Сценарий полнометражного художественного фильма




страница1/9
Дата17.07.2016
Размер1.46 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9
Сергей БОРОВКОВ
«1854. АВАЧИНСКОЕ СРАЖЕНИЕ»
(сценарий полнометражного художественного фильма)
Награда за «Лучший сценарий на историческую тему» Открытого ежегодного российского конкурса сценариев игровых полнометражных фильмов для семейного просмотра «Вера, Надежда, Любовь», проходившего в ноябре 2014 года в Москве в рамках XIX Международного фестиваля кинофильмов и телепрограмм «Радонеж»



ПЕРВАЯ СЕРИЯ
НАТ. АВАЧИНСКАЯ ГУБА - УТРО
ТИТР. Россия, Камчатка, Петропавловск - май 1855 года
С высоты Мишенной сопки как на ладони - порт Петропавловска и вся Авачинская губа. Слева и справа высятся вулканы. Вдалеке, у самого входа в бухту, видны полтора десятка чёрных точек – англо-французская эскадра.

Камера стремительно приближается к флагманскому английскому кораблю «Президент».
НАТ. БОРТ ФРЕГАТА «ПРЕЗИДЕНТ» – УТРО
На борту фрегата – низенький, щуплый человек с подзорной трубой. Это – контр-адмирал ГЕНРИ УИЛЬЯМ БРЮС, вновь назначенный командующий английской тихоокеанской эскадрой. Он смотрит на шлюпку, приближающуюся к фрегату.
БРЮС

(говорит по-английски, за кадром - перевод)

Что за чёрт! Еле ползут…
Адмирал переводит окуляр трубы в сторону порта, но видит там лишь крыши маленьких домиков, деревья и кустарники, густо растущие вдоль берега и на склонах сопок.
БРЮС

Куда ж они все попрятались, эти несносные русские? В конце концов, это просто невежливо. Ведь мы имеем право на реванш!
НАТ. АВАЧИНСКАЯ ГУБА. ШЛЮПКА – УТРО
По спокойной глади бухты к кораблям эскадры спешит шлюпка с английскими матросами. Шлюпка пристаёт к борту флагмана. Офицер быстро поднимается на борт.
НАТ. БОРТ «ПРЕЗИДЕНТА» – УТРО
Офицер – лейтенант ДЖОН ХОСКИНС - чётким шагом подходит к адмиралу, начинает докладывать.
ХОСКИНС

Господин адмирал! В ходе проведения тщательной рекогносцировки…
БРЮС

(нетерпеливо перебивает)

Нельзя ли покороче? Самую суть.
ХОСКИНС

Прошу прощения, сэр!

(прокашливается)

Они исчезли, сэр! В неизвестном направлении, сэр! Ни кораблей, ни гарнизона, ни населения в порту не обнаружено. Доклад окончен, сэр!
Адмирал несколько секунд смотрит немигающим взглядом на Хоскинса. Потом резким движением закрывает подзорную трубу.
БРЮС

Скажите, лейтенант… Э-э-э… Я ни в коей мере не хочу заподозрить офицера флота Её Величества в неискренности… Но скажите: вы действительно высаживались на берег этой чёртовой бухты?
ХОСКИНС

Так точно, сэр. И со мной ещё семеро матросов.
БРЮС

И вы всё там внимательно обследовали? И никого…
ХОСКИНС

Так точно, сэр, ни души. Похоже, они разобрали почти все дома, а те, что остались, брошены. На батареях – пустые амбразуры. Ни пушек, ни боеприпасов. Прошу прощения, сэр, очень похоже на экстренную эвакуацию.
Адмирал взбешён, еле сдерживает себя. Он покачивается с пятки на носок, заложив руки за спину, потом берёт себя в руки и приступает к командованию.
БРЮС

Свистать всех наверх! Курс – на порт Петропавловска!
НАТ. ПЕТРОПАВЛОВСКИЙ ПОРТ – ДЕНЬ

На берег со шлюпок выпрыгивают английские офицеры и матросы. Первым идёт адмирал Брюс. За ним поспевает Хоскинс.

Адмирал оглядывается по сторонам. Несколько деревянных домиков выглядят наспех брошенными, но нигде не видны оставленные вещи или утварь.

Хоскинс замечает белый дымок, вьющийся из трубы добротной, крепко сбитой избы, стоящей в стороне, у подножия поросшей лесом сопки. Он делает знак матросам.

Англичане приближаются к строению и видят двух мужчин, сидящих на просторной скамье возле стола, сколоченного из досок.

Один – ЧЭЙЗ – рыжеватый, плотный, судя по всему – ирландец. Второй – БРЭДЛИ - высокий, сухопарый брюнет. Они сидят и, не обращая внимания на подходящих вооружённых людей, занимаются своими делами: Чэйз рассматривает шкурки пушных животных, покуривая при этом трубку, а Брэдли старательно записывает что-то в конторскую книгу.
ХОСКИНС

Эй, вы! Кто такие? Вы русские?
Чэйз лениво поднимает голову и смотрит на англичан. Потом поворачивается к напарнику и говорит по-английски с явным американским выговором.
ЧЭЙЗ

(перевод за кадром)

Бобби, сдаётся мне, что к нам пожаловали британцы…
БРЭДЛИ

(говорит, не поднимая головы от конторской книги)

Откуда им тут взяться, мистер Чэйз? Это же Тихий океан, а не Атлантический. Так что вряд ли…
ЧЭЙЗ

Ну, на коряков-то они точно не похожи. Думаю, это всё-таки овсянники.
Хоскинс с изумлением слушает этот диалог, поворачивается к адмиралу. Брюс подходит к сидящим.
БРЮС

Потрудитесь встать. Я – адмирал флота Её Королевского Величества Генри Брюс. Кто вы такие? И где население и гарнизон этого порта?
Чэйз и Брэдли словно не слышат англичанина и продолжают заниматься своими делами.

Наконец Чэйз выбивает о каблук сапога трубку и встаёт.
ЧЭЙЗ

Видите ли, сэр. Мы не являемся подданными

(ухмыляется)

королевы Виктории. Мы – граждане Соединенных Штатов.


БРЮС

(с удивлением)

Американцы? А какого черта… Извините, что вы тут делаете?
Тут адмирала осеняет какая-то мысль, и он с подозрением смотрит на американцев.
БРЮС

Вы сражались на стороне русских против нашей эскадры?!
В разговор вступает сухопарый напарник Чэйза.
БРЭДЛИ

Ну, что вы, сэр! Вы же видите – мы обыкновенные коммерсанты. Как говорят русские – купцы. Мистер Чэйз – известный в Америке торговец пушными товарами, а я веду бухгалтерию в Русско-Американской компании. У нас есть патент на ведение дел в Петропавловске. Но мы не воюем, упаси Господь! У нас одно ружье на двоих, для охоты. Ну и от медведей отстреливаться.
ЧЭЙЗ

(с усмешкой)

И уж вашу эскадру мы с Бобби никак не смогли бы в прошлом году прогнать из этой бухты.
В это время в ближайших зарослях раздается медвежий рёв. Бродившие там английские матросы бросаются врассыпную, кто-то начинает палить в воздух.
ХОСКИНС

Отставить стрельбу!

(обращается к американцам)

Это что – медведь?
ЧЭЙЗ

Видимо, не успел эвакуироваться. Да не волнуйтесь вы так, он сейчас убежит.
БРЮС

(в ярости)

Не вижу повода для шуток, господа. Мы можем вас посадить под арест за пособничество неприятелю.
БРЭДЛИ

Сэр! При всем нашем уважении, у вас нет этому никаких доказательств. И вообще, Соединенные Штаты не находятся в состоянии войны с британской короной.
БРЮС

Я не привык обсуждать такие мелочи с военнопленными!
Адмирал отходит в сторону, подзывает жестом Хоскинса. Они шепчутся. Лейтенант кивает, возвращается к американцам. А адмирал со свитой удаляется в сторону берега бухты.
ХОСКИНС

Ладно, господа негоцианты! Его превосходительство дарует вам свободу.
Американцы ехидно улыбаются.
ХОСКИНС

Но советую вам побыстрее уносить отсюда ноги. Если хотите остаться не только свободными, но и живыми.
Лейтенант коротко козыряет и убегает к своим товарищам, которые уже рассаживаются в шлюпке. Американцы смотрят вслед английским морякам.
ЧЭЙЗ

Бобби, ты знаешь, я никогда особенно не симпатизировал русским, хотя и чертовски уважал губернатора Бэйзила. Но не могу не отметить, как здорово прошлым летом они дали пинок под зад этим британцам, а заодно и лягушатникам.
БРЭДЛИ

Да, мистер Чэйз, вы правы. А кстати, вы не знаете, что имел в виду этот забавный офицер, говоря, что нам следует уносить подальше ноги?
Американцы переглядываются, потом смотрят в сторону английских кораблей на рейде. Чэйз хватает подзорную трубу, наводит её в сторону кораблей, стоящих на рейде.
БРЭДЛИ

Это то, что я думаю, мистер Чэйз?
ЧЭЙЗ

Бобби, собирай живо манатки! Деньги, инструменты, документы, одежду. И в сопки!
Американцы быстро забираются по склону ближайшей сопки, густо заросшему деревьями и кустарником.

Остановившись, чтобы отдышаться, они оборачиваются и смотрят на бухту, где стоят английские корабли.
НАТ. БОРТ ФРЕГАТА «ПРЕЗИДЕНТ» - ДЕНЬ
Адмирал Брюс стоит у борта, держит в руке белый платок. Рядом – Хоскинс, другие офицеры.
БРЮС

Проклятье! Мало того, что не захватили эту деревеньку, так ещё и упустили корабли. Позор британского флота, а не командование. Ничего! Я проучу этих русских.
ХОСКИНС

Сэр! Осмелюсь напомнить – там никого нет. Зачем тратить заряды?
Брюс смеряет офицера суровым взглядом.
БРЮС

Не для того я назначен командующим тихоокеанской эскадрой флота Её Величества, чтобы беспечно качаться на волнах. Эту дыру мы уничтожим.
Он машет платком.
БРЮС

Огонь!
НАТ. ПЕТРОПАВЛОВСКИЙ ПОРТ. БЕРЕГ – ДЕНЬ
Чэйз и Брэдли сидят в кустах и видят, как у борта одного из фрегатов вспыхивает белый дымок пушечного выстрела…
ЗАТЕМНЕНИЕ
ИНТ. ДОМ ГУБЕРНАТОРА ЗАВОЙКО - ВЕЧЕР
ТИТР. Камчатка. Петропавловск. Годом ранее. Июль 1854 года
У подножия большой сопки - одноэтажный бревенчатый дом. На склонах сопки - заросли каменной берёзы и хвойных кустарников. Вокруг дома - большой сад. В углу сада на небольшом постаменте высится грубо отёсанный камень с надписью - памятник командору Витусу Берингу.

В гостиной этого дома, где живёт семья начальника Петропавловского порта и военного губернатора Камчатки генерал-майора ЗАВОЙКО, вокруг большого стола и вдоль стен стоят ОФИЦЕРЫ.

Входит капитан-лейтенант ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ, командир фрегата «Аврора».
ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

Разрешите, Василий Степанович?
Завойко — худощавый, среднего роста, лет 45, волосы тронуты сединой, аккуратно подстриженные усы - стоит у стола и рассматривает с другими офицерами разложенную карту.
ЗАВОЙКО

Да, Иван Николаевич, проходите. Мы как раз сейчас обсуждаем – как здорово получилось, что ваша «Аврора» пробилась к нам из Каллао. А главное – очень вовремя.
Изыльметьев – высокий, плотного телосложения офицер с большими усами - окидывает взглядом присутствующих, слегка склоняет голову, приветствуя их. Потом вновь поворачивается к губернатору.
ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

Что-то случилось?
ЗАВОЙКО

Да. Война перестала быть делом только России и Турции. Англия и Франция нынче выступают на стороне нашего противника. Можно сказать, в официальном порядке.
ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

Сведения верные?
ЗАВОЙКО

Нынче уже верные. Первые слухи о разрыве с европейскими державами дошли до нас ещё зимой, китобои письмо привезли от короля Сандвичевых островов. Но на сей раз, Иван Николаевич, и подтверждение имеется. Вы уже, верно, видели на рейде торговый бриг «Ноубль»?
Губернатор показывает рукой в сторону окна, выходящего на Авачинскую губу.

Изыльметьев согласно кивает.
ЗАВОЙКО

Он доставил почту, письмо от американского консула в Гонолулу. Консул пишет весьма осторожно, но сомнений нет: объявлена война. Да и газеты американские прямо дают понять, что теперь английским и французским торговым судам в Тихом океане можно ходить без опаски, а вот русским кораблям… Впрочем, вы сами видели, где гуляет их флот, так что в скором времени вполне можно ожидать вражеские эскадры и у наших берегов.
ПЕРВЫЙ ОФИЦЕР

Может статься, это всё только газетные сплетни, господин генерал? Мало ли что там показалось этим писакам?
ВТОРОЙ ОФИЦЕР

Не скажите. И от сплетен бывает польза. Вы давеча рассказывали, как узнали о Синопской виктории, Иван Николаевич…
ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

Верно. «Аврора» стояла в Рио-де-Жанейро, когда какой-то купец… кажется, голландский… так вот, этот купец сообщил нам, что русские корабли при Синопе разбили наголову турецкий флот. Ох, и порадовались мы тогда! От нашего салюта весь Рио не спал. Впрочем, господа… Василий Степанович, поймите меня правильно… Я весьма рад этому известию. А то, признаться, мы уж думали – стоило ли вырываться из перуанского заточения, чтобы просто зимовать здесь. Я могу передать эту весть экипажу «Авроры»?


ЗАВОЙКО

Непременно, капитан, непременно передайте. Команда фрегата должна быть готова к отражению атаки неприятеля. Тем паче, мы с вами даже не знаем, когда их следует ожидать. И сколько у нас времени на подготовку. Может статься, его и вовсе нет…
ВТОРОЙ ОФИЦЕР

Хорошо, господин генерал, что вы тогда восприняли эти слухи всерьёз. Сколько уже сделано по укреплению порта. И причалы построены, и мастерские, и казармы…
ЗАВОЙКО

(перебивает)

А ещё больше, господа, предстоит сделать.
Генерал отходит к окну, смотрит на берег Авачинской губы, где в наступающей темноте видны костерки. Оборачивается к офицерам, заводит руки за спину. Взгляд его решителен.
ЗАВОЙКО

Русские порты здесь, на востоке России, находятся в фактической осаде. И наш Петропавловский порт должен быть всегда го­тов встретить неприятеля и нанести ему возможный вред. Как бы велик числом ни был враг, нам надлежит сделать всё возможное для защиты порта и чести русского оружия. И драться до последней капли крови…
Генерал смущенно кашляет в кулак.
ЗАВОЙКО

Уж извините, господа, великодушно за пафос, но, кроме нас, некому защитить честь России на самой её окраине.
Офицеры, впечатлённые неожиданной речью начальника порта, с уважением смотрят на него.
ЗАВОЙКО

А вы, Иван Николаевич, ступайте. Ступайте на «Аврору», готовьте экипаж к выгрузке орудий и размещению их на батареях.
Изыльметьев коротко кивает и готовится выйти из губернаторского дома.

В это время в дверях появляется супруга начальника порта ЮЛИЯ ЗАВОЙКО - невысокая черноволосая дама, одетая весьма просто.

Все офицеры встают.
ЮЛИЯ

Господа офицеры!
Она подходит к генерал-майору.
ЗАВОЙКО

Душа моя! Надеюсь, ты с добрыми вестями?
ЮЛИЯ

Более чем. Я очень рада, что вы все здесь собрались. Разрешите сделать объявление. Послезавтра во втором офицерском флигеле состоится премьера спектакля.
ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

(удивленно)

Спектакля? Здесь ещё и театр имеется? Замечательно!
ЮЛИЯ

Да-да, наша любительская труппа приглашает всех желающих. Будет очень интересно. Жаль, Иван Николаевич, что вы и ваши товарищи не видели наше первое представление.
ПЕРВЫЙ ОФИЦЕР

Как же, как же, помним. «Ревизор» Николая Гоголя был очень хорош.
ЮЛИЯ

Спасибо, господа. Но и эта постановка тоже весьма недурна.
ВТОРОЙ ОФИЦЕР

Юлия Егоровна, а что нынче дают? Не Шекспира ли? Или, может, Мольера?
ЮЛИЯ

(улыбается)

Ну, что вы, господа, помилуйте! Пьеса очень даже патриотическая. Но какая именно – пока секрет.
ЗАВОЙКО

Не беспокойся, душа моя, всенепременно будем. Господа офицеры обещают аншлаг.
Все одобрительно улыбаются.

Изыльметьев, поклонившись Юлии, выходит.
ПЕРВЫЙ ОФИЦЕР

Юлия Егоровна, вы словно подслушали наш разговор. Или это женская интуиция?
ЮЛИЯ

Что?
ПЕРВЫЙ ОФИЦЕР

Насчёт патриотизма…
ЮЛИЯ

(тревожно)

Господа, что-то случилось?
ЗАВОЙКО

Не беспокойся, дорогая, я тебе всё объясню потом. Но спектакль, думаю, состоится. Обязательно состоится.
ВТОРОЙ ОФИЦЕР

Если, конечно, не начнёт извергаться какая-нибудь из этих сопок.
ЮЛИЯ

На всё воля Божья, господа, но я надеюсь, что вулканы хотя бы дождутся, пока опустится занавес.
Все расходятся.
ИНТ. БОРТ ФРЕГАТА «ПРЕЗИДЕНТ» - НОЧЬ
ТИТР. Где-то в Тихом океане
В кают-компании английского флагманского фрегата «Президент» - два контр-адмирала: англичанин ДЭВИД ПРАЙС и француз ФЕВРЬЕ ДЕ ПУАНТ. Первый – долговязый, седой, бледный, второй – низенький, тоже седой, благообразного вида. Француз сидит и читает газету, англичанин ходит по кают-компании, попыхивая трубкой.

Они ведут давний, судя по всему, спор.
ПРАЙС

Если бы не ваше упорство, адмирал, мы бы давно уже захватили русскую «Аврору». Но вам надо было обязательно дожидаться официального известия о начале военных действий. Все эти ваши «высшие соображения», «особые обстоятельства»… Ну, и к чему это привело? Этот капитан с совершенно непроизносимой фамилией исчез вместе со своим фрегатом. Растворился на просторах Тихого океана…
ПУАНТ

Ну-ну, не стоит так горячиться, коллега. Одним русским больше, одним меньше — какая разница?
ПРАЙС

А если фрегат уже в Петропавловске? И готовится вместе с основным гарнизоном встретить любого неприятеля?
ПУАНТ

Какой там может быть гарнизон? О чём вы, адмирал?
ПРАЙС

Мы же с вами вместе недавно читали в газете «Полинезиаль» - русских может быть до нескольких тысяч.
ПУАНТ

Откуда они знают? Кто из этих писак там был? Я думаю, в Петропавловске, при самых радужных для русских подсчётах, не более трёхсот человек. И мы их возьмём с первой атаки. Ну, а если виктория будет не за нами… Тогда у вас будет оправдание, что, дескать, там был многотысячный гарнизон, вооружённый до зубов, даже в газетах об этом писали. Ха-ха!
ПРАЙС

Оставьте ваши неуместные шутки, адмирал!
ПУАНТ

Пардон, давайте о деле.
Адмиралы подходят к большой карте, развёрнутой на столе.
ПРАЙС

Когда наша эскадра подойдёт к воротам Авачинской губы, мы пошлём на разведку пароход «Вираго». На нём выставим американский флаг, русские не должны ничего заподозрить. Если не будет никаких сюрпризов, следом войдут и основные силы. Есть возражения?
Француз церемонно склонил голову, пряча усмешку.
ПУАНТ

Нет, сэр. Ваш план принимается.
НАТ. БЕРЕГ АВАЧИНСКОЙ ГУБЫ – УТРО
ТИТР. Несколько дней спустя
Камера словно парит вдоль берега бухты - над Сигнальным полуостровом, состоящим из двух сопок – Сигнальной и Никольской. Видно, как на Сигнальном мысе, а также на седловине полуострова и внизу, у самой косы, идут строительные работы: в одном месте привезённый строевой лес укладывается в основание будущей батареи, в другом люди с кирками и молотами вгрызаются в камень сопки, расширяют площадки для пушек. Работают быстро и сосредоточенно.

Камера приближается к берегу Ковша – внутренней гавани.

По берегу идёт Изыльметьев. Рядом с ним вышагивает высокий стройный офицер с волевым лицом, острыми, слегка восточными, чертами – лейтенант АЛЕКСАНДР МАКСУТОВ.
ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ
Князь, извините, что повторяюсь, но мне представляется, что вы чересчур поддаётесь своему унылому настроению. Понимаю, что вас не вдохновляет остановка «Авроры», что вам…
АЛЕКСАНДР МАКСУТОВ

Да-да, Иван Николаевич, именно так, я считаю, что наше место — на Чёрном море, там, где сейчас начинаются главные события.
Командир «Авроры» внимательно смотрит на лейтенанта.
ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

Князь, а разве при защите Отечества бывают не главные события? Судьба распорядилась так, что мы можем встретить неприятеля именно здесь, на самой окраине России. Неужели географические соображения могут повлиять на вашу готовность сразиться с вражеской эскадрой?
АЛЕКСАНДР МАКСУТОВ

Нет, капитан, вы меня неверно истолковали… Просто мне показалось, что все наши усилия здесь, в этом, простите, захолустье,

(обводит рукой вокруг)

будут совершенно напрасны. Мы не знаем доподлинно - придут ли англичане, да и сколько их. А там

(показывает рукой куда-то в сторону)

как никогда нужны наши силы, наши штыки, наши орудия.
Капитан замедлил шаг, повернулся лицом к князю.
ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

Знаете, Александр, я уверен, что, когда пробьёт час, вы даже не вспомните об этих своих словах, а со всем мужеством и отвагой исполните воинский долг. Как это сделал ваш брат Павел.
От неожиданной перемены темы разговора Максутов сбился с шага и посмотрел на капитана. Его лицо тронула улыбка.
АЛЕКСАНДР МАКСУТОВ

Вы слыхали о нём? Впрочем… Да, Павел служит флаг-офицером на линкоре «Париж». И в Синопском сражении он, действительно, отличился. Мы с братом Дмитрием очень гордимся им.
ИЗЫЛЬМЕТЬЕВ

Кстати говоря, Дмитрий сейчас руководит работами на батарее - той, что на Кошке. Пойдёмте, князь,
  1   2   3   4   5   6   7   8   9


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница