пространства присутствует информация обо всех явлениях и процессах, происходящих в мире, в том числе и информация о жизни, иначе говоря «программа жизни»207. Это же мнение высказывал и известный российский психолог профессор Пушкин, который считал, что жизнь была занесена на землю не в виде молекулярных структур, а в виде информации, подтолкнувшей эволюцию земного вещества. Для того, чтобы возникла жизнь, нужны не только энергия и вещество, но и организация – программа, утверждал Пушкин. Вещество и энергию для жизни на земле в свое время в изобилии поставляли вулканы, но не хватало программы – организации. Ее-то на определенном этапе предбиологической эволюции и внесло вечное информационное поле Вселенной»208

Под энергией понимается способность тел, частиц (в том числе – микрочастиц) воздействовать друг на друга. Энергия обозначает активное состояние предмета или частицы. Их взаимодействие вызывает переход тела из одного состояния в другое, из одной вида в другой, порождает новые формы материи, в том числе искусственные («вторую материю»). Энергия играет решающую роль в движении, переносе информации. Именно благодаря движению энергии люди разговаривают друг с другом, видят один другого, ощущают запахи, испытывают друг к другу симпатию или антипатию, стимулируется рост растений, животных, убиваются болезнетворные микробы, вырабатываются античастицы и т.д. Сгустки энергии, вырывающиеся из недр Солнца во время его активности, регулярно, согласно расчетам А. Л. Чижевского, через 11,5 лет, порождают на Земле природные и социальные катаклизмы огромных размеров. Можно с уверенностью говорить, что без энергии ни информация, ни ее движение, ни сама жизнь невозможны. Интенсивность взаимодействия предметов, частиц, химических элементов содействует ускорению (замедлению) передачи информации, ее превращению из одного вида в другой (к примеру, цифровой - в звуковую, членораздельную речь; изобретены мобильные телефоны, способные переводить цифровую информацию на любой язык мира и т.д.). Химические, физические, биологические и др. реакции, с одной стороны, вызывают движения различных видов материи, обеспечивающих жизнь на Земле, а, с другой, - угрожают ее существованию.



Исследованию роли энергии в организации связи тел вселенной и повседневной жизни на земле посвятил ни одну страницу священник П.А. Флоренский. По его данным, слово обладает звуковой энергией, равной тяжести в 50 гр., опускающейся на 1 метр по вертикали и развивающую энергию, достаточную для произведения звука обычным голосом в течение десяти тысяч лет без перерыва209. По его мнению, « звуковая энергия… есть звук чрезвычайно выработанный, звуковая энергия, весьма тонко организованная, имеющая определенное и высокодифференцированное строение»210.

Познание, убежден Флоренский, происходит тогда, когда энергия познающего соединяется, объединяется с энергией познаваемого. «В акте познания нельзя рассечь субъект познания от его объекта: познание есть и тот и другой сразу; точнее сказать, оно есть именно познание субъектом объекта, - такое единство, в котором только отвлеченно может быть различаем тот и другой, но вместе с тем, этим объединением объект не уничтожается в субъекте, как последний в свой черед – не растворяется во внешнем ему предмете познания. И соединяясь, они не поглощают один другого, хотя храня самостоятельность, не остаются и разделенными»211 (стиль, синтаксис П.А. Флоренского – А.Я.). В бытиях (выражение Флоренского – А.Я.) он выделяет внутреннюю и внешнюю стороны. Но они существуют нераздельно, а в единстве. Флоренский пытается раскрыть и механизм объединения этих сторон в нечто единое целое. Этим объединяющим механизмом он считает энергию, перетекающую от объекта к субъекту познания и от субъекта к объекту: «…бытия могут, оставаясь по сущности своей неслиянными, не сводимыми друг на друга, не растворимыми, - могут быть и подлинно объединены между собою своими энергиями: тогда это объединение может быть мыслимо не как приложение деятельности к деятельности, не как механический толчок одним бытием другого, а в виде взаимопрорастания энергий, со-действия их, … в котором нет уже врозь ни той, ни другой энергии, а есть нечто н о в о е . Взаимоотношение бытий мыслится тогда не механически, а органически, или, еще глубже, онтологически: это познавательный брак, от которого рождается третье, ребенок, и ребенок этот, причастный бытию и материнскому и отцовскому. Есть, однако, большее, нежели сколько имели бытийственной энергии самораскрытия оба родителя – в сумме»212.

Слияние энергий объективно необходимо, доказывает Флоренский. Если энергия одного бытия не слилось с энергией другого, то бытие остается не познанным: «бытие остается не открытым, не-явленным и, следовательно, непознанным». Если потоки энергий духовного и материального бытия не встречаются друг с другом, не воспринимаются друг другом, то они остаются не воспринятыми, идут мимо друг друга, и процесс познания оказывается невозможным»213. А дальше он подтверждает свой вывод чисто физическим (но вполне однотипным, по сути, с познанием) примером. «Так, электромагнитные волны минуют ненастроенный на них проводящий контур, и электромагнитного взаимодействия связи с некоторой другой колеблющейся цепью не осуществляется, чтобы связь установилась, контур должен проявить деятельность отклика и поглощения падающей энергии. И тогда эта деятельность уже не будет только е г о деятельностью, потому что колебаний резонанса не отделить от колебаний, возбуждающих резонанс: резонанс есть уже не деятельность той или другой цепи, а со-деятельность цепей. В резонаторе колеблется не е г о только энергия, и не энергия только вибратора, с и н е р г и я того и другого, и наличием этой последней две цепи, хотя и разделенные пространственно, делаются о д н о ю»214(стиль, синтаксис, разрядка Флоренского – А.Я.).

Столь многочисленное и объемное цитирование рассуждений священника Флоренского объясняется тем, что он в данном случае выступал не как богослов, а как естествоиспытатель, анализировавший роль энергии в объединении «бытий», в процессе познания. Думается, что суждения выдающегося мыслителя в священнической рясе, являются одними из наиболее наглядными и убедительными из всех имеющихся суждений по этим вопросам. Они важны не только для философов, но и для исследователей в области естествознания.

Вещество – это не конкретное природное или искусственное вещество, это то, из чего состоит любая материя – от микрочастицы до звезды – и способна воспроизводить и переносить информацию или энергию. Без вещества ни информации, ни энергия невозможны. Категории «информация», «энергия», «вещество» стали фундаментальными категориями современной картины мира, равно как «бытие», «материя», «пространство», «время», «необходимость», «случайность» и т.п.

Проникновение в микромир, открытие биополей организмов и органов позволяют приступить к раскрытию самой сокровенной тайны природы – души человека и постепенно стирать грань между материальным и идеальным. Мышление все больше приобретает очертания движения мельчайших микрочастиц, разнозаряженных или нейтральных, воспринимающих, перерабатывающих и испускающих с определенной энергией информацию. Эта энергия вызывает в мозгу биохимические реакции, меняя структурно-функциональное назначение миллиардов клеток мозга, благодаря чему и происходит восприятие людьми энергетических импульсов, информационных сигналов, трансформирующихся в образы, смысловые речевые сигналы и т.п. Движение микрочастиц, проникновение их друг в друга, возникающие между ними биохимические реакции и образует то, что мы называем мышлением или душой. Идеальное, таким образом, все больше приобретает свойства материального, грань между ними стирается и, видимо, недалек тот день, когда она вовсе исчезнет.



В двадцатых годах прошедшего века священник П.А. Флоренский в письме к академику В.И. Вернадскому в весьма робкой форме высказал предположение о существовании на биосфере или в биосфере особой, духовной пневматосферы. Чтобы понять, как рождаются великие идеи и открытия, стоит привести письмо П.А. Флоренского В.И. Вернадскому, по возможности, с большей полнотой. Флоренский находился в ссылке в Соловках. Вернадский поддерживал его, вел с ним переписку215. В начале письма священник пишет академику: «Мне давно хотелось выразить Вам свою радость по поводу Ваших последних геохимических работ, и в особенности – по поводу концепции биосферы… Если в настоящий момент промышленность есть электрохозяйство и отчасти теплохозяйство, но вовсе не механохозяйство, а физика есть электрофизика, то присматривающемуся к ходу развития промышленности не может не быть очевидным, что промышленность будущего и, может быть, близкого будущего станет биопромышленностью, что за электротехникой, почти сменившей паротехнику, идет биотехника и что, в соответствии с этим, химия и физика будут перестроены как биохимия и биофизика. Ваш биосферический лозунг должен повести к эмпирическим поискам каких-то биоформ и биотношений в недрах самой материи… У платоника Ксенофанта говорится, что душа (т.е. жизнь) различает вещи между собою тем, что налагает на каждую из них форму и отпечаток. Епископ Емесский Немезий указывает, что при разрушении тела его «качества» – не погибают, а изменяются». Григорий Нисский развивает теорию сфрагидации – наложения душою знаков на вещество. Согласно этой теории, индивидуальный тип… человека, подобно печати и ее оттиску, наложен на душу и на тело, так что элементы тела хотя бы были и рассеяны, вновь могут быть узнаны по совпадению их оттиска… и печати, принадлежащей душе. Таким образом, духовная сила всегда остается в частицах тела, ею оформленного, где бы и как бы они ни были рассеяны и смешаны с другим веществом. Следовательно, вещество, участвовавшее в процессе жизни, и притом жизни индивидуальной, навеки остается в этом круговороте, хотя бы концентрация жизненного процесса в данный момент и была чрезвычайно малой. Упоминаю здесь об этих воззрениях только как сообщение, может быть, Вам небезынтересное. С своей же стороны хочу высказать мысль, нуждающуюся в конкретном обосновании и представляющую скорее эвристическое начало. Это именно мысль о существовании в биосфере или, может быть, на биосфере того, что можно было бы назвать пневматосферой, т.е. о существовании особой части вещества, вовлеченной в круговорот культуры, или, точнее, круговорот духа. Несводимость этого круговорота к общему круговороту жизни едва ли может подлежать сомнению. Но есть много данных, правда еще недостаточно оформленных, намекающих на особую стойкость вещественных образований, проработанных духом, например предметов искусства. Это заставляет подозревать о существовании и соответственной особой сферы вещества в космосе. В настоящее время еще преждевременно говорить о пневматосфере как предмете научного изучения; может быть, подобный вопрос не следовало бы и закреплять письменно. Однако невозможность личной беседы побудила меня высказать эту мысль в письме (стиль, синтаксис П.А. Флоренского – А.Я.) П. Флоренский 1929. 1Х. 21»216.

По всей вероятности, Флоренский был знаком с трудами по генетике. Возможно, именно о генных «отпечатках» души он пишет в письме к Вернадскому. Так это или нет, но сегодня генная аналитика позволяет устанавливать идентичность останков различных лиц на основе сравнения с генетическими данными или живых людей, или тех мертвых, родственность которых не вызывает сомнения с теми людьми, останки которых исследуются.

Относительно пневматосферы Флоренский говорит очень робко, с многочисленными оговорками, как об особом веществе в космосе, включенном в общий круговорот культуры или духа. Надо напомнить, что В.И. Вернадский, выдвинув концепцию ноосферы, имел ввиду не только какой-то специальный слой разума. Под ноосферой он понимал, прежде всего, результаты геологической эволюции человечества, основными этапами которой были: земляные породы, биологическая сфера в виде растительного и животного мира, разумный человек, изобретший и построивший тысячи заводов, фабрик, шахт, электростанций, проникший в тайны своего организма, открывший мельчайшие частицы, пронизывающие всю природу, ближний и дальний космос, изобретший электричество, телефонную и радиосвязь. Это и есть ноосфера. Если понимать под пневматосферой результаты духовной деятельности человека на протяжении многих тысячелетий, то можно с полной уверенностью сказать: да! пневматосфера человеком создана! Не только космос, уже отдаленные уголки вселенной заполнены человеческой речью, эмоциями, песнями, деловыми разговорами, командами, шутками, анекдотами, стихами, восхищением силой человеческого разума, человеческой души. Если в 1929 году, когда Флоренский впервые произнес слово «пневматосфера», человечество простирало свою мысль не дальше стратосферы, проводная связь позволяла ограниченно осуществлять телефонную, телеграфную, радиосвязь с различными концами земли, отдельные люди, наделенные сверхчувствительностью, могли это делать без всяких проводов, путем «провидения», «предвидения», «сновидений» и прочей «чертовщины», как оценивали эти способности воинственные атеисты, – то сегодня, благодаря изобретению сотовой связи любой человек в состоянии в течение нескольких секунд связаться с любым человеком, на каком бы конце земли, или в каком бы отдаленном конце космоса он ни находился. Это становится возможным благодаря мощному генераторному импульсу, «скручивающему» находящиеся в хаотическом состоянии микрочастицы в «электрические провода», по которым и передаются человеческая речь, цифровая информация, другие закодированные сигналы. Пневматосфера, понимаемая как овладение человеком энергетикой вселенной, - создана, существует, работает, принося человечеству массу благ, облагораживая его жизнь, поднимая культуру, цивилизацию людей поистине на недосягаемую высоту.

Новая картина мира позволяет предсказывать и с большой долей уверенности будущее человечество. Американские ученые ведут успешные исследования по извлечению из стеблей, листьев, початков кукурузы нефти. Благодаря синтезированию различных веществ люди научились производить материалы, превосходящие по своим качествам многие естественные. Благодаря исследованиям последствий возможной атомной войны, проведенным русским академиком Н.Н. Моисеевым, сокращаются арсеналы смертоносного оружия, прилагаются усилия по недопущению расползания атомного оружия по земле. Но высказывается много других тревожных проектов будущего (тепловая смерть планеты, ее гибель от перенаселенности, химическое отравление почвы, вод, растений в результате неразумной деятельности человека, очередной «потоп» в результате таяния ледников, или наоборот - замерзание значительной части планеты вследствие очередного «оледенения», истощение земных недр т.д.). Эти тревоги имеют под собой веские основания. А выход один – разумное, гуманное регулирование всех этих опасностей и угроз.

Новая картина мира имеет не только теоретическое, но и огромное прикладное значение. Уже ясно, что многие производственные операции в различных отраслях народного хозяйства осуществляются с помощью информационных программ; многие управленческие решения в масштабах страны, отрасли, регионов, отдельных предприятий также принимаются на основе рекомендаций, полученных с помощью электронных аппаратов. Генная инженерия помогает выводить новые сорта сельскохозяйственных растений, животных, организовывать их содержание и уход за ними, бороться с вредителями. Изобретатели, конструкторы, используя микрочастицы, в частности, нанотрубки, создали сверхтонкие продуктопроводы, сечение которых составляет всего 10-9 м. Голография в союзе с компьютерной графикой способна создавать объемные изображения интересующих человека предметов и находить их оптимальные формы. Клонирование открывает безграничные возможности по выращиванию нужных органов человека. Энергия становится непосредственным средством решения самых сложных задач практически во всех областях народного хозяйства - от пайки сосудов сердца, лечения крови, резки металлов, гранения алмазов, полной переработки сырья до прощупывания поверхности удаленной на сотни миллионов километров планеты и т.д. В практическую повестку дня поставлена разработка информационных технологий на квантовой основе. Японские и американские специалисты, занимающиеся этой проблемой, уверены, что через 18-20 лет квантовая механика заработает в полной мере, а, спустя еще несколько десятков лет, основу компьютеров составит квантовая механика.

Что касается картины мира в социальной сфере, то на сегодняшний день она представляет собой поиск соединения противоречивых интересов различных стран, народов, религий, культур. По инерции действуют силовые методы решения проблем (особенно этим страдают так называемые «цивилизованные» страны: США, Великобритания, Италия, Германия, Япония и др., - значительно обогнавшие остальной мир в научно-техническом отношении и пытающиеся использовать это свое преимущество в своекорыстных целях). Но история не однажды показывала, что это гибельный путь для насильников. Руководителям этих стран следовало обратить на такую набирающую силу тенденцию, как массовое переселение на их территории граждан тех стран, против которых они развязывают войны. Люди ищут не только работу, но и организовываются в террористические ячейки, которые, срастаясь, уже сплетаются во всемирную террористическую сеть. Демографические тенденции в развитых странах складываются не в их пользу. Видимо, надо остановить инерцию силового решения проблем и принять на вооружение более цивилизованные формы. Человечество давно выработало эффективные методы преодоления возникающих конфликтов: прежде всего, это экономические методы. Лучше перенести высокотехнологичные производства в развивающиеся страны, открыть там новые рабочие места, дать населению необходимый минимум образования, научить работать с новым оборудованием, наполнить их рынок товарами, облагородить их быт, тем самым поднять уровень культуры и взаимопонимания. Этот путь намного дешевле и прибыльнее, чем прицельное бомбометание по родильным домам, памятникам истории и культуры, разгром дворцов и поощрение мародерства.

Если резюмировать сказанное в нескольких словах, то современную картину мира образуют единство химических элементов; заполненность всех сфер одними и теми же микрочастицами, являющимися строительным материалом нового вещества, источниками и переносчиками информации, энергии, - вызывающих самые различные химические, физические, биологические реакции, образующие бесконечное многообразие движения, материальных и духовных форм.

Новый мир не представляет собой безмятежного спокойного состояния, он полон конфликтов, жестокой, кровавой борьбы, в связи, с чем нужна разработка правовых основ нового мира, в фундамент которых должны быть положены принципы миролюбия, безопасности, прогресса, культуры и нравственности. Нельзя допустить, что новые сверхмощные средства попали в руки маньяков, способных в одну минуту уничтожить человечество и нашу прекрасную землю. Законодательство нового мира должно предусматривать строжайшие меры ответственности каждого жителя планеты, особенно глав государств и правительств.

Высказанная точка зрения на новую картину мира представлена весьма схематично, требует более глубокой и разносторонней проработки. Она, разумеется, не рассматривается как конечная. Через 2-3 десятилетия люди откроют новые миры, новые виды энергии, частицы, и картина мира существенно изменится.
6. Разработка богословием фундаментальных вопросов бытия.
Вклад религии в науку, в формирование теоретического сознания до сих пор по-настоящему не оценен. Со времен Просвещения (ХУШ в.) и по сей день за религией довольно прочно закрепились характеристики: «фантастическое отражение мира», «темнота и невежество», «мракобесие», «опиум народа». Некоторые известные философы до сих пор утверждают, что у религии один цвет – черный. Но история неопровержимо доказывает обратное. Думаю, следует согласиться П.П. Гайденко, которая пишет: «Нужно освободиться от одного из устойчивых предрассудков – от противопоставления религии науке как иррационального подхода к рациональному»217.

Как ни парадоксально звучит, но наука началась в форме религии. Первые истины, которые открыл человек, уходят в глубочайшую древность и принадлежат людям, которые задумались над мирозданием, над прошлым, настоящим и будущим, над происхождением вселенной, человека, смертности и бессмертии, воли и безволии человека, судьбе, зависимости (независимости) от нее человека, греховном и безгрешном, о сущности человеческих взаимоотношений и других вопросах материального и духовного бытия человека. Письменные источники донесли до нас сведения, что над всеми этими вопросами человек задумывался много тысяч лет до н.э. Сказания, легенды, мифы подтверждают это мнение.

В шумерском эпосе о Гильгамеше рассказывается, что он отправился к «Горе Бессмертного». Бог Уту оказал ему милость: послал ему в помощь семь дивных героев, как оказалось, семь созвездий, известных древним шумерам с доисторических времен: Льва, Орла, Змеи, Скорпиона, Дракона и еще двух, чьи имена переводчикам прочесть пока не удалось:

Семеро их, семеро их

Они - звезды небесные,

Пути на земле знающие,

Среди звезд в небесах сияющие,

К Аратте пути указующие,

В дороге купцов направляющие,

Вражьи страны обозревающие,

Над землей голубями порхающие,

Горные страны знающие…218


Исследователи шумерской культуры говорят о том, что еще в Ш тысячелетии до н.э. вавилоняне, наследники шумерской культуры, знали шестидесятиричную и десятичную системы счета, которой под именем арабской мы пользуемся до сих пор. Они умели исчислять проценты, измерять площадь и объемы геометрических фигур… Особой славой пользовались вавилонские астрономы. Храмовые зиккураты служили им обсерваториями. В Нививейской библиотеке царя Ашшурбанипала (Сарданапала) были обнаружены два текста, в которых указывались расчеты фаз планеты Венера, ошибки в измерении угловых величин не превышали долей секунды…Знаменитая теорема Пифагора была известна вавилонским математикам за тысячу лет до Пифагора… Крупных успехов достигла и медицинская наука219.

В древнеегипетской «Сказке потерпевшего кораблекрушение», написанной примерно в ХХ-ХУП вв. до н.э., рассказывается:


Отправился я в

рудники царя.

Спустился я к морю, и вот – судно:

сто двадцать локтей в длину и сорока в ширину

и сто двадцать отборных моряков из

Египта. Озирают ли они

небо, озирают ли землю – сердце их неустрашимее,

чем у льва. И возвещают они

бурю до прихода ее и грозу

до наступления ее.


Предсказания сбылись: буря уничтожила корабль, все моряки погибли, в живых остался один рассказчик:
После поднялся я на ноги,

чтобы поискать, что положу в рот свой.

И вот нашел я фиги,

и виноград, и всякие прекрасные овощи, и

плоды сикомора, и

огурцы, словно выращенные человеком, рыбу, и

птицу…Вырезал я коловорот,

Добыл огонь и

принес огненную жертву богам.220
Из сказки видно, что древние египтяне умели строить большие корабли, совершали плавания по морю, владели парусом, добывали в рудниках руду. Природа африканского берега была богата всякими плодами. Мореходец умел добывать огонь с помощью коловорота. В обычаях жителей Египта было принесение жертв богам (в данном случае огненной).

Много для понимания древними мироустройства дают индийские веды. Согласно легендам, веды сначала были «услышаны» от Бога их творцами, святыми мудрецами – риши, а затем выслушивались от жрецов на религиозных церемониях и от учителя его учениками. Время создания вед охватывает целую эпоху: от конца П до середины 1 тыс. до н.э. При этом древнейшая ведийская самхита (сборник гимнов) «Ригведа» сложилась, по-видимому, к 1000 г. до н.э., оформление других самхит, «Самаведы», «Яджурведы» и «Атхараведы», приходится на 1Х-УП вв. до н.э., а конечная редакция брахман (теологические трактаты) и ранних упанишад (философские поучения) состоялась в УШ-У1 вв. до н.э. (некоторые относятся даже и к более позднему периоду – к 1У-Ш вв. до н.э.)221. Неизвестные нам мыслители ставят задачи – глубокого постижения законов и смысла бытия. В «Гимне о сотворении мира» утверждается:

Не было тогда не-сущего, и не было сущего.

Не было ни пространства воздуха, ни неба над ним.

Что двигалось чередой своей? Где? Под чьей защитой?

Что за вода тогда была – глубокая бездна?


Не было тогда ни смерти, ни бессмертия.

Не было признака дня или ночи.

Нечто одно дышало, воздуха не колебля, по своему закону,

И не было ничего другого, кроме него.

Мрак вначале был сокрыт мраком.

Все это было неразличимой пучиною:

Возникающее, прикровенное пустотой, -

Оно одно порождено было силою жара.

……………………………………………

Откуда это творение появилось?

То ли само себя создало, то ли – нет,

Надзирающий над миром в высшем небе, -

Только он знает это или не знает»222.
Сравнение с известными религиозными текстами обнаруживает, что история создания мира повторяется практически во всех мировых религиях. Еще не было иудаизма, христианства, ислама, но идеи возникновения «из ничего», преодоления мрака, возникновения света (в виде жара) и т.д. – все это нашло отражение и в других религиях. Может, это и были «до-мысленные» мысли?

Почему? Чем это объясняется? В то время было много вопросов, на которые тогдашние люди не имели ответов. Ныне ученые на многие из них уже могут ответить. Во-первых, так называемого «не-сущего» никогда не было и нет. Современная наука доказала, что космос полон материи, пустоты как таковой не существует. Космос живет активной и напряженной жизнью, где не все так продуманно, согласованно, как полагают многие современные люди, в том числе и имеющие высокие научные степени и звания.

Но заслуга религии, богословия от этого не умаляется: познание всегда шло от незнания к знанию, от неясного знания к более отчетливому. Роль богословия в познании мира несомненна. Всех богословов можно разделить на две условные группы: ортодоксальные богословы (к примеру, в христианстве – святой Игнатий, Афанасий Великий, Василий Великий, Григорий Нисский, Симеон Новый Богослов, Нил Сорский и др.), не выходящие за рамки Св. Писания; религиозные философы: (Аврелий Августин, И. Дамаскин, Ф. Аквинский, М. Лютер, Ж. Кальвин, М. Грек, А.С. Хомяков, В.С. Соловьев, Н.Ф. Федоров, И.А. Ильин, П.А. Флоренский и др.). Величайшим индийским философом был основатель буддизма Шакьямуни. Среди китайских философов древности выделялись основатель даосизма Лао- цзы (6-5 вв. до н.э.), Конфуций (551(552)-479 гг. до н.э.), Мо Ди (5 нач. - 4 в. до н.э.) и др., которые соединяли религиозные учения с философскими рассуждениями.

Богословы и религиозные философы внесли большой вклад в научное познание мира, природы и человека. Авр. Августин поставил и дал первичное решение таких фундаментальных вопросов мироздания, как пространство и время, конечность и бесконечность мира, его целостность и структура, познаваемость мира и Бога, движение и диалектика развития всего сущего на земле, соотношение внешней (божественной) и внутренней воли человека, дал понятие прекрасного, назвал некоторые истоки добра и зла; сделал попытку связать понятие времени с деятельностью и мн. др. Он по праву считается одним из выдающихся преемников и продолжателей античной философии.

В его трудах в единое целое слились постулаты святого писания и философские размышления, порою далеко уходящие в сторону от писания. Знаток средневековой философии Этьен Жильсон говорил о логике сочинений А. Августина: читая Августина, часто не знаешь, что же именно он делает: доказывает бытие Божие или обосновывает теорию познания, говорит о первородном грехе или о чувственном вожделении223.

Одна из центральных проблем религиозной философии – сущность и реальность материи и формы. В христианстве эту проблему во весь рост поставил Авр. Августин. Философ испытывает те же затруднения, что и другие мыслители, жившие до него за несколько тысяч лет в разных концах земли. Вначале, до творения мира не было ничего, абсолютная пустота или, точнее, существовало «ничто», из которого Бог создал «нечто». Но представить это «ничто» и тем более процесс создания «нечто» из «ничто» Августин не может. И тогда он пускается на всяческие хитрости, пытаясь примирить постулаты священного писания о сотворении мира из «ничего» с реальными наблюдениями материальной действительности. Ход его рассуждений таков.

До создания неба и земли были тьма и бездна, что означает, что не было ничего. Было что-то бесформенное. Бог «придал форму и красоту этой бесформенной материи; не было ничего: ни цвета, ни очертаний, ни тела, ни духа. И все-таки это не было полное «ничто»: было нечто бесформенное, лишенное всякого вида»224. Не может блаженный Августин оторваться от грешной земли: пусть и бесформенная, но она все-таки представляла собою «нечто». Против существования этой «бесформенной материи» он бессилен: «Здравый разум убеждал меня совлечь начисто всякий остаток формы, если я мысленно хочу представить бесформенное, но я не мог»225.

Пытаясь проникнуть в тайну «ничто», которая Богом превращается в «бесформенную материю», в «нечто», Августин «направил свое внимание на самые тела, глубже вглядывался в их изменчивость: исчезает то, чем они были, и возникает то, чем они не были. Я начал подозревать, этот самый переход из одной формы в другую совершается через нечто бесформенное… Если бы можно было о ней сказать: «ничто, которое есть нечто» и «есть то, чего нет» – я так и сказал бы»226. В конце концов философ вынужден признать, что бесформенная тьма и бездна «как-то была, дабы могло возникнуть видимое и устроенное»227. Материю Августин все же признает в виде «бесформенной материи», «созданной материи», и даже признает ее первичность, правда, «только относительно того, что из нее возникло; она первенствует не потому, что она «делает», она ведь сама «сделана» и не имеет первенства во времени»228. И далее поясняет свою мысль: «… звук, т.е. материя, имеет первенство над пением, звуком уже оформленным, но первенство не по способности делать… Вечность Творца ей предшествует, дабы из «ничего» возникло то, из чего могло что-то возникнуть»229. Запутываясь в своих исканиях истины, Августин договаривается до того, что признает, будто Бог создал два мира (выделено мною – А.Я.). Один пребывает в «неизменности постоянной». Этот мир «наслаждается Твоей вечностью и неизменяемостью. Другой – бесформенный, не содержащий ничего. Бог не оставил этот бесформенный мир без своего попечения, придал ему форму в виде неба и земли»230. Но такой «дуализм» мог попасть в число ересей, с которыми в начальный период христианства расправлялись беспощадно, в том числе и сам Августин. Поэтому он спешит поправиться: «… не только сотворенное и приобретшее форму, но все, что могло быть сотворено и могло принять форму, создал Ты, «от Которого все». Истинно, что все, получившее форму из бесформенного, было сначала бесформенным. А затем приобрело форму»231.

Примерно в те же годы в Индии занимался вопросами материи крупнейший философ Ишваракришна ( ок. 350-ок.425 гг.). Рассмотрению материи он посвятил свой основной труд «Санхья-карики». Санкхья – учение о первоматерии. Оно, по мнению исследователей индуизма, не восходит к какой-то религии. В ее основе лежит преднаучная логика. Само слово «санкхья» означает «исчисление». Для Ишваракришны санкхья – это познание сверхчувственных элементов реальности, открываемых по умозаключению, по аналогии. Область сверхчувственного столь же реальна, как и воспринимаемый мир232. Само понятие первоматерии смыкается со взглядами древнегреческих философов, которые тоже искали первоматерию, из которой произошел весь остальной мир: Фалес (конец УП-начало У1 вв. до н.э.) доказывал, что все произошло из воды; Гераклит (конец У1-начало У вв. до н.э.) считал, что первоосновой всего является огонь; Аксимен из Милета (ок.585-ок.525 гг. до н.э.) полагал, что начало всех сущих вещей воздух.

Как видно, мысль, однажды высказанная не пропадает. Находит своих последователей. Страстные искания блаженного Августина не затерялись в истории, нашли своих продолжателей и последователей в поздние времена. Напомню, что В.С. Соловьев называл исторический процесс «богоматериальным», что очередная ступень истории, по его представлениям, служила материальной базой последующей (хотя в вопросе преемственности исторических ступеней он не был последовательным). Августин нашел во Владимире Соловьеве верного восприемника и творческого ученика. Мысли древних греков о первоматерии были подхвачены, спустя тысячу лет, индийцем Ишваракришной. Одни считали, что материя произошла самопроизвольно, из первовещества, боги здесь не причем. Другие (египтяне, шумеры, вавилоняне), наоборот, ее рождение связывали с волей Бога. До наших дней дошли и те, и другие взгляды. Для понимания религиозного сознания важны как те, так и другие. И в наши дни взгляды Августина на материю сохраняют свое первоначальное значение. Да, материя существует. Но прежде нее был Бог, который и сотворил материальный мир. Только раньше материю представляли в виде вещества, улавливаемого органами чувств, а теперь, с учетом достижений науки, под нею стали понимать невидимые и неощущаемые электроволны, кванты, электроны, нейтроны, нейтрино и другие микрочастицы. Августин говорил о всепроникающем солнечном свете, не разрывающем, однако, покровы. С открытием рентгеновских лучей стали говорить о радиационном излучении, никак не ощущаемом человеком, но по истечении определенного времени испытывающем пагубное воздействие передозировки излучения. Представления о материи существенно изменились. Меняются и взгляды на ее происхождение. Наука раздвинула горизонты познания фактически беспредельно. И эта беспредельность убеждает скорее в естественном, чем в искусственном (божественном) происхождении материи. Во всяком случае следов чьего-либо вмешательства в процессы материального созидания не обнаружено. Довод, что мир сотворен, потому что он существует, весьма и весьма уязвим.

Если Авр. Августин, Ишваракришна и др. сосредоточивали свое внимание в основном на существе материи, вопросы формы для них были попутными, то Фома Аквинский (1225/1226-1274) специально рассмотрел, в каком соотношении находятся материя и форма. Средневековый теолог спорит с Аристотелем, который утверждал, что «разуму случалось быть отделенным как вечному от тленного,… он, существующий подлинно, один только отделен и один только бессмертен и вечен». Ф. Аквинский возражает: «Но представляется, что ничто нетленное не может быть формой тленного тела. В самом деле тело не акцидентально форме; напротив, форме per se подобает пребывать в материи, иначе материя и форма составляли бы единое per accidens. Однако ничто не может существовать без того, что присуще ему per se, следовательно, форма тела не может существовать без тела. Если, следовательно, тело тленно, то тленна и его форма… Итак, если разум есть форма тела, то, как представляется, с необходимостью следует, что разум тленен»233. Надо заметить, что эта формула о единстве материи и формы получила всеобщее признание у философов всех направлений – и материалистов, и идеалистов.

Интересны суждения Аквината о вечности мира. С одной стороны, он придерживается мнения, что, поскольку мир создан Богом, то он не может быть вечным234, а с другой, на той же самой странице, говорит, что «Бог может сделать так, чтобы некое Его творение существовало вечно», и такое суждение «не является еретическим»235. Как говорится, правая рука не знает, что делает левая.

Религиозные философы большое внимание уделили проблеме пространства и времени. Среди них первый - Аврелий Августин. Он исходит из религиозного постулата о вечности Бога. Творец всего сущего не знает времени. Для него нет понятий «вчера», «завтра». Для него существует одно понятие – «сегодня». Люди приходят и уходят, а Бог существует всегда236. Но откуда взялось время? Его учредил Бог: «Было разве время, Тобой не учрежденное? И как оно могло пройти, если его вовсе не было?… Всякое время создал Ты, и до всякого времени был Ты, и не было времени, когда времени вовсе не было»237. Положим, время создал Бог. Но как оно протекает? Существуют выражения «прошедшее время», «настоящее время», «будущее время». Чем они отличаются друг от друга? Что в них скрывается? «Прошлое время – это уже прошедшее время – оно ушло в вечность. Его уже нет. А будущее время еще не наступило, его еще нет. Как можно говорить о том, чего нет?» – недоумевает Августин. Пытаясь найти выход из этого тупика, Аврелий предлагает рассматривать все виды времени только как разновидности настоящего времени: «Правильнее было бы, пожалуй, говорить так: есть три времени: настоящее прошедшего, настоящее настоящего, и настоящее будущего…Настоящее прошедшего – это память; настоящее нестоящего – его непосредственное созерцание; настоящее будущего – его ожидание»238.

Через полторы тысячи лет к Аврелию Августину примкнет русский философ А.И. Герцен, который тоже поставит вопрос о том, что прошедшего и будущего времени нет, есть только настоящее239.

Но опять вопрос: что считать настоящим? «Сто лет настоящего времени – это долго? Если из них идет первый год, то он и есть настоящее, а остальные девяносто девять – это будущее, их пока нет. Если пойдет второй год, то один окажется уже в прошлом, другой в настоящем, а остальные в будущем. Поэтому сто лет не могут быть настоящим. А настоящее время тоже дробится»240. «Настоящим можно назвать только момент во времени, который невозможно разделить хотя бы на мельчайшие части, но он так стремительно уносится из будущего в прошлое! Длительности в нем нет»241. Августин бьется над загадкой измерения времени. В конце концов он приходит в целом к правильному выводу: время измеряется всей историей человечества, его деятельностью: человеческая жизнь складывается из частей, из человеческих действий; то же со всеми веками, прожитыми «сынами человеческими», которые складываются, как из частей, из всех человеческих жизней»242. Но такой вывод не оставляет места для бога как творца времени. И Августин возвращается к началу свои размышлений о боге, который «вечный создатель всех времен…»243. Августин в своих поисках окончательно так и не пришел к мысли, что представления о времени вытекают из исторического опыта человечества, который складывается из человеческой деятельности.

Если подводить итог размышлениям Августина о времени, то следует сделать как минимум следующие заключения: во-первых ранний христианский философ дал характеристику времени как длительности, которое сохраняется и ныне. Во-вторых, он подошел к мысли, что время связано с историческим опытом, с деятельностью человека. Его рассуждения о боге как творце времени скорее дань его религиозным верованиям, чем серьезный, логически осмысленный подход. В-третьих, хотя и неявно, он пришел к выводу о необратимости времени: оно движется в одном единственном направлении – от прошлого к будущему. Прошедшее не вернуть. В-четвертых, время находится в постоянном движении, оно дробится на столь мелкие частицы, которые невозможно уловить. Вспомним, что вавилоняне больше чем за полторы тысячи лет до Августина могли высчитывать секунды, складывать их в минуты, минуты в часы, а часы в сутки и т.д. Иппонский епископ пришел к мысли о дробности времени умозрительно, а вавилонские жрецы доказали это математически.

Но история с познанием времени на этом не заканчивается. Продолжается и поныне. В века механистической картины мира, открытой И. Ньютоном, ученые пришли к мысли об обратимости времени, опрокидывая тысячелетние положения древних жрецов и епископов о его необратимости. Для механического уравнения не имеет никакого значения знак времени, оно может быть со знаком «+» и со знаком «-». Этот взгляд держался несколько веков, вплоть до открытия принципов синергетики, где процесс времени рассматривается только в одном направлении244. Но и сегодня, если механик рассматривает процесс только в механическом ракурсе, он свободно пренебрегает фактором времени, может придавать ему любой знак. Можно добавить к этим суждениям, что об обратимости времени постоянно говорят историки, юристы, писатели, художники. Они в прямом смысле реконструируют время, восстанавливая по минутам, что происходило во время совершения того или иного действия.

Интересны представления раннего христианского богослова о пространстве. Бог занимает собою все пространство, он всюду: «Ты на земле, Ты на небе, Ты повсюду. И все оканчивается в Тебе, - Тебе же нигде нет конца»245. Пространство, как и время, не представляет собой нечто нераздельное целое, оно тоже дробится на части, которые входят в нечто большее, образуя нечто безгранично большое («Тебе же нигде нет конца»). Но вот что интересно: как Бог вмещается в бесконечно малый атом и одновременно заполняет собой безмерный космос? «Все, что Ты наполняешь целиком собой, Ты все наполняешь. Но ведь все не в состоянии вместить Тебя, оно вмещает только часть Тебя – и все сразу же вмещают только часть Тебя? Или отдельные создания – отдельные части: большие – большую, меньшие – меньшую? Итак, одна часть в тебе больше, а другая меньше? Или же повсюду Ты целый и ничто не может вместить тебя целого»?246 На небольшом отрезке книги Августин ставит огромное количество фундаментальных вопросов философии, над которыми она бьется по сей день. Пространство бесконечно. Оно представляет собою некоторую протяженность, которую целиком заполняет собой Бог. Но, с другой стороны, есть пространства небольшие, а есть безграничные. Небольшие составляют часть целого. В каком соотношении находятся часть и целое? Вмещает ли в себя часть всего бога, или какая-то часть его остается? А куда она девается, куда она изливается? Вопросы богословские. Но в них неиссякаемый философский смысл.

Древние мыслители постоянно задумывались над мироустройством: что представляет собой небо? Вечно оно или имело начало, а, значит, будет иметь и конец? Как появилась земля? Что между землею и небом? Земля – круглая, плоская, имеет края, или выглядит как-то иначе? Каково ее место в космосе: она центр вселенной, или находится в каком-то другом участке космоса? Как появилась на земле жизнь: Бог ли ее создал, или она возникла из какого-то первоначального семени? А как произошел человек: его вылепил из глины Бог, потом вдохнул в него душу живу, или он возник из мокрого семени? Об этих вопросах можно сказать, что они вечные, потому что и сегодня человечество не в состоянии дать на них убедительный ответ. Религия не осталась в стороне от поисков ответов на них. Вариантов происхождения космоса, земли, жизни, человека множество.

В китайской мифологии процесс миросоздания представлен так. Сначала был великий могучий Хаос, по форме напоминавший яйцо. В нем самопроизвольно зародился первопредок Пань-гу. Он спал внутри яйцевидного Хаоса 18000 лет, после чего пробудился и стал искать выход из Яйца. Расколол Яйцо, уничтожил Хаос и начал строительство мира. Мировая гармония и порядок родились из хаоса247.

Древнегреческий мыслитель Фалес пришел к заключению, что весь мир произошел из воды. Всю небесную сферу Фалес делит на пять кругов, поясов: первый - арктический, всегда видим; второй - летний тропик, третий – небесный экватор, четвертый – зимний тропик, пятый – антарктический, всегда невидим248. Землю Фалес представил плоским диском, качающимся на воде. Во время бури, земля испытывает удары волн и происходят землетрясения, извержения вулканов, потопы и другие подобные неприятности.

Эти натуралистические взгляды проникли и в богословские сочинения. Библейские миф о сотворении мира говорит, что Бог создал все сущее в течение шести дней. Христианские апостолы подкорректировали миф, поскольку усомнились, что за шесть дней можно создать такое бесконечное многообразие. Апостол Петр во втором своем послании верующим специально оговорился: «Одно то не должно быть сокрыто от вас, возлюбленные, что у Господа один день, как тысяча лет, а тысяча лет, как один день» (2 Пет. 3:8).

Святой Иоанн Дамаскин (? – 754(777) дал описание представлений о небе, земле, существовавших в его время. Взгляды были самые различные, вплоть до невероятных. Некоторые полагают, пишет И. Дамаскин, что небо шарообразно; другие, что небо движется кругообразно, оставаясь твердым и неколеблющимся; третьи говорят о семи слоях неба, каждый из которых тонкий как дым: в каждом слое одна из планет – Солнце, Луна, Юпитер, Меркурий, Марс, Венера, Сатурн. Планеты движутся противоположным образом, чем небо: «ибо, в то время как небо и прочие звезды движутся с востока на запад, эти одни только имеют движение с запада на восток»; другие же вообразили, что небо полушарие; небо представляет собой твердь249. Дамаскин дает точное описание природы солнечных и лунных затмений250. О земле его представления тоже не выходят за пределы современных ему взглядов: одни видят ее шаровидной, другие представляют ее конусообразной, но она меньше и даже совершенно незначительнее неба, вися в центре его, словно некоторая точка251. Она на чем-то укреплена: на водах, на столпах, на воздухе, но скорее всего удерживается силою Творца252. Как видно, космогонические взгляды философов и богословов в первые века новой эры не выходили за рамки непосредственных наблюдений и дополнялись фантастическими вымыслами. Лишь после путешествий Васко да Гамы, Магеллана, Колумба, открытий Коперника, Дж.Бруно, Галилео Галилея, открытия Ньютоном закона всемирного тяготения, вычислений Кеплера представления философов и богословов о солнечной системе кардинально поменялись.

Поиски истоков происхождения мира, вселенной не прекращаются и по сей день. Только занимается этим вопросом уже не церковь, а преимущественно естественная наука. Открытие в 20-х гг. ХХ в. внегалактической астрономии вновь поставило перед естественниками вопрос: каким образом произошла вселенная? Наблюдения за закрытыми и открытыми системами привели их к парадоксальным заключениям: вселенная разогревается и со временем ее ждет «тепловая смерть» (Р.Клаузиус); вселенная «разбегается» (Эдвин П.Хаббл); вселенная «пульсирует» (А.А.Фридман). Эти гипотезы и подтолкнули физиков к мысли о первоначальном взрыве некоего сверхплотного и сверхгорячего сгустка материи (сингулярной точки), в результате чего и произошел весь наблюдаемый и ненаблюдаемый мир253. Но философы ставят обоснованный вопрос: а что было до взрыва этой «сингулярной точки»? Ответить на него никто не в состоянии. Религия настаивает на том, что был бог, который и сотворил сущий мир; ученые ставят под сомнение существование бога, пытаются найти материалистические истоки происхождения мира. Но, может, наиболее верным является ответ, к которому пришли французские материалисты ХУШ в. и который подхватили марксисты: мир существует вечно, никакого начала его не было.

На протяжении всей истории человечества между религией и наукой шло и продолжается соперничество, доходящее во многих случаях до открытых и острых столкновений. В то же время между ними существовало и существует некое «содружество»: многие выдающиеся естествоиспытатели были и сейчас являются глубоко верующими людьми, признавали и признают существование бога, творение им мира и человека, приписывали и приписывают свои открытия божественному откровению, хотя они нередко полностью опрокидывали многие предшествовавшие взгляды, тоже, кстати говоря, приписывавшиеся предшественниками божественному откровению. Лишь несколько примеров: Аврелий Августин – епископ, один из отцов христианства; Иоанн Дамаскин – богослов, отец христианства; Николай Кузанский – епископ, кардинал; Николай Коперник – каноник; Джордано Бруно – монах-доминиканец; Исаак Ньютон – не только признавал Бога, но и утверждал, что открытое им абсолютное пространство является «чувствилищем Бога»; выдающиеся физики ХХ века М. Планк, В. Гейзенберг, химик Д.И. Менделев, физиолог И.П. Павлов были глубоко верующими людьми. Утверждения о том, что между религией и наукой – неодолимая пропасть, не имеют под собой сколько-нибудь серьезных оснований. Можно сказать: и религия, и наука в равной степени стремились к истине и внесли посильный вклад в познание мира. Да, не стоит скрывать, религия стремилась подмять под себя науку, сделать «философию служанкой богословия» (Ф. Аквинский), весьма часто прибегая отнюдь не к логическим способам утверждения своих истин: из истории слова не выбросишь.

Одна из центральных проблем всех мировых религий – происхождение (или творение) человека. Наиболее распространенный миф: Бог вылепил человека из глины и вдохнул в него душу живу. Этот взгляд существовал еще до монотеизма. Шумеры, например, так и представляли себе процесс появления человека на земле. Эта легенда вошла фактически в неизменном виде в канонические тексты иудаизма, христианства и ислама. Хотя, как уже отмечалось, в самих священных книгах (в частности, в Коране содержатся суры, утверждающие естественный способ появления человека: Бог его создал из семени (капли). Но существует довольно распространенный вариант появления человека на земле путем эманации (истечения) из внеприродного Единого, Первоначала, «Первого Сущего», Первого Разума, Абсолюта. Этого взгляда придерживался Бадараяна (У в. до н.э.), неоплатоник Плотин (204/205-270)254, Аль-Фараби (870-950)255, Ибн-Сина256 и др. Авиценна, опираясь на концепцию Аль-Фараби о последовательных ступенях эманации (в первой – из Абсолюта истекает первый разум, из него – второй, из второго – третий и т.д. до десятого), пришел к мнению, что на этом процесс эманации не останавливается: из десятого разума истекает материя, из которой и появляется любая возможная вещь: «Материя всегда предшествует существованию самой возможной вещи… Все, что стало существовать во времени, имеет материю, в которой и воплощается его возможность существования»257, не исключая, по всей видимости, и человека.

В размышлениях о сущности человека богословие на протяжении многих веков придерживалось мнения о греховности человека, его рабском положении в мире. Святые книги, многие богословы рассматривают человека как раба божия. Это центральная идея всех религий, за исключением буддизма, где каждый человек может стать Просветленным. На Западе идея человека-раба божия представляется аксиоматичной, не подлежит даже обсуждению. В русском православии во множестве случаев человек также рассматривается как раб божий (Нил Сорский, Максим Грек, А.С. Хомяков и др.). Но вместе с этим выдвигается и идея, что человек может достичь божественного совершенства, стать Богочеловеком (В.С. Соловьев).

Во взглядах на человека в священных книгах, трудах богословов немало противоестественного. В Библии звучат призывы «умерщвления» плоти. Симеон Новый Богослов так прямо и пишет: «Возненавидим же, возлюбленные братии мои, мир сей и все, что в мире. Зачем нам иметь общение с миром и делами мирскими… возненавидим, умоляю вас, мир сей, убежим от прелестей его и от мнимых и лживых радостей жизни сей…». В Новом Завете пишется: «Если живете по плоти, то умрете, а если духом умерщвляете дела плотские, то живы будете» (Рим. 8:13), что противоречит прямому завету Бога: «плодитесь и размножайтесь», а это можно сделать только одним единственным способом – плотским. Так почему возникают такие античеловеческие, антибожеские призывы?! Они в корне отличаются от живых, полных радости, любви, наслаждения, восхищения красотою природы и человеческого тела стихов, песен, плясок, народных хороводов, театрализованных представлений, балета, цирка и других видов искусства.

В связи с темой греховности человека теологи разделились на два лагеря: одни считают человека средоточием зла, другие видят в нем носителя добра, и только дьявол толкает его к злым поступкам и деяниям. К числу первых относятся Авр. Августин, И. Дамаскин, Симеон Новый Богослов, М. Лютер, А.С. Хомяков, Максим Грек и др. Второго взгляда придерживаются главным образом индийские философы и русские: В.С. Соловьев, Н.А. Бердяев, Н.Ф. Федоров; Сарвепалли Радхакришнан (1888-1975), Махатма Ганди (1869-1948).

Однако религия не замыкалась только на греховности человеческой плоти. Она обращается и к изучению естественного строя человеческого тела, к изучению его анатомии и физиологии. Особенно много внимания уделили этим вопросам И. Дамаскин и Ибн-Сина (Авиценна). Относительно тела И. Дамаскин говорил, что оно состоит из троякого измерения, то есть имеет длину и ширину, и глубину или толщину. Всякое тело состоит из четырех стихий, а тела живых существ – из четырех влаг»258. Четыре стихии – земля, вода, воздух, огонь (явное заимствование у древнегреческих философов). Четыре влаги соответствуют четырем стихиям: черная желчь, соответствующая земле; слизь, соответствующая воде; кровь, которая соответствует воздуху; желтая желчь, соответствующая огню259. Существует пять чувств: зрение, слух, обоняние, вкус, осязание. Душе свойственно благочестие и мышление. «…силы души разделяются на ту, которая – разумна, и ту, которая – неразумна. Но есть две части неразумной стороны души: одна не послушна разуму; … другая – послушна и повинуется разуму. Непослушная и неповинующаяся разуму … есть жизненная сила, которая называется и пульсовою, а также сила, заключающая в себе семя, то есть способная рождать, также и сила растительная, которая называется и питающею, а этой принадлежит и сила, способствующая росту, которая и образует тела (эти мысли заимствованы И. Дамаскиным у Аристотеля – А.Я.). Ибо эти управляются не разумом, но природой. Послушная же и повинующаяся разуму часть души разделяется на гнев и похоть»260.

Дамаскин, по существу, ставит вопрос об объективном и субъективном в человеке. «Жизненная сила» – это объективная сила, потому что управляется не разумом, а природой. Импульсы, идущие от нервной системы, особенно от мозга, ко всему организму человека, содержат в себе одновременно и объективное, и субъективное начала: нервы, мозг даны человеку от природы (объективное начало), но мозг образует разум, сообщающий телу движение (субъективное начало). Дамаскин это хорошо понимал: «Должно знать, что из тех сил, которые находятся в живом существе, одни суть душевные, другие – растительные, иные жизненные. И душевные, конечно, те, которые исходят из свободной воли… Растительная же и жизненная суть те, которые не зависят от свободной воли»261.

И. Дамаскин воспроизвел описание мозга, которое соответствовало медицинским знаниям его времени. Все чувства связаны нервной системой с мозгом. «Жилищами же чувства и органами зрения служат нервы, идущие из головного мозга…». Органами слуха «служат нежные нервы головного мозга и устройство ушей». Обоняние отправляет пары к «передним углублениям головного мозга. Органами вкуса служат язык и небо, «…в них распространены нервы, направляющиеся из головного мозга. Осязание «возникает… с помощью нервов, направляющихся из головного мозга по всему телу»262. В мозгу же расположены центры «мыслительной способности», «способности памяти», способности воспроизведения мысли в слове и другие умственные способности.

Об этих сугубо физиологических и анатомических знаниях выдающегося теолога можно сказать, что он достаточно глубоко познал медицинские представления своего времени, и смотрел на человека не только как на проявления божественной воли, его творения, но и сугубо материалистически, как на живое физическое существо, обладающее естественным строением, каждая часть которого выполняет свои функции, а в целом представляет собой единый организм.

Еще более глубокие воззрения на физическое строение человека высказал таджикский ученый и богослов средних веков Ибн-Син (Авиценна) - ок.980-1037. Он систематизировал все медицинские знания, выработанные до него выдающимися медиками Гиппократом и Галеном, дополнив их своими собственными анатомическими исследованиями и значительной медицинской практикой. Его труд «Канон врачебной науки» был одним из популярнейших наставлений и переиздавался в средневековой Европе свыше 30 раз. Он прекрасно знал не только анатомию и физиологию человека, но и многих животных. Ибн-Сина внес большой вклад в развитие психологии. Его философско-теологические занятия помогли ему как в научном осмыслении как божественного, так и естественного (в данном случае психологии).

Богословы и религиозные философы на протяжении существования религии постоянно обсуждают вопрос о вечности «тварного» мира. Выделяются несколько подходов: мир создан Богом из ничего и существует вечно (Авр. Августин, И. Дамаскин, Ф. Аквинский и др.); мир создан Богом, а дальше совершенствуется по своим законам; человек принимал деятельное участие в создании мира, будет активно участвовать и в судном дне (Н.А. Бердяев, Н.Ф. Федоров); В.С. Соловьев рассматривает исторический процесс как «богоматериальный». При всем разнообразии и противоречии этих точек зрения в них много разумного, что позволяло проникать в тайну мироздания, обогащало наше знание о мире, его вечности (или конечности).

Животные, птицы, рыбы, насекомые, люди умирают и превращаются в прах. Значит, мир не вечен? С такой перспективой человек не хотел смириться. Он придумал загробное царство, куда умерший переселяется и живет там примерно так же, как и на земле. Идея загробного мира родилась в головах язычников, поэтому они клали вместе телом мертвого орудия труда, пищу, зерна злаков; наиболее знатных должны были сопровождать любимые жены, наложницы, кони, оружие и др. Каждый год на могилы умерших приходили живые родственники и приносили дары умершим. Этот обычай жив и поныне. От язычников представления о загробном царстве перешли к монотеистам. Бог тоже создал царство небесное, в которое, однако, попадут не все, а только избранные, безгрешные. Праведный человек обретет вечность. Некоторые богословы утверждали, что в царство небесное попадут не сами люди, а только их души. У человечества появилась перспектива одолеть смерть и обрести вечность. И началась великая, длящаяся уже несколько тысячелетий борьба за право попасть в рай небесный.

В загробный мир, в загробную жизнь верили и верят абсолютно все народы мира, даже буддисты. Разница состояла в том, что язычники не верили в возвращение человека на землю. Индуисты и буддисты предполагают, что человек в загробном мире превращается в других животных: птиц, змей, волов, тигров и др., - а перед возвращением на землю вновь обретает человеческий облик, необязательно прежний. В иудаизме, христианстве, исламе человек на землю не возвращается, праведники получают вечную жизнь в небесном раю, а грешники вечно горят в геенне огненной. В православии утверждалась мысль о царстве божием на земле. С этой идеей выступали В.С. Соловьев, Н.А. Бердяев, Н.Ф. Федоров, И.А. Ильин и др. Соловьев, в противовес западным богословам, полагавшим, что богочеловеком был только Иисус Христос, утверждал, что каждый человек может достичь такого абсолютного совершенства и стать богочеловеком, он даже высказывал мнение о возможности богочеловечества. «Нравственная природа человека есть необходимое условие богочеловечества»263. «История вырабатывала и вырабатывает… необходимые естественные и нравственные условия для явления Богочеловека и богочеловечества»264.

Многие религиозные философы ставили и достаточно подробно рассматривали вопросы возможности и реальности, случайности и необходимости, причины и следствия, сущности и существования и др. В их числе можно назвать И. Дамаскина, Гр. Паламу, Аль-Фараби, Ибн-Сину, Ф. Аквинского, В.С. Соловьева, П.А. Флоренского, И.А. Ильина и др.



Не стоит забывать, что многие богословы и рядовые монахи совершали открытия, которые меняли картины мира. Н. Коперник, Г. Галилей, Дж. Бруно, И. Ньютон, Дж. Максвелл, И.П. Павлов, В.И. Вернадский, П.А. Флоренский и мн.др.


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   16


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница