«Процесс» Ф. Кафки: проблема вины и особенности построения сюжета




Дата19.07.2016
Размер62.1 Kb.
«Процесс» Ф. Кафки: проблема вины и особенности построения сюжета.
«Процесс» («П») Кафка писал в период с августа 1914 по январь 1915 года. Роман не был завершен. Опубликован Максом Бродеом, его близким другом и душеприказчиком, в 1925 году, через год после смерти Кафки.
Проблема вины - центральная в этом романе, посвященном герою, который при невыясненных обстоятельствах попадает под суд, подвергается процессу и приговаривается к смерти.
Композиция:

Роман разделен на главы, связь между которыми не всегда очевидна. Стройность изложения сюжетной линии разрушается к концу романа, эпизоды начинают носить все более оторванный, фрагментарный характер.

А. Белобратов называет «Процесс» романом-фрагментом. Это связано, во-первых, непосредственно с тем видом, в который Кафка приводит рукопись романа: после того как писатель убедил себя в том, что роман не состоялся и завершить его не удасться, «несколько тетрадей с рукописным текстом, имеющим отношение к «Процессу», Кафка разъял на отдельные части (в соответствии с главами и фрагментами глав) <…> Каждую из законченных глав Кафка снабдил титульным листом с обозначением содержания». Таким образом, рукопись романа представляла собой разделенные по конвертам фрагменты романа. Текст имел завершенную рамку - первую и заключительную главы, но в нем недоставало еще нескольких стадий таинственного процесса. (Согласно рукописи, Кафка, начав писть роман, сразу написал первую и последнюю главы) А по мнению Макса Брода « в соответствии с устно высказанным намерением автора процесс никогда не предполагалось довести до высшей судебной инстанции, роман в определенном смысле оказывался вообще незавершимым, то есть его можно было продолжать infinitum».
К лит. источникам романа можно отнести «Преступление и насказание», которое Кафка ценил. Роман Кафки «Процесс» параболичен, в литературоведении он имеет множество интерпретаций - религиозно-нравственную, социально-политическую и личностно-биографическую, но не сводим ни к одной из них.
Автобииографический подтекст: непосредственным толчком к началу работы послужил, видимо, разрыв его первой помолвки с Фелицей Бауэр, после которого она же со своей подругой учинили над Кафкой «суд».

«Процесс» также можно рассматривать как символ социально-политических взаимоотношений человека и «системы», говорится, что Кафка в своих произведениях предвидел ужасы будущих тоталитарных систем, в процессе написания романа он также пишет рассказ «В исправительной колонии», где главной темой также является вина и наказание.



Религиозно-нравственных трактовок существует множество, о основная предложена Брод. Односторонне интерпретировав Кафку с позиций иудаистской религии, положил начало традиции сопоставления «Процесса» с ветхозаветной историей Иова: «Чист я, без порока, невинен я, и нет во мне неправды; а Он нашел обвинение против меня и считает меня своим противником» (Иов 33:9-10) Брод считал, что справедливость Божьего умысла, который в романе представлен Законом, находится вне понимания простого смертного Йозефа К. Исповедуя сомнительный тезис о скрытой, но всепроникающей позитивности имманентной творчеству Кафки, Брод видит причину гибели Йозефа К. в его строптивости, в нежелании усомниться в собственной непогрешимости и признать возможность справедливости высшего суда - но все же «намек на доброе» присутствует и здесь: в финальном монологе героя видны проблески раскаяния. Брод видит в связи «Процесса» с историей Иова серьезность дидактического замысла писателя.
Притча «У врат закона» является ядром романа, она служит символическим выражением его сюжета и в какой-то мере проясняет положение К. и выражаемые автором отношения закона и истины, служит как бы для передачи герою условной авторской позиции. Притчу рассказывает капеллан в главе «В соборе» Толкования же этой притчи капелланом отнюдь не делают понятнее ее смысл, а, наоборот, еще более затемняют его, так как приводят лишь видимые доказательства и, в общем, рассматривает аспекты не ключевые для раскрытия смысла притчи. Не так важно, находится ли поселянин в подчинении у привратника или наоборот, видел ли привратник недра закона и в состоянии ли он после смерти просителя закрыть ворота, - главной является идея абсолютного и беспрекословного подчинения букве закона, и даже не букве, а некоторой, возможно даже сомнительной мелкой сошке. Закон как некий иерархичный институт, который внушает страх и покорность людям здесь вполне опредмечен, в то время как именно так, но образно мыслиться закон и в самом романе. Вторая идея - идея подчинения человека - также перекликается с романом: что герой романа, что притчи - оба они не в силах никак повлиять на закон, на то, что предписано, но в отличие от героя романа, который, хоть и безрезультатно, но пытается повлиять на ход событий своего процесса в некоторой высшей инстанции, поселянин же даже не пытается попробовать воспользоваться возможностью проникнуть в ворота Закона. Но, по сути, и Йозеф К. ни в чем не прекословит тем, кто имеет отношение к его процессу, следуя любым советам, он, однако, ничуть не приближается к разрешению своего дела, находящегося еще в самых низших инстанциях, - и разве же он многим в таком раскладе отличается от просителя, покорно севшего на скамеечку, как ему посоветовал привратник? Впоследствии, когда Йозефа поедут на казнь, он воспримет это как что-то само собой разумеющееся, не будет протестовать, а воспримет все как должное. Так, в целом эта притча отражает идею бесполезности борьбы человека с законом, который у Кафки выступает как неотвратимое зло, во имя иллюзорной справедливости. Эти три понятия - зло, справедливость и закон - тесно переплетаются в системе образа мироустройства Кафки. Мотив власти встречается в его произведениях повсеместно, и всегда это власть безличная, недоступная, равнодушная и безжалостная по отношению к герою, а ее служители предстают как объекты, восприятие которых, как, впрочем, и других персонажей, дается лишь через призму сознания персонажа, что лишает читателя всякой возможности хоть отдаленно представить себе мотивировку их действий.

Пролема вины



Карельский: Йозеф К., конечно, «не сделал ничего дурного», как констатируется в первой же фразе, но все развитие сюжета - «процесса» - строится на том, что герой постепенно начинает и в самом деле ощущать за собой некую вину. И в этом не только внушение «системы», процесс постепенно оказывается еще и судом человека над самим собой, и этот второй процесс заканчивается, в отличие от первого, от суда «системы», четким и недвусмысленным приговором: «Как собака, - сказал он так, как будто этому позору суждено было пережить его». По концепции Карельского вина - это слабость воли, недостаток достоинства, не позволивший Йозефу выхватить нож из рук своих палачей и самому вонзить его в себя - «снять с властей всю работу». Этот последний всплеск человеческой гордости есть следствие глубокой бытийной вины. Она - в роковой отгороженности от жизни, в неумении слиться с ней или противостоять ее вызову. Йозеф был причастен лишь внешней суете жзни, глубин же бытия он панически боялся и отстранял их от себя. Вина Йозефа в том, что он слабый человек и не взял на себя ответственность за себя.
Но, внимание! У Павловой другая концепция: на протяжении романа происходит как бы два процесса: один - внешне-формальный, то есть судебная волокита, все перипетии видимого «следствия», которое приводит к приговору и к физической смерти героя. Другой процесс происходит внутри Йозефа, и это процесс морального освобождения, который достигает своего апогея в момент казни. Йозеф понимает, что ему все время мешало его же собственное упрямство, его нежелание подчиняться закону, навязанному сверху,он обретает внутреннюю свободу, он впервые обращается к богу как носителю высшей справедливости.
Важнейшей является финальная сцена. В ней Йозеф К., столько сил потративший на то, чтобы доказать свою невиновность, смиряется, даже признает свою неправоту: «Неужто и сейчас я покажу, что процесс, длившийся целый год ничему меня не научил?» Йозеф К встает на строну своих обвинителей: «Всегда мне хотелось хватать жизнь в двадцать рук, но далеко не всегда с похвальной целью. И это было неправильно.» - в этих словах слышится самообвинение: сознавая, что его дела не всегда имели благую цель, он начинает мыслить с позиции новой морали, той неведомой морали осудившего его общества. К., так долго старавшийся доказать свою невиновность, сознает, что его поведение было неправильно и называет себя «тупым упрямцем». Он является таковым по отношению к той устрашающей и неприступной мифологизированной бюрократической машине, с которой не смысла тягаться никому. К. обретает свою свободу в том, что видит свое предназначение в исполнении своего последнего долга перед властями и обществом: «Он вдруг осознал всю бессмысленность сопротивления. Ничего не будет героического в том, что он вдруг начнет сопротивляться…Единственное, что я могу сейчас сделать - это сохранить до конца ясность ума и суждения» К, сам объясняет себе свою неправоту и сам выносит себе приговор: «Я благодарен что мне в спутники даны эти полунемые, бесчувственные люди, и что мне предоставлено самому сказать себе все, что нужно (курсив мой -М. З.). Как это ни парадоксально, именно в полном и сознательном закрепощении и подчинении собственного сознания К. обретает внутреннюю свободу, свободу в гармонии с Системой. В том, чтобы схватить нож и вонзить его в себя, К. видит «свой долг». Надежда у Йозефа К. выражена в его последних жестах - он протягивает в руки в сторону неизвестного незнакомца, проявившегося в окне. Здесь, пожалуй, впервые в романе появляется намек на Бога: за то, что К. не смог исполнить свой последний долг, отвечает «тот, кто отказал ему в последней капле нужной для этого силы«. В сдавшемся К, все еще живет жажда жизни, которая должна иметь аргументы в свое оправдание. Перед своей смертью К. винит судью, который не смог ему помочь и даже не представил аудиенции, и этот судья - бог. Его разлад с сущим миром он сгладил подчинением воле властей, но осталось непонимание воли всевышнего, его душевный, метафизический конфликт так и остался неразрешен.


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница