Восьмая Размышления о настоящем и о будущем



Скачать 280.31 Kb.
Дата12.06.2016
Размер280.31 Kb.

Copyright © 2008-13 E.Levin Часы Феникса


Часть восьмая - Размышления о настоящем и о будущем



5. Развитие естествознания в свете часов Феникса

Ночные небеса в сияньи тайном звезд,

Роднят меня с тобой сквозь бег тысячелетий

И вот редеет мгла. Из хаоса стремят



Формотворящие строительные токи,

Иные времена иным мирам дарят

И утверждают их движения на сроки.

А. Чижевский (1897-1964)


Историк науки Б. Г. Кузнецов, автор популярной книги "Развитие физических идей от Галилея до Эйнштейна", считал, что толчком к рождению современной науки послужили события, предшествовавшие рождению Галилея, а именно – наступление Эпохи Великих Географических Открытий:

"Запросы мореплавания двигали вперед и конструирование физических приборов: подзорные трубы и секстанты нашли первое практическое применение на кораблях. На кораблях и часы стали важным астрономическим инструментом: по ним определяли долготу. Производство часов, первого автоматического прибора, было школой наиболее сложных приемов технической механики"1.

По Кузнецову, Галилео Галилей (1564-1642) (III,2,2), родившийся в период активизации первого квадрата Нептуна-Плутона и считающийся, вместе с Френсисом Бэконом (1561-1626), одним из основоположников современной экспериментальной науки, во многом обязан своим предшественникам – Николаю Кузанскому (1401-1464) (III,2,0) и Николаю Копернику (1473-1543) (III,2,1).

Как уже упоминалось ранее, в древнейшие времена основные научные открытия не выделялись в отдельную область, а были связаны с теми же культурными героями – мыслителями, философами и поэтами, о которых говорилось в предыдущих главах. Сегодня принято видеть первого глашатая грядущей эпохи развития науки и техники в Николае Кузанском, а всю историю научной мысли, предшествовавшую Эпохе Возрождения и рождению Кузанского-Коперника-Галилея, принято называть "предысторией физики", и ее деление на периоды соответствует основным этапам развития общества, разделяющим эпохи античности и Средневековья.

В начале первого года Феникса в Близнецах произошли коренные сдвиги в мировоззрении, и период от Галилея и Рене Декарта (1596-1650) (III,2,3) до Исаака Ньютона (1642-1727) (III,2,4) считается начальной фазой физики, периодом ее становления.



Копреник Декарт Галилей Ньютон

Начиная с Ньютона, наступил период классической физики, просуществовавшей до конца ХIХ в. (т. е. до очередного часа Феникса), когда она начала рушиться под напором новых фактов, не укладывавшихся в ее рамки.

Важно отметить, что первый серьезный удар по классической физике нанесла теория электромагнитного поля Максвелла (1831-1879) (III,2,6), родившегося в конце убывающего квадрата Нептуна-Плутона. С точки зрения часов Феникса, уже в первый кризисный период после рождения Ньютона родился тот человек, который нашел слабые точки в его рассуждениях. Тем не менее, теория Максвелла, созданная им в 1860-1865 гг., все еще не опровергла окончательно механистических идей Ньютона и не произвела революционного переворота в сознании ученых.




Максвелл

Время революционных открытий и изменений в физике настало в 1894-1895 гг., в период открытия рентгеновского излучения. Последующее десятилетие стало периодом открытий небывалого масштаба и одновременно годами рождения целой плеяды физиков-теоретиков, ставших отцами качественно нового течения – квантово-релятивистской физики. Этот переход от классической физики к современной, совпавший со вторым часом Феникса в Близнецах, характеризовался не только возникновением новых идей и открытием новых фактов и явлений, но и возникновением новых парадигм и преобразованием духа и методов физики в целом.

И опять все та же синхроничность. Первооткрывателю "лучей икс", Вильгельму Рентгену (1845-1923) (III,1,7), родившемуся в конце года Феникса, не дано было распознать истинную природу открытого им явления. Это сделал родившийся в час Феникса Уильям Брэгг (1890-1971) (III,2,0), открывший волновую природу рентгеновских лучей и заложивший основы кристаллографии. Впоследствии Брэгг в качестве руководителя Кавендишской лаборатории в Кембридже стал первым физиком, сумевшим разглядеть в экспериментах Дж. Бернала (1901-1971) зарождение новой науки – молекулярной биологии, приведшей к расшифровке структуры ДНК.


Рентген Брэгг
Брэгг был первым, кто показал, что рентгеновские лучи не состоят из потока крошечных корпускул, а носят волновой характер. Так зародилась идея о том, что в основе мироздания лежат не частицы, а волны. Оказывается, что эта идея соответствовала духу всего поколения физиков, родившихся в Серебряном веке поэзии, который по праву можно было бы назвать Золотым веком квантовой физики. Именно в этот период родился создатель первой квантовой теории атома, Нильс Бор (1885-1962). Именно в этот период (III,2,0) родились такие создатели квантовой механики и волновой теории материи как Эрвин Шредингер (1887-1961), Луи де Бройль (1892-1987), Шатьендранат Бозе (1894-1974) и Вольфганг Паули (1900-1958).2



Бор Шредингер Де Бройль
Вспомним, что в прошлом часу Феникса в Близнецах, в эпоху Ренессанса, родилось поколение, которое окончательно положило конец модели плоской Земли и научило человечество мыслить и творить в объемном пространстве. Создавалось впечатление, что во всех сферах человеческой жизнедеятельности возникала новая глубина и зарождалось дополнительное измерение. В географии был создан глобус; в рисовании – выведены законы перспективы; в живописи – изобретение масляных красок создавало эффекты глубины и игры светотени; в музыке – открытие законов полифонии открывало новые просторы для композиции.

Мы уже видели, как году Феникса (III,2) зарождение кино и самолетостроения привносило новое измерение в повседневную жизнь. Но науке этого было мало. Вслед за моделью четырехмерного пространства-времени, предложенной Эйнштейном (1879-1955) (III,1,7) и подводившей итоги уходящего года Феникса, последовали радикально новые модели двух селестиальных близнецов, Теодора Калуцы (1885-1954), разработавшего модель пятимерного пространства, и Германа Вейля (1885-1955), предложившего в качестве обобщения ввести в физику n-мерное пространство. Параллельно им, в математике Стефан Банах (1892-1945) ввел идею бесконечно-мерных банаховых пространств.

Проводя аналогию с Древней Грецией, можно предположить, что состояние современной физики напоминает период расцвета древнегреческой философии в V- IV вв. до н. э. В тот период уже ушло из жизни первое поколение зачинателей:


  • милетской школы (Фалес Милетский, Анаксимандр, Анаксимен, Ферекид, Диоген);

  • школы элеатов (Ксенофан, Парменид, Зенон Элейский);

  • пифагорейской школы (Пифагор, Алкмеон).

В тот период также ушел из жизни Гераклит, но еще жили и творили такие великие "одиночки" как Эмпедокл и Анаксагор. Сократ еще был юношей, а Платону и Аристотелю предстояло родиться в следующем столетии. В философии одновременно процветали самые разные направления и теории, и трудно было отделить будущие центральные темы развития от маргинальных идей. Отголоски того звездного часа философии не замирали в течение всего последующего тысячелетия, и, начиная с эпохи Ренессанса, греческая философия оказалась в центре европейской философской мысли.

Сегодняшняя квантовая физика готова рассматривать самые невероятные идеи, такие как теорию множественных параллельных миров (Хью Эверетт) (1930-1982) или эффект влияния будущего на настоящее (Якир Ааронов) (р. 1932). Как следует из прошлой главы, обеим этим научным идеям предшествовали стихи поэта Серебряного века Велимира Хлебникова, бывшего к тому же селестиальным близнецом Теодора Калуцы и Германа Вейля. Над Хлебниковым долго смеялись, но в свете новых физических теорий даже самые смелые его идеи о картографии времени уже не кажутся столь странными, а их частичное развитие мы находим, например, в работах отца современной астрологии Дэйна Радьяра.




Хлебников Вейль
Людям, родившимся в час Феникса, как правило, свойственно искать единства во всем, и их теории отличаются синтезом подходов. Эта характерная черта уже была подмечена на примере Николая Кузанского, в теориях которого гармонично сочетались церковно-христианская философия с современной картиной мира и даже с научно-фантастическим предсказанием существования инопланетян. Той же отличительной чертой стремления к синтезу были отмечены работы первопроходца в области гуманистической и межличностной астрологии Дэйна Радьяра (1895-1985) (III,2,0).



Радьяр Чижевский
Подобно тому, как квантовая механика поставила под вопрос детерминистские воззрения классической физики, так новые подходы Радьяра пришли на смену фатализму средневековых астрологов. В отличие от отживших жестких "предсказаний" классической астрологии, последователи Радьяра рассматривали карту рождения человека как карту возможных путей развития его души и проявления его "я", осознав которую человек сможет научиться принимать на себя ответственность за свой выбор и за свою судьбу. Этому процессу должен способствовать синтез накопленного в астрологии опыта с новыми развивающимися направлениями в психологии, такими, как например, теория психосинтеза итальянского врача и философа Роберто Ассаджиоли (1888-1974) (III,2,0), открывшего качественно иные возможности для изучения духовного мира людей.

Хотя еще рано подводить итоги нынешнего года Феникса, но в нем постепенно проявляются очертания его особенностей по сравнению со всеми предшествующими ему временами. Современным людям мало довольствоваться предсказаниями пифий или жрецов (как это было во времена античности). Их не удовлетворяет перспектива ограничить свои познания законами физики, относящимися к неодушевленной материи, как это было во времена Эпохи просвещения. Ими движет желание познать закономерности развития мира духовного. В свете этого личность человека становится динамичным, многомерным и многослойным явлением. Особое значение приобретают в ней годы формирования характера в раннем детстве, впервые освещенные в работах Жана Пиаже (1896-1980) (III,2,0).

И еще раз отметим знаменательную синхроничность: Пиаже родился в том же 1896 г., в котором Зигмунд Фрейд впервые употребил слово "психоанализ". И в тот же период родилась дочь Зигмунда Фрейда, Анна (1895-1982) (III,2,0), известная как основоположница детского психоанализа. Эти совпадения являются частным случаем принципа синхроничности Паули-Юнга, согласно которому два события, происходящие одновременно, но не имеющие видимой связи, приобретают одинаковое духовное и символическое значение в глазах наблюдателя.

Обращение к принципу синхроничности и к примерам, демонстрирующим его в действии, прошло красной нитью через всю книгу. В последнее время этот принцип, завоевавший большую популярность в современной астрологии и в Движении Нью-эйдж, 3 все больше привлекает внимание современных ученых. Его изучение настолько важно для построения моделей квантовой механики и изучения проблемы времени в целом, что профессор теоретической физики Дэвид Пит посвятил ему популярную монографию "Синхроничность: мост между материей и духом"4. Символично, что принцип синхроничности, открывший перспективы нахождения точек соприкосновения физики и психологии, был предложен психологом Карлом Густавом Юнгом (1875-1961) (III,1,7), родившимся еще в первом году Феникса в Близнецах, совместно с лауреатом Нобелевской премии Вольфгангом Паули (1900-1958) (III,2,0), родившимся уже в новом часу Феникса.

Важно отметить, что гипотеза синхроничности впервые была высказана задолго до рождения Юнга. Одним из наиболее ранних достоверных источников, упоминающих ее, стал трактат Улугбека об астрологии (III,1,0), написанный за 500 лет до Юнга и Паули. Так как во времена Улугбека механических часов еще не было, то проблема определения времени рождения людей стояла особенно остро. Для ее решения Улугбек ввел сложный метод уточнения часа рождения, основанный на принципе синхроничности. Согласно Улугбеку, сначала составляют карту на приблизительный час рождения, а "затем смотрят: какие из великих событий – добрых или злых – произошли в день рождения и какой природы – счастливой или несчастливой – могут быть планеты или неподвижные звезды в тот момент или близко к нему"5.

Если, действительно, еще Улугбек понимал важность вопроса о соотношении физического и психического, то почему современные историки науки приписывают первую попытку синтеза гуманитарного и естественнонаучного знания двум выдающимся мыслителям ХХ столетия, Юнгу и Паули? Ошибаются ли они? Вряд ли. Дело в том, что, как мы видели ранее, начало научного естествознания ведет свой отчет со времен Николая Кузанского и Улугбека. Но они лишь были предтечами, и только в конце их года Феникса, в его седьмой фазе можно было рассмотреть, какие из начальных идей года Феникса перейдут в следующий год. На протяжении всего первого года Феникса в Близнецах идея синхроничности сохранялась в изначальной гуманитарной форме, так как жесткие рамки классической физики не позволяли ей получить дальнейшее развитие в точных науках. Только в следующем часу Феникса родился ученый новой формации, сумевший подойти к идее синхроничности с точки зрения квантовой физики и тем самым дать ей новую жизнь.

Систематическое изучение синхроничности только-только начинается. На сегодняшний день нет единого понимания, что такое время, и чем отличается время рождения человека от времени свершения события. В физике нет согласия в вопросах скорости течения времени и его направленности, а в современной астрологии органически уживаются подходы античности, верившей в цикличность временных процессов, с западной моделью стрелы времени. Не менее сложным остается и вопрос предсказаний. Как у представителей точных наук, так и в среде гуманитариев, мнения разделены. Поклонникам детерминизма противостоят школы самосовершенствования. Первые пытаются предугадать события; вторые с не меньшей ревностностью стараются их предотвратить. В глазах адептов новейшей астрологии, познание космических закономерностей – это не только способ предсказания будущего, но и инструмент "познания себя". Такие астрологи исходят из предположения, что у человека есть выбор, и поэтому они избегают конкретных предсказаний, предпочитая заниматься "анализом будущих возможностей" или "складывающихся тенденций".

Современная астрология также ищет и находит поддержку в теориях космических циклов отца космического естествознания А. Чижевского (1897-1964) (III,2,0).

"Великолепное, державное Светило,

Я познаю в тебе собрата-близнеца", –


обращался Чижевский к Солнцу, и в ответ получал знания о солнечных пятнах, о магнитных бурях и о влиянии солнечной активности на земные дела.

Как и большинство рожденных в час Феникса:

"Александр Чижевский был на редкость многогранно одаренной и энциклопедически образованной личностью. В науке его интересы охватывали биологию, геофизику, астрономию, химию, электрофизиологию, эпидемиологию, гематологию, историю, социологию. В последние годы многие любители искусства открыли для себя в Чижевском поэта-философа, писателя-стилиста, утонченного художника, знатока и ценителя музыки"6.

Поэзия Чижевского становится доступной широкому кругу читателей только в эти дни. Этот выдающийся мыслитель, как и многие другие представители часа Феникса, был репрессирован, прошел сталинские лагеря, не раз смотрел смерти в глаза, и не удивительно, что тема жизни и смерти красной нитью проходит через все его стихи. Но как писала Л. В. Шапошникова в книге "Великие мастера", удивительно, что стихи Чижевского отличались не только литературными достоинствами, но являлись как бы своеобразным научным кредо. "Поэзия есть чудо, раскрытое богами", – писал Чижевский, и для него (как для Пифагора и Прокла) поэзия была, прежде всего, способом научного познания, а не просто рифмованной мыслью. Полагая, что именно поэзия похищает "божественные тайны сияющего Солнца", Чижевский мечтал открыть "Академию поэзии". Он был уверен, что у поэзии и у науки единый корень, и обе:

Обязаны служить единому – познанью,
Познанье же, друзья, вмещает все в себя:

Материю и Дух в извечной их борьбе.


Об отношении Чижеского к астрологии свидетельствуют не только его работы о солнечных циклах, но и его стихи. В стихах Чижевского Космос и люди были взаимосвязаны, и все сущее было пронизано единым пульсом времени. Подобно своим великим предшественникам, у Чижевского есть метафизические строфы о Великом космическом ритме, о тайнах мирозданья и о постоянном беге планет. В стихах Чижевский также описывал свои диалоги с "лучезарным хором" звезд. По его словам, глядя на них, мы:

Хотим в сиянье звезд постичь законы мира,

Соединив в одно их с жизнью роковой.
Выдержат ли теории циклов Чижевского или принцип синхроничности Юнга-Паули испытание временем? Кого через тысячи лет сочтут великими поэтами, философами, астрологами или учеными наши потомки? Будет ли это физик Нильс Бор (1895-1962) или философ и логик Рудольф Карнап (1891-1970), кибернетик Норберт Винер (1894-1964) или мыслитель Людвиг Витгенштейн (1889-1951), мистик Джидду Кришнамурти (1895-1986) или математик, лингвист и поэт Герман Вейль (1885-1955)? Какие направления мысли выдержат испытания временем, а какие канут в Лету? Нам еще рано судить. Но одно не вызывает сомнений – наступит следующий час Феникса, и в который раз повторится картина, ярко воссозданная поэтом и ученым Чижевским:
И, точно пифия, поэт вещает вновь

Грядущее – в предельном исступленьи:

Нисходит в бездну мир – и пламенеет кровь

На человеческом и божеском твореньи.


В задачу этой книги входит пробудить интерес к циклам Нептуна-Плутона, понимание которых позволит в будущем научиться читать звездный циферблат часов Феникса и предсказывать чередование фаз года Феникса. Приходит время человечеству жить так, чтобы смена повесток дня в период раскола между уходящим и наступающим циклами не сопровождалась "нисхождением мира в бездну", и чтобы при этом кровь мирно текла в наших жилах, а не пламенела "На человеческом и божеском твореньи".

6. Размышления о далеком будущем.


Ум человеческий способен, покинув родные ему места,

подняться до высочайших сокровищ небес,

воссоздать эту громаду из его изначальных элементов,

приобщить детей неба к небу, достичь пределов Океана,

подняться по висящей в пространстве Земле, обжить весь мир.

Рожденные звездами, мы поднимаемся к звездам.



Марк Манилий7
Изучение прошлого и желание спланировать будущее привело людей древности к концепции цикличности – восприятия мира как вечно повторяющихся событий. Такой взгляд на мир позволял им предсказывать целый ряд жизненно важных процессов, таких как смена дня и ночи, приливы и отливы, смена времен года, осеннее "умирание" природы и весеннее ее "возрождение".

По мере того, как расширялись горизонты человечества, классическая механика разработала модель равномерного хода времени, направленного из прошлого в будущее, подобно "стреле времени". Эта модель позволила рассчитывать траектории движения, как небесных тел, так и всевозможных видов транспорта.

Постепенно становится понятным, что у обеих моделей времени есть свои преимущества и недостатки, что каждая из них внесла свою лепту в прогресс человечества, но что области применения каждой из этих моделей имеют свои границы. Сегодня ясно, что цикличность движения планет не означает, что они действительно возвращаются в точности на свое прежнее положение по отношению к Земле. Такие явления, как прецессия земной оси или столкновение планет с кометами приводят к тому, что каждый последующий цикл начинается в новых условиях, которые несколько отличны от предыдущих циклов. При этом некоторые изменения начальных условий цикла могут казаться нам закономерными или даже цикличными (прецессия), а другие кажутся хаотичными и неповторимыми (катастрофы и столкновения).

Каждый человек, пользующийся современными часами, постоянно, не задумываясь, совмещает обе концепции времени. С одной стороны, секундные, минутные и часовые стрелки часов циклично возвращаются к своему изначальному положению, а с другой стороны, календарные даты, выставленные в окошечке, меняются ото дня ко дню, от месяца к месяцу, от года к году. Таким образом, цикличность часов и календарей позволяет нам каждое утро выходить на работу в одно и то же время или каждое лето ездить в отпуск в том же месяце. С другой стороны, если мы хотим назначить встречу или мероприятие, нам необходимо прибегнуть к концепции стрелы времени и указать, по крайней мере, пять различных параметров времени: минуту, час, день, месяц и год. Знание этих пяти параметров однозначно определит единственный и неповторимый момент времени в жизни человека.

Но все современные часы и даже календари пригодны лишь для определения малых промежутков времени. Они относительны, так как дату в них мы выставляем сами, произвольно. Они пригодны для планирования ежедневной жизни человека, но не приносят никакой пользы для хронологии мировой истории.

На сегодняшний день единственным надежным ориентиром в составлении мировой хронологии является положение планет на эклиптике. Подобно тому, как пять параметров времени, измеряемых по часам и календарям, однозначно определяют момент в жизни человека, так и относительное положение 10 планет солнечной системы однозначно задает время каждого дня в истории человечества. Подобно стрелкам часов, движение каждой планеты вокруг Солнца циклично, и потому определенные аспекты и процессы в нашей жизни отражают эту цикличность. При этом циклы отдельных планет несогласованны между собой. Они каждый раз начинаются в иных условиях, и потому будущее никогда в точности не повторяет прошлое.8

И все же, подобно тому, как совместное использование часов и календарей позволяет нам лучше понять фазы жизни человека, часы Феникса могут помочь в описании культурного развития человечества. Оказывается, что рассмотрение 493-летнего согласованного цикла Нептуна-Плутона (года Феникса) позволяет схематически проследить за сменой различных фаз в истории культуры человечества. С одной стороны, в этой схеме есть элемент цикличности повторения часов Феникса. С другой стороны, в ней есть элемент "стрелы времени", так как сам час Феникса плавно смещается по эклиптике с периодичностью в 29600 лет, кажущейся нам огромной по сравнению с возрастом нашей цивилизации.

В понятиях таких часов Феникса, мы живем в ранний период развития нынешнего мега-цикла длительностью в 29600 лет. Начиная с зарождения истории, со времен шумеров, завершилось всего лишь два Зодиакальных цикла, а мы находимся в начале третьего. До сих пор часы Феникса последовательно наступали в Овне (стихия Огня, относящаяся к интуиции), в Тельце (стихия Земли, относящаяся к материи и к пяти чувствам восприятия) и в Близнецах (стихия Воздуха, относящаяся к рациональному мышлению и к коммуникации). Последующие часы Феникса будут вновь происходить в Близнецах, и только через 2000 лет ожидается первый час Феникса в Раке (стихия Воды, относящаяся к чувствам). Мы уже видели, что каждая смена Зодиакального цикла знаменовалась зарождением "новой формации" человека.



  • В 3600 г. до н. э. с началом Зодиакального цикла в Овне зародился первый тип "исторического" человека, развившего письменность.

  • С 1071 г. до н. э., с началом Зодиакального цикла в Тельце связана точка отсчета появления в истории реальных, земных людей, пришедших на смену мифическим существам или богам.

  • В 1398 г. с началом Зодиакального цикла в Близнецах зародился "рациональный" человек нового времени – гуманист и естествоиспытатель.

По всей видимости, на протяжении грядущих 2000 лет мы будем и далее развивать наше мышление, утолять жажду познания и совершенствовать коммуникацию. Только к началу следующего Зодиакального цикла мы впервые сможем подойти к осознанию наших чувств и эмоций и к появлению "чувствующего" человечества.

По окончании Зодиакального цикла в Раке наступит то время, когда начнется серия часов Феникса во втором огненном знаке – во Льве. И тогда случится то, о чем сегодня мы даже не можем мечтать. Для тех, кто родится в час Феникса в этом секторе Зодиака, в котором скорости движения Нептуна и Плутона практически совпадают, час Феникса будет длиться порядка 100 лет. Эти поколения будут жить во время последовательной цепочки переходов соединения Нептуна-Плутона из одного знака Зодиака в другой, из одной стихии в другую, постепенно охватывая все четыре стихии! На протяжении 100 лет будут один за другим сменяться поколения, у которых сыновья будут свидетелями часа Феникса в Деве, внуки – в Весах, а правнуки – в Скорпионе. Как будет выглядеть жизнь в таком мире, в котором интенсивность трансформации всех уровней восприятия человека может достигнуть неимоверного накала? Родится ли именно тогда тот "сверхчеловек", о котором мечтал Ницше? Для нас это остается загадкой, но такая возможность находится в согласии с теми историческими данными, которые оценивают появление кроманьонцев именно в прошлый период часа Феникса во Льве, порядка 22000 лет до нашей эры.


Часть девятая - Заключение

Играй ты молча иль речисто,

Играй героя иль статиста,

Но ты ответишь перед всеми

Не только за себя – за Время.

И. Эренбург


"Нам нужно снова научиться понимать, что

каждая отдельная судьба – символ исторического

дня, и тогда "отдельное", на каком бы малом

участке оно не разворачивалось, сложится в нашем

уме в общую картину мира".

Н. Я. Мандельштам9


Прислушиваться к павшему листу,

и ждать знамений, и просить чудес.

Рахель10
Закончилась книга. Она начиналась одним единственным вопросом: а было ли в действительности то явление, которое описал лауреат Нобелевской премии, поэт Иосиф Бродский в своем стихотворении "Вид с холма"? По Бродскому, что-то из ряду вон выходящее произошло в 1892 г., что послужило новой вехой в поэзии, после чего все последующие поэты (включая его самого) казались ему уже чем-то "второсортным", всего лишь отголоском или откликом того события.


Бродский
После того, как в первой части книги была предложена методика проверки этого предположения Бродского, его выводы не только были подтверждены, но и обогащены дополнительными наблюдениями. В частности, положительный ответ на вопрос Бродского привел к открытию связи между 493-летним циклом Нептуна-Плутона (названным "годом Феникса") и соответствующим ему цикличным развитием мировой поэзии. Оказалось, что отношение к поэзии, к ее темам и к ее значимости в жизни общества вовсе не постоянно, и оно меняется не только в зависимости от зрелости культуры и языка, но еще и от конкретного периода времени и от времени рождения поэтов (тета-фактора). Например, периоды, названные нами "часом Феникса" (когда угловое расстояние между Нептуном и Плутоном не превышает 10 градусов), характеризуются необычайной остротой общественных перемен, рождением многих великих поэтов и созданием множества новых поэтических направлений. В такие времена возникает ощущение ускорения времени. В противовес этим декадам, в истории периодично выделяются столетия застоя, когда за целый век в целом мире не найти ни одной новой поэтической формы и ни одного значительного поэта. В такие периоды кажется будто время замедляет свой бег.

Новые данные породили семь последующих вопросов, сформулированных в конце первой части книги. Поиску ответа на эти вопросы были посвящены все остальные главы этой книги. Напомним вкратце эти вопросы и подытожим ответы на них:

1. Существуют ли дополнительные исторические свидетельства в пользу 500-летней (или кратной ей) периодичности?

Такие свидетельства содержатся, например, в мифах о Фениксе, в библейских преданиях, в произведениях великих поэтов и писателей, а также в работах многих историков. "Немного найдется мифов, столь распространенных, как миф о Фениксе"11, – писал аргентинский прозаик, поэт и публицист Хорхе Луис Борхес (1899-1986) (III,2,0), сам родившийся в час Феникса. В своем "Бестиарии" Борхес подробно изложил исторический взгляд на историю этого мифа, начиная со времен древнего Египта, Древней Греции и Рима, и пришел к выводу, что Феникс – "это покровитель юбилеев или больших временных циклов". Древние историки и ученые (Манилий, Плиний, Тацит) верили, подобно Платону, что по прошествии огромного времени 12 мировая история циклически повторяется во всех подробностях, ибо повторяется влияние планет. Для них, по Борхесу, "Феникс становился как бы символом и образом вселенной"13.

В дополнение к ранее упомянутым в тексте современным теориям о значимости больших (кратных 500 годам) исторических циклов Л. Н. Гумилева и Карла Ясперса, в заключение вспомним и такого выдающегося историка как Освальда Шпенглера (1880-1936) (III,2,7), полагавшего, что человеческая культура – это организм, который проходит четыре исторических стадии развития. Эти стадии длятся по 200-300 лет и соответствуют четырем фазам: зарождению (весна); расцвету (лето); старению (осень) и смерти (зима). По Шпенглеру, цикл каждой культуры укладывается в один и тот же временной интервал – 1000-летие.

2. Отмечены ли были какими-либо особо яркими историческими событиями все остальные, известные нам часы Феникса?

Как следует из Таблицы 13, эти периоды постоянно сопровождались падениями или сменами царств, династий и культур. В тех годах Феникса, о которых сохранилась письменная информация, к тому же наблюдались периоды повышенной активности в поэтическом творчестве.

3. Прослеживается ли соответствие между этими историческими процессами и классическими взглядами астрологии?

Последовательное применение астрологических интерпретаций аспектов и методов вычисления их активизации, позволяет выделить наиболее характерные черты творческого потенциала представителей разных поколений, лучше понять их мотивацию, мировоззрение и жизненные цели. В свете такого подхода, смена поколений и причины возможных конфликтов между отцами и детьми приобретают качественно иной смысл.

4. С какого момента вести отсчет циклов – от времени рождения людей или от свершения тех или иных исторических событий?



Коренным отличием этого исследования от всех прочих работ, изучающих исторические процессы, является то, что впервые история была последовательно изложена в годах рождения ее творцов.

Применение такого подхода оказалось очень эффективным при изучении поэзии Серебряного века в России и Золотого века в Римской империи; при анализе истории Афинской Академии Философии, истории идей Раннего Ренессанса, Эпохи Великих Географических Открытий, а также динамики развития авиации, кино и квантовой физики в современном мире.

Подчеркиваю, что тогда и только тогда, когда акцент был перенесен с абстрактных и безликих "экономических" или "социальных" сил на фактор времени рождения (тета-фактор) конкретных людей, вкладывавших душу в этот процесс, стали возможны попытки выделения основных исторических фаз года Феникса. Только этот подход позволил предложить модель циферблата мировых часов Феникса и составления "периодических таблиц времени", в рамках которых начали проясняться механизмы формирования тех или иных общественных сил.

На протяжении всего текста я неоднократно обращалась к выводам Н. Я. Мандельштам – вдовы Осипа Мандельштама, родившейся в том же часу Феникса, что и поэты Серебряного века. Ее слова приведены и в эпиграфе к Заключению, чтобы на опыте того поколения мы могли научиться принимать личную ответственность за взнос нашей, пусть самой малой лепты в происходящее.

Последовательное рассмотрение истории в датах рождения ее творцов подтверждает идеи Н. Я. Мандельштам, выраженные в поэтической форме Пастернаком, полагавшим, что жизнь поэта проходила в "бореньи с самим собой". Такое восприятие личной ответственности вкупе с осознанием "карты времен" помогло бы научиться выбираться из "силков времени", в которых человечество в целом и конкретные люди в частности время от времени попадают.

К сожалению, в прошлых тысячелетиях человеческий век был так короток, что зачастую погрешность в определении дат приводила к сложности разделения времени рождения от времени свершения. Потому, несмотря на то, что идея рассмотрения истории в датах рождения ее героев дала хорошие результаты и оправдала себя, хотелось бы продолжить ее изучение и далее.

Вдобавок, сравнение дат рождения людей и дат свершения событий привело к дополнительному результату: было обнаружено много примеров синхроничности – совпадения года зарождения ключевых идей с годами рождения того поколения, которому суждено было провести эти идеи в жизнь.

5. В дополнение к изучению 493-летних годов Феникса как целостных единиц времени, возникает вопрос, существуют ли закономерности динамики чередования астрологических фаз внутри каждого цикла?

В третьей части книги были предложены несколько методов деления года Феникса на более короткие фазы, схема чередования которых повторяется в различных циклах.

Наиболее простой метод – это деление года Феникса на два равных промежутка времени, соответствующие двум годам Плутона, и названные "пифагорейской" и "эпикурейской" эрами. Сравнение пифагорейской и эпикурейской эр восьми последовательных годов Феникса, начиная с XV в. до н. э. и до XX века подтвердило цикличность смен повестки дня, связанных с этими периодами. Оказалось, что в пифагорейской эре превалируют в исторических процессах идеи оригинальности, а в эпикурейской – идеи просвещения. В культуре пифагорейской эры преобладают тенденции зарождения новых центров исследований, а в культуре эпикурейской эры – распространение знаний по всему свету.

Следующий метод деления года Феникса рассматривал историю как целостный организм, развивающийся по определенной схеме, подобной возрастным переменам в жизни человека, но претерпевающий циклические метаморфозы в узловых точках времени (в часы Феникса). Фазы этого цикла циклично чередуются в соответствии с цикличным чередованием мажорных аспектов Нептуна-Плутона. Напомним эту последовательность, начиная с фаз пифагорейской эры:


  • Час Феникса – нулевая фаза, или зарождение идеи цикла.

  • Первая фаза – пора младенчества и детства, "период свершений".

  • Вторая фаза – фаза отрочества и юности. Подростковый кризис.

  • Третья фаза – фаза возмужания.

Продолжают последовательность фазы эпикурейской эры:

  • Четвертая фаза – "кризис середины жизни".

  • Пятая фаза – период зрелости, "фаза золотого века просвещения".

  • Шестая фаза – кризис наступления преклонного возраста.

  • Седьмая фаза – на склоне дней.

Хотя продолжительность активизации аспектов Нептуна-Плутона и связанных с ними фаз уникальна для каждого цикла, порядок их чередования сохраняется во всех годах Феникса.

6. Позволяют ли выявленные закономерности согласованного движения Нептуна-Плутона создать модель "мировых часов", пригодных для определения времени в истории цивилизаций?

Постоянство чередования астрологических фаз внутри каждого года Феникса позволяют создать селестиальный циферблат "часов Феникса". Его эффективность была рассмотрена в четвертой и шестой частях книги, на примерах истории Древней Греции и Португалии. Как и во всех предыдущих вопросах, результаты обнадеживают. Реальные исторические личности и динамика общественного развития Древней Греции и Португалии гармонично укладывались в рамки предложенной модели часов Феникса.

По мере работы над книгой, у меня возникла потребность еще раз проверить правомерность основных идей часо в Феникса."Если все идеи нынешнего года Феникса, – думала я, – были заложены в его начале, то и идея нынешней книги о часах Феникса должна была бы быть высказана теми, кто родился в час Феникса. Так ли это? "

Конечно, ярким примером проявления этой идеи в поэзии Серебряного века стали стихи Хлебникова о космических часах человечества. Но мне казалось, что в них недоставало определенности.

Новая информация пришла ко мне к концу написания этой книги, когда я узнала о видениях, посещавших Паули во время его психоанализа, проведенного Юнгом. Как описывает профессор Пит, кульминацией работы Паули над своим подсознанием стала серия пророческих сновидений, в которых ему пришло видение "Мировых часов". Эти часы состояли из двух дисков, установленных под прямым углом друг к другу и вращавшихся вокруг общей оси. Хотя такое движение казалось Паули логичным во сне, он понимал, что в трехмерном пространстве физического мира оно является невозможным. Оставалось предположить, что эти траектории движения допустимы лишь в многомерных мирах.






Паули
Поразительно, насколько это видение Паули перекликается с тем видением селестиального циферблата часов Феникса, которое рождалось у меня по мере написания этой книги. Подчеркну, что в этой книге рассматривалась лишь один из множества возможных небесных циферблатов времени – а именно цикл Нептуна-Плутона, названный мною "часами Феникса". В этих часах Феникса траектория Нептуна служит одним из дисков часов, в плоскости которого на "циферблате эклиптики" движется "минутная стрелка", указывающая на сроки зарождения новых идей. В плоскости второго "диска" этих часов происходит движение Плутона – "часовой стрелки часов Феникса", указывающей на возможные сроки формирования новых структур мироздания. Как мы знаем, на самом деле, плоскости вращения Нептуна и Плутона наклонены друг к другу, и поэтому на самом деле, в космосе эти две "стрелки часов" никогда не встречаются. Но нам, жителям Земли, кажется ("видится" или даже "снится"), что они пересекаются раз в 493 года. Так или иначе, при встрече этих стрелок, в положении "двенадцатого часа", (соединение Нептуна-Плутона) происходит полная смена повестки дня человечества и наступает час Феникса. В это время обитатели Земли открываются для новых идей (Нептун), и в меру зрелости своих организационных механизмов (Плутон) претворяют их в жизнь по заранее заданной схеме развития.

Пусть эта схема непроста для понимания, и возможно, что она еще не раз будет претерпевать изменения, но она позволяет проследить за взаимосвязями духовного и материального миров, между "сознанием" и "материей".

Я убеждена, что всем нам, как физикам, так и лирикам, придется вскоре осознать, что время может оказаться не скаляром, а вектором. Что время бывает разным, и что в некоторых своих проявлениях оно "течет" неравномерно. Что у каждого периода времени есть своя окраска и свой оттенок. Что все мы, жители и гости Земли, можем научиться читать селестиальные часы и соблюдать и уважать космический распорядок дня.

7. В соответствии с началом этой работы заключительный вопрос относится к месту поэта и поэзии в распорядке исторического дня культур и народов.

Как показали многочисленные примеры, поколение, рожденное в час Феникса, становится свидетелем отмирания вековых традиций прошлого 493-летнего цикла и творцом кардинально новых идей и порядков, соответствующих новому году Феникса. В такие периоды, отличающиеся "особой интенсивностью" жизни, стремительные перемены отражаются, прежде всего, в поэзии, так как именно у поэтов "самая быстрая скорость реакции на перемены". Наверно, именно поэтому лауреат Нобелевской премии Габриэла Мистраль (III,2,0) напоминала нам всем о необходимости бережного отношения к поэтам и к поэзии: "Умирает песня мира,/ если мертв его Поэт"14.

Последующее развитие и "спускание новых идей на Землю", а также их проникновение во все уровни материального мира и во все слои человеческого общества происходит постепенно, на протяжении пяти последующих веков, в соответствии с относительным движением двух стрелок часов Феникса. По завершении очередного цикла, происходит "снятие показаний" и замер в реальном мире, показывающий, какая часть изначальных идей была реализована, и какие отклонения от идеала произошли при их реализации. Все, что оказалось негативным, отсекается, и при переходе к следующему году Феникса приходит новый тип человека, задачей которого является поднять человечество на новую ступень развития, начиная с той точки подъема, до которой удалось подняться предшественникам из прошлого цикла.

Исидор Эпштейн отмечал, что в библейской поэзии:

" … пророки становятся родоначальниками концепции, согласно которой в своем земном развитии история должна разрешиться в трансцендентную реальность, когда <…> земля наполнится ведением Б-га, как воды наполняют море" (Иеш., 11, 9)"15.

До наступления Зодиакального цикла в Водном знаке Рака нам осталось ждать всего лишь 2000 лет. Пройдет еще два тысячелетия изучения человечеством законов логики этого мира, после чего мы вплотную подойдем к поиску "периодической таблицы" эмоций и чувств. В космических масштабах этот период составляет не более чем считанные секунды. Так может, постараемся их прожить так, как учили песнопевцы и пророки, и так, как мечтал о том Гете – с учетом опыта прошедших тысячелетий?

Я начинала эту книгу с обращения к читателям, а закончу ее короткой притчей, названной мною:


Аллегория

Скользя по прозрачным нитям дождя, на Землю спускаются мелкие капельки влаги.


Они оседают на стекле окна, прилипая к нему и создавая мозаичный узор искрящихся радужных бисерных бусинок.
Постепенно глаза, скользящие бездумным взором по стеклу, привыкают к постоянной последовательности блужданий, порождающих в воображении причудливые образы.
Все тихо и спокойно в этом безветренном двумерном мире стекла, до тех пор, пока внезапно, без предупреждения, одна капелька срывается со своего места и начинает стремительный бег вниз.
И хотя сама капля мала, она, растекаясь по стеклу, порождает ручеек, течение которого захватывает и вбирает в себя все капли, встречающиеся на его пути. И вот уже этот ручей, набирая силу и становясь полноводным потоком, смывает иллюзорные картины, порожденные зачарованным воображением.

Одна капля превратилась в ручеек, вторая капля начала свой бег, третья капля породила ручеек. И вот уже нет капель, нет узоров на стекле, а есть только дождь, дождь, дождь…. И время застыло до новых перемен.



1 Б. Г. Кузнецов "Развитие физических идей от Галилея до Эйнштейна". - М.: Изд-во АН СССР, 1963, с. 10-11.

2 Как и в случае Сефериса, точная дата рождения показывает, что Паули все еще родился в период соединения Нептуна-Плутона, т.е. в час Феникса.

3 New Age , движение Новой эры.

4 Synchronicity: The Bridge Between Matter and Mind, Bantam Doubleday Dell Publications, 1987.

5 М. Улугбек , Астрология. Книга четвертая. Перевод Ашрафа Ахмада.

6 Л.Т.Энгельгардт

7 Перевод Е. Штаерман

8 Подробнее о времени в брошюре Э. Левин. "Пространство-время в высокоразвитых биологических системах", Health& Healing Ltd., Jerusalem, 2012. // http://lizalevin.hut2.ru/Levinlr.pdf

9 Н. Я. Мандельштам. "Вторая книга" - М: Моск. Рабочий, 1990, с. 288.

10 Перевод. А. Тарна.

11 Хорхе Луис Борхес, "Бестиарий", М. – Эксмо-пресс, 2000, с. 213-220.

12Например, огласно Тациту - 12 994 года.

13 Хорхе Луис Борхес, "Бестиарий", М. – Эксмо-пресс, 2000, с. 215.

14 Перевод Н. Ванханен.

15 Др. Исидор Эпштейн "Иудаизм", "Геулим", Иерусалим, 1979, с. 65.





Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница