Ранее, рассказывая о работах кбхм с различными головными организациями разработчиками рн и ка, я почти ничего не говорил, о совместных работах с Самарой /Куйбышевым




страница1/13
Дата09.07.2016
Размер3.76 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13
ГЛАВА 12.
Ранее, рассказывая о работах КБХМ с различными головными организациями – разработчиками РН и КА, я почти ничего не говорил, о совместных работах с Самарой /Куйбышевым/. Это работы, связанные с мониторингом Земли из космоса. Мне неоднократно приходилось бывать в командировках в Самаре, там живут две мои двоюродныес сестры /дочери дяди Коли/ и двоюродный брат /сын дяди Вани/ и их дети и внуки. Постараюсь по возможности восполнить этот пробел. По технике дела, это оказалось трудной задачей, т.к. эти работы были связаны с разведкой из космоса и по ним мало открытых публикаций. В перечне работ КБХМ почти ничего не говорится о работах по заказам «ЦСКБ-ПРОГРЕСС». С момента передачи Королевым в филиал №3 ОКБ-1 работ по серийному производству объектов фоторазведки «Зенит-2» и РН к ним, все разработки КА ЦСКБ до сего дня оснащены ДУ ОКБ-2 /КБХМ/. Еще в 1957 г. в ОКБ-1 начались работы по использованию спутников Земли в военных, народно-хозяйственных и научных целях. В 1959 году было проведено фотографирование обратной стороны Луны. У Королева были широкие планы по созданию ИСЗ, в том числе и для пилотируемых полетов. Все финансирование космических программ шло по линии МО. Основная забота военных была в создании ракет, как средства доставки ядерного оружия.

В конце 50-х годов наша разведка получила сведения, что американцы работают над созданием спутника фоторазведки. Высшее руководство МО /министр Р.Я. Малиновский/ не оценило должным образом эти сведения. Однако Королеву, при поддержке Келдыша, Руднева и Устинова, а также «ракетной партии» в МО в лице Мрыкина А.Г. и Смирницкого Н.И. и особенно самого заинтересованного в этом вопросе для ГРУ ГШ генерала Костина П.Т. удалось добиться принятия 22.05.1959 г. постановления о создании объектов «Восток». «Восток-1» (1К) – экспериментальный унифицированный корабль-спутник для отработки фотоаппаратуры и кабины космонавта. «Восток-2» (2К) – спутник разведки для фотосъемки и обнаружения средств ПВО. И только 3-й по значимости был «Восток-3» (3КА) для полета человека в космос. В конце 1959 г. Хрущеву стало известно, что американцы готовят пилотируемый орбитальный полет корабля «Джемини». Политическое значение первого орбитального полета человека в космос временно отодвинуло конкретные задачи МО и дало приоритет пилотируемому полету. У ОКБ-1, чтобы опередить американцев, были крайне сжатые сроки. Я до сих пор трудно понять, как Королев решился заменить простой по конструкции тормозной твердотопливный двигатель НИИ-125 на сложную конструкцию жидкостной ДУ с турбонасосной подачей. И это при наличии только одного включения продолжительностью всего 45 секунд двигателя тягой 1600 кг. и отсутствия всякого дублирования. Риск Королева и его доверие Исаеву нельзя объяснить только техническими вопросами, как и степень самоотверженности Исаева согласившегося на эту работу.

Это решение определило облик корабля фоторазведки, получившего название «Зенит-2» вместо «Восток-2». МО торопило создание спутников фото и радиоразведки, по ним было выпущено несколько постановлений. В этих условиях Королев принял решение отказаться от ДУ корабля «Восток-2» /«Зенит-2»/ и унифицировать ее с ТДУ /С5.4/ пилотируемого корабля «Восток». Так ТДУ ОКБ-2 /КБХМ/ на долгие годы обосновалась в составе кораблей «Зенит» многих модификаций. Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 13.05.1961 г. в филиале №3 ОКБ-1 начались работы не только по серийной разработке КА «Зенит-2» и РН к ним, но и разработка новых КА фоторазведки. До 1964 г. ТДУ С5.4 (разработчик отдел №8 нач. отдела Толстов А.А., нач. группы Варенников В.С.) изготавливалась в ОП ОКБ-2. Испытания двигателя С5.4 1000-0 проводились на 3-м стенде отдела 15, где я работал ведущим инженером-испытателем до перехода на работу в партком предприятия в октябре 1964 г. На этом стенде проводились ресурсные испытания, превышающие в несколько раз время штатной работы в ТДУ, и первые КВИ двигателя. На стенде №8 проводились испытания ТДУ С5.4 – ведущий инженер-испытатель Тавзарашвили А.Д. Там проходили сдаточные и КВИ ДУ.

Все полеты кораблей «Восток» и «Восход» прошли с ТДУ С5.4 производства ОКБ-2. С середины 1961 г. начались летные поставки на ЛКИ КА «Зенит-2». ЛКИ начались с 12.1961 г., председатель госкомиссии генерал Керимов К.А. Первый успешный пуск был 26.04.1962 г. Он вошел в историю космонавтики как «Космос» №4. Всего было проведено 13 ЛКИ /3 неудачные по вине РН/. В 1960 г. высшее руководство СССР было в панике из-за полетов американских самолетов-разведчиков У-2, которые с высоты 20-22 км. фотографировали наши секретные объекты. Американские спутники-разведчики, которые мы называли спутниками-шпионами, могли наблюдать за всей территорией СССР. Если полеты У-2 над нашей территорией квалифицировались как нарушители государственных границ, но как относится к спутникам, которые при скорости выведения от 7,9 км/сек. подчиняются только гравитационным законам и летают на высоте около 200 км.. Попытки СССР через ООН добиться запрещения полетов «спутников-шпионов» не нашли убедительных аргументов. До сегодняшнего дня полеты спутников - разведчиков не узаконены в юридическом порядке, но узаконены де-факто.

Уже первые снимки с «Зенита-2» показали безграничные возможности космической разведки. Военные требовали большей четкости снимков и оперативности получения информации. «Зенит-2» имел ресурс 8-9 дней и только после этого возвращал отснятую пленку на землю в спускаемом аппарате. Это требовало увеличения числа запусков КА, что не могли обеспечить ни ОКБ-1, ни ОКБ-2. 10.03. 1964 г. «Зенит-2» был принят в штатную эксплуатацию МО. Это был первый КА, принятый на вооружение. Королев еще с 1962 года подключил к работам по КА «Зенит-4» филиал №3 в Куйбышеве. В 1964 году он передал туда все работы по спутникам фоторазведки. С 1962 г. ОКБ-2 начало передавать документацию на ТДУ С5.4 для серийного изготовления на Златоустовский машиностроительный завод /ЗМЗ/. После приемки на вооружение КА «Зенит-2» ТДУ С5.4 получила военный индекс 8Д66. Она отличалась от С5.4 только ликвидацией разъемных стыковочных соединений и перевода их на сварку. КВИ проводились теперь только в составе ДУ, которые тоже были переданы на испытательную станцию ЗМЗ. За ОКБ-2 на многие годы остался только авторский надзор. Главный конструктор КБ ЗМЗ стал одновременно Зам. Главного конструктора ОКБ-2. ДУ 8Д66 оказалась долголетней и массовой в производстве.

«Зениты» многократно модернизировались и получали новые наименования, но ДУ долго оставалась неизменной. «Зенит-2» имел 3 фотоаппарата с фокусным расстоянием 1м., которые обеспечивали съемку полосы 180 км. при высоте полета 200 км. Запас пленки в спускаемых аппаратах обеспечивал получение 1500 кадров. Система ориентации обеспечивала развороты для съемки районов, лежащих в стороне от трассы полета. Всего, включая ЛКИ, был проведен 81 запуск аппаратов «Зенит-2» /11Ф61/ под названием «Космос». Последним был «Космос-344», запущенный 12.05.1970 г. За эти 6 лет стало понятно, что нельзя обеспечить безопасность страны без разведки из космоса. В структуре МО были созданы специальные подразделения занимающиеся наблюдением из космоса за вероятным противником и за «горячими точками». Был создан центр испытаний и управления космическими средствами МО в Голицыно под Москвой /теперь г. Краснознаменск/. Космической разведкой заинтересовался и ВМФ. К созданию аппаратов подключились фирмы В.Н. Челомея и М.К. Янгеля.

Непрерывно совершенствовались и КА, создаваемые в Куйбышеве. Еще от ОКБ-1 были получены проектные материалы на КА «Зенит-4» с фокусным расстоянием 3 м. для более детальной разведки. Этот КА оказался тяжелее и потребовал наличия 3-й ступени на РН. Новая РН получила индекс 11А57. На нее с 1966 г. перевели «Зенит-2» с РН 8А92. В 1965 г. «Зенит-4» /11Ф69/ был принят на вооружение. С 1965 по 1982 г. было разработано 7 модификаций спутников разведки на базе «Зенитов». С 1968 г. начался постепенный переход на «Зенит-2М». На основе «Зенита-4М» был разработан принципиально новый спутник «Зенит-4МТ» для получения снимков, необходимых для создания топографических карт местности. Его первый запуск состоялся 27.12.1971 г. С 1976 г. проводились запуски «Зенита-6» - это 4-я модификация, но уже с ДУ 11Д452. В 1984 г. проведен первый запуск «Зенита-8». Дальнейшее совершенствование КА не мой вопрос.

Я постараюсь рассказать, что помню о дальнейшем совершенствовании ДУ. Напоминаю, что ДУ для пилотируемых КА «Восток» и КА разведки была первоначально единой. ДУ для новых КА разведки должна была иметь больший ресурс в полете и обеспечивать многократное включение в космосе. Первое задание к нам пришло от ОКБ-1. В 1961 г. Кеннеди объявил национальной задачей США пилотируемый полет на Луну. Что мы могли им противопоставить? Наш самый мощный носитель Р-7 мог вывести на орбиту Земли только 7 тонн. Чтобы обеспечить пилотируемый облет Луны раньше американцев, нужна была связка из 4-5 КК на орбите Земли. Комплекс этих КК получил название «Союз». Он состоял из разгонного блока 9К, 2-3-х заправщиков 11К и пилотируемого корабля 7К. Это была очень ненадежная схема, т.к. система стыковки была не отработана.

С 1963 г. в ОКБ-2 начались работы по созданию СКДУ С5.35 КК комплекса «Союз». Чтобы заинтересовать МО, Королев предложил на базе корабля 7К создать две его военные модификации: КК 7К-П для инспекции зарубежных спутников и КК 7К-Р для разведки из космоса. За собой /ОКБ-1/ он оставил работы по пилотирующему КК 7К, а работы по КК 7К-П и 7К-Р передал в филиал №3 в Куйбышев. Передал им также изготовление беспилотных 9К и 11К. Таким образом, в части ДУ повторилась схема, как и по кораблям «Восток». Ведущим конструктором по СКДУ С5.35 в ОКБ-2 стал Тавзарашвили А.Д. Разработка ДУ в ОКБ-2 была поручена отделу Малышева В.Я. /Федотов В.Г. /в части ДУ/, Лурье В.С. /в части двигателя/. Окислитель остался как и в С5.4 – АК-27и, а горючее заменили на – НДМГ. В баках эластичные разделители. Компоновка ДУ из 4-х баков /2-О и 2-Г/. Общая заправка топлива 900 кг. ДУ имело 2 двигателя тягой примерно 400 кг., основной однокамерный и дублирующий двухкамерный. Многоразовой запуск обеспечивался специальными входными клапанами /«шприцами»/, подпитываемые для повторного запуска от ТНА при работе двигателя. Разработчик собственно клапана Александров Ю.В. отдел 21, разработчик клапана в системе двигателя Шевелев Ю.М. /Сектор Лурье В.С. отдел 6/.

В августе 1964 г было принято предложение Челомея В.Н. совершить облет Луны по одно пусковой схеме на новом мощном носителе УР-500. Работы по комплексу «Союз» теряли смысл, но работы по 7К-Р не прекращались. После смещения Хрущева в октябре 1964 г. новым постановлением от 25.10.1965 г. ОКБ Королева и Челомея должны были осуществить пилотируемый облет Луны совместно. 31.12.1965 г. Королев в свой последний рабочий день, перед тем, как лечь в больницу на операцию, подписал исходные данные по кораблю 7К-Л1. Вместо одного пилотируемого КК 7К, разрабатывались два разных корабля. Один 7К-ОК для полетов в около земном пространстве на РН Р-7, другой 7К-Л1 для облета Луны на РН УР-500. Работы шли в авральном порядке. Американцы поджимали, как по полетам на «Джемини» /рекорды по продолжительности и стыковка в космосе/, так и по программе «Аполлон».

В 1965 г. ОКБ-1 было страшно перегружено работами. Графики по изготовлению материальной части постоянно срывались. С большим отставаниям работали смежники /но не ОКБ-2/, особенно по системе «Игла» для стыковки и по системам управления. В ОКБ-1 и на полигонах шли работы по «Восходам», Р-9, РТ-2, «Молнии», Н1-Л3, мягкой посадке на Луну и еще по каким-то другим. Королев плохо себя чувствовал и решил лечь на операцию. Неожиданная смерть Королева после нового года на какое-то время парализовало работу ОКБ. Решение о назначении Мишина В.П. вышло только в мае 1966 г. Авторитет Королева был огромен. Чиновники по мелочам к нему не приставали. На Мишина сразу же обрушился поток жалоб и различных требований. Руководители филиалов Козлов Д.И. и Решетнев М.Ф. требовали большей самостоятельности, что и получили по решению вышестоящих органов. В 1966 году поменяли наименование всех организаций, созданного в 1965 г. Министерства Общего Машиностроения /МОМ/. ОКБ-1 стало называться ЦКБЭМ, а филиал №3 в Куйбышеве – КФ ЦКБЭМ. Он хоть и остался филиалом, но фактически получил большую независимость от основной фирмы.

В то время считалось, что разведка из космоса наиболее эффективна в пилотируемом варианте. Каждый пуск «Зенита» требовал больших затрат, а съемка часто проходила впустую из-за облачности или по другим причинам. В 1966 г. Козлов выступил с предложением о разработке пилотируемого комплекса разведки 7К-ВИ /11Ф73/ «Звезда». Предложение было поддержано МО. КА создавался на основе 7К-Р и 7К-ОК с ДУ С5.35. Под него разрабатывался новый РН 11А511 и была создана группа космонавтов. На 1968 г. намечалось первое ЛКИ. Но одновременно проводились работы по созданию пилотируемого комплекса разведки «Алмаз» у Челомея, которые шли со значительным отставанием от намеченных сроков. В 1967 г. Мишин предложил свой проект ОИС 11Ф730 «Союз-ВИ» из орбитального блока 11Ф731 ОБ-ВИ и корабля снабжения 11Ф732 7К-С. В конце 1967 г. по предложению Мишина В.П. решением ВПК и МОМ работы по 7К-ВИ были прекращены. Работы Куйбышевского филиала были ориентированы на изготовление на заводе КК «Союз» и на разработку по ТЗ основной организации Орбитальной Исследовательской Станции /ОИС/ или иначе ОБ-ВИ. На нее была переориентирована и группа космонавтов. Этим работам был положен конец в феврале 1979 г. решением о создании ДОС-7К ЦКБЭМ совместно с филевским филиалом Челомея /Бугайский В.Н./. Группа космонавтов переведена на работы с «Алмазом». Таким образом, закончились в организации Козлова Д.И. работы по созданию пилотируемых КА, и она целиком сосредоточилась на создание автоматических спутников.

Работы по эксплуатации принятых на вооружение «Зенитов» и их дальнейшая модернизация в это время не прекращалась. Еще в 1963 г. американцы запустили разведывательный спутник «Гамбит». Этот спутник имел по некоторым данным разрешение до 50 см., мог совершать маневры в космосе и имел на борту две спускаемые капсулы для оперативной доставки на землю полученной информации. Все это нельзя было сделать на базе «Зенитов», требовалось создание принципиально нового аппарата. В 1964 г. в филиале №3 начались проектные работы по его созданию. На основе корабля 7К-Р предлагалась создать два аппарата: один /11Ф622/ для обзорной разведки, другой /11Ф623/ для детальной. Предусматривалась установка на них спускаемых капсул. Работы по этим аппаратам шли очень вяло из-за загрузки по заказам основной организации /ОКБ-1/. Практически конструкторские работы начались только в 1967 г. но основе 7К-ВИ, этот аппарат под названием «Янтарь-2К» создавался по постановлению ЦК от 21.07.1967 г.

Чтобы понять и оценить направление работ по совершенствованию ДУ этих КА, следует вспомнить, как шли в то время работы по созданию КА. Первые проектные разработки Козлова по «Янтарю-2К» базировались на ДУ «Союзов», двигатели которой имели турбонасосную систему подачи. В начале 60-х годов считалось, что такая схема обеспечивает лучшие энергомассовые характеристики. Тонкостенные топливные баки имели минимальный вес, а двигатель с ТНА обеспечивал получение приемлемой Руд за счет высокого давления в КС. Двигатели системы ориентации /ДО и ДПО/ работали на перекиси водорода, как и в КК «Восток» и «Зенит», и имели автономную ДУ. Разработчиком этих двигателей тягой 10 и 1 кг. был Князев Д.А. в ОКБ-1. Впрочем, Князев называл их газовыми соплами, а не двигателями. Мне запомнилась единственная деловая встреча с Князевым. Это было в старом Грабинском корпусе. Князева только что назначили нач. отдела /он выделился из отдела Раушенбаха Б.В/. В разговоре меня поразило, когда мы сказали, что обращаемся к нему, как двигателисты к двигателисту, он ответил, что он не двигателист, а управленец и газовые сопла это не двигатели, а только исполнительные органы системы управления. В дальнейшем мне о нем рассказывал Картавченко А.В. из ГИПХ, который был разработчиком каталитических пакетов для разложения перекиси водорода. У них были хорошие отношения. Они вместе были в поездке, которая трагически закончилась для Князева.

Отработка КК «Союз» затянулась на долгое время. Было много аварийных пусков, и даже гибель космонавтов. Но была отработана стыковка в космосе, совершен совместный полет «Союз – Аполлон» и полет первого ДОСа. Козлов, непосредственный участник всех работ по «Союзам», понимал, что их ДУ не подходит для «Янтаря-2К». Еще на первом ЛКИ «Союза» полет был прекращен из-за выработки перекиси по вине системы управления. Система ориентации «Янтаря-2К» требовала большого расхода топлива на программные развороты. Еще не были внедрены маховики и геродины, которые позволили существенно уменьшить расход топлива на ориентацию КА. Выход один – объединение топливных баков корректирующего двигателя и двигателей системы ориентации. Нужно перейти от турбонасосной системы подачи к вытеснительной. В 1966 г. защищен ЭП по комплексу «Алмаз». На ОПС была ДУ вытеснительной системы подачи. В нее входили два двигателя 11Д24 разработки КБХА тягой 400 кг., 16 ЖРД жесткой стабилизации по 20 кг., 12 ЖРД мягкой стабилизации по 1,2 кг. и 4 ЖРД коррекции по 40 кг. разработки Тураевского МКБ «Союз». На ТКС была комбинированная ДУ с баками высокого и низкого давления. Двигатель коррекции 11Д442 /С5.62/ с ТНА тягой 400 кг. разработки КБХМ и 20 двигателей причаливания и стабилизации по 40 кг. /11Д434М/ и 16 двигателей точной стабилизации тягой 1,2 кг./11Д432М/ разработки ТМКБ «Союз».

При работах по блоку «И» Н1-Л3 мне приходилось работать в контакте с представителями ТМКБ «Союз». В состав блока «И» входили ЭХГ /электрохимический генератор/ и ДОК / это блок двигателей ориентации комплекса/. ЭХГ относился к Средмашу и я понятия не имел, что там делается. Работы по ДОК проводились совместно с ДУ С5.51 на заправочной станции 11Г131 и обсуждались на совещаниях о ходе отработки. Блок ДОК массой 800 кг. и длиной 1,56 м. имел 16 двигателей ориентации комплекса «Л3» и 8 двигателей причаливания и ориентации ЛОК по оси «х» /ДПО-Х/. 4 двигателя по тангажу и 4 двигателя по рысканью имели тягу 10 кг., двигатели ДПО-Х имели тягу по 20 кг. Внутри отсека ДОК размещались 6 сферических топливных бака с диафрагмами /запас топлива 300 кг./ и 4 бака с газом наддува топливных баков. Я хочу сказать, что это была законченная ДУ вытеснительной системы подачи с импульсными двигателями. На этой же станции заправлялась ДУ двигателей ориентации блока «Е» ЛК. В составе ДУ было 4 блока ориентации. В каждый блок входило по 2 ЖРД тягой 40 кг. и 2 ЖРД тягой 10 кг. Сферические диафрагменные баки имели запас топлива 100 кг. Исаев с Мишиным отказались от летных испытаний ЛОК с блоком «И», я об этом писал ранее, а Янгель настоял на проведении ЛКИ ЛК с блоком «Е». В 1970-1971 гг. блок «Е» с ДУ ТМКБ «Союз» полностью выполнил всю программу на орбите Земли. Замечаний по работе двигателей Степанова В.Г. не было.

Необходимо еще рассказать о работах Степанова В.Г. по созданию ДУ для объектов ОКБ-52 Челомея «УС» и «ИС». Эти работы начались в начале 60-х г. Когда в 1964 г. были прекращены работы по УР-200, на котором предполагалось выводить эти аппараты, Степанов, по предложению Челомея, включил в состав своей ДУ двигатель довыведения. Я не знаю состав этих ДУ. В статье «Системы морской космической разведки и целеуказания» Савина А.И. /Создатель атомных подводных крейсеров/, Зотова Г.Ф. и Петрущенко Ю.Е. о ней говорится: «В результате разрабатываемая сначала в ОКБ-300, а затем Тураевском МКБ «Союз» ДУ должна была включать в свой состав сравнительно мощный двигатель доразгона, средние по тяге двигатели коррекции и очень экономичные двигатели стабилизации с малой тягой. В создании такой, не имеющей себе аналогов ДУ ведущую роль сыграли: Гл. Конст. В.Г.Степанов, его заместители И.Б. Кизельштейн и В.С. Титов, начальники отделов Д.Д. Гилевич и Н.В. Ульянов». Какие еще заказы по двигателям и ДУ имело ТМКБ, я не знаю.

Здесь нужно сказать немного о самой фирме Степанова В.Г., т.к. ее работы легли в основу создания «Янтаря-2К» на первоначальном этапе. У нас в доме на ул. Усачева было хорошо слышно, как испытывали авиационные двигатели на заводе №300 МАП в Лужниках. Когда в Лужниках начались работы по строительству стадиона, испытательную станцию стали переводить частично в Тураево, и частично в Фаустово М.О. По указанию Н.С. Хрущева, ряд предприятий МАП подключали к разработке ракетной техники. При ОКБ завода №300 в Лужниках, на основе отдела форсажных камер, было создано ОКБ-4-300 для разработке ЖРД. Главным конструктором был назначен Степанов Владимир Георгиевич. Первые испытания ЖРД в 1958-1959 гг. проходили у меня на стенде №3 отдела 31 ОКБ-3, затем это отдел 15 /ОКБ-2/. Отрабатывались ЖРД «99» и «91» для крылатых ракет Дубненского филиала ОКБ-155 МАП /будущее МКБ «Радуга» и Туполевских беспилотных летательных аппаратов. Далее в августе 1964 г. ОКБ-4-300, образованное в Тураево, как филиал ОКБ завода №300 для проведения работ по ЖРДМТ, было выделено в самостоятельную организацию ТМКБ «Союз». Главным конструктором назначен Степанов В.Г.

Выбор тематики по ЖРДМТ был не случаен. На всех КА применялась высококипящая топливная пара АТ+НДМГ /первое время вместо АТ был окислитель АК-27 с различными добавками/, а двухкомпонентных ЖРДМТ на этих компонентах для КА не было. ТМКБ был разработан номенклатурный ряд ЖРДМТ размерностью: 0,3; 0,6; 1,2: 2,5; 5,0; 10: 20; 40 кг. Был создан и двигатель тягой 300 кг. Все двигатели были с электрическими клапанами и электрическим подогревом при запуске. Степанов В.Г. разрабатывал и ДУ для них с металлическими диафрагменными устройствами. Баки были размерностью от 20 до 225 литров и обеспечивали давление компонентов на входе в двигатель 12 атм. Арматуру ДУ и клапана двигателей разрабатывали на предприятиях МАП. Я был на одном на 3-й ул. Ямского поля, где мы хотели заказать электроклапан для себя. В кабинете Степанова я видел экземпляры двигателей всей номенклатуры. Одни были серийно изготавливаемые, другие пробные экземпляры. Все они отличались высокой технологической культурой исполнения, свойственной предприятиям МАП. К концу 60-х годов Степанов закончил отработку двигателей для большей части номенклатуры. Он принимал заказы только на новые ДУ с ранее отработанными двигателями, которые имели давление на входе 12 атм. и электрический подогрев.

Значительная часть сотрудников ТМКБ работала, совместно с предприятиями Средмаша, по созданию космических энергодвигательных установок с реакторми термоэмиссионного типа по заказам Челомея для ВМФ. Руководство МАП /Дементьев П.В./ было недовольно такой тематикой. МАП нужно было ликвидировать отставание от США по прямоточным двигателям и форсажным камерам турбореактивных, а Степанов не хотел, да и не мог, по производственным возможностям, выполнять эти работы. В ТМКБ работало всего несколько сот человек, точно я не знаю. Большинство работников проживало в Москве. Их доставляли на работу автобусами Моссовета из разных районов Москвы. Многие работники завода №300 проживали в доме напротив Ново-девичьего монастыря. Степанов готовил почву для перехода предприятия в Средмаш, т.к. у него работал сын зав. Оборонного отдела ЦК Сербина И.Д. Однако в этих аппаратных играх Степанов потерпел фиаско. В 1972 г. Постановлением ЦК в ТМКБ были переданы работы по ПВРД /двигатель 3Д80 для «Москита» и двигатель для ракеты Х-31А/П/, а работы ЯЭУ переданы МКБ «Красная Звезда» Минсредмаша, где директором стал Грязнов Г.М. /бывший зам. Степанова в ТМКБ/, а гл. конструктором Сербин В.И.

Чтобы понять в какой обстановке Исаев принимал решение о участии в работах по «Янтарю-2К», нужно напомнить о работах, которые проводило КБХМ в 1970 г. Когда родился А.М. Исаев 24.10.1908 г., его отец получил поздравительную телеграмму от одного из своих друзей с пророческим напутствием: «Желаю, чтобы сын интересовался всем». И вот тематика КБХМ в 1970 г. полностью соответствовала этому пожеланию. Исаеву исполнилось 62 года. Задела по тематическим работам было на много лет вперед. Остановлюсь только на некоторых из них. Самой большой работой по объему собственных затрат оставались работы по ДУ С5.51 Н1-Л3, несмотря на то, что американцы в июле 1969 г. уже слетали на Луну. Для Н1-Л3М полным ходом шла отработка кислородно-водородного двигателя 11Д56. Всего год был дан на отработку ДУ С5.66 /«верблюд»/ для первой ДОС, пуск которой состоялся в апреле 1971 г. К ДОСу намечался новый транспортный корабль 7К-Т с нашей старой ДУ С5.35 от кораблей 7К-ОК. С 1968 г. велись работы по созданию ДУ 11Д426 вытеснительной системы подачи компонентов с КС тягой 300 кг регенеративной системы охлаждения. ТЗ было окончательно согласовано в начале 1969 г. ДУ предназначалась для корабля «Союз» 7К-С /11Ф732/, который проектировался вначале, как транспортный корабль для орбитального корабля ОК-ВИ, разработки КФ ЦКБЭМ /ЦСКБ/. ДУ сразу получило военный индекс, в отличии от кораблей 7К-ОК, где ДУ имела индекс С5.35. Баки использовались от С5.35, но окислитель был новый, АТ вместо АК-27. В состав ДУ 11Д426 не входили ЖРДМТ. Отработку ДУ КК 11ф732 проводило ЦСКБЭМ, т.к. ДМТ и подводящие к ним трубопроводы не входили в состав ДУ 11Д426, а были составными частями КК 11Ф732.

В КБХМ проводились работы по обеспечению повторных включений двигателя с любыми паузами между включениями и по определению стойкости пленочных разделителей в окислителе. В 1969 г. эти работы были приторможены работами по первым ДОСам, но финансирование не прекращалось. В 1970 г. они были определены, как ДУ для транспортного корабля «Союз Т» к ДОСам 2-го этапа. Индекс этого корабля остался прежним 11Ф732. Продолжалась программа полетов «Союзов», как подготовка к работам с ДОС. Это первый длительный /19 суток/ полет корабля 7К-ОК в июне 1970 г. и подготовка к первому полету к ДОС корабля 7К-Т /неудачный/, который состоялся в апреле 1971 г. 19.04.1971 г. РН «Протон» была выведена на орбиту первая ДОС «Салют».

Исаев был на этих пусках, но основное время у него занимала работа по морской тематике. Шли работы по созданию морских ракетных комплексов 2-го поколения /Д-9 с ракетой РСМ-40 (Р-29)/ и с действительно стратегической дальностью свыше 9000 км. ?к первому полету к ДОС корабллОС кораблля-ОК в ю Для нее разрабатывался крупнейший двигатель разработки КБХМ тягой 75 т. Изготовление и испытания двигателей проводилось в Красноярске. Эти работы со сторонними затратами занимали первое место в тематике КБХМ. К 1970 г. США создали ракеты с РГЧ, что давало им большое преимущество. Нужно было определить возможности форсирования двигателей 4Д75 и 4Д76 и создать ДУ РГЧ, где впервые закладывались КС с абляционным охлаждением, которые впоследствии нашли широкое применение во всех космических ДУ НПО «Энергия» и ЦСКБ. В результате были созданы двигатели 3Д40 и 3Д41 и ДУ РГЧ 3Д43.

Для НПО им. Лавочкина /Бабакин Г.Н./ разрабатывались несколько двигателей для исследования Луны, Марса и Венеры. КБХМ впервые стало разрабатывать двигатели на АТ с гидразином для АМС «5М». Разрабатывались двигатели на штатных компонентах, в том числе двигатель, доставивший на Луну первый «Луноход» и двигатель взлетной ракеты, доставивший на Землю лунный грунт в 09.1970. Следует вспомнить, что Луноход-1 работал на Луне с 17.11.1970 по 04.10.1971 г. За это время ушли из жизни и Исаев 25.06.71 и Бабакин 03.08.71 г.

Было много и других интересных работ. Хочу упомянуть еще только одну, к которой имел непосредственное отношение. Это работы с ЦКБМ Челомея, точнее с его Филевским филиалом. В 1970 г. успешно шла отработка двигателя С5.62 для ДУ С5.51. После того, как перешли на консольное расположенное ТНА, ресурс двигателя составлял многие тысячи секунд при сотнях включений. Исаев предлагал выдвинуть двигатель на присвоение знака качества, который тогда очень ценился. КБХМ получило предложение от ЦКБМ(ф) оформить протокол на применение этого двигателя в составе ФГБ (11Ф77) транспортного корабля снабжения /ТКС/ долговременной орбитальной пилотируемой станции «Алмаз». ТКС разрабатывался на основе проекта пилотируемого корабля ЛК-1 для пилотируемого облета Луны с УР-500. Для ТКС «Алмаза» Челомей предлагал установить, как и на ОПС, два двигателя 11Д24 разработки КБХА. Система хранения и подачи топлива состояла из баллонов низкого и высокого давления цилиндрической формы с гофрированными сильфонными разделителями. Питание двигателей осуществлялось от баллонов высокого давления, которые подзаправлялись от баков низкого давления специальной системой перекачки с использованием сильфонов и поршневых насосов. Общий запас топлива ФГБ был свыше 3000 кг. Двигатели 11Д24 могли осуществить повторный запуск не раньше чем через 45 минут после очередного включения. Это было неприемлемо при стыковке с ОПС. Установка второй пары этих двигателей не проходила по компоновке. Вот так они подошли к применению двигателя С5.62.

Первоначально нам было предложено оформить протокол применения С5.62 в ТКС. Но в чистом виде он не подходил по выхлопу ТНА и дренажным трубопроводам из полостей двигателя. Кроме того, было предложение использовать двигатель С5.62 в режиме перекачки, то есть двигатель запускался, но компоненты шли через ТНА не в КС, а в баки высокого давления. Постепенно он превратился в 11Д442, но С5.62 остался законченной сборкой, в которой двигатель проходил КТИ, с последующей доработкой в 11Д442. Сильфонные баки, но

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница