Расшифровка аудиозаписи конференции, день №2 Фрэнк




страница7/9
Дата07.07.2016
Размер1.3 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9

Извините, я не просил все четыре недели — один микроцикл в течение недели, 6 дней, но который начинается за 20 дней до главного старта. Не надо так много.

[смена говорящего]


Существует целый ряд подходов к финальной подготовке. Вы ведь знаете, в некоторых системах 1 микроцикл повторяется 3 раза. В других системах все может быть иначе. Например, если мы вернемся во времена подготовки Виктора Санеева к основному соревнованию, то тогда повторялся трехдневный цикл: адаптация, применение и восстановление. Насколько я понимаю, Йонас представляет свою концепцию, которую я не видел раньше. По-моему, он хочет объяснить, что он делает в течение 21 дня, затем мы можем остановиться на вашем вопросе. Я думаю, нам следует немного подождать и позволить ему завершить мысль, а затем мы спросим: «Почему вы не делаете то или это?» Давайте таким образом организуем нашу работу.

[смена говорящего: переводчик]


Конечно, если он повторяет 3 микроцикла, то понятно, это 21 день, но если они будут разные, достаточно, чтобы он показал одну неделю.

[смена говорящего]


В конце вы можете согласиться, не согласиться или взглянуть на это по-своему. Я принадлежу к той же научной школе, что и Вадим. В моем случае был бы 1 микроцикл, повторяющийся с какой-то периодичностью, но это может не подходить для системы, которую использует Йонас. Мы только предполагаем, но, вероятно, Йонас уже выполнил определенную часть программы до начала этих 3 недель до старта. Сейчас, можно сказать, он украшает торт вишенкой.

[смена говорящего]


Итак, возвращайтесь к нам. А что вы подразумеваете под максимальным скоростным усилием за 10 дней до старта?

[смена говорящего]


Хорошо, я объясню это специально для вас. Для меня максимальное усилие означает мои ожидания от соревнования. Если мы говорим об Олимпиаде, в забеге на 100 метров у вас будет три этапа с показателями 95, 98, возможно, 100 или, если вам повезет, 101 %. Для меня это и есть максимальное усилие. Я также знаю, что если спортсмены находятся в этой точке, им нужно время, чтобы восстановиться. Таким образом, мне нужно приблизить их к данному моменту, но в то же время обеспечить достаточный восстановительный период.

[смена говорящего]

Давайте проясним этот момент: за 10 дней до старта вы воспроизводите ситуацию полуфинала.

[смена говорящего]

Я воспроизвожу ситуацию полуфинала.

[смена говорящего]


Ясно, а за день до этого вы проводите два этапа.

[смена говорящего]

Нет, я не дублирую соревнование.

[смена говорящего]

Со всем уважением, но вы только что сказали обратное.

[смена говорящего]


Хорошо, прошу прощения. Итак, вот день старта, я назвал его «полуфинальный и финальный забег». Я знаю, что это момент максимальной интенсивности. За десять дней до этого я дублирую его, но я не подведу спортсменов непосредственно к этой дате. Слишком велик риск уйти слишком далеко. Я попытаюсь получить эту скорость, но не буду делать это, скажем, три раза. Это понятно?

Прекрасно. Я бы сделал это десять дней назад, но с увеличением объема. Таким образом, в течение моих 3 недель перед основными чемпионатами (фактически это 4 недели) я бы работал с одним уровнем скорости и объема, допустим, 3 недели до этого. Я бы продублировал скорость без объема, за десять дней до этого. Мне не нужно брать и скорость, и объем, поскольку на восстановление в этом случае скорее всего потребуется более 10 дней. А у меня только 10. На данный момент я уже понимаю, насколько они близки к цели. Я делаю это для того, чтобы, во-первых, закрепить навык, во-вторых, поддержать их уверенность. Между блоками очень высокой интенсивности я отвожу больше места отдыху, чем обычно. В течение недели я поработал бы над ускорением. Когда я говорю об ускорении, это может быть дистанция 0–40 метров. Итак, в течение недели я поработал бы над ускорением, над максимальной скоростью (для меня это примерно 40–70 метров), а затем либо поработал бы над скоростной выносливостью (в пределах 70–150 метров при высокой интенсивности), либо использовал бы бег на аналогичные дистанции с более низкой скоростью. Таким образом, развитие энергетической системы (а объемы, по сути, мало способствуют развитию энергетической системы) более ритмичный процесс.

Если мне нужно провести 3 сессии, в течение обычной недели я проведу все 3. Все что я сделаю за 10 дней до основных Игр — это вместо 3 упомянутых сессий по 7 дней проведу 3 сессии по 10 или 12 дней. Здесь следует добавить, что этот период не всегда равен 10 дням. Отдельным спортсменам требуется больше времени, и для этого мне нужно было бы изобразить другой пример. Я знаю, что мне нужно практиковать в моей дисциплине: ускорение, скорость, скоростную выносливость. Помимо скоростной выносливости и активного восстановления, я использую интервальные тренировки для поддержания ритма. Мой тренировочный ритм вплоть до 3 недель перед стартом, на этом отрезке, в каждой из этих сессий — раз в неделю. На вершине, на последнем этапе я снижаю уровень интенсивности, частоту достижения максимума, распределяя нагрузку на более длительный период. Что касается интенсивности, конечно, мне нужно ее охватить, но на этот момент она меня волнует меньше всего.

[смена говорящего]


Хорошо, на мой взгляд, это очень интересный, нестандартный подход. Я хотел бы предложить следующее. Здесь присутствует несколько тренеров, специализирующиеся на спринте, но в легкой атлетике есть еще другие дисциплины. Поскольку Йонас уезжает завтра, я думаю, на предстоящих семинарах вам будет очень полезно обсудить с ним соответствующие проблемы и обменяться опытом. Перед тем, как мы разойдемся, я хотел бы уделить достаточно времени обсуждению интересного явления, которое мы наблюдали в этом году и которое является повторением того, что произошло в 1986 году. Британские спортсмены принимали участие в Играх Содружества за 2–3 недели (даже 2 недели) до чемпионатов Европы, то есть через 2 недели после выступления на одних соревнованиях мирового уровня отправились на другие соревнования того же уровня. Считается, что в легкой атлетике ни в коем случае нельзя посещать 2 мероприятия с таким небольшим промежутком. Но на деле, как и в 1986 году, британские спортсмены показали гораздо более высокие результаты, чем теоретически было рассчитано на бумаге. С этой точки зрения мне интересно посмотреть на олимпийский год, так как чемпионаты Европы в настоящее время проводятся непосредственно перед Олимпийскими играми. В порядке вещей для нас было бы сказать: «Не отправляйте ваших спортсменов в Европу, их необходимо сберечь для чемпионатов мира». Но неожиданно мы посмотрели на это через другую призму. Я знаю, что в Великобритании как-то упустили этот момент, и они не хотят повторения. Но, мне кажется, Великобритании и другим европейским странам следует серьезно обдумать ситуацию. Почему это невозможно — отработать на пределе возможностей за 2 недели до мероприятия, а затем посмотреть, что произойдет. Формально на основании всех программ по периодизации мы однажды решили, что это невозможно. Но подумайте о том, что происходит в других видах спорта. В этом зале у меня есть друзья из Союза регбистов. Они участвуют в соревнованиях из недели в неделю и в такой напряженной обстановке показывают игру мирового класса. Представителям других видов спорта нужно тщательно все обдумать, поэтому мы здесь и собрались. Обдумать те парадигмы, в рамках которых мы работаем: возможно, мы делаем что-то потому, что всегда так делали. Возможно, пришло время рассмотреть ситуацию под другим углом. Давайте вместе поблагодарим Йонаса за его доклад. Спасибо. Вадим, организуйте, пожалуйста, специальное обсуждение с тренерами по спринту здесь. Кофе здесь, семинары наверху. Закруглитесь за 10 минут до окончания семинаров, поскольку после мы посмотрим очень интересный фильм.
Может кто-нибудь позвать Йонаса? Он мне нужен. Хорошо, я не буду ждать этих участников. Пусть у нас будет группа Б. Какая-то проблема? Они опоздали.

[смена говорящего: переводчик]


Уважаемые коллеги, несмотря на то, что наши ряды довольно сильно поредели, хотелось бы немного обобщить то, что мы обсуждали. Прежде всего, о модели будущего, о модели спортивного мастерства на предстоящие Олимпийские игры, чемпионаты мира и другие крупные соревнования. Дело в том, что данная технология в России была достаточно неплохо разработана, она имеется, и ее можно воспроизвести. Я здесь не согласен с нашим лектором, который немного упростил роль статистики в этом вопросе, сказал, что корреляция — это плохой метод. Это не плохой метод. Любой статистический метод хорош, когда ты умеешь работать с ним и пользоваться им. Таким образом, на наш взгляд, необходимо следующее (и мы стараемся это делать в наших видах спорта). Изучается модель соревновательной деятельности, изучается ее структура, главные компоненты, рост которых прогнозируется на определенный период. Самым простым методом является статистическая обработка результатов Олимпийских игр разных лет, на основании чего делается прогноз. Но могут быть более сложные модели и более сложные взаимосвязи. Тут уже зависит от мастерства исследователя, как это сделать. Есть базовые качества — консервативные, есть лабильные. Лабильные легче поддаются воздействию тренировочной работы, консервативные — сложнее. Соответственно, отсюда может выбираться стратегия подготовки. Модель, естественно, может иметь какие-то индивидуальные особенности для конкретного спортсмена, если мы под конкретного спортсмена работаем. Если мы не работаем под конкретного спортсмена, то мы делаем гипотетическую модель, которая может принести спортивный результат. Я приведу самый простой пример модели. В велоспорте есть командная гонка преследования. Допустим, прошло 3 Олимпиады, на них было установлено 3 мировых рекорда. Как вы думаете, какая модель будет на следующей Олимпиаде в Рио-де-Жанейро? Совершенно очевидно, должен быть новый мировой рекорд. Мы его просчитали и знаем, какой он должен быть. Все достаточно просто. Нет, не просто, но это можно и нужно делать. Следующий вопрос, я бы сказал, вопрос всех времен и народов. Почему масса перспективных юных спортсменов на высшем уровне теряется и выходит 1–2 человека? По опыту нашей страны, причина — это в основном преждевременная интенсификация тренировочного процесса, погоня за спортивными результатами. Это большое количество международных и всероссийских соревнований, на которых спортсмены зачастую выгорают, получают травмы, различного рода перенапряжение, а иногда даже заболевания. Конечно это не стимулирует их рост. К тому же, есть естественный отсев. Многие спортсмены понимают, что идет потеря времени, пытаются обеспечить свою жизнь по другим направлениям: получают образование и так далее. Третий вопрос: нужна ли тренеру интуиция? Это, на мой взгляд, риторический вопрос, который не требует ответа. Конечно нужна. Какой тренер без интуиции будет работать? Но тренерская интуиция не идет вразрез с какими-то объективными научными знаниями. Дело в том, что, если тренер действительно грамотный, то интуиция его строится на опыте и на знаниях. Он может зачастую без каких-либо дополнительных исследований сказать, какой спортсмен имеет предпочтительные шансы для выступления в соревнованиях, какой спортсмен может победить или составить конкуренцию другому, что может произойти, где будет слабое звено в подготовке того или иного спортсмена. Этим и отличается хороший тренер от специалиста, который просто дает уроки физического воспитания. Спасибо.

[смена говорящего]

Большое спасибо. Я скажу несколько слов о последней части, поскольку это очень важно. Честно говоря, у меня нет ответа, но надеюсь, мы сможем выявить проблемы и вы предложите некоторые решения. Вы абсолютно правы. Помните, что я сказал в самом первом своем докладе? Есть некоторые вещи, которым нас могут обучить. Есть другие вещи, которые мы можем только изучить сами. Нас можно обучить науке, основным правилам, нормам и инструментам в нашей отрасли. Это очевидно, но когда речь заходит о, как вы говорите, интуиции, о суждениях, как мы можем подготовить тренеров в этом плане? Учит ли этому программа обучения тренеров?

Позвольте мне направить вам этот вопрос. Есть ли у вас какие-либо идеи насчет подготовки тренеров к составлению верных суждений? Вы уже слышали во время сегодняшнего выступления Йонаса, во время выступления Зака, а также дважды за весь вчерашний день, что тренерам приходится принимать решения. Мы готовим их к тому, чтобы они принимали решения. Вопрос заключается в следующем: как мы это делаем? Как мы формируем правильный опыт, а затем каким-то образом подбираем правильных менторов, или тренеров, которые помогают перенять этот опыт? Есть ли у вас решения относительно того, как это можно сделать? Позвольте мне поделиться своей идеей.

Несколько лет назад я считал, что старшие тренеры не знают всего и являются детьми своего поколения. Так и есть, и жизнь вокруг нас меняется. Однако, поскольку у них не было научной базы, они не проводили анализы, большинству из них приходилось полагаться на свои суждения, и они развили соответствующий навык. Есть ли возможность основать в России национальный колледж элитных менторов? Не только для одного, а для всех видов спорта. Ведь многие решения, которые приходится принимать тренеру, не относятся к конкретному виду спорта. Они могут быть универсальными. Получится ли это?

Не считаете ли вы, что некоторые наши тренеры, которые находятся на пенсии или в отставке, с удовольствием станут частью будущего, исполнят роль менторов? Получится ли это? Я понимаю, сейчас такое время дня, но мне нужны ответы. Микрофон? Наверное, она не хотела говорить. Да? Я знал, что вам есть, что сказать.

[смена говорящего: переводчик]

Как-то раз один из моих близких коллег — тренер во время напряженного соревнования, на котором решалось участие наших атлетов на предстоящей Олимпиаде, держась одной рукой за сердце, а другой за ограду, чтобы не упасть от сердечного приступа, сказал хриплым голосом: «Я люблю свою работу за то, что на ней можно умереть». Двоякий смысл: умереть от приятного стресса и умереть, извините, от старости. Я думаю, тренер на пенсии — это нонсенс. Тренер работает и остается тренером до конца своих дней. А вообще, идея правильная. На мой взгляд, люди старшего поколения могли бы это сделать и с удовольствием бы это сделали, поделились бы своим опытом. Конечно идея замечательная, спасибо.

[смена говорящего]

Большое спасибо. Мне интересно, следует ли нам дать соответствующую рекомендацию ассоциации и попросить ее членов разработать некую стратегию по достижению этой цели. Да?

[смена говорящего: переводчик]

Я хотел бы прокомментировать, то, что вы сейчас сказали и предложили. В баскетболе, в сербской школе, это активно используется, особенно в юношеских командах. Во всех командах есть молодой тренер, который является главным, а его помощником является как раз ментор — пожилой тренер, который направляет его, подсказывает ему какие-то детали, ошибки. Он его направляет, но он не главный. Это очень активно используется и имеет большой успех.

[смена говорящего]

Благодарю за поддержку. Хорошо, можем ли мы продолжить? Пожалуйста.

[смена говорящего: переводчик]

Уважаемые коллеги, в продолжение рассуждений Павла я хотела бы кое-что сказать. Первый вопрос (помимо упомянутых двух) был задан Фрэнком о том, что такое структура результата сейчас и какова она будет в 16-м году, какая это будет модель и что необходимо делать, чтобы реализовать ее. Поскольку наша группа состоит из представителей разных видов спорта, у нас не всегда есть возможность описать эту модель какими-то количественными характеристиками. Например, в стрельбе (а бывают разные виды стрельбы: стендовая, пулевая) трудно сформулировать эту модель, потому что есть рекорды, но меняются правила соревнований, делают более точные замеры (измеряют точность попадания), поэтому будет разброс в определении победителей.

Но в рамках нашей дискуссии мы выявили, что даже измерить какие-либо показатели, чтобы сформировать эту модель, тоже достаточно сложно. Например, одним из показателей может быть тест, который проводят на электронном приборе «Скат», позволяющем зарегистрировать за 10 секунд степень колебаний. Во время большой дискуссии мы выяснили, что при стрельбе ЧСС достигает, как вы думаете какой величины? От 180 до 200! И бывают не только эмоциональные скачки. Что же делать тренеру, чтобы человек мог выдержать такие скачки и при этом не потерять свою точность, координацию и так далее? Вероятно у него есть перспективы, чтобы разрабатывать информативные тесты, которые позволят оценить не только сиюминутное оптимальное состояние по одному тесту за 10 секунд, но и в дальнейшем после какой-либо физической нагрузки измерить еще раз и повторить снова. Тогда мы получим некоторые другие характеристики, как мы говорим, модельного состояния, которое может возникнуть на соревнованиях. В этом случае наша группа передовая, и ее члены молодцы, что находят совершенно иные подходы к оценке и формированию таких моделей.

В тяжелой атлетике (у нас большая группа) понятны модели, потому что все-таки там присутствуют измеряемые показатели: сколько нужно поднять, как присесть, углы. У нас есть руководитель комплексной научной группы — действующий специалист, поэтому эти показатели уже давно оцениваются, отслеживаются и корректируются при достижении каких-то модельных характеристик. И там достаточно все понятно. Есть у нас молодые представители гольфа, которые впервые входят в олимпийскую программу в 2016 году. У них данных по модельным характеристикам еще нет, и эта тема — непаханое поле. Поэтому к 2016 году стрельба у нас приобретает новое направление деятельности, а тяжелая атлетика идет дальше своим ходом.

По второму вопросу, по поводу перехода талантливых юниоров во взрослую команду, сразу же возникла эмоциональная реакция. Оказывается, это достаточно непростой вопрос во всех командах, особенно в связи с переходом юниоров во взрослую команду. Это не только стресс для самого спортсмена, но и немного другие требования, немного другие отношения между взрослыми спортсменами и вновь пришедшими в эту команду. И одним из путей продуктивного перехода, исключающим потерю спортсменов, являются совместные сборы взрослых спортсменов и юниоров, чтобы можно было перенимать опыт. Как сказал Сергей, тренер одного из действующих спортсменов, что тренер рассказывает, какая должна быть техника, спортсмен долгое время кивает головой, затем, если он не увидит это у взрослого спортсмена на соревнованиях, он это не воспринимает — все мы копируем, а дети тем более. Переход во взрослую команду является примером щадящего или продуктивного перехода. На мой взгляд (и наша команда меня поддержала) должна быть некоторая преемственность. Даже в художественной гимнастике (мы с ними немного работали) выяснилось, что девочки, талантливые девочки, приходят из разных уголков России, но не у всех их тренеров был перечень тех упражнений, которые взрослые спортсменки в сборной команде должны выполнять безупречно.

Мы тогда провели научную работу, где дали оценку тому, что они должны делать, как они должны это делать, какие есть требования, и разослали результат во все юниорские команды и спортивные школы, чтобы тренеры, работающие с маленькими спортсменками, имели представление о том, что ожидает их при переходе во взрослую команду. Ведь многие юниоры при переходе во взрослую команду первым делом подвергаются тестированию, но некоторые даже не знают этого прибора, они не могут прыгнуть правильно, сделать какое-то упражнение, которое является тестирующим. Надо сначала ему научить, при этом первые показания будут не совсем адекватно оценивать уровень подготовленности и способности. Поэтому преемственность, информированность тренеров, работающих с юниорскими командами, а также с резервом, должна быть достаточно полной с тем, чтобы они могли передать ее и научить юных спортсменов техники исполнения упражнений, которые в дальнейшем будут тестироваться. Соответственно, это поможет сохранить здоровье, не травмировать их при первом же тестировании. Когда они приходят и попадают в конкурентную среду (на просмотровый сбор приходит 10 человек, а оставят одного-двух), конечно же, они будут надрываться, чтобы это сделать. В результате у кого-то плечо полетело, у кого-то другая травма. Теперь к вопросу, касающемуся идеальной спортивной модели. Фрэнк на последнем этапе по-другому сформулировал этот вопрос. Может ли у нас быть идеальная модель, или все же необходимо ориентироваться на индивидуальную модель для каждого спортсмена?

И мы пришли к такому выводу с нашей группой, что для юниора на начальном этапе подготовки более понятной будет идеальная модель, так как он еще далек от спорта высших достижений, но, как недавно пришедший в этот вид спорта, может представлять идеальную модель — каким он должен быть стрелком. Пока эта модель не достижима, но она показывает ему верное направление. По мере приближения к этому идеалу вы видите, что эту модель реализовать невозможно, потому что она такая собранная, несколько фантастическая. И когда к этому моменту в спорте высших достижений остается небольшая отобранная группа на скамейке запасных, то с каждым человеком (и я вчера об этом говорила) мы работаем индивидуально с учетом его возможностей, прогресса (а у всех разные темпы прогрессирования), рассчитываем модели конкретно под каждого спортсмена. Поэтому обобщенной модели на этапе высшего спортивного мастерства и элитного спорта, наверное, быть не может. Индивидуальная модель должна быть разработана для каждого спортсмена с целью успешного ее достижения. Спасибо.

[смена говорящего]

Во время обеда я обсуждал со своими друзьями одну интересную идею о том, что некоторые тренеры, которые достигли вершины мастерства, принимают решение вернуться вниз и работать с начинающими, развивая спортсменов с самого начала. На мой взгляд, это потрясающая идея. Я имею ввиду, что одно дело — это когда менторы работают с тренерами на высоком уровне. Но как насчет использования тренеров с огромным опытом работы на уровне развития? Начинающим спортсменам не следует назначать начинающих тренеров, они должны работать с выдающимися тренерами, чтобы получить нужную подготовку с самого начала. Возможно, это еще один подход к рассмотрению тренировочного цикла — создать преемственность на всем пути: от юниоров до старшей группы. Хорошо, у нас заканчивается время, и я знаю, что группа с верхнего этажа очень сильно опоздала. Группа А, можете ли вы представить краткий двухминутный обзор вашего обсуждения?

[смена говорящего: переводчик]

Группа А провела незабываемые 60 минут, общаясь с нашим предыдущим лектором Йонасом. Мы получили шикарные, очень эмоциональные ответы на все наши вопросы. Мы убедились в том, что Йонас замечательно разбирается в своем предмете и в состоянии четко объяснить не только общую стратегию, но и мельчайшие детали своей работы и донести их до самых придирчивых слушателей. Поэтому мы ему очень благодарны. Что касается вопросов, изложенных в этих бумагах, то проблема со спортсменами, которые попадают во взрослую категорию, однозначно существует. В разных видах спорта это может происходить в разных возрастных периодах. Например, у нас в триатлоне 100 % наших спортсменов в возрасте 21 года имеют снижение результатов. Это я, как тренер, четко отметил за целый ряд лет. В 21 год у мальчиков обязательно происходит снижение или замедление роста результатов. У нас спортсмены тренируются вместе. По идее, это должно сгладить данную проблему, но не сглаживает, а иногда наоборот обостряет. Решений здесь очень много и, наверное, быстро мы здесь не ответим.

Что касается технической модели, то это замечательная тема, тоже очень непростая. Я, как тренер по триатлону, сталкивался с техникой многих циклических видов спорта, вынужден был заниматься этим очень серьезно и глубоко, потому что это один из основных резервов таких видов спорта. Наличие идеальной модели абсолютно обязательно. Как эта модель получается? Мы наблюдаем элитных атлетов, которые добиваются успехов в своих видах спорта. Мы можем накопить какую-то базу данных и увидеть не только их индивидуальные отличия, но и то, что они делают общего, что отличает их технику друг от друга, а также что объединяет этих выдающихся атлетов, бегунов. Если мы увидим, что они делают что-то общее, то получим ключ к основам техники. Принято говорить, что великие индивидуальности все разные, соответственно, техника очень индивидуальна, и мы должны идти по этому индивидуальному пути. На самом деле, нет.

1   2   3   4   5   6   7   8   9


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница