Отзыв ведущей организации на диссертацию Баринова Сергея Леонидовича «Новое западное пограничье рф: влияние границ на коммуникацию населения»




Дата12.07.2016
Размер87.7 Kb.
«УТВЕРЖДАЮ»

_______________________________

_____ апреля 2012 г.

Директор ФГБНИУ Российский научно-исследовательский институт

культурного и природного наследия имени Д.С.Лихачёва

профессор Ю.А.Веденин


ОТЗЫВ
ведущей организации на диссертацию Баринова Сергея Леонидовича

«Новое западное пограничье РФ: влияние границ на коммуникацию населения»,

представленную на соискание ученой степени кандидата географических наук
по специальности 25.00.24 — экономическая, социальная, политическая и рекреационная география

Вызванное распадом СССР превращение границ между бывшими союзными республиками в государственные границы затруднило коммуникацию местного населения и породило множество проблем. Процесс нарастающей изоляции постсоветских государств от России на местном уровне противоречит тому, что наблюдается в Западной Европе, где государственные границы вполне проницаемы и почти утратили барьерную роль. В свете изложенного тема диссертации обладает двойной актуальностью: 1) научной, как пионерное исследование нового явления на постсоветском пространстве; 2) практической, так как в диссертации содержатся конкретные предложения автора о путях преодоления сложившейся негативной ситуации.

Диссертант удачно сформулировал цель и задачи своей работы: определить характер воздействия новых западных границ на коммуникацию местных жителей, привлекая для этого исторические факторы, характеристики современного населения, выявление реально существующих барьеров и попытки прогноза развития приграничных территорий в ближайшем будущем.

Выбранные в качестве объекта две части нового западного пограничья – Псковская и Брянско-Курская вполне репрезентативны и достаточны для достижения цели и решения задач диссертации. Автором дополнены и продолжены аналогичные исследования, уже проведённые его коллегами на этих, а также на Смоленском и Белгородском участках границы.

Диссертация опирается на обширный круг научных работ по теории географических границ. В работе С.Л.Баринова удачно осуществлён синтез понятий и методов географических наук и социологии, что особенно ценно в отношении полевых исследований. Большое внимание уделено восприятию местными жителями сложившейся приграничной ситуации и формированию у них образа новой государственной границы.

Отдельной похвалы заслуживает широко применяемый диссертантом исторический подход, особенно -- классификация границ по генезису и возрасту. Существующие и бывшие политические и административные границы рассматриваются как важное культурное наследие, влияющее на современную жизнь.

Одно из центральных мест занимает в диссертации и имеет большое научное значение разработанная автором классификация коммуникационных барьеров – эндогенных, экзогенных и смешанных.

Структура работы достаточно логична благодаря чётко сформулированным целям и задачам. В первой главе преобладает методология, во второй – характеристика существующего положения, а в третьей некоторое место уделено проектам и прогнозам.

Практические рекомендации обладают адресностью на трёх уровнях. Диссертанту понятно, какие задачи надо ставить перед органами власти – федеральными, региональными и муниципальными.

В диссертации рассмотрены три сценария дальнейшего развития ситуации. Из них два первых являются пожеланиями, на осуществление которых надежды мало, а третий сценарий, инерционный и наиболее вероятный, представляет собой продолжение существующих тенденций. Автор выражает осторожную надежду, что российская федеральная власть всерьёз займется пограничными проблемами сама или делегирует полномочия региональным и муниципальным властям в приграничной зоне.

Исследования С.Л.Баринова показали непригодность программы построения еврорегионов для российского пограничья. Еврорегионы, призванные ослабить барьерность границ, не могут возникнуть именно из-за существующей и усиливающейся барьерности. В настоящее время любая деятельность под флагом еврорегионализации может оказаться только имитацией для получения грантов и субсидий.

В работе С.Л.Баринова прямо или косвенно отражён противоречивый, парадоксальный характер взаимодействия России с внешним миром. С одной стороны, растут (или, по крайней мере, не уменьшаются) всякого рода связи на уровне государств и правительств; растёт число и дальность зарубежных поездок российских граждан, живущих в столицах и региональных центрах. С другой стороны, затрудняется пересечение государственной границы жителями пограничной зоны, если они живут далеко от пунктов перехода через границу, не имеют своего автомобиля или денег, чтобы пользоваться коммерческим транспортом. В этом процессе можно видеть продолжающееся в нашей стране имущественное расслоение и нарастание социальной, в том числе территориальной несправедливости.

В работе С.Л.Баринова использовано больше материала и проделано больше исследовательской работы, чем это необходимо для сделанных автором выводов, но такая фундированность, конечно, не помешает для придания труду диссертанта более солидного вида в глазах тех, кто не доверяет интуиции учёных, а требует во всём документального подтверждения.

Некоторые сюжеты этой диссертации имеют самостоятельное значение, будучи новыми точками роста для дальнейшей работы диссертанта и других исследователей, например, анализ устойчивости систем расселения в рамках административно-территориальных единиц при помощи модели Ципфа (§ 2.1.1).

От перечисления достоинств работы плавно переходим к тому, что может быть предметом дискуссии.

Исследования С.Л.Баринова подтвердили, что разделение границ на контактные и барьерные не столь безусловно и просто, как это представлялось «классикам» отечественной лимологии -- авторам достопамятного сборника «Географические границы» (1982); что это различение весьма относительно. Диссертантом предпринята плодотворная попытка классификации границ по степени контактности и барьерности (см. с. 9 автореферата). Сильная сторона этой попытки состоит в более детальном перечислении функций границ; слабая сторона – в отсутствии единства основания деления. Так, функции фильтрующая, отражающая и препятствующая перечислены в одном ряду с функцией разделительной (барьерной), но они могут рассматриваться и как частные проявления барьерности. Очевидно, что до сколько-нибудь полной классификации границ по функциям нам ещё далеко, но диссертант сделал важные шаги в этом направлении.

Отмирание трансграничных коммуникаций и появление приграничной социально-экономической пустыни вызвано не только распадом СССР и политикой изоляционизма некоторых стран СНГ. Аналогичные процессы наблюдаются и на административных границах многих регионов – субъектов РФ, и даже муниципальных районов, особенно в лесной зоне. Эти границы как правило не пересекаются местными автобусными маршрутами, да и пригородные поезда на железных дорогах, не ведущих в Москву, крайне редко преодолевают ту или иную областную границу. Между областями, краями, республиками РФ так же вырастает социально-экономическая пустыня и так же «ворота» для проезда становятся редкими и концентрируются в немногих местах. Практически непреодолимым барьером является, например, граница Смоленской и Тверской области на большей части своего протяжения. Перерыв трансграничных коммуникаций населения – закономерное следствие повсеместной регрессивной трансформации постсоветского пространства, поддерживаемой продолжающейся гиперцентрализацией власти и неразвитостью «горизонтальных» связей в обществе.

Получается, что чем выше ранг границы, тем глубже социальный упадок и шире охваченная им полоса. Россия отгораживается от Западной Европы широким территориальным поясом депопуляции, упадка и деградации населения, причем эта зона гораздо шире приграничной. Географов не может не волновать тот факт, что именно западные окраины Центральной России, обращённые к Европе, оказались самыми упадочными, а не восточные и южные. Вместе с тем, самыми пограничными (в смысле удобства выездов за границу) оказываются жители Москвы, что лишний раз свидетельствует о перенимании столицей пограничных функций, т.е. роли ворот, выхода и входа в страну.

Характеристика ситуации на российской стороне новой государственной границы в диссертации недостаточно уравновешена сведениями об аналогичных процессах за рубежом. Происходит ли социально-экономическое опустынивание где-либо по ту сторону новой западной границы? Мы можем предполагать, что на Брянско-Белорусском направлении опустынивание с обеих сторон заложено еще советской политико-административной границей, а на приграничных территориях Латвии и Эстонии оно не наблюдается, но хотелось бы услышать ответ из уст самого диссертанта.

Зависит ли барьерность от степени потребности в пересечении границы? Существует ли барьер, если нет желающих его преодолевать? Если отсутствует интерес к пересечению границы, то является ли это следствием барьерности или её причиной?

В диссертации на с. 116 имеется одна замечательная фраза: «Даже если образ соседа негативен, образ границы позитивен». Очевидно, напрашивается на статус истинного и противоположное утверждение: «Если образ соседа позитивен, то образ границы негативен». Получается, что в данном случае диссертант вольно или невольно сформулировал важный закон имажинальной географии – закон обратного отношения образов соседа и границы.

В самом деле, если барьерная граница разделила единый этнос, «братские» народы, конкретных друзей и родственников, то она воспринимается негативно, как помеха коммуникациям. Таково отношение местного населения к российско-украинской границе на всём её протяжении. Напротив, если за границей живут враги, то она полезна, как прочная стена или хорошо запирающаяся дверь, а обслуживающие её пограничники пользуются уважением и даже считаются героями.

Однако не трудно догадаться, что правило обратного отношения образа соседа и границы хорошо действует только для военизированных государственных границ, выполняющих оборонительную функцию. На такие рубежи похожи нынешние границы РФ с Эстонией и Латвией. Абсурдной пародией на такой барьер становится обустройство российско-украинской границы в наши дни. В странах Европейского Союза, напротив, всё больше действует закон прямого соответствия между образами соседа и границы. Так, например, для Финляндии и Швеции характерны и положительный образ соседа, и положительный образ финляндско-шведской границы, подтверждающий, что обе страны живут в мирном согласии, сохраняя своё этнокультурное своеобразие. В идеале такими же позитивными и мирными должны стать границы РФ, но пока мы наблюдаем обратный процесс, хорошо описанный в рассматриваемой работе С.Л.Баринова.

Переходим к некоторым частным замечаниям по малозначительным поводам.

Создаётся впечатление, что роль языковых барьеров в диссертации преувеличена. Какое практическое значение может иметь знание или незнание белорусского языка жителями прилегающих к Белоруссии частей Брянской области (прил. 14, анкета, с. 156)?

В работе имеется ряд мелких недостатков и ошибок, объясняемых большей частью случайными описками и опечатками. Так, о городе Тарту написано, что в 1783 г. он (тогда Дерпт, Dorpat) вошёл в Курляндскую губернию (с. 135), а на самом деле -- в Лифляндскую. Для Пыталово приводится позапрошлое (1925 – 1937 гг.) название Яунлатгале (с.137), но нигде в диссертации не написано, что перед включением в РСФСР оно называлось и ныне упоминается латвийской стороной как Абрене.

Латгалии вообще в данной диссертации не повезло. Она на наш взгляд безосновательно сравнивается с Северщиной. Если Северщина – переходная, промежуточная зона между Россией и Украиной в этнокультурном смысле, то считать Латгалию и латгальцев чем-то промежуточным между Россией и не-Россией никак нельзя. Латгальцы как этнос или субэтнос сохранились в результате двухсотлетнего пребывания в составе католической Польши, в отличие от протестантских Курляндии и Лифляндии. Тот факт, что жители Латгалии, входившей до 1917 г. в Витебскую губернию, кем-то в царской России «относились то к полякам, то к русским» (с. 30), не имеет отношения к современной ситуации. И, наконец, на той же с. 30 диссертации написано, что Латгалия граничит с Ленинградской областью. Так было в 1930-х гг., когда в эту область входил Псковский округ, но не в наши дни.

Несмотря на отмеченные мелкие недостатки, проведённое диссертантом исследование можно считать вполне успешным. Исследовательская цель, поставленная автором, достигнута, сформулированные задачи выполнены. Качество диссертации заметно превышает средний уровень, типичный для соискателей кандидатской степени, и отражает высокий уровень географической науки в Институте географии РАН. При чтении диссертации ощущается мощная когорта ведущих географов нашей страны, с которыми автор сотрудничал и которые на него благотворно влияли.

Диссертация является законченной и самостоятельной работой, выполненной на высоком научном уровне. Промежуточные этапы исследования обсуждались на научных конференциях и семинарах. Автореферат соответствует содержанию диссертации, а ее основные результаты отражены в десяти публикациях автора.



Диссертационное исследование С.Л. Баринова «Новое западное пограничье РФ: влияние границ на коммуникацию населения» удовлетворяет требованиям, предъявляемым ВАК к кандидатским диссертациям, и соответствует п.7 Положения «О порядке присуждения ученых степеней», а ее автор заслуживает присуждения искомой ученой степени кандидата географических наук по специальности 25.00.24 - Экономическая, социальная, политическая и рекреационная география.
Руководитель Центра гуманитарных исследований пространства,
кандидат географических наук, доктор культурологии Д.Н.Замятин
Ведущий научный сотрудник,
доктор географических наук Б.Б.Родоман
Отзыв рассмотрен и утвержден на заседании Центра гуманитарных исследований пространства 28 апреля 2011 г., протокол № .






База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница