Осипов посмертная жизнь




страница6/11
Дата26.02.2016
Размер1.87 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

ХРИСТОССПАСИТЕЛЬ ВСЕХ ЧЕЛОВЕКОВ.

Святой Исаак Сирин с полной уверенностью писал: “Грешник не в состоянии и представить себе благодать воскресения своего. Где геенна, которая могла бы опечалить нас? Где мучение, многообразно нас устрашающее и побеждающее радость любви Его? И что такое геенна перед благодатью воскресения Его, когда восставит нас из ада, соделает, что тленное сие облечется в нетление, и падшего во ад восставит в славе?... Есть воздаяние грешникам, и вместо воздаяния праведного воздает Он им воскресением; и вместо тления тел, поправших закон Его, облекает их в совершенную славу нетления. Эта милость – воскресить нас после того, как мы согрешили, выше милости – привести нас в бытие, когда мы не существовали85.

Эти слова Преподобного из его знаменитых «Слов подвижнических», которые никогда и никем из святых Отцов Православной Церкви, в том числе и Русской, не были подвергнуты какому-либо сомнению или критике, конечно, поражают. Еще бы: не праведник, а грешник не в состоянии и представить себе благодать воскресения своего. Более того, Христос падшего во ад восставит в славе, вместо воздаяния праведного… облекает их в совершенную славу нетления. Всеобщее воскресение, убежден св. Исаак, упраздняет геенну: где геенна, которая могла бы опечалить нас, грешников, – восклицает он?

Святому Исааку Сирину, конечно же, повезло, что он живет не в наше время. Крепко бы ему сегодня досталось вместе со святыми Иустином Мучеником, Григорием Нисским, Афанасием Великим, Григорием Богословом, Иоанном Златоустом, Ефремом Сириным, Амфилохием Иконийском, Епифанием Кипрским, Иоанном Дамаскиным, Максимом Исповедником, авторами многих стихир Октоиха и Миней и еще многими за их убеждение о возможности спасения нехристиан – из еретиков бы им не выбраться.

Вопрос о спасении неправославных, иноверных, неверующих очень животрепещущий – он беспокоит множество людей, особенно только что приходящих к Церкви. Суть его проста:

— Так что же? Спасаются одни православные, а из православных - только праведные, то есть тысячная или миллионная доля процента человечества? А все пойдут в муку вечную? Неужели Бог, когда творил человека, не знал этого? А вы еще говорите, что Он любовь. Какая же это любовь - хуже не придумаешь!

Послушаешь такие упрёки – больно становится. Но виновны мы сами, когда своей недоговоренностью или, еще хуже, формальным подходом к некоторым «больным» вопросам даем основание для таких мыслей и выводов, отвращая тем самым людей от Христа.

Но как же, действительно, можно ответить на этот смущающий многих вопрос, по которому и святые Отцы говорят по-разному? Одни прямо утверждают, что спасение возможно только для членов Православной Церкви, а для всех находящихся вне ее —спасение невозможно. Правильно? Правильно. Другие же святые Отцы настаивают, что Христос – Спаситель всех человеков. Правильно? Да. Так, как же на самом деле правильно?

Попытаюсь проиллюстрировать это простым примером. Говорят, что во время второй мировой войны было несколько случаев, когда сбивали самолет, летчик падал без парашюта и … оставался не только жив, но даже невредим. Каким образом? Это происходило зимой, летчик попадал под откос, где была большая толща снега, которая и спасла его. Но можно ли отсюда сделать вывод, что теперь следует прыгать без парашюта? Нет. Спасение возможно только с парашютом, но бывает, что и без него спасаются. Это хотя и аналогия, но она приоткрывает причину неоднозначных ответов Отцов на поставленный вопрос.

Православие указывает прав(ильн)ый путь жизни (законы духовной жизни), точно обозначает цель его (обожение человека во Христе), дает уникальные средства помощи (таинства). Прочие верования указывают иные пути, средства и цели, которые часто не только во многом отличаются от православных, но и совершенно дезориентируют человека.

Какие же иные пути нам предлагают? Образно говоря, такие: чтобы из Москвы попасть в Петербург, предлагается ехать через Киев или через Владивосток, или лететь, да ещё на самолете начала 20-го века, через Нью-Йорк, или плыть через Тихий океан в одиночной лодке - с неясными координатами конечного пункта. Можно такими путями и такими средствами передвижения добраться до какого-то «Петербурга»? Теоретически можно, но очень легко заблудиться, к тому же и трудно, и опасно, и долго, и… и…и…

Однако ошибочность, с православной точки зрения, той или иной веры не дает оснований для утверждения о неминуемой гибели ее сторонников, ибо конечная участь человека сокрыта от земного взора. Как верно говорит русская пословица, «чужая душа – потёмки», она всегда остается для нас тайной. Посмотрите, как гневно осудил Господь многих правовернейших (= православнейших), по человеческим меркам, законников, богословов, архиереев, священников, видевших себя лучшими других людей, гордившихся своей праведностью, своей православностью, презиравших т.н. грешников. И, напротив, принял, оправдал и ввел в райские обители откровенных грешников, осознавших свою греховность и принесших искреннее покаяние. Первым в рай вошел явный злодей, разбойник, в несчастной вечной участи которого никто не сомневался - вошел лишь потому, что уже на кресте, в последние минуты своей жизни осознал до глубины души всю мерзость своих деяний и покаялся! И если бы об этом не сообщил евангелист Лука, то разве пришло бы кому в голову, что этот злодей спасется? А что пишет апостол Иоанн Богослов: Он есть умилостивление за грехи наши, и не только за наши, но и за грехи всего мира (1 Ин. 2,2). Православная вера решительно исключает как равнодушие к истине, так и неприязнь к людям других убеждений. Потому «не судите, да не судимы будете» (Мф. 7,1), но и не рискуйте пересекать бушующий океан этой жизни на доске или вплавь, безумно рассуждая, не все ли равно как верить и по заповедям какой религии жить - а ищите надежный корабль спасения. И найдя, нужно не гордиться этой проявленной ко мне милостью Бога и осуждать других, а жалеть их от всей души, предоставляя любви Божией, помня слова Апостола: «Внешних же судит Бог» (1 Кор. 5, 13). Мы не знаем, кто прежде спасется. Только Церковь соборным разумом может сказать о том, кто погиб, а кто свят, мы же о своем спасении должны думать, а не других судить.

Вне Церкви, конечно, нет спасения. Но что значит вне Церкви? Можно ли безусловно отождествлять канонические, то есть видимые, границы Церкви с Церковью-Телом Христовым? Какая, например, Православная Церковь, Русская или Константинопольская, оставалась Церковью, в которой только возможно спасение, когда с 23 февраля по 16 мая 1996 года между ними было прекращено евхаристическое общение (из-за юрисдикционной проблемы в Эстонии)?

А каким путем и кто входит в Церковь? Только крестившиеся в Православной Церкви? Как тогда оказались в ней ветхозаветные праведники и многие мученики за Христа, не имевшие возможности принять ни Крещения, ни Причащения? Эти вопросы требуют ответа.

Когда святые Отцы говорят, что спасение только в лоне Православной Церкви, этим самым они не утверждают, что вхождение в нее возможно только через таинство Крещения и что все не принявшие его в земной жизни - то есть подавляющее большинство человечества — погибнут. Вы знаете, что сейчас на земном шаре свыше 6 миллиардов человек, православных же насчитывают около 200 миллионов (а сколько из них действительно православных?), все прочие - или неправославные, или подавляющее большинство вообще нехристиане. Можно ли утверждать, что Господь, зная, что и эти, и бывшие, и последующие миллиарды людей погибнут, дал им жизнь лишь для того, чтобы подвергнуть их бесконечным мукам? Не могу в связи с этим не повторить замечательных по силе любви и мысли слов святого Исаака Сирина: «Не для того милосердный Владыка сотво­рил разумные существа, чтобы безжалостно подверг­нуть их нескончаемой скорби — тех, о ком Он знал прежде их создания во что они превратятся после сотворения, и которых Он все-таки сотворил»86.

А вот что пишут по этому вопросу другие святые.

Святитель Ириней Лионский: «Христос пришел не ради тех только, которые уверовали в Него, но для всех вообще людей, которые ... желали видеть Христа и слышать Его голос. Посему всех таковых Он во втором пришествии Своем прежде воздвигнет ... воскресит и поставит в Свое Царство»87.

«Мы научены, – пишет святой Иустин Философ и Мученик, – что Христос есть перворожденный Бога, и мы выше объявили, что Он есть Слово, Коему причастен весь род человеческий. Те, которые жили согласно с Словом, суть христиане, хотя бы считались за безбожников: таковы между эллинами – Сократ и Гераклит и им подобные, а из варваров – Авраам, Анания, Азария и Мисаил, и Илия и многие другие»88. В другом месте он говорит: «Поскольку те, которые делали всеобщее, естественное и вечное добро, приятны Богу, то и они, подобно прежде их жившим праведникам Ною, Еноху, Иакову и другим, во время воскресения спасутся чрез Христа нашего вместе с теми, которые этого Христа признали Сыном Божиим»89.

А как оценить в свете этого вопроса библейскую историю о послании Богом пророка Ионы в языческую Ниневию с проповедью покаяния (Иона 1, 2)? «И поверили ниневитяне Богу, и объявили пост, и оделись во вретища, от большого из них до малого» (Иона 3, 5). И Бог принял покаяние язычников: «Мне ли не пожалеть Ниневии, города великого, в котором более ста двадцати тысяч человек, не умеющих отличить правой руки от левой, и множество скота?» (Иона 4, 11). Кто же крестил ниневийских язычников, и насколько православной была их вера, что Бог принял их покаяние и помиловал не только здесь, но, без сомнения, и в вечности?!

Святитель Григорий Богослов говорит: «Как многие из нас бывают не от нас, потому что жизнь делает их чуждыми общему телу; так многие из не принадлежавших к нам бывают наши, поскольку добрыми нравами предваряют веру, и обладая самою вещью, не имеют только имени» христианина90.

О том же писал и преп. Иоанн Дамаскин:

«Некоторые говорят, что Христос вывел из ада только веровавших, каковы суть отцы и пророки, судьи, а вместе с ними цари, местные начальники и некоторые другие из народа еврейского – немногочисленные и известные всем. Мы же на это ответим думающим так, что нет ничего незаслуженного, ничего чудесного и ничего странного в том, чтобы Христу спасти уверовавших, ибо Он остается только справедливым Судией, и всякий уверовавший в Него не погибнет. Так что и должно было им всем спастись и разрешиться от уз ада сошествием Бога и Владыки – что и произошло по Его Промыслу. Теми же, кто только по человеколюбию Божию спаслись, были, как думаю, все, которые имели чистейшую жизнь и совершали всевозможные добрые дела, живя скромно, воздержно и целомудренно, но веры чистой и божественной не восприняли, потому что не были наставлены в ней и остались вовсе не наученными. Их-то Управитель и Владыка всех привлек, уловил божественными сетями и убедил их уверовать в Него, воссияв им божественными лучами и показав им свет истинный»91.

Преп. Нектарий Оптинский считал даже, что «простой индус, верящий во Всевышнего и исполняющий, как умеет, волю Его, спасется. Но тот, кто, зная о христианстве, идет индусским путем, нет»92.

Один из известных русских святых подвижников-исповедников 20-го века епископ Афанасий (Сахаров + 1962) писал: «Для меня дороже всего православие. Я не могу его и сравнивать с каким-либо другим исповеданием, с какой-либо другой верой. Но я не дерзаю сказать, что все неправославные погибли безнадежно. У Господа многая милость, и многое у Него избавление»93.

Что означают слова апостола Петра: «Бог нелицеприятен, но боящийся Его и поступающий по правде Его приятен Ему» (Деян. 10; 34-35), или апостола Павла, что Христос «Спаситель всех человеков, а наипаче [особенно, тем более] верных» (1 Тим. 4,10)? Или: «слава и честь и мир всякому, делающему доброе, во-первых, иудею, потом и эллину! Ибо нет лицеприятия у Бога» (Рим. 2, 9-16). Нет сомнения, что у обоих апостолов речь идет о спасении не только христиан, но и всех человеков, делающих доброе во всяком народе. Ибо нет лицеприятия у Бога.

Принципиальный ответ на вопрос о том, кто спасется, дает Сам Господь: «»«Всякий грех и хула, простятся человекам; а хула на Духа не простится человекам. Если кто скажет слово на Сына Челове­ческого, простится ему; если же кто скажет на Духа Святого, не простится ему ни в сем веке, ни в будущем»»» (/Мф. 12,31-32). Святые Отцы однозначно понимают эти слова. Хула на Духа Святого - это гордость, самопревозношение человека, ожесточение против истины, правды, совести. «Горе тем, которые зло называют добром, и добро – злом, тьму почитают светом, и свет – тьмою, горькое почитают сладким, и сладкое – горьким!» (Ис. 5, 20) – возглашает пророк Исаия. Вообще святые Отцы говорят: "Нет греха непростительного – кроме греха нераскаянного"94. Но пока состояние гордыни господствует в человеке, он не способен к покаянию, следовательно, и к спасению. Все прочие грехи, даже отвержение Христа ("слово на Сына Человеческого"), если они совершаются по неведению, по человеческой слабости, по причине ложного воспитания и образования и проч., но не сопряжены с сознательным противлением правде и истине - простятся, поскольку еще остается возможность покаяния, духовного изменения, исправления.

Одним словом, в этих словах Христовых заключена та мысль, что для всех, в том числе и для не принявших в земной жизни таинства Крещения, но не похуливших Духа Святого сохраняется возможность спасения, т. е. возможность стать членами Тела Христова – Церкви. Эта возможность обусловлена тем, что дар благодати таинства сообщает Господь, а не священнослужитель, совершающий лишь священнодействие таинства. Господь же сообщает этот дар достойным - нищим духом (Мф. 5,3). Так, Он даровал благодать Крещения благоразумному разбойнику, ветхозаветным праведникам и многим другим.

Но каким же путем они могут войти в Церковь?


ЗАЧЕМ ХРИСТОС НИСХОДИЛ В АД?

На это вполне определенно отвечает и Слово Божие, и святые Отцы.

Апостол Петр пишет: "Христос... находящимся в темнице... сойдя, проповедал" (1 Петр. 3,19). Это проповедь Спасителя была обращена не только к праведникам (естественно, некрещеным), но и к "некогда непокорным ожидавшему их Божию долготерпению", и погибшим при потопе во дни Ноя (1Петр.3;19-20), мертвым (1 Петр. 4,6), и ко всем усопшим от начала бытия человеческого и до его конца.

По учению Церкви, Воскресением Христовым ад, как закрытая, образно говоря, тюрьма, перестал существовать, разрушены были «вереи адовы». В последовании Утрени страстной Пятницы слышим такие слова: «Рукописание наше на Кресте растерзал еси, Господи, и вменився в мертвых, тамошнего мучителя связал еси, избавль всех от уз смертных воскресением Твоим…». В Великую Субботу: «Царствует ад, но не вечнует над родом человеческим…». Эта же мысль звучит во множестве богослужебных текстов Октоиха, Триоди постной и цветной и др.

Христос, поется на Пасху, «умертвивый смерть», «смертию смерть поправ», «смертное жилище разори своею смертию днесь».

А как решительно сказано о победе Христа над адом, вечными муками и смертью в знаменитом Пасхальном слове: «Никто пусть не боится смерти; ибо освободила нас смерть Спасителя. Он истребил ее, быв объят ею; Он опустошил ад, сошедши во ад; огорчил того, который коснулся плоти Его95. «Где твое, смерти, жало; где твоя, аде, победа? Воскресе Христос, и ты низверглся еси. Воскресе Христос, и падоша демони. Воскресе Христос, и радуются ангели. Воскресе Христос, и жизнь жительствует. Воскресе Христос, и мертвый ни един во гробе»! Контекст всей речи прозрачно ясен: слова «мертвый ни един во гробе» говорят здесь, естественно, не о воскресении лишь тела, за которым для грешников последуют бесконечные мучения, но о воскресении и духовном, открывающем человеку врата вечной жизни в Боге: Он опустошил ад, сошедши во ад.

Почти дословно ту же мысль высказывает святитель Епифаний Кипрский: «Жизнь же наша — …(Христос) за нас Пострадавший, чтобы нас разрешить от страстей и, умерши плотию, соделаться смертью смерти, чтобы сокрушить жало смерти, снисшедши в преисподнюю сломить адамантовые запоры. Соделав это, вывел Он пленные души, и ад соделал пустым»96.

Так же мыслит св. Амфилохий Иконийский: «Когда явился аду, Он разорил гробницы его и опустошил хранилища… все были отпущены… все побежали за Ним… воссиял свет и рассеялась тьма. Ибо можно было видеть всякого узника, узревшим свободу, и всякого пленника, радующимся о воскресении»97.

Святитель Афанасий Великий в пасхальном послании говорит: «Он Тот, Который древле вывел народ из Египта, а напоследок и всех нас, или, лучше сказать, весь род человеческий искупил от смерти и возвел из ада»98.

Святитель Иоанн Златоуст, говоря об адовых темницах, следующим образом раскрывает эту мысль: «Ибо они были поистине темными, пока не сошло туда Солнце справедливости, не осветило и не сделало ад небом. Ибо где Христос, там и небо»99. Эта неоднократно повторяемая первосвятителем Константинопольским мысль о возможности спасения всех обитателей ада, явилась поводом для обвинения свт. Иоанна в оригенизме его противником архиепископом Александрийским Феофилом на «соборе под Дубом» (403 г.). Однако в учении Святителя не содержится оригеновских идей ни о круговращении бытия вселенной, ни о предсуществовании душ, но утверждается великая истина – полная и окончательная победа над злом Христа, сделавшего ад небом.

Святой Ефрем Сирин не сомневается, что «во гласе Господа [при сошествии в Великую Субботу - А.О.] ад получил предуведомление приготовиться к последующему Его гласу [во втором пришествии - А.О.], который совершенно упразднит его»100.

Даже святитель Игнатий (Брянчанинов), который высказывал решительное убеждение о возможности спасения только в Православии, писал: «Лишённые славы христианства, не лишены другой славы, полученной при создании: они - образ Божий»101. Понятно, что Святитель не мог говорить о славе вечных мук ада.

Преп. Максим Исповедник, объясняя слова апостола Петра (1 Петр. 3, 18-21; 4, 6) о сошествии Христа в ад, писал: «…Писание называет “мертвыми” людей, скончавшихся до пришествия Христа, например, бывших при потопе, во время столпотворения, в Содоме, Египте, а также и других, принявших в разные времена и различными способами многообразное возмездие и страшные беды божественных приговоров. Эти люди подверглись наказанию не столько за неведение Бога, сколько за обиды, причиненные друг другу. Им и была благовествуема, по словам св. Петра, великая проповедь спасения – когда они уже были осуждены по человеку плотию, то есть восприняли, через жизнь во плоти, наказание за преступления друг против друга, – для того, чтобы жили по Богу духом, то есть, будучи во аде, восприняли проповедь Боговедения, веруя во Спасителя, сошедшего во ад спасти мертвых»102. Совершенно очевидно, что слова «сошедшего во ад спасти мертвых» говорят о спасении не праведников, а духовно мертвых, то есть грешников, как тех, так и всех последующих времен, которые также, будучи во аде и восприняв проповедь Боговедения, получат возможность жить по Богу духом.

Святитель Иннокентий (Борисов) в своем «Слове в Великую субботу», обращаясь к тому же месту послания апостола Петра, делает вывод, что целью сошествия Христа во ад было выведение из него не только ветхозаветных праведников (как из иудеев, так и из всех других народов), но даже и «самых упорных душ». Вот как он говорит:



«Что было предметом проповеди во аде? Апостол не говорит об этом прямо. Но что другое могло быть предметом проповеди Спасителя, кроме спасения? Конец дела показывает и существо его. А концом проповеди во аде для самых упорных душ, каковы современники Ноя, долженствовало быть, по ясному свидетельству апостола, то, чтобы они, “суд прияв – во время потопа – по человеку плотию”, “пожили теперь – после проповеди Христовой – духом” (1 Пет. 4, 6). Те, кои ожили духом, не могли уже быть оставленными среди жилища смерти, и Победитель смерти, сошедши во ад Один, долженствовал извести с Собою многих. Если бы кто касательно сего усомнился дать полную веру аду, жалующемуся на то, что Он при сем случае “погубил еси мертвецы, имиже царствова от века”, не может усомниться в свидетельстве Церкви, которая несомненно воспевает, что сошествием Божественного Жениха ея во ад “истощены вся адова царствия”»103.

Как понимать все эти слова святых – лишь как поэзию, красивую лирику, распространяющуюся в действительности только на небольшой круг избранных, или это реальность новой жизни, принесенной Спасителем человечеству? Совершенно очевидно, все эти их слова говорят с полной определенностью о том, что победою Христовою все, не только праведно жившие, но даже и мертвые, некогда непокорные, были и будут освобождены из ада. Все они, пройдя в нем огненный искус страстей, приняли и примут Спасителя, получат дар благодати Крещения, и, таким образом, став членами Церкви Христовой, спасутся. Эта полная победа над адом и смертью догматически точно показана на древнерусской иконе Воскресения, где ад разрушен сошедшим в него Христом.

Но сошествие Христа в ад - акт вневременной. И с этого исторического момента Христос стал доступен всем туда сходящим. Потому и перед теми, которые по объективным причинам не смогли в своей земной жизни уверовать в пришедшего Христа и принять здесь таинства Крещения, открывается, как видим, возможность по молитвам Церкви войти в нее там путем ветхозаветного человечества - путем, как осторожно высказался святитель Григорий Богослов, огненного крещения. Он писал: «Может быть, они будут там крещены огнем – этим последним крещением, самым трудным и продолжительным, которое поядает вещество как сено и потребляет легковесность всякого греха»104. И объясняет: "Иные даже не имеют возможности и принять дара [Крещения], или может быть по малолетству, или по какому-то совершенно не зависящему от них стечению обстоятельств, по которому не сподобляются принять благодати… последние не принявшие крещения не будут у праведного Судии ни прославлены, ни наказаны, потому что хотя и не запечатлены, однако же и не худы… Ибо не всякий… недостойный чести достоин уже наказания"105.

Это понимание сошествия Христова в ад принципиально отличается от учения Католической церкви, которая усматривает в проповеди Спасителя в аду обличение грешников за неверие и злобу (Фома Аквинский).

В то же время должно отметить, что некоторые Отцы, например, преп. Макарий Египетский, однозначно писали: «… так и зачавшие в своем сердце грех и породившие чад беззакония не могут в оный [судный] день избежать страшного и всепожирающего огня, но и души и тела их будут вместе осуждены»106.

Другие святые одновременно говорят и о полном уничтожении ада, и о вечных муках грешников. Очевидно, это было вызвано соображениями духовной пользы конкретных слушателей. Так, св. Ефрем Сирин, утверждавший, что Господь совершенно упразднит ад, писал и обратное: Он «праведников вознесет на небо, а нечестивых ввергнет в геенну»107. Свт. Иоанн Златоуст, говоривший, что сошествие Христа сделало ад небом, в другом месте проповедовал: «Ибо и грешникам надлежит облечься бессмертием, не к славе, но чтобы иметь всегдашнего спутника тамошнего - мучения»108.

То есть у святых Отцов, как видим, нет однозначного учения о вечной участи человечества.

Чем объяснить это очевидное разноречие у Отцов, а иногда и в творениях одного и того же Отца? Общую причину очень точно выразил Н. Бердяев (+1948), когда сказал, что проблема ада «есть предельная тайна, не поддающаяся рационализации»109.

Но христианство и не имеет своей целью открыть эту тайну, поскольку для человека это и невозможно, и, большей частью, не полезно.

Невозможно - поскольку мир вечности совершенно иной, и его нельзя выразить нашим языком. Это показал апостол Павел. Будучи восхищен до третьего неба, он лишь сказал, что он слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать (2 Кор. 12,4).

Не полезно - так как знание будущего может полностью парализовать свободу человека в важнейшей стороне его жизни – духовно-нравственной. Легко представить себе, как изменилось бы наше поведение, если бы мы точно узнали, что умрем в такой-то день в таком-то часу. Знание будущего налагает на поведение человека, не освободившегося от страстей и пристрастий, железные узы. Господь и не открывает людям этой тайны, чтобы они остались вполне свободными в своей духовной и нравственной жизни - свободными, прежде всего, в решении главного вопроса: веры в Бога и вечную жизнь личности или веры в ее вечную смерть. Ибо именно вера в то или другое является самым верным показателем характера духовных запросов человека, их направленности и чистоты. Христос потому и сказал апостолу Фоме: «ты поверил, потому что увидел Меня; блаженны невидевшие и уверовавшие» (Ин. 20,29).

Можно предполагать и другие причины, вызвавшие различие мнений Отцов о тайне будущего века.

С одной стороны, они говорили о вечности мучений:

1. просто веря в это, не ставя никаких вопросов;

2. поскольку отказывались отвечать на этот сложнейший вопрос и потому без объяснений приводили известные слова Евангелия;

3. по любви, чтобы удержать людей от греховной жизни и последующих гееннских (хотя бы и не вечных) мучений;

4. поскольку отождествляли канонические границы земной Церкви с Церковью Телом Христовым и, отсюда, в частности, рассматривали принятие Крещения здесь как безусловное требование спасения.

С другой стороны, Отцы писали о возможности спасения нехристиан и даже всех людей, поскольку:

1. не видели другого ответа на вопрос: почему Бог-Любовь дает жизнь тем, которые изберут путь зла и будут вечно пребывать в нескончаемых страданиях?

2. познав Божественную любовь, они не могли представить себе бесконечных мучений творений Божьих;

3. тот факт, что ветхозаветные праведники, благоразумный разбойник, многие мученики и др., не принявшие здесь таинства Крещения, тем не менее, по учению Церкви спаслись, свидетельствует, что ее границы шире ее земных канонических пределов и что, следовательно, получение дара благодати Крещения и вхождение в Тело Христово (Кол. 1,24) возможно и там;

4. эти Отцы не усматривали в таком понимании никакого противоречия учению Христову.

Таким образом, учение о полном и окончательном уничтожении вечности ада Воскресением Христовым, содержащееся в творениях святых Григория Нисского и Григория Богослова, Афанасия Великого, Иоанна Златоуста, Ефрема Сирина, Епифания Кипрского, Амфилохия Иконийского, Исаака Сирина, Максима Исповедника и других святых Отцов, а также находящееся в многочисленных богослужебных текстах (особенно пасхальных и воскресных) - это не частное мнение одного-двух Отцов, но учение столь же православно-церковное, как и учение Отцов, утверждавших обратное.

Следует напомнить также, что на Пятом Вселенском Соборе (553 г.), осудившем оригенизм, никто из Отцов не поднял голоса, чтобы причислить к еретикам и свт. Григория Нисского - самого известного выразителя учения о всеобщем спасении. Более того, на Шестом Вселенском Соборе (680 г.) святитель Нисский вместе с Григорием Богословом и Иоанном Златоустом, мысли (и отчасти двоемыслие) которых по этому вопросу были хорошо известны Отцам Собора, не только не подверглись осуждению, но были и особо выделены на нем в качестве избранных святых. На Седьмом же Вселенском Соборе (787 г.) святитель Григорий Нисский был назван даже «отцом Отцов». Особенно поучителен при этом для нашего времени тот факт, что те Отцы, которые считали учение свт. Григория о всеобщем спасении ошибочным, тем не менее, никогда не причисляли ни его, ни иже с ним к еретикам.

Необходимо отметить при этом полное единство и согласие святых Отцов обоих направлений в том, что вечная участь каждого человека будет наилучшей, исходя из его духовного состояния, ибо Бог есть любовь.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница