Сценарий полнометражного художественного фильма




страница5/9
Дата17.07.2016
Размер1.46 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9

Василий Степанович, смотрите-ка! Отходят, ей-богу, отходят!

Губернатор направляет свою трубу на флагманский фрегат эскадры. В окуляр хорошо видна суета, происходящая на борту. Бегают не только матросы, но и офицеры.



ЗАВОЙКО

Не иначе, стряслось у них там что-то… Впрочем, бдительность не ослаблять. Следить за всеми передвижениями противника. Я – на «Аврору».

Он быстро спускается по тропинке.


НАТ. БОРТ ФРЕГАТА «ПРЕЗИДЕНТ» – ДЕНЬ

В адмиральской каюте лежит Прайс. Из-под левого плеча вытекает густая тёмная кровь. Рядом валяется пистолет.

Вокруг адмирала - Пуант, врач, офицеры.

Прайс через силу издаёт какой-то хрип. К нему склоняет голову капитан БЭРРИДЖ – плотный невысокого роста брюнет с пышными бакенбардами.



БЭРРИДЖ

Сэр, я слушаю вас.

ПРАЙС

Чёртов пистолет… Я промахнулся…

БЭРРИДЖ

Сэр, я не понимаю…

ПРАЙС

Будьте тверды, капитан. Вы победите. Непременно…

Прайс роняет голову в сторону, теряя сознание.

Пуант жестом подзывает к себе Бэрриджа. Тот подходит, наклоняется к уху француза.

БЭРРИДЖ

(шепчет)

Судя по всему, пуля попала в лёгкое. Долго не протянет.

Пуант кивает. Слегка помедлив, он обращается ко всем, стоящим в адмиральской каюте флагманского фрегата.



ПУАНТ

Господа! Ввиду сложившихся обстоятельств я принимаю на себя командование объединённой эскадрой.

Как ни прискорбно, нам придётся отложить все приготовления к сегодняшней атаке порта.

Среди офицеров – Николсон, презрительно смотрящий на умирающего Прайса.



ПУАНТ

Тем не менее, дабы не давать излишних нежелательных поводов… Адмиральский флаг не будет спущен до… До того момента, как мы займём Петропавловск.

Николсон смотрит с усмешкой, но теперь уже – на Пуанта.

В этот момент один глаз лежащего Прайса приоткрывается. Умирающий адмирал смотрит на окружающих с выражением тоски. Из уголка рта тянется кровавая слюна. Ещё один хрип. Голова адмирала откидывается в сторону.

Все склоняют головы, кроме Николсона, с лица которого не сходит презрительная усмешка.

ЗАТЕМНЕНИЕ

НАТ. АВАЧИНСКАЯ ГУБА – УТРО
ТИТР. Петропавловск. 20 августа 1854 года
Бухта покрыта утренним туманом. Из него медленно проступают очертания трёх фрегатов и парохода «Вираго».
НАТ. СИГНАЛЬНАЯ СОПКА – УТРО

На первой батарее снуют люди, слышны разговоры и даже смех. На самодельном флагштоке поднимается красно-синий крепостной флаг.

Матросы и артиллеристы наблюдают, как пароход, ведущий фрегаты на буксирных тросах, подводит каждое судно к назначенной позиции. «Вираго» при этом выписывает замысловатые зигзаги, чем веселит русских воинов.

ГОЛОСА

(за кадром)

Глянь-ка! Англичанин-то – французскую кадриль отплясывает! Ха-ха-ха!

Фрегаты разворачиваются левым бортом к порту.

Губернатор, стоящий тут же, показывает рукой на флаг.

ЗАВОЙКО

Сражение нам предстоит жаркое, неравное. Жизни свои отдадим, суда взорвём, но флаг не отдадим неприятелю. А пойдём в штыки, Бог даст, и наша возьмёт. Не посрамим, братцы, чести русского воинства!
ГОЛОСА

(за кадром)

Не отдадим! Не посрамим!

На батарее появляется отец Григорий. Воины смотрят на высокого, сутулого священника в чёрной рясе. Отец Григорий открывает требник, начинает молебен. Все крестятся.

Раздаётся свист летящих ядер. В воздух с криками взлетают сотни птиц, сидевших до той поры на деревьях и кустарниках сопки.

Священник прерывает молитву, закрывает требник, отходит в сторону.



ГАВРИЛОВ

Все по местам! Батарея, к бою!

Неприятельские фрегаты ведут беглый огонь из всех орудий. Часть бомб падает рядом с батареей, часть ударяется в скалу за орудиями. От разрывов взметаются кучи щебня, летящие на орудийную прислугу и артиллеристов.

Батарея отвечает редкими залпами.

НАТ. БОРТ «АВРОРЫ» - УТРО

На борту фрегата «Аврора», стоящего за Сигнальной сопкой, Изыльметьев, Александр Максутов, офицеры и матросы наблюдают за взлетевшей большой стаей птиц. Они слышат грохот орудий, но сами неприятельские фрегаты им отсюда не видны.

АЛЕКСАНДР МАКСУТОВ

Наконец-то, Иван Николаевич! Похоже, настоящее сражение предстоит нам.

ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

Застоялись, князь? Ничего, всё ещё впереди.

АЛЕКСАНДР МАКСУТОВ

Ждать – сущее наказание. Нельзя ли мне на батарею, господин капитан, как я просил?

Раздаётся резкий свист. Ядро, перемахнувшее через первую батарею, пролетает над фрегатом и плюхается в воду между судном и берегом.



ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

Князь, всему свой черёд. Вы не останетесь без боя. Даю слово.

НАТ. СИГНАЛЬНАЯ СОПКА. БАТАРЕЯ №1 – УТРО

Завойко смотрит в трубу на бухту. Куски земли и камни падают вокруг него.

Гаврилов командует батареей.



ГАВРИЛОВ

Пятое орудие! Огонь!

Он оборачивается, смотрит на генерала, осыпаемого землёй и камнями, делает несколько шагов к нему.



ГАВРИЛОВ

Василий Степанович, ради Бога, прошу вас, ну, хоть туда, подальше отойдите.

ЗАВОЙКО

Не о том думаете, лейтенант! У вас уже менее тридцати зарядов осталось. Все выстрелы должны попасть в цель. Каждый промах – подарок неприятелю. Идите, я говорю!

Гаврилов возвращается к орудиям.



ГАВРИЛОВ

Второе орудие! Пали!

Завойко видит, как метко стреляют артиллеристы. Видит повреждённую мачту и трубу «Вираго», пробоины и повреждения в бортах неприятельских фрегатов, выведенную из строя пушку на верхней палубе фрегата «Президент».

Раздаются новые взрывы бомб. Генерал отрывается от трубы и смотрит на батарею. Туда же смотрит и лейтенант Гаврилов.

Ядра вонзаются в землю. Их осколки вместе с каменной крошкой падают на артиллеристов. Сквозь клубы дыма и пыли видно, как у кого-то осколком срезает часть руки, кому-то камень разбивает затылок. Одежда матросов иссечена, у многих кровавые раны. Батарея продолжает огонь, но залпы раздаются всё реже.

Гаврилов видит бегущие в дыму фигуры. Ему кажется, что артиллеристы покидают батарею.

ГАВРИЛОВ

(кричит)

Братцы! Стоим! Держимся! Батарею не покидать!

Но это - матросы-санитары, поднявшиеся на сопку, уводят раненых.

Огонь батареи замедляется. Стреляют уже только три орудия из пяти.

ГАВРИЛОВ

Первое орудие! Пали!

Завойко смотрит в трубу и видит, как ядро, пущенное первым орудием батареи, ударяет в корму фрегата «Пик».

Тут же в ответ - свист, взрыв, волна опрокидывает Гаврилова на землю. Он мотает головой, стряхивая куски земли и камней.

Лейтенант открывает рот, но не может произнести ни звука. Он видит сквозь дым, как Завойко машет рукой – отдаёт команды артиллеристам, которые не слышат его из-за грохота.

По лицу Гаврилова течёт кровь из раны на голове. Он трогает голову, потом замечает двух матросов-санитаров, которые пытаются перевязать ему ногу.

Лейтенант отталкивает санитаров, вскакивает и, прихрамывая, идёт в сторону батареи. Один глаз закрыт запёкшейся кровью, но он возвращается к пушкам.

Завойко отходит назад.

Артиллеристы, увидев командира, продолжают стрелять. Гаврилов машет рукой, но очень слабо, едва поднимая её. Губы его беззвучно шепчут: «Огонь! Пали!»

ИНТ. ТРЮМ ФРЕГАТА «ПИК» - УТРО

В трюме фрегата сидят и лежат русские пленные. Здесь темно, только в узкую щель просачивается слабый свет.

Удалой и его товарищи напряжённо вслушиваются в доносящийся гул пальбы. Жена боцмана Усова при каждом выстреле прижимает к груди испуганных детей.

Мощный толчок сотрясает фрегат: попало в цель одно из русских ядер. Не все пленники удерживаются на ногах от этого удара.


УДАЛОЙ

Так их, братцы, круши супостата!

Усова испуганно смотрит на Семёна, быстро крестится, прижимает детей к себе ещё крепче.

НАТ. БЕРЕГ АВАЧИНСКОЙ ГУБЫ. КРАСНЫЙ ЯР – УТРО

ТИТР. Батарея №4

В четвёртой батарее, установленной в Красном яру - на берегу бухты, неподалёку от Никольской сопки, всего три орудия. Командир батареи мичман ПОПОВ – высокий, усатый, средних лет - смотрит в подзорную трубу, машет рукой.

ПОПОВ

Третье орудие! Огонь!

Выстрел. Тут же следует неприятельский ответ, но несколько ядер, пущенных с фрегатов, не долетают даже до берега, плюхаются в воду, поднимая фонтаны брызг.

НАТ. СИГНАЛЬНАЯ СОПКА – УТРО

Первая батарея молчит, но лейтенант Гаврилов по-прежнему стоит и шепчет команды, не замечая, как артиллеристы уносят оставшиеся заряды.

Подбегает мичман Пастухов, что-то говорит, лейтенант его не слышит. Мичман трясёт его за плечо.

ПАСТУХОВ

Господин лейтенант! Приказ генерала - заклепать орудия и оставить батарею. Вы слышите меня?

Гаврилов смотрит на мичмана, словно видит его впервые, встряхивает головой.



ГАВРИЛОВ

Как… заклепать? Батарея должна… вести огонь… до последнего заряда.

ПАСТУХОВ

Заряды уже отправлены на Кошку, второй батарее. А команду - на четвёртую, там ждут десанта. Вам приказано спустить крепостной флаг и перенести его в порт.

Гаврилов

Есть… унести… флаг…

Крепостной флаг медленно сползает вниз. Матросы поддерживают хромающего лейтенанта, уводят его вниз с сопки.

НАТ. КРАСНЫЙ ЯР – УТРО

Мичман Попов смотрит в трубу на стоящий в отдалении французский фрегат «Форт», видит, как от судна отчаливают шлюпки с десантом.

НАТ. АВАЧИНСКАЯ ГУБА. ДЕСАНТ – УТРО

Мимо Сигнальной сопки проходят шлюпки с французским десантом. Матросы видят, как по первой русской батарее, которая уже умолкла, размеренно ходит часовой.

Двое французов стреляют в сторону часового. Тот продолжает ходить, не обращая внимания на проплывающих неприятелей. Французы чертыхаются, прекращают зря тратить заряды.

ГОЛОСА ФРАНЦУЗОВ

(за кадром)

Вот ведь чёртов русский! И пули его не берут!

Шлюпки идут дальше, в сторону четвёртой батареи.

НАТ. КРАСНЫЙ ЯР – УТРО

Неприятель продолжает пристреливаться к четвёртой батарее. Снаряды с фрегатов либо не достигают её, плюхаются в прибрежные воды, либо сильно перелетают. Самые точные попадают в бруствер.

К Попову подходит молоденький ГАРДЕМАРИН.

ГАРДЕМАРИН

В каждой шлюпке человек двадцать, не меньше. Так что всего триста их будет, господин мичман. А может, и более того.

ПОПОВ

Да, многовато для нас.

ГАРДЕМАРИН

А как же подмога? Камчадалы, а ещё сибирцы…

ПОПОВ

Успеют ли прибежать, вот в чём закавыка.

Мичман видит, что шлюпки приближаются на расстояние выстрела. Ещё немного, и они попадут в «мёртвую» зону для русских снарядов.



ПОПОВ

Первое орудие! Огонь! Второе орудие…

Ядро переворачивает шлюпку, с неё падают французские матросы. Но остальные шлюпки уже приближаются к берегу.

Попов лихорадочно осматривается по сторонам, словно надеется, что сейчас из зарослей появятся стрелки, которые помогут отстоять батарею и сбросить десант в воду.

ФЛЭШ-БЭК. НАТ. ПОРТ – НОЧЬ.

Возле домика управления порта разговаривают Завойко и Попов.

ЗАВОЙКО

Запомните, мичман. В бой ввяжетесь только при подходе стрелков. Почувствуете, что батарею не отстоите, заклёпывайте пушки и уводите людей. Орудия и люди – самое важное для нас. Поняли?

ПОПОВ

Так точно, понял, господин генерал.

ЗАВОЙКО

Ваше дело – мешать противнику вести огонь по главным нашим батареям. Поэтому на рожон не лезьте, не геройствуйте попусту. Вы нам ещё в другом месте пригодитесь.

ПОПОВ

Ваше превосходительство, не сомневайтесь. Без подкрепления боя не приму.
НАТ. КРАСНЫЙ ЯР – УТРО

Попов видит, что первые французы уже высадились на берег – метрах в четырёхстах от батареи. Следом от фрегата «Пик» движутся английские шлюпки.



ПОПОВ

Пушки заклепать! Порох закопать!

ГАРДЕМАРИН

Куда закопать?

ПОПОВ

В кусты! Батарея! Отходим на Кошку!

Три десятка воинов отходят быстрым шагом в сторону порта. Некоторые на ходу отстреливаются, прикрывая отход команды четвёртой батареи. Отстреливаются удачно: два неприятельских солдата падают.

Последним идёт Попов.

Первые французские шлюпки врезаются в песчаную отмель. Десантники выскакиваются на берег. Они радостно кричат, паля вверх из своих штуцеров.

Лейтенант Лефебр втыкает в песок длинный шест с привязанным французским флагом. Матросы начинают дикие пляски вокруг флага: захвачена русская батарея. Некоторые прикладами ломают орудия, сбивая прицелы.

ЛЕФЕБР

Вив ля Франс!

Попов скрипит от злости зубами, видя вражеский флаг над своей батареей.

НАТ. СИГНАЛЬНАЯ СОПКА – УТРО

Завойко в подзорную трубу наблюдает за боем на четвёртой батарее. Поворачивается к вестовому.



ЗАВОЙКО

Стрелкам мичмана Михайлова, отрядам Пастухова и Губарева вместе с охотниками идти на подмогу Попову. Отбить атаку десанта.

Вестовой убегает с сопки вниз по тропинке. Генерал подзывает матроса с флажками.

НАТ. БОРТ ФРЕГАТА «АВРОРА» - УТРО

На палубе «Авроры» Изыльметьев и Александр Максутов наблюдают и за Сигнальной сопкой, и за событиями на четвёртой батарее.



АЛЕКСАНДР МАКСУТОВ

Чёрт возьми! Они водрузили флаг, Иван Николаевич!

Изыльметьев молча смотрит в сторону батареи.



ГОЛОС МАТРОСА

(за кадром)

Сигнал от начальника порта.

ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

(не оборачиваясь)

Принимай!

ГОЛОС МАТРОСА

(за кадром)

Батарея пала! Открыть огонь!

ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

Слушай мою команду! Всем расчётам приготовиться открыть батальный огонь по Красному Яру.

(оборачивается к Максутову)

Князь, отправьте тридцать матросов на подмогу второй батарее, к вашему брату. Не дай Бог, неприятель прорвётся туда. Силы-то слишком неравны…

Максутов радостно козыряет, уходит.

На фрегате суетятся расчёты, пушкари готовятся открыть огонь из всех орудий правого борта, обращённого в сторону Красного Яра.

Изыльметьев, продолжая смотреть в трубу, готовится отдать приказ на открытие огня.

НАТ. КРАСНЫЙ ЯР – УТРО

На четвёртой батарее в самую гущу французских матросов падает бомба, раздаётся сильный взрыв, падают убитые и раненые.

НАТ. БОРТ ФРЕГАТА «АВРОРА» - УТРО
ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

Кто стрелял без команды?!

Подбегает Максутов.



АЛЕКСАНДР МАКСУТОВ

Господин капитан, это не наши. Видимо, свои, шальной снаряд.

ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

Тем лучше. Огонь!

Командиры расчётов дублируют команду капитана фрегата. «Аврора» сотрясается от выстрелов всех пушек.

Тут же раздаются залпы из пушек стоящей рядом «Двины».

НАТ. КРАСНЫЙ ЯР – УТРО

На чётвертой батарее теперь рвутся русские ядра. Французы залегли за брустверы, но несколько матросов не успевают спрятаться, падают, сражённые осколками.

Лефебр смотрит на лежащего рядом лейтенанта БУКЕ.



ЛЕФЕБР

Надо дождаться англичан. Без них мы можем не пробиться в порт. Чёрт знает, сколько там этих русских.

БУКЕ

Давайте пока сбросим пушки в море, уничтожим батарею.

ЛЕФЕБР

Вы в своём уме, лейтенант? Видите флаг Франции? Здесь нельзя ничего уничтожать. Это – собственность Империи!

БУКЕ

И что же нам делать? Сидеть тут и тупо ждать?

На батарею продолжают падать русские ядра.

Буке смотрит в сторону бухты и видит, что английские шлюпки встали на якоря.

БУКЕ


Не очень-то они торопятся попасть под русские снаряды. Вам не кажется, лейтенант?

Лефебр высовывается за краешек бруствера и видит, что в направлении батареи бежит сразу несколько групп вооружённых русских.

ЛЕФЕБР

Похоже, нам пора покинуть сей негостеприимный уголок. Я не хочу пасть смертью храбрых

(кивает на пушки)

за эти чугунные чушки.

НАТ. БОРТ ФРЕГАТА «АВРОРА» - УТРО

Изыльметьев смотрит в трубу в сторону четвертой батареи, видит матросов и охотников, бегущих в атаку на французский десант.

ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ



Прекратить огонь!

НАТ. КРАСНЫЙ ЯР – УТРО

Камера с высоты показывает, как отряды Михайлова, Пастухова, Губарева и камчадалы с разных сторон, подбадривая себя криками, приближаются к захваченной неприятелем батарее.

Французы бегут к шлюпкам.

Группы русских воинов соединяются. Они стреляют на ходу, невзирая на огонь неприятельских фрегатов, которые начали прикрывать отход десанта.

Охотник Афанасий приостанавливается, вскидывает ружьё, стреляет. Один из убегающих французов падает в песок.

Лефебр, сжимая флаг, запрыгивает в шлюпку. Следом за ним – офицеры и матросы. Некоторые роняют в воду ружья, фуражки. Французские шлюпки отплывают. Вслед им несутся отдельные выстрелы и весёлые крики русских.

Попов подбегает к батарее, осматривается. Рядом – гардемарин и мичман Пастухов.

ПОПОВ

Экая досада! Теперь пушки не скоро расклепаем…

ПАСТУХОВ


Да ладно тебе ворчать. Главное – отбили батарею.

ГАРДЕМАРИН



Только загадили всё тут. А ещё французы! Тьфу! Извините, господин мичман.

Попов смеётся, глядя на гардемарина. Пастухов похлопывает юношу по плечу.

ЗАТЕМНЕНИЕ

ИНТ. СЕЛО АВАЧА. ИЗБА – ДЕНЬ

В небольшой избе у открытого окна сидит Юлия Завойко. Рядом играют дети. Старший сын Георгий тоже у окна – читает книгу.

Слышатся уханья орудий. Мимо, прихрамывая, проходит старый матрос НАЗАР, приставленный генералом к семье на время эвакуации.

ЮЛИЯ

Назар, не спокойно мне что-то от этой пальбы.

НАЗАР


Всё хорошо, матушка Юлия Егоровна, не извольте беспокоиться.

ЮЛИЯ


Чего ж хорошего? Это ведь всё англичане с французами стреляют?

Матрос прислушивается к выстрелам.

НАЗАР

Вот которые потоньше пищат, те наши, русские. Береговые, стало быть. А ухают – это уж корабельные пушки, басурманские.

Юлия тоже прислушивается к далёким звукам.

ЮЛИЯ

Похоже, они чаще наших стреляют. Разве не так?

НАЗАР


Так-то оно так, матушка. Да только у нашего брата зарядов поменьше будет, вот и берегут. Зря по чайкам не палят.

Юлия смотрит на солдата с улыбкой.

ЮЛИЯ

Умеешь ты успокоить, Назар.

Георгий привстаёт, осторожно теребит мать за рукав.

ГЕОРГИЙ

Матушка, дозвольте…

ЮЛИЯ


Георгий! Ты помнишь наказ отца? Мы не можем его ослушаться. Терпи!
ГЕОРГИЙ

Простите, матушка, я о другом… Вы нам рассказывали, что отец одержал победу в Наваринском сражении.
Юлия гладит сына по голове
ЮЛИЯ

Верно, так и есть. Он был одним из участников сей битвы. А победу одержала соединённая эскадра России, Англии и Франции. Да-а…

(глядит в окно)

Тогда мы были вместе, а не супротив.
ГЕОРГИЙ

Пусть участником. А теперь победит. Победит в Авачинском сражении. Правда?
ЮЛИЯ

Конечно, сын мой. Будем молиться за это.

(задумывается)

Как хорошо ты сказал – Авачинское сражение…
Она гладит сына по голове.

ЗАТЕМНЕНИЕ

КОНЕЦ ПЕРВОЙ СЕРИИ

ВТОРАЯ СЕРИЯ

НАТ. КОШКА – ДЕНЬ

ТИТР. Батарея №2

Вид сверху. Камера плавно спускается к Кошке, к берегу внутренней гавани Петропавловского порта, где вторая батарея ведёт неравный бой с неприятельскими кораблями.

Три фрегата и пароход из восьми десятков орудий бьют бомбами и ядрами. Они стоят частично под прикрытием Сигнальной сопки, что не позволяет батарее задействовать в ответ все пушки сразу.

Раздаётся шипение бомб и свист ядер. Они падают в воду у самой кромки и обдают брызгами артиллеристов, но те словно и не замечают выстрелов.

Возле позиций снуют подростки, подающие зарядные картузы. Появляются женщины, которые принесли еду для воинов. Аксинья с помощницей несёт котел с горячей кашей, ещё две девушки несут дымящийся самовар. Бойцы приветствуют их радостными криками.

Снаряды продолжают свистеть и шипеть, но девушки идут вдоль батареи, не обращая внимания на них. К ним поворачивается комендор УГРЮМОВ.

УГРЮМОВ


Эх, бабоньки, вы бы пригнулись, что ли… Не ровен час, вдарит вам басурман по маковке…

АКСИНЬЯ


(весело)

Вот ещё – кланяться всяким!

Артиллеристы смеются. Девушки заносят еду в один из блиндажей. Подходит командир батареи лейтенант Дмитрий Максутов – в расстёгнутом мундире, без фуражки, пыхтит короткой трубкой.

ДМИТРИЙ МАКСУТОВ

Вот уважили, так уважили. Да ещё и самовар притащили!

АКСИНЬЯ


Так вы тут, поди, совсем без горячего. Проголодались…

ДМИТРИЙ МАКСУТОВ



Да горячего у нас как раз хоть отбавляй! Пятый час без отдыха стреляют.

УГРЮМОВ


Ваше благородие! Да у них, наверное, такого вкусного обеда нема, никто не приносит, вот они и пуляют.

Всеобщий смех.

ГОЛОС МАТРОСА

(за кадром)

Ваше благородие! Опять высовываются!

Максутов оборачивается и видит, что фрегаты вышли из-за естественного укрытия – Сигнальной сопки, и теперь можно задействовать не только шесть, а все одиннадцать орудий.

1   2   3   4   5   6   7   8   9


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница