Секция «Русский язык и языкознание» агнонимы как одно из лексических средств создания речевой характеристики литературного героя




страница1/4
Дата13.08.2016
Размер0.62 Mb.
  1   2   3   4


Научное общество учащихся

Муниципальное автономное образовательное

учреждение «Гимназия № 80»
Секция «Русский язык и языкознание»

АГНОНИМЫ КАК ОДНО ИЗ ЛЕКСИЧЕСКИХ СРЕДСТВ СОЗДАНИЯ РЕЧЕВОЙ ХАРАКТЕРИСТИКИ ЛИТЕРАТУРНОГО ГЕРОЯ
Работу выполнила

ученица 11 «Б» класса

МАОУ «Гимназия № 80»

Рожкова Анастасия Дмитриевна

Руководитель

учитель русского языка

МАОУ «Гимназия № 80»

Агапова А. А.




Нижний Новгород

2015

Содержание.

  1. Введение. Цель и задачи исследования……………………………………………………………………….…3

  2. Обзор литературы…………………………………………………………………....4

  3. Агнонимы как особая лексическая единица.

    1. Сущность понятия «агнонимы»………………………………...………….6

    2. Агнонимы как средство речевой характеристики личности…………..8

4. Агнонимы как лексическое средство создания речевой характеристики литературного героя…………………………………………………………………………11

4.1. . Агнонимы в рассказах М.М. Зощенко………………………………………12

4.2. Агнонимы в романе Т. Н. Толстой «Кысь».

4.2.1. Абсолютные агнонимы и их роль в романе…………………………..22

4.2.2. Концептуальный агноним «Пушкин»…………………………………24

4.2.3. Концептуальный агноним «память»…………………………………..27

4.2.4. Концептуальный агноним «свобода» ………………………………...29

5. Заключение…………………………………………………………………………..34

6. Список литературы ………………………………………………………………..35

1. Введение.

В речи современного человека часто можно встретить употребление слов, значение которых не до конца ему понятно или же не понятно совсем. В связи с этим возникает некоторое количество проблем: человек рискует показать себя в дурном свете, оперируя неизвестными ему понятиями; существует риск деградации поколения. Ученые-лингвисты все чаще сталкиваются с данной проблемой. В науке неизвестные слова, используемые человеком речи, получили название «агнонимы». Данное языковое явление широко распространено в речи современного человека. Ученые доказали, что состав и количество данных единиц лексической системы для каждого человека индивидуально. Но если рассматривать речь поколения в целом, то мы заметим, что эта проблема очень актуальна. Употребление агнонимов свидетельствует об отсутствии должного образования и об изломанном сознании человека. Если человек использует в речи слова, значение которых ему непонятно, значит у него нарушено нормальное восприятие мира (вдумайтесь: он говорит, но сам не знает, о чем он говорит). Меня очень заинтересовало данное языковое явление.

При этом я заметила, что в некоторых литературных произведениях герои иногда также употребляют в речи (речь – один из главных способов создания образа литературного героя) неуместные или же совсем непонятные им самим слова. В художественной литературе речь героя может вступать в исключительно активное взаимодействие с содержанием образа или всей системой образов, обуславливая характер их осмысления. Писатели, будучи людьми, тонко чувствующими языковые особенности своей эпохи, используют агнонимы как эффектный языковой прием для создания образов героев в литературных произведениях. Данный факт привлек моё внимание – так я решила написать исследовательскую работу на тему: «Агнонимы как одно из средств создания речевой характеристики литературного героя». Необходимо отметить, что вопрос использования агнонимичной лексики для создания речевой характеристики персонажа практически не изучен в науке. В процессе работы над исследованием я нашла лишь статьи, посвящённые агнонимам в текстах Л.Н.Толстого и Ф.М.Достоевского, но в этих исследованиях авторы рассматривали агнонимы как слова, непонятные читателям. Из этого следует, что тема, выбранная для работы, актуальна мало изучена.

Насыщая речь героев агнонимами, писатели добиваются определенных целей. Каких? Это мы и разберем в работе. Исходя из выше изложенного, цель моего исследования - изучение роли агнонимов в создании речевой характеристики литературного героя. Рассматривать данные особенности я буду с помощью анализа рассказов М.М. Зощенко и романа-антиутопии Т. Н. Толстой «Кысь». Перед собой я ставлю следующие задачи:



  1. изучить теоретическую сторону данного языкового явления;

  2. проанализировать примеры использования агнонимов в литературных текстах;

  3. объяснить причины использования агнонимов как языкового приема, служащего для создания образа героя.

Объектом моего исследования, как я уже говорила ранее, являются агнонимы.

Предметом исследования является употребление агнонимов в текстах художественной литературы.

Так, изучая данное языковое явление на наглядных примерах, разберем предпосылки возникновения агнонимии как одной из новых особенностей создания автором речевой характеристики образа героя. Мы обратим внимание на особенности употребления агнонимов в текстах в целом и подробно проанализируем цели использования данной лексической единицы.



2. Обзор литературы.

Изучая агнонимы как языковое явление, я познакомилась с монографией В.В.Морковкина и А.В.Морковкиной «Русские агнонимы. Слова, которые мы не знаем». (М, 1997). Авторы монографии предлагают считать агнонимы отдельной единицей лексической системы языка, дают определение термина агнонимы. Лингвисты утверждают, что особенно детально сущность агнонимов видна при сравнении этой единицы лексической системы с ее ближайшим аналогом, в качестве которого выступает категория редких слов. В. В. и А. В. Морковкины предлагают типологические признаки агнонимов, некоторые подходы к их классификации, а также исследуют частоту проявления слов тех или иных групп как агнонимов в нашей речи. Так как любое исследование начинается с изучении теоретической стороны вопроса, монография Морковкиных оказалась мне очень полезной.

Необходимо отметить научные статьи, касающиеся сущности явления агнонимии. Во-первых, это статья Е.М. Липниной «Антропоцентрическая сущность агнонимов» (Психология, социология и педагогика, №11-2012, с.27-31). Автор статьи развивает мысль Морковкиных о том, что агнонимы – это такая лексическая единица языка, которая выделяется только на основе антропоцентрического подхода, т.е. агнонимом, в принципе, может быть любое слово – и зависит это только от личности. Кроме того, автор поднимает также вопросы о соотношении словаря общества и словаря индивида и о предпосылках возникновения агнонимов: временнОй и социальной. Некоторые слова непонятны вследствие того, что они малоупотребимы в данный промежуток времени. Это могут быть новые слова, которые, возможно, впоследствии станут общеизвестными. В эту группу попадают и временно устаревшие слова. Вторая предпосылка возникновения агнонимов – это социальная среда, в которой растёт и воспитывается человек. Если носитель языка в процессе своего развития не сталкивается с какими-либо словами, то, следовательно, эти слова ему непонятны. Данная статья помогла мне грамотно аргументировать мою позицию при анализе концептуальных агнонимов, употребляемых в тексте Т. Толстой. Я смогла не только разделить их на условные типы, но и объяснить причины непонимания главным героем используемых в речи и отраженных в сознании концептуальных понятий.

Во-вторых, не менее интересной мне показалась статья Черняк В.Д. «Агнонимы в лексиконе языковой личности как источник коммуникативных неудач». (Русский язык сегодня. Вып. 2. Сб. статей / РАН, с. 295 – 304). Автор рассматривает агнонимы как одно из средств характеристики языкового портрета личности, утверждая, что словарь личности – ключ к ее социальному поведению, к перспективам интеллектуального, духовного и профессионального роста. Именно эта статья натолкнула меня на общую идею исследования. Кстати, эти же вопросы рассматривает и Мандрикова Г.М. в исследовании «Русская лексическая система в антропоцентрическом рассмотрении: категории агнонимии и таронимии» (http://cheloveknauka.com/v/46261/d?#?page=1).



Изучая вопрос об исследованиях использования агнонимов в художественных текстах, я нашла интересные работы: статью Ружицкого И.В. «Что мы не всегда понимаем у Достоевского» (Русская речь, №6-2014, с. 19-28) и статьи Савиной Е.О. «Агнонимы в языке и в тексте» (Известия Тульского государственного университета. Гуманитарные науки, 2`2014, с.291-295) и «Тайный язык охотников в романе «Война и мир» (Известия Тульского государственного университета. Гуманитарные науки, №2-2013, с.327-331). Авторы статей рассматривали встречающие в тексте Достоевского и Толстого агнонимы, но рассматривали их как неясные читателю лексические единицы. Исследований же, посвящённых употреблению агнонимов героями произведений, я не встретила.

Много интересных работа посвящено исследованию языка героев М. М. Зощенко. Язык его персонажей всегда привлекал исследователей. Я была удивлена, что уже в 1928 году известных русский лингвист В. В. Виноградов написал статью о необычной лексике, встречающейся в рассказах Зощенко. Книга лингвиста А.М.Селищева «Язык революционной эпохи Из наблюдений над русским языком (1917-1926)»(М: Едиториал УРСС, 2003) даёт много интересного материала для изучения языковых особенностей той эпохи, в которой жили герои М. Зощенко. Исследования не прекратились и до сих пор. Особенно интересной показалась мне статья Никитиной Е.В. «Новояз» М. М. Зощенко как картина мира (Христианское просвещение и русская культура: Материалы 8 научно-богословской конференции. – Йошкар-Ола, 2005, с.145 – 158). В статье автор подробно рассматривает все языковые особенности лексики в рассказах Зощенко, но самым важным и интересным для меня был тот факт, что автор статьи утверждает: нарочито изломаный язык его рассказов не столько используется автором для создания комического эффекта, сколько позволяет передать автору изломанное сознание людей послереволюционной эпохи. Эта мысль очень помогла мне при изучении вопроса о цели использования агнонимов не только в рассказах Зощенко, но и в романе-антиутопии Толстой.

Исследуя роль агнонимов в романе-антиутопии Т. Толстой «Кысь», я обнаружила, что незнакомые главному герою слова можно разделить на две группы. Чтобы прояснить для себя особенности слов второй группы – так называемых концептуальных агнонимов – я обратилась к нескольким исследованиям об особенностях восприятия этих понятий в сознании русского человека. Мне показались интересными и очень помогли статьи Демьянкова В.З. Термин «концепт» как элемент терминологической культуры (М.: Издательский центр «Азбуковник», 2007), из которой я почерпнула наиболее понятное для себя определение концепта; Латышевой В.Л. Национальные прецедентные феномены как элементы ассоциативного тезауруса русского и французского языков (Вестник Иркутского государственного университета, №4–2010, с.110-118), в которой представлено очень интересное исследование прецедентных феноменов, в том числе и такого феномена, как «Пушкин» (в романе это один из ключевых слов-агнонимов); Кондакова И.В. Пушкин как феномен русской культуры (Общественные науки и современность.№6–1999, с.160-170), где подробно и интересно рассматривается уже конкретно вопрос о феномене Пушкина. Исследования Лихачёва Д.С., Лотмана Ю.М. помогли мне понять сущность концептуальных понятий «память» и «свобода», которые также являются агнонимами для героя романа Т. Толстой.

Все прочитанные мною статьи укрепили меня во мнении, что вопрос о роли агнонимов как лексического средства создания речевой характеристики героя является актуальным и малоизученным в науке на сегодняшний день.

3. Агнонимы как особая лексическая единица.

3.1. Сущность понятия «агнонимы».

Лексика любого языка представляет собой систему взаимообусловленных и взаимосвязанных лексических единиц одного уровня. Нет языка, в котором любое слово существовало бы отдельно от других, – все они являются частью единой лексической системы.  Что же такое лексическая система?

Лексическая система – совокупность слов данного языка, связанных устойчивыми отношениями и образующих в результате этого внутренне организованное единство1.

 В лексической системе языка выделяют группы слов, связанных общностью (или противоположностью) значения; сходных (или противопоставленных) по стилистическим свойствам; объединенных общим типом словообразования; связанных общностью происхождения, особенностями функционирования в речи, принадлежностью к активному или пассивному запасу лексики и т. д. Системные связи охватывают и целые классы слов, единых по своей категориальной сущности (выражающие, например, значение предметности, признака, действия и т. п.). Языковеды В.В.Морковкин и А.В.Морковкина утверждают, что единицы лексической системы допускают как лингвоцентрическую (язык выступает как данность, зафиксированная в уже имеющихся речевых произведениях), так и антропоцентрическую (язык создан по мерке человека; этот масштаб запечатлен в организации языка, и в соответствии с ним язык должен изучаться) интерпретацию2. Среди единиц, однако, есть такие, которые выделяются только при антропоцентрическом подходе к исследованию языка. Одной из подобных единиц и являются агнонимы.

Агнонимы [от греч. «не» - «знание» - «имя»] – совмещённая единица лексической системы, представляющая собой совокупность лексических и фразеологических единиц родного языка, неизвестных, малопонятных или непонятных многим его носителям.

В качестве основания для отдельного рассмотрения антропоцентрических единиц лексической системы, в частности агнонимов, выставляется тот аргумент, что они, в отличие от своих лингвоцентрическиханалогов (синонимичных рядов, массива редких слов), отражают не объективное соотношение слов в языке и речи, а отношение говорящего человека к элементам своего лексикона, способ существования этих элементов в его сознании.

Особенно рельефно антропоцентрическая сущность агнонимов выявляется при сравнении этой совмещенной единицы лексической системы с ее ближайшим лингвоцентрическим аналогом, в качестве которого выступает категория редких слов. Различие между этими двумя группами слов русского языка заключается в том, что категория «редкие слова» свидетельствует исключительно о частоте употребления слова в речевых произведениях (текстах), и совершенно не касается того, представляет ли оно какую-нибудь трудность для носителя языка или нет. Из сказанного следует, что должны существовать редкие слова, которые не представляют никаких трудностей для большинства носителей языка, а также другие - непонятные для большинства слова, которые отнюдь не могут быть причислены к числу редко употребляющихся. И такие слова, действительно, есть. В качестве примеров В.В. Морковкин и А.В. Морковкина приводят немалую часть «мощного и мутного» потока иностранных слов (брокер, дилер, консенсус, маркетинг, менталитет, мониторинг, респондент, саммит и т.п.) Эти слова и есть агнонимы.

Выделение агнонимов, как и любой другой антропоцентрической единицы лексической системы, представимо только с помощью непосредственного или опосредованного обращения к языковому сознанию говорящего на данном языке человека. И здесь выделяются две группы слов:

1. Некто ЗНАЕТ слово N.

2. Некто ПОНИМАЕТ слово N.

Утверждение о том, что некто ЗНАЕТ слово N, соответствует действительности, если этот некто в состоянии построить такую совокупность правильных в семантическом отношении словосочетаний с этим словом, которая обеспечивает актуализацию всех составляющих его лексическое значение сем. Утверждение же о том, что некто ПОНИМАЕТ слово N, соответствует действительности, если этот некто может построить правильное в семантическом отношении словосочетание или предложение, в котором среди актуализированных по требованию партнера сем есть хотя бы одна, которая в пространстве между наиболее значимой и наименее значимой семами располагается ближе к первой, чем ко второй. Вышеизложенное является одним из важных критериев, обеспечивающих отбор слов русского языка в эту группу агнонимов. Помимо него в систему такого рода критериев входят иные: дидактический, культурологический, эстетический и т.п.

Таким образом, агнонимом будет считаться такая лексическая единица, относительно которой носитель языка может сказать:

1…совершенно не знаю, что значит слово;

2…имею представление только о том, что слово обозначает нечто, относящееся к определенной весьма широкой сфере, например, бакштов – «что-то, связанное с морем»;

3…знаю, что слово обозначает нечто, относящееся к определенному классу предметов, но не знаю, чем именуемый предмет отличается от других предметов этого класса, например, бальнеология – «какая-то наука»;

4…знаю, что слово обозначает определенный предмет, но не знаю конкретных особенностей этого предмета, способов его использования или функционирования, например, сизоворонка – «перелетная птица, но певчая ли она?»;

5…знаю, что обозначает слово, но не представляю как выглядит соответствующий предмет, например, епанечка, таратайка;

6…знаю слово в связи с особенностями своего жизненного опыта и своей специальности, но предполагаю, что многие другие люди его не знают или знают недостаточно, например, менталитет, фрикативный;

Именно эту систему критериев, по которым оценивается принадлежность слова к корпусу русских агнонимов, приводят в своей работе филологи В.В. Морковкин и А.В. Морковкина.

Сейчас выделяют следующие типы агнонимической лексики:

1) устаревшие слова [ист., устар.];

2) специальные термины;

3) слова, принадлежащие той или иной области науки, техники, сфере деятельности;

4) областные слова;

5) церковные слова;

6) стилистически маркированные слова.

Однако наибольший интерес представляет всё же тот факт, что агнонимы – антропоцентрическая единица лексической системы, а это значит, что выделение агнонимов в речи того или иного индивида позволяет судить во многом об особенностях речевого и общего культурного развития человека.



3.2. Агнонимы как средство речевой характеристики личности.

Существуют две предпосылки возникновения агнонимов: временнАя и социальная. Некоторые слова непонятны вследствие того, что они мало употребимы в данный промежуток времени. Это могут быть новые слова (например, менеджер, органайзер, лизинг), которые, возможно, впоследствии станут общеизвестными. В эту группу попадают и временно устаревшие слова. Вторая предпосылка возникновения агнонимов – это социальная среда, в которой растёт и воспитывается человек. Если носитель языка в процессе своего развития не сталкивается с какими-либо словами, то, следовательно, эти слова ему непонятны.



В.Д.Черняк в статье «Агнонимы в лексиконе языковой личности как источник коммуникативных неудач» утверждает, что именно агнонимы «характеризуют словарный запас личности в каждый конкретный момент ее развития. Их количество уменьшается с увеличением образовательного потенциала человека. В то же время не востребованные в течение определенного времени элементы пассивного словаря могут вообще утрачиваться языковой личностью»3.

Лексикон современной усредненной языковой личности характеризуется, с одной стороны, явным расширением определенных зон (показательно, например, интенсивное обогащение массового языкового сознания экономической, компьютерной, медицинской лексикой), с другой стороны, – заметным оскудением словарного запаса, связанным, прежде всего, с количественным сокращением и качественным изменением круга чтения, с экспансией экранной культуры. Естественной и закономерной оказывается агнонимичность многих историзмов и архаизмов. В телевизионной передаче «Устами младенца» девочка-первоклассница так объясняет значение слова бурлаки: «Это такие люди, они очень богатые и на реках они таскают деньги»4.

Агнонимы, являясь заметной характеристикой индивидуального лексикона, определяют речевой портрет отдельной языковой личности, но в то же время характеризуют и речевой портрет общества.

Мандрикова Г.М. в своей научной монографии «Русская лексическая система в теоретическом и прикладном рассмотрении: категории агнонимии и таронимии» формулирует основные положения собственного исследования: «Выделение и рассмотрение новых, концептуально «не обустроенных», аспектов изучения агнонимии – когнитивного, коммуникативного, ортологического, лингвокультурологического и др. - позволяет структурировать проблемное поле агнонимии как языкового феномена, выявив не только ее «разработанные участки», но и «менделеевские места». Выступая объектом серьезного исследовательского интереса в таких областях лингвистической науки, которые теснейшим образом связаны с человеком (теории коммуникации, культуре речи, когнитивистике и др.), агнонимия подтверждает и утверждает свой статус антропоцентрической категории.

«Приближение» носителя языка к значению неизвестного или малопонятного ему слова, т.е. агнонима, производится с помощью опоры на типичные способы объяснения незнакомой единицы. Кроме того, представления о значении агнонима могут складываться также под влиянием других единиц и/или опираются на разного рода социокультурные знания, присутствующие в языковом сознании носителя языка. Выбор того или иного способа объяснения агнонима обусловлен, с одной стороны, сочетанием лингвистических, экстралингвистических и психологических факторов, с другой - собственно лингвистической характеристикой слова. Выбор носителем языка того или иного способа объяснения обусловливается степенью агнонимичности семантизируемого слова».5

Важно помнить, что агнонимы - это не абсолютная характеристика лексикона личности. Чтение литературы, художественной и научной, систематическое обращение к словарям и справочникам, углубление в профессиональную сферу или в сферу личностных интересов обогащают словарный запас, а следовательно, уменьшают количество агнонимичной лексики.

Стоит еще раз отметить, что агнонимы относятся к антропоцентрической категории лексики, т.е. существуют в сознании отдельного человека, а не выделяются как отдельный класс в языке в целом. Если восприятие данной лексической единицы сугубо индивидуально, значит, теоретически, агнонимы могут выступать как один из способов создания характеристики личности героя.

Узнавая об агнонимах всё больше, я с удивлением для себя обнаружила, что встречала не раз подобное языковое явление в художественной литературе. Достаточно вспомнить хотя бы знаменитую сцену из комедии Д.И.Фонвизина «Недоросль»:



«Г-жа Простакова (Правдину). Как, батюшка, назвал ты науку-то?

Правдин. География.

Г-жа Простакова (Митрофану). Слышишь, еоргафия.

Митрофан. Да что такое! Господи боже мой! Пристали с ножом к горлу.

Г-жа Простакова (Правдину). И ведомо, батюшка. Да скажи ему, сделай милость, какая это наука-то, он ее и расскажет.

Правдин. Описание земли.

Г-жа Простакова (Стародуму). А к чему бы это служило на первый случай?

Стародум. На первый случай сгодилось бы и к тому, что ежели б случилось ехать, так знаешь, куда едешь.

Г-жа Простакова. Ах, мой батюшка! Да извозчики-то на что ж? Это их дело. Это-таки и наука-то не дворянская. Дворянин только скажи: повези меня туда, свезут, куда изволишь. Мне поверь, батюшка, что, конечно, то вздор, чего не знает Митрофанушка»6.

Здесь явно видно, что писатель использует слово, которое является агнонимом для госпожи Простаковой, чтобы показать необразованность и её, и её сына Митрофана. Заметим, что Простакова не только не знает, но и не хочет знать значения слова. Кроме того, с помощью слова-агнонима, облик которого искажает в речи героиня, автор добивается комического эффекта в данной сцене. А это значит, что агнонимы вполне могут быть выделены как самостоятельное средство создания речевой характеристики литературного героя.
  1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница