Уинсли Кларксон Рональдо! Двадцатиоднолетний гений и 90 минут, которые потрясли мир




страница2/22
Дата06.06.2016
Размер3.19 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22

ПРОЛОГ

12 июля 1998 года, финал чемпионата мира, Париж, Франция

Два миллиарда людей с замиранием сердца смотрели самый важный матч планеты. Рональдо, суперзвезда и центрфорвард, бродил по газону «Стад де Франс», как будто его мысли были где то далеко, порой даже казалось, что он страдает от невидимой травмы.

Бессилие Рональдо было заметно по его печальной анонимности. Ему совершенно не давали «работать» с мячом, и он не знал, куда идти, чтобы найти его. Его товарищи по команде, по видимому, забыли о нем. Или, что было еще хуже, они сознательно игнорировали его.

Бразилия тонула с головой.

Чтобы начать понимать, что же именно привело к этому значимому дню, надо вернуться к тому дню, когда родился Рональдо…

ДЕЙСТВИЕ I

ДИТЯ ВУДУ



«Если бы у вас в детстве или юности

не было достойной жизни,

думаю, что это заставило бы вас забивать свои голы

с большей решимостью, чем тех,

кто родился в золотой люльке».

 Клодоальдо, бразильский чемпион мира 1970 года



ГЛАВА 1

История двух дней рождений



18 сентября 1976 года, Bento Ribeiro, Рио де Жанейро, Бразилия

Соня Барата Назарио де Лима, хорошенькая молодая мать двоих детей, поспешно выскочила из своей крошечной однакомнатой лачуги, стоявшей на краю холма favela, в духоту и жару улицы и села в ржавый «Фольксваген» «жук». Она была очень взволнована. Боли в ее животе сигнализировали о том, что ее беременность может прерваться преждевременно. Она хотела родить этого ребенка также, как она родила других детей. Но жизнь Сони, похоже, никогда не текла ровно. И вот она беременна в 25 лет и абсолютно не уверена в том, какую роль в ее жизни будет дальше играть ее своенравный муж Нелио. Она была совершенно готова к тому, что он в любой момент сбежит, поскольку он, похоже, не способен справиться со своим пристрастием к выпивке и наркотикам.

Но Соня твердо решила сделать так, чтобы этот ребенок родился здоровым. Она не забывала ни на миг, как местный знахарь, приглашенный в их лачугу родственником, пророчил, что ее третий ребенок будет мальчиком, обладающим невероятными способностями, которые помогут Соне и ее близким навсегда сбежать из этих трущоб. Сегодня она отчетливо слышала, как он сказал: «И однажды появится мальчик, который раскрасит вашу жизнь и сделает вас миллионерами». Для Сони, которая всегда была мечтательницей, брак сначала казался именно той тропинкой, которая ведет к счастью женщины, но потом она вдруг осознала, что ее судьба заключается в том, чтобы так постоянно и прозябать в той же нищете.

«Я действительно влюбилась в Нелио. Но эта была слепая любовь. Я была такой юной и не замечала те трещинки, которые были очевидны для других, — говорит Соня. Она делает паузу и затем добавляет: Думаю, было бы лучше, если бы знала это еще тогда».

Свадьба Сони и Нелио, сыгранная пять лет тому назад, на самом деле не принесла ей ничего, кроме непродолжительной отсрочки от тяжелой работы и нищенского существования в лачуге, где электричество для телевизора считалось куда большим благом, чем водопровод и сантехнические приспособления. Для семьи Сони ее брак казался идеальным решением для того, чтобы сбыть ее с рук. Брак был единственной возможностью для ее выживания в favela.

Но, как всегда, счастье Сони оказалось недолговечным. Нелио менял работу за работой. Однажды он даже ушел из семьи на шесть месяцев, пытаясь устроиться на тяжелую работу в штате Амазон на севере Бразилии, где заготовщики древесины мертвой хваткой вцепились в зоны тропического леса.

Итак, Соня работала уборщицей в пиццерии по две ужасающих смены, пытаясь прокормить свою семью. Потом она и Нелио получили работу в местной телефонной компании, но, когда она забеременела в третий раз, ей предложили уволиться. Теперь нить ее жизни угрожала превратить третью беременность в катастрофу.

За день до родов Соня очень тщательно убралась в доме. Во многом это помогало ей не думать о своем безнадежном положении — всегда одна, она готовится стать матерью в третий раз, хотя едва в состоянии прокормить одного ребенка на те 30 долларов в неделю, которые иногда приносил с зарплаты Нелио.

Гордость не позволяла ей просить деньги у родственников. В любом случае, большинство из них были в такой же безнадежной ситуации. Но ничего не могло переубедить Соню. Она уже приняла решение, что она вырастит этого ребенка с помощью Нелио или без него.

Тем временем ржавый «Фольксваген» «жук», принадлежавший ее родственнику, пробирался по переполненным людьми улицам Бенто Рибейро, и Соня не чувствовала страха. Хотя, с другой стороны, у нее не было выбора.

Медицинский центр Sao Francisco Javier был разве что чуть более гигиеничнее, чем та лачуга, которая называлась ее домом. Пока ей помогали пройти в родильное отделение, бесчисленному множеству женщин, которые должны были вот вот родить, казалось, не будет конца. Некоторые из них кричали, некоторые уже рожали, прямо здесь, в то время как другие наблюдали за ними.
Полчаса спустя Соня присоединилась к тем, кто родил.

«У вас мальчик, — провозгласил доктор, показывая ей крошечного младенца с копной черных волос. — Как вы хотите его назвать?»

Соня подняла на него мутные глаза и выдавила из себя улыбку, глядя в сторону доктора, принимавшего роды, — «Спасибо, доктор. Как вас зовут?»

«Рональдо», — последовал ответ.

«Тогда я назову его Рональдо, в честь вашего умения», — ответила Соня.

Правду говоря, Соня раньше не думала над тем, как она назовет ребенка. Она чувствовала в этом некое дурное предзнаменование, полагая, что могут возникнуть осложнения.

Соня лежала, отдыхая после рождения сына, который весил 3, 3 килограмма, и чувствовала, что находится где то очень далеко от всего этого. Как будто все события произошли не с ней, а с кем то другим. Она волновалась за состояние своей дочери Ионы и сына Нелино (маленького Нелио), находившихся там, в их полуразрушенном доме. Останется ли Нелио с ними или уйдет пить или принимать наркотики, как он это делает постоянно?

Нелио родился в еще более нищенских трущобах, чем Соня, — в Erja, и жил там со своей семьей, пока не женился на Соне в 1971 м. Но за годы, последовавшие за рождением его двух старших детей, он еще больше пристрастился к чрезмерному употреблению алкоголя и наркотиков. В его излюбленном баре в Бенто, который назывался «У Жулио», до сих пор помнят его марафонские пьяные посиделки.

Бармен Рональдо Пирес вспоминает: «Когда Нелио выпивал немного, он становился душой компании. Когда же он был действительно пьян, то покупал всем подряд в баре выпивку, а после в течение нескольких недель пытался уклониться от уплаты долга бармену».

Когда Нелио, в конце концов, все таки появился у жены в Медицинском центре, он заявил ей, что не может позволить себе зарегистрировать рождение Рональдо, даже если это требуется сделать по закону немедленно. Он еле еле оплатил счет за медицинское обслуживание деньгами, которые, как он позднее сказал, занял у друзей и родственников. Его не было в течение последующих четырех дней, в течение которых он наскреб еще 10 долларов на регистрацию рождения, и, поскольку он хотел избежать штрафа за несвоевременную регистрацию, то сказал, что его сын родился 22 сентября.

Но в этом нет ничего необычного. Ежегодно более одного миллиона рождений в Бразилии не регистрируются вообще.

С тех пор каждый год Рональдо отмечает два дня рождения. Как настаивают в его семье, это — 18 сентября. Официально — 22 сентября.

Но, вернемся в 1976 й — у Сони не было времени на послеродовую депрессию. Многие месяцы она кормила Рональдо грудью, поскольку это было естественно и бесплатно. Ко времени, когда она выписалась из госпиталя с крошечным Рональдо на руках, завернутым в одеяло, у нее уже созрел план. Ребенок будет ее вдохновением. Он будет удачливым. Сумасшедшие предсказания того знахаря, возможно, станут правдой.

Вскоре Соня нашла другую работу — кассиром в закусочной, иногда отрабатывая 12 часовую смену и получая не более 10 долларов в день. У нее появилась возможность оставлять маленького Рональдо под присмотром своей сестры, которая жила на той же улице, Rua General Cesar Obino. Против своего желания Соне все же пришлось сделать работу своим главным приоритетом, поскольку она хотела выжить. Теперь она могла оставлять своего маленького сынишку на попечение сестры, которая жила напротив, в, пожалуй, еще более ветхой, чем у нее, лачуге и каждое утро ездила на работу на автобусе. Теперь Рональдо видел мать только вечером.

Неудивительно, что Соня чувствовала огромную вину, когда, уходя на работу, ей приходилось оставлять своих детей на попечение родственников. Тем не менее она твердо решила впредь не полагаться на мужа Нелио.

Каждый вечер, возвращаясь домой в семью, Соня меняла пеленки, готовила ужин и обессиленно садилась напротив телевизора. У нее не было лишних денег, чтобы куда то пойти, поэтому она внимала сентиментальным диалогам и потрясающим сюжетам «мыльных опер» Рио — novellas das otio, — которые доминировали в вечерней программе передач.

«Это не было настоящей жизнью, — вспоминает Соня сегодня. —

У меня были немногочисленные друзья. Нелио почти никогда не бывал дома. Моя жизнь была зациклена на детях и работе, поскольку с мужем у нас все равно не было ничего хорошего».

Пристрастие Сони к «мыльным операм» Рио было ее единственной отдушиной. Она могла смотреть их часами до самого конца. Мужчины в них казались такими обходительными и благородными. Почему же она не могла найти себе человека, который был бы совершенным олицетворением этих телевизионных персонажей?

«Рональдо, его брат Нелио, сестра Иона и я росли вместе, пожалуй так, как не растут иные дети с матерями. Телевидение было спасением. Кроме него в такие дни у меня ничего не было», — говорит Соня.

Соня была в такой степени увлечена «мыльными операми» Рио потому что в реальной жизни она чувствовала себя униженной своим мужем и миром в целом. Герои сентиментальных телевизионных шоу и бесчисленных журналов для женщин, которые она бегло просматривала, давали ей долгожданный побег от жестокой реальности жизни в favela.

Соня часто мысленно возвращалась к тому знахарю, который сделал такие смелые предсказания относительно ее третьего ребенка. Может быть, решение всех ее проблем заключается в этом младенце? Конечно же, всматриваясь в его лучезарное лицо, она получала заряд оптимизма и верила, что он станет ключом к ее счастью.



ГЛАВА 2

Пот и страх в Bento Ribeiro

Rua General Cesar Obino была похожа на большинство грязных, мощенных камнем улиц в favelas Рио. Здесь были бар, начальная школа, евангелическая церковь, а так же дюжины ржавеющих и сгоревших старых машин. Пожилые женщины здесь точно также сидели на солнце рядом со своими убогими хибарами. Дети здесь играли в футбол где только можно.

Favelas распространились повсеместно, потому что пятая часть населения Бразилии, составлявшего 160 миллионов человек, проживала в таких условиях, которые местные благотворительные организации именовали не иначе, как «полная нищета». Неудивительно, что в стране, в которой средняя месячная зарплата до сих пор не превышает $120, а месячная стоимость аренды жилья в Рио составляет $450, большой процент населения в результате проживает в самодельных домиках размером с большой садовый сарай, наподобие тех, которые встречаются в Британии.

Большинство favelas, похожих на ту, которая находилась на краю Bento Ribeiro, строились на склонах холмов, потому что ввиду отсутствия водопроводно канализационных сетей это позволяло свободно стекать вниз воде и мусору. Большинство детей в favelas весь день играли в футбол, потому что они не моги позволить себе что то еще. Некоторые из них не умели даже читать и писать. Единственной их валютой являлось умение играть в футбол.

Семья Рональдо мечтала о жизни в лучших районах Рио и его расширяющихся окраин, думая о том, какой могла бы быть жизнь, имей они такие предметы роскоши, как ковер, система канализации, машины и, что более важно, — деньги.

Все шестнадцать родственников Рональдо жили в то или иное время в этом месте или рядом с ним, которое его семья называла «домом». Это был небольшой грязный участок земли, поделенный между тремя небольшими домишками. На дощечке был выведен черной краской номер 114. Бумажная вывеска, прикрепленная к каменной стойке ворот, гласила: «Продаются бумажные змеи».

Когда на улице появлялся незнакомец, дети, играющие в футбол, останавливали свое занятие и собирались вокруг него в надежде выпросить монету.

Первые несколько лет жизни Рональдо делил кровать со своей матерью и отцом. Рональдо боялся темноты и мог плакать до тех пор, пока родители не оставляли свет включенным в единственной спальне домика. Его мать и отец порой ждали, пока он не заснет как следует, и только потом аккуратно забирались к нему в кровать. Это продолжалось до тех пор, пока Рональдо не исполнилось пять лет, когда он стал ночевать вместе со старшим братом Нелио на диване в гостиной.

Тем временем их отец Нелио умудрился сохранить свое рабочее место в местной телефонной компании. Доход, который приносила его работа, был небольшим, но тем не менее он был стабильным, и все время пока он работал, Соня верила, что у ее мужа есть шанс прочно осесть на этой работе.

Домик в De Lima был чрезвычайно просто обставлен мебелью. В нем не было телефона, несмотря на все обещания работодателя Нелио. Не было в нем и холодильника, чтобы хранить кое какую снедь, были только холодная кладовая и две газовых горелки Calor. Также была единственная самодельная уборная и две электророзетки — для светильника и телевизора.


Если вы родились в условиях нищеты, любая игрушка может стать средством спасения от реальности. Из игрушек в лачуге, в которой Рональдо провел свои детские годы, был только плюшевый медвежонок до тех пор, пока отец не подарил ему на Рождество пластмассовый футбольный мяч. Ему было четыре года, когда этот футбольный мяч ворвался в его жизнь, и он полюбил его, как пчела любит мед.

«Я родился в бедности и не стыжусь говорить об этом, — сказал Рональдо много лет спустя. — Этот мой первый футбольный мяч дал мне и другим детям ощущение свободы выбора — куда нам пойти и где играть. Скоро мы нашли для себя это место… и я начал влюбляться в эту игру».

Рональдо был неуклюжим, чуть полноватым ребенком. Его зубы настолько сильно выступали вперед, что порой его было трудно понять. Он также «производил впечатление» на других детей некоторой медлительностью.

Днем Рональдо постоянно пинал мяч на импровизированной детской площадке на склонах Bento Ribeiro. Мяч, неуклюже отскакивающий от опаленной солнцем земли, дал ему первые навыки игры в футбол. Поначалу другие мальчишки едва ли когда предлагали поиграть в мяч четырехлетнему тяжеловесу. Ему оставалось только участвовать и побеждать с неимоверным усилием. Это и было тем аспектом физической подготовки в его игре, которая дала ему такую силу, с которой стали считаться в последующие годы.

Скоро Рональдо при любом удобном моменте бежал к склону холма, чтобы, нарисовав на земле крест, выбрать себе в соперники ребенка, который дольше всех может удерживать мяч в воздухе.

Рональдо, по словам матери, настолько быстро ушел с головой в футбол, что было время, когда он разговаривал во сне, к удовольствию всей семьи вскрикивая: «Пасуй мне, пасуй, дай мне забить!» и взбрыкивая ногами в воздухе.

В то время самой большой слабостью Рональдо была его страсть к сластям. Как вспоминает Соня, «Не знаю, где он доставал или кто их давал ему, но каждый раз, когда он возвращался домой, у него в руках было пирожное или леденец».

Большое влияние на жизнь Рональдо оказали его кузены и старший брат Нелио. Они часто защищали его от насмешек других детей. Ему даже дали прозвище «Дадао» из за того, что в детстве его сестра Иона, которой было трудно выговорить его имя, называла его так. Часто, та или иная импровизированная футбольная команда брала играть за себя Рональдо в последнюю очередь среди других, из за того, что он выглядел неуступчивым. Даже в юношестве Рональдо стремился доказать, что они ошибались, и, как только начиналась игра, он носился по полю за всем, что двигалось.


Много лет спустя Рональдо стал кумиром для миллионов людей во всем мире, в том числе в Британии. Но именно Британия подарила эту прекрасную игру Южной Америке. В конце девятнадцатого века моряки, сходившие на берег в таких портах, как, например, Рио, Буэнос Айрес или Монтевидео, постоянно играли в футбол в свободное от разгрузки судов время.

В короткий срок эта игра стала очень популярной в Южной Америке, поскольку не требовала никакого инвентаря, кроме мяча. Сотню лет спустя именно это обстоятельство оставалось главной причиной того, что футбол по прежнему был самой популярной спортивной игрой в трущобах Bento Ribeiro.

Самый обычный выходной состоял из того, что Рональдо и его двоюродные братья шли на лишенный растительности склон, делились на команды и играли, зачастую по пять шесть часов. Перед тем как браться за дело, они убирали бесчисленные святыни и языческие ритуальные реликвии, оставленные здесь прошлой ночью жителями favela. Футбол для детей и черная магия для взрослых, похоже, были единственными средствами спасения от лишений.

Bento Riberio, как и большинство других бедняцких кварталов Рио, имел репутацию опасного «питомника» преступников и наркодельцов. Некоторые даже полагали, что в одном из расположенных здесь многочисленных баров без труда можно нанять убийцу за $250.

Суровая реальность была причиной того, что большинство жителей favela не испытывали волнения за вчерашний день, поскольку это было неуместным и они, конечно, не заботились о завтрашнем дне, потому что его могло и не быть вообще. Многие заканчивали свою жизнь в преступлениях или «по быстрому» — через наркотики, секс и алкоголь. Для многих это сочетание было смертельным.

Даже полиция, перегруженная работой и испытывающая нехватку кадров, в лучшем случае зачастую оставалась беспомощным наблюдателем происходящего. Иногда полицейские попадались на получении взяток, незаконном присвоении денег или на том, что срывали свою мужскую злобу на уличных детях, например, на Рональдо и его товарищах, избрав их в качестве мишеней.

Тот факт, что Рональдо, в отличие от других юных обитателей favela, не оказался непосредственно втянутым в преступления, в большой степени является заслугой его матери. Соня была честной, трудолюбивой женщиной; кроме того, неписаным правилом в De Lima было то, что, если не хочешь платить налоги, — не грабь тех, кто находится в равном с тобой положении.

Поначалу Соня очень долго шла к осознанию того, что умение ее сына играть в футбол может быть ключом к решению проблемы их побега из трущоб. Она мечтала, что Рональдо получит полное начальное образование, закончит университет и устроится на нерискованную, респектабельную и хорошо оплачиваемую работу. Она верила, что предсказание того знахаря означало именно эту разновидность жизненного успеха.

Но была и другая причина, которую она раскрыла много лет спустя: «Не то чтобы я не любила футбол, но полагала, что он может стать западней. Пипико, мой брат, играл в „Флуминенсе“1, а позднее — в Венесуэле и Колумбии. Сейчас же он едва сводит концы с концами».

Отец Рональдо постоянно вступал в словесные перебранки с женой, выясняя, откуда же у Рональдо взялся талант к игре в футбол. Нелио настаивал, что он передался по его родственной линии, а не по линии брата Сони, вызывающего такое вдохновение.

«Наверное, я был профессионалом. „Бангу“, „Мадурейра“ „Португиза“ — всем им я был нужен. Но я предпочел играть со своими друзьями. И каждую субботу я все еще продолжаю играть с ними», — вспоминал он много лет спустя.

Но в Рональдо уже поселился футбольный «червячок». В любой удобный момент он шел на пыльный двор, отрабатывая дрибблинг, балансируя и жонглируя легковесным пластиковым мячом. Даже его кузены и родной брат Нелио начали понимать, что растущая одержимость Рональдо футболом как ни странно может дать результаты.

К пяти годам он был уже не последним игроком. Он был настолько востребован, что дети могли даже подраться за то, чтобы заполучить его в свою команду. Ребенок, который, на первый взгляд, выглядел неперспективным, оказался превосходным тайным оружием команды в борьбе против соседских команд, которые не знали, насколько хорош был Рональдо.

По выходным Рональдо с друзьями начали ездить на поезде в Рио, стремясь попасть на пляж «Копакабана». Тысячи детей регулярно совершали аналогичные поездки, чтобы поиграть в футбол на песке. На пляже всегда были сотни импровизированных площадок, на которых играли в разные игры. Они часто играли в своего рода футбольную версию волейбола, перебрасывая ногами мяч через сетку.

Как говорил Зико, звезда бразильского футбола, который был кумиром детских лет Рональдо, «У многих детей не было дома компьютерных игр и видео, к которым они бы стремились, поэтому они играли в футбол, повышая свое мастерство и мечтая, что однажды они смогут сбежать от нищеты и стать известными футболистами. Для большинства бразильцев — это единственный выход».

На памяти любого бразильца пляжи Рио всегда были своего рода питомниками, выращивающими юных футболистов. Мягкая поверхность песка означала быстрое обучение игроков владению мячом как в воздухе, так и на земле. Для юного Рональдо это оказалось наилучшей возможностью совершенствовать свое умение.

Итак, Рональдо и его друзья отбивали мяч головой, обводили соперников, били мяч с лету и просто пинали его, и учились ценить игру во всех ее проявлениях. Скоро Рональдо осознал, что он бывает счастлив, только когда владеет мячом и это значило, что ему нужно было занимать в игре такую позицию, с которой можно было быстро вернуть себе мяч.

В 1982 году Рональдо впервые в жизни увидел чемпионат мира по футболу на крохотном черно белом экране телевизора, стоявшего в гостиной дома его родителей в Bento Ribeiro. В то время ему было всего пять лет и он рыдал, когда Паоло Росси сделал для сборной Италии хет трик2, тем самым выбив Бразилию из турнира.

Даже в детстве футбол был очень важен для Рональдо.

ГЛАВА 3

Macumba

В школе у Рональдо дела шли не так блестяще. У него были серьезные трудности даже с начальным обучением чтению и письму. Но его это просто не волновало. Хотя, он никогда не был «трудным» ребенком, скорее, — мечтателем, чьи мысли были полны грезами, как он играет в футбол за «Фламенго» и делает хет трики на стадионе «Маракана».

Эти мечты уводили его сразу после школьных занятий на крутой склон холма к игре с детьми разных возрастов. Иногда он даже пропускал занятия, целый день пиная мяч с более старшими, чем он, ребятами.

Как позднее вспоминала Соня: «Я никогда не хотела, чтобы Рональдо играл в футбол. Я пыталась остановить его, но футбол был его самой большой страстью. Я не могла даже допустить мысли, что мой сын думает только о мяче. Какое у нас должно было быть будущее? Когда я начала замечать его, играющего в пеладу (уличный футбол), в то время как он должен был быть на занятиях, я поняла, что проиграла свою битву».

Однако вне футбольного поля Рональдо совсем не производил глубокого впечатления. Его двоюродный брат Фабио Шине пояснял: «Рональдо был застенчивым и замкнутым. Он был чуть ли не пугливым. Иногда казалось, что игра в футбол является единственным для него способом самовыражения».
Черная магия, или macumba, как ее называют в Бразилии, играет существенную роль в жизни большинства малоимущих жителей Рио. Некоторые видят в ней способ избавления от ужасающей нищеты, другие считают, что причудливый мир знахарей и оккультизма является необходимой частью религии.

В случае с семьей Рональдо macumba не являлась основным занятием, но, бесспорно играла в их жизни существенную роль. Соня была чрезвычайно суеверным человеком, и, хотя была ярой католичкой, ее родственники и друзья в Bento Ribeiro часто привлекали ее к своим спиритическим опытам.

Каланго, друг детства Рональдо, вспоминает: «Macumba была просто частью повседневной жизни. В этом не было ничего необычного. Религиозные предрассудки всегда были уделом неимущих. Они находили в ней утешение. Она давала им своего рода ощущение важности жизни».

Но странные вещи, происходившие в доме семейства, серьезно волновали некоторых из друзей и родственников. Фабио Шине, двоюродный брат Рональдо, пояснил: «Семейство Рональдо верило в macumba и в другую подобную чепуху, они проводили дома спиритические сеансы, а иногда — и обряды черной магии».

Однажды Рональдо «был крайне возбужден» тем, что он увидел дома во время оккультной церемонии. Он даже упоминал о жертвоприношении куриц. Его двоюродный брат Фабио добавляет: «Рональдо был напуган тем, что он увидел, но, взрослея, со временем он научился принимать тот факт, что его мать и другие родственники считают совершенно нормальным верование в знахарей и в тому подобную чушь. Казалось, Рональдо все время искал защиты у своей матери и нуждался в ней. Его отец не был с ним рядом, поэтому он постоянно стремился быть со своей матерью».

В другой раз Соня получила серьезные ожоги во время несчастного случая в ресторане, где она работала. Ее ожоги были настолько сильными, что ей пришлось даже делать пересадку кожи. Когда она вернулась домой, кое кто из ее родственников пригласил к ней в дом знахаря, чтобы он изгнал из него злых духов, которые, по их мнению, и вызвали этой несчастный случай.


Как ни странно, но некоторые родственники и знакомые Рональдо называли его «ревой», что подтвердили его прежние товарищи по команде. «Если Рональдо не добивался своего или был напуган, то мог очень легко разреветься, — добавил Фабио. — Но, когда он начинал играть в футбол, он на глазах менял свой характер и становился настоящим мужчиной».

Именно футбол чудесным образом отвлекал его от преступленияй, совершаемых рядом, в той же самой favela.

Однажды вооруженные полицейские решили совершить облаву на улице, на которой жил Рональдо. Они арестовали целую группу подозреваемых в распространении наркотиков, посадив их в кузов грязного грузовика и избивая прикладами ружей. Далее, по признанию местных очевидцев, трое полицейских утащили 16 летнего наркодилера на задворки находившегося поблизости полицейского участка, где хранился чан с кислотой. После этого полицейские заключили пари о том, как долго будет разлагаться тело подростка.

Быть ребенком из favela означает превращение в объект ужасного глумления. Дети богатых, сидя в дорогих машинах, любили медленно проезжать вокруг автостоянки ресторана «Макдональдс», расположенного рядом с Bento Ribeiro, и разбрасывать из окна картофель фри, наблюдая за тем, как дети с улицы царапали и рвали друг друга в драке за маленький кусочек пищи.


В действительности Рональдо не помнит счет первого футбольного матча, на который его привел отец, но зато он никогда не забудет ту атмосферу, которая царила тогда на стадионе «Маракана» в Рио, который до сих пор держит рекорд по посещаемости матча — 199 584 человек.

Рональдо и Нелио пошли на стадион, чтобы увидеть, как им обещали, беспощадное локальное дерби между местной командой «Фламенго» и «Васку». Чтобы добраться до самого большого в мире футбольного стадиона, отец и сын с трудом пробились через переполненные народом улицы Рио, до этого проехав на поезде и двух автобусах.

Стадион, возможно, был огромным, но выглядел в большей степени как полуразвалившийся динозавр, а не как спорткомплекс 1980 х. Первое, что поразило Рональдо, было то, что стадион был ржавеющей развалюхой — просто огромным пространством бетона с возведенной над ним крышей. На самом деле с расстояния он казался более впечатляющим — масштабное зрелище, от которого отвисала челюсть, создавалось за счет окружавших его зданий и верфей, что и рисовало его в правильном ракурсе. Кроме того, здесь же, на десятках обветшалых боковых трибун, продавались длиннющие хот доги.

«Маракана» был построен для проведения чемпионата мира 1950 года и с того момента подвергался нашествию целой вереницы печальных происшествий. Уже во время второй игры на этом стадионе югославский футболист Митич поскользнулся и рассек голову о выступающий край балки.

Печально известный рекорд посещения (199 584 человек) был зафиксирован в ходе матча чемпионата мира 1950 года между Бразилией и Уругваем. На отборочный матч чемпионата мира 1969 года между Бразилией и Парагваем собралось 183 341 человек.

Юный Рональдо навсегда запомнил некоторые причудливые особенности конструкции стадиона, как то: двойной туннель (по одному на каждую команду) и окружающий поле ров, не заполненный водой, но достаточно глубокий для того, чтобы остановить любого авантюриста, посягнувшего выйти на поле.

Нелио даже разрешил Рональдо взять с собой барабан, в который тот беспрерывно колотил на протяжении всего матча. Его отец большими глотками отхлебывал из бутылки chopp (пиво), и они оба выкрикивали оскорбления, варьировавшиеся от пренебрежительных замечаний относительно матери судьи до способностей вратаря команды противника. Одновременно отец и сын что было мочи скандировали речевки, восхваляя «Фламенго».

С момента этого матча на стадионе «Маракана» у Рональдо появилась навязчивая одержимость человеком, который впоследствии был провозглашен лучшим футболистом мира — Зико. Отец и сын видели, как Зико привел «Фламенго» к победе над «Васку да Гама». Годы спустя Рональдо сказал: «Зико был невероятен. Сверхъестествен. Он был очень хорош».

Как он вспоминал позднее: «У каждого ребенка есть свой герой, и Зико был моим. Для меня он до сих пор остается величайшим. Я старался копировать все, что бы он ни делал. А все, что он выделывал на поле, было просто невероятным». У него были такие способности! Конечно, я видел только часть его игры и старался копировать его. Но я также пришел к выводу, что должен быть только самим собой».

Когда игрались финальные матчи чемпионата мира 1986 года в Мехико, Рональдо на всем их протяжении снова словно прилип к телевизору. К несчастью, Зико не реализовал пенальти в ворота сборной Франции, стоившего Бразилии поражения в финале чемпионата мира. Рональдо до сих пор снова и снова прокручивает ту сцену. Хотя он до сих пор убежден, что Зико был величайшим из футболистов, когда либо носивших майки команд Бразилии, но до сих пор рисует себе в уме каждый момент той душераздирающей неудачи на пенальти.

Чемпионат мира являл собой долгожданный способ отвлечься от нужды и лишений жизни в Bento Ribeiro. В течение нескольких недель единственным, что имело для него значение, была гордость за отечественных футболистов.

В 1986 м девятилетний Рональдо плакал «крокодильими слезами», когда кумир его детства Зико потерпел неудачу на том пенальти. Как позднее объяснял Рональдо, «Кроме того, в 1986 м у нас была лучшая команда, но мы проиграли Франции по пенальти. Тогда я рыдал с такой силой, как никогда в своей жизни, за исключением того момента, когда погиб Айртон Сенна».


Вскоре после окончания чемпионата мира 1986 года Рональдо вступил в «Валкэире», местную мальчишескую команду. В девять лет он, с выступающими вперед зубами и болезненной застенчивостью, тем не менее блистал, более чем преуспевая на футбольном поле. Рональдо и его друзья из favela договорились приехать для записи в команду «Валкэире» к 10 часам. Но он вышел из дома слишком поздно и приехал почти что к окончанию процедуры отбора в команду. Его согласились взять только в качестве вратаря команды, на роль, которую никто из детей favela не воспринимал всерьез.

Но с тех пор как Рональдо начал играть в футбол, его уже ничто не волновало. Это стало его религией. Это значило для него все. В отличие от нищеты и невзгод, которые он испытывал со своей семьей, футбол давал ему ощущение счастья и смысла жизни. Даже Соня начала прислушиваться к сыну Нелио, когда тот пророчил, что однажды Рональдо станет звездой футбола.

Фернандо дус Сантос, тренер Рональдо по «Валкэире», снял его с позиции вратаря после обострения травмы. Он настолько хорошо показал себя в качестве нападающего, что никогда больше не играл в качестве вратаря.

Несмотря на это, Рональдо стал так часто прогуливать уроки, что Соне приходилось каждое утро ходить с ним в школу и, стоя у ворот, ждать, по меньшей мере час, чтобы удостовериться, что ее неуправляемый сын не попытается покинуть здание.

Рональдо же просто изменил тактику: он ждал до первой перемены и потом исчезал, обычно — на ближайшую футбольную площадку. По ряду признаков он точно определял, где стояла его мать, и, чтобы не быть пойманным, стремительным броском убегал через тыльные ворота.

И, когда Рональдо как ни странно все же появлялся на уроках, он продолжал грезить о том, как он будет играть за какой нибудь крупный профессиональный клуб, и рисовал футболистов. Он искренне верил в то, что в этом и заключается его предназначение в жизни. Позднее он сказал: « Я чувствовал, что футбол является моей профессией от природы, моей ролью в жизни, — играть самому и играть для других».

(Много лет спустя, когда Рональдо спросили, выдерживает ли этот его комментарий сравнение с классическим высказыванием Роберто Баджо, сравнившего себя с Микеланджело и Леонардо да Винчи. Рональдо ответил: «С кем, с кем? Я никогда не слышал о них».)

Физическое развитие Рональдо, так же как и многих его друзей, началось в невероятно раннем возрасте. Благодаря многочасовым занятиям футболом, которым он отдавался каждые выходные, уже в десять лет у него сформировалась сильная мускулатура ног. Даже в таком юном возрасте у него был очень хорошо развит торс. Это помогало ему не только забивать голы, но и выглядеть намного старше своих лет. Учитывая то, каким он был стеснительным, неловким и заурядно выглядевшим ребенком, совершенно удивительным является тот факт, что Рональдо впервые поцеловал девочку в этом юном возрасте. Как он рассказывал много лет спустя, почти не заботясь о том, что о нем подумают: «Я не пользовался языком или чем то другим. Это был просто поцелуй губы в губы. Но все же это определенно был настоящий поцелуй».

Куда более сильные опасения вызывало то, что некоторые из друзей и знакомых Рональдо уже в возрасте десяти лет принимали наркотики. Особой популярностью среди юных обитателей favelas, разменивавших свое здоровье на наркотики, пользовался «крэк». Футбол же в действительности был единственной здоровой альтернативой этому.

В 1998 м, в возрасте 11 лет, Рональдо перешел в другую местную команду, «Социал Рамос Клуб», который практиковал только мини футбол. Алиоио Жозе ду Карвалью, тренер клуба, настаивает на том, что Рональдо был «не более чем обычным игроком». Но он тем не менее признал: «Что выделяло Рональдо — так это его особое отношение. Как будто он упал с луны. Ничто ему не докучало, и никто не мог его удивить».

Вскоре Рональдо стал лучшим бомбардиром юношеской лиги и в ходе одной из особо памятных игр провел 11 из 12 добытых командой мячей. В тот сезон он забил в общей сложности 166 голов.

Футбол также давал Рональдо возможность избавления от домашних неурядиц. Его родители разошлись, когда ему было 11 лет, но он, уйдя с головой в эту чудесную игру, приложил все старания чтобы отделаться от душевной раны. Но, когда он возвращался по вечерам домой и не находил там отца, реальность все же давала о себе знать.


Только только справив свой 13 й день рождения, Рональдо сразу получил приглашение на пробы во «Фламенго», всемирно известный футбольный клуб. Для Рональдо это стало мечтой, обернувшейся явью, поскольку именно в этот клуб он хотел попасть больше всего.

«Фламенго» был самым популярным клубом в стране, а следовательно, и во всей Южной Америке. Талисманом «Фламенго» был urubus, птица из рода черных грифов, та, которую можно увидеть кружащей над favelas практически весь день.

Поскольку для того, чтобы добраться до места тренировки «Фламенго» требовался почти час времени, его семья попросила клуб в случае удачного прохождения Рональдо проб оплачивать ему стоимость проезда на автобусе. Руководство клуба отказалось от этого, и кандидатура Рональдо была отклонена, а сам он отправился домой. Он был уничтожен. Позднее он сказал: «Это был наихудший день в моей жизни. Не припомню, чтобы когда либо еще я чувствовал себя таким же расстроенным».

В основном Рональдо винил своего отца за отказ «Фламенго», поскольку верил, что, если бы его родители напряглись, они бы нашли деньги, чтобы оплатить стоимость проезда.

Много лет спустя Соня вспоминала, в каких слезах прибежал домой ее подросток сын: «Вся проблема заключалась в деньгах. Но мы не могли позволить себе оплатить его проезд на автобусе. А он был таким расстроенным».

Рональдо до сих пор считает тот отказ «Фламенго» одним из самых сильных разочарований всей своей жизни, сравнивая его даже с разочарованием, постигшим его на финале Кубка мира 98 во Франции.

Когда он наконец добрался до дома, выяснилось, что были и другие причины для его слез. Пока он ждал момента, когда можно будет заскочить в автобус последним, чтобы не оплачивать проезд, к нему подошли два юнца, которые отобрали у него часы стоимостью $20, предварительно избив. Действительно, это был самый неудачный день в его жизни.

В течение нескольких недель, последовавших за отказом «Фламенго», Рональдо начал всерьез подумывать о том, чтобы сойти с выбранного им пути. Но продолжающиеся проблемы в школе вкупе с отчаянием выбраться из трущоб favela подтолкнули его с еще большим рвением практиковаться в игре в футбол.

Вскоре после этого он пошел на пробы в «Сан Криставан», клуб, который находился ближе всего к его дому. Он пошел туда с рекомендациями Алирио, тренера «Социал Рамос» и кое кого из друзей Рональдо — Александре, Каланго, Зе Карлоса и Леонардо, сына Алирио. Все они помнили Рональдо, поскольку им примелькались его футбольные бутсы.

Следующий чемпионат мира 1990 года в Италии стал для тогдашнего 13 летнего Рональдо таким же стрессовым. Он все так же жил в Bento Ribeiro, и, как это уже случалось, всю нацию целиком захватила футбольная лихорадка. Даже favelas были увешаны желто зелеными флагами.

Рональдо, его двоюродный брат и горстка друзей собрались в доме с самым большим телевизором, чтобы посмотреть решающий матч между Бразилией и ее главным конкурентом — Аргентиной. Предварительно они закупили газировку и впечатляющий запас картофеля фри.

В этот год у сборной Бразилии была серьезная заявка на победу, однако, несмотря на очевидное преимущество в игре, она потерпела сокрушительное поражение. После того как прозвучал финальный свисток судьи и ребята в подавленном настроении побрели домой, Рональдо разрыдался. По бразильским меркам, это было катастрофой в национальном масштабе.

Примерно в это же время отец Рональдо Нелио пытался восстановить отношения с охладевшим к нему сыном. В нем пробудилось осознание того факта, что Рональдо к тому моменту вплотную подошел к настоящему успеху в футболе. Глядя на его тощие и короткие ноги, было трудно себе представить его родство с сыном. Возвращаясь к этому факту, Нелио обычно говорил, что «у Рональдо было лучшее детство, чем у меня».

Несмотря на все свои проблемы с наркотиками и алкоголем Нелио, обладал достаточно острым умом и проницательностью и делал все возможное, чтобы передать эти качества своему сыну.

Сегодня он настаивает, что именно он внушил Рональдо мысль о важности умственного развития. Некоторые полагают, что Нелио, принимая активное участие в карьере Рональдо, преследовал определенную цель, которая стала предельно понятной после его 14 го дня рождения в сентябре 1990 го.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница