Расшифровка аудиозаписи конференции, день №2 Фрэнк




страница1/9
Дата07.07.2016
Размер1.3 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9
Данный текст является переводом расшифрованной аудиозаписи конференции, в связи с чем возможны неточности перевода и использования лексики.

Расшифровка аудиозаписи конференции, день № 2

Фрэнк:

Доброе утро, товарищи! Рад вас видеть снова. Надеюсь, вы хорошо выспались и отдохнули. Предлагаю перейти к делу. Обойдемся без церемоний открытия и других торжественных мероприятий, можем сразу перейти к первой презентации. Итак, сегодня утром я рад представить вам Жака Ландри, который дважды участвовал в Олимпийских играх и дважды был тренером олимпийской команды, а в настоящее время занимает должность технического директора и главного тренера по велоспорту в Канаде. В 2003 году Жак был приглашен сборной по велоспорту Новой Зеландии на должность главного тренера команды в рамках подготовки к Чемпионату мира. Он организовал европейскую базу на юге Франции и дополнительную базу в Бельгии. Он стал одним из ключевых составляющих успеха команды Новой Зеландии на велодроме в Пекине в гонке на выносливость. В 2008 году Жак Ландри вернулся в Канаду и занял должность технического директора всех олимпийских и паралимпийских программ. Под его руководством канадские велосипедистки смогли завоевать олимпийскую бронзу в гонке преследования и две медали на Паралимпийских играх. Он был руководителем команды по велоспорту на Олимпийских играх 2012 года в Лондоне и был включен в Зал славы Федерации велоспорта провинции Квебек. Он продолжает изучать и анализировать системы, применяемые тренерами из разных стран мира, и хорошо знаком с программой Великобритании. Поэтому я с огромным удовольствием представляю вам Жака Ландри.



Жак Ландри:

Спасибо. Доброе утро! Спасибо, Фрэнк. Не знаю, откуда ты все это знаешь, но спасибо тебе. Не помню, кто вчера вечером это сказал, но я решил не брить голову, как остальные докладчики. Хочу сохранить свои волосы.



Моя сегодняшняя презентация посвящена спортивной науке и спортивной медицине и тому, как тренеры могут использовать эти знания. Наверное вы слышали от меня термин IST — он используется в Канаде и расшифровывается как Команда интегрированной поддержки. В прошлом мы использовали различные термины. Также используется термин РЕТ, но если я говорю IST, знайте, что я говорю о спортивной науке и спортивной медицине. Я хотел бы остановится на следующем вопросе более подробно. Дело в том, что, как сказал Фрэнк, я начал работу в должности технического директора в 2008 году после Игр в Пекине, до этого я пять лет работал в Новой Зеландии, и все, что я знал об IST (или, прошу прощения, спортивной науке и спортивной медицине) до того момента, ограничивалось массажем для велосипедистов, некоторыми аспектами физиологии и силовой и физической подготовки — т. е. физиологией и механикой. Разумеется для велосипедистов важна механика. И все. В этой должности мне пришлось работать со многими тренерами: некоторые пришли вместе со мной, а некоторые работали там еще до меня. Некоторые тренеры работали в одиночку: они сами занимались физиологией, спортивной физиологией, механикой, и очень не любили, когда вокруг них крутилось много людей, даже если их целью было усиление позиций команды. Также такие группы тренеров включают врачей, с которыми мне пришлось научиться работать (и я работаю с ними сейчас). Некоторые из них готовы работать с разными специалистами, потому что понимают, насколько важно привлечь разных специалистов для успешной реализации программы. Однако всегда есть врачи, которые приходят в команду позднее, и скептики, и это усложняет задачу. Об этих сложностях я расскажу позднее. Не буду сильно вдаваться в подробности, потому что Фрэнк уже рассказал об этом, но у меня есть неплохой опыт, и вы должны об этом знать, знать о том, чем я занимался на должности технического директора, хотя я и сам еще не вполне понял, что же входит в мои обязанности. Мы вчера обсуждали эти вопросы в неформальной обстановке. Прежде чем начать, скажу, как упоминал Фрэнк, что я участвовал в двух Олимпийских играх — в Барселоне и в Атланте. Сразу после ухода из большого спорта я занялся подготовкой спортсменов. В 98-м году меня пригласила Канада в качестве тренера по резерву (шоссейные велогонки). Там я и оставался до 2003 года. В 2003 году, когда мы принимали Олимпийские игры (прошу прощения, не Олимпийские, а Чемпионат мира по велогонкам в Гамильтоне, Канада), я был приглашен Новой Зеландией, поскольку они поставили перед собой задачу сформировать профессиональный состав тренеров. До этого (речь идет о Велодроме Ниисона в Новой Зеландии) на крупные соревнования они брали тренеров из различных клубов и использовали их скорее как менеджеров. Потом Новая Зеландия решила создать команду профессиональных тренеров и пригласила меня, потому что я уже занимался этим в Канаде. Меня наняли для создания системы для шоссейных гонок. Далее, как упомянул Фрэнк, возникла идея создания европейской базы, и я выбрал для нее юг Франции — довольно приятное место. Таким образом, мне не пришлось постоянно находиться в Новой Зеландии — ко мне на юг Франции приезжали спортсмены для тренировок и повышения результативности. Сначала это были шоссейные гонки и трек, а потом к ним присоединились и участники гонок на выносливость, которые готовились к Играм в Пекине. Там они соревновались и тренировались на треке в Бордо и на других велодромах Европы в рамках подготовки к Играм в Пекине. Есть у меня такой опыт. После Пекина, когда Канада решила реорганизовать систему в велоспорте, меня пригласили на должность технического директора. Я долго решался. Во-первых, я не очень четко представлял, в чем состоит роль технического директора. В одних странах их называют техническими руководителями, в других техническими директорами — все используют разные термины. Поскольку я точно не знал, что должен делать, я сам придумал обязанности технического директора. Прежде чем я принял окончательное решение, у меня также было несколько предложений по работе тренером. Но, поскольку я хотел вернуться в Канаду и у меня был некоторый багаж знаний, почерпнутый в Новой Зеландии, я решил вернуться и помочь Канаде в создании новой системы. Тогда я думал, что реже буду находиться в разъездах, но это оказалось не так. Я проводил в дороге столько же времени, а сейчас я занимаюсь не только шоссейными гонками и треком, но и ВМХ — велосипедным мотокроссом. Здесь есть несколько тренеров. Луис, Павел. Павел здесь? Его здесь нет. Да вот же он, сидит вон там. Так вот, я работал с BMX, для меня это было ... Я не имел ни малейшего представления, что такое BMX. Я начинал, когда BMX включили в программу Олимпийских игр в Пекине в 2008 году. Я был на чемпионате мира в Париже в 2007 году. Там я познакомился с BMX, но экспертом бы себя точно не назвал. Я знаю условия, физиологию, в некоторой степени знаком с принципом работы BMX, я знаю порядок и правила, но меня совершенно нельзя назвать тренером, специализирующимся на BMX. Как я говорил, я занимался в основном шоссейными гонками, даже скорее шоссейными гонками и треком. Также мне пришлось изучить паравелоспорт. Паравелоспорт не включен в олимпийские виды спорта — он входит в Паралимпийские игры. В Канаде (по крайней мере для велоспорта) мы решили объединить обычный и паравелоспорт. Но в связи с этим пришлось многое изучить, что было довольно сложно, так как в велоспорте есть разные категории, виды инвалидности, дистанции и мероприятия. Есть ручные велосипеды, в том числе трициклы, определенные тандемы ... все очень сложно, и, кроме того, я не эксперт в паравелоспорте. Я знаю технические термины, физиологию, хотя она и немного отличается, и методы подготовки, скажем, водителей ручных велосипедов, квадроплегиков-велосипедистов. Тренировки этих спортсменов немного отличаются из-за их состояния. Но все эти вещи я знаю не досконально. Наконец, маунтинбайк — горный велосипед. В конце своей карьеры я занимался маунтинбайком. Я немного участвовал в соревнованиях по маунтинбайку (кросс-кантри), но опять же, я не знал этой дисциплины досконально и мне нужно было ее изучить. Таким образом, я работаю с 5 разными направлениями велоспорта, и это довольно сложно. Это отнимает много времени, потому что тебе нужно знать все эти разные виды спорта. И (те из вас, кто работает с разными видами спорта, меня поймут меня), в случае велоспорта, каждый год мы имеем 5 чемпионатов мира и довольно много крупных спортивных мероприятий, поэтому мы постоянно к чему-то готовимся. А зимой проводятся трековые велогонки, и у меня вообще нет перерывов в работе. Я не жалуюсь. Я люблю свою работу, но перерывов в ней нет. Зима — сезон трековых велогонок, все остальные соревнования проводятся летом, и так происходит каждый год.

Как я уже говорил, моя задача как технического директора здесь, в России, заключается в передаче информации.

Как я сказал, я работаю с 5 дисциплинами. Я называю себя тренером тренеров. Я сам придумал себе такое название. Я не рассматриваю все отдельные виды спорта под микроскопом. Я наблюдаю за процессом в целом и выступаю в роли, если можно так сказать, наблюдательного совета для своих тренеров. Поэтому я буду проводить тренерские совещания регулярно ... почти каждую неделю. У нас есть разные области, которые, в нашем случае, можно разбить на категории, такие как гонки по пересеченной местности, трек, шоссейные гонки и паравелоспорт. Итак, у нас три разных направления и три совещания в неделю. Каждую неделю и с каждой командой. Категория гонок по пересеченной местности включает ВМХ и маунтинбайк, трек и шоссе включают, соответственно, трек и шоссе, и паравелоспорт входит в отдельную категорию. Моя задача ...я думаю, что моя задача состоит в том, чтобы левая рука постоянно общалась с правой. Потому что, к сожалению, мы работаем, во многом из-за специфики организации, в бункерах. Итак, гонки по пересеченной местности, трек и шоссе и паравелоспорт. Часто информация передается неэффективно. Потому что тренеры (и мы, и вы и кто угодно) очень часто имеют туннельное зрение и фокусируются только на собственных задачах. Моя задача — помочь вам и обеспечить дискуссию между бункерами. Например, тренер по паравелоспорту работает на треке и на трассе. Поэтому давайте сделаем так: когда тренер по паравелоспорту говорит о треке, он должен говорить с моими тренерами по треку, а когда он говорит о том, что он хотел бы видеть на шоссе, с ним должен говорить тренер по шоссейным гонкам Абель. Таким образом обеспечивается передача информации, упрощая дискуссию.

Кажется, Фрэнк вчера говорил об этом. Я рассматриваю себя как дирижера, дирижера оркестра. На протяжении сезона я обеспечиваю целостную картину и своевременный учет всех аспектов. Но я не занимаюсь микроуправлением. Я не вникаю во все аспекты каждодневной работы. Я не прошу, например, тренера по ВМХ Кена отчитываться передо мной о том, что он делает каждый день. Я доверяю своим тренерам и позволяю им самим решать, что им нужно делать. Для этого я их и нанял — делать то, что они должны делать как тренеры. Однако если я вижу, что есть проблема, я могу позвонить тренеру, например, Кену Кулсу, который занимается ВМХ, и спросить, что происходит с тем-то и тем-то. Например, я знаю, что в гоночных и квалификационных заездах кто-то очень медлил на старте. И я могу спросить, что же происходит с этим спортсменом. Мы обсуждаем такие ситуации, и в большинстве случаев тренеры могут дать разумные объяснения относительно такого поведения спортсмена. Но это дает тренеру сигнал о том, что нужно «закрутить гайки» и решить проблему. Однако же, в принципе, я не вмешиваюсь в программу тренировок, потому что у меня просто нет на это времени. У меня нет времени вникать в работу каждого своего тренера, ни из обычных команд, ни из команд по паравелоспорту.

Поэтому я, как правило, не занимаюсь микроуправлением. Просто нет времени, и я говорю с вами обо всем этом только потому, что у меня есть некоторые знания о спортивной науке и медицине, и я хочу, по крайней мере со своей точки зрения, объяснить наши методы работы и методы работы наших тренеров с этой точки зрения. И, в определенной мере, мои методы работы с тренерами и невмешательство во все мельчайшие аспекты должны применять и тренеры при работе со своей командой специалистов по спортивной науке и спортивной медицине.

Мы говорили об этом вчера и продолжим этот разговор сегодня. Наша программа ориентирована на спортсменов и реализуется тренерами. Поэтому, как я уже говорил, моя задача состоит в том, чтобы обеспечить коммуникации между сторонами и собрать все элементы мозаики воедино. С этой точки зрения (хоть я и не люблю это слово) меня можно назвать администратором. Я думаю, что никому из присутствующих здесь тренеров не нравится это название, но это то, чем я, к сожалению, тоже занимаюсь. Но, как говорилось вчера, это нужно, и кто-то это должен делать. Моя работа состоит в том, чтобы обеспечить наличие необходимых инструментов для успешного выступления спортсменов. Я вернусь к этому позднее, но это и есть моя основная задача. Я обеспечиваю учет аспектов спортивной медицины и финансирование — общаюсь с финансовыми организациями для обеспечения адекватного финансирования программ. Финансирование позволяет нам получить необходимое оборудование. В нашем случае это велосипеды и все остальное. Мы разрабатывает программы соревнований, которые учитываем при финансировании и которые помогут нам подготовиться к определенным мероприятиям. В данном случае речь идет о Рио. Таким образом, все проводимые нами соревнования нацелены на обеспечение оптимальной подготовки спортсменов к Рио. А это означает проведение необходимых соревнований, организацию соответствующих тренировочных лагерей, совместную работу тренеров и специалистов по спортивной науке и спортивной медицине для обеспечения высоких результатов спортсменов и наличие необходимой инфраструктуры. С точки зрения велоспорта, речь идет о нескольких сооружениях. Во-первых, это трек для ВМХ, над которым мы работаем. Мы работаем над таким треком в западной части Канады, и вскоре у нас будет велодром, крытый велодром — первый в Канаде с Олимпийских игр 1976 года в Монреале. Нам нужно обеспечить доступ из сооружения к этому велодрому, что в некоторых случаях не так просто, как кажется.

Это и есть моя работа, которой также занимаются тренеры. Теперь давайте вернемся к другим вопросам и поговорим о тренерах, которыми вы являетесь, и о том, что вы должны делать. С моей точки зрения, среди многочисленных задач тренера есть одна важнейшая — уметь обнаружить пробелы. Задача тренеров, т. е. ваша, и я хочу, чтобы все это поняли, потому что вы должны заниматься этим по определению, заключается в выявлении слабых сторон спортсменов. Вы занимаетесь выявлением технических, физиологических, тактических и психологических пробелов. Это то, что я считаю ключевыми факторами эффективности.

Чтобы выявить пробелы, требуется наблюдение и анализ. Каждый раз (я понимаю, что это часть вашей ежедневной работы), смотря на спортсмена, вы смотрите на него как тренер, наблюдая, анализируя движения... это то, что вы должны делать, и основная ваша задача.

Разумеется, вы должны знать свой спорт. И вы должны знать ключевые показатели эффективности по своему спорту. У нас в Канаде это часть стратегии, я думаю, что так во всех видах спорта, и это финансируется из федерального бюджета — мы должны идентифицировать пути повышения результативности. Анализируя результативность, мы анализируем 8-летний период карьеры спортсмена, отвечая на вопросы: где этот спортсмен 8 лет спустя? Что он делает? Какие результаты показывает спортсмен на мировых чемпионатах при первом участии? Входит ли он в десятку или пятнадцать лучших? Мы проводим такой анализ на международном уровне: мы анализируем результаты всех стран, стараясь проследить тенденцию изменения результативности за 8 лет с Олимпийских игр до сегодняшнего дня. Таким образом мы можем построить график изменения результативности спортсменов и отследить место наших спортсменов на этой кривой. Если они на кривой, отлично. Пусть там и остаются. Но если их там нет, то мы должны спросить себя: почему? Мы должны знать эти ключевые факторы эффективности. Мы должны знать причины низких результатов спортсмена, чтобы добиться результативности, необходимой для Рио или Токио через шесть лет. Таким образом мы получаем профиль золотого медалиста (мы поговорим об этом позднее, когда определим кривую результативности), представляющий собой набор ключевых факторов эффективности, который должен знать каждый тренер. Необходимо определить их. Что должен сделать спортсмен, чтобы, например, стать лучшим в ВМХ? ВМХ — очень силовой вид спорта. Здесь основную роль играет ускорение на старте. Вам нужны технические и тактические навыки, потому что в гонке участвуют еще семь спортсменов. Вы должны понимать принципы прыжка, приземления (что очень важно при прыжке) и даже падения. Но, прежде всего, вы должны знать, как стартовать первым, чтобы занять самую выгодную дорожку на следующем повороте. Это один из ключевых показателей эффективности ВМХ. Как же его обеспечить? Здесь нужны сила и физическая подготовка. Но вы, как тренеры, должны знать, что нужно вашим спортсменам, чтобы подняться на пьедестал.

Я уверен, что вы, как тренеры, знаете многое об этом. Речь идет об ориентированности на спортсмена, знании ключевых факторов эффективности, профиля золотого медалиста, до определенной степени, и понимании того, что вы должны делать. Определив свои ключевые факторы эффективности, вы рассматриваете их по-отдельности. Вы рассматриваете свой профиль, профиль золотого медалиста, по каждому показателю. И вы решаете, что нужно делать. Так ведь?

Вы сравниваете, наблюдаете и исправляете несоответствия. Далее следует определить направление действий на основе полученной информации. Вы отвечаете на вопрос: соответствует ли спортсмен необходимому набору навыков? Или нет? Если нет, то что вы должны предпринять? И к кому нужно обратиться? Если речь идет о той сфере, в которой вы не являетесь специалистом (потому что тренер не может быть экспертом во всем, это невозможно). Вы — тренер. В некоторых случаях вы обладаете достаточными техническими знаниями. Вы смотрите на своего спортсмена и говорите, как в случае спортсмена в ВМХ, вы знаете, в чем дело с технической точки зрения. Он выступает наравне с лучшими спортсменами мира, поэтому не будем затрагивать эту сферу, но в некоторых других областях требуются улучшения. Что вы будете делать с этим? Возможно, как тренер, вы обладаете достаточными техническим знаниями и навыками, чтобы повысить уровень спортсмена, но если нет (и здесь появляюсь я), я могу вмешаться и предложить привлечь к решению проблемы кого-то еще, несмотря на то, что вы хороший тренер. Конечно, решение за тренером, потому что он управляет процессом, но я здесь выступаю в роли советника.

При этом могут возникнуть вопросы, связанные со спортивной наукой и спортивной медициной. На этом этапе вы, как тренер, должны решить, что вам нужно, чтобы создать команду вокруг себя. Для этого нужно видение. Вы должны сначала определить потребности, а потом, проанализировав и оценив эти потребности, определить, кого нужно привлечь. Вы, как тренер, должны делать это, потому что, как я уже сказал ранее, процесс ориентирован на спортсмена, но управляет им тренер. Тренер — это лидер, человек, который управляет всем процессом, ведь так? Вот пример. Давайте рассмотрим радиальную диаграмму, взятую из баскетбола на колясках. Это просто шаблон. Прошу прощения, здесь все на английском, но данная диаграмма содержит полный набор навыков, необходимых для этого вида спорта. Итак, с точки зрения спорта на колясках, мы имеем баланс освещения, лидерство, возможность проведения тренерской работы с точки зрения спортсмена. Можно ли работать с этим спортсменом? Правила передачи пасов, нападения, защиты. Понимание позиций, т. е. знание того, где находится спортсмен на площадке относительно других спортсменов. Выносливость. Достаточно ли сильны и мощны спортсмены? Это, как я сказал, только пример. Важно, что вы делаете в таком случае. Что вы, как тренер, должны сделать? С точки зрения тренера, что бы вы сделали? С точки зрения тренера, что бы вы сделали? С точки зрения тренера, вы, скорее всего, скажете: «Так, это выносливость. Выносливость моих спортсменов не вполне соответствует требованиям, поэтому нужно повысить их уровень до 8 или 9». Таким образом, тренер (в данном случае команды по баскетболу на колясках) должен решить, обладает ли он необходимыми навыками, чтобы повысить выносливость спортсменов до идеального уровня, синего круга в противовес фрагментарному?

Но в определенных случаях, когда требуется очень много навыков, вы не можете сделать это самостоятельно. Вы, как тренер, не можете обладать всеми необходимыми навыками на уровне, достаточном для того, чтобы научить других. Если у вас все это есть, отлично, но мой опыт показывает, что едва ли здесь найдется тренер, обладающий всеми необходимыми навыками. Однажды (во время практических занятий по определению необходимого набора навыков для спортсменов) я попросил моего тренера по маунтинбайку перечислить все ключевые факторы эффективности в его виде спорта, и Дэн, мой тренер, насчитал 120 различных показателей, необходимых спортсмену, включая физиологические, психологические, технические и тактические. 120. Я спросил у него, способен ли он обеспечить все эти показатели, и он ответил «Нет. Не могу. Не могу». Таким образом, он начинает думать, кого следует привлечь. Это моя задача. Также я должен оценить, достаточен ли наш бюджет. Но это моя проблема.

Прежде чем начать создавать свою команду специалистов по спортивной науке и спортивной медицине, вам следует также оценить вашу рабочую среду — условия ежедневных тренировок, как тренеру, и цели, поставленные для спортсменов. В Канаде мы считаем, я думаю, это относится ко всем видам спорта, что наша работа опирается на 4 ключевых аспекта: среду ежедневных тренировок, тактическое руководство, т. е. работу тренера или технического директора, спортивную науку и спортивную медицину и формирование резерва. Насколько я могу судить, среда ежедневных тренировок включает все, что я упомянул, потому что сюда относится то, сколько времени вы проводите со спортсменом (сколько раз в неделю вы занимаетесь со своим спортсменом?). Сколько времени и кто находится с вашим спортсменом? Может это не вы, а кто-то, кто не является специалистом в спортивной медицине или спортивной науке, и проводит с ним время в вашем тренировочном лагере. Это относится к среде ежедневных тренировок. Все сказанное выше и, в некоторой степени, то, как вы разрабатываете режимы, необходимые для достижения необходимой результативности. Это я называю средой ежедневных тренировок. Вы должны понимать, как выбранные вами режимы работают, чтобы обеспечить необходимые результаты своих лучших спортсменов для отбора. Мы говорили об этом вчера. Вы должны знать все эти аспекты, которые, с моей точки зрения, и входят в вашу среду ежедневных тренировок. Таким образом, среда ежедневных тренировок включает в себя все.

То есть вы должны понимать реальное положение вещей в вашем виде спорта и знать свою среду ежедневных тренировок. Вы создаете ее, придумываете, но ориентируетесь на спортсмена. Если вы знаете ее, а вы должны ее знать, для достижения оптимальных результатов вы должны проводить определенное время со спортсменом. Вы должны наблюдать за ним, анализировать и корректировать его работу, используя весь набор различных навыков.

С моей точки зрения, среда ежедневных тренировок также подразумевает наличие необходимого оборудования для тренировки спортсмена. В 2008 году, когда меня только пригласила Федерация велоспорта Канады, мы провели полную проверку по всем видам спорта: паравелоспорт, шоссейные гонки, трековые гонки, ВМХ и маунтинбайк. При этом мы выяснили, что, несмотря на то, что у нас хорошая команда паравелосипедистов, у нас не очень хорошее оборудование. Что нам оставалось делать? Мы купили нужное оборудование. Мы обнаружили, что наши велосипеды слишком тяжелые и нет пневматического оборудования. Наши спортсмены показывали хорошие результаты и находились в очень хорошей физической форме, но уже на старте они теряли преимущество из-за оборудования. Поэтому мы увеличили предложение по финансированию на следующий год и выделили дополнительные средства на закупку оборудования и обеспечили наших спортсменов лучшим оборудованием в мире. И все изменилось.

Еще один аспект — тренировочные группы. Если, например, мы посмотрим на ВМХ, то здесь тренировка напоминает бокс — тебе нужен спарринг-партнер. Тебе нужен спарринг-партнер того же уровня, что и ты сам, чтобы ты мог стать лучше. Это также составляющая среды тренировок. Мы стараемся сводить лучших с лучшими — таким образом достигаются лучшие результаты. Вчера я говорил с Павлом, и он сказал, что если вы захотите воспользоваться нашим ВМХ лагерем в Канаде — добро пожаловать. Почему? Потому что он знает и мы знаем, что его спортсмены улучшат свои показатели, если будут тренироваться с вашими спортсменами. Это и есть понимание среды и анализ потребностей. Это все входит в среду ежедневных тренировок.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница