Я. В. Абрамов – гласный Ставропольской городской думы



Скачать 341.51 Kb.
Дата11.07.2016
Размер341.51 Kb.
Судавцов Н.Д.

Г. Ставрополь.



Я. В. Абрамов – гласный Ставропольской городской думы

Яков Васильевич Абрамов коренной ставрополец. Родился он 21 октября 1858 г. в городе Ставрополе в мещанской семье. Первоначальное образование Я.В. Абрамов получил под руководством своего отца мещанина-самоучки. Затем он поступил в Ставропольскую мужскую гимназию. Однако закончить её ему не удалось, так как из-за неприятностей с гимназическим начальством из 6 класса он перешёл в духовную семинарию. Ещё будучи гимназистом, он стал писать в газеты. По окончании в семинарии курса общеобразовательных наук Я.В. Абрамов поступил в 1877 году в медико-хирургическую академию. В столице он с головой окунулся в студенческую жизнь. Он продолжал сотрудничать в газетах и приобщился к общественной жизни. Медицинского образования Я.В. Абрамову не удалось получить, поскольку в 1878 году он был привлечён к делу о распространении книг преступного содержания.

После объявления ему Высочайшего выговора Я.В. Абрамов был выслан на родину к родителям. В декабре 1880 года ему было разрешено возвратиться в Петербург. С этих пор началась его журналистская деятельность, жизнь молодого писателя. Журналистский опыт, приобретённый ещё в Ставрополе, Я.В. Абрамову очень пригодился. С середины 1881 г. он стал сотрудником одного из известных в то время журналов «Отечественные записки». Когда в июне 1884 г. «Отечественные записки» были закрыты, он поступил на работу в статистическое бюро Петербургской земской управы. По её поручению он составил статистическое описание Шлиссельбургского и Петербургского уездов в 3-х томах, выполнив огромную аналитическую работу и довольно основательно познав земское дело. Два тома вышли в 1884, 3-й в 1886 г. С 1885 г. Я.В. Абрамов возвращается к журналистской деятельности. С возникновением «Северного Вестника» он принимал в нём постоянное участие и вёл раздел «Из провинциальной печати». Большое внимание он уделял разбору выходящих книг по земской жизни России, этнографии, географии. С июля 1885 г. принимал постоянное участие в «Неделе», составляя для каждого номера передовые и отдельные статьи по внутренним и научным вопросам. При этом он очень много занимался самообразованием.

Своею литературную деятельностью Я.В. Абрамов примыкал к той части интеллигенции, которая, отодвигая на второй план вопросы общественно-политические, считала основной своей задачей в современной государственной жизни России – энергичную работу, направленную на конкретную помощь народу в его трудной борьбе с доморощенным кулачеством и быстро нарождающейся русской буржуазией под влиянием более тесного общения с западом. Он был сторонником конкретных дел, которые бы, по его мнению, постепенно и неуклонно улучшали жизнь народа.

Но не только экономические потребности простых людей занимали молодого литератора. Большое внимание он уделял духовной жизни, в частности расколу, которому посвящена половина написанных им статей. В них он видел людей ищущих, страдающих болезненным идеализмом. Кроме того, Я.В. Абрамов интересовался жизнью Кавказа, своей малой Родины, считая, что внутренняя жизнь горских народов должна быть регулируема не по общему административному шаблону государства, а исходя из особенностей каждого народа. По мнению Я.В. Абрамова именно при такой постановке дела русская государственная власть, не теряя своего престижа и верховного главенства, могла дать наиболее полезный для России исход богатым природным силам Кавказской окраины. (1)

Его разносторонняя образованность позволяла ему в своих произведениях, многочисленных статьях касаться многих тем научных и литературных проблем. И для всего он находил форму языка изложения, доступную для широкой читательской аудитории. Как журналист Я.В. Абрамов откликался на все крупные явления общественной жизни, внимательно следил и немедленно обсуждал в своих статьях, выдвигаемые жизнью проблемы политики и экономики.

После возвращения из столицы в 1890 году в родной Ставрополь Яков Васильевич Абрамов сразу же окунулся в общественную жизнь города. Работая юристом и торговым агентом ряда промышленных предприятий, банков, обществ, он одновременно сотрудничал в местных, ростовских и столичных газетах и журналах, отражая в своих корреспонденциях жизнь города и Ставропольской губернии. Он продолжал поддерживать связь со многими известными писателями России. Нередко он выезжал в столицу и проводил там довольно продолжительное время, о чём свидетельствуют записи в журналах заседаний Ставропольской городской думы, гласным которой он был избран.

Яков Васильевич активно участвовал в общественной жизни города: выступал с лекциями перед горожанами по различным вопросам, участвовал в организации общественных школ, сотрудничал в обществе помощи неграмотным. Его имя становилась известным и всё более популярным в городе.

Как грамотный юрист, экономист, общественный деятель Я. В. Абрамов вскоре настолько зарекомендовал себя, что в 1894 году его избрали гласным Ставропольской городской думы, которым он и был до 1906 года, переизбираясь при новых выборах. В думе он работал с увлечением, ответственно, защищал интересы горожан. Поэтому его часто избирали в различного рода комиссии, рассматривавшие важнейшие вопросы жизни города.

Среди гласных он выделялся своей либеральной позицией, ратовал за справедливость, нередко вступая в конфликты с местными властями. Радея за интересы города, проявляя принципиальность, он не побоялся вместе с другими гласными вступить в конфликт с губернскими властями, которые принуждали городского голову С.И. Ртищева передать один из источников питьевой воды для вновь построенной железной дороге Кавказская-Ставрополь. С.И. Ртищев, как городской голова, категорически отказался выполнить указание губернатора от 1 апреля 1896 г. о передаче источников воды в Ставрополе для Владикавказской железной дороги, поскольку город сам испытывал острую нужду в обеспечении населения водой. Несмотря на давление губернского начальства, городской голова продолжал стоять на своём. Губернатор генерал Никифораки решил поставить строптивого городского голову на место и передал рассмотрение данного вопроса в губернское по городским делам присутствие, которое попыталось урезонить С.И. Ртищева и заставить выполнить указание губернатора. Однако из этого ничего не вышло. И тогда правление приняло решение об отстранении его от должности городского головы.

В этих условиях городская дума поддержала своего городского голову в его противостоянии с губернским начальством. В сложившейся ситуации Я. В. Абрамов занял принципиальную позицию в конфликте между губернатором Никифораки и городским головой С. Ртищевым, решительно выступив в его защиту. Он совместно с другими гласными приняли решение обратиться в Правительствующий Сенат с прошением отменить решение губернатора и губернского собрания об отрешении С.И Ртищева от должности. Поскольку и с жалобой следовало обращаться через губернатора, то вся эта процедура затянулась надолго. Но, в конце концов, Правительствующий Сенат, рассмотрев жалобы городского головы и гласных городской думы, принял решение «Постановление Ставропольского Губернского по городским делам Присутствия от 4 июня 1896 г., как неправильное отменить, о чём для исполнения и объявления Ставропольскому Городскому Голове, а равно в разрешение рапорта за № 816 Министром Внутренних Дел дать знать Указом». (2)

В этот период взгляды Я. В. Абрамова эволюционируют в сторону радикализации. Он становится признанным лидером общественности города Ставрополя. К нему прислушиваются, с его мнением считаются. Это часто проявляется в его деятельности как гласного. Хорошо зная земство, о котором Яковом Васильевичем были написаны статьи и книги, он видел его сильные и слабые стороны. Теперь, будучи гласным городской думы, он всё больше убеждался в том, что необходимо совершенствовать местное самоуправление, шире привлекать к решению вопросов горожан, о чём неоднократно говорил с думской трибуны, писал в печати. Это было хорошо видно на таком примере. Так, в выборах в городскую думу в 1898 году на четырёхлетие на 1998-1901 гг. было всего 483 человека избирателей из почти 50-тысячного населения города Ставрополя, а прияло участие в них всего 151 человек. Городским головой избрали снова С.И. Ртищева, но главноуправляющий на Кавказе его в должности не утвердил. Поэтому городской думе пришлось избирать нового городского голову. (3)

Работая в городской думе, Я.В. Абрамов воочию видел, что многие вопросы благоустройства города, социального обеспечения, здравоохранения, народного образования, развития торговли и промышленности решаются плохо. У городской думы на эти цели категорически не хватало средств, да и была она бесправной, находясь под мощным прессом государственной власти, поэтому многие вопросы не могла решать самостоятельно. За это он очень остро критиковал местные власти, а вместе с ними и самодержавие. По предложению Я.В. Абрамова, имевшего немало работ, посвящённых российскому земству, Ставропольская городская дума в 1904 году возбудила ходатайство о введении в Ставропольской губернии земских учреждений.

Городская дума рассмотрела и приняла приветствие Московскому университету в связи со 150-летием. Когда городской голова прочитал текст приветствия: « Ставропольская городская дума, приветствуя московский университет по случаю исполняющегося 150 - летия его существования шлёт свои пожелания о скорейшем падении всех преград , стоящих на пути свободы науки и ея прподавания», Абрамов сказал: «Я предлагаю добавить, что падение этих преград возможно только тогда, когда падут преграды стесняющие общее развитие русской жизни». К тексту телеграммы было добавлено «считать необходимым выразить свою уверенность в том, что возрождение университетов и университетской науки возможно только при полном изменении общих условий нашей жизни, поставленной ныне в положение при котором не могут правильно развиваться не только университеты, но и общественная жизнь во всех ея проявлениях». (4)

Поэтому его статьи, по оценке помощника начальника Терского областного жандармского управления по городу Ставрополю, носили «явно антиправительственное содержание». Я. В. Абрамов характеризовался человеком вредным для «политического спокойствия губернии". Не случайно за Я.В. Абрамовым велось неослабное негласное наблюдение.

После событий 9 января 1905 года, вошедших в историю России, как «кровавое воскресение» император Николай 11 вынужден был 18 февраля издать рескрипт на имя министра внутренних дел А.Г. Булыгина, котором заявлялось о том, что он намерен привлечь «избранных от населения людей к участию в предварительной разработке и обсуждении законодательных предположений». Я.В. Абрамов искренне поверил в то, что император серьёзно настроился на коренные преобразования в России. Поэтому он обратился в городскую думу с заявлением: «Высочайшим рескриптом на имя министра внутренних дел Государь Император поручил министру выразить благодарность тем дворянским и земским собраниям, городским, купеческим, крестьянским обществам, которые в трудные времена, переживаемые ныне нашею родиною, сочли необходимым выразить Государю свою готовность посвятить свои силы для содействия ему в деле усовершенствования государственного порядка.

Как евангельский раб «ленивый и лукавый", мы не принадлежали к числу тех обществ, которые отозвались на призыв Государя, выраженный в Высочайшем указе 12 декабря прошлого года. Но если мы непростительно молчали в такой важный момент русской жизни, то теперь мы уже молчать не можем. Мы не можем молчать после того, как Государь в том же рескрипте на имя министра внутренних возвестил, что высказанная в обращениях к Нему обществ готовность содействовать успешному осуществлению возвещенных Государем преобразований, всецело отвечает душевному желанию Его совместной работы правительства и зрелых сил общественных — достигнуть осуществления Его предначертаний к благу народа направленных. Мы не можем молчать, когда Государь заявил о своем намерении привлекать к участию в законодательной работе достойнейших, доверием народа облеченных, избранных от населения, людей. Мы должны, наконец, высказаться, когда Высочайшим указом правительствующему сенату 18 февраля сего года Государь возвестил, что он признал за благо облегчить всем радеющим об общей пользе и нуждах государственных, возможность быть непосредственно им услышанными, и для сего возложил на совет министров рассмотрение и обсуждение поступающих на имя Государя от частных лиц и учреждений видов и предположений, касающихся усовершенствований государственного благоустройства и улучше­ния народного благосостояния. Теперь для нас уже обязательно отозваться на этот Высочайший призыв, если мы не желаем оказаться в положении «рабов ленивых и лукавых».

Исходя из этого, он предложил думе избрать из гласных комиссию, для выработки проекта представления императору о способах «усовершенствования государственного благоустройства и улучшения народного благосостояния". (5)

Городская дума на своём заседании 9 марта 1905 года приняла решение о выработке проекта о способах "усовершенствования государственного благоустройства и улучшении народного благосостояния" для представления его императору Николаю П, избрав для этого комиссию из 13 человек.. (6)

Информируя об этом газета «Северный Кавказ» писала о том, что комиссия: «Она не должна забывать о несовершенстве городской избирательной системы. Надо помнить, что правом избирательного голоса пользуются лишь незначительная часть городского населения. что много лиц, которые могла бы сказать и свое слово, давать и свои указания, лишены права голоса. Поэтому чем шире будет круг лиц, которые будут приглашены на заседания комиссии, тем оно будет справедливее. Наилучшим способом выслушать мнения народа и городского населения это было бы пригласить на заседания комиссии всех желающих высказаться. Пусть всякий гражданин придет в думу и скажет свой совет, скажет свое слово свободно, откровенно. Комиссия сумеет разобраться, какие мнения заслуживают уважения, какие нет. Но, повторяем, надо выслушать мнения всего городского населения, всех групп, на которые разделены у нас жители. Мы думаем, что население поймет всю важность того или другого решения вопросов государственного благоустройства и народного благосостояния. Пусть каждая группа, торговцы, ремесленники, земледельцы выскажутся о своих насущных нуждах. Пусть население приучается к высказыванию публично о своих неустройствах. Скоро, очень скоро придется ведь каждому гражданину указать достойнейших лиц из своей среды дли участия в законодательных работах. И нужно приучить население к этим выборам, дабы были привлечены действительно достойнейшие, доверием народа облеченные. Долг думы способствовать этому и долг граждан не уклоняться от своих гражданских обязанностей». (7)

Вот один из примеров участия Я.В. Абрамова в обсуждении вопросов. 20 мая 1905 г. городская дума обсуждала вопрос о базарах по докладу, представленному городской управой. В декабре 1904 г. городская дума приняла решение о запрете торговли на Казанской площади (Нижний базар). Однако вскоре жители нижней части города подали прошение, указывая на то, что после этого постановления для них появилась масса неудобств. И просили уничтожить его. Такое прошение подали и огородники, которые указывали на то, что от этого они терпят большие убытки. При обсуждении этого вопроса мнения гласных разделились особенно при решении вопроса о времени и днях торговли на Верхнем и Нижнем рынках. Слушая спорящих, Я.В. Абрамов сказал: «Дело ясно: нам нужно два рынка. Поэтому 14 параграф нужно отменить». Городской голова настаивая на своём, утверждал, что не следует полностью отменять 14 параграф, а нужно установить дни торговли. В свою очередь Я.В. Абрамов продолжал настаивать на своём, доказывая, что устанавливать часы торговли, только обманывать себя, потому что всё равно никто не будет соблюдать расписания и торговать до известного часа.

В конце концов, вопрос был поставлен на голосование. Большинство высказалось за то, чтобы установить торговлю на нижнем базаре вторник, четверг, суббота летом до 10 часов, зимой до 11 часов. После баллотировки Я.В. Абрамов предложил данное решение принять как временное до разрешения торговли на Варваринской площади. Для сбора данных по этому вопросу следовало избрать комиссию. В неё были избраны гласные, в том числе Я.В. Абрамов.

Бурный протест в губернии и на Кавминводах вызвало поражение 2-й Тихоокеанской эскадры у острова Цусима. Около 200 жителей города Ставрополя подписали в конце мая заявление в городскую думу по поводу этих событий, в котором выразили уверенность в том, что городская дума "возвысит свои голос в интересах спасения государства от грозящего разорения и гибели, о крайней необходимости созыва представителей с целью устранения бюрократии от дальнейшего влияния на ход государственных дел... требуем немедленной передачи распорядительной власти в руки народных представителей". (8) Этой же теме было посвящено и заявление 25 гласных городской Думы. Рассмотрение этого заявления на заседании городской думы 3 июня 1905 г. превратилось при активном участии социал-демократов в политический митинг. На нём выступил представитель Кубанского комитета РСДРП В.Д. Сокольский /"Тарас"/. Здесь же были разбросаны прокламации, содержавшие "резолюцию рабочих города Ставрополя", в которой говорилось о том, что только с помощью революции можно добиться своих прав. Для наведения порядка в зале заседания была введена полиция. На требования полицмейстера разойтись часть присутствовавших взяли в руки стулья и заняли оборонительную позицию с криком "Долой полицию, бей полицию!", стали петь революционные песни. С криком "Долой самодержавие!" были брошены листовки на улицу. (9)

А через 4 дня в Ставрополе произошло событие, потрясшее всю губернию. 7 июня с разрешения епархиального начальства на площади у Рядской церкви состоялся диспут между священниками православной церкви и сектантами, на который" собралось много рабочих, ремесленников, учащихся. Вскоре диспут перешел во взаимные оскорбления. Страсти в толпе накалялись. Священнослужители, чтобы избежать расправы над сектантами, ввели их в церковь. Толпа не унималась. Никакие уговоры губернатора Вельяминова, городского полицмейстера не помогли. Тогда для охраны церкви была вызвана из летних лагерей рота 249 Майкопского резервного батальона. На площади зазвучали противоправительетвенные речи, инициаторами которых были социал-демократы и социалисты - революционеры. Наступила темнота, толпа напирала на солдат, и те открыли огонь по безоружным людям. Всего было убито и ранено 116 человек, в числе которых были женщины и дети, что вызвало гневное возмущение в городе.(10)

Как только случилось это страшное событие, потрясшее Я. В. Абрамова, он вместе с другими гласными потребовал немедленно рассмотреть данный вопрос на заседании городской думы. И уже на следующий день такое чрезвычайное заседание думы состоялось, на котором гласные, в том числе и Я. В. Абрамов, с гневом говорили о существующих порядках, бездействии городской полиции, преступно-халатном отношении властей к наведению порядка. Чтобы успокоить население, Ставропольский городской голова, сообщал листовкой населению Ставрополя, что городская дума на чрезвычайном заседании 8 июня, обсудив имеющиеся у неё сведения о событиях 7 июня 1905 г., постановила: «А) для того, чтобы обстоятельства этих событий были вполне выяснены и виновники понесли законное наказание, ходатайствовать пред надлежащими властями об участии в производстве дознания и предварительного следствия по событиям 7-го июня представителей Ставропольский городской думы и Мещанского общества; б) сообщить по телеграфу Министру Внутренних дел все известные Городскому Управлению данные о событиях 7 июня для предотвращения таких событий на будущее время: в) уполномочить Городскую управу израсходовать из городских средств, сколько окажется нужным, на помощь пострадавшим 7-го июня и их семействам; и г) избрать комиссию из Городской голова Н.Т. Иванов и гласных: Е.Г. Маслова, П.Д. Извощикова, Я.В. Абрамова, И.П. Кувшинского и Г.К. Праве для выяснения всех обстоятельств событий 7-го июня каковой комиссии каждый, кому либо известно о событии, может оказать содействие сообщением известных ему данных. Доводя до сведения населения города Ставрополя о вышеизложенном, Городской голова просит население сохранить должное спокойствие и быть уверенным в том, что Городское Управление сделает всё зависящее от него, чтобы выяснить все подробности происшествия 7-го июня и чтобы лица, по чьей воле произошли эти печальные события, понесли законное наказание». (11) Однако это не успокоило горожан.

Похороны жертв расстрела превратились в политическую манифестацию, в которой участвовало более тысячи человек. На гробах были венки с надписью "Жертвы современного строя" и "Жертвы произвола». На кладбище состоялся митинг, на котором произносились антиправительственные речи, слышались призывы к борьбе с самодержавием, шел сбор средств в пользу пострадавших. В городе появились листовки с призывами к борьбе против правительства и войны с Японией. На гражданской панихиде произносились антиправительственные речи, распевались революционные песни. Полицейские, опасаясь народного гнева, держались в стороне, не вмешиваясь в происходящее.

24 июня 1905 года состоялось очередное заседание городской думы. Прежде чем рассмотреть плановые вопросы гласные заслушали доклад гласного Е.Г. Маслова, который возвратился из Москвы, где проходил съезд представителей земских и городских самоуправлений России. Он рассказал о работе совещания и представил собранию все резолюции. Он также рассказал о докладах, об основных началах деятельности общегородской организации, о создании народного представительства и об основах выборов в городские правления. Е.Г. Маслов также зачитал резолюции съезда.

Когда Е.Г. Маслов закончил свой доклад, Я.В. Абрамов попросил его поделиться своими личными впечатлениями о съезде и сообщить о степени подготовленности собравшихся представителей к общегосударственным делам. Когда Е.Г. Маслов сказал о том, что у него остались о совещании самые наилучшие впечатления, а что касается о подготовленности, то многие участники продумали свои убеждения, собравшиеся были удовлетворены.

После этого городской голова предложил перейти к обсуждению вопросов повестки дня. Но в этот момент поднялся гласный Я.В. Абрамов и сказал: «Прежде чем заняться обсуждением своих очередных повседневных дел, мы должны вспомнить о невинно-убитых 7 июня и почтить их память вставанием». Все гласные и присутствовавшая публика поднялись как один человек. (12)

За то, что Я. В. Абрамов занимал активную жизненную позицию и был в оппозиции местным властям и, как либерал, возмутителем спокойствия среди населения, Ставропольский губернатор поднял вопрос о его высылке из города Ставрополя за пределы губернии. Поэтому Я. В. Абрамов искал пути, чтобы предпринять меры, противостоящие намерениям губернатора. Об этом он писал в одном из писем.

Я. В. Абрамов вёл активную переписку со многими своими корреспондентами, которые в своих письмах высказывали различного рода просьбы. Так, 31 мая 1905 г. он отправил из Ставрополя письмо фотографу Шорину в с. Благодарное: «Городская женская гимназия обязательно откроется в настоящем учебном году. Экзамены приёмные в августе, о чём будет объявление. О судьбе заявления, касающегося библиотеки, ничего не знаю. До сих пор не справлялся. Не до того, так как теперь приходится заниматься делами более важными. Сейчас готовим петицию от Городского Управления и городского населения о немедленном созыве народных представителей. А тут ещё полиция готовит у нас погром и приходится стараться парализовать усилия её в этом направлении. В довершение всего наш Губернатор возбудил ходатайство о высылке меня из Ставрополя и приходится принимать меры, чтобы с дуру и в самом деле это дурацкое ходатайство не было приведено в исполнение. Впрочем сегодня –завтра попрошу Голову, чтобы он потребовал от Рослякова возвращения ходатайства относительно библиотеки раз не хочет дать заключения по нему и напрасно его держит. Я. Абрамов». (13)

Короткое письмо, но сколько в нём содержится важных сведений. В связи с этим следует пояснить следующее. Относительно петиции, инициатором которой был Я. В. Абрамов. Ставропольская передовая общественность с начала века всё настойчивее ставила вопрос о демократизации российского общества. Но настоящий взрыв произошёл в мае после известия о разгроме 2-й Тихоокеанской эскадры японским флотом на Дальнем Востоке в Цусимском проливе. Российское общество было возмущено.

Я. В. Абрамов всегда готов был к сотрудничеству и оказанию помощи всем, кто в этом нуждался. Поэтому к нему часто обращались за поддержкой.

«16. 1Х. 1905. Владикавказ. Копия.

Многоуважаемый

Яков Васильевич.

Собираясь издавать во Владикавказе ежедневную газету я вспомнил Ваши слова сказанные при последнем нашем свидании: «Если вздумаете издавать газету располагайте мною» - сказали Вы и вот прежде чем решиться я хочу заручиться Вашим согласием быть другом издания, т.е. редактором и руководителем. Без такого Вашего согласия я ещё подумаю издавать ли газету или нет.

Конечно, Вы прежде всего спросите о направлении. Надеюсь, Вы мне доверяете, моей честности, а раз честные люди берутся за дорогое для них общее дело мне кажется не трудно сойтись относительно направления. О всяком случае считаю долгом высказать свой взгляд проходящие события на Кавказе. Само собой нет ничего невероятного, если вы другого взгляда на событие, чем я, ибо вся Кавказская пресса ( Заняты исключением) издаётся армянами и передовая русская пресса подкуплена заигрыванием армян в социализм и демократизм.

На самом же деле армяне преследуют цели ничего общего не имеющие ни с социализмом, ни либерализмом, они преследуют ни больше, ни меньше воссоздание армянского царства Гайкина и господство капитала и церкви над всеми народностями на Кавказе». (14)

Я. В. Абрамов с воодушевлением встретил учреждение Государственной думы, как важную уступку самодержавия российскому обществу. В то же время он до конца не был до конца этим удовлетворён, поскольку Дума замышлялась как законосовещательная и от выборов в неё отстранялась значительная часть населения. Поэтому он оказался в оппозиции к самодержавию. Как известно, государственная власть в России под напором революции вынуждена была пойти на уступки обществу. Императором 17 октября был подписан манифест, которым населению «даровались» гражданские свободы, Государственная дума становилась законодательной, к выборам в неё допускались рабочие.

На Ставрополье к манифесту 17 октября отнеслись неоднозначно. Если официальные власти организовали торжественные молебны, отправку в столицу верноподданических адресов на имя императора, то оппозиция отнеслась по иному. Уже первый митинг, состоявшийся 18 октября 1905 г., в помещении коммерческого клуба, на котором присутствовало более 500 человек, показал, что в ставропольском обществе довольно чётко выделялись три течения в оценке манифеста. Одни отстаивали либеральную позицию общеземского съезда, другие положение партии социалистов-революционеров, третьи - социал-демократические.

По распоряжению администрации губернии 19 октября в кафедральном соборе г. Ставрополя архиепископ Ставропольский и Екатеринодарский Агафадор отслужил молебен по поводу обнародования манифеста, который здесь же был прочитан с подробным толкованием основных положений, а затем для властей началось самое неприятное. После молебна собравшиеся на улице почтили память борцов, павших за свободу снятием головных уборов и пением похоронного марша "Вы жертвою пали". Затем собравшиеся с пением "Марсельезы" двинулись на Николаевский проспект, где группами собрались люди, обсуждая манифест и последние события. (15)

21 октября на заседании Ставропольской городской думы, городской голова Иванов предложил гласным обсудить вопрос о посылке всеподданеишей телеграммы императору от имени жителей города с благодарностью за дарование гражданских и политических прав. Неожиданно для него и присутствовавшего губернатора против этого решительно высказалась либеральная оппозиция. Гласный Я.В. Абрамов заявил о том, что благодарить за манифест нужно не правительство, а тех смелых борцов, организовавших движение пролетариата, которые "смело в рядах первых в борьбе за свободу подставляли грудь свою под пули правительства». После его выступления в зале развернулась оживлённая дискуссия. В неё неоднократно вмешивались губернатор и городской голова. Наконец вопрос был поставлен на голосование. Решение о посылке благодарственной телеграммы императору было принято с перевесом всего в три голоса. (16) Такое решение показало властям, что в городском общественном управлении города сильна оппозиция и необходимо принимать решительные меры к тому, чтобы её нейтрализовать.

31 октября поступила на имя губернатора телеграмма: «На основании высочайшего указа 21 сего октября подлежат освобождению все лица, состоящие за государственные преступления, гласным надзором полиции и отбывающие тюремное заключение в административном порядке по высочайшим повеления также все подчинённые порядке статьи 16 (п.4) и 34 Положения охране гласному надзору полиции или в ограничении права избрания места по постановлениям особого совещания распоряжение Министерства и местных властей, а равно подвергнутые предварительному аресту порядке охраны для представления к административной высылке. Благоволите принять меры к безотлагательному исполнению освобождении всех этих лиц списки их надлежат доставлению Департамент полиции Товарищ Министра Трепов». (17)

Я.В. Абрамов резко выступал против разгула черносотенного движения и прокатившихся по России волны погромов, в том числе по Югу, начавшись в городе Одессе, Ростове на Дону. 24 октября в зале общественного собрания г. Ставрополя состоялось народное собрание, на котором Я.В. Абрамов выступил с анализом последних событий в России. Он подробно и с гневом говорил о погромах в Ростове на Дону, станции Кавказской. В Ростове рабочая дружина хотела остановить погромы и грабежи и направилась в то место, но была остановлена залпами казаков. В результате во время погрома было убито 200 и ранено 500 человек. При этом самое деятельное участие в грабеже принимали казаки и полиция.

По словам Я.В. Абрамова на станции Кавказской события развивались следующим образом. Забастовка, охватившая все дороги, коснулась и Кавказской. Во время забастовки порядок поддерживала рабочая дружина. Она же охраняла станционные помещения. При получении манифеста 17 октября он был прочитан в помещении станции и местном железнодорожном училище. На следующий день толпа громил из хутора Романовского подошла к школе и требовала выдачи учительницы П.Г. Дугинцевой, которая якобы развращала их детей и восстанавливала против царя.. Учительский персонал и рабочие просили разойтись толпу и указывала на то, что именно учительница читала царский манифест. Тогда толпа отправилась к местным властям, чтобы узнать: действительно ли вышел такой царский манифест о котором им говорили делегаты. Получив отрицательный ответ, толпа двинулась на станцию. Погром начался с дома Гулькевичей, передовых людей ст. Кавказская. Сюда поспешили организованные рабочие и разогнали толпу. После этого они возвратились в депо и стали обсуждать манифест. Тем временем черносотенцы направились к железнодорожному училищу. Учителям удалось скрыться. В помещении станции и у отдельных обывателей. П.Г. Дугинцева, переодевшись в мужскую одежду отправилась в х. Романовский, где хотела укрыться от громил. Но трусливые обыватели отказали ей в этом. А когда она возвращалась на станцию, её опознали громилы и стали избивать Полуживую её доставили к начальнику отдела Браткову, который был на станции с 200 казаками. Тот приказал вынести портрет императора и стал её экзаменовать. Избитая женщина молчала. Тогда Братков приказал отвести арестованную в тюрьму, выделив 5 казаков. При встрече с толпой казаки не могли ей противостоять и старший наряда попросил у Браткова подмоги, чтобы защитить несчастную. Но таковой выделено не было. И толпа избивала учительницу до тех пор, пока та не стала бездыханной. На следующий день был отслужен молебен, на котором священники, говоря о манифесте, указывали на напрасно загубленную жизнь. На ст. Кавказской два буйствовавших казачьих офицера, размахивая шашками, требовали от пассажиров петь народный гимн, что возмутило даже жандармского офицера.

Заслушав доклад Я.В. Абрамова, собрание единодушно постановило направить телеграмму председателю Совета министров С. Ю. Витте, в которой потребовало гласного суда над виновниками погромов в Ростове и на станции Кавказской. Затем приняло решение об устройстве самообороны в городе Ставрополе, чтобы не дать возможности тёмным личностям воспользоваться сложившимся положением дел и произвести погромы или избиения горожан. После долгих прений решили подождать, когда городская дума обсудит в экстренном заседании. В условиях, когда и над Ставрополем нависла угроза погромов, гласный Я.В. Абрамов предложил городской думе создать комиссию по организации самообороны в городе. Гласные поддержали это предложение.(18) По его инициативе в частном собрании гласные обсуждали вопрос о создании в городе милиции.

27 октября экстренное заседание городской думы обсудило вопрос о создании в городе милиции, поскольку этот вопрос обсуждался дважды в частных совещаниях гласных и принципиально был решён. Теперь следовало рассмотреть практическую сторону дела. Так что гласные были готовы к разговору. Было решено, что милиция должна была находиться в подчинении городской думы. Её состав был определён в 100 человек, в том числе 60 пеших и 40 конных. Лица, желавшие войти в состав милиции, должны были иметь рекомендацию или быть лично известными кому - либо из городского общественного управления.

Обязанности милиции состояли в охране личной и имущественной безопасности граждан, нарушения которой были особенно возможны в условиях тревожного и безразличного отношения к безопасности граждан со стороны полиции. Милиция должна была находиться под постоянным наблюдением жителей города. Это должно являться гарантией того, что её деятельность не выльется в форму существующей полиции и не станет служить интересам сильных против слабых. Милиционеры должны были на головных уборах иметь присвоенные им знаки. Вооружение милиционера составляли шашка и револьвер. Был решён вопрос об оплате. Начальник милиции доложен быть избран и утверждён городской думой. Для выработки инструкции милиционерам была создана комиссия, в состав которой вошёл Я.В. Абрамов. Милиция должна была финансироваться из государственных средств и пожертвований горожан. Было также принято решение о возбуждении ходатайства перед МВД о передаче городской полиции в состав милиции, то есть в ведение городского общественного управления. (19)

Следует сказать о том, что МВД не возражало против создания милиции, но при условии, что она будет подчиняться полиции, а не городскому общественному управлению. Однако гласные городской думы с такой постановкой вопроса не согласились и милиция не была создана.

3 ноября 1905 г. начальник Терского областного жандармского управления потребовал от своего помощника в городе Ставрополе немедленно представить ему списки лиц «состоящих на Государственной службе и, тем не менее, принимавших более или менее участие в противоправительственных деяниях» с подробным изложением обстоятельств при которых они проявляли «свою политическую неблагонадёжность». Следовало также сообщить, кто из них принимал участие в последующих нелегальных действиях. «Таким образом я буду иметь возможность в каждую данную минуту располагать сведениями, требуемыми Циркуляром Департамента полиции от 2 сентября текущего года за № 11421». (20)

8 ноября 1905 г. жандармский ротмистр Фридрихов доносил по этому требованию о том, что председатель Ставропольского уездного съезда, вместе с гласным Ставропольской городской думы Абрамовым стоит во главе оппозиционной партии. После указа 17 октября возбужден в Думе вопрос о посылке его от Ставрополя на съезд в Москву с тем, чтобы этот делегат всеми способами содействовал составлению требований правительству о немедленном увеличении надела крестьян. Произнёс по этому поводу горячую речь, убедив исполнить его предприятие. Открыто осуждал проект Булыгина о Государственной думе, говоря, что его надо бойкотировать и требовать от правительства другого. (21)

В ноябре 1905 г. в Петербурге состоялся съезд земских и городских деятелей, призванный обсудить отношение общества к правительству. Ставрополь на съезде представлял Я.В. Абрамов. Из документов полиции видно, что он "высказывал самые крайние революционные взгляды». Абрамов действительно отстаивал идею о немедленном увеличении крестьянского надела, однако поддержки на съезде не получил, заявив после этого, что в то время, когда прогрессивное общество шло в своих требованиях вперед, делегаты съезда "хотели повернуть направо". (22)

По возвращении в Ставрополь он подверг жесткой критике работу съезда и его кадетское руководство. Поддержку своим взглядам Абрамов нашёл среди левых сил. Большое впечатление на них произвел его доклад о работе Петербургского Совета рабочих депутатов. Согласно полицейским материалам, в течение 1905 г. вокруг Абрамова группировались «все политически неблагонадежные лица" и что он, являясь руководителем всех антиправительственных проявлений, стоит "во главе оппозиционной партии". 16 ноября 1905 г. в зале городской управы состоялось второе общее собрание членов конституционно-демократической партии. Был утверждён устав партии. Собрание избрало губернский комитет из 15 человек. В том числе Я.В. Абрамов, которого в это время в городе не было, так как он находился на земско-городском съезде в Москве. (23)

Выезжая на съезд, Я.В. Абрамов думал о том, что это был съезд прогрессивных деятелей, который проходил в условиях революции. Однако на деле это оказалось далеко не так. На самом деле там собрались богатые землевладельцы и домовладельцы, которым были чужды прогрессивные стремления общества. Члены съезда собрались в частной квартире кн. Долгорукова и толпились как сельди в бочке. Якова Васильевича это возмутило и он возбудил вопрос о публичности заседания. Однако его предложение не приняли, как будто испугались публичности. Ему даже не дали мотивировать своё предложение. Ни одно его заявление не нашло сочувствия среди собравшихся участников съезда.

19 ноября состоялось губернское собрание членов конституционно-демократической партии. При его открытии, возвратившийся в Ставрополь Я.В. Абрамов, подойдя к столу председателя собрания сказал: «Заявляю, что я отказываюсь быть членом партии, удивляюсь, даже, каким образом меня записали в неё. Но если позволите, то я сообщу много ценного о конституционно-демократической партии. Может быть то, что я сообщу, послужит для многих предостережением против вступления в эту партию, а некоторые, послушав меня, пожалеют, что поспешили записаться в партию».

Получив позволение, он сказал: «Я имел честь быть на последнем съезде земских и городских деятелей в Москве. Этот съезд, как вы знаете, собрали непосредственно после объявления военного положения в Польше, непосредственно после ряда погромов, организованных чёрной сотней при участии администрации. Я много ждал от этого съезда и то, что я услышал в первом заседании неприятно поразило меня. Дальнейшее обнаружило ряд возмутительных позорных явлений в деятельности того же съезда». Я.В. Абрамов подверг острой критике деятелей конституционно-демократической партии за их неспособность по настоящему противостоять власти, а часто отстаивавших свои интересы. В заключение призвал не вступать в партии, а образовать из отдельных членов «блок» для дальнейшей работы. (24)

Возвратившись из Москвы Я.В. Абрамов счёл своим долгом рассказать общественности Ставрополя о съезде и поделиться своими впечатлениями о нём. 23 ноября в зале общественного собрания выступил с докладом о съезде городских и земских служащих и представителей крестьянского союза.

Доклад он начал с упоминания о великой культурной работе, которая выпала главным образом на земское самоуправление. По его мнению, эта работа была особенно плодотворной до 1892 года. Положение о земском самоуправлении 1890 года сильно сузило роль и значения земства. Вследствие повышения ценза и изменения системы выборов крестьянский элемент в земстве уменьшился и вследствие этого понизился общий тон и освободительное направление земства. Но все ухищрения различных «положений» оказались бессильными перед вопросами жизни. Жизнь неуклонно шла вперёд и не говоря уже о земстве, даже городское самоуправление, на которое уже совершенно трудно было положиться, в большинстве носил оппозиционный характер.

Вот почему первый съезд имел такое великое значение. На нём впервые было произнесено слово «конституция» и под этим лозунгом он объединил значительную часть оппозиционно настроенного общества. И хотя это слово было произнесено не смело, недостаточно ярко, но значение его от этого мало утерялось, потому что в сущности ещё недавно и за гораздо более невинные вещи существовал обычай ссылать в места довольно отдалённые.

Большое значение, по мнению Я.В. Абрамова, имели и последующие съезды, на которых присутствовали от городов и резолюции которых насилии уже более мирный характер. Вот почему такое огромное значение мог иметь октябрьский земско-городской съезд, тем более, что он собирался непосредственно после таких событий, как манифест 17 октября, целого ряда погромов, явно организованных администрацией, объявление Польши на военном положении и вообще после революционных октябрьских дней. И все не только в России, но и за границей ожидали, что съезд земских и городских деятелей заговорит по иному, все вправе были ожидать от съезда энергичных действий, которые только и могли бы удовлетворить в стране спокойствие. Но съезд не оправдал возлагавшихся на него великих надежд.

Я.В. Абрамов с гневом говорил о том, что съезд с первых же дней заговорил не о тех безобразиях, которые были допущены правительством, а о необходимости поддержки этого правительства. Съезд не захотел сделать свои заседания публичными, хотя для этого была полная возможность. Ведь нашёл возможным это сделать крестьянский съезд, у которого вопросы были гораздо существенные и трудные. Если съезд боялся за порядок на собрании, то его опасения были совершенно не основательны. Я.В. Абрамов говорил, о том, что там же в Москве ему приходилось бывать на многолюдных митингах, где публика была настолько сознательна, что сама поддерживала самый образцовый порядок. Что касается о помещении, то и о нём в Москве не могло быть и речи.

Но, несмотря на это, когда Я.В. Абрамов предложил съезду перенести заседания в более подходящее, помещение, куда могла быть допущена посторонняя публика, председатель не дал ему даже мотивировать его предложение и не позволил обсуждать, дав слово только в виде исключения представителю бюро, который заявил, что этот вопрос уже обсуждался в бюро и, так как прошлые съезды не были публичными, то и настоящий было решено оставить таким же. Предложение без прений было поставлено на голосование и подавляющим большинством отклонено. Кроме того, Я.В. Абрамов указывал на то, что на заседаниях присутствовали корреспонденты только восьми газет.

Я.В. Абрамов жёстко подчеркнул, что съезд резко обнаружил шкурно-классовую тенденцию. Многие из присутствовавших выражали сильное желание получить министерские портфели. Другие метили в генерал-губернаторы. Он с сарказмом заметил, что были и такие, которые прямо заявляли: «не хватит министерских и губернаторских мест, пойдём в губернские секретари!»

Вообще съезд, по мнению Я.В. Абрамова, представлял из себя перепуганных людей, которые увидели, что освободительное движение идёт дальше, чем они хотели и решили повернуть направо.

Я.В. Абрамов заметил, в ходе работы, съезд рассыпался на несколько резко противоположных друг другу групп, которым он и дал характеристику. Крайняя правая, правда не очень многочисленная, стояла за полное оправдание правительства, за оправдание погромщиков, которые, по мнению этой группы, свидетельствуют о патриотическом чувстве у народа и который представляет из себя скорее положительное, чем отрицательное явление. Эта группа оправдала военное положение в Польше и др. Крайняя левая состоявшая из небольшого круга лиц стояла на совершенно иной точке зрения. Она более решительно осуждала правительство и требовала немедленно проявления на деле данных обещаний. Самую многочисленную группу представлял центр, который если и не оправдывал, как правая погромов, военного положения, но всё же и не осуждал, как левая, правительства. Центр тоже стоял за выражение правительству доверия.

Я.В. Абрамов прочитал несколько резолюций съезда, которые открыли всем истинную его физиономию. Съезд если и не изменил своим политическим лозунгам, то в области экономической он оказался ретрограднее, чем этого можно было ожидать. Общество русское и иностранное обманулось в своих надеждах, но это имело своим последствием то, что силы стоявшей за съездом не стало. Съезд и все представляемые им элементы стали сами по себе, а общество, Россия –сами по себе. Получилось так, что съезд остался за флагом жизни.

Я.В. Абрамов большое внимание в докладе уделил крестьянскому съезду. Насколько был пышен по внешности и скуден по внутреннему содержанию съезд земских и городских деятелей, настолько убог по внешности и величественен и грозен по содержанию и силе был съезд крестьянский.

«Меня часто и везде спрашивали, настоящие ли там крестьяне или нет? Мне, разумеется, странным казался этот вопрос. Не всё ли равно кого выбрали члены известной группы крестьянского союза – крестьянина или интеллигента? Но всё-таки я могу заявить, что среди 156 человек только 40 было интеллигентов. Все остальные были крестьяне-земледельцы».

Впечатление, которое производил серый крестьянский съезд, было глубокое и сильное. Чувствовалось, что за крестьянским союзом стояла сила. Это было видно из того, что известное постановление крестьянского съезда о том, что все займы, заключённые правительством будут недействительными, вызвало со стороны заграничной биржи отказ разместить у себя какой бы то ни было заём русского правительства пока не будет созвано учредительное собрание. Крестьянский съезд постановил, чтобы не позже февраля 1906 года было созвано учредительное собрание на основании прямого, тайного и закрытого голосования без различия пола, национальности и религии.

В чём же заключается эта громадная сила крестьянского союза? В численности? Нет, -подчеркнул Я.В. Абрамов, главная сила крестьянского союза состояла в том, что на его знамени были написаны те требования, которые веками накапливались в душе каждого крестьянина. На знамени крестьянского союза написаны те требования, за которые если ещё и не пошла, то в самом непродолжительном времени пойдёт вся крестьянская масса.

После второго перерыва докладчик охарактеризовал общую картину той свободной жизни, которая царила в Москве и Петербурге. «В Петербурге единственным и полным хозяином является ни Трепов, ни Витте, а совет рабочих депутатов. Заседания этого совета происходят открыто, на глазах у полиции и постановления его направляют всю жизнь Петербурга».

Везде слышались свободные речи, издавались десятки свободных газет, выходивших не только без цензуры, но и без какого бы то ни было явочного порядка и исключительно по воле рабочих. И эта свобода опиралась не на доброту и тактичность правительства. Свобода не нарушалась потому, что 1) почти всё взрослое население столиц вооружено и 2) правительство утеряло свою последнюю опору-войско. Диктатура правительства, по мнению Яков Васильевич, была немыслима. (25)

Озабоченный общественными проблемами, остро переживающий тяжелое социально- экономическое и политическое положение народа, Я.В. Абрамов, однако, не всегда бывал последовательным, ориентируясь то на "малые дела", то на политическую борьбу. Разделяя методы борьбы левых партий, Яков Васильевич пытался сохранить нравственные начала политической деятельности, стремился не допустить напрасных жертв, был противником экстремизма.

Анализируя развитие революционных событий в стране в ноябре-декабре, подавление вооружённых выступлений в Москве, Новороссийске, Ростове на Дону и других местах России, Я.В. Абрамов в конце 1905 г. пришёл к выводу, что крестьянское движение также будет подавлено вооружённой силой В декабре Абрамов заявил, что задачей момента является широкое развитие производственной и потребительской кооперации, создание касс взаимопомощи, концентрация производства, установление муниципального социализма: "Социализм - не утопия, не фантазия; социализм - это реальная действительность". Он считал, что установление нового социалистического строя насильственным путем невозможно. (26)

Таким образом, он вновь вернулся к идее "малых дел". За это он был подвергнут острой критике со стороны оппонентов и, прежде всего социал-демократов, сторонников более решительных действий против самодержавия и существующего строя. Что же касается осуществления идей Абрамова, то, как считали социал-демократы, это не могло облегчить решения задач революции, а лишь продлило бы существование самодержавия. (27)

Начало 1906 года ознаменовалось новым подъёмом общественно-политической активности в российском обществе. Связано это было с выборами в первую Государственную думу. В политическую борьбу включились все слои общества. Не осталось в стороне и Ставрополье. Поскольку социал-демократы и эсеры бойкотировали выборы в думу, то на победу рассчитывала либеральная конституционно-демократическая партия. Газета "Речь", орган партии кадетов, сообщила о том, что в Ставрополе кандидатами в депутаты думы выдвинуты от кадетов присяжный поверенный Маслов, нотариус Праве, городской голова Иванов, от октябристов гласный городской думы Алафузов, директор городского банка Ртищев, арендатор Соколов и внепартийный кандидат Абрамов, который выставил свою кандидатуру как независимый кандидат. (28) Я.В. Абрамов искренне поверил в возможности Государственной думы, как высшего представительного органа власти, чтобы отстаивать там интересы народа. Хотя он и не был согласен с избирательным законом, лишавшим значительную часть населения избирательных прав. В то же время он рассчитывал на то, что будет избран депутатом. Однако этого не случилось.

В марте-апреле 1906 г. состоялись выборы в первую Государственную думу на Ставрополье. Как известно, самодержавие при выборах в Государственную думу рассчитывало на монархические настроения крестьян, которые составляли 43 процента выборщиков и что они изберут лояльных правительству депутатов. Однако эти расчёты не оправдались. Крестьянские выборщики чаще всего избирали своих представителей. В аграрной Ставропольской губернии из 47 выборщиков 33 были от крестьян. Несмотря на давление местных властей, широкую пропаганду кадетов, октябристов на губернском собрании выборщиков депутатами были избраны: З.С.Мишин, волостной старшина из села Ладовская Балка Медвеженского уезда, Я. В. Борисов от крестьян Александровского уезда, Ф.М. Онипко, волостной писарь села Большая Джалга Благодаринского уезда. (29)

Я.В. Абрамов не нашёл поддержки среди крестьянских выборщиков, прежде всего потому, что те его не знали, а к интеллигенции они относились довольно скептически. А главное было то, что они решили избрать своих представителей в высший орган законодательной власти, чтобы те там защищали их интересы. Ряд авторов утверждают, что поскольку Я.В. Абрамову на выборах не было оказано доверия, то он поэтому сложил с себя полномочия гласного ставропольской городской думы. Но это далеко не так.

В последние месяцы жизни Яков Васильевич очень тяжело болел и не мог принимать активного участия в общественной жизни города и губернии. Все свои недуги он воспринимал очень болезненно, так как считал, что гласный должен работать полнокровно, поскольку ему доверили это горожане. В то же время он очень близко к сердцу принимал происходящее в стране и на Ставрополье. Очень тяжело Я.В. Абрамов переживал репрессии, которым подверглось Ставрополье летом 1906 года, особенно после объявления 8 августа 1906 года по высочайшему повелению города Ставрополя, а также Ставропольского, Благодаринского и Медвеженского уездов в положении чрезвычайной охраны, а прочих местностей усиленной охраны с предоставлением в отношении города Ставрополя, названных уездов особых прав главноначальствующему временно генерал-майору Литвинову, который прибыл в город Ставрополь. (30)

Генерал сразу же начал проводить суровую карательную политику: закрывал газеты, профсоюзы и т.д. На основании представлений чиновников он без суда, собственной властью приговаривал виновных до трех месяцев тюремного заключения или штрафу до трех тысяч рублей. Были также изданы ряд обязательных постановлений, имевших для губернии силу закона и направленных на ужесточение мер против революционных выступлений.

В Ставрополе были закрыты все оппозиционные газеты. По поводу приостановки выхода газеты "Союз" говорилось, что она "по направлению своему угрожает общественному порядку и спокойствию, причем помещенные в ней статьи и заметки нередко клонятся к возбуждению населения к неповиновению действующим законам". (31)

Затем генерал Литвинов с карательным отрядом отправился по губернии наводить порядок с использованием артиллерии против крестьян. По его приказу были расстреляны из орудий сёла Константиновское, Петровское. Суровыми мерами крестьянское движение в сентябре удалось подавить и оно пошло на убыль. Яков Васильевич тяжело переносил эти известия, что не могло не сказаться на его здоровье, которое ухудшалось изо дня в день.

Последним мечтанием Якова Васильевича Абрамова было издание своей газеты. Он уже и название ей придумал «Наш край», тот край, который был для него родным. Для этого он начал подыскивать и приглашать сотрудников. Но смерть помешала осуществиться его планам. После полугодовой тяжёлой болезни в ночь на 18 сентября 1906 г. Яков Васильевич Абрамов скончался. Его похороны превратились в настоящую манифестацию. Сотни горожан пришли проститься с известным земляком, приняв участие в отпевании и гражданской панихиде.

Память о нём осталась в сердцах ставропольцев. Так, в день 10 - летия со дня смерти Я.В. Абрамова в Софиевской церкви города Ставрополя в 10 часов после литургии состоялась по нему панихида. В 12 часов была отслужена панихида по Я.В. Абрамову в зале городской думы, гласным которой он был более 10 лет. (32) К сожалению произведения Я.В. Абрамова никем не были собраны в отдельное полное издание и большинство из них оказались забытыми, хотя многие из них и сегодня представляют несомненную ценность.

Было бы не плохо, если бы нынешние депутаты городской думы увековечили память Якова Васильевича Абрамова в названии улицы, установкой мемориальной доски или ещё каким-то иным способом.



Примечания.

1.Венгеров С.А. Критико-биографический словарь русских писателей и учёных. (От начала русской образованности до наших дней). С. 21-23.

2.Государственный архив Ставропольского края (ГАСК). Ф. 60. Оп. 1. Д. 35. Л.38-39.

3.Северный Кавказ. 1898. 19 марта, 19 апреля.

4.Северный Кавказ. – 1905. – 20 января.

5. Северный Кавказ. 1905. №27.

6.Северный Кавказ. 1905. 12 марта.

7. Северный Кавказ. 1905. №28.

8. ГАСК. Ф.96. Оп.1. Д. 8705. Л.2.

9. ГАСК ф.1008. Оп.1. Д. 60. Л.145-146; Очерки истории Ставропольской организации КПСС. Ставрополь, 1970. С.21.

10. ГАСК. Ф.95. Оп. 1. Д.8694. Л.3; Ставропольские губернские ведомости. 11 июня 1905 г.

11.ГАСК. Ф. 1008. оп. 1. Д. 60. Л. 158.

12.Северный Кавказ. 1905. – 30 июня.

13.ГАСК. Оп. 1. Ф. 1008. Д. 60 Л.376, 377.

14. ГАСК. Оп. 1. Ф. 1008. Д. 60. Л. 380, 381.

15.Северный Кавказ. 22 октября 1905 г.

16.ГАСК. Ф. 95. Оп.1. Д.1694. Л.492; Северный Кавказ. - 1905. -27 октября.

17.ГАСК. Оп. 1. Ф. 1008. Д. 60 Л. 466.

18. Северный Кавказ. - 1905. - 27 октября.

19.Северный Кавказ. 1905. –29 октября.

20.ГАСК. Оп. 1. Ф. 1008. Д. 60 Л.444, 455.

21.ГАСК. Оп. 1. Ф. 1008. Д. 60 Л. 458.

22.Северный Кавказ. - 1905. - 29 ноября.

23.Северный Кавказ. 1905. –19 ноября.

24.Северный Кавказ. – 1905. – 23 ноября.

25.Северный Кавказ. – 1905. – 29 ноября.

26.Северный Кавказ. 1905. 21 декабря.

27.Северный Кавказ. 1905. 23 декабря.

28. Речь. 1906. 9 февраля.

29.Ставропольские губернские ведомости. 3 апреля 1906 г.

30. ГАСК. Ф. 101. Оп. 5. Д. 379. Лл. 1,2.

31.ГАСК. Ф. 101. Оп. 5. Д. 3109. Л. 1.



32.Северокавказский край. 1916. 18 сентября.




Каталог: WordDocs
WordDocs -> Профессиональная мотивация офииантов и проблема подержки индивидуальности личности в организации
WordDocs -> Мифологическая ономастика как средство сатирической характеристики адресата в эпиграммах
WordDocs -> Говорящие имена и фамилии в комедии
WordDocs -> Семантическое согласование и языковая игра
WordDocs -> Г. Е. Касьянова
WordDocs -> Теоретические основы метапоэтики а. Х. Востокова
WordDocs -> Основные вехи во взаимоотношении русской православной и армянской апостольской церквами
WordDocs -> Исследование проблем речевой инвективности является актуальной в настоящее время, так как речевая практика предлагает нам обширный набор речевых приёмов оскорбления, в числе которых представлены как эксплицитные, так и имплицитные средства
WordDocs -> Характеристика растительных сообществ г. Черкесска
WordDocs -> -


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница