Сканирование и форматирование




Скачать 10.62 Mb.
страница53/66
Дата14.08.2016
Размер10.62 Mb.
1   ...   49   50   51   52   53   54   55   56   ...   66

671

жилище нападают жандармы, «запечатывают» иконы, в том числе и лик ангела, сургучом, увозят и сваливают в подвал. Икона с ангелом приглядывается архиерею, и ее ставят в алтаре. Староверы решают хранителя подменить — «скрасть и распечатать», а «к исполнению сей решимости» избирают рассказчика этой повести и благонравного отрока Левонтия.

Между тем по Пимену вдруг «пегота пошла», а на староверов на­падает «сугубая тоска», а вместе с ней болезнь глаз, излечить которую сможет только икона-хранительница. Такое благочестие трогает стар­шего среди англичан Якова Яковлевича, которому Маркуша объясня­ет, что художник из города не сможет точную копию исполнить, представить «тип лица небожительный». И икона та строгановского рисунка, а он сильно отличается от других писаний. А сегодня «высо­кого вдохновения тип утрачен» и «в новых школах художества повсе­местное растлеяние чувства развито и суете ум повинуется». «Писание не всякому дано уразуметь, и изображенная небесная слава очень при этом помогает о деньгах и всей славе земной думать не иначе как о мерзости перед господом». Сами же староверы молят «христианския кончины живота и доброго ответа на страшном суди­лище». Англичанин и его жена такими речами настолько растроганы, что дают Маркуше денег, и он с «среброуздым» Левонтием отправля­ется на поиски изографа.

Доходят они до Москвы, «древлего русского общества преславной царицы», но и ею не утешаются, считая, что старина в Москве не на «добротолюбии и благочестии, а на едином упрямстве» зиждится. А мастера в художестве неаккуратны, все друг перед другом величаются или, «шайками совокупясь», по трактирам вино пьют и свое художе­ство хвалят «с кичливою надменностию». На Маркушу нападает скука, а Левонтий боится, что его «соблазн обдержать может», и изъ­являет желание повидать безгневного старца Памву и понять, какова «благодать» господствующей церкви. На все протесты Маркуши о том, что церковные «кофий» пьют и зайцев едят, Левонтий отвечает своей образованностью. Из Москвы путники идут в Суздаль искать изографа Севастьяна, и по дороге, выбранной Маркушей, теряются. Левонтий выглядит больным и отказывается идти. Но появившийся из леса небольшой старичок призывает его встать и ведет путников в свое жилище. Маркуша понимает, что это и есть Памва безгневный.



672

Памва выпускает душу из Левонтия, «как голубя из клетки», и отрок умирает. Маркуше нельзя обвинить старца: «неодолим сей че­ловек с таким смирением», но он решает, что «если только в церкви два такие человека есть, то мы пропали, ибо сей весь любовью оду­шевлен». Когда Маркуша идет по лесу, ему вновь является Памва и говорит: «Ангел в душе живет, но запечатлен, а любовь освободит его». Маркуша бежит от старца и встречает изографа Севастьяна, с которым возвращается в артель. Чтобы проверить умение изографа, Яков Яковлевич просит его написать икону своей жене, Севастьян узна­ет, что англичанка молится о детях, и пишет икону такой тонкостью «мелкоспопического» письма, о которой англичане не слыхивали. Но скопировать портрет англичанки в перстень отказывается, чтобы не «унизить» своего художества.

Яков Яковлевич просит владыку вернуть на время ангела в артель, чтобы позолотить на запечатленном ангеле ризу и украсить венец. Но архиерей отдает лишь ризу. Севастьян объясняет англичанину, что не­обходима подлинная икона. Тот сначала изографа выгоняет, но потом сам вызывается совершить кражу и договаривается, чтобы, пока все­нощная у архиерея идет, копию написали, старую икону со старой доски сняли, подделок вставили, и Яков Яковлевич смог ее опять на окно поставить, как будто ничего не бывало. Англичанин берет с собой сильного духом ковача Мароя, чтобы тот всю вину на себя взял и «смерть претерпел», если староверы обманут. Договор держится на основе «взаимоверья».

«Акция» проходит успешно, но Севастьян отказывается наклады­вать печать на копию, и это приходится сделать англичанке. В это время трогается лед, и, чтобы вовремя переправиться на другой берег, Лука, под пение старообрядцев, переходит реку по мостовой цепи. Марой видит над ним свечение и охрану ангелами. На копии иконы исчезает сургуч, и Лука бросается с повинной к архиерею, ко­торый отвечает, что староверы «со своего ангела печать плутовством свели, а другой сам с себя ее снял и тебя сюда привел». Прошенные архиереем староверы «тела и крови Спаса за обеднею приобщаются». А вместе с ними и Маркуша, который после встречи со старцем Памвой «имеет влечение воедино одушевиться со всею Русью».

На удивление путников по поводу исчезнувшей печати Маркуша рассказывает, что печать англичанки была бумажной и выпала. Про-

673

тив того, что все случилось обыкновенным манером, староверы не спорят: «все равно, какими путями господь человека взыщет, лишь бы взыскал». Маркуша поздравляет всех с Новым годом и просит прощения Христа ради за себя, невежу.



Ю. С. Чупринина

Очарованный странник Повесть (1873)

По дороге к Валааму на Ладожском озере встречаются несколько путников. Один из них, одетый в послушничий подрясник и по виду «типический богатырь», рассказывает, что, имея «Божий дар» к приручиванию лошадей, он, по родительскому обещанию, всю жизнь по­гибал и никак не мог погибнуть. По просьбе путников бывший конэсер («Я конэсер-с, <...> я в лошадях знаток и при ремонтерах состоял для их руководствования», — говорит о себе сам герой) Иван Северьяныч, господин Флягин, рассказывает свою жизнь.

Происходя родом из дворовых людей графа К. из Орловской гу­бернии, Иван Северьяныч с детства пристращается к лошадям и од­нажды «смеха ради» забивает до смерти монаха на возу. Монах является ему ночью и корит за лишение жизни без покаяния. Он же рассказывает Ивану Северьянычу, что тот — «обещанный» Богу сын, и дает «знамение», что будет он много раз погибать и ни разу не по­гибнет, до того как придет настоящая «погибель» и Иван Северьяныч пойдет в чернецы. Вскоре Иван Северьяныч по прозвищу Голован спасает своих хозяев от неминуемой гибели в страшной пропасти и впадает в милость. Но отрубает хвост хозяйской кошке, которая тас­кает у него голубей, и в наказание его жестоко порют, а потом отсы­лают в «аглицкий сад для дорожки молотком камешки бить». Последнее наказание Ивана Северьяныча «домучило», и он решается покончить с жизнью. Уготовленную для смерти веревку обрезает цыган, с которым Иван Северьяныч уходит от графа, прихватив с собой лошадей. С цыганом Иван Северьяныч расстается, и, продав чиновнику серебряный крест, он получает отпускной вид и нанимает­ся «нянькой» к маленькой дочери одного барина. За этой работой

674

Иван Северьяныч сильно скучает, водит девочку и козу на берег реки и спит над лиманом. Здесь он встречает барыню, мать девочки, кото­рая умоляет Ивана Северьяныча отдать ей ребенка, но он неумолим и даже дерется с нынешним мужем барыни офицером-уланом. Но когда видит разгневанного приближающегося хозяина, отдает ребен­ка матери и бежит вместе с ними. Офицер отсылает беспаспортного Ивана Северьяныча прочь, и он идет в степь, куда татары пригоняют конские косяки.

Хан Джанкар продает своих лошадей, а татары назначают цены и за коней борются: садятся друг напротив друга и друг друга плетьми стегут. Когда на продажу выставляют нового красавца коня, Иван Се­верьяныч не сдерживается и, выступая за одного из ремонтеров, запа­рывает татарина до смерти. По «христианскому обычаю», его отводят за убийство в полицию, но он убегает от жандармов в самые «Рынь-пески». Татары «подщетинивают» ноги Ивана Северьяныча, чтобы не убежал. Иван Северьяныч передвигается лишь ползком, служит у татар лекарем, тоскует и мечтает о возвращении на родину. У него несколько жен «Наташ» и детей «Колек», которых он жалеет, но слу­шателям признается, что полюбить их не смог, потому как они «не­крещеные». Иван Северьяныч совсем отчаивается попасть домой, но в степь приходят русские миссионеры «свою веру уставлять». Они проповедуют, но отказываются платить за Ивана Северьяныча выкуп, утверждая, что перед Богом «все равны и все равно». Спустя некото­рое время одного из них убивают, Иван Северьяныч хоронит его по православному обычаю. Слушателям он объясняет, что «азията в веру надо приводить со страхом», потому как они «смирного бога без уг­розы ни за что не уважат». Татары пригоняют из Хивы двух человек, которые приходят коней закупать, чтобы «войну делать». В надежде запугать татар они демонстрируют могущество своего огненного бога Талафы, но Иван Северьяныч обнаруживает ящик с фейерверком, сам представляется Талафой, обращает татар в христианскую веру и, найдя в ящиках «едкую землю», вылечивает ноги.

В степи Иван Северьяныч встречает чувашина, но отказывается с ним идти, потому как тот одновременно почитает и мордовского Ке-ремети, и русского Николая Чудотворца. На пути попадаются рус­ские, они крестятся и пьют водку, но прогоняют «беспаспортного» Ивана Северьяныча. В Астрахани странник попадает в острог, откуда



675

его доставляют в родной город. Отец Илья отлучает его на три года от причастия, но сделавшийся богомольным граф отпускает «на оброк», и Иван Северьяныч устраивается по конской части. После того как он помогает мужикам выбрать хорошую лошадь, о нем идет слава как о чародее, и каждый требует рассказать «секрет». В том числе и один князь, берущий Ивана Северьяныча к себе на долж­ность конэсера. Иван Северьяныч покупает для князя лошадей, но периодически у него случаются пьяные «выходы», перед которыми он отдает князю на сохранность все деньги для покупок. Когда князь продает прекрасную лошадь Дидону, Иван Северьяныч сильно печа­лится, «делает выход», но на этот раз оставляет деньги при себе. Он молится в церкви и отправляется в трактир, где встречает «препус-тейши-пустого» человека, утверждающего, что пьет, потому как «добровольно на себя слабость взял», чтобы другим легче было, и бро­сить пить ему христианские чувства не позволяют. Новый знакомый накладывает на Ивана Северьяныча магнетизм для освобождения от «усердного пьянства», а с тем чрезвычайно его поит. Ночью Иван Се­верьяныч попадает в другой трактир, где тратит все деньги на пре­красную певунью цыганку Грушеньку. Повинившись князю, он узнает, что хозяин и сам за Грушеньку полсотни тысяч отдал, выку­пил ее из табора и поселил в своем доме. Но князь — человек пере­менчивый, ему надоедает «любовное слово», от «изумрудов яхонтовых» в сон клонит, к тому же кончаются все деньги.

Отправившись в город, Иван Северьяныч подслушивает разговор князя с бывшей любовницей Евгенией Семеновной и узнает, что его хозяин собирается жениться, а несчастную и искренне полюбившую его Грушеньку хочет выдать замуж за Ивана Северьяныча. Вернув­шись домой, он не застает цыганку, которую князь тайно отвозит в лес на пчельню. Но Груша сбегает от своих охранниц и, грозя, что станет «стыдною женщиной», просит Ивана Северьяныча ее утопить. Иван Северьяныч просьбу исполняет, а сам в поисках скорой смерти выдает себя за крестьянского сына и, отдав все деньги монастырю как «вклад за Грушину душу», идет на войну. Он мечтает погибнуть, но «ни земля, ни вода принимать не хочет», а отличившись в деле, рассказывает полковнику об убийстве цыганки. Но слова эти не под­тверждаются направленным запросом, его производят в офицеры и отправляют в отставку с орденом святого Георгия. Воспользовавшись

676

рекомендательным письмом полковника, Иван Северьяныч устраива­ется «справщиком» в адресный стол, но попадает на ничтожную букву «фиту», служба не ладится, и он уходит в артисты. Но репети­ции проходят на страстной неделе, Ивану Северьянычу достается изображать «трудную роль» демона, да к тому же, заступись за бед­ную «дворяночку», он «треплет за вихры» одного из артистов и ухо­дит из театра в монастырь.

По словам Ивана Северьяныча, монастырская жизнь его не тяго­тит, он и там остается при лошадях, но принимать старший постриг не считает для себя достойным и живет в послушании. На вопрос одного из путников он рассказывает, что вначале ему являлся бес в «соблазнительном женском образе», но после усердных молитв оста­лись только маленькие бесы, «дети». Однажды Иван Северьяныч за­рубает беса топором, но он оказывается коровой. А за другое избавление от бесов его на целое лето сажают в пустой погреб, где Иван Северьяныч открывает в себе дар пророчества. На корабле Иван Северьяныч оказывается потому, что монахи отпускают его на богомоление в Соловки к Зосиме и Савватию. Странник признается, что ожидает близкой смерти, потому как дух внушает ополчаться и идти на войну, а ему «за народ умереть хочется». Закончив рассказ, Иван Северьяныч впадает в тихую сосредоточенность, вновь ощущая в себе наитие таинственного вещательного духа, открывающегося лишь младенцам.

Ю. С. Чупринина

Сказ о тульском косом Левше и о стальной блохе Цеховая легенда. Рассказ (1881)

После окончания венского совета император Александр Павлович ре­шает «по Европе проездиться и в разных государствах чудес посмот­реть». Состоящий при нем донской казак Платов «диковинам» не удивляется, потому что знает: в России «свое ничуть не хуже».

В самой последней кунсткамере, среди собранных со всего света «нимфозорий», государь покупает блоху, которая хотя и мала, но

677

умеет «дансе» танцевать. Вскоре у Александра «от военных дел дела­ется меланхолия», и он возвращается на родину, где умирает. Взо­шедший на престол Николай Павлович блоху ценит, но, так как не любит уступать иностранцам, отправляет Платова вместе с блохой к тульским мастерам. Платова «и с ним всю Россию» вызываются под­держать трое туляков. Они отправляются поклониться иконе святого Николая, а затем запираются в домике у косого Левши, но, даже за­кончив работу, отказываются выдать Платову «секрет», и ему прихо­дится везти Левшу в Петербург. Николай Павлович и его дочь Александра Тимофеевна обнаруживают, что «брюшная машинка» в блохе не действует. Разгневанный Платов казнит и треплет Левшу, а тот в порче не признается и советует поглядеть на блоху в самый сильный «мелкоскоп». Но попытка оказывается неудачной, и Левша велит «всего одну ножку в подробности под микроскоп подвести». Сделав это, государь видит, что блоха «на подковы подкованная». А Левша добавляет, что при лучшем «мелкоскопе» можно было бы уви­деть, что на всякой подкове «мастерово имя» выставлено. А сам он выковывал гвоздики, которые никак разглядеть невозможно. Платов просит у Левши прошения. Левшу обмывают в «Туляновских банях», остригают и «обформировывают», будто на нем есть какой-нибудь «жалованный чин», и отправляют отвезти блоху в подарок англича­нам. В дороге Левша ничего не ест, «поддерживая» себя одним вином, и поет на всю Европу русские песни. На расспросы англичан он признается: «Мы в науках не зашлись, и потому блоха больше не танцует, только своему отечеству верно преданные». Остаться в Анг­лии Левша отказывается, ссылаясь на родителей и русскую веру, ко­торая «самая правильная». Ничем его англичане не могут прельстить, далее предложением жениться, которое Левша отклоняет и неодоб­рительно отзывается об одежде и худобе англичанок. На английских заводах Левша замечает, что работники в сытости, но больше всего его занимает, в каком виде содержатся старые ружья. Вскоре Левша начинает тосковать и, несмотря на приближающуюся бурю, садится на корабль и не отрываясь смотрит в сторону России. Корабль выхо­дит в «Твердиземное море», и Левша заключает пари со шкипером, кто кого перепьет. Пьют они до «рижского Динаминде», и, когда ка­питан запирает спорщиков, уже видят в море чертей. В Петербурге англичанина отправляют в посольский дом, а Левшу — в квартал, где



678

у него требуют документ, отбирают подарки, а после отвозят в от­крытых санях в больницу, где «неведомого сословия всех умирать принимают». На другой день «аглицкий» полшкипер «куттаперчевую» пилюлю проглатывает и после недолгих поисков находит своего русского «камрада». Левша хочет сказать два слова государю, и англи­чанин отправляется к «графу Клейнмихелю», но полшпикеру не нравят­ся его слова о Левше: «хоть шуба овечкина, так душа человечкина». Англичанина направляют к казаку Платову, который «простые чувст­ва имеет». Но Платов закончил службу, получил «полную пуплекцию» и отсылает его к «коменданту Скобелеву». Тот посылает к Левше доктора из духовного звания Мартын-Сольского, но Левша уже «кончается», просит передать государю, что у англичан ружья кирпичом не чистят, а то они стрелять не годятся, и «с этой вернос­тью» перекрещивается и умирает. Доктор докладывает о последних словах Левши графу Чернышеву, но тот не слушает Мартын-Сольско­го, потому что «в России на это генералы есть», и ружья продолжают чистить кирпичом. А если бы император услыхал слова Левши, то иначе закончилась бы Крымская война

Теперь это уже «дела минувших дней», но предание нельзя забы­вать, несмотря на «эпический характер» героя и «баснословный склад» легенды. Имя Левши, как и многих других гениев, утрачено, но народный миф о нем точно передал дух эпохи. И хотя машины не потворствуют «аристократической удали, сами работники вспоми­нают о старине и своем эпосе с «человеческой душой», с гордостью и любовью.

Ю. С. Чупринина

Тупейный художник Рассказ на могиле (1883)

Рассказ этот автор слышит от няни своего младшего брата Любови Онисимовны, в прошлом красавицы актрисы орловского театра графа Каменского. На Троицу она водит автора на кладбище, где у простой могилы рассказывает историю «тупейного художника» Аркадия.



679

Аркадий — парикмахер и гримировщик — причесывает всех кре­постных артисток графа. Сам он «человек с идеями», другими слова­ми, художник, из себя красавец, и даже граф его любит, но содержит в самой большой строгости и никому, кроме него, не позволительно пользоваться услугами Аркадия. Граф очень нехорош «через свое всег­дашнее зленье» и на всех зверей сразу походит. Любовь Онисимовна в том же театре поет в хорах, танцует и знает все роли в трагических пьесах. Аркадий и Любовь Онисимовна любят друг друга, но свида­ния совершенно невозможны: завет целомудрия, непреложный для актрис, может нарушать только сам граф.

В это время граф устраивает представление в честь проезжающего через Орел государя. Актриса, которая должна играть «герцогиню де Бурблян», ушибает ногу, и ее роль получает Любовь Онисимовна. А в придачу камариновые серьги от графа — подарок «лестный и про­тивный» — первый знак особенной чести быть возведенною в «ода­лиски» и доставленной на графскую половину. Между тем «роковое и искусительное дело» подкрадывается и к Аркадию. К графу приезжа­ет из деревни брат, еще более страшный и заросший. Он вызывает всех цирульников и приказывает им подстричь себя наподобие брата, грозя убить любого, кто его обрежет. Но цирульники отвечают, что привести его в благообразный вид сможет лишь Аркадий. Чтобы обойти правило графа Каменского, его брат призывает к себе Аркашку якобы для того, чтобы остричь пуделя. Аркадий, невзирая на угро­зу пистолетов и находясь в самом мрачном настроении из-за уготованного Любови Онисимовне, брата графа постригает. А Любо­ви Онисимовне обещает ее увезти. Во время спектакля Каменский держится любезно, что предвещает грозу, а после спектакля, когда Аркадий приходит причесать Любови Онисимовне голову «в невин­ный фасон, как на картинах обозначено у святой Цецилии», его шесть человек у двери поджидают, чтобы отвести на «мучительства» в потайные погреба, которые подведены под всем домом. Но Аркадий хватает Любовь Онисимовну, вышибает окно, и они бегут. Но за ними отряжают погоню, и возлюбленные договариваются, что уме­реть согласны, если не удастся от погони уйти. А сами отправляются к священнику, который «отчаянные свадьбы» венчает. Но даже поп боится лютости графа и выдает их. Беглецов везут обратно, а «народ, где встретится, все расступается, — думают, может быть, свадьба».

680

По приезде у Любовь Онисимовны допытываются, сколько време­ни они наедине находились. Аркадия терзают как раз под «покойцем» Любови Онисимовны, которая выдержать этого не может и падает без чувств. А в себя приходит на телячьем дворе, куда ее на­правили по подозрению в сумасшествии под надзор старухи Дросиды. Дросида частенько прикладывается к «ужасному плакону», в котором «яд для замбвения», но Любови Онисимовне его не дает. Она же сообщает, что Аркадия граф отдает в солдаты, но за то, что он пистолетов графова брата не побоялся, снабжает его письмом, чтобы служил он в полковых сержантах и чтобы сразу на войну был послан. Любовь Онисимовна рассказу верит и три года каждую ночь во сне видит, как Аркадий Ильич сражается.

К театру ее из-за болезни ног уже не возвращают, и она делается такой же «пестядникою», как Дросида. Однажды к ней в окно попа­дает камень, завернутый в бумажку от Аркадия. Он пишет, что вер­нулся, получил офицерский чин и все деньги, какие есть, отнесет к графу с просьбой о выкупе Любови Онисимовны и в надежде с ней обвенчаться. Любовь всю ночь Богу молится, потому как боится, что, хотя Аркадий теперь офицер, граф его снова бить будет. А наутро уз­нает, что постоялый дворник ночью обокрал и зарезал офицера. Как только Любовь Онисимовна это слышит, то сразу «бряк с ног долой». На похороны приезжает сам губернатор и называет Аркадия «болярином». А Любовь Онисимовна надолго пристращается к «плакончику», и уже на памяти автора прикладывается к нему по ночам. Автор признается, что более ужасных и раздирающих душу поминок он во всю жизнь не видывал.

Ю. С. Чупринина

Николай Герасимович Помяловский 1835 - 1863

Молотов Повесть (1861)

В одном из петербургских доходных домов на Екатерининском кана­ле живет семья чиновника Игната Васильича Дорогова. У него шесте­ро детей, старшая из них — Надя, ей двадцать лет. Мать семейства, Анна Андреевна, — образцовая хозяйка. В доме царят уют и спокой­ствие.

Дед и бабка Анны Андреевны были бедными питерскими меща­нами. На их дочери, Мавре Матвеевне, которая была умна, хороша собой и трудолюбива, женился мелкий чиновник Чижиков. Хозяйст­венность и энергия Мавры Матвеевны привели к тому, что в семье появился достаток. Анна Андреевна была младшей ее дочерью. Она с детства привыкла к порядку и обеспеченному существованию. Когда Анна Андреевна вышла замуж за Игната Васильича, отношения их складывались непросто. Молодой супруг вел весьма беспутную жизнь, и это причиняло жене немало страданий, пока ей наконец не удалось прибрать его к рукам, приучить к дому. Игнат Васильич стал домо­вит, но в характере его появились строгость и мрачность, которые особенно заметны в его отношениях с детьми.

Когда приходят гости, в доме становится веселее. У Дороховых часто бывают чиновники Егор Иваныч Молотов, Макар Макарыч Ка-



682

симов, Семен Васильич Рогожников, доктор Федор Ильич Бенедик­тов. В один из таких вечеров Рогожников рассказывает историю о своем директоре, который не позволил мелкому чиновнику Меньшо­ву жениться на бедной девушке. Меньшову было предложено по­вышение с условием отказа от невесты, но он отказался. Тогда директор оклеветал своего подчиненного перед невестой. Свадьба была расстроена, а Меньшов получил повышение.

Надя Дорогова воспитывалась в закрытом институте, но воспоми­нания об институтской жизни никогда не были ей приятны. И не­мудрено: там были уродливые порядки. Классные дамы не стеснялись брать взятки у воспитанниц, провинившихся девиц держали в лазаре­те, надев на них смирительные рубашки. В воспитании было много искусственного, фальшивого.

Выйдя из института, Надя много времени проводит за чтением. Мечты о муже и своем хозяйстве перемежаются мечтами о любви. У Нади появляются женихи, но она им отказывает. Девушка часто бе­седует с Молотовым, постоянным гостем в их доме. Она обращается к нему с самыми разными вопросами. Наде кажется, что Молотов чем-то не похож на прочих знакомых.

Молотов приходит к художнику Михаилу Михайлычу Череванину, родственнику Дорогова. Михаил Михайлыч — человек талантливый и оригинальный, но непостоянный. В любви ему не везло, и он стал ци­ником. Когда-то он любил домашний уют, а теперь поселился в не­опрятной мастерской в Песках. Молотов застает у Череванина компанию кутящей молодежи, среди которой с удивлением замечает сыновей знакомых чиновников. Подвыпившие юноши разглагольству­ют о злободневных вопросах.

Молотов и Череванин, покинув веселящихся гостей, идут на Не­вский. Молотов упрекает художника за беспорядочную жизнь. Тот описывает свое душевное состояние: все безразлично, все представля­ется ничтожным. Свой образ мыслей Череванин называет «кладбищенством». В детстве он жил возле кладбища и с тех пор научился видеть во всем мрачные стороны. Впрочем, художник обещает начать новую жизнь, много работать.

Вечер у Дороховых. Здесь и Молотов, и Череванин, и молодой Ка­симов, который еще вчера хотел стать художником, а теперь рад, что получил место чиновника. Молотов рассказывает о начале своей ка-

1   ...   49   50   51   52   53   54   55   56   ...   66


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница