Проблема человека в русской религиозной философии




Скачать 178.7 Kb.
Дата12.07.2016
Размер178.7 Kb.
ПРОБЛЕМА ЧЕЛОВЕКА В РУССКОЙ РЕЛИГИОЗНОЙ ФИЛОСОФИИ
ПЛАН:


  1. Антропоцентризм русской философии

  2. Персонализм Бердяева; учение о личности, свободе, творчестве

  3. Философско-антропологические идеи В.И.Несмелова, С.Л.Франка и Л.И.Шестова


Антропоцентризм русской философии

Русская религиозная философия представляет обширную и насыщенную многообразием философских концепций часть истории русской философии. Полторацкий Н. выделяет четыре главных периода в развитии русской религиозной философии:



  1. 30-40-е годы XIX в. Этот период связан больше всего с именами А.Хомякова и И.Киреевского, которыми была заложена основа современной религиозной философии и начертана ее программа.

  2. Последняя четверть XIX в. В центре – Вл.Соловьев, кроме того – Ф.М.Достоевский, Л.Н.Толстой, Н.Федоров и др. В этот период Вл.Соловьевым была создана первая в истории русской мысли философская система.

  3. Конец XIX в. – начал XX в. Этот период связан с целой плеядой имен: братьев С.Н. и Е.Н.Трубецких, В.В.Розанова, Д.С.Мережковского, Л.И.Шестова, С.Н.Булгакова, НА.Бердяева, П.Б.Струве, С.Л.Франка, Н.О.Лосского, П.И.Новгородцева, П.А.Флоренского и др. Это время подготовки целого ряда религиозно-философских систем.

  4. Период эмиграции, начинающийся после революции 1917 года, которая внесла в русское сознание новые мотивы и критерии. Некоторые религиозные мыслители покинули Россию во время гражданской войны или сразу после ее окончания – П.Б.Струве, С.Н.Трубецкой, Л.И.Шестов, Н.С.Арсеньев, В.В.Зеньковский. В 1922 г. многие известные философы и деятели культуры (Н.А.Бердяев, И.А.Ильин, Н.О.Лосский, С.Н.Булгаков, С.Л.Франк и др.) были высланы из Советской России как идеологически чуждый советской власти элемент. За рубежом они продолжали выступать как представители русской религиозной культуры.1 Их философское творчество, обогащенное духовным опытом революции, расцвело в эмиграции новым цветом. Наибольшая известность выпала при этом на долю Н.А.Бердяева. Годы эмиграции – это период завершения многих религиозно-философских систем, период окончательного оформления русской религиозной философии, как особой школы философской мысли, и, в то же время, период постепенного выхода русской религиозной философии на мировую сцену.2

Одной из наиболее характерных черт русской философии, отмечающих ее своеобразие как оригинальной национальной философской школы, являлось особое внимание к проблеме человека. Об этом говорили многие русские мыслители. Так, В.Зеньковский писал: «Если уже нужно давать какие-либо общие характеристики русской философии... то я бы на первый план выдвинул антропоцентризм русских философских исканий».3

В русской философии антропологическая тема была самой главной на протяжении всей истории ее развития. В центре исканий русских мыслителей постоянно находились проблемы сущности человека, его предназначения в мире, его отношений с Богом. В связи с тем, что сама профессиональная философия в России развивалась в существенной степени под влиянием православного богословия, в понимании человека и в решении всех, связанных с ним проблем огромную роль играла православная антропологическая концепция, основы которой были заложены в учении отцов церкви.

При этом и внутри антропологической темы без труда можно обнаружить моменты, которые особенно специфичны именно для русской философии и отличают ее от западных вариантов решения проблемы человека. Это касается как истоков философской антропологии, так и ее выводов, которые у многих мыслителей поражают своей парадоксальностью, своим максимализмом в требованиях к отдельному человеку.1

Решение проблемы сущности человека и его положения в мире в русской философии неизменно было связано с проблемой сущности Абсолюта. Сам Абсолют, как правило, понимался в рамках идеи всеединства. Идеи, которую можно назвать главной «наследственной чертой» практически всех русских философов от П.Чаадаева до С.Франка и П.Флоренского.

Итак, духовным источником религиозной философии явилось православие как специфический духовный и жизненный уклад. В центре её внимания находилась тема Бога и человека, взаимоотношения между ними. Она носит всеохватывающий характер. В ней с религиозных позиций были осмыслены такие проблемы, как:


  • природа человека, его свобода, смерть и бессмертие;

  • гуманизм и его кризис;

  • смысл человеческой истории;

  • ряд важных социальных вопросов.2

Центральной фигурой во всей русской религиозной философии является В.С.Соловьев. Во главу угла своей философской концепции он ставил религию и стремился подчинить ей философию, науку, этику, будущее государственное устройство. Он резко критиковал материализм и атеизм, представляя их как учения безнравственные, опустошающие природу человека и ведущие людей в тупик. Вопрос о взаимоотношении материального и духовного Соловьев решал с позиции объективного идеализма. Начало всего сущего – абсолютное, т.е. Бог. Бог воспринимает не разумом, а только через веру. Бог содержит в себе вечные идеи, т.е. идеальный мир. Этот идеальный мир порождает мир физический. Этот физический мир связан с Богом через человека, который обладает и материальной и идеальной субстанциями.

Возможность познания человеком окружающего мира Соловьев связывал с верой в Бога – познание через веру.

В.Соловьев являлся автором теории вселенской теократии. Он считал, что в отношениях между собой люди должны забыть распри и руководствоваться христианским учением о любви к ближнему. Этот же принцип должен был положен в основу между отдельными государствами. Легче всего его может осуществлять христианская религия. Чтобы претворить в жизнь христианский принцип «любви к ближнему» и окончательно исключить из общества классовые и национальные противоречия, православной, католической и протестантской церкви необходимо слиться воедино под эгидой Римского папы и русского самодержавия, образовав вселенскую теократию.

Исследуя мировое зло, В.Соловьев последовательно опроверга тезис о непротивлении силой и показывает необходимость войны в обреченном на совершенство мире. И только по мере совершенствования мира война исчезнет из мира людей.



С.Н.Булгаков своей центральной задачей считал обоснование целостности христианского мировоззрения. Все социальные отношения и культура должны быть оценены и перестроены на религиозных началах.

Н.О.Лосский главную задачу философии видел в том, чтобы построить теорию о мире как едином целом на основе прежде всего религиозного опыта. Центральный элемент мира – личность.

П.А.Флоренский также разрабатывал религиозно-философскую проблематику, в центре которой – идущее от В.Соловьева концепция о всеединстве и учение о Софии, учение об интуитивном образно-символическом постижении мира, основывающееся на нравственном учении личности.

Итак, Зеньковский В.В. подчеркивает: «Русская философия не теоцентрична (хотя в значительной части своих представителей и глубоко и существенно религиозна), не космоцентрична (хотя вопросы натурфилософии очень рано привлекали к себе внимание русских философов), — она больше всего занята темой о человеке, о его судьбе и путях, о смысле и целях истории».1

Являясь частью культуры, ее «самосознанием», философия вскрывает главные тенденции в развитии культуры, в этом смысле антропоцентризм русской философии является точным отражением антропоцентризма русской культуры в целом; соответственно и тот образ человека, который характерен для культуры в целом, наиболее явно и однозначно выражается именно в философских исканиях той или иной эпохи.
Персонализм Бердяева; учение о личности, свободе, творчестве
Персонализм — направление в философии, рассматривающее личность как высшую ценность культуры, а мир как проявление личностной творческой активности. Возникает персонализм в начале XX в. в России. Персонализм отрицает прагматическое (частичное) отношение к человеку, рассматривая личность как целостность и высшую культурную ценность.

Николай Александрович Бердяев (1874—1948) — наиболее известный в мире русский религиозный философ XX в. В эмиграции им были написаны книги, принесшие ему мировую известность: «Новое средневековье. Размышление о судьбе России и Европы» (1924); «О назначении человека. Опыт парадоксальной этики» (1931); «О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии» (1939); «Истоки и смысл русского коммунизма» (1937); «Русская идея» (1946) и др.

Мировоззрение Бердяева представляет собой персоналистическую разновидность экзистенциальной философии, т.е. философии человеческого существования.

По его собственному признанию, он является философом «экзистенциального типа». «Философия, — пишет он, — есть наука о духе. Однако наука о духе есть прежде всего наука о человеческом существовании. Именно в человеческом существовании раскрывается смысл бытия».1

Проблемы личности, свободы и творчества, смысла жизни и смерти всегда были в центре его философских размышлений. По Бердяеву, «личность вообще первичнее бытия», бытие — воплощение причинности, необходимости, пассивности, дух — начало свободное, активное, творческое. Личность прежде всего категория религиозного сознания, и поэтому проявление человеческой сущности, ее уникальности и неповторимости может быть понято лишь в ее отношении к Богу.2

Центральной темой философии Николая Александровича Бердяева является человек, человек свободный, творческий, а таким он является лишь в свете божественного, точнее, божественного «ничто». Бог сотворил мир из Ничто, следовательно, Богу предшествует первичный принцип, не предполагающий какой-либо дифференциации, какого-либо бытия. Это и есть Ничто. Бог свободен. И человек свободен. Бог помогает человеку стать добрым, но он не в состоянии контролировать Ничто, принцип свободы. В своей подлинной свободе человек божественен. Бог и человек есть дух. Будучи свободным, человек творит, оправдание человека в его свободе, его творчестве, его откровении. Для Бердяева главное — это оправдание человека, его философия ярко персоналистична, романтична, расцвечена тысячами красок человеческого бытия.3

Итак, личность у Бердяева представляет собой сосредоточение индивидуальных духовных сил и сферу свободы. Она постоянно испытывает давление со стороны общества, которое стремиться поработить личность, включив её в какую-нибудь общность.

Бердяев писал, что тема творчества, творческого призвания человека является основной темой его науки. Причём, постановка этой темы не была результатом философских размышлений, это был внутренний опыт, «озарение». Что такое «творчество» по Бердяеву? С одной стороны творчество – это требование Бога к человеку, это «ответная реакция человека на творческий акт Бога». Бердяев писал, что дерзко было бы предполагать потребность Бога в человеке, но те не менее «Любящий (Бог) не может существовать без любимого (человека)». Творчество Бердяев определил и как «полёт в бесконечность», прорыв в иное бытие. Он писал, что конечные продукты творческой деятельности являются лишь «символическим творчеством», а «реальное творчество» - это стремление к преображению мира, ведущему за собой возникновение «нового неба и новой земли».

Философию Бердяев считал чистым творчеством в отличие от науки, которая всегда должна приспосабливаться к необходимости бытия.

Исходя из творческой природы философии, он предлагал свою концепцию миростроения, ориентированную на человека:


  • В качестве первореальности выдвигается история и природа. Они вечны и включают в себя несотворенную свободу.

  • Всё зло в мире истекает из этой свободы (зло – это испытание, посланное людям благим Богом). В итоге – Бог мир создает, Себя в мире проявляет, но не управляет миром.

  • Человеку Бог необходим как нравственный идеал и надежда на спасение; Богу нужен человек, как покаявшийся грешник, стремящийся к богочеловеческому образцу.

  • Достичь этого результата человек может лишь через катастрофу, конец света, страшный Суд.

  • В результате наступит новый мир – вечное царство свободы и духа, человеческое бессмертие.

Проблему творчества Бердяев тесно переплетал с проблемой свободы.

Понятие свободы – центральная категория бердяевского философствования.

Свобода безосновна, она не втянута в причины отношений, которым подчинено бытие. Бердяев отмечал, что свобода является обязательным условием в творчестве. Но с другой стороны великий творческий акт нуждается в материи, потому, как он совершается не в пустоте. Но творчество человека не может определяться только материалом, в нём есть нечто, не подчиняющееся мировым законам. Это и есть элемент свободы.

Свобода истолковывается им не как врожденная, природная или социальная способность человека, а как первичная и фундаментальная реальность, проникающая во все сферы бытия — космос, общество и самого человека. Свобода первична, беспредпосылочна и безосновна.1

По Бердяеву, человек как носитель первоначальной свободы есть носитель новизны, прибавления бытия, реальности, добра или зла. Свобода человека заключена именно в творчестве добра и зла, а вовсе не в выборе между ними.

Истинная свобода личности заключается в «соборности», концентрации индивидуальной духовной силы и воли, т.е. подразумевается верховенство личного начала над коллективным.

Выступая против любых форм тоталитаризма, подавления творческой активности человека, Н.А.Бердяев считал первичными духовные ценности, а смысл истории рассматривал как развитие свободы.2

Итак, Абсолютом в философии Бердяева является сам человек в полноте своей внутренней творческой энергии и свободы. Для него христианство – это освящение человеческой личности и ее абсолютной, ничем не стесненной свободы.


Философско-антропологические идеи В.И.Несмелова, С.Л.Франка и Л.И.Шестова
Виктор Иванович Несмелов (1863 - 1937) – выдающийся христианский философ. Философские взгляды Несмелова сложились под влиянием опыта изучения патристики, познакомившей мыслителя с высокими образцами единства христианской интуиции истины и ее метафизического осмысления, а также под воздействием идей учителя В.А.Снегирева. Именно ему Несмелов был обязан своим психологизмом, антропоцентризмом и приверженностью к строгому научному стилю философствования. В итоге характерной чертой творческого своеобразия Несмелова стало органическое сочетание антропологической и христианско-богословской проблематики. Через осмысление проблемы человека Несмелов искал философско-научного оправдания христианства, а через осмысление христианства как Откровения о спасении человека искал путь к объяснению загадки человеческой личности.

Эта органическая связь двух аспектов философского творчества Несмелова отразилась в проблематике и структуре его основного труда «Наука о человеке», первый том которого был озаглавлен «Опыт психологической истории и критики основных вопросов жизни», а второй – «Метафизика жизни и христианское Откровение». В первом томе Несмелов осуществляет философско-психологическое введение в круг основных проблем своего исследования. Очерчивая свое понимание философии, автор говорит, что действительная ее задача состоит не в построении общей системы научного миросозерцания, а в научном построением «живого миросозерцания», посредством обстоятельного изучения живого человека. Философия для Несмелова – суть «наука о человеке», призванная поставить и исследовать вопрос о природе человеческого существа на почве живых психологических фактов и данных личного самосознания.

Сознание Несмелов интерпретирует в духовно-онтологическом смысле, не как процесс отражения, а как процесс творения объективной действительности. Сознание, когда оно сознает себя самое, есть самосознание и есть личность, выражающаяся сознанием Я. Возвышение Я над единичными состояниями сознания и наполнение своим собственным содержанием осуществляется благодаря идее свободы, которая позволяет человеку осознать себя как единственную причину и цель своих произвольных действий, понять свое Я не в качестве явления сознания, а в качестве сознательного бытия. Но если в интуитивном опыте самосознания человек постигает себя как свободно-разумное существо, как субстанциальную личность, то посредством своих органов чувств, в чувственно-наглядном восприятии человек познает себя как составную часть природной среды, подчиненной физической необходимости. «Человек по своей внутренней сущности, - пишет Несмелов, - есть именно то самое, чем он сознает себя, но является в мире не тем, что он действительно есть, потому что мир в себе самом есть вовсе не то, чем он представляется человеку. Ибо человек думает, что мир существует сам по себе, как готовая квартира, но мир есть продукт саморазложения сознания, следствие утверждения бытия собственных представлений сознания вне самого сознания. Так возникает острое противоречие между самосознанием личности и ее действительным существованием, которое порождает фундаментальную «загадку человека». Для человека не существует в мире никаких загадок, кроме самого человека, и сам человек является для себя загадкой лишь в том единственном отношении, что природа его личности по отношению к данным условиям его существования оказывается идеальной».1

Загадочная противоречивость человеческого существа (с одной, идеальной, стороны порождающая идею Бога, идею нравственного совершенствования, идею бессмертия души, как выражения безусловной природы человеческой личности, а с другой, материальной, - обусловливающая поиск земного счастья и плотские вожделения), согласно Несмелову, может быть лишь обнаружена философией, но свое объяснение способна найти только в сфере религиозного сознания.

На взгляд мыслителя, нет никакого принципиального разногласия между верой и знанием: «Знание и есть собственно вера, только не вера вообще, а вера в высшей степени ее основательности».2 Поэтому наблюдается существенное единство в освещении проблемы человека философией и христианской религией, при том, однако, важном различии, что философия непосредственно исходит из факта противоречия между идеальной природой человеческой личности и физическим содержанием человеческой жизни, а религия исходит из объяснения этого факта в признании связи человеческой личности с бытием безусловной личности Бога. «По содержанию загадки о человеке христианство не сообщает ничего такого, что не было бы известно человеку в данных самосознания. Но христианство удостоверяет подлинную правду наличного сознания, о том, что человек не в силах реализовать своего идеального назначения в мире, и предлагает путь спасения мира и человека от их рокового несовершенства. Поэтому для нашей мысли возможно одно из двух: или вечная нелепость бытия, или подлинная правда христианства. Нет сомнения, что христианство действительно решает загадку о человеке, однако философский подход требует от нас дать отчет, каким образом можно узнать или увериться в том, что христианство на самом деле есть то самое, за что оно выдает себя?»1

Во всех собственно религиозных, вероисповедных вопросах В.И.Несмелов стоит на православных позициях и, по мнению Горянова К., является первым в России мыслителем, который попытался философски выразить то, что открывает нам христианство в человеке.2



Семен Людвигович Франк (1877—1950) — создатель религиозно-философской системы, явившейся продолжением в XX в. метафизики всеединства В.С.Соловьева.

Общая направленность философствования Франка существенно отличается от бердяевской.

Если главным философским ориентиром для Бердяева является персонализм, то для Франка таковым оказывается онтологизм. В центре философии Франка — проблема осмысления бытия и через бытие — осмысление человека. Задача – противоположная бердяевской, т.к. у Бердяева — наоборот: бытие познается через человека. Бердяев критиковал философскую ориентацию Франка, считая, что онтологии «нужно противопоставить философию духа, познаваемого в человеческом существовании». Онтологическая направленность философии Франка ярко выразилась в одной из его фундаментальных работ, опубликованной посмертно, — «Реальность и человек» (1956). В своих философских построениях Франк ставит на первое место «реальность», тогда как Бердяев — понятия «Я» и «дух» (что для него одно и то же).1

С.Л.Франк, отвечая на вопрос, что есть человек, отмечает, что человек является существом самопреодолевающим, преобразующим себя самого. Разъясняя это положение, С.Л.Франк показывает, что человек является таким существом, которое способно дистанцироваться от всего, что фактически есть — в том числе и от действительности себя самого — смотреть на все фактически сущее извне определять его отношение к чему-то иному, более для него убедительному, авторитетному, первичному. Именно в акт самосознания, полагает С.Л.Франк, человек сам смотрит на себя, судит и оценивает себя — имеет себя в двойном состоянии познающего и познаваемого, оценщика и оцениваемого, судьи и судимого. Вот почему именно одному человеку присуща способность возвыситься над самим собой, идеально отрешиться от своей эмпирической природы и, поднявшись над ней, судить и оценивать ее.

Такой подход С.Л.Франка как нельзя лучше объясняет своеобразие человеческой природы: человек всегда хочет быть чем-то большим и иным, чем он есть, он всегда трансцендирует за пределы всего фактически данного включая и свое собственное бытие.

Лев Шестов (Лев Исаакович Шварцман, 1866—1938) – один из интереснейших представителей серебряного века русской культуры. Его философия не вписывается в рамки какого-либо из существовавших в начале нашего столетия направлений. Шестов создал свой собственный, неповторимый стиль философствования – сложное сочетание литературоведческого (или историко-философского) исследования творчества того или иного писателя или мыслителя и авторских размышлений по поводу, часто отклоняющихся от первоначальной темы и порой облеченных в парадоксальную форму.

По мнению Н.В.Мотрошиловой, анализирующей идеи мыслителя в контексте русской экзистенциальной философии, в работах Шестова «умонастроения и тревоги» «ведут, определяют, а случается, и подменяют анализ, довлеют себе, составляя как бы развивающий себя, себя же наблюдающий и себя исповедующий живой субъект шестовских сочинений».1 Поэтому и отсутствуют в его работах определения, развернутые доказательства, главы и параграфы. Он сознательно отвергал такой подход к философии, считая нефилософскими строгую последовательность и внутреннюю непротиворечивость.

Согласно Н.А.Бердяеву, Л.И.Шестов был «моноидеистом», т.к. всю жизнь занимался лишь одной идеей. С такой оценкой не соглашался В.В.Зеньковский, который, споря с Н.А.Бердяевым, писал, что «это совершенно неправильно и совершенно не соответствует действительному содержанию творчества Шестова». Он также отмечал, что «по существу же Шестов является религиозным мыслителем, он вовсе не антропоцентричен, а теоцентричен».2

Л.И.Шестов предлагает построить философию на вере, Откровении. По его мнению, в средние века имела место рационализация веры, между тем там, где вера превращается в знание, она кончается. И с этого момента начинается тирания разума. Разум подчиняет все: и мораль, и веру, и знание. Согласно Л.Шестову, в границах чистого разума можно построить науку, высокую мораль, даже религию, но нельзя найти Бога. Вера — источник свободы и жизни, а разум — источник необходимости, а потому и повиновения.3

Сам Л.Шестов считал свою философию экзистенциальной (от латинского слова existentia — существование). В центре ее стоит существование одинокого человеческого Я, не желающего сливаться с единым, стремящегося отстоять свое право на индивидуальность, на уникальное личностное видение окружающего мира.

Для Шестова трудности, с которыми встречается человек, — важнейший стимул для самопроявления, т.к. в эти минуты он думает «особенно напряженно», и «безнадежность — торжественнейший и величайший момент в нашей жизни», ибо лишь в эти минуты «мы предоставлены только себе».1

Свобода личности — внутренняя и внешняя, духовная и политическая — полагалась философом в качестве высшей ценности, основы подлинного существования. Религиозная вера в его творчестве выступает как высшая степень освобождения человека от власти «самоочевидных истин», как прорыв в область абсолютной свободы.
Итак, за последние сто-сто пятьдесят лет русской мыслью было создано исключительно богатое и новое по замыслу и духовной смелости идейное течение – русская религиозная философия.

           Тематика и проблематика ее поражает своей всеохватностью, она очень близка к тематике и проблематике нашей современности, а во многом и совпадает с нею.

Русская религиозная философия с ее антропоцентризмом, моральной установкой, социальной ориентированностью и историософичностью пронизана необычайной свободой духа. Самое учение о свободе, как основе христианства, разрабатывавшееся русской религиозной философией, связывалось с учением о соборности и онтологизме. И в этой антропоцентрической и историософической философии был, по выражению Бердяева, «сделан опыт христианского осмысливания процессов новой истории. В ней мысль христианского Востока дает свой ответ на мысль христианского Запада». В этом – главная и непреходящая, не только русская, но и вселенская заслуга и особенность русской религиозной философии.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:


  1. Бердяев Н.А. Мое философское миросозерцание. – Свердловск, 1991

  2. Горянов К. Жизнь и творчество Виктора Несмелова// Человек. – 1992. - №2

  3. Делокаров К.Х. Философия Л.И.Шестова// Социально-политический журнал. – 1998. - № 2

  4. Евлампиев И.И. Антропологическая тема в русской философии// Вопросы философии. – 1998. - № 3

  5. Зеньковский В.В. История русской философии. – Л., 1991. – Т.1. – Ч.1

  6. Зеньковский В.В. История русской философии. – Л., 1991. – Т.2. – Ч.2

  7. История философии: Учебник для вузов/ Под ред.А.Н.Волковой. – М.: Приор, 1997

  8. Канке В.А. Философия. – М., 2001

  9. Мартынов М.И. Философия: Учебно-методическое пособие для студентов вузов. – Мн., 2001

  10. Мотрошилова Н.В. Парабола жизненной судьбы Льва Шестова// Вопросы философии. – 1989. - №1

  11. Несмелов В.И. Наука о человеке. – Т.1. – Гл.IХ// Человек. – 1992. - № 2

  12. Полторацкий Н. Русская религиозная философия// Вопросы философии. – 2004. - №10

  13. Философия: Учебник для вузов/ Под общ.ред.В.В.Миронова. – М., 1996. – Ч.1

  14. Шестов Л.И. Апофеоз беспочвенности. – Л., 1991




1 Философия: Учебник для вузов/ Под общ.ред.В.В.Миронова. – М., 1996. – Ч.1, с.386

2 Полторацкий Н. Русская религиозная философия// Вопросы философии. – 2004. - №10, с.26

3 Зеньковский В.В. История русской философии. – Л., 1991. – Т.1. – Ч.1., с.16

1 Евлампиев И.И. Антропологическая тема в русской философии// Вопросы философии. –

1998. - № 3, с.22



2 История философии: Учебник для вузов/ Под ред.А.Н.Волковой. – М.: Приор, 1997, с.126

1 Зеньковский В.В. История русской философии. – Л., 1991. – Т.1. – Ч.1., с.16

1 Бердяев Н.А. Мое философское миросозерцание. – Свердловск, 1991. – Ч.1, с.19

2 Философия: Учебник для вузов/ Под общ.ред.В.В.Миронова. – М., 1996. – Ч.1, с.404

3 Канке В.А. Философия. – М., 2001, с.260

1 Философия: Учебник для вузов/ Под общ.ред.В.В.Миронова. – М., 1996. – Ч.1, с.403

2 Мартынов М.И. Философия: Учебно-методическое пособие для студентов вузов. – Мн.,

2001, с.104



1 Несмелов В.И. Наука о человеке. – Т.1. – Гл.IХ// Человек. – 1992. - № 2, с.24-26

2 Там же, с.26

1 Несмелов В.И. Наука о человеке. – Т.1. – Гл.IХ// Человек. – 1992. - № 2, с.26-27

2 Горянов К. Жизнь и творчество Виктора Несмелова// Человек. – 1992. - №2, с.96

1 Философия: Учебник для вузов/ Под общ.ред.В.В.Миронова. – М., 1996. – Ч.1, с.401

1 Мотрошилова Н.В. Парабола жизненной судьбы Льва Шестова// Вопросы философии. –

1989. - №1, с.131



2 Зеньковский В.В. История русской философии. – Л., 1991. – Т.2. – Ч.2, с.82

3 Делокаров К.Х. Философия Л.И.Шестова// Социально-политический журнал. – 1998. - № 2,

с.24


1 Шестов Л.И. Апофеоз беспочвенности. – Л., 1991, с.83





База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница