Виктор понизов аз есмь тварь



Скачать 285.32 Kb.
Дата06.06.2016
Размер285.32 Kb.
ВИКТОР ПОНИЗОВ

АЗ ЕСМЬ ТВАРЬ

НИКОЛАЕВ 2012

Действующие лица:

НЕКТО ПЛОХОЙ – естественно в чёрном

НЕКТО ХОРОШИЙ – безусловно в белом

НЕКТО ЖЕРТВА – в банальных кровавых разводах

Действие первое.

Сцена представляет собой пустое пространство, разделённое линией длинного, узкого стола, по обоим концам которого стулья. По центру – огромная лампа с абажуром, неуклюже валяющаяся на столешнице, но источающая свет. Некто Плохой и Некто Хороший сидят друг напротив друга. Некто Плохой ковыряется в ухе, в носу или где заблагорассудится режиссёру. Некто Хороший долго изучает лежащую перед ним кипу бумаг.

ХОРОШИЙ. (после долгой паузы) Итак, начнём…

ПЛОХОЙ. Да, пора бы уж…

ХОРОШИЙ. Помолчите пока! Вы в курсе, где вы находитесь?

ПЛОХОЙ. В гробу!

ХОРОШИЙ. Телом… в гробу… а душа, как вы понимаете, в чистилище.

ПЛОХОЙ (проводит рукой по столу, показывает грязные пальцы). Грязновато у вас… в чистилище…

ХОРОШИЙ (не обращая внимания на издёвку). Это из-за таких как вы. (проводит рукой по столу в ответ) К нам, как видите, эта дрянь не липнет.

ПЛОХОЙ. Безумно рад за вас!

ХОРОШИЙ. А я за вас нет. (перелистывает бумаги). Итак, начнём…

ПЛОХОЙ. Давайте закончим! Я свой жизненный путь знаю. Вы с делом ознакомились. – Давай, начальник, оглашай приговор!

ХОРОШИЙ. Есть процедура. И её ещё никто не отменял.

ПЛОХОЙ. На хрена тратить время?!

ХОРОШИЙ. Время здесь (показывает пространство вокруг) не имеет смысла. Это понятие осталось в прошлом….

ПЛОХОЙ. Мне же нудно, - значит, время есть…

ХОРОШИЙ. Это остаточное явление…. Скоро вы привыкнете…

ПЛОХОЙ. Всё равно не вижу никакого смысла в этих "посиденьках". Давай, спускай меня в котёл, обливай смолой или, как тут у вас воздают по заслугам!?

ХОРОШИЙ. Наказание не есть самоцель. Мне надо, чтобы вы раскаялись.

ПЛОХОЙ (смеётся). Вы издеваетесь?! Что за чушь?! Не имею ровно никакого желания!

ХОРОШИЙ. Пока…

ПЛОХОЙ. Что, "пока"?...

ХОРОШИЙ. Пока не имеете желания. Наша задача это желание вызвать.

ПЛОХОЙ. А если не получится?

ХОРОШИЙ. Тогда мы вас ликвидируем.

ПЛОХОЙ. Я уже – холодный труп!

ХОРОШИЙ. Я имею в виду вас, а не вашу физическую оболочку.

ПЛОХОЙ (уверенно). Душа бессмертна!

ХОРОШИЙ (выходя из себя). А хренушки вам!!! (берёт себя в руки). Ничего подобного! Мы имеем все полномочия окончательно прервать цепь вашего существования. Так что, в ваших интересах искренне раскаяться и, отбыв наказание, вернуться в нематериальный мир духом с чистым информационным полем.

ПЛОХОЙ. Где-то я уже это слышал. Только формулировочка другая… а смысл…

ХОРОШИЙ. Мы сегодня начнём или нет?

ПЛОХОЙ. Ну, если вы испытываете в этом острую необходимость?...

ХОРОШИЙ. Я – нет. А вы?

ПЛОХОЙ (с издёвкой). Мы – да! Просто жаждем…

ХОРОШИЙ. Тогда подпишите.

ПЛОХОЙ. Что?

ХОРОШИЙ. Бумаги.

ПЛОХОЙ. Где?

ХОРОШИЙ. В ящике стола.

ПЛОХОЙ (достаёт из ящика стола листок и ручку). Тут пусто…

ХОРОШИЙ. Протокол появится позже.

ПЛОХОЙ. Тогда и подпишу я это позже.

ХОРОШИЙ. Подписать необходимо сейчас!

ПЛОХОЙ. Издеваешься, начальник?! Вы там накамурзляете всякую хрень, - а я уже расписался. Знаем мы эти разводы – на том свете проходили.

ХОРОШИЙ. Это на том… на этом всё иначе…

ПЛОХОЙ. Аргументы.

ХОРОШИЙ. Текст будет проявляться по ходу беседы. Так что вы, потом, спокойно ознакомитесь с тем, под чем поставили подпись. Если там будет хоть какой-нибудь намёк на клевету – можете смело порвать бумагу и мы всё начнём сначала.

ПЛОХОЙ. Ну вот прочитаю и распишусь.

ХОРОШИЙ. Автограф нужен сразу – это условие.

ПЛОХОЙ. Да идите вы на хрен с вашими условиями!

ХОРОШИЙ (чеканя слова). Напоминаю. В случае нежелания сотрудничать, мы имеем все полномочия на вашу ликвидацию. Итак: вы, официально и обдуманно заявляете, что отказываетесь подписываться под протоколом, предоставленным вам?

ПЛОХОЙ. Не думал, что ментовские штучки столь популярны на небесах.

ХОРОШИЙ. Популярны. Только с тем отличием, что на бумаге не будет ни слова лжи. Я жду от вас ответа.

ПЛОХОЙ. У меня есть выбор?

ХОРОШИЙ. Да.

ПЛОХОЙ. Какой?

ХОРОШИЙ. Или подпись, или ликвидация.

ПЛОХОЙ. И всё?

ХОРОШИЙ. Вам мало?

ПЛОХОЙ. Ну что вы, - в самый раз!

ХОРОШИЙ. Тогда подписывайте.

Плохой берёт ручку, что-то долго выводит на бумаге и показывает листок Хорошему. На листе красуется изображение смачной дули.

ПЛОХОЙ. Хрен тебе, судья небесный! Я выбираю ликвидацию!

ХОРОШИЙ (спокойно рассматривает лист). Могли бы обойтись и без этой живописи! Прощайте!

Хлопает в ладони. Пространство взрывается странной музыкой – помесь хорала с тяжёлым роком. Хороший достаёт из ящика стола садовый секатор, взбирается на стол и идёт по направлению к лампе. Подходит, берёт в одну руку шнур, питающий лампу электричеством и, пытается перекусить оный секатором.

ПЛОХОЙ (испугавшись). Стой!... Стой, начальник! Я пошутил! Я подпишу!

ХОРОШИЙ (грозно). Поздно! Выбор даётся один раз! И вы его сделали!

ПЛОХОЙ (в истерике, вскакивает на стол и несётся к Хорошему) Не надо!!! Прошу!!!

ХОРОШИЙ (непреклонно). Жребий брошен!

Перерезает провод, лампа гаснет, музыка обрывается. Плохой падает замертво, несколько сантиметров не добежав до Хорошего. Хороший медленно переступает Плохого и идёт к его концу стола. Достаёт из ящика новую бумагу и ручку. Подходит к недвижимому телу, толкает его ногой.

ХОРОШИЙ. Ладно, подписывай!

Лампочка загорается.

ПЛОХОЙ (постанывая, поднимает голову и показывает рукой на абажур). Это… это…

ХОРОШИЙ. Всего лишь лампа… Первое предупреждение. Оно же последнее. В следующий раз я буду менее гуманным.

ПЛОХОЙ (медленно встаёт, берёт из рук Хорошего бумагу и ручку). Шуточки у вас, начальник… (идёт к своему концу стола, садится, кладёт перед собой протокол). Значит, говоришь, чаша милосердия исчерпана?

ХОРОШИЙ. Хотите проверить?

ПЛОХОЙ. Навряд.

ХОРОШИЙ. Тогда не тяните кота за хвост, подписывайте. У меня ещё таких как вы два десятка.

ПЛОХОЙ. У вас тут что, раскаяние поставлено на конвейер.

ХОРОШИЙ. А вы как думали? (поднимает палец вверх). ОН, если вы в курсе, инстанция всепрощающая, а не наказующая.

ПЛОХОЙ (в ответ направляет палец вниз). А карательный орган?

ХОРОШИЙ (выходя из себя). Да сколько раз тебе объяснять – нет никакого карательного органа! Ад – это страшилка от церковников! Простая ликвидация и всё! Ты будешь подписывать или … ?! (щёлкает секатором).

ПЛОХОЙ. Ладно, не кипятись… Просто любопытство… (подписывает). Доволен?

ХОРОШИЙ (подходит, отдаёт секатор, смотрит на подпись, кладёт бумагу на стол). Ваш автограф мало чем отличается от предыдущего изображения. Присаживайтесь.

ПЛОХОЙ (присев). Рука дрожала. Знаете ли, садовый инвентарь вызывает неприятные воспоминания (щёлкает, оставленным подле него секатором).

ХОРОШИЙ (отходя на свою сторону стола). У вас впереди ещё довольно много неприятных воспоминаний.

ПЛОХОЙ. Догадываюсь.

ХОРОШИЙ (ковыряясь в бумагах). Начнём, пожалуй (откладывает в сторону десяток листов). Первые три года вашей жизни мы благополучно опустим, ибо, исключая первородный грех – бред, придуманный сумасшедшими фригидными монахами, в силу младенческого возраста вы ничего криминального не совершили.

ПЛОХОЙ. Три года без греха – хороший срок. Мне это зачтётся?

ХОРОШИЙ. Не юродствуйте. Вы ещё не совсем понимали, где добро, а где зло. Потому – не считается.

ПЛОХОЙ. Думаете, что я прекрасно разбирался в этих понятиях в семь или в десять лет?

ХОРОШИЙ. Естественно. Ибо уже с четырёх вы отлично знали, что мочиться в вазон с бабушкиным фикусом очень плохо.

ПЛОХОЙ. Этот фикус напоминал мне Бабая.

ХОРОШИЙ. А бабушке он напоминал о покойном дедушке, который за двадцать лет до вашего рождения стащил его из заводской столовой. В чём искренне раскаялся за этим же столом.

ПЛОХОЙ. Вы что и деда обрабатывали?

ХОРОШИЙ. Не я – напарник. Я в тот момент занимался одним известным сановником.

ПЛОХОЙ. Кем?

ХОРОШИЙ. Какая разница? Приговор – ликвидация. Эти суки никогда не верят в серьёзность наших намерений. Генетическая уверенность в том, что всё сойдёт с рук.

ПЛОХОЙ (после паузы). Я раскаиваюсь. В следующей жизни обещаю не справлять нужду под растениями.

ХОРОШИЙ. Я вам не верю. Когда раскаяние будет искренним эта папка (показывает на бумаги), автоматически испепелится.

ПЛОХОЙ. Как у вас тут всё интересненько – секаторы, абажуры, самовозгорающиеся досье – постмодернизм какой-то!

ХОРОШИЙ. У вас не лучше. – Абсурдивный примитивизм, усугублённый вредными привычками. Продолжим…

ПЛОХОЙ (ехидно). Конечно. Страсть, как жажду раскаяться.

ХОРОШИЙ. Данным отношением вы неотвратимо приближаете себя к роковой черте. Я требую серьёзного отношения к процедуре!

ПЛОХОЙ (делает серьёзное лицо). Прошу прощения, что там дальше?

ХОРОШИЙ (копаясь в бумагах) Дальше, стандартный набор детского садизма, квалифицируемый, как мелкое хулиганство.

ПЛОХОЙ. Не понял…

ХОРОШИЙ (уточняя). Надувание жаб соломинкой через анальное отверстие, прижигание гусениц увеличительным стеклом, обрывание крыльев бабочкам и скармливание последних муравьям живьем, заливание червей эбокситной смолой, заживо погребённые тараканы в пластилиновых гробиках… продолжать?

ПЛОХОЙ. Не надо…

ХОРОШИЙ. Стыдно?

ПЛОХОЙ. Не очень…

ХОРОШИЙ. Почему?

ПЛОХОЙ. Все этим занимались. Земная психология – так дети познают мир.

ХОРОШИЙ. Чудесная отговорка! Поэтому, практически все, отбывают пятнадцать суток за каждую распотрошённую жабу на уроке биологии. А гений, который это придумал, обречён провести вечность в компании препарированных земноводных. Причём, ежедневно, по пять раз на дню, жабы потрошат его. И так будет до тех пор, пока этот, узаконенный министерством образования садизм, не прекратится.

ПЛОХОЙ (после паузы). С фантазией, у вас тут, проблем нет… (показывает пальцем вверх) А, как же, Всепрощающий?

ХОРОШИЙ. Он просто прощает. Деталей процесса ему знать не надо.

ПЛОХОЙ. Хорошенько вы тут устроились – сами себе и исполнительная, и законодательная власть! А если я буду жаловаться?

ХОРОШИЙ. На что?

ПЛОХОЙ. На самоуправство и бесчеловечное отношение к заключённым.

ХОРОШИЙ. Вот раскаетесь, получите срок и жалуйтесь… только…

ПЛОХОЙ. Что? "Только"….

ХОРОШИЙ. Довольно длительная и нервозатратная процедура. Иногда срок заканчивается быстрее, чем очередь на рассмотрение жалобы. Вы хотите ждать лишние пару тысяч лет?

ПЛОХОЙ. Нет.

ХОРОШИЙ. Вот и я о том же. Вернёмся к нашим баранам. Вернее – барану…

ПЛОХОЙ. Я попрошу не оскорблять, сука!

ХОРОШИЙ (достаёт листок из дела) Вот, как раз пункт: "Мой первый мат".

ПЛОХОЙ. Я плохо играю в шахматы.

ХОРОШИЙ. Не юли, упырь! Я про нецензурщину!

Отодвигает ящик стола, достаёт оттуда огромную красную кнопку, жмёт на неё. Сцену заливает зеленовато-синий свет и заполняет заунывная музыка. Из-под стола, в районе валяющегося абажура, появляется существо неопределённого пола, с мертвенно бледным лицом и огромным чемоданом. Существо ставит чемодан на стол, взбирается следом и исполняет некий танец, больше похожий на дрыганье пьяных тёток на третий день деревенской свадьбы. Музыка стихает, существо учтиво кланяется участникам процесса и замирает, грустно склонив голову набок.

ПЛОХОЙ (в крайней степени недоумения) ЭТО ЧТО?!

ХОРОШИЙ (спокойно). УОВэВэГэ.

ПЛОХОЙ. ЧТО?!

ХОРОШИЙ. Условно-Обобщённое Воплощение Ваших Грехов. Проще говоря – Жертва… Наглядное пособие.

ПЛОХОЙ (присвистнув). Ни хрена себе вы тут чудите!!!

ХОРОШИЙ. Начудили вы, а мы с вашими чудесами разбираемся.

ПЛОХОЙ. А можно без пособия? Оно меня немного пугает.

ХОРОШИЙ. Никак нет. Стандартная процедура. С Жертвой раскаяние наступает гораздо быстрее и более искреннее.

ПЛОХОЙ (снова поднимает палец вверх). А как Он относится к подобной экзекуции?

ХОРОШИЙ (устало). Ну я же вам уже говорил – Его интересует факт. Сам процесс Ему до лампочки.

ПЛОХОЙ. Значит, Ему по хрен, что здесь в ходу средневековые замашки?

ХОРОШИЙ. Ему не по хрен. Он, как и мы, искренне жаждет раскаяния. И закроем эту тему. Прекратим поминать Его имя всуе.



ПЛОХОЙ. А меня, например, очень интересует этот аспект загробной жизни.

ХОРОШИЙ. Будете интересоваться этим светом после оглашения приговора. А, пока, вы должны эту загробную жизнь заработать… или, не желаете? (существу) Эй, УОВэВэГэ, принеси секатор!

Существо двигается по направлению к Плохому. Тот быстро прячет секатор в ящик стола. Существо прекращает движение и вопрошающе смотрит на Хорошего.

ПЛОХОЙ. Хренушки! Без боя не сдамся!

ХОРОШИЙ (спокойно). Вы очень забавный элемент!

Достаёт из своего ящика стола секатор. Плохой открывает свой ящик – там пусто.

ПЛОХОЙ (злобно). Сука!

ХОРОШИЙ (всё так же спокойно). Итак, пункт: "Мой первый мат".

Существо издаёт скорбный вопль и принимает очень несчастный вид.

ХОРОШИЙ (продолжая). Вам восемь лет. Второй класс общеобразовательной школы. Девочка в массивных очках в роговой оправе по имени Юля, по фамилии Штрайхер….

Существо подходит к чемодану, открывает его, достаёт оттуда уродливые очки "советского" образца, одевает их и садится напротив Плохого. Последний в ужасе отпрянул.

ПЛОХОЙ. Уберите ЭТО!

ХОРОШИЙ. Не могу. Задача УОВэВэГэ вызывать чувство стыда и самопрезрения

ПЛОХОЙ. Мне как-то не хочется стыдиться, - больше тянет обосраться.

ХОРОШИЙ. Это – остаточное явление земного бытия. Бестелесные субстанции лишены возможности испражняться. Продолжим?...

ПЛОХОЙ (робко). А можно без этой твари?

ХОРОШИЙ (в сердцах, стукнув кулаком по столу) Я же сказал "нет"!!!

ПЛОХОЙ. Хорошо… хорошо… не кипятись… начальник… просто, жутковато…

ХОРОШИЙ (орёт). А обозвать впечатлительную девочку очкастой блядью не жутковато?! Она до одиннадцатого класса носила это прозвище и ночами рыдала в подушку, моля Бога о том, чтобы превратиться из семитского страшилища в прекрасного лебедя!!! А потом, в институте, на пороге своего двадцатилетия, когда её первая любовь, после её признания повторила ей эту заветную фразу, брошенную тобой, - она разбила свои очки и стёклами от линз вскрыла себе вены!!! Не жутковато?! Гражданин свежеусопший, а?!

Остервенело жмёт на кнопку и Существо, в диком танце изображает акт суицида разбитыми очками, валясь бездыханным трупом перед носом Плохого.

ПЛОХОЙ (ошарашено и робко поднимает руку существа, та безжизненно падает). Я не знал… правда… не знал… (существу). Прости меня… Юля… Штрайхер…

ХОРОШИЙ. Сука ты последний, вот ты кто.

Убирает кнопку в стол. Существо поднимается, бредёт на середину стола, снова принимает скорбный вид.

ПЛОХОЙ (виновато). Я честно… Я ведь… Мне стыдно… Я… раскаиваюсь… (с надеждой смотрит на досье)

ХОРОШИЙ (ловит его взгляд) Что? Не горит? Видать, ещё не всё… Искренне… но не всё… Надо испить до дна…

Достаёт из стола пачку сигарет, бутылку, рюмку. Наливает, выпивает, закуривает.

ПЛОХОЙ (с нескрываемым удивлением) А… А, разве вам можно?

ХОРОШИЙ. Что?

ПЛОХОЙ (делает характерный жест по горлу) Ну, вот это…

ХОРОШИЙ (затягиваясь сигаретой) Не сопьешься тут с вами… Одни подонки… Как праведники, так этажом выше… А я – срань разгребай… Как ты говоришь, - "конвейер"? А знаешь, какой хрени я тут только не наслушался и не начитался за последние сорок лет?

ПЛОХОЙ. Сорок лет!? (после паузы) Так всё-таки время здесь есть?

ХОРОШИЙ (наливает рюмку). Есть, конечно, - это остаточное явление… Так проще привыкаешь к вечности… (выпивая, после паузы). Да и меру пресечения так доходчивей объяснять… (затягивается сигаретой, гасит окурок в ящике стола). Чего-то разоткровенничался я с тобой… Продолжим…

Плохой срывается со своего места, подбегает к Хорошему, садится подле него на стол.

ПЛОХОЙ. Разоткровенничался?!... Значит…. Ты не ангел?!

ХОРОШИЙ. Охренел, что ли?! Ангелы не станут марать крылья в этом свинарнике.

ПЛОХОЙ. Ты…. - …. Человек?!

ХОРОШИЙ (перелистнув досье, холодно). Встать!!! (Плохой встаёт). Место!!! (Плохой робко переминается с ноги на ногу). На место, тварь!!!

Плохой испуганно возвращается на исходную позицию. Хороший берёт в руки досье, резко вскакивает на стол и чеканя шаг и слова двигается к Плохому.

ХОРОШИЙ (читает). Мне десять лет! Я краду булочки в школьном буфете! Я разбиваю стекло в мальчиковом туалете и подставляю одноклассника! Отбираю мелочь у первоклассников и пинаю ногами дворовых щенков. Десятки сбитых из моей рогатки воробьёв и разорённые птичьи гнёзда. Облитая бензином и подожжённая кошка! Собачья какашка, завёрнутая в яркую обёртку и, выданная местному дурочку за конфету! (подходит вплотную к Плохому). Одиннадцать лет!...

ПЛОХОЙ (орёт). Хватит!... Хватит!... Прошу!... (начинает плакать)

Хороший, успокоившись, протягивает ему досье.

ХОРОШИЙ. Не горит, сука!!! (швыряет дело ему в лицо, стремительно возвращается на своё место, снова наливает, выпивает, закуривает. Холодно). И это только одна четвёртая вашей жизни… Самое вкусное впереди…

ПЛОХОЙ (плача). Я был пацаном… я не осознавал…

ХОРОШИЙ (спокойно). Может, тогда начнём с обратной точки?

ПЛОХОЙ. Ты – не человек. Человек не может быть столь бесчеловечным…

ХОРОШИЙ. Вы забылись, - мы здесь все уже не люди!... (щёлкает пальцами). УОВэВэГэ, дело!

УОВэВэГэ, не снимая печального образа с лица, подходит к Плохому, отвесив книксен, забирает папку и несёт её Хорошему, всё с тем же архаичным поклоном отдаёт бумаги последнему.

ХОРОШИЙ (спокойно перелистывая страницы). Итак, обратный отсчёт… Сорок два. Две недели до возбуждения дела. Двести долларов за ночь с несовершеннолетним подростком.

ПЛОХОЙ (робко). Я…

ХОРОШИЙ (холодно). Вы были пацаном?

ПЛОХОЙ. Нет.

ХОРОШИЙ. Вы знали, сколько лет девочке?

ПЛОХОЙ. Она была не против…

ХОРОШИЙ (грозно). Вы знали сколько лет девочке?

ПЛОХОЙ. В другой стране, в таком возрасте уже выдают замуж.

ХОРОШИЙ (щёлкая секатором). Вы знали сколько лет девочке?!

ПЛОХОЙ. Да.

ХОРОШИЙ. Вы бы хотели, будучи пацаном, получить собачье говно на десерт?

ПЛОХОЙ. Нет.

ХОРОШИЙ. Но вы, будучи пацаном, угостили подобным лакомством местного придурка?

ПЛОХОЙ. Да.

ХОРОШИЙ. Вы знали, что это плохо?

ПЛОХОЙ. Да.

ХОРОШИЙ. И в том, и в другом случае вы осознавали, что творите мерзость?!

ПЛОХОЙ (сдавшись). Да.

ХОРОШИЙ. Так на хрена вы сейчас ищите дешёвые оправдания своим поступкам, прикрываясь сомнительными аргументами?! Что такое хорошо и что такое плохо вам, тварям, разъясняют ещё в детском саду!

ПЛОХОЙ. Я…

ХОРОШИЙ. Заткнитесь! И слушайте меня! Во-первых: во время следствия тут нет милосердия. Во-вторых: все гнилые "отмазки" того света здесь не конают! И, в третьих: Я вас вижу насквозь – и, поверьте, даже пяток искренних раскаяний за последний час, (указывает на дело) не способен ни на йоту разогреть эту пухлую пачку!

ПЛОХОЙ (удручённо). Вам надо, чтобы я страдал?

ХОРОШИЙ. Нет, "нам" от вас надо совершенно другое!

ПЛОХОЙ. Что?

ХОРОШИЙ (снова наливает). Этого я сказать не могу…

Выпивает, внезапно хмелеет, взрывается весёлая кабацкая музыка. Хороший пускается в пляс.

ХОРОШИЙ. Эй, УОВэВэГэ! Пляши! Танцуй, существо!

На сцене начинает происходить какая-то совершенно невообразимая вакханалия. Хороший и Жертва беснуются в кабацко-языческом угаре. Плохой, тем временем, незаметно крадёт секатор, потом на время присоединяется к беснующимся. В какой-то момент, Жертва достаёт из чемодана табличку с надписью: "Finita carnavale" и всё моментально прекращается. Зависает тишина, и в тишине Плохой заявляет.

ПЛОХОЙ. Я знаю, что вам всем здесь надо!

Жертва вопрошающе смотрит на Плохого и переворачивает табличку, - на обратной стороне красуется надпись: "Applause".

ХОРОШИЙ (наигранно театрально). Что? О, несчастный?!

ПЛОХОЙ (мнётся). Вам надо… Вам надо…

ХОРОШИЙ (так же наигранно). О, не молчи… мой догадливый труп!

ПЛОХОЙ. Вам надо… Вам нужна… нужна… (резко и громко). МОЯ САМОЛИКВИДАЦИЯ!!!

Бросается к абажуру, ловко перерезает провод. Лампочка гаснет. Занавес падает.

Финал первого действия.

Действие второе

Плохой лежит, бездыханный, по центру стола. Хороший и Жертва на краю, сидя на столешнице, играют в карты. Хороший проигрывает.

ХОРОШИЙ. Блин! И в жульничестве не обвинишь! Здесь всё честно.

Жертва, с ехидной улыбкой, показывает Хорошему на центр сцены.

ХОРОШИЙ. Да понял, понял… сволочь!

Выходит на центр сцены и, весело пританцовывая, исполняет частушку.

ХОРОШИЙ. Солнце встало выше ели, Время срать, а мы не ели! Э-э-эх! (возвращается на место). Доволен, эфирное создание? Сдавай!

Жертва начинает сдавать карты.

ХОРОШИЙ. Знал бы ОН, чем мы тут занимаемся, - вмиг бы разогнал эту весёлую шарагу.

Существо разводит руками.

ХОРОШИЙ. Думаешь, ОН в курсе? (после паузы). Конечно, в курсе… Изощрённая система наказаний… Жёсткая божественная ирония… Это пострашнее котлов и чертей с вилами… (смотрит в карты). Ну что за дрянь ты мне опять сдал?!

Плохой начинает стонать и шевелиться.

ХОРОШИЙ. Ну всё, задержанный оклемался.

Бросает карты в ящик стола. УОВэВэГэ занимает скорбную позу по центру стола, прямо над Плохим. Хороший подходит к очнувшемуся.

ХОРОШИЙ. Ку-ку! Ну что, душа бессмертна? Это там, на земле, можно по собственной воле распоряжаться своей тушкой. А тут, за вас решают другие инстанции.

ПЛОХОЙ (стонет). Где я?

ХОРОШИЙ (помогая ему присесть). Всё там же… Отдел вынесения приговоров… Сектор "Подонки"…. Кабинет номер 5876 дробь 2… Ау?

ПЛОХОЙ. Это не сон?

ХОРОШИЙ. Как видите.

Плохой свешивает ноги со стола, Хороший присаживается рядом.

ПЛОХОЙ. Голова болит…

ХОРОШИЙ. Это остаточное явление… Как вы понимаете, у бестелесных субстанций такого атавизма, как голова, не существует.

С другой стороны к Плохому тихо присаживается Жертва. Плохой оборачивается и в ужасе жмётся к Хорошему.

ПЛОХОЙ. И оно здесь?!

ХОРОШИЙ. А куда же оно денется? Мы же ещё не закончили. Оно жаждет показать вам ещё десяток душещипательных сценок.

Существо расплывается в ехидной улыбке.

ХОРОШИЙ. Талант, правда?

ПЛОХОЙ. (передёрнувшись). Гений.

ХОРОШИЙ. На том свете был бездарным актёришкой… А здесь, видите, чистый Марсель Марсо… Достался по блату. Если повезёт – будет развлекать нас ещё довольно долго.

Существо скромно поклонилось и заняло своё место по центру стола, за спиной Плохого.

ПЛОХОЙ. А вы?

ХОРОШИЙ. Что я?

ПЛОХОЙ. Кем-то были в прошлой жизни? Или вы – местный?

ХОРОШИЙ. Ах, любопытство, любопытство! То я – ангел. То я – человек. То – абориген… Не успели прийти в себя, а уже лезете с расспросами. Не забывайтесь. Допрос здесь веду я.

ПЛОХОЙ. Ладно, извини, начальник.

ХОРОШИЙ. Вот это уже лучше. Ну что, продолжим? Сигарету? Рюмку водки?

ПЛОХОЙ (мрачно). Я бросил.

ХОРОШИЙ. Вот и молодец. Вредные привычки надо оставлять за бортом земной жизни. Идите на место.

Хороший и Плохой снова занимают свои места по обоим концам стола.

ХОРОШИЙ (копаясь в бумагах). Ну, коли вы такой паинька, предоставляю вам право выбора. В каком направлении будем двигаться?

ПЛОХОЙ. В смысле?

ХОРОШИЙ. С начала? С конца? С одиннадцати или с сорока двух?

ПЛОХОЙ. Как скажешь, начальник, мне всё равно.

ХОРОШИЙ. Ну, тогда выберем золотую середину… (открывает дело посередине). Двадцать один год. Ах, пора золотой молодости! Исполненная грёзами о красивой жизни, но напрочь лишённая желания работать! Потаскухи, попойки и азартные игры! Фирменные шмотки и золотые безделушки! А где же добыть денежки?! Где?

Плохой сидит, уткнувшись лицом в стол.

ХОРОШИЙ (стукнув кулаком) Я вас спросил где?!

ПЛОХОЙ (мрачно). У вас там всё записано.

ХОРОШИЙ. Конечно, записано. Но мне хочется, чтобы вы это озвучили. Итак, укажите источник дохода.

ПЛОХОЙ (указывает на Жертву). Пусть лучше оно покажет.

ХОРОШИЙ. Оно, покажет… но и вы не молчите…

Хороший достаёт из ящика стола CD-проигрыватель, динамик, диск и пульт. Вставляет диск. Жмёт кнопку на пульте.

ХОРОШИЙ. Поехали!

Играет дешёвенькая, примитивная мелодия. Жертва достаёт из чемодана женский парик, надевает и начинает совершать незатейливые телодвижения, утрированно напоминающие похотливые танцы стриптизёрш.

ПЛОХОЙ. Мне предложили поставлять девочек для иностранных борделей. Время было такое – полный разброд и экономический коллапс. Все искали, где бы заработать. Мне предложили собирать группы молодых девочек для танцевальных шоу. Пять штук – штука… Естественно баксов. Мне выдали аванс, чтобы я выглядел солидно и респектабельно.

ХОРОШИЙ (холодно) Аванс?

ПЛОХОЙ. Успешный молодой человек, не лишённый привлекательности и шарма, вызывает доверие…. Желающих было много.

ХОРОШИЙ. Они знали, какого плана "танцы" их ожидают?

ПЛОХОЙ. Нет.

ХОРОШИЙ. А вы, безусловно, знали, что отправляете девочек на панель?

ПЛОХОЙ. Конечно.

ХОРОШИЙ. Выходит, что вы нагло врали им, ищущим лучшей жизни?

ПЛОХОЙ. Выходит…

Хороший жмёт кнопку на пульте. Музыка прекращается. Существо снимает с себя парик. Хороший убирает проигрыватель, динамик, пульт в ящик стола и достаёт оттуда калькулятор. Что-то быстро считает.

ХОРОШИЙ. Пятьдесят восемь изломанных судеб по пять лет за каждую… Двести девяносто. Плюс восемь за инициацию драки в кабаке, десять за антисемитизм, тринадцать за проституток со скидкой, три с половиной за похабные анекдоты и обплёванно-обоссаные тротуары. И это, только за год.

ПЛОХОЙ. С девочками… Я же не насильно…

ХОРОШИЙ. Нет, конечно. Но начиналось же всё с вас… Респектабельного и сладкоголосого молодого человек, который всем своим видом внушает доверие.

ПЛОХОЙ. Мне очень хотелось красиво жить…

ХОРОШИЙ (после паузы, холодно). Как там оказалась ваша сестра?

ПЛОХОЙ (с мокреющими глазами). Мне не хватало одного человека до полной группы.

ХОРОШИЙ. Укомплектовали?

ПЛОХОЙ (плача). Да…

Существо одевает русый парик с косичками и садится напротив Плохого.

ХОРОШИЙ. Ну и как?

ПЛОХОЙ. Что?

ХОРОШИЙ. Как потом вы смотрели ей в глаза?

ПЛОХОЙ. Мы больше никогда не общались…

Существо издаёт сладострастный стон и вульгарно раздвигает ноги.

ПЛОХОЙ. Прошу… уберите это… не надо…

ХОРОШИЙ (снова достаёт водку и сигареты, наливает). Вам стыдно?

ПЛОХОЙ (искренне). Да…

ХОРОШИЙ (залпом выпивает). Вот и мне стыдно… (закуривает).

ПЛОХОЙ. За кого?

ХОРОШИЙ. За вас… за него (указывает на существо)… за себя…

ПЛОХОЙ. Как, за себя?

ХОРОШИЙ. А вот так!... За всех, за нас стыдно, - твари разрушающие! Ладно, свою жизнь не ценим, пускаем под откос. Так нет же, надо обязательно прихватить с собой ещё десяток! За что, вообще, ОН нас прощает?! Не понимаю!!!

ПЛОХОЙ. Так ты…

ХОРОШИЙ (перебивает). Человек!... В прошлом… Такой же, как и ты, подонок! Как и он! (указывает на существо, жертва снимает парик и занимает своё место). Препаскуднейший был человек… Вот так и сидим мы здесь с тобой – три твари в кабинете номер 5876 дробь 2 и ждём… (наливает, выпивает).

ПЛОХОЙ. Чего ждём?

ХОРОШИЙ. Клацнет кто-то этажом выше секатором или позволит перейти на новый уровень. Времени-то много… целая вечность…

ПЛОХОЙ. Так ты, что, такой же, как я?

ХОРОШИЙ (закуривает). Ага.

ПЛОХОЙ. Хули ты, тогда из себя начальника корчишь?

ХОРОШИЙ. Откинулся я раньше, сударь. Мне и карты в руки. Правила такие, - в армии служил?

ПЛОХОЙ. Да.

ХОРОШИЙ. Значит, объяснять не надо.

ПЛОХОЙ (присвистнув). Потрясающе! Инфернальная дедовщина! Я же говорю – весело у вас тут! Ничего не скажешь! А не проще было чертей с котлами?

ХОРОШИЙ (гасит окурок в ящике стола). Поверьте, так гораздо страшнее… гораздо… Просто вы ещё не поняли… (листает досье).

ПЛОХОЙ. Так что… (указывает на папку). Самовозгорание тоже блеф?

ХОРОШИЙ. Отнюдь… Будете каяться и заниматься самобичеванием пока эта дрянь не испепелиться… Так задумано…

ПЛОХОЙ. А дальше?

ХОРОШИЙ. Что дальше?

ПЛОХОЙ. Ну, потом… после?

ХОРОШИЙ. Не знаю… (перелистнув досье, холодно). Зачем вы жили? Что хорошего вы сделали за сорок два года? Хоть кто-то искренне оплакивал вас на похоронах?

ПЛОХОЙ. Мама…

ХОРОШИЙ (горько улыбнувшись). Мама…. Глубокая старушка с нищенской пенсией в ветхом деревенском домике, с протекающей крышей… Как ей нужна была ваша помощь. Мама… Удел матерей – бесконечно и искренне любить выношенных в своём чреве ублюдков… Когда вы в последний раз навещали её?

ПЛОХОЙ. Я ей звонил…

ХОРОШИЙ. Три раза в год? На день Рождения, восьмое марта и Рождество? Истинная сыновья любовь!

Существо достаёт из чемодана седой парик, очки, раскладную клюку и согбенно двигается в сторону Плохого. Плохой медленно удаляется от Существа.

ПЛОХОЙ. Я хотел забрать её к себе, но…

ХОРОШИЙ. Но понимали, что старушка никак не вписывается в ваш, наполненный разнообразными утехами быт.

ПЛОХОЙ (опустив голову). Да…

ХОРОШИЙ. Что вы стоите, как нашкодивший первоклассник? Вы же отлично осознавали, что единственный человек, который вас искренне любил нуждается в вашей помощи?

ПЛОХОЙ. Да.

ХОРОШИЙ. И кто вы после этого?

ПЛОХОЙ. Тварь последняя…

ХОРОШИЙ (наливает, выпивает). Стыдно?

ПЛОХОЙ. Очень… (после паузы). Можно водки?

ХОРОШИЙ. Вам нет… Ему, да!...

Щёлкает пальцами. Существо весело принимает вертикальное положение и, сбросив парик, очки, резво подскакивает к Хорошему и с наслаждением делает несколько больших глотков из горла. Потом тянется к сигарете. Хороший моментально даёт УОВэВэГэ по рукам и указывает на место. Жертва грустно принимает свою обычную позу.

ПЛОХОЙ (сквозь зубы). Жлоб!...

ХОРОШИЙ. На себя посмотрите! (читает) За сорок два года земного существования роздано милостыни в общей сложности на сумму три рубля сорок восемь копеек. Не густо.

ПЛОХОЙ. На хрена им подавать?! Всё равно пропьют!

ХОРОШИЙ (достаёт другой листок). За сорок два года земного существования пропито и потрачено на плотские утехи в общей сложности на сумму…

ПЛОХОЙ (перебивает). Не надо!

ХОРОШИЙ. Вам не интересно знать сумму?

ПЛОХОЙ. Нет.

ХОРОШИЙ. А зря. Вы ведь никогда не отличались отсутствием любопытства и желанием посплетничать. Так давайте вместе "обсосём" косточки вашему свежепреставившемуся организму.

ПЛОХОЙ. Прекрати юродствовать! Я же сказал: "Мне стыдно!"

ХОРОШИЙ. Почему всем стыдно только здесь? Там, мы ни на секунду не задумываемся о том, что существует это чудное понятие. А?

Плохой угрюмо молчит.

ХОРОШИЙ. Я ведь не только о тебе…. (закуривает, подходит к Плохому). Мне, ведь, тоже стало стыдно только тут… А там, - деньги, деньги… Много денег: монеты, банкноты, камешки, слитки, банковские счета. Как меня раздражала жена с её вечными менструациями! Ты знаешь, как-то я подсчитал сколько денег было выброшено на прокладки за двадцать лет нашей семейной жизни….

Жертва начинает резво разбрасывать из чемодана прокладки и купюры.

ХОРОШИЙ. Меня взяла оторопь. А потом, я стал считать деньги за укладки, причёски, косметику и колготки. А сколько электроэнергии забирал ежедневно её долбанный фен!!!

ПЛОХОЙ. Я же сказал, что ты – жлоб!

ХОРОШИЙ. Жлоб!... Конечно, жлоб…. И раскаиваюсь в этом… (Существу). Да остановись ты, чёртова кукла!!!

Существо отдаёт под козырёк и послушно собирает разбросанные прокладки и банкноты обратно в чемодан.

ХОРОШИЙ (Плохому). Идём, выпьем…

Идут к столу. Хороший гасит окурок в ящике стола. Достаёт оттуда ещё одну рюмку, наливает себе и Плохому.

ХОРОШИЙ. Ну, не чокаясь…

Выпивают, закуривают.

ПЛОХОЙ. Мне впервые стало противно за свою жизнь… Как я жил? Что я творил?

ХОРОШИЙ. Я это уже проходил…

ПЛОХОЙ. А что дальше?

ХОРОШИЙ. Теперь надо лишь осознать что-то очень важное… Главное…. Иногда истина, она в мелочах…. Порою, самая малая мерзость рождает большой и сложноискупаемый грех. Мы – мерзавцы… Мы все, - твари, способные на искреннее раскаяние лишь после смерти. А на том свете мы уверены в том, что шрамы от наших нелицеприятных деяний рассосутся сами по себе и ни кто и никогда об этом не вспомнит. А здесь, помнят и записывают всё. Страшно, правда?

ПЛОХОЙ. Согласен… Помнят даже про фикус, воробьёв и собак…

ХОРОШИЙ. Вот именно… Я собак не пинал, а вот про беляш вспомнили…

ПЛОХОЙ (удивлённо). Беляш?! Ты продавал беляши с собачятиной?

ХОРОШИЙ. Дурак, что ли? Я собак любил… Но никогда не заводил, потому что содержать дорого…

ПЛОХОЙ (улыбнувшись). Жлоб?

ХОРОШИЙ. Жлоб…

Существо встаёт на четвереньки и, виляя филейной частью как хвостом, подходит к компании.

ХОРОШИЙ. Мне было тринадцать лет… Я собирал карманные деньги в банку. Ах, звон медяков и никелевого сплава. Мне так нравилось, когда стеклянная баночка наполнялась и я с трепетом менял мелочь на бумажки, складируя последние в детском сундучке. Шелест купюр и звон монет будоражил моё сознание. Я ничего не хотел покупать – просто копил и всё! А ещё, - я любил беляши! С мясом, по тринадцать копеек. Напротив моего дома была пирожочная и, каждый день ветер через открытое окно заносил в мою комнату аромат жареных беляшей. Раз в неделю, переборов желание копить, я нёсся к ароматному ларьку и покупал два беляша. Потом, возвращался домой и с наслаждением лопал их. Естественно, втайне от родителей, бабушек и брата. Во-первых: они не доверяли общепиту; во-вторых: чтобы не делиться. Но бывали дни, когда в беляши клали рыбу. Гадость неимоверная! Но дешевле – по восемь копеек. Тогда я просто объедал тесто по кругу, а тошнотворную начинку смывал в унитаз (наливает, выпивают). В тот день, беляши, как раз были с рыбой. Я расстроился и обрадовался одновременно. Сэкономленные десять копеек грели душу, а утроба недовольно предвкушала неполноценность пищевого наслаждения. Я взял это жареное ароматное чудо в промасленной бумаге и ринулся домой. Под ноги мне бросилась иссохшая до костей, бродячая шавка. В её глазах был голод, тоска и мольба. Почти обессиленная, покачиваясь на тонких, худых лапах, она молча умоляла меня поделиться. "Кусочек… всего лишь, кусочек… спаси…" – источали полные слёз, собачьи глаза. Да, да – в её глазах стояли слёзы… она плакала и отчаянно просила… (снова наливает, выпивают, Хороший смахивает накатившуюся слезу). А я, - сытая, жадная тварь, прижал беляши к себе, стремглав помчался домой, в одиночку обожрал с них тесто и спустил фарш в унитаз… На следующий день я опять увидел эту собаку… под деревом… обсиженную мухами… мёртвую… голод, безразличие и жадность решили её судьбу…

Жертва изображает смерть собаки. Хороший начинает искренне рыдать на груди у Плохого.

ХОРОШИЙ. Тварь я последняя! Шестнадцать копеек!... Шестнадцать копеек могли спасти чью-то жизнь… Ведь я их – в унитаз!!! А зверь мог бы жить… понимаешь, жить!!!...

ПЛОХОЙ (успокаивая). Ну тихо, тихо… Может, она была больна… и, всё равно бы издохла…

ХОРОШИЙ. Она была больна от нашего равнодушия, цинизма и жлобства. Эти глаза… Если бы ты видел эти глаза… заглядывающие тебе в душу!... А в душе?!... А в душе сверкала сэкономленная десятикопеечная монета! (у Хорошего начинается истерика) Отдай я ей тогда эти треклятые беляши!!! Испытай радость от доброго и благого дела!!! Может и жизнь моя сложилась бы иначе!!! Не стал бы я тогда провинциальным Гобсеком… были бы и друзья… и дети… и жена не сбежала бы с первым встречным, после двадцати лет жизни в режиме тотальной экономии!!! Тварь я!!! Тварь ничтожная!!! Мне нет прощения!!! ОН не должен быть ко мне милосерден!!!

ПЛОХОЙ. Успокойся ты… всего лишь беляши…

ХОРОШИЙ. Я – убийца!!! Мерзкий, отвратительный убийца!!! И беляши эти, есть главная улика в доказательстве моей вселенской мерзости!!! (рыдает)

Из ящика стола, откуда Хороший доставал разные вещи, начинает валить густой дым. Жертва поднимается и внимательно смотрит в сторону ящика. Через некоторое время и Плохой замечает необычное явление.

ПЛОХОЙ. Что это?

Подходит к столу, берёт папку со своим делом – она цела, нет ни малейшего намёка на самовозгорание.

ПЛОХОЙ (Хорошему). Слышь, начальник, ты бы окурки не в столе, а в пепельнице гасил. А то и до пожара недалеко. Вон, смотри как дымит! Слышь, дай водички, - не водкой же эту дрянь заливать.

ХОРОШИЙ. Отстань!

ПЛОХОЙ. Что, отстань?! Ты тут ревёшь, Это (показывает на Жертву) тупо уставилось, как баран – помощи ноль. А я, между прочим, сгореть не имею желания! (тормошит Хорошего) Алё, нюня! Дай водички!!!

ХОРОШИЙ (внезапно перестав рыдать). Горит, говоришь?

ПЛОХОЙ. Нет, блин, светится!

Хороший подходит к ящику стола, долго смотрит на клубы дыма, потом открывает ящик, достаёт оттуда обугленную папку, которая в его руках рассыпается в прах. Разводит руки и долго смотрит вверх.

ПЛОХОЙ. Может хватит медитировать? Объяснишь, что это сейчас было?

ХОРОШИЙ (подносит палец к губам) Тс-с-с! Свершилось…

ПЛОХОЙ. Что, свершилось?

ХОРОШИЙ. Раскаянье свершилось… Мне теперь надо выше…

ПЛОХОЙ. Не понял? А я?

ХОРОШИЙ. А ты здесь… пока…

ПЛОХОЙ. Надолго?

ХОРОШИЙ. Не знаю… Пока не раскаешься… пока не найдёшь свой главный грех…

ПЛОХОЙ. А как я его найду… Кто будет меня допрашивать… стыдить… позорить…

ХОРОШИЙ. Ты ничего не понял? Ты же и будешь… сам, дружок… сам… Через чужие грехи свой искать будешь. Так задумано…

ПЛОХОЙ (подходит к Хорошему). Так, значит, ты всё время здесь свой грех искал? Себя бичевал?

ХОРОШИЙ. Себя… себя… А теперь, твоя очередь…

Забирает у Плохого папку, кладёт в стол. Указывает последнему на свой стул.

ХОРОШИЙ. Теперь это твоё место….

ПЛОХОЙ (растерянно показывает на своё место) А там?

ХОРОШИЙ. А там – Он…

Показывает на Существо. Существо снимает с себя своё странное облачение и превращается в нормального человека в чёрном костюме. Идёт, садится на место Плохого и застывает, словно восковая кукла. Хороший достаёт из ящика стола ещё одну пухлую папку, красную кнопку, секатор и кладёт всё это на стол.

ХОРОШИЙ. Его дело. Ознакомишься, нажмёшь на кнопку и он оживёт. То, что он здесь изображал УОВэВэГэ, он не помнит. Да, и переоденься.

Достаёт из ящика стола белый костюм, кладёт его на стул.

ПЛОХОЙ. Жутковато… Лучше бы черти с вилами…

ХОРОШИЙ (горько улыбнувшись). Божественная ирония… Мне пора… Ты в курсе, что делать…

ПЛОХОЙ. А мне наглядное пособие?

ХОРОШИЙ. Что?

ПЛОХОЙ. Ну, УОВэВэГэ… Мне без него никак…

ХОРОШИЙ. Не переживай. Какой-нибудь поддонок окочурится и сразу к тебе. Мы все через это проходим… (показывает на застывшего человека) И ещё, тут соревновательный момент, - кто быстрее раскается. Ты или он… Я вот, сорок лет ждал… Ну, пока!

Хороший подходит к центру стола и, опустившись на колени, пытается скрыться под ним.

ПЛОХОЙ. Постой! Ты тут про этажи распинался…

ХОРОШИЙ. Было дело…

ПЛОХОЙ. А этажей-то сколько?

ХОРОШИЙ. Девять, дружище.. девять… А ты на первом… А впереди – целая вечность… (скрывается под столом)

ПЛОХОЙ (сплюнув). Постмодернизм какой-то!

ХОРОШИЙ (появляясь из-под стола). Да… Кстати… А УОВэВэГэ из тебя было хреновенькое! (снова исчезает под столом).

Слышится нежная мелодия, шаги, скрип двери и звук поднимающегося лифта. Плохой поправляет абажур, щёлкает пальцами – лампочка загорается. Переодевается в белое, садится на место Хорошего и листает дело. Потом жмёт на красную кнопку – Человек напротив оживает и начинает мерно тарабанить пальцами по столу.

ПЛОХОЙ. (после долгой паузы) Итак, начнём…

ЧЕЛОВЕК. Да, пора бы уж…

ПЛОХОЙ. Помолчите пока! Вы в курсе, где вы находитесь?

ЧЕЛОВЕК. В гробу!

ПЛОХОЙ. Телом… в гробу… а душа, как вы понимаете, в чистилище.

Занавес медленно закрывается.

ФИНАЛ

Понизов Виктор Викторович Тел. +38 (095) 4691560 e-mail: vik-ponizov@yandex.ru





Каталог: files
files -> Чисть I. История. Введение: Предмет философии науки Глава I. Философия науки как прикладная логика: Логический позитивизм
files -> Занятие № Философская проза Ж.=П. Сартра и А. Камю. Философские истоки литературы экзистенциализма
files -> -
files -> Взаимодействие поэзии и прозы в англо-ирландской литературе первой половины XX века
files -> Эрнст Гомбрих История искусства москва 1998
files -> Питер москва Санкт-Петарбург -нижний Новгород • Воронеж Ростов-на-Дону • Екатеринбург • Самара Киев- харьков • Минск 2003 ббк 88. 1(0)
files -> Антиискусство как социальное явлеНИе
files -> Издательство
files -> Список иностранных песен
files -> Репертуар группы


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница