Учебное пособие Санкт-Петербург Издательство спбгэту «лэти» 2006 ббк чг11



страница1/2
Дата14.08.2016
Размер0.63 Mb.
ТипУчебное пособие
  1   2
Министерство образования и науки РФ

––––––––––––––––––––––––––––––––––––

Санкт-Петербургский государственный электротехнический
университет «ЛЭТИ»

––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––

РОССИЯ В 1991 – 1999 гг.

Санкт-Петербург

Издательство СПбГЭТУ «ЛЭТИ»

2006


Министерство образования и науки РФ

––––––––––––––––––––––––––––––––––––

Санкт-Петербургский государственный электротехнический

университет «ЛЭТИ»

––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––

РОССИЯ В 1991 – 1999 гг.


Учебное пособие

Санкт-Петербург

Издательство СПбГЭТУ «ЛЭТИ»

2006


УДК 940.1

ББК Чг11


И 90
Авторы: В. В. Калашников, О. В. Андреева, И. В. Узлова
И 90 Россия в 1991 – 1999 гг.: Учеб. пособие / Под ред. В. В. Калашникова. СПб.: Изд-во СПбГЭТУ «ЛЭТИ», 2006. 50 с.

ISBN 5-7629-0600-0

Пособие посвящено анализу социально-экономической и политической истории России в период с 1991 – 1999 гг.

Предназначено для студентов технических вузов.


УДК 940.1

ББК Чг11


Рецензенты: кафедра истории России и зарубежных стран РГИ при СПбГУ; д-р историч. наук, кандидат юр-х наук, проф. Б. П. Белозеров (Санкт-Петербургский государственный университет профсоюзов).

Утверждено


редакционно-издательским советом университета
в качестве учебного пособия

ISBN 5-7629-0600-0 ÓСПбГЭТУ «ЛЭТИ», 2006


Россия в 1991 – 1999 годах
1. Россия в эпоху первого президентства Ельцина.

2. Россия в эпоху второго президентства Ельцина.


Современная Россия возникла в результате двух главных событий: демонтажа СССР в декабре 1991 г. и осуществления так называемых «радикальных» реформ, к которым приступило в январе 1992 г. правительство Ельцина Гайдара.

Эпоха 1990-х гг. представляет собой первый период в истории постсоветской России. Эта эпоха прошла под знаком президентства Б.Ельцина, и может быть поделена на два этапа: первое президентство Ельцина (1991 июнь 1996), второе президентство (июль 1996 декабрь 1999 г.).


Глава 1. Россия в эпоху первого президентства Ельцина
1.1. Замысел реформ и первые результаты
После августовских событий 1991 г., которые привели к полному падению авторитета союзных властей, а затем и к демонтажу СССР, Ельцин, избранный еще в июне 1991 г. президентом России, получил возможность самостоятельно определять стратегию развития России, не оглядываясь на президента и органы власти СССР.

К осени 1991 г. намерения Ельцина достаточно определились. Уже сразу после избрания президентом России в июне 1991 г. он перестал говорить что-либо позитивное о социализме и советском периоде развития страны. Напротив, этот период оценивался только как негативный, как «трагический эксперимент», уход с «цивилизованного пути» развития. Свою задачу президент РФ видел в том, чтобы вернуть страну на «цивилизованный путь», т. е. развиваться по пути ведущих капиталистических стран. Однако термин «капиталистический путь» Ельцин никогда публично не употреблял.

В октябре 1991 г. на 5 съезде народных депутатов РСФСР Ельцин обнародовал программу «крупного реформистского прорыва», суть которого состояла в разрушении плановой государственной экономики и переходе к рыночным частнокапиталистическим отношениям.

Программа предусматривала: «либерализацию» цен, т. е. освобождение их из-под контроля государства; отказ от монополии на внутреннюю и внешнюю торговлю; приватизацию и акционирование предприятий с целью создания класса собственников; реформирование банковской системы; земельную реформу с введением права купли-продажи земли.

Осуществлять эту программу планировалось методами «шоковой терапии», которые были разработаны группой американских экономистов и применялись в Польше и ряде других стран Восточной Европы с конца 1980-х гг. С учетом российских условий они были переработаны группой экономистов во главе с Е. Т. Гайдаром. Речь шла о том, чтобы максимально быстро создать рыночные механизмы, которые должны были сами обеспечить оптимальное развитие страны. Важнейшими элементами шоковой терапии были одномоментный отпуск цен и ликвидация госрегулирования экономики.

Ельцин признал, что предстоящие меры в начале будут болезненными, но заявил, что предлагаемый им путь – единственно возможный в сложившихся условиях. Президент обещал, что трудности и лишения будут ощущаться всего лишь несколько месяцев, и уже с осени 1992 г. начнется экономический рост и улучшение жизни россиян.

Для проведения реформ Ельцин запросил и получил от съезда дополнительные полномочия сроком до декабря 1992 г. В их числе были право осуществлять реформы президентскими указами, не дожидаясь принятия парламентом соответствующих законов, а также право единолично формировать правительство без контроля со стороны парламента. Ельцин получил согласие съезда и на практику назначения президентом глав администраций в субъектах РФ.

В ноябре 1991 г. было сформировано правительство во главе с Б. Ельциным. В него вошли так называемые «младореформаторы», сторонники радикальных экономических реформ, большинству из которых было чуть более 30 лет: Е. Т. Гайдар, А. Н. Шохин, А. Б. Чубайс, А. И. Нечаев и др. Это было самое молодое правительство за всю историю России. Получив хорошее образование, будущие реформаторы занимались, как правило, научной деятельностью. Реального опыта управления экономикой никто из них не имел.

Большинство младореформаторов ориентировалось на зарубежный опыт. Правительство направило меморандум о вступлении России в МВФ, по которому в обмен на финансовую поддержку фактически соглашалось поставить свою политику под контроль МВФ, и пригласило 15 западных консультантов во главе с Д. Саксом помогать Е. Гайдару.

Было ли в обществе понимание сложности переходного периода, выдвигались ли альтернативные варианты реформирования экономики?

Для ответа на этот вопрос следует учесть, что в тот момент большая часть россиян оказывала Ельцину доверие. Его решительные заявления о необходимости устранения привилегий у руководящего слоя, демократизации общественной жизни, которые он делал в период 1987 – 1990 гг. порождали надежду на то, что радикальные экономические реформы будут проведены в интересах большинства. Действия Б. Ельцина в течение 1990 – 1991 гг. против союзного руководства и М. Горбачева, которых многие воспринимали к тому времени как консерваторов, мешавших поступательному движению вперед, вызывали общественную симпатию и поддержку. Авторитет Б. Ельцина после августа 1991 г. достиг своего пика. Борьба с «путчистами» создавала вокруг его имени ореол борца за свободную, независимую и демократическую Россию.

Авторитет Ельцина сыграл важную роль в том, что на первых порах новая политическая элита смогла добиться существенный общественной поддержки курса реформ. Так, согласно опросам общественного мнения, осенью 1991 года около 47 % опрошенных были готовы ради будущего процветания России и изобилия потребительских товаров терпеть на начальном этапе реформы безработицу, рост цен, «временное» снижение уровня жизни. Только 17,8 % были настроены решительно против реформ. Эти результаты говорили о том, что люди устали от массовых дефицитов предшествующих лет, от «топтания на месте» в перестроечные времена и готовы были дать кредит доверия новой власти во имя будущего процветания.

К тому же средства массовой информации, особенно электронные СМИ, развернули хорошо спланированную, мощную, широкомасштабную кампанию с помощью новейших РR-технологий, ежедневно показывая обывателю «ужасы» социализма и преимущества западноевропейского и американского стандартов жизни.

На этом фоне общественного доверия Ельцин не рассматривал альтернативные варианты реформ, и критика противников «шоковой терапии» звучала глухо. Хотя многие ученые и хозяйственники предупреждали, что в условиях высокой степени монополизации советской экономики освобождение цен приведет не к росту конкуренции предприятий за потребителя, а к банкротству большинства предприятий, резкому падению производства, массовой безработице и обнищанию населения. Они обращали внимание на тот факт, что нигде в мире монетаристская модель не была реализована в чистом виде. Напротив, во всех развитых странах регулирующая роль государства велика, а в кризисные периоды она всегда усиливалась. Опасения вызывала и ускоренная приватизация, которая не могла быть социально справедливой.

Следует отметить, что применение методов «шоковой терапии» отнюдь не диктовалось экономической обстановкой, так как несмотря на все потрясения «перестроечных» лет, экономика страны в начале 1990-х гг. работала устойчиво. В 1990 г. объем продукции промышленности в СССР был ниже, чем в 1989 г., всего лишь на 1,2 %, а в 1991 г. – на 8 %. Сокращение произошло главным образом по причине уменьшения объемов капитальных вложений и начавшегося разрыва межреспубликанских связей. После провала ГКЧП в августе 1991 г. союзные и автономные республики стали много хуже выполнять свои обязательства по взаимным поставкам, что и привело к сокращению общего объема производства к концу 1991 г.

Единственной серьезной проблемой в этот период была проблема «лишних денег». В результате непродуманных шагов правительства Н. Рыжкова в 1986-90 гг. на руках у населения денег было гораздо больше, чем товаров на прилавках магазинов. Именно избыток денег порождал всеобщий дефицит товаров, который и создавал ощущение глубокого кризиса всей экономической системы. В принципе у правительства Ельцина-Гайдара было много возможностей «связать» эти лишние деньги, не прибегая к таким экстремальным средствам как разовый отпуск цен. Например, некоторые экономисты предлагали просто «заморозить» вклады населения в Сбербанке на определенный период. Политически в той ситуации Ельцин вполне мог это сделать. Предлагалось изъять лишние деньги и путем продажи мелких предприятий сферы обслуживания, торговли и питания. Такие меры ликвидировали бы товарный кризис и дали бы возможность не ломать, а постепенно замещать старые экономические формы и механизмы новыми: ломая старое только тогда, когда новое уже работает и работает лучше.

Однако этот реформистский путь не подходил для «младореформаторов» и их западных советников. Они не без оснований боялись, что, если упустить момент сейчас, то потом народ не согласится с решительной сменой старого строя. В условиях же осени 1991 г., после психологического шока от августовских событий, связанных с ГКЧП, в России новая правительственная команда могла делать все: от демонтажа СССР до демонтажа плановой экономики в РФ.

В декабре в связи с разрушением СССР правительство РФ упразднило союзные отраслевые министерства, которые до этого управляли всеми крупными промышленными предприятиями России. Контроль над экономикой России со стороны государства был сразу потерян. Началось тотальное разворовывание государственных ресурсов, на фоне которого воровство, осуществлявшееся через кооперативы в предыдущие два года, казалось просто детскими шалостями.

Такая ситуация породила конфликты в президентском окружении. В декабре вице-президент А. Руцкой публично назвал членов правительства «мальчиками в розовых штанишках». Президент подверг А. Руцкого опале.

2 января 1992 г. реформа стартовала. Вскоре стало ясно, что рост цен и падение объемов производства идут намного быстрее, чем ожидалось. Так за первый квартал производство по официальной статистике упало на 18 % (по оценкам экспертов – на 28 %). К апрелю цены выросли в 17 раз, а не в 3 – 5 раз, как обещал Гайдар. Сбережения населения, в том числе вклады в Сбербанке моментально обесценились и фактически оказались изъятыми у населения

У 90 % населения страны резко снизился уровень жизни. У 10 % он резко повысился. Реформы явно шли не в интересах народа.

Такие итоги вызвали критику действий правительства со стороны парламента. При этом председатель Верховного Совета Р. Хасбулатов всячески отделял президента от правительства. Критика велась по формуле: «хороший президент, но плохое, некомпетентное правительство».

Однако Ельцин твердо поддерживал правительство и все более резко отзывался о парламенте. В апреле накануне 6 съезда народных депутатов РФ Ельцин призвал покончить с «псевдодемократическими ритуалами» и перейти «на 2 – 3 года» к президентской республике. После этого проправительственные СМИ стали систематически создавать негативный образ парламента в глазах населения.

На самом съезде Ельцин жестко противостоял попыткам установить контроль со стороны парламента над действиями правительства. Эта была полная смена тех знамен, под которыми Ельцин пришел к власти. Ведь один из главных упреков, который с 1989 г. он бросал в адрес старого строя, состоял в том, что реальная власть в СССР была сосредоточена в руках партийно-чиновничьей бюрократии, а парламент и другие представительные органы власти играли декоративные функции.

В мае Ельцин, выступая в Череповце, уже прямо заявил: «Этот съезд надо разогнать к чертовой матери». Все трудности реформы все чаще и чаще он объяснял происками «красно-коричневых» и видел выход в ведении президентской республики. Чтобы снять с себя обвинения в стремлении увековечить свою власть, Ельцин заявил, что не будет избираться на второй срок: «Абсолютно точно могу сказать, что на следующих выборах ... я не буду баллотироваться».

Летом ситуация в стране продолжала ухудшаться. Социологические замеры показывали, что в августе 1992 г. только 6 % опрошенных считало, что реформы дают положительные результаты. Опросы показывали и падение личной популярности президента минимум в 2 раза по сравнению с осенью 1991 г.

Осенью никакой стабилизации не наступило. Быстрый рост цен на сырье и энергоносители, обесценение денег привело к тому, что в стране стремительно нарастал кризис взаимных неплатежей промышленных предприятий, которые к осени 1992 года достигли астрономической цифры – 3,5 триллионов рублей. Многие предприятия, не получая денег за свою продукцию, оказались на грани краха. Начались хронические задержки заработной платы. Финансовые дыры латались за счет резкого сокращения капитального строительства, оборонного заказа, а также путем простого отказа государства оплатить предприятиям заказанную и произведенную продукцию. К октябрю и эти резервы были исчерпаны.

Тогда резко возросла эмиссия денег (в 1,8 раза за Ш квартал). Попросту говоря, государство печатало деньги, которые в виде кредитов были выданы Центральным банком убыточным предприятиям с тем, чтобы они смогли расплатиться со своими работниками. Однако эти деньги не были обеспечены товарами и только подстегнули инфляцию.

Ельцин стал колебаться. В начале октября он заявил о том, что нужна корректировка курса реформ, и раскритиковал работу многих министров. Однако в этот момент он столкнулся с четкой позицией западных стран, которые обусловили свою помощь Ельцину продолжением реформ, проводимых Гайдаром. Россия получала в этот период большую «гуманитарную помощь», а главное согласие Запада отсрочить выплаты по тем, долгам, которые остались после Советского Союза.

В конце октября Ельцин вновь выступил с поддержкой курса Гайдара и обрушился на парламент: «Пора заканчивать постоянно идти навстречу Верховному Совету, не получая от него взаимности. Пора власть употребить».

К концу года пришла пора подводить итоги политики шоковой терапии. За 1992 г. оптовые цены на продукцию топливно-энергетического комплекса (ТЭКа) выросли в 80 раз, в целом по промышленности – в 34 раза. В результате большинство предприятий оказались не способными платить за энергию и сырье и резко сократили производство. По официальным данным Госкомстата объем промышленного производства упал за 1992 год на 20 % .

Еще более значительным было падение производства на предприятиях военно-промышленного комплекса (ВПК). Государственный оборонный заказ был резко сокращен и не оплачен полностью. Начался развал сектора экономики, который обладал уникальными технологиями и первоклассными специалистами, и продукция которого успешно конкурировала на мировом рынке. Теперь же Россия стала сокращать экспорт вооружений и отдавать этот рынок своим конкурентам.

Сложная ситуация сложилась в агропромышленном комплексе. В условиях инфляции и быстрого роста цен на топливо, технику и удобрения крупные хозяйства стали сокращать производства продукции. Правительственная ставка на фермерские хозяйства не оправдалась. Фермеры не могли компенсировать спад в крупных колхозах и совхозов. Россия стала быстро терять продовольственную безопасность, увеличивая импорт сельскохозяйственной продукции. Положение в существенной ступени спасали усилия городского населения, которое в своей массе стало брать садово-огороднические участки и выращивать картофель и другие овощи, разводить мелкую птицу и т.п.

Огромные финансовые потери имели место в результате либерализации внешней торговли и установления завышенного курса доллара по отношению к рублю. Экспортеры за бесценок продавали российские ресурсы за рубеж и оставляли там большую часть выручки. По самым скромным оценкам за 1992 г. из страны незаконно было вывезено 20 млрд. долл.

В итоге по данным Госкомстата объем ВВП упал за 1992 год на 20 % .

Резко сократился уровень жизни населения. При росте средней зарплаты в 10 раз, уровень цен на товары народного потребления и услуги в среднем увеличился в 26 раз, а на основные продукты питания почти в 100 раз. Соотношение между доходами 10 % самых бедных и 10 % самых богатых россиян составило 1:11, что означало увеличение разрыва в доходах в 3 раза (в конце 80-х было 1:3,5). Реформы особенно сильно ударили по работникам бюджетной сферы. Резко ухудшилось положение ученых и преподавателей, работников здравоохранения и культуры. В 1992 году в коммерцию ушли 90 тыс. научных работников. Численность научно-педагогических работников сократилась на 27 %.

В России впервые за послевоенный период произошло абсолютное сокращение численности населения, и это несмотря на приезд сотен тысяч русских и русскоязычных из бывших союзных республик, где им стало плохо жить после демонтажа СССР. Повышенная смертность говорила о том, что людям трудно было приспособиться к новым условиям жизни.

В декабре 1992 г. состоялся 7 съезд народных депутатов РФ, где политика правительства была подвергнута резкой критике. Съезд потребовал, чтобы кандидатура главы правительства в соответствии с Конституцией была утверждена съездом. Тогда 10 декабря Ельцин обратился к гражданам России и сообщил им, что консервативные силы выступили против реформ, которые якобы «удерживали страну все последние месяцы от экономической катастрофы». Он предложил немедленно провести референдум с вопросом: кому народ доверяет проводить реформы президенту или нынешнему съезду.

После этого заявления президент покинул съезд, призвав своих сторонников последовать за ним. Помощники президента Г. Бурбулис и С. Шахрай, планировавшие эту акцию, полагали, что почти половина депутатов последует за президентом, после чего съезд не будет иметь кворума, и следовательно, его будет просто можно закрыть. Однако вопреки расчетам за президентом последовало только около 150 депутатов, причем некоторые потом вернулись назад. 715 депутатов остались в зале заседаний съезда. Ельцину не удалось прервать и прямую трансляцию заседаний съезда. После короткого перерыва она возобновилась. Вызванные на съезд силовые министры перед телекамерами заявили о своей верности Конституции. Стало ясно, что разогнать съезд не удастся.

Ельцин пошел на компромисс. Гайдара отправили в отставку. На пост премьера Ельцин предложил кандидатуру В. Черномырдина. Съезд согласился, поручив Черномырдину провести существенную коррекцию курса реформ. Многим казалось, что здравый смысл победил, период рискованных экспериментов и жесткой конфронтации закончен.


1.2. Президент против парламента. Трагический 1993 год
Смена главы российского правительства и общие итоги декабрьского съезда Советов вызвали тревогу у западных спонсоров российских «реформ». В Москве 3 января состоялась встреча президента США Дж. Буша и Б. Ельцина. Встреча проходила в узком кругу, но позднее ее материалы стали известны прессе. Они показывают характер отношений между президентами России и США. На вопрос Буша о том, «насколько новая правительственная команда готова продолжать дело реформ», Ельцин ответил, что из 40 членов кабинета заменено только 4 и эти люди «не дадут председателю правительства Черномырдину отклониться от реформаторского курса». Ельцин охарактеризовал Черномырдина как человека, который «верен президенту», хотя и «склонен допускать уклон в сторону производства в ущерб бюджетным вопросам, но у него есть противовес в лице Б. Федорова, который до этого работал в Лондонском банке реконструкции и развития».

Ельцин подчеркнул, что все силовые министры «твердо стоят на стороне президента». Особенно выделил министра обороны П. Грачева, охарактеризовав его как человека, который выступает «за сокращение нашего потенциала вооружений». Касаясь судьбы министра иностранных дел А. Козырева, Ельцин сказал следующее: «Вы просили оставить на месте Козырева, и я выполнил вашу просьбу». Буш выразил удовлетворение услышанным и обещал поддержку, при условии продолжения прежнего курса.

Ельцин выполнил обещания, данные Бушу. Вскоре Черномырдин принял правила игры, установленные МВФ.

Парламентская оппозиция почувствовала себя обманутой и потребовала созыва нового съезда народных депутатов с тем, чтобы принять более адекватные меры для коррекции курса реформ. В принципе, это было возможно в рамках действующей Конституции РФ, согласно которой съезд народных депутатов был «высшим органом государственной власти РФ, ... способным решить любой вопрос, отнесенный к ведению РФ».

Ельцин это понимал и поэтому форсировал подготовку нового варианта конституции, который превращал Россию в жесткую президентскую республику. Одновременно он продолжил пропагандистскую войну, направленную на дискредитацию депутатского корпуса через электронные СМИ. Избавиться от депутатского контроля было необходимо и потому, что страна вступала в решающий этап приватизации.

Законы о приватизации были приняты Верховным Советом РФ еще 3 июля 1991 г.: «О приватизации государственных и муниципальных предприятий РФСР» и «О личных приватизационных счетах в РФСР». В соответствии с ними, предусматривалось, что приватизация должна быть равной для всех. Проведение приватизации осуществлялось бесплатно за счет выделения каждому гражданину России приватизационного чека в Сберегательном банке, который можно было использовать только на покупку различной государственной собственности. Чеки должны были быть именными.

Однако летом 1992 г. правительство изменило условия приватизации. Политику приватизации выработал глава Госкомимущества А. Чубайс. Ее суть состояла в том, чтобы на первом этапе получить согласие народа на массовую приватизацию, пообещав всем кусок государственной собственности, а затем передать эту собственность в руки немногих «эффективных собственников». По предложению А. Чубайса президент своим указом от 14 августа 1992 г. превратил именные приватизационные счета в обезличенные ваучеры, в «документы на предъявителя». Этот указ стал одним из важнейших экономических решений президента, и он создавал весьма противоречивую ситуацию. С одной стороны, открывал путь к концентрации собственности в руках немногих, с другой стороны, лишал законной почвы процесс приватизации, поскольку президент не вправе был изменить норму закона своим указом.

Ваучерная приватизация должна была составить первый этап приватизации. Она проходила с 1 октября 1992 г. по 1 июля 1994 г. Каждый получил приватизационный чек номинальной стоимостью 10 тыс. рублей. Стоимость ваучера определялась в конце 1991 г., путем деления стоимости приватизируемых предприятий на число жителей. Однако после либерализации цен в условиях галопирующий инфляции ваучер быстро обесценивался. Если в конце 1991 г. на 10 тыс. руб. теоретически можно было купить автомобиль «Жигули», то к осени 1992 г., когда началась выдача ваучера – только 5 бутылок водки.

Миллионы людей, лишившихся сбережений в результате инфляции 1992 г., стремились быстрее продать ваучеры, поскольку их реальная стоимость постоянно падала. Весной 1993 г., когда ваучеры получила основная масса населения, 10 тыс. рублей обладали покупательной способностью эквивалентной 30 рублям в ценах 1991 г. Скупили ваучеры те, кто имел значительный стартовый капитал, а также деловые связи для выгодного вложения приватизационных чеков. Те кто не имели связей вкладывали их в инвестиционные (ваучерные) фонды (до 30 % ваучеров), ожидая обещанных стабильных дивидендов. Однако многие фонды обанкротились или просто обманули вкладчиков, скрывшись от их гнева.

В 1992 г. за ваучеры шла в основном приватизация сферы торговли и услуг (около 40 тыс. предприятий). Из почти 5 тыс. крупных промышленных предприятий в 1992 г. было приватизировано около 600. В 1993 г. стали продаваться и очень крупные предприятия. Так, гигантский «Уралмаш», на котором работало 100 тыс. работников был продан за ваучеры, эквивалентные по сумме 2 млн. долларов, что равнялось стоимости маленькой пекарни в американской провинции. Серьезные нарекания вызывала законность процедур ваучерной приватизации. По официальным данным Министерство внутренних дел за 1993 год в сфере приватизации было совершено 27 тысяч преступлений. Это означало, что из 107 ежедневно приватизи­руемых предприятий на 87 совершались преступления.

Характер идущей приватизации и политика правительства Черномырдина вновь обострили конфликт между президентом и парламентом. В марте 1993 г. состоялся внеочередной 8-й съезд народных депутатов РФ, который отменил все дополнительные права ранее предоставленные президенту. Президент сделал ответный ход 20 марта, когда в обращении к стране заявил о том, что подписал Указ о введении особого порядка управления страной (ОПУС): Россия должна управляться указами президента, а парламенту запрещалось принимать законы, противоречащие этим указам. Ельцин обещал провести через месяц референдум, на который выносил вопрос о доверии президенту, а также проект новой Конституции, подготовленной его командой. Однако Конституционный суд немедленно оценил указ об ОПУСЕ как попытку государственного переворота. В этих условиях силовые министры вновь уклонились от поддержки президента, а секретарь Совета Безопасности РФ Ю. Скоков вообще отказался завизировать указ.

Срочно собрался новый съезд народных депутатов РФ. Он имел все основания для низложения Ельцина, но глава парламента Р. Хасбулатов искал компромисс. Съезд и закончился компромиссом. Ельцин признал просчеты в проведении реформ. Съезд не принял решения об отрешении Ельцина от должности и перенес вопрос о доверии на референдум. По заявлению начальника президентской охраны А. Коржакова, уже тогда была готова операция силового разгона съезда, включавшая использование химических средств для «выкуривания» депутатов из Белого Дома, но компромиссные итоги съезда сделали ее ненужной.

Референдум был выгоден президенту, поскольку общественное мнение страны во многом определялась позицией электронных СМИ, которые были полностью ему подконтрольны. И в ходе подготовки к референдуму они действительно сыграли решающую роль.

Подготовка шла по плану, разработанному Г. Бурбулисом. Вот некоторые фрагменты из этого плана: «... Использовать на ТВ своих людей. Создать для них преимущество путем количественного перевеса. ... Действовать через подставных лиц. Готовить для них тексты. Использовать рабочих, фермеров, студентов. ... Показать, что реформы планировалось проводить с социальной направленностью, но в этом препятствовали народные депутаты. ...Подготовить ряд указов Президента с обещаниями людям улучшить жизнь в сентябре и раньше. ... Гайдару, Козыреву поддерживать связь с зарубежными коллегами, просить у них идеологической и материальной поддержки. ... Волкогонову поработать в воинских частях ... Провести социологический опрос. Использовать его в целях психологической обработки населения».

Важную роль сыграла тактика сведения проблемы выбора курса реформ к личному конфликту между «русским Ельциным» и «злым чеченом» Хасбулатовым.

Перед апрельским референдумом Ельцин подписал много указов, в которых раздал обещаний различным слоям населения и регионам на 13 триллионов рублей – огромную сумму, никак не предусмотренную в бюджете. Много говорилось и о том, что в случае победы Ельцина, Запад готов предоставить большую помощь для поддержки проводимых им реформ.

Референдум дал противоречивый результат. На первые два вопроса о доверии президенту и поддержке курса реформ положительно высказалось более половины пришедших на референдум (58,7 % и 53 %), но менее половины, имевших право голоса. Это означало, что решения имеют не конституционный, а информационный характер. На третий и четвертый вопросы (о досрочном переизбрании и президента и депутатов) также не было получено конституционно значимых результатов. За досрочные выборы президента и депутатов высказались соответственно 49,5 % и 67,2 %.

Для Ельцина такие итоги референдума были и проигрышем, и выигрышем. Проигрыш состоял в том, что конституционного основания для роспуска съезда президент не получил. Выигрыш в том, что большинство из числа голосовавших поддержали курс президента. Правда в региональном разрезе победа была менее убедительной: против президента проголосовали большинство жителей в 43 регионах России.

Тем не менее, Ельцин решил представить дело как свой безусловный выигрыш и проводить свою линию без оглядки на съезд. В этих целях в июне он созвал в обход парламента так называемое Конституционное совещание, где преобладали его сторонники, и согласовал на нем свой вариант президентской конституции. Этот вариант Ельцин планировал вынести на референдум.

Однако он боялся проводить второй референдум, не устранив съезд и парламент, поскольку депутаты подготовили свой вариант конституции. Кроме того, коммунисты собрали необходимое число голосов граждан для вынесения на референдум социалистического варианта конституции. В таких условиях президентский проект мог не собрать даже относительного большинства от числа голосовавших. А по закону было необходимо собрать не менее половины от общего числа граждан, имевших право голоса. Уже апрельский референдум показал, что Ельцин не сможет получить так много голосов в пользу своего проекта.

Ситуация осложнялась и тем, что после апрельского референдума правительство тихо предложило «корректировку» бюджета, по которой не только не финансировались апрельские обещания президента, но и ранее запланированные социальные расходы сокращались на 40 %, инвестиции на 60 %. Таким образом к концу года экономическая ситуация в стране должна была серьезно ухудшиться. Следовательно, Ельцин должен был успеть разогнать оппозиционный парламент до того, как люди сознают апрельский обман. И на этот раз президент уже должен был идти до конца, поскольку очередная неудачная попытка государственного переворота не могла не привести к его смещению.

21 сентября Ельцин издал новый указ о прекращении полномочий народных депутатов. В начале развитие событий напоминало мартовский кризис: президента не поддержали регионы, Конституционный суд оценил действия Ельцина как неконституционные и достаточные для его отстранения от должности президента, большинство народных депутатов стойко держались в Белом доме, который окружала большая толпа сторонников парламента.

Однако на этот раз президент был подготовлен лучше. Сторонников парламента удалось спровоцировать на резкие шаги, которые были использованы как предлог для вооруженного разгрома оппозиции при помощи специально подготовленных частей. Провокационный обстрел сторонников парламента снайперами из здания мэрии стал сигналом к штурму мэрии. Бескровный успех этого штурма создал эйфорию успеха и вызвал поход группы сторонников парламента к телецентру в Останкино, с целью получить прямой эфир. Там демонстрантов уже давно ждали... Вскоре хорошо режиссированные телекадры показали всей стране, что люди депутата генерала А. Макашева убили одного журналиста и одного солдата из подразделения «Витязь», охранявшего здание. Это было ложью, но Ельцин немедленно обвинил парламент в том, что тот давно подготовил и осуществляет теперь вооруженный «фашистско-коммунистический» мятеж силами «наемных бандитов», которые «сеют смерть». На следующий день танки расстреляли Белый дом, а затем специальные подразделения бойцов «зачистили» здание, расправившись его защитниками. Руководство парламента и депутаты были спасены бойцами специального подразделения «Альфа», которые вывели их из горящего здания. По приказу Ельцина Хазбулатов, Руцкой и другие видные участники событий были арестованы.

Проведенное впоследствии прокуратурой секретное расследование событий вокруг Белого дома показало, что ни один человек не был убит из оружия, принадлежавшего его защитникам. В то же время, по данным оппозиции, в событиях 3 – 4 октября президентские войска убили 2743 чел. Официальная цифра, сообщенная Генеральной прокуратурой, много меньше: 146 погибло, 598 ранено; потери президентских сил составили 13 чел. убитыми, из них 11 погибли от выстрелов своих снайперов, 2 – при невыясненных обстоятельствах.

Ельцин оценил октябрьские события 1993 г. как победу демократии.

Принятие новой Конституции. После разгона российского парламента Ельцин принял все меры к тому, чтобы законодательно закрепить в своих руках максимум политической власти. Команда президента быстро подготовила соответствующий проект Конституции РФ и 12 декабря 1993 г. вынесла его на референдум в качестве безальтернативного варианта.

Референдум проходил в специфических условиях. В нарушение действующего законодательства Ельцин своим указом от 15 октября 1993 г. изменил порядок подведения итогов референдума: для одобрения конституции стало достаточным получение не большинства голосов от числа граждан, имеющих право голоса, а от числа явившихся на референдум.

Центральная избирательная комиссия была создана президентом из числа лиц, которые подтвердили свою лояльность в ходе октябрьского конфликта с парламентом. Ее возглавил Н. Рябов.

Полный текст проекта Конституции был опубликован ограниченным тиражом. Большинство граждан его просто не видели. Основным источником информации являлись электронные СМИ, которые напористо агитировали за президентский проект.

После референдума Центральная избирательная комиссия официально объявила о том, что на выборы явилось 54,8 % от числа граждан, имевших право голоса, и 58,4 % из них (32,9 млн.) проголосовали за Конституцию. Таким образом, она была одобрена менее чем одной третью граждан, имевших право голоса (106 млн. чел.) Потом стало известно, что в 24 субъектах РФ проект Основного закона не набрал необходимого числа голосов даже по квоте, установленной указом президента. Конституция не получила одобрения в 12 из 21 республик РФ. Последнее было особенно тревожно, поскольку затрагивало проблему единства РФ. Так, в Чечне, объявившей о своей независимости еще в 1991 г., референдум не проводился вообще. Против конституции РФ голосовали большинство избирателей Адыгеи, Башкортостана, Дагестана, Карачаево-Черкесии, Мордовии, Тувы, Чувашии. В Коми, Татарстане, Удмуртии и Хакасии в выборах участвовало менее половины избирателей, имевших право голоса

В 1997 г. бывший пресс-секретарь президента В. Костиков признал в своих мемуарах, что результаты референдума были «подправлены». Он рассказал о том, как встретил председателя Центризбиркома Н. Рябова у кабинета Ельцина сразу после голосования. Рябов показал ему бумагу, где было написано, что за конституцию голосовало «более 50 % избирателей, принявших участие в голосовании». Но после совещания с Ельциным в сводке Центризбиркома говорилось уже о том, что около 60 % избирателей поддержали Конституцию. Через четыре месяца после голосования избирательные комиссии уничтожили все избирательные бюллетени.

Тем не менее, Ельцин решил свою задачу. Конституция предоставила ему полномочия, которые превосходили полномочия президентов таких президентских республик, как США и Франция. Ельцин получил право определять «основные направления внутренней и внешней политики государства», издавать указы и распоряжения, «обязательные для исполнения на всей территории РФ», назначать всех министров. Хотя главу правительства он мог назначить лишь с согласия Госдумы, реальные возможности для депутатов проявить твердость в отклонении предлагаемых президентом кандидатур были ограничены: троекратное отклонение позволяло президенту распустить Думу.

Ельцин получил фактическую возможность формировать всю судебную ветвь власти, поскольку по Конституции именно президент предлагает кандидатуры на должности судей в высшие судебные инстанции, а также напрямую назначает судей во все другие федеральные суды. Он установил полный контроль над Вооруженными силами страны, получив право назначать высшее командование и т. п.

Процедура отстранения президента от должности была обставлена практически непреодолимыми препонами. С такой Конституцией Ельцин не боялся никакой оппозиции, в том числе и парламентской.

Парламентские выборы. Согласно новой Конституции российский парламент теперь назывался Федеральным Собранием, которое состояло из нижней палаты – Государственной Думы и верхней палаты – Совета Федерации. Главной функцией Думы было принятие законов. В Думу избиралось 450 депутатов, половина по спискам избирательных объединений (партийным спискам), половина по одномандатным округам. Главной функцией Совета Федерации было осуществление контроля за характером законов, принимаемых Думой.

Выводы депутатов в Государственную Думу и Совет Федерации проводились одновременно с референдумом по Конституции 12 декабря. Особенность выборов состояла в том, что эти органы не были предусмотрены действовавшей Конституцией, а новая только принималась в этот же день. Иными словами, если бы она не была принята, то депутаты были бы избраны в неконституционные органы. Поэтому Ельцин должен был любой ценой получить положительный результат по конституционному референдуму. День референдума и день парламентских выборов были совмещены потому, что власти боялись неявки на референдум большинства избирателей. А стремление проголосовать за свою партию приводила людей 12 декабря к избирательным урнам.

На выборах 1993 г. неожиданный успех выпал на долю Либерально-демократической партии (ЛДПР) – партии В. Жириновского, получившей 23 % голосов избирателей. ЛДПР не имела сильных и влиятельных организаций на местах, но имела харизматического лидера. Своими резкими заявлениями, показной решимостью быстро исправить ситуацию Жириновский привлекал многих людей. Они полагали, что сильная незаурядная личность сможет лучше защитить их интересы, чем политики из прежней «обоймы».

Коммунистическая партия (КПРФ), которая имела самую развитую общероссийскую структуру, получила по партийному списку всего 12,5 %.

Третьей по значению оппозиционной партией стала Аграрная партия России (АПР), которая получила 7, 99 % голосов по партийному списку.

Поскольку ЛДПР не стремилась к созданию единого оппозиционного блока с КПРФ и АПР, поэтому позиции левых в Думе данного состава были слабыми.

Президентская команда накануне выборов делала главную ставку на блок «Выбор России», возглавляемый Е. Гайдаром. Однако блок получил всего 15,5 % голосов. Для блока, который располагал огромными финансовыми и пропагандистскими ресурсами, такой результат был более чем скромным.

Кроме названых избирательных объединений необходимый 5 % барьер для избрания в Думу прошли еще ряд центристских блоков и партий, таких как Движение «Женщины России» (8,1 %), «Блок: Явлинский – Болдырев – Лукин» (7,8 %), Партия Российского единства и согласия (6,7 %), Демократическая партия России (5,5 %).

В соответствии с Конституцией выборы проводились также по так называемым одномандатным округам. Вся страна была разбита на 225 округов, примерно равных по численности населения. В каждом округе мог быть избран только один депутат. Борьба в большинстве округов была очень напряженная, так как в среднем на одно депутатское место претендовали по 8 кандидатов.

Выборы не проводились в Чечне (не выдвинуто кандидатов) и в округе N25 в Татарстане (выдвинут только 1 кандидат). Выборы провалились в остальных 4 округах Татарстана (явка менее 25 %). В итоге в Думу было избраны 219 депутатов от одномандатных округов. Примерно половина из них шли как беспартийные, а половина принадлежала к тем или иным партиям.

Партийные группировки в Думе были усилены за счет кандидатов, прошедших по одномандатным округам, но это не меняло общей картины.

Итоги выборов фактически явились поражением Гайдара и его команды, авторов и исполнителей радикальных экономических реформ. В то же время весьма ограниченные возможности были у левых партий (КПРФ и АПР). Большая часть депутатов занимало центристские позиции. Многое зависело от того, как поведет себя фракция Жириновского, набравшая больше всего голосов по партийным спискам.


1.3. Власть и общество в 1994 – 1995 гг.
В феврале 1994 г. в соответствие с положением новой Конституции Ельцин обратился к депутатам Федерального собрания с ежегодным Президентским посланием. В своем Послании он признал, что реформы идут с огромными издержками и пообещал, что в политику будут внесены существенные коррективы, связанные с усилением роли государственного регулирования. Подобные признания были вызваны тем, что итоги трех лет его президентства оказались катастрофическими. Национальный доход России за 1991 – 1993 гг. уменьшился на 40 %. Объем промышленного производства на 32 %. Уровень жизни населения сократился в 2 раза. Ельцин знал и о том, что его личный рейтинг упал до 15 %.

Падение популярности было особенно неприятно в связи с тем, что осенью 1993 г. накануне разгона парламента Ельцин дал публичное обещание провести досрочные президентские выборы в июне 1994 г. Хотя это обещание не имело юридической силы, но политической проблемой для президента оно оставалось, что побуждало его к определенным маневрам. Весной 1994 г. Ельцин подписал с группой лояльных к нему партий и общественных движений так называемый «Договор об общественном согласии», в которое включил положение о нецелесообразности досрочных президентских выборов. Мнение остальных значение не имело.

Первые месяцы работы парламента показали, что там преобладали депутаты, с которыми правительство могло договориться, что и обеспечивало возможность проведения правительственного курса в рамках парламентской демократии без какой-либо откровенно жесткой демонстрации силы президентской власти. Определенное представление о том, как правительство договаривалось с депутатами, дает помощник президента Г. Сатаров, в книге «Эпоха Ельцина», опубликованной в 2001 г.: «Отсутствие в Думе пропрезидентского (проправительственного) большинства заставляло исполнительную власть прибегать к «нестандарт­ным» ходам для «продавливания» своих решений. Фактически это своди­лось в той или иной мере к подкупу в виде раздачи льгот, преференций и т. п. для коммерческих структур, стоявших за депутатскими фракциями (группами)».

В результате таких маневров в 1994 г. никаких кардинальных изменений в социально-экономической политике президента не произошло.

Нельзя сказать, что Ельцин ничего не предпринимал. Он пытался сделать некоторые шаги по преодолению наиболее негативных последствий реформ, и судьба этих попыток весьма показательна. Так Ельцин, осознав губительность для России нарастающей утечки капиталов за рубеж, поручил Центробанку РФ и Государственному таможенному комитету провести мониторинг расчетов по экспорту. За 1994 г. было выявлено 8 тысяч случаев невозврата экспортной выручки, но заведено всего 200 уголовных дел, из которых до суда дошли единицы. В 1995-м при проверке экспортных контрактов на общую сумму 73 млрд. долларов, обнаружилось, что в Россию вернулся только 51 млрд. По данным западных экспертов из России в этот период по всем каналам уходило около 40 млрд. долл. ежегодно. Ельцин не покончил с такой ситуацией потому, что это означало поднять руку на интересы новой экономической элиты страны, которая поддерживала его все эти годы. Это означало пойти и против позиции Запада, деловым кругам которого была очень выгодна экономическая ситуация в России. Поддержка Запада была крайне важной для Ельцина.

В середине 1994 г. завершился этап чековой приватизации, в ходе которого было приватизировано 75,4 % предприятий торговли, 66,3 % – предприятий общественного питания, 76,4 % – предприятий бытового обслуживания. Крупные предприятия в основном превратились в акционерные общества. Их приватизация шла по схеме, когда трудовой коллектив сохранял за собой 51 % акций, а остальные ушли в свободную продажу за ваучеры. В большинстве случаев директора госпредприятий стали главами акционерных обществ и начали постепенно скупать акции рядовых работников, превращаясь в крупных собственников. В результате ваучерной приватизации 40 млн. граждан стали акционерами АО или чековых фондов. Однако доходы рядовых акционеров были весьма незначительными, или же их вообще не было.

С лета начался новый этап – денежной приватизации. Государственную собственность продолжали покупать те немногие, кто обладал информацией, связями и деньгами. Характерной особенностью второго этапа приватизации стало быстрое складывание нового типа собственников, под контроль которых переходили важнейшие предприятия и целые отрасли производства. Причем в силу различного рода махинаций эта собственность приобреталась по крайне низким ценам, что обогащало узкий слой собственников, но опустошало казну страны. Так 500 крупнейших приватизированных предприятий России стоимостью не менее 200 млрд. долл. были фактически проданы за 7,2 млрд. долл. США. Например, автомобильный завод им. Лихачева в Москве был продан за 4 млн. долл., в то время как стоимость его основных фондов составляла на момент продажи не менее 1 млрд. долл.

К концу 1994 г. по настоянию Думы были подведены общие итоги чековой приватизации и первого этапа денежной. Результаты оказались страшными. Государственная собственность была роздана за копейки. Доходы государства от продажи своего имущества составили 1 трлн. рублей, что было в 2 раза меньше, чем доходы от приватизации в маленькой Венгрии. Лакомые куски достались иностранцам, в том числе в жизненно важных отраслях промышленности. Депутаты Думы были возмущены. Ельцин переместил А. Чубайса с должности главы Госкомимущества на должность вице-премьера и назначил председателем ГКИ приглянувшегося ему главу администрации Амурской области В. Полеванова, поручив разобраться с итогами приватизации. Он стал разбираться и обнародовал массу неприятных фактов. «Партия власти» начала бешеную кампанию против В. Полеванова, и тот был уволен Ельциным с поста председателя ГКИ, пробыв на нем всего два месяца. Итоги приватизации остались неизменными.

Неизменным оставался и весь курс «реформ». Страна проедала ресурсы, накопленные в советский период. Левые фракции Думы пытались отправить правительство в отставку, но им не хватало голосов для этой акции.

Социально-экономические итоги 1994 г. были следующими: по сравнению с 1993 г. объем промышленного производства сократился еще на 20 %, объем сельскохозяйственного производства – на 12 %, объем ВВП – 13 % .

Однако никаких серьезных социальных протестов в стране не было. После расстрела парламента в октябре 1993 г., большинство людей не верили в возможность что-либо изменить в своей судьбе, не верили в это и лидеры оппозиции.

Чеченская война. В конце 1994 г. ситуацию в стране резко осложнила начавшаяся война в Чечне. Чеченская война стала закономерным следствием развала СССР и явилась лишь одним из кровавых конфликтов, вспыхнувших на постсоветском пространстве. В этих конфликтах уже к началу 1994 г. погибло около 150 тыс. человек.

Чеченская война по своим масштабам превзошла все другие конфликты. Уже осенью 1991 г. к власти в Чечне пришел выдвинутый сепаратистскими силами генерал Дж. Дудаев, который объявил о независимости Чечни. Российский парламент не признал законность новой власти в Чечне и ее актов об отделении от России. Однако реально повлиять на ситуацию в республике Москва не могла.

Министерство обороны России не смогло даже вывести из Чечни оружие и боевую технику Советской Армии, находившиеся на территории республики. Чеченские власти беспрепятственно осуществили его захват. С тем, чтобы как-то сохранить лицо, в мае 1992 г. П. Грачев, министр обороны РФ, узаконил передачу Дудаеву 50 % вооружений, но на деле в руках Дудаева оказались все самолеты, танки, БМП, БТР, артсистемы, зенитно-ракетные комплексы, 90 % противотанковых средств и 80 % стрелкового оружия.

Чечня оставалась для России одним из субъектов РФ с прозрачными границами. Ситуация усугубилась быстрой криминализацией новой власти в Чечне, что также было следствием криминализации экономики в России. Чечня, не признающая центральную власть, стала удобной зоной для осуществления незаконных сделок чеченскими и российскими предпринимателями. Через Грозный шла незаконная торговля крупными партиями нефти и нефтепродуктов. Большие проблемы возникли и для железнодорожного сообщения с южными регионами России и ее южными соседями. По данным комиссии, созданной Думой, в 1994 г. в республике было совершено 405 нападений на поезда с целью грабежа грузов и пассажиров. Ситуация в Чечне была опасна тем, что создавала прецедент, которому хотели следовать сепаратистские силы в ряду других республик Российской федерации.

Москва пыталась свергнуть Дудаева силами внутренней оппозиции, но это не удалось. Тогда в декабре 1994 г. президент России отдал приказ ввести российские войска в Чечню.

Первой крупной акцией войны стал штурм Грозного, который начался 31 декабря. Операция проводилась силами, не достаточными для прорыва хорошо подготовленной обороны. В итоге главная цель – президентский дворец – был захвачен только к 19 января. Полный контроль над городом федеральные войска установили только в марте. По данным Генштаба в боях за чеченскую столицу и на подходах к ней федералы потеряли 1426 чел. убитыми, 4630 ранеными, 96 солдат и офицеров оказались в плену; противник потерял свыше 7 тыс. убитыми, 600 пленными. Дудаевцы отрицали последние цифры. В ходе боев в Грозном погибло несколько тысяч мирных жителей.

В течение марта федералы заняли крупные населенные пункты равнинной Чечни. Затем Ельцин дал добро на ликвидацию баз боевиков в горных районах. К середине июня федералы заняли главные центры сопротивления – Ведено, Шатой, Ножай-Юрт. Основные силы боевиков были разбиты. Их общие потери, по докладам федералов, с начала операции составили более 12 тыс. убитыми. В военном отношении операция близилась к завершению.

Однако 14 июня чеченский отряд Ш. Басаева захватил в городе Буденновске Ставропольского края около 1500 заложников в городской больнице. После неудачного штурма больницы спецподразделениями МВД и ФСБ глава правительства РФ В.С. Черномырдин вступил в контакт с Ш. Басаевым и договорился о прекращении боевых действий в Чечне и начале мирных переговоров. В итоге переговоров стороны пришли к соглашению об обмене пленными по схеме «всех на всех», разоружении боевиков при сохранении в селах небольших отрядов самообоороны, выводе федеральных войск и проведении свободных выборов.

Военные действия прекратились со 2 августа, но обе стороны не верили друг другу. Чеченцы выдали малую часть оружия и пленных. В горах готовились новые отряды боевиков. 6 октября в результате теракта был тяжело ранен командующий Объединенной группировкой федеральных войск в Чечне генерал А. Романов. Войска возобновили локальные операций по силовому разоружению чеченских боевиков. Война продолжалась.

Она крайне негативно сказывалась на ситуации в российском обществе. Большинство граждан России, выросших в условиях межнационального мира, не понимало, как власти могли довести дело до такой страшной войны. Большие потери военнослужащих привели к тому, что многие российские матери были против того, чтобы отдавать своих детей на службу в армию. Общество сотрясали разговоры о страшной коррупции, сопровождавшей эту войну.

Война в Чечне ярко показала глубокий и всесторонний кризис Российского государства. Она оттолкнула от Ельцина и многих его бывших сторонников. В оппозиции к президенту по чеченскому вопросу оказалась и думская фракция Е. Гайдара, что вызвало раскол в ее рядах.

В результате в Думе в 1995 г. впервые возникло общее недовольство политикой Ельцина, хотя оно питалось разными мотивами. В этой обстановке левые поставили вопрос о необходимости отправить президента в досрочную отставку. Уже 25 января 1995 на фоне страшных событий в Грозном депутаты КПРФ предложили включить в повестку дня вопрос о соответствии Ельцина занимаемой должности Верховного Главнокомандующего. Предложение не прошло. Итоги голосования хорошо характеризуют расстановку партийно-политических сил в Думе. За это предложение проголосовали всего 99 депутатов, в том числе по фракциям: КПРФ – 42; АПР – 30; ВР – 10; РП – 6; НРП – 3; ЖР – 2; ЯБЛ – 2; ЛДПР – 1; ПРЕС – 1; ДПР – 0. Против проголосовал 31 депутат, в том числе 21 из фракции ЛДПР, ВР – 7; ДПР – 1; ПРЕС – 1). Воздержались – 4 (ВР – 2; НРП – 1; ЛДС – 1). Всего в голосовании участвовали 133 человека. Остальные депутаты просто в голосовании не участвовали, вообще не явившись в Думу, или не присутствуя на этом конкретном заседании.

Во второй раз вопрос об импичменте президента возник после захвата террористами заложников в г. Буденновске 14 июня 1995 г. и последующего вооруженного штурма больницы с заложниками, который был осуществлен с его санкции. Однако и на этот раз вопрос не был включен в повестку дня. Итак, на борьбу с президентом у оппозиционных партий явно не хватала сил.

Правительству они доставили несколько больше хлопот. 21 июня 1995 г. Дума 234 голосами выразила Правительству недоверие и приняла три поправки к Конституции, которые наделяли Думу контрольными функциями, правом утверждения силовых министров и правом выносить квалифицированным большинством решения о недоверии отдельным министрам, влекущие их отставку. Однако после работы правительственных лоббистов с депутатами Дума 1 июля вновь голосовала и не подтвердила свое решение о недоверии Правительству. Затем Совет Федерации отклонил поправки к Конституции. После этого эпизода думские партии и правительственные силы сосредоточились на подготовке новых парламентских выборов, назначенных на декабрь 1995 г.

Чеченская война легла тяжким бременем и на экономику России, требуя дополнительных огромных средств. В этой связи в стране создалась благоприятная обстановка для дальнейшего растаскивания государственной собственности. В 1995 г. правительство взяло крупные кредиты у частных банков под залог акций наиболее ценных государственных предприятий. Очень часто банки выдавали правительству кредиты… из так называемых временно свободных бюджетных (т. е. государственных) средств, размещенные различными государственными учреждениями в этих же частных банках. Затем правительство не смогло во время вернуть взятые кредиты, и залоговые акции госпредприятий стали собственностью частных банков.

Экономические итоги 1995 г. были следующими: объем промышленного производства сократился на 3,3 %, а продукции сельского хозяйства на 8 %, ВВП – на 6 %, реальные денежные доходы населения – на 16 %.



Выборы в Думу 2 созыва. В этих условиях в стране прошли очередные выборы депутатов в Государственную Думу, вызванные тем, что первая Дума была избрана только на два года (1994 – 1995).

Выборы состоялись 17 декабря 1995 г. Наибольшее число голосов по партийному списку получила Коммунистическая партия РФ – 15.4 млн. голосов избирателей (22.30 %) и 99 депутатских мандатов, а также коммунисты победили на выборах в 58 одномандатных округах. КПРФ резко расширила свой электорат по сравнению с выборами декабря 1993 г.

Второе место заняла партия Жириновского, получившая 7.7 млн. голосов или 11.18 % и 50 мандатов по партийному списку, и еще 1 мандат в одномандатном округе. Фактически это было поражением, поскольку процент голосов, поданных за ЛДПР, был в 2 раза меньше, чем в 1993 г. Тем не менее выборы показали, что в России существует большой процент «протестного» электората, которому была симпатична фигура В. Жириновского.

На третьем месте оказалось движение «Наш дом – Россия», возглавляемое главой правительства В. Черномырдиным. Это движение было создано накануне выборов и вобрало в себя многих представителей региональных властных структур и в ходе предвыборной кампании открыто использовало все рычаги центральной и местной исполнительной власти. Однако на выборах НДР получил лишь 7 млн. голосов или 10.13 % и 45 мандатов по партийному списку и провел лишь 10 депутатов по одномандатным округам (из 108 кандидатов от этого блока).

На четвертое место вышло движение «Яблоко» во главе с Г. Явлинским. Оно набрало 4,8 млн. голосов или 6,8 % и 31 мандат по партийному списку. Кроме того, 14 яблочников победили в одномандатных округах.

Полный провал потерпела главная партия «радикальных реформаторов» – партия «Демократический выбор России» во главе с Е. Гайдаром. Перед парламентскими выборами 17 декабря 1995 г. партия вместе с несколькими мелкими идейно близкими группировками (Крестьянская партия России, Российская партия социальной демократии и т. д.) сформировала единый блок кандидатов «Демократический выбор России – Объединенные демократы». На выборах спиок ДВР набрал лишь 3,86 % голосов, не сумев преодолеть пятипроцентный барьер, однако 10 членам партии удалось пройти по одномандатным округам. Неудача постигла Гайдара и его сторонников несмотря на то, что они существенно поменяли свои прежние лозунги. Если на парламентские выборы 1993 г. «демороссы» шли под лозунгом «Свобода, собственность, законность», то на выборах 1995 г. лозунг ДВР звучал как «Мир, благосостояние, справедливость». Однако избиратели не поверили в том, что Гайдар и его сторонники способны принести России мир, благосостояние и тем более справедливость.

АПР также не смогла преодолеть пятипроцентный барьер, получив всего 3,78 % голосов. Эксперты считают, что большинство избирателей, поддержавших АПР в 1993 г., на этот раз проголосовали за КПРФ. Тем не менее 20 представителей АПР прошли в Думу второго созыва по одномандатным округам. Вместе с присоединившимися к ним независимыми депутатами и «выходцами» из фракции КПРФ они образовали Аграрную депутатскую группу, руководителем которой стал заместитель председателя АПР Николай Харитонов.

В целом думские выборы показали нарастание оппозиционных настроений в стране и укрепление позиций оппозиционных партий. Виновниками за жесткие реформы избиратели сделали Гайдара и его партию.

В то же время вся политическая жизнь 1994 – 1995 гг. свидетельствовала о том, что огромные полномочия, данные Конституцией президенту, позволяли ему сохранять прежний курс «радикальных реформ», несмотря на растущий протест со стороны населения. Таким образом, главная политическая борьба ожидалась в следующем 1996 г. – году очередных президентских выборов.




Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница