Репрессивные акции американских оккупантов на свободу убеждений журналистов ирака и их право беспрепятственно искать, обрабатывать и распространять информацию




Скачать 180.64 Kb.
Дата01.07.2016
Размер180.64 Kb.


Хассан Абдуллах

Белорусский государственный университет
РЕПРЕССИВНЫЕ АКЦИИ АМЕРИКАНСКИХ ОККУПАНТОВ НА СВОБОДУ УБЕЖДЕНИЙ ЖУРНАЛИСТОВ ИРАКА
И ИХ ПРАВО БЕСПРЕПЯТСТВЕННО ИСКАТЬ,
ОБРАБАТЫВАТЬ И РАСПРОСТРАНЯТЬ ИНФОРМАЦИЮ

Профессиональная деятельность журналистов по формированию массово-информационных потоков и прагматическое интегрирование их в общественный процесс никогда не существовали автономно от таких сопутствующих ключевых факторов, как свобода в поиске, систематизации, обработки и распространения фактов, идей и мнений. Так было и с первых дней оккупации американскими агрессорами и их сателлитами по НАТО Ирака. Так продолжалось на протяжении всего периода присутствия их в стране. Нежелание обслуживать только лишь оккупационную власть и игнорировать широкую общественность, защита плюрализма в механизме формирования социально важных информационных потоков – это сложнейшая, трудно преодолимая проблема в профессиональной деятельности журналистов Ирака того периода. С ростом в стране политического сознания, необходимости соблюдения естественных прав иракских граждан на беспрепятственное получение и распространение информации, упорство борьбы национальных СМИ за свободу информирования правдивыми фактами нарастало как непосредственно с оккупантами, так и с продажными владельцами печатных изданий, пытавшихся определить второстепенную незначительную роль профессиональной деятельности журналистам в тот сложнейший период жизни нашего государства. Более того, противопоставить этой деятельности необходимость беспрекословного выполнения политической воли власти и нести ответственность за неугодную оккупантам стратегию выражения официальной точки зрения на идеологию, насильственно насаждаемые чуждые национальным интересам доктрины и ограничить тем самым независимое суждение на окружающую действительность.

Изначально отношение американских оккупантов и их сателлитов к профессиональной деятельности журналистов было своего рода карательной операцией, рассчитанной на то, чтобы путем создания антидемократических законов, запугивания, а также их физического устранения заглушить в редакционных коллективах попытки восстановить в Ираке положение о массово-информационном творчестве СМИ как о четвертой власти. Фактов в этом отношении можно привести много. Так, только за первые три месяца оккупации страны было убито или пропали без вести 87 иракских журналистов, арестовано 29 главных редакторов газет, национального телевидения и радиовещания, подложены бомбы и взорваны 22 редакции и т. д. [1, с. 6]. Британские вояки, например, в Басре ежедневно обстреливали корреспондентов местного телевидения и радиовещания, а также газеты «Аль-Шумер» резиновыми пулями [2, с. 1]. В результате психология подозрения и постоянного страха превращалась в фактор раскола в среде иракских журналистов, не только разлагающего национальную прессу с точки зрения подходов к решению актуальных проблем правдивости информационной насыщенности текстов публикации, но и неизбежной интервенции на профессионализм корреспондентов извне, т. е. оккупантов. Подобная практика приводила к формированию как в редакционных коллективах в целом, так и среди отдельных журналистов, противоположного мировоззрения в принятии конкретных решений по сбору, систематизации, обработке, а также интегрирования в читательскую аудиторию информации. В таких сложных условиях проблема лояльности или нелояльности к оккупантам имела столь огромное значение в творчестве корреспондентов и редакторов, что многие из них предпочитали в лучшем случае прекращение исполнения своего профессионального долга простым уходом из редакции в поисках другой сферы деятельности, нежели жертвовать своей честью, достоинством, а, чаще всего, и жизнью.



Само собой разумеется, что наши выводы имеют самое непосредственное отношение к процессам формирования в оккупированном Ираке такого важнейшего социального форума общественности, как средства массовой информации и его основного составляющего звена. И по тому, какая базовая идеология станет определяющей в сегменте этого формирования зависело будущее иракских СМИ на ближайшие годы. Уже в первые месяцы оккупанты были единодушны в том, что одних только карающих приказов, декретов и постановлений о специфике функционирования иракской журналистики в условиях присутствия иностранных войск было явно недостаточно. Поэтому специальным посланником США в Ираке Полом Бремером и его подручными из числа агентов ЦРУ и ФБР было принято решение отравить и поработить, как подчеркивала газета-однодневка «Таахи», сознание журналистов страны путем интенсивного политического давления [3, с. 2]. С этой целью ими устраивались конференции, пресс-релизы, обзоры прессы и другие мероприятия. Обычно они проводились 1-2 раза в месяц в Багдаде, Басре, Васиде, Дикаре, Кербеле, Майсане, Мутанне, Эрбиле, Самане, Сулеймании и других административных центрах Ирака. На них, как правило, опытные агенты ЦРУ, разведок других государств, сателлитов США, читали лекции, делали доклады, проводили мастер-классы: «Губительным было то, – писала газета «Ит-Тихад», – что так называемые наставники, пытаясь изо всех сил оболванить иракских журналистов, доказывали преимущество творческих методов формирования массово-информационной деятельности американскими масс-медиа и необходимости переключать свой профессионализм на нужды оккупационной демократии» [4, с. 3]. Посещающих такие мероприятия было много. Дело в том, что после них, как правило, устраивались оплачиваемые американской администрацией обильные обеды или ужины, присутствующим выдавались дорогие подарки, продовольственные наборы и конверты с деньгами. В условиях плохого снабжения городского населения продуктами питания, а также девальвации динара такие подачки способствовали относительно большому количеству журналистов, присутствующих на мастер-классах. По замыслу оккупантов, такие мероприятия должны были существенно изменить ситуацию в профессиональной работе иракских журналистов и повлиять на изменение всей структуры СМИ в стратегии создания и распространения фактов, идей, мнений и суждений в обществе. Утверждая так, мы имеем в виду стремление оккупационной администрации соединить в единый диалектический комплекс формирование особого субъективного отбора фактов в содержании информационных потоков, составления специфического прейскуранта тем и подтем, подчинения творческого потенциала корреспондентов и редакторов фиктивной массовой оккупационной риторике с восхвалением американских усилий по строительству в Ираке «демократических» базисных и надстроечных институтов. Значительное место на занятиях в мастер-классах отводилось также расширению потребительских функций читательской аудитории и превращению с этой целью печатных, эфирных и электронных субъектов СМИ в доходный бизнес, рынок сбыта массовой информации по стратегии так называемых рецептов «репортеры без границ», т. е. свобода слова – это прекрасно, а необходимость честно служить оккупантам – это совсем другие закономерности. Такой субъективизм и волюнтаризм, проявляющиеся в соответствии с принципами диктата логики о максимальном приближении творчества к конъюнктуре, основанной на антинациональных интересах, в то же время позволяли осуществлять, как писала подпольная газета «Аль-Джамахир», «жесточайший политический контроль над всем содержанием массово-информационной деятельности редакционных коллективов и особенно альтернативной прессы… Оккупанты и их наставники из числа агентов ЦРУ и ФБР практически сводили на нет вопрос профессионализма журналистов, средств массовой информации как важнейшем социальном институте, в основе деятельности которого должно быть заложено постоянное стремление достижения высокой информированности общественно важными фактами и идеями, объективная потребность осуществлять эту информированность в рамках не оккупационной администрации, а подлинным интересам страны… Свобода и ответственность всегда взаимоотносительны с конкретной деятельностью журналиста в соответствии с его общественным долгом, основывающимся на закономерностях взаимозависимости объективной действительности и максимального проявления профессионального потенциала… На занятиях мастер-классов проявлялось грубое политическое давление на журналистов, их творчество и мировоззрение» [5, с. 1].

Естественно, что политическое давление на журналистов невозможно рассматривать только с одной стороны. Анализ конкретных фактов дает основание сделать вывод о том, что оно имеет два диалектически взаимосвязанных фактора. Первый из них – насколько эффективно влияет на профессиональную деятельность политическое давление? И второй – какой непосредственно эффект на практике этого давления, его результативность? Если первый вывод напрямую зависит от содержания проводимых агентами ЦРУ мероприятий, их осуществления, то второй – с национальными традициями, живучестью и преемственностью этих традиций в журналистской профессиональной деятельности, ресурсами субъектов СМИ, социальными статусами и кодексами редакторов и корреспондентов в обществе, наконец, потребностями читательской аудитории в получении объективных новостей. Между двумя этими взаимозависимыми, казалось бы, неделимыми понятиями в оккупированном Ираке никогда не было социального согласия. Властные структуры политическое давление осуществляли на принципах отсутствия реализма, самоутверждения, нетерпимости к проявлению инициативы журналистами, выбора независимых творческих моделей деятельности по формированию информационных потоков. Причем, следует иметь в виду, что политическое давление осуществлялось вне рамок элементарного соблюдения свободы печати, прав граждан страны на получение и распространение правдивых новостей, грубого попрания национальной правовой системы, конституции.

Нами был проведен анонимный социологический опрос 123 журналистов таких проамериканских изданий, как «Аль-Джумхурийя», «Аль-Заман», «Аш-Шабаб», «Аль-Ислах», «Аль-Баян», «Алитыджахакахр» и «Аль-Массар». 90% из опрошенных заявили, что на них постоянно оказывается политическое давление на принудительно посещаемых конференциях, пресс-конференциях, мастер-классах, летучках и планерках. Это же давление они испытывают от цензуры главных редакторов и оккупационной администрации в процессе написания, а также прохождения рукописей непосредственно в номер. В результате такого просеивания из этих рукописей выбрасывается все негативное об оккупационной политике властей. Особенно тщательно редактируются комментарии журналистов о преступлениях военщины на иракской земле и до неузнаваемости заменяются совершенно противоположными выводами, а также заключениями. Попытки корреспондентов отстаивать свою точку зрения на такие факты оборачиваются для них письменными предупреждениями, выговорами, понижением в должности или вообще освобождением от занимаемых должностей, т. е. увольнением. 81% заявили, что такая практика существует во всех названных выше редакциях и порождает ежедневный страх, жесткую самоцензуру профессиональной деятельности. Остальные опрошенные нами журналисты считают, что взаимозависимость между творчеством по формированию информационных потоков и ежедневным политическим давлением их мало интересует. Для них потеря работы неприемлема. Они готовы быть теми же «сторожевыми псами», как и при диктатуре Саддама Хусейна. Нами также было проведено исследование о принадлежности журналистов к оппозиционным оккупантам союзам, партиям, конфессиям, объединениям и другим организациям. Таковых в редакциях «Аль-Джумхурийя», «Аль-Заман», «Аш-Шабаб», «Аль-Ислах», «Аль-Баян», «Алитыджахакахр» и «Аль-Массар» оказалось только 22 корреспондента. 80% из них заявили, что временно трудятся в этих изданиях и из-за несовместимости профессиональной деятельности с политическим давлением, а также идейно-тематической проблематикой издания, стандартами объективности и беспристрастности сознательно подвергают себя самоцензуре. 12% считают, что решили навсегда разорвать свои отношения с теми партиями и организациями, в которых они состояли ради сохранения хорошо оплачиваемой ЦРУ работы. Проведенное нами повторное социологическое исследование в ноябре 2006г. (первое проводилось в ноябре 2005г.) показало, что политическое давление на журналистов еще более ужесточилось. Об этом заявили 93% опрошенных корреспондентов «Аль-Джумхурийя», «Аль-Заман», «Аш-Шабаб», «Аль-Ислах», «Аль-Баян», «Алитыджахакахр» и «Аль-Массар».

«Сегодня акции американских агрессоров и их сателлитов против иракских журналистов все время модернизируются, – писала газета «Таахи», – их политически порабощают, похищают или убивают… Часто взрывы и автоматные очереди заменяют диалог и обмен мнениями» [6, с. 1]. Уместно заметить в этой связи, что, по данным Всеарабской профсоюзной организации работников СМИ, каждый месяц в Ираке умирает 15-20 журналистов от насильственной смерти. А Международная организация «Журналисты без границ» поставила нашу страну на 157 место в ежегодно издаваемом списке государств по степени существующих в них свобод СМИ [7, с. 4]. За 2006 г. Ирак опустился еще на 3 позиции и сразу за Палестиной занял по уровню смертности среди журналистов предпоследнее место среди арабских государств. Эксперты организации объясняют в своем докладе этот фактор тем, что журналисты в Ираке «в первую очередь боятся политического давления и агрессивности вояк войск коалиции, а также подконтрольных ЦРУ вооруженных группировок, которые зачастую преследуют их, а власти не могут найти разумного решения этой проблемы» [8, с. 4]. Кроме того, оккупанты «производили аресты вне рамок правового государства, без судебного ордера отправляли в камеры дознания, проводили пытки и физическое устранение журналистов в концентрационном лагере Абугрей, осуществляли несанкционированные обыски в Союзе журналистов и печатных изданиях», – писала газета «Аль-Аддале» [9, с. 4]. В этой же публикации приведены примеры, как американские солдаты ворвались в редакции еженедельников «Аль-Бинао», «Аль-Мустакалле» и иракского информационного агентства ИНА. Они избили журналистов, арестовали главных редакторов, конфисковали рукописи и взорвали помещения. При этом американские громилы каждый раз в таких случаях оправдывали свои действия законом о чрезвычайном положении, который они ввели сразу же после вооруженного вторжения в Ирак. Эти факты свидетельствуют о том, что сопротивление политическому давлению журналистов все возрастало и возрастало. Причем, ресурсы этого сопротивления и противодействия были довольно разнообразными в принятии конкретного решения: нейтральность к политическим мероприятиям оккупационной власти, завуалированность в подборе и систематизации фактов, оценка событий не в угоду войскам коалиции, интегрирование в общественный процесс как можно большего количества материалов, критикующих насаждаемые порядки американцами и их союзниками.



Оккупационные власти сполна использовали и другие арсеналы давления на журналистов Ирака. Среди них следует выделить экономические санкции. Такие прежде всего, как блокирование рекламы, приостановление финансирования, непоставки бумаги, типографского оборудования, необходимого для печатных изданий, непосильные налоги, штрафы, подкупы, взятки, уменьшение окладов, бонусов и другие виды мертвой хватки бюрократизации, а также жесткой централизации финансовых поступлений в редакции. Этот нежелательный процесс создавал в Ираке огромные диспропорции среди тех, кто был обласкан обильным финансированием оккупационных властей, и теми, кто был полностью или частично обделен этими благами. Этот процесс породил в стране резкое деление на относительно материально обеспеченных журналистов, работающих в проамериканских печатных изданиях, телевидении и радиовещании, и теми, которые трудились в оппозиционных, независимых субъектах масс-медиа. К сожалению, этот разрыв между богатыми и бедными сотрудниками оказывал негативное влияние не только на характер их профессиональной деятельности, но и на все СМИ Ирака в целом. Правда, до открытой враждебной полемики, чего так хотела оккупационная администрация, между ними не доходило. Ее стратегия в этом направлении концентрировалась на специфичности выпуска и распространения независимых периодических изданий Ирака – ежедневных газетах, еженедельниках, ежемесячниках, буклетах, а также другой печатной продукции. Дело в том, что многие из них рассматривались учредителями, издателями и редакторами как обычные экономические предприятия, которые должны приносить финансовую прибыль, а журналистская деятельность подразумевалась как торговля производимым товаром. Однако из-за разрушенной войной промышленности, отсутствия крупных предприятий, конкуренции реклама распространялась практически только в правительственных печатных изданиях. В связи с отсутствием ее поступления многие независимые печатные издания навсегда исчезали из информационного пейзажа Ирака. В результате проводимого нами социологического исследования за 2004-2006 гг. оказалось, что примерно 15-18 печатных изданий навсегда прекращали свой выпуск из-за отсутствия рекламных поступлений. Оккупанты учитывали этот драматический фактор. Они избрали для себя позицию, которая удовлетворяла, прежде всего, их идеологические интересы. Американцы и их сателлиты осуществляли тайный или явный поток рекламы тем редакционным коллективам, которые не подвергали критике их политику, а, наоборот, восхваляли ее. Они же в большинстве оплачивали и труд журналистов этих потоков, идущих в основном из США, Великобритании и других стран, чьи войска находились в Ираке. Независимая же, альтернативная печать не получала никакой финансовой поддержки от оккупантов. Более того, они всячески тормозили поступления в независимую печать рекламы и бизнес-объявлений, рассылая при этом угрожающие предупреждения промышленникам, а также бизнесменам, чтобы они не имели никаких отношений с альтернативными газетами. Нами был проведен анонимный опрос 73 корреспондентов независимых и подпольных изданий «Нида аль-Мустакбэль», «Аль-Атихад», «Тарик аль-Шааб», «Аль-Таданум», «Аль-Таахи». Он проводился среди сотрудников оппозиционных изданий по той причине, что против проамериканских масс-медиа всех субъектов никаких экономических санкций со стороны оккупационных властей не применялось. На наш вопрос о том, ощущают ли журналисты на себе различного рода экономические санкции, утвердительно ответили 97% и только 3% уклонились от ответа. Мы интересовались также тем, трудятся ли они в редакциях только из-за денег или базовой основой их профессиональной деятельности является политическое убеждение? Оказалось, что из-за экономического давления работают 76% корреспондентов женщин, 37% корреспондентов мужчин, а остальные соответственно 24% и 63% – из-за верности своему профессиональному долгу, народу, а не оккупантам. Во время этого опроса мы интересовались и тем, какой экономический ресурс наиболее болезненно сказывается на информационной деятельности оппозиционных масс-медиа? Все 73 корреспондента назвали блокирование оккупантами рекламы, что влекло за собой прекращение поступления в редакции денежных средств не только для оплаты производственных нужд, но и работы сотрудников, что часто приводило, в конце концов, к потере контактов с читательской аудиторией и прекращению выпуска печатной продукции. Кроме различного рода указов, законов, ограничивающих редакционную деятельность по формированию массовых информационных потоков, Полом Бремером и его чиновниками проводились многие другие «карательные операции». Причем, узурпаторы не щадили, а строго наказывали за независимое мышление или критическое суждение действительности даже творческих сотрудников проправительственных газет. Так, руководствуясь постановлением Пола Бремера от 17 февраля 2004 г., агентами ЦРУ была проведена проверка журналистов «Аль-Сабах» на оценку ими оккупационной политики и так называемых революционных преобразований в стране. В результате этой акции 14 корреспондентов газеты лишили полномочий и перевели на другие должности, не связанные с творческой деятельностью. Более 10 были вообще освобождены от работы. К ним применили самые суровые санкции и отравили отбывать наказание в концентрационный лагерь Абугрей [10, с. 1]. Ирония таких репрессивных актов заключается в том, что этим санкциям подверглись самые талантливые журналисты «Аль-Сабах», которые олицетворяли в свой творческой деятельности лучшие черты национальных СМИ – принципиальность к фактам действительности, честность и чуждость к единообразию. Особенно жесткие чистки были проведены в газетах «Саут аль-Феллах», «Аш-Шабаб», «L’Opinion de Bagdad» (издавалась на французском языке), «Bagdad Observer» (издавалась на английском языке), а также «Аль-Заман» и др. в апреле 2004г. во время напряженности в политических отношениях между Ираком и Ираном. Пол Бремер потребовал от творческих сотрудников этих изданий, а также двух специально созданных в это время радиостанций «Аль-Ватания», «Аль-Арисмия», «Аль-Нур», «Аль-Сабах» шантажировать шиитские общины в Иране и тем самым вызвать в этой стране вооруженные стычки и беспорядки. Отказавшиеся от такой работы журналисты были немедленно уволены и отправлены в концентрационный лагерь Абугрей [11, с. 1]. Государственная монополия на информацию породила крайне опасную тенденцию формирования в стране СМИ тотальной лжи, однородности и единообразия подтасовки и извращения событий в Ираке. В результате ни сами журналисты, ни даже чиновники, занимавшие ключевые посты в государственных институтах, не знали, что происходит в стране и вокруг нее.

Многие директивы администрации Пола Бремера (16, 17, 18 и др.) представляли собой указатели, как освещать события соизмеримо с позицией оккупантов, например, о войне в Йемене, вооруженных столкновениях в Ливии, Алжире, Саудовской Аравии, даже парламентских выборах в России и наказание за несоблюдение этих позиций. Вызывает сожаление то, что 46% журналистов правительственных газет заявили, что такие директивы имеют большое положительное влияние на творчество и «являются решающими в их профессиональной деятельности по сбору и обработке фактов» [12, с. 2]. Трудно себе представить, как можно было делать такие заявления, если каждая из этих директив ужесточала цензурные процедуры прохождения материалов в печать, а статьи, например, 28, 29 и 31, директивы № 8 показывали глубокое искажение сущности судебной системы, а также механизмы жестоких санкций и преследований творческих сотрудников СМИ. Особенно это касалось этапов редактирования отдельных публикаций, определения в «Управлении общей безопасности мер» дисциплинарного наказания журналистов, установления тиража частным печатным изданиям, а также назначения на должности главных редакторов газет и журналов. Эти назначения подписывались самим Полом Бремером и основывались не на профессионализме журналистов, а на чисто политическом соображении. Еще одним негативным фактором являлось отсутствие политической независимости творческих сотрудников от мнения коллег по работе, начальства и цензоров. Как показывает исследование конкретных фактов, 26% опрошенных нами журналистов сообщили, что предпочитают распространять новости после консультации с коллегами, 32% подтвердили, что они принимают решения о публикации только после получения одобрения начальства, а также цензоров, 30% утверждали, что при принятии решения на рабочем месте они полагаются исключительно на самоцензуру, а 12%, что они всегда ждут четких инструкций от вышестоящих властей. На это нацеливало их директива №14, изданная в январе 2004 г. агентами администрации Пола Бремера. В ней указывалось, что журналисты обязаны немедленно сообщать о своих «коллегах по работе», нарушающих следующие требования: передавать в эфир или публиковать в печатных изданиях проблемные статьи более чем в одном виде одного информационного источника во избежание искажения информации о мероприятиях администрации, коалиции и с целью наказывать за призывы к: а) насилию против коалиции, любой личности или группы людей, в том числе расовых и этнических групп и женщин; б) к гражданским беспорядкам и сопротивлению силам коалиции, как правило, влекущим за собой нестабильность в обществе; в) к вооруженному сопротивлению и другому насилию; г) к возвращению иракской партии БААС к власти, распространению воинственных заявлений от имени этой партии [13, с. 3]. Директива № 14 была использована американскими агентами спецслужб в качестве прикрытия для нападения на здания Союза иракских журналистов и конфискации оборудования, в которых находились списки имен и адресов сотрудников. Синдикат иракских журналистов резко осудил такие действия и выступил с заявлением, в котором подчеркивалось, что своими действиями власти пытаются «заткнуть журналистам рот». В резких тонах против этой грубой акции выступила и редакция газеты «Аль-Хаузе» 24 марта 2004 г., назвав ее «бесчеловечной и недостойной цивилизованных людей», что «коалиция покушается на свободу и независимость профессионального труда патриотически настроенных журналистов» [14, c. 4]. Реакция оккупантов последовала незамедлительно. Помещение редакции было взорвано, а 6 сотрудников арестовано, судьбы их неизвестны и по сей день. Такая же участь постигла и редакцию ежедневного периодического издания «Аль-Мустакилла». Кроме того, главный редактор этой газеты за публикацию статьи, осуждающую директиву № 14, был арестован и лишен возможности заниматься профессиональной деятельностью. Более того, он не имел права оспаривать это решение в суде, так как был задержан без ордера и санкций прокурора. В городе Васид оккупантами был арестован корреспондент газеты «Аль-Сабах» Хасан аль-Шахид Аззави за публикацию антиамериканских статей. А фотокорреспондент Белал Хусейн из информационного агентства «АП» за фоторепортажи в газете «Аль-Нафида» о преступлении военщины коалиции был отправлен в концентрационный лагерь Абугрей на 1,5 года. Туда же был отправлен и главный редактор этого издания Хусейн Сулейман Махди. Директивой журналистам категорически запрещалось подавать жалобу за тюремное преследование, «информационное преступление» или «клевету» в той или иной публикации. В результате 196 журналистов было арестовано оккупационными войсками только за 2004г., 72 из них были убиты или пропали без вести [15, с. 1].

Проведенный нами анализ фактов дает основание сделать следующие выводы о том, что базовой основой репрессивных акций оккупационных властей явилась попытка подчинить своему идеологическому влиянию многогранный механизм профессиональной деятельности журналистов Ирака по сбору, обработке, компоновке, трансформации, а также содержательно-модификационным аспектам методов и функций интегрирования фактов, идей и мнений. Эти акции не способствовали эффективной профессиональной деятельности журналистов в национальных интересах, в популяризации традиционных, моральных, нравственных и других социальных ценностей, их творческой взаимосвязи с важнейшими базисными, а также надстроечными институтами Ирака. Краеугольным аспектом профессиональной деятельности страны в условиях жесткого политического, экономического и социального давления оккупационных властей является формирование гражданской позиции корреспондентов, редакторов и издателей, а также их социальной ответственности по преодолению репрессивных акций на свободу убеждений и право беспрепятственно искать и распространять информационные потоки. Именно сбалансированное противодействие журналистов Ирака этим акциям оккупационных властей дает нам полное право видеть в их творческой сфере градус наиболее существенных положительных факторов в массово-информационной деятельности независимых альтернативных субъектов СМИ, эффективность формирования ими антиоккупационного общественного мнения, создания все новых и новых мощных ресурсов, необходимых для дальнейшего становления и развития национальной журналистики.


Литература

  1. Ред. ст. Взрывами в редакциях нас не запугать / Ред. ст. // Аль-Ислах. – 2003. – 2 мая. – С. 6 (на араб. яз.).

  2. Хасан аль-Шахид Аззави. Английские солдаты стреляют в журналистов резиновыми пулями / Хасан аль-Шахид Аззави // Тарик аш-Шааб («Путь народа»). – 2004. – 15 авг. – С. 1 (на араб. яз.).

  3. Ахмед Хусейн. Рецедивы политического давления на журналистов / Ахмед Хусейн // Таахи. – 2004. – 3 ноя. – С. 2 (на араб. яз.).

  4. Али Абдулькарим Хурлиз. Подручные Пола Бремера упражняются / Али Абдулькарим Хурлиз // Ит-Тихад. – 2006. – 26 сент. – С. 3 (на араб. яз.).

  5. Ред. ст. Плоды самоцензуры / Ред. ст. // Аль-Джамахир. – 2006. – апр. – С. 1 (на араб. яз.).

  6. Валид Абубакер. Модернизация репрессий / Валид Абубакер // Таахи. – 2006. – 9 дек. – С. 1 (на араб. яз.).

  7. Першенг Мулла. Неутешительная новость / Першенг Мулла // Аль-Джамахир. – 2006. – 16 фев. – С. 4 (на араб. яз.).

  8. Ред. ст. Остановить произвол! / Ред. ст. // Аль-Адалле. – 2006. – 16 фев. – С. 4 (на араб. яз.).

  9. Арафан Нурредин Мажед. Преступная работа вооруженных группировок / Арафан Нурредин Межад // Аль-Аддале. – 2006. – 3 янв. – С. 3 (на араб. яз.).

  10. Ред. ст. Наказание за независимое мышление / Ред. ст. // Таахи. – 2004. – 30 мая. – С. 1 (на араб. яз.).

  11. Юсеф Хуссейн Ахмед. Бесстыдные чистки / Юсеф Хуссейн Ахмед // Ат-Тарик. – 2004. – 12 авг. – С. 1 (на араб. яз.).

  12. Махмуд Абдульрахман. Профессиональная деятельность журналистов в опасности / Махмуд Абдульрахман // Аль-Ислах. – 2004. – 11 мая. – С. 2 (на араб. яз.).

  13. Ред. комментарий. Набрасывают петлю на шею / Ред. комментарий // Нида аль-Мустакбэль («Зов в будущее»). – 2004. – 12 янв. – С. 3 (на араб. яз.).

  14. Искандер Моодад. Долой произвол и насилие! / Искандер Моодад // Аль-Хаузе. – 2004. – 24 март. – С. 4 (на араб. яз.).

  15. Хусейн Сулейман Махди. Преступники развлекаются / Хусейн Сулейман Махди // Аль-Нафида. – 2004. – 3 дек. – С. 1 (на араб. яз.).




База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница