Шмуэль Йосеф Агнон свет торы




Скачать 37.34 Kb.
Дата13.08.2016
Размер37.34 Kb.
Шмуэль Йосеф Агнон

СВЕТ ТОРЫ

Создана ночь лишь для Учения.

Талмуд, Эрувин, 64

Королевка – городок маленький, с ладонь, и людей там немного. Дома там мазанки, одна к другой жмутся, да к земле гнутся, так что пятки Шехине не колют. И если бы не раздавались, слава Богу, визг мелюзги по молельням да вздохи Израиля о тяготах заработка, о бремени налогов да пошлин, не заметили бы, что живут тут люди.

Но есть в Королевке один дом – прямо палаты, и светелка надстроена там под кровлею. Это дом раби Ашера Баруха, местного богача и кормильца. Раби Ашер Барух он таков: злато и серебро в дому, а Тора в нутре. Учен он и достатком обилен. Ученость и сила одному подвалила. Затем и дом его – прямо палаты, выше всех домов города возвышается, хоть и согбен домохозяин, согбен под игом Торы.

А дом таков: внизу лавка и кухня, а наверху, в светелке, сидит раби Ашер Барух, служа Богу и уча Тору, и лишь о Торе помышляет денно и нощно. Жена его домовита и услужлива, торг ведет и дом блюдет, пропитание добывает и почет свой соблюдает, а раби Ашер Барух сидит себе в светелке, служа Богу и уча Тору. До суеты сует не сходит и в торговлю не вмешивается.

Из ночи в ночь еженощно сидит раби Ашер Барух со свечой и учится. И свеча не вставлена ни в серебряный канделябр, ни в оловянный подсвечник, ни в глиняную плошку, ни в дыру в столе, но зажата меж пальцев его. Тора силы изнуряет, и дух сна норовит одолеть корпящих над Учением, и не вред остеречься, чтоб не уснуть, чтоб не задремать. Да затем и зажал раби Ашер Барух свечу меж пальцев, что хоть бы и задремал, хоть бы и уснул – дойдет пламя свечи до пальцев, и тут же пробудится он, встрепенется и встанет на службу Творцу.

А Королевка близка к рубежу, на границе стоит. И, как обычно, водятся в ней контрабандисты, что перегоняют волов с запретной ношей из державы в державу, из державы Русской в державу Его Величества Кесаря. И ночью, как опустеет рыночная площадь и не останется людей у торговых рядов, они выходят и пересекают рубеж и возвращаются обратно, они и волы их. Из ночи в ночь промышляют они своим промыслом, во мраке промышляют, чтобы не заметила их пограничная стража. Лишь свеча раби Ашера Баруха, что поблескивает из окна светелки, путеводной звездой им в пути к городку. А Тора эта – велика она, и нет ей границ. Из ночи в ночь, от заката до рассвета сидит раби Ашер Барух со свечой и постигает слова Учения. Но и соблазны сердца человеческого не навек унимаются, и глубже преисподней вожделение к мнимому сокровищу, и из ночи в ночь выходят контрабандисты и пересекают рубеж и направляют своих волов. Он – ждет сумерек, и они – ждут сумерек. Стемнеет день – восстанет раби Ашер Барух от краткого дневного сна и пойдет в синагогу помолиться минху и маарив. Завершит молитву – вернется домой, отведает чуток еды и отопьет чуток питья, чтобы укрепить тело для Торы, и подымается в светелку свою, и протирает оба глаза свои влажной салфеткой, а жена приносит ему свечи осветить ночь для Торы Божьей. И в этот час собираются все контрабандисты Королевки и выходят в путь – шайка за шайкой, ватага за ватагой. Одни идут к граничным стражам и пьют с ними горилку, затем что питие наводит сон, а другие обматывают ноги соломой и тряпками и выходят на промысел.

Так прошло несколько лет. Раби Ашер Барух постарел, а Тору не оставил. Сила его и теперь как прежняя, а ночь создана лишь для Учения. Вроде есть перемена: теперь приносит ему жена тонкие свечи. Сказала жена раби Ашера Баруха: у Ашера Баруха моего, долгой ему жизни, руки отяжелели от старости, пальцы трясутся, может, не удержит толстых свеч. Но в прочих делах нет перемен. Раби Ашер Барух есть раби Ашер Барух, а свет есть свет – как прежде светил, так и теперь светит. Из ночи в ночь с заката до рассвета сидит раби Ашер Барух и учит Тору, а контрабандисты уходят через границу, усыпляют пограничных стражей и идут через границу уже обратно, возвращаются в город и правят волов на его огонек.

Но не беда, так лихо. Удел всех сынов человеческих неизбежен для всех сынов человеческих, и, как все сыны человеческие, умер и раби Ашер Барух. Раби Ашер Барух умер и отдал Богу душу. Из ночи в ночь, еженощно, сидел он и учил Тору, как сказано: «Не устанут уста от Учения», и не уставали его уста от Учения до самого дня смерти. Но в смертную ночь не смог заняться Торой. Болезнь справилась с ним, и сила покинула его. Спустили его в теплую горницу и уложили в постель. Не горела свеча его в эту ночь. Вышла шайка контрабандистов, а вернуться не смогла. Всю ночь блуждали, родного города не нашли. Плутали всю ночь, пока не рассвело. С рассветом увидели то место издали. Пошли и вернулись домой. Как вернулись, обрушился на них гнев их атамана, и закричал он: чтоб у вас кишки повылазили, ворье проклятое, чем вы всю ночь занимались? Я уж думал, что вы попались или хищный зверь вас съел, и плакали мои денежки. Сказали ему: господин наш, чем мы провинились? Блуждали мы всю ночь в безвидной пустоте, не имея дороги. Блуждали всю ночь и родного города не нашли. Поведали ему, как ходили, и как назад возвращались, и как светил им огонек, и как путь на этот огонек держали. Один огонек в городе, и его свет им путь освещал, а этой ночью не видали света, и померк пред ними город. И сказали: погас свет Королевки. Вещее говорили, но что вещали – не ведали: вскорости прошел слух, что скончался раби Ашер Барух и погас свет Торы в Королевке.

(1910, 1913)

Перевод Исраэля Шамира, редактура Зои Копельман.

«Ибо заповедь – свеча, и Тора – свет» (Мишлей, 6:23)

«Душа человека – свеча Господа, исследующая все тайники утробы» (Мишлей, 20:27)

«Господь, Бог твой, – огонь пожирающий» (Дварим, 9:3)


«…и лишь о Торе Господней помышляет денно и нощно» (Теелим, 1:2)

«…и скажем: хищный зверь съел его [Йосефа]» (Берешит, 37:20, 33)



«Земля была безвидна и пуста, и тьма над бездною» (Берешит, 1:2)






База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница