Валентин Красногоров Женщина, которой не было




страница3/3
Дата13.08.2016
Размер0.75 Mb.
1   2   3

Действие третье




Сцена 11.


Канцелярия в Латеранском дворце – резиденции папы. Иоанн, одетый просто, как и прежде (только массивный золотой крест на груди говорит о его высоком сане), диктует секретарю письма.

ИОАНН. Напиши Карлу, королю франков, что охлаждение отношений не выгодно ни ему, ни нам. Мы нуждаемся в защите от сарацинов, а Карлу нужно одолеть своих соседей в Европе. Напиши, что если мы заключим союз, и он поможет нам войсками против арабов, я короную его императором.

СЕКРЕТАРЬ. Слушаюсь, ваше святейшество.

ИОАНН. Подготовьте посольство к императору Византии Василию. Напиши, что мы согласны на примирение с константинопольским патриархом. Напомним ему, что у нас есть общий враг – арабы, и потому нам следует объединить свои силы. Напиши, что я хочу построить собственный военный флот для защиты наших берегов и прошу прислать из Византии корабельных мастеров. Всем известно, что они лучшие в мире. Приготовьте императору и патриарху богатые дары.

СЕКРЕТАРЬ. Кто возглавит посольство?

ИОАНН. Мой дядя.

СЕКРЕТАРЬ. Миланский епископ сообщает, что он раскаивается в своем неповиновении и готов впредь выполнять все ваши распоряжения.

ИОАНН. Епископы в Европе полагают, что если они перестанут подчиняться папе, то обретут независимость. Надо составить им послания, каждому поименно в отдельности, что они заблуждаются. Отделившись от нас, они попадут в зависимость от своего сеньора, ближайшего графа или барона. Надо объяснить им, что в одиночку каждый из них – ничто, а объединенная церковь – это сила. Если они признают верховную власть папы, я дам им защиту.

СЕКРЕТАРЬ. Я принесу вам проект послания на утверждение.

ИОАНН. Что еще на сегодня?

СЕКРЕТАРЬ. Архиепископ Зальцбургский схватил Мефодия в Моравии и заключил в его тюрьму. Немцы сами хотят распространять христианство в славянских странах, на свой манер.

ИОАНН. Я уже послал в Зальцбург своего легата с требованием немедленно освободить Мефодия. Архиепископ не осмелится меня ослушаться. Напиши, что я подтверждаю разрешение проводить богослужение на славянском языке.

СЕКРЕТАРЬ. Обычно папа после своего избрания устраивает для жителей Рима большой праздник. Прошло уже немало времени, а вы все еще не назначили день для этого.

СЕКРЕТАРЬ. Я объехал сегодня стены Рима. Они обветшали, местами обвалились. Насколько мне известно, они не восстанавливались более четырехсот лет. Прикажи немедленно составить смету, пригласить каменщиков и начать работы. А народу объявите, что деньги, отложенные на праздник, будут на этот раз израсходованы на укрепление Рима.

СЕКРЕТАРЬ. Римляне вряд ли будут довольны.

ИОАНН. Они будут еще менее довольны, когда сарацины начнут уводить их в рабство, насиловать их жен и грабить их лавки.

СЕКРЕТАРЬ. Осмелюсь напомнить, что принцесса Анастасия ждет вашей аудиенции.

ИОАНН. Проводи ее сюда и скажи, что я сейчас приду.



Иоанн выходит. Секретарь вводит в кабинет Анастасию.

СЕКРЕТАРЬ. Присядьте. Его святейшество сейчас примет вас.

АНАСТАСИЯ. Тебе нравится с ним работать? Что ты о нем думаешь? Только честно.

СЕКРЕТАРЬ. Его трудолюбие поразительно, знания и память невероятны. Он исключительный человек. И очень умеренный в своих вкусах и привычках. У прежнего папы были десятки личных слуг, а Иоанн совершает туалет, бреется, одевается и обслуживает себя сам.

АНАСТАСИЯ. Ты хочешь сказать, что он святой?

СЕКРЕТАРЬ. Не знаю. Лучше сказать, что он не такой, как все. Скромный, доброжелательный, но очень замкнутый. Любит уединение. Никто не смеет входить в его личные покои.



Входит Иоанн. Секретарь кланяется и удаляется. Анастасия хочет поцеловать Иоанну руку, но тот останавливает ее.

ИОАНН. Дорогая, забудьте этикет. Ведь мы же друзья. Это я должен поцеловать вам руку в благодарность за вашу поддержку.

АНАСТАСИЯ. Не будем говорить об этом. Я пришла попросить у вас прощения. После долгих месяцев размышлений я поняла, что не имела права на вас сердиться.

ИОАНН. Анастасия…

АНАСТАСИЯ. Не надо ничего говорить. Я не сразу, но поняла, почему вы отказались от меня. Вы с детства готовили себя - или вас готовили, не знаю - к другому, высшему, призванию. Вот почему вы не такой, как все.

ИОАНН. Не в этом дело. Просто есть обстоятельства, которые сильнее нас.

АНАСТАСИЯ. Мне нельзя было вставать у вас на пути. Вам было предназначено стать главой христианского мира, а кто я?

Поколебавшись, Анастасия продолжает, опустив глаза.

Я только хотела вас спросить, Иоанн… В брак со мной вы вступить не можете, это понятно… Но ведь не секрет, что у римских пап были… подруги… И что они этого почти не скрывали… И даже имели детей…

ИОАНН. Этот путь для меня невозможен. Да и для вас тоже. Простите меня.

АНАСТАСИЯ. Это вы простите. Я грешная женщина, а вы, должно быть, святой.

ИОАНН. Ах, Анастасия, если бы вы только знали… Я в сто раз грешнее, чем вы, и за это наказан. Я сижу один в этом дворце, как в клетке, в страшном одиночестве, без друзей, и никого не смею к себе приблизить…

АНАСТАСИЯ. Но почему?

ИОАНН. Потому что такова моя судьба.

АНАСТАСИЯ. (Поднимаясь.) Я пойду.

ИОАНН. Подождите. Что вы намерены теперь делать?

АНАСТАСИЯ. Не знаю. Ударюсь в разгул. Или пойду в монастырь. Еще не решила.

ИОАНН. Анастасия, позвольте мне как другу дать вам совет. Вы не просто знатная и красивая женщина. Вы владеете огромным герцогством. Лица вашего ранга заключают браки не по любви, а из государственных соображений. Поверьте, время залечивает любые раны. Само ваше имя означает "воскрешение". Так возродитесь же к новой жизни.

АНАСТАСИЯ. Как?

ИОАНН. Я не нуждаюсь в богатстве. Если вы выйдете замуж за моего родственника Ламберто, я передам ему герцогство Сполето. Объединение владений даст вашему супругу такую силу, что он сможет претендовать на императорскую корону.

АНАСТАСИЯ. Почему же вы сами не выбрали этот путь?

ИОАНН. Я же сказал, есть обстоятельства, которые сильнее нас.

АНАСТАСИЯ. Ламберто… Он же переменчив и бесцветен. Я не буду с ним счастлива.

ИОАНН. Королевами становятся не для того, чтобы быть счастливыми. Впрочем, будем надеяться, что Ламберто - достойный человек.

АНАСТАСИЯ. Да, он красив, храбр, честолюбив. Как многие другие. В Риме есть только один человек не такой, как все...

ИОАНН. Не надо об этом.

АНАСТАСИЯ. (Поднимаясь.) Хотя бы обнимите меня на прощанье.



Иоанн не трогается с места. Анастасия берет его за руку.

Вы такой молодой, но уже такой…охлажденный. Я уверена, что в глубине души вы теплы и доверчивы. Или были таким. Что с вами случилось? Вас кто-то обидел? Предал? Вас что-то мучает? Доверьтесь мне!

ИОАНН. (Помолчав.) До свидания, дорогая. Примите мой совет.

АНАСТАСИЯ. Значит, надежды нет?

ИОАНН. Нет.

АНАСТАСИЯ. Ни сейчас, ни в будущем?

ИОАНН. Никогда.

АНАСТАСИЯ. Страшное слово. Ну, что же, тогда я последую вашему совету и выйду за Ламберто.

ИОАНН. Это разумное решение.

АНАСТАСИЯ. Так я хоть стану вашей родственницей и смогу часто видеться с вами.

ИОАНН. Я могу прямо сейчас объявить ему о вашем согласии?

АНАСТАСИЯ. Если хотите.



Иоанн вызывает секретаря .

ИОАНН. Пригласи сюда синьора Ламберто.



Секретарь с поклоном уходит.

Теперь, Анастасия, я смогу называть вас своей сестрой.

АНАСТАСИЯ. Этими словами обычно кончаются другие отношения. Но у нас они и не начинались.

Входит Ламберто.

ИОАНН. Ламберто, я позволил себе выступить в роли свата и хочу сообщить, что принцесса Анастасия согласна вступить с тобой в брак.

ЛАМБЕРТО. Я не верю своему счастью!

Он действительно не верит своему счастью. Еще недавно этот ничем не примечательный молодой человек был захудалым родственником в семье Сполето, а теперь ему достались два герцогства и самая красивая невеста Италии!

ИОАНН. Поздравляю. Вас обоих ждет большое будущее. Дерзай, Ламберто, теперь ты добьешься многого.

ЛАМБЕРТО. (Гордо.) Я надеюсь.

ИОАНН. Только пусть у тебя не закружится голова.

ЛАМБЕРТО. (Анастасии.) Позвольте вас поцеловать.

Анастасия отшатывается, но затем, пересилив себя, подставляет жениху щеку. Входит Секретарь.

СЕКРЕТАРЬ. Братья Фриули пришли выслушать ваш приговор по их спору о наследстве.

ИОАНН. Пусть войдут.

АНАСТАСИЯ. Позвольте вас покинуть, ваше святейшество.



Жених и невеста уходят, Ламберто – радостный и торжествующий, Анастасия – опечаленная и подавленная.

Иоанн надевает тиару и мантию и садится на трон. Входят Гвидо и Леон. У дверей застывает папская стража.

ИОАНН. (Взяв в руки грамоту.) Мы рассмотрели решение судебной коллегии о передаче герцогства Фриули от синьора Гвидо синьору Леону и утверждаем его. Приговор вступает в силу немедленно. (Вручает приговор Леону.) Герцог Леон, я поздравляю вас.

ГВИДО. А если я не подчинюсь? Хватит ли у вас силы взять мои замки и крепости?

ИОАНН. Если вы не подчинитесь, я отлучу вас от церкви и предам анафеме, а ваших вассалов освобожу от присяги на верность и прокляну тех, кто окажет вам поддержку. Но вы подчинитесь.



Гвидо, презрительно ухмыльнувшись, хочет уйти, но стражники преграждают ему путь. Иоанн продолжает.

Вы, Гвидо, обвиняетесь вашим братом в подлоге завещания, в незаконном пользовании его имуществом, в попытке покушения на его жизнь и других преступлениях. Поскольку вы являетесь теперь подданным герцога Леона, он заключает вас под стражу.

ГВИДО. Родной брат?

ЛЕОН. (Усмехнувшись.) Родной брат, которого ты предал и которого ты замыслил убить.

ГВИДО. Жаль, что я этого не успел. Что теперь? Ты меня казнишь?

ЛЕОН. Это мы решим на семейном совете.



Стражники уводят Гвидо. Иоанн обращается к Леону.

ИОАНН. Синьор, когда-то я вам сказал, что справедливость на вашей стороне и что она будет восстановлена.

ЛЕОН. Вы сдержали слово, ваше святейшество.

ИОАНН. Давайте же прекратим застарелую и бессмысленную вражду между нашими семьями.

ЛЕОН. Я готов.

Иоанн и Леон протягивают друг другу руки. Входит Секретарь.

СЕКРЕТАРЬ. Ваше святейшество, ваш дядя зовет вас. (И прибавляет, понизив голос.) Боюсь, что он при смерти.



Старый опекун лежит в постели, окруженный врачами, приближенными и слугами. Увидев Иоанна, Лоренцо улыбается, преодолевая боль.

ИОАНН. Как он?

ВРАЧ. (Шепотом.) Надежды нет.

Иоанн обращается к присутствующим.

ИОАНН. Уйдите все.

ВРАЧ. Но, ваше святейшество…

ИОАНН. Я сказал – уйдите все! И не смейте сюда входить.



Врачи и слуги почтительно удаляются. Иоанн наклоняется к больному.

Как вы себя чувствуете?

ЛОРЕНЦО. Прекрасно. К тебе приходила Анастасия?

ИОАНН. Да. Она выходит замуж за Ламберто. И мы помирились с Фриули.

ЛОРЕНЦО. Подумать только, как многого мы добились. Ламберто теперь станет королем. Семья Сполето возвысилась, раздоры прекратились. Ты стала папой и правишь разумно и твердо. Я горжусь тобой. Теперь я могу умереть спокойно.

На глазах у Иоанны слезы.

ИОАННА. Отец, дорогой, не покидайте меня!

ЛОРЕНЦО. "Отец"? Откуда ты знаешь?

ИОАНН. Я всегда это знала. Кто еще мог так любить, так заботиться?

ЛОРЕНЦО. Поцелуй меня на прощанье.

Лоренцо умирает. Иоанна, плача, падает ему на грудь.

ИОАННА. Отец, не уходи, не оставляй меня! Ведь теперь я совсем одна на свете! Если бы ты знал, как мне трудно! Не покидай меня! Не уходи! Не надо!..



Сцена 12.


Ночь. Иоанн выходит из дворца. Дорогу ему преграждают трое вооруженных мужчин в темных плащах и низко надвинутых шляпах. Иоанн замедляет шаг, останавливается, хочет повернуть назад, но и с обратной стороны путь перекрыт бандитами. Он вынимает меч, медленно пятится, прижимается спиной к стене. Бандиты окружают Иоанна плотным полукольцом. Начинается неравная схватка.

В этот критический момент на улице показывается дворянин в сопровождении вооруженных слуг.

ДВОРЯНИН. Эй, что тут происходит?

ПРЕДВОДИТЕЛЬ ШАЙКИ. (Хмуро.) Беседа друзей.

ДВОРЯНИН. Разрешите присоединиться?

ПРЕДВОДИТЕЛЬ ШАЙКИ. Тебя это не касается, приятель. Шагай мимо.

ДВОРЯНИН. Убирайтесь прочь, мерзавцы!



Дворянин и его спутники обнажают мечи и наступают на разбойников. После жестокой схватки бандиты, оценив обстановку, пускаются наутек.

ИОАНН. Благодарю вас, синьор. Вы спасли мне жизнь.

ДВОРЯНИН. Э, да ты ранен! Тебе нужна помощь?

ИОАНН. Пустяки, легкая царапина.

ДВОРЯНИН. Нет, парень, одного я тебя не оставлю. Ты ведь едва на ногах держишься. Да и эта сволочь может вернуться. Давай-ка я отнесу тебя домой. (Берет Иоанна на руки.) Куда тебя доставить? (Увидев, что с раненым творится что-то неладное.) Что с тобой?

ИОАНН. (Он очень смущен.) Не знаю. Голова кружится.

ДВОРЯНИН. Обхвати меня за шею, так будет лучше.

Иоанн, поколебавшись, обнимает своего спасителя.

ДВОРЯНИН. Держись крепче. Где ты живешь?

ИОАНН. Тут, рядом.

ДВОРЯНИН. На Латеранском холме? Но ведь здесь живут одни попы. Как ты туда попал?

ИОАНН. Случайно.

ДВОРЯНИН. Я понимаю. Судя по тому, как ты славно дерешься, ты не из их компании. Кто тебе подослал этих молодцов? Небось, чей-нибудь ревнивый муж, а? (Смеется.)

ИОАНН. Синьор, мы уже пришли.

ДВОРЯНИН. (Бережно опускает Иоанна и ставит его на ноги.) Ну, прощай. И будь впредь осторожнее.

ИОАНН. Я вижу, что и вы ранены. Зайдите ко мне в дом, чтобы я должным образом мог выразить свою благодарность.

ДВОРЯНИН. Не стоит, я очень спешу. Мне предстоит длинная дорога, а дома ждут жена и дочь. В наших краях шалят сарацины, и мне бы не хотелось надолго оставлять семью без защиты.

ИОАНН. Скажите хотя бы, как вас зовут.

ДВОРЯНИН. Зачем? Вряд ли мы встретимся. Не думай о благодарности, ты бы на моем месте поступил точно так же.

ИОАНН. В таком случае, счастливого пути домой, синьор.

Дворянин уходит. Иоанн на мгновение задерживает его слугу и вручает ему кошелек.

Как зовут твоего господина?

СЛУГА. Синьор Никколо из Остии.

Слуга проворно прячет кошелек и пускается догонять хозяина. Иоанн долго смотрит им вслед.

Сцена 13.


Гвидо, грязный и обросший, потерявший свой лоск и самоуверенность, сидит в тюремной камере. Тюремщик открывает засов и впускает к нему священника.
СВЯЩЕННИК. Мне сказали, что вы хотите исповедаться перед казнью.

ГВИДО. Да, святой отец.

СВЯЩЕННИК. Я слушаю вас.

ГВИДО. Я обманул своего брата и не исполнил воли отца.

СВЯЩЕННИК. И потому будете казнены. Этого требует Леон. Он боится вас и не верит вам. Продолжайте.

ГВИДО. Я дважды, по наущению Формоза, посылал к римскому папе убийц.

ИОАНН. (Откидывая капюшон.) За это я прощаю вас.

ГВИДО. (Пораженный.) Это вы?

ИОАНН. Да, я сам решил принять от вас покаяние. Если, конечно, вы захотите покаяться.

ГВИДО. Я грешен перед вами. Тогда, у Анастасии, я чуть не убил вас. Я был пьян и не управлял собой.

ИОАНН. За это вы уже наказаны. Помните ли вы за собой еще какие-нибудь грехи?

ГВИДО. Пожалуй, нет... Я, конечно, не был ангелом, но и злодеем тоже не был. Просто мне не повезло. Был богат, влиятелен, счастлив – и вдруг разорен, унижен, оскоплен, осужден.

ИОАНН. И вы никогда не думали, почему так произошло?

ГВИДО. Я же говорю - не повезло.

ИОАНН. Без причины? Вы не чувствуете за собой никакой вины?

Гвидо пожимает плечами. Иоанн настаивает.

Вспомните, не приходилось ли вам брать силой юную неопытную девушку.

ГВИДО. У меня было столько девушек… И разве можно понять, когда они притворяются, а когда сопротивляются всерьез?

ИОАНН. Вы действительно не помните?



Гвидо пожимает плечами. Иоанн продолжает.

Как-то, довольно давно, одна девушка рассказала мне на исповеди, что подверглась грубому насилию с вашей стороны.

ГВИДО. Я не знаю, о ком идет речь. Возможно, она отдалась добровольно.

ИОАНН. И поэтому двое ваших слуг крепко держали ее.

ГВИДО. Она лгала.

ИОАНН. В качестве платы вы дали ей это кольцо. Щедрый подарок. На нем ваш вензель и герб. Вы узнаете его?

ГВИДО. (Мрачно.) Да. Теперь я вспоминаю. Где она теперь?

ИОАНН. Она умерла. Покончила с собой. Ее больше нет на этом свете.

ГВИДО. Я не думал, что дело обернется так…

ИОАНН. Это была совсем юная девушка с открытым щедрым сердцем, готовая вас полюбить. Вы же не только надругались над ее телом, но истоптали ей и душу. Уходя, вы сказали ей со смехом: "Отомсти мне, если сможешь" и оставили ее лежать на грязной дороге.



Иоанн поднимается.

Возьмите свое кольцо.



Иоанн уходит.

ГВИДО. Это она! Черт возьми, это она! (В ярости стучит кулаками в дверь.) Это она! Будь я проклят! Это она!



Сцена 14.


Кабинет Иоанна в папском дворце. Секретарь докладывает о текущих делах.

СЕКРЕТАРЬ. Восстановление стен Рима закончено. Когда вам будет угодно устроить празднество по случаю этого важного события?

ИОАНН. Праздновать будем, когда отразим арабов.

СЕКРЕТАРЬ. Епископы рекомендуют вам на время военных действий покинуть Рим. Ради вашей безопасности.

ИОАНН. Вы советуете мне бежать? Чтобы за мной бросился бежать весь город?

СЕКРЕТАРЬ. Простите. (Перебирает документы.) Мы нашли наконец этого Никколо из Остии, которого вы приказали разыскать.

ИОАНН. Много же времени вам для этого понадобилось. Кто он такой?

СЕКРЕТАРЬ. Обедневший дворянин. Лицо незначительное. Родители хотели сделать из него священника и дали ему хорошее образование, однако Никколо предпочел стать солдатом. Служил во флоте византийского императора, был капитаном корабля, побеждал на море сарацинов. Потом вернулся в Италию, женился. Сейчас сильно бедствует.

ИОАНН. Приготовьте ему, его жене и дочери богатые подарки.

СЕКРЕТАРЬ. У него нет жены и дочери.

ИОАННА. Вы не ошибаетесь?

СЕКРЕТАРЬ. Около года назад, во время последнего арабского набега, его семью вырезали, а поместье уничтожили.

ИОАНН. Вот как? И где же он теперь?

СЕКРЕТАРЬ. Он от горя покинул Италию, скитался где-то в далеких краях и лишь недавно вернулся. Поэтому мы так долго его и искали. Прикажете что-нибудь для него сделать?

ИОАНН. (Уйдя в свои мысли.) Не надо. Иди. И никого ко мне не впускай.

Оставшись одна, Иоанна долго сидит в задумчивости, затем отпирает один из шкафов, достает оттуда простое скромное платье, в котором она когда-то покинула свой дом. Иоанна в сомнении смотрит на него: слишком долго она не носила женскую одежду. Надев платье, она подходит к зеркалу, садится, встает, делает несколько шагов, снова садится… Видно, что она недовольна собой: движения стали слишком резкими, походка чересчур твердой… Она потеряла женственность. Ей снова надо учиться

Сцена 15.


Усадьба близ Остии, небольшого портового города в устье Тибра. Усадьба разорена, дом сожжен, сад вытоптан. На скамье за грубым деревянным столом сидит Никколо и пьет вино. Входит Иоанн.

ИОАННА. Могу ли я видеть синьора Никколо?



Никколо растерянно поднимается со своего места.

НИККОЛО. К вашим услугам.

ИОАННА. Я приехала сюда по поручению своего брата. Где мы можем поговорить? Дело весьма важное.

НИККОЛО. Я бы пригласил вас в свой дом, синьора, но, к сожалению, он почти разрушен.

ИОАНН. Я знаю. Когда я расспрашивала, как к вам проехать, мне рассказали о вашем несчастье. Я вам очень сочувствую.

НИККОЛО. Спасибо.

ИОАННА. Мужайтесь, жизнь не кончена. Я сама недавно лишилась отца и знаю, как тяжело терять близких. Вам надо чем-то себя занять. Это поможет вам найти себя.

НИККОЛО. Я надеялся провести остаток дней в семье, в тихой усадьбе среди цветов за чтением книг… А теперь жизнь кончена.

ИОАННА. Здесь, в Остии, стоит недавно созданный римский флот, чтобы преградить арабским кораблям вход в Тибр, к Риму. Я слышала, что папе нужны опытные моряки, такие как вы.

НИККОЛО. Откуда вы знаете, что я служил во флоте?

ИОАННА. Рассказали крестьяне, когда я спрашивала к вам дорогу. Почему бы вам не предложить свои услуги?

НИККОЛО. Бал бы у меня корабль, я бы отомстил убийцам… Впрочем, не стоит говорить обо мне. Расскажите лучше, что за поручение вы привезли от своего брата. Как, вы сказали, его зовут?

ИОАННА. Марк.

НИККОЛО. (Пытается вспомнить.) Я не думаю, что мы встречались. Вы не ошиблись?

ИОАННА. Как-то на одной из улиц Рима вы спасли его жизнь от наемных убийц.

НИККОЛО. Да, кажется, что-то было… Год или полтора назад… Такой худощавый молодой человек… Впрочем, это сущая безделица. Как вы меня нашли?

ИОАННА. Брат узнал, что вы живете в Остии. Остальное было нетрудно.

НИККОЛО. А почему он не приехал сам?

ИОАННА. К сожалению, он очень нездоров. Узнав о вашем несчастье, он попросил выразить свое соболезнование и вручить вам эту скромную сумму денег на восстановление поместья.

Иоанна вручает Никколо увесистый кошель. Изумленный Никколо раскрывает его и видит, что он наполнен золотыми монетами.

НИККОЛО. Но здесь же втрое больше, чем нужно для восстановления имения! Это огромная сумма!

ИОАННА. Кто вам сказал, что жизнь моего брата стоит меньше?

НИККОЛО. Оставьте эти деньги себе. Судя по вашей одежде, вы не очень богаты.

ИОАННА. Это деньги не мои, а моего брата. А он поручил отдать их вам.

НИККОЛО. Я не могу просто так принять деньги от незнакомого мне человека только за то, что как-то вечером я пару раз взмахнул мечом...



Никколо хочет вернуть деньги, но Иоанна отказывается.

ИОАННА. Оставьте. Я не могу их взять.

НИККОЛО. Тогда я поеду к вашему брату в Рим. Я должен сам его увидеть, с ним объясниться...

ИОАННА. Это невозможно.

НИККОЛО. Почему?

ИОАННА. Потому что… Потому что он умер.

НИККОЛО. Умер?!

ИОАНН. Да. Совсем недавно. И я выполняю его последнюю волю. Вы должны ей подчиниться.



Пораженный Никколо молчит. Иоанна продолжает.

Вашу погибшую семью не вернуть. Но возродите то, что можно – ваше гнездо. Скоро к вам прибудут опытные каменщики и садовники. Они быстро восстановят вашу усадьбу. Платить им не нужно.

НИККОЛО. Но я не могу…

ИОАННА. Не будьте слишком щепетильны. Мой брат, в отличие от меня, был очень богатым человеком. Впрочем, так или иначе, деньги ему теперь уже не нужны. Всего доброго.

НИККОЛО. Подождите!.. Я увижу вас еще раз?

ИОАНН. Не знаю. Может быть.



Иоанна быстро уходит. Озадаченный Никколо остается на дороге.

Сцена 1.


Папская канцелярия. Входит Никколо. Он неуверенно подходит к секретарю.

НИККОЛО. Я Никколо из Остии. Гонец привез мне приказание прибыть в папскую канцелярию…

СЕКРЕТАРЬ. Да-да, я знаю. Не приказание, а приглашение. Садитесь, синьор.

НИККОЛО. Возможно, произошла какая-то ошибка.

СЕКРЕТАРЬ. Никакой ошибки. Мне велено вручить вам это письмо.

Удивленный Никколо вертит пакет в руках.

НИККОЛО. Вы знаете, что в нем написано?

СЕКРЕТАРЬ. Да. Папа предлагает вам возглавить его военный флот.

ИОАНН. Мне?!

СЕКРЕТАРЬ. Вам.

ИОАНН. Почему именно выбор пал на меня?

СЕКРЕТАРЬ. Не мне толковать решения Святого престола.

НИККОЛО. Тут что-то не так. Я могу поговорить с его святейшеством?

СЕКРЕТАРЬ. Святой престол так высоко вознесен над нами, простыми смертными, что даже князьям, королям и архиепископам не всегда удается приблизиться к его подножью. Вы согласны принять флот?

НИККОЛО. Это очень неожиданно. Мне надо подумать…

СЕКРЕТАРЬ. Думать некогда. Флот сарацинов готовится отплыть к Остии, чтобы по Тибру подняться к Риму и захватить него. Их сухопутная армия тоже близко. Судьба страны висит на волоске. (И, видя, что Никколо все еще колеблется, секретарь добавляет, глядя ему прямо в глаза.) Разве вам не хочется отомстить убийцам?

НИККОЛО. (Берет пакет.) Я еду в Остию, к кораблям.




Сцена 16.


Усадьба Никколо. Вечер. Дом и парк уже восстановлены. Никколо бодр и подтянут. Входит Иоанна, на этот раз нарядная и женственная. Удивленный Никколо спешит ей навстречу.

НИККОЛО. Вы здесь!

ИОАННА. Я случайно оказалась в этих местах и решила к вам заглянуть.

НИККОЛО. Я уж и не надеялся вас увидеть.

ИОАННА. А вы этого хотели?

НИККОЛО. Я ждал вас все время. Правда, вот уже несколько недель я здесь почти не бываю, но я дал слугам указание немедленно известить меня, если вы приедете. Я бы прискакал немедленно.

ИОАННА. Где же вы пропадаете?

НИККОЛО. Неподалеку, в гавани. Готовлю флот к битве. К счастью, по распоряжению папы именно на сегодняшний вечер мне дали отпуск до утра, чтобы перед сражением привести в порядок дела в имении. Иначе вы бы меня не застали. К счастью, мне повезло.

ИОАННА. (Улыбаясь.) Видите, какое счастливое совпадение.

НИККОЛО. Да, в последнее время со мной творятся удивительные вещи. Сначала ваше неожиданное появление и непомерное вознаграждение за мою ничтожную услугу. Затем армия рабочих строит заново мое имение. Потом папская канцелярия предлагает мне высокий пост. Я чувствую, что все это связано, но не могу понять, как. Кто-то решил вернуть меня к жизни. Не вы ли?

ИОАННА. При чем тут я?

НИККОЛО. Я ничего о вас не знаю. Я не успел даже спросить, как вас зовут.

ИОАННА. Иоанна.

НИККОЛО. Кто вы? Откуда вы родом? Где вы живете?

ИОАННА. Вам нравится ваш новый дом?

НИККОЛО. Очень. Правда, самого главного здесь не хватает.

ИОАННА. Чего именно?

НИККОЛО. Хозяйки.

ИОАННА. Так поищите ее.

НИККОЛО. Мне кажется, я уже ее нашел.

ИОАННА. В чем же дело?

НИККОЛО. Надо спросить ее, не меня.

ИОАННА. Так спросите.

НИККОЛО. Скоро сражение. Кто знает, чем оно кончится… Но если я вернусь живой, я спрошу ее.

ИОАННА. Что ж, дело мужчины - сражаться, участь женщины – ждать.

Никколо берет Иоанну за плечи и привлекает к себе.

НИККОЛО. А ты будешь меня ждать?



Вместо ответа Иоанна обнимает его.

НИККОЛО. Ты теперь единственное, что у меня есть в жизни.

ИОАННА. А ты у меня.

НИККОЛО. Ты мне так и не сказала, кто ты.

ИОАННА. Я же сказала - Иоанна.

НИККОЛО. Это не ответ. С тобой связана какая-то тайна, я это чувствую.

ИОАННА. Никколо, я скажу тебе сейчас что-то очень важное. Если ты хочешь, чтобы мы были вместе, никогда не расспрашивай меня, кто я и откуда. Считай, что я упала с неба.

НИККОЛО. Так оно и есть

ИОАНН. Я тебя люблю, я твоя, я счастлива. Что еще тебе нужно?

НИККОЛО. А вдруг ты снова исчезнешь? Как я тебя найду?

ИОАННА. Я сама тебя найду. И мы проведем остаток дней в семье, в тихой усадьбе среди цветов за чтением книг. Как ты мечтал.

НИККОЛО. Ты запомнила?

ИОАНН. Да. Прощай. Береги себя.


Сцена 17.


Папский дворец. Иоанна у себя взаперти смотрится в зеркало, примеряет наряды и украшения. Голос «за кадром» передает поток ее тревожных мыслей.

ИОАННА. Уйти, скрыться, исчезнуть… Все бросить и убежать к нему… Но это безумие. Да и любит ли он меня? Я всегда боялась, что все узнают, что я не мужчина. Но, оказывается, я и не женщина. Я никто...Я разучилась быть женщиной. Или никогда не умела. Я не знаю, что должна делать женщина, чтобы привлечь и удержать мужчину... Я не умею одеваться. Не умею носить украшения. Не умею пользоваться косметикой. Не умею болтать милых глупостей, которые им так нравятся. Не умею кокетничать. Я серьезная, деловая и нудная, как мужчина. Я все время опиралась на разум, и теперь не знаю, что делать, когда заговорило сердце... Что делать? Мне всегда не с кем было разговаривать, только с самой собой. Но что теперь я могу сама себе посоветовать?



(Берет серьги.) Какие милые серьги… Но у меня даже не проколоты уши, я не могу их надеть. (Откладывает серьги в сторону, берет ожерелье, смотрится в зеркало.) Чтобы носить такое ожерелье, надо обнажить шею и плечи, а я привыкла скрывать свое тело.

Иоанна начинает одеваться.

Завтра решающее сражение, а я думаю не об Италии, не о судьбах Рима, а только о нем. Это стыдно, но я ничего не могу с собой поделать. Я слишком долго была мужчиной, хочется снова стать женщиной. Я хочу быть мамой, а не папой. Я хочу, чтобы в доме смеялись дети...



Иоанна кончает одеваться. На этот раз на ней не костюм дворянина и не мантия священника, а воинские доспехи. Она собирает украшения в шкатулку, прячет наряды и говорит вошедшему на ее вызов секретарю.

Я готов ехать к войску.


Сцена 18.


Прошло несколько дней. Иоанн за своим рабочим столом разбирает и сжигает бумаги. Секретарь вводит в кабинет Ламберто и с поклоном удаляется.

ЛАМБЕРТО. Ты звал меня?

ИОАНН. Да.

ЛАМБЕРТО. Я и сам спешил к тебе. Такого триумфа не знал еще ни один папа. Арабы разгромлены на суше и на море. Тебя называют спасителем Рима, во всех трактирах и на всех перекрестках говорят только о тебе. А ты, вместо того, чтобы шумно праздновать победу, сидишь здесь в одиночестве.

ИОАНН. Садись, Ламберто. Как поживает Анастасия?

ЛАМБЕРТО. Ну, если честно, то Анастасия сама по себе, а я сам по себе… Но наши владения вместе, а это главное. Зачем ты меня звал?

ИОАНН. Нам надо поговорить. Возможно, ты меня никогда больше не увидишь.

Ламберто поражен.

ЛАМБЕРТО. Что это значит?

ИОАНН. Я не хочу больше быть папой.

ЛАМБЕРТО. Ты не хочешь быть папой?!

ИОАНН. Я устал. Мне надоели заговоры, интриги, политика… Я понял, что нельзя переделать мир. По крайней мере, сейчас.

ЛАМБЕРТО. Я что-то тебя не понимаю. Ты сейчас в зените своей славы. Ты вернул блеск папству, победил арабов, примирил Рим с Константинополем, распространил христианство на Запад и Восток, возложил императорскую корону на короля франков, восстановил богатство и достоинство своего рода, сокрушил наших соперников… Чем ты недоволен?

ИОАНН. Да, я исполнил все, что хотел от меня мой опекун. Теперь я свободен.

ЛАМБЕРТО. Что значит "свободен"?

ИОАНН. Это значит, что я скоро исчезну. Если это произойдет, не ищите меня. Объяви, что меня закололи кинжалом, а труп бросили в Тибр. В наше подлое время этому никто не удивится.

ЛАМБЕРТО. Зачем тогда ты вообще стал папой? Что тебя заставляло?

ИОАНН. Что? Не знаю. Стремление кому-то что-то доказать, глупое желание мести, уважение к опекуну… Это была ошибка. Но еще не поздно ее исправить.

ЛАМБЕРТО. Нет, я этого не допущу. Ты мне нужен.

ИОАНН. Зачем?

ЛАМБЕРТО. Я еще не всего добился. Я хочу стать королем Италии, а может, даже и императором. Ты возложишь на меня корону, как ты короновал Карла... Нет, я не дам тебе уйти.

ИОАНН. Интересно, как ты можешь мне помешать?

ЛАМБЕРТО. Я оцеплю твой дворец и поставлю при тебе охрану. И тебе придется подчиниться. Я теперь самый могущественный князь во всей Италии.

ИОАНН. Надеюсь, ты не забыл, благодаря кому?

ЛАМБЕРТО. Благодаря тебе. Но есть обстоятельства, когда родственные отношения и благодарность не принимаются в расчет. Ты в моих руках.

ИОАНН. Ты хочешь сказать, что берешь меня в плен?

ЛАМБЕРТО. Можешь называть это и так.

ИОАНН. Глупый Ламберто… Ты не лучше Гвидо. Мне жаль тебя. Я мог бы сокрушить тебя в один день, но мне уже все равно. Иди. И передай мой прощальный привет Анастасии.

Иоанн выходит. Ламберто хлопает в ладоши. Появляются два стражника.

ЛАМБЕРТО. Охраняйте его святейшество. Не позволяйте ему покинуть дворец. Ему угрожают заговорщики.

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. Будет исполнено.

ЛАМБЕРТО. И к нему не пропускайте никого.

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. Но если его святейшеству будет угодно распорядиться…

ЛАМБЕРТО. Теперь здесь распоряжаюсь я. Через час папскую стражу заменят мои солдаты. И пеняйте на себя, если вы нарушите мой приказ. Вы поняли меня?

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. Так точно.

Ламберто уходит. Стражники занимают указанный им пост.

ВТОРОЙ СТРАЖНИК. Этот князь что-то затевает.

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. Видимо, так. Но наше дело сторона. С ним шутки плохи.

ВТОРОЙ СТРАЖНИК. Да, он жесток, как бешеная собака.



Открывается одна из дверей, и из нее выходит женщина. Она в одежде служанки, в руке узелок, на голове платок. Стражники вскакивают и преграждают ей дорогу.

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. Стой! Кто ты такая?

ИОАННА. Я мыла полы в покоях его святейшества.

ВТОРОЙ СТРАЖНИК. А теперь вернись и помой окна.

ИОАНН. Я их уже вымыла.

ВТОРОЙ СТРАЖНИК. Нам велено никого не выпускать, так что сиди здесь.

ИОАННА. Но я уже сделала все, что от меня требовалось.

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. И все-таки тебе придется здесь переночевать.

ВТОРОЙ СТРАЖНИК. Вместе с нами.

Стражники гогочут.

ИОАННА. Меня муж убьет, если я останусь здесь на ночь.

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. А я тебе говорю – велено никого не выпускать.

ВТОРОЙ СТРАЖНИК. (Примирительно.) Бог с ней, пусть идет. В конце концов, нам приказано не выпускать только папу.

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. А может, она и есть переодетый папа. (Смеется.)

Его товарищ поддерживает шутку.

ВТОРОЙ СТРАЖНИК. Да, откуда мы знаем, что ты не переодетый папа? Докажи, что ты женщина, тогда мы тебя пропустим.



Иоанна, помедлив, разрывает себе на груди платье. Стражники от неожиданности умолкают.

ИОАННА. Ну, может, вам показать еще что-нибудь? Смотрите, я пожалуюсь на ваши бесчинства.

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. Черт с тобой, иди.

Иоанна запахивает грудь платком и уходит навстречу любви, свободе и счастью.


Эпилог

В декабре 882 г Иоанн Восьмой был объявлен убитым. Римская церковь в течение полутора веков не могла найти равного Иоанну лидера, и вплоть до Григория Великого папство переживало самый унизительный период в своей двухтысячелетней истории.


Мефодий умер через два года после исчезновения Иоанна. И католическая, и православная церкви признали Кирилла и Мефодия святыми.
Город Фриули, основанный еще Юлием Цезарем под именем Форум Юлия (откуда и пошло название герцогства), процветал до 1420 года, после чего он был присоединен к государству Венеции. Фриули, равно как Сполето и Беневенто, существует и поныне.
Епископ Формоз все-таки добился своего: спустя девять лет после ухода Иоанна он был избран папой. Ламберто Сполетский тоже достиг своей цели: в 892 г. он стал королем Италии и был даже провозглашен императором Священной Римской империи. Его супруга разделила с ним трон. Формоз, продолжая борьбу против семьи Сполето, попытался лишить Ламберто короны. Однако Ламберто остался императором и сумел отомстить Формозу даже после смерти этого изворотливого папы. Тело Формоза было вынуто из могилы, водружено на папский трон, и над трупом был устроен суд. После того, как труп был осужден, его бросили в Тибр.
Иоанна и Никколо жили долго и счастливо.
Легенда о папессе жива до сих пор.

1   2   3


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница