Оценка распределения влияния в Европейском парламенте с учетом предпочтений по созданию коалиций




Дата30.07.2016
Размер191 Kb.
Оценка распределения влияния в Европейском парламенте с учетом предпочтений по созданию коалиций
Камалова Р. У.1, Ушаков М. А.2, Шварц Д.А.3
(Национальный исследовательски университет

«Высшая школа экономики», Москва)
Настоящая работа посвящена анализу распределения влияния депутатов в Европейском парламенте в семи созывах (с 1979 по 2014 г.). Для оценки влияния используются индексы, учитывающие предпочтения по формированию коалиций. Предпочтения моделируются на основании данных о поименных голосованиях членов Европейского парламента по ключевым вопросам европейской политики. Значения индексов влияния были получены как индивидуально для евродепутатов, так и для европейских политических групп.
Ключевые слова: Европейский парламент, европейские политические группы, коалиционные предпочтения, индексы влияния, распределение влияния.
Введение

Влияние фракций и депутатов на принятие решений в органах принятия коллективных решений далеко не всегда пропорционально доле мест, которой они обладают. Покажем это на простом примере.

Допустим, парламент состоит из 100 мест, и в нем представлены 3 партии. Партия А имеет 50 мест, партия В — 49, в партия С — только 1. В случае, если для принятия решения необходимо набрать простое большинство, то коалиции А+В, А+С, А+В+С будут выигрывающими, т.е. они могут принять решение без учета мнения других партий. Партии В и С делают выигрывающими по одной коалиции, а без участия партии А вообще невозможно принять решение. Иначе говоря, как партия В, так и партия С имеют одинаковое влияние на принятие решений, хотя одна из них имеет 49 голосов, а вторая — только 1 голос.

Индекс Банцафа основывается на подсчете доли коалиций, в которых участник является ключевым — без участия которого коалиция перестает быть выигрывающей, т.е. такой, которая может принять решение при голосовании по вопросу, преодолев квоту [Banzhaf, 1965]. Формула для расчета значений индекса выглядит следующим образом



,

где bi — количество коалиций, в которых участник i является ключевым, .

В приведенном примере влияние партии А составляет 1, т.е. , а партий B и С, соответственно, . При этом, все коалиции считаются одинаково возможными, т.е. партии с одинаковой готовностью формируют любые выигрывающие коалиции, вне зависимости от их состава. Но зачастую это не так. Некоторые выигрывающие коалиции не могут быть сформированы, к примеру, по идеологическим соображениям, или их созданию предшествуют сложные переговоры и коалиция постоянно сталкивается с риском распада. Способ расчета индексов влияния в органах принятия коллективных решений с учетом предпочтений членов по созданию коалиций предложен в [Aleskerov, 2006].

Зная насколько близкими друг к другу являются депутаты или партии, т.е. силу связи pij участниками i и j, для каждой из них можно определить силу связи с той или иной выигрывающей коалицией S. Сила связи партии с коалицией задается функцией интенсивности связи f (i,S).

В зависимости от специфики изучаемого органа принятия коллективных решений, могут использоваться различные виды функций связи [Aleskerov, 2006]. В настоящей работе мы будем использовать функцию интенсивности связи, построенную на «прямых» предпочтениях каждой i-той группы вступить в коалицию с группой j

.

Используя полученные значения функций связи, можно рассчитать влияние каждой партии, , для чего суммируются все значения f (i,S) в таких выигрывающих коалициях, где i — ключевой участник,



.

Ключевым называется такой участник коалиции, которых делает возможным принятие решения этой коалицией. Если же ключевой участник выходит из коалиции, то она не может преодолеть необходимую квоту.

Чтобы ограничить область возможных значений в границе от 0 до 1, производится нормировка:

.

Для расчета значений индексов влияния, учитывающих предпочтения по созданию коалиций на уровне групп, введем индекс . Функции связи в этом случае будет отражать силу связи между фракциями, например, степень согласованности между двумя группами или среднюю близость между парами депутатов. Стандартным предположением при его расчете является то, что группа голосует консолидированно.

Большинство широко используемых индексов рассчитываются для групп, например, парламентских фракций. Тем не менее, исследовательский интерес могут представлять и влияние отдельных депутатов [Шварц, 2009]. Для оценки индивидуального влияния членов Европарламента будем использовать индекс с функцией интенсивности связи

,

где i и j — депутаты Европарламента.

В случае, когда влияние оценивается на уровне отдельных участников коалиций, а не консолидированных фракций, возникает очень большое количество выигрывающих коалиций, и задача оценки влияния становится чрезвычайно сложной с вычислительной точки зрения. Вычислительная схема для расчёта индексов влияния отдельных членов парламента была предложена в [Шварц, 2009; Ушаков и Шварц, 2015].

Влияние в Европейском парламенте

Важным шагом при расчете значений индекса влияния с учетом предпочтений по созданию коалиций является описание силы связи между участниками коалиций, т.е. формирование матрицы предпочтений депутатов Европарламента. Чтобы задать матрицу , мы будем использовать данные о поименных голосованиях депутатов. Об отдельных членах Европарламента доступна информация о том, от какого государства депутат был избран в Европейский парламент, парламентская группа, в которой состоит депутат, и его национальная партия. По каждому протоколированному голосованию по законопроекту/решению про каждого депутата можно сказать, был он «за», «против», «воздержался», «присутствовал, но не голосовал», «не член парламента»4 или «отсутствовал».

Мы предлагаем два подхода к моделированию коалиционных предпочтений. Первый заключается в том, что матрица предпочтений депутатов Европейского парламента определяется как вероятность того, что депутаты и проголосуют одинаково, . Для этого рассчитывается средняя величина , где — количество голосований, когда депутаты i, j проголосовали одинаково, t – номер голосования, nt — количество голосований, в которых приняли участие и депутат i, и депутат j. Полученная таким образом величина принимает значения от 0 до 1, где 1 означает, что депутаты вели себя максимально согласованно. Что касается распределения влияния на уровне групп депутатов (сформированных по идеологическому или национальному признаку), то их предпочтения по вступлению в коалиции будут рассчитываться как средняя согласованность.

Второй подход предполагает определение позиций евродепутатов в некотором политическом пространстве. NOMINATE — популярный метод многомерного шкалирования, разработанный К. Пулом и Г. Розенталем для оценки идеальных точек депутатов конгресса США на основании результатов поименных голосований [Poole and Rosenthal, 1985; Poole et al., 2011]. NOMINATE — это акроним от NOMINAl Three-Step Estimation, а W-NOMINATE — не-динамическая версия метода. С его помощью можно получить оценки расположения отдельных индивидов (депутатов) по нескольким измерениям — осям. Априорное знание количества осей не требуется, но содержательная интерпретация полученных измерений ложится на плечи исследователя. Было обнаружено, что первое измерение, ось NOM-D1, корректно объясняет 85% голосований в первом созыве Европейского парламента, около 90% в пятом созыве и 88% в шестом, и это измерение может интерпретироваться как расположение на лево-правой идеологической шкале [Hix, Noury and Roland, 2009, р. 825]. Второе измерение, ось NOM-D2, может считаться оценкой позиции по «про- и анти-Европейской» шкале. Использование второй оси увеличивает долю объясненных голосований до 91% в первом созыве Парламента и 92% в пятом и 90% в шестом. Что касается распределения влияния на уровне групп депутатов (сформированных по идеологическому или национальному признаку), то их предпочтения по вступлению в коалиции будут рассчитываться как средние значения по группе.

Оба подхода дают схожие оценки в смысле распределения влияния относительно групп депутатов или отдельных парламентариев, но использование позиционирования в осях NOMINATE позволяет получить более выраженный результат и сделать интерпретацию более удобной.

Распределение значений линейного индекса индивидуального влияния в разные созывы довольно сильно различалось. Среднее (медианное) влияние отдельного депутата Европарламента в первом созыве было примерно вдвое выше, чем в седьмом, что не удивительно: в 1979 году в Европейском парламенте было всего 410 депутатов, а в 2014 году (в начале 7 созыва) — 736. Хотя Евросоюз постоянно расширялся, тем не менее, количество политических групп в разных созывах не превосходило 10-12: радикальные левые, социал-демократы, либералы, христианские демократы, консерваторы, национал-консерваторы, националисты, регионалисты, зеленые, евроскептики. Такое деление отражает основные идеологические семьи, за исключением «технических» групп и евроскептиков, которые формируются по иным критериям, отличным от идеологической схожести взглядов депутатов [von Beyme, 1985; Hix and Lord, 1997].

В первом созыве Европейского парламента значения индекса индивидуального влияния менялись от 26.5 до 49 (умноженные на 104 для удобства). В него вошли депутаты от 44 партий из 10 европейских государств, сформировавшие 8 политических групп, всего 410 парламентариев (при этом, активных из них 253, подробнее см. Табл. 4. в Приложении 1). Наименьшим числом активных депутатов были представлены Люксембург и Греция (по 4 активных депутата), наибольшим — Германия (59 активных депутата).

По итогам выборов многие депутаты вошли в группы христианских демократов (EPP), социалистов (SOC) и консерваторов (ED). Малочисленные группы сформировали регионалисты (CDI) и национал-консерваторы (EPD), а также была образована «техническая» группа независимых депутатов5 — группа, объединявшая депутатов разных политических убеждений, не вошедших в политические группы, но желавших иметь преимущества и права тех, кто в группах состоит: места в комитетах и доступ к бюджетам, и потому сформировавших «номинальную» общеевропейскую группу.

Значения индекса индивидуального влияния не сильно различаются, но тем не менее, на Рис. 1 видно, что в среднем наибольшим влиянием обладали члены группы христианских демократов, либералов (LD) и «технической группы». Их активные депутаты имели влияние выше среднего. Наименьшим влияниям обладали левые и радикальные левые депутаты, регионалисты, а также большая часть социал-демократов.

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\epg_box_27jun_ep_1.png

Рис. 1. Распределение значений индекса индивидуального влияния по европейским политическим группам для 1-го созыва Европарламента.


По странам, от которых баллотировались депутаты, наименьшим влиянием в среднем обладали представители Великобритании и Ирландии, а также многие депутаты от Италии, — у этих стран наименьшие медианные значения индекса индивидуального влияния. Наиболее влиятельными в среднем были представители Дании, Германии, Нидерландов и Люксембурга. Несмотря на то, что Люксембург, в силу небольшой численности населения, имеет маленькое количество мест в Европейском парламенте, его депутаты входят во влиятельные политические группы либералов, социалистов и христианских демократов. Подробнее см. Рис. 2-3.

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\ms_box_27jun_ep_1.png

Рис. 2. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС для 1-го созыва Европарламента.


Максимальным влиянием во втором созыве Европейского парламента, согласно индексу , обладали христианские демократы: Д. Антониоцци, В. Гуиммарра, Дж. Джиавацци, Дж. Берсани из Италии от блока «Христианско-демократическая партия» / «Итальянская народная партия» и К. Малангре и Г. Л. Леммер из Германии от Христианско-демократического союза Германии.

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\ms_epg_27jun_ep1.png

Рис. 3. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС и европейским политическим группам для 1-го созыва Европарламента.


Во втором созыве Парламента (1984 — 1989 гг.) отдельно выделилась еще одна общеевропейская группа — националисты (ER). Ее численность была весьма невелика — всего депутатов 16, из которых 6 активных. Христианские демократы (EPP) и либералы (LD) по-прежнему имели в среднем наибольший относительный вес при принятии решений, и христианские демократы при этом были второй по численности группой депутатов (75 человек), в группе либералов, в свою очередь, состояли 15 человек. Достаточно влиятельной оппозицией им была группа социалистов (SOC), численностью 95 активных депутатов. В среднем наименее влиятельными в данном созыве вновь были группы консерваторов (ED) и национал-консерваторов (EDA), по 41 и 15 активных депутатов.

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\non_normalized\epg_box_27jun_ep_2.png

Рис. 4. Распределение значений индекса индивидуального влияния по европейским политическим группам для 2-го созыва Европарламента.


В этом созыве Европарламента влияние британских представителей также было небольшим. В среднем более низким влияниям обладали и депутаты от Франции (40 депутатов состояли в радикальных правых — EDA, ER — и левой группе — COM). Для многих государств можно отметить представителей с нетипично маленькими значениями индекса индивидуального влияния.

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\non_normalized\ms_box_27jun_ep_2.png

Рис. 5. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС для 2-го созыва Европарламента.


Максимальным влиянием во втором созыве Европейского парламента, согласно индексу , обладали христианские демократы: Р. Ластер, Э. Брок, Г. Ринш, К. Малангре из Германии от Христианско-демократического союза Германии и Ж. Пендрес и У.Дж. Вергер от голландской «Христианско-демократический призыв».

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\ms_epg\ms_epg_27jun_ep2.png

Рис. 6. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС и европейским политическим группам для 2-го созыва Европарламента.


В третьем созыве Европарламента (1989 — 1994 гг.) насчитывалось уже 518 депутатов, но активных среди них было только 432. Наиболее многочисленной группой стали социал-демократы (SOC), в эту группу вошли более 100 человек. При этом самой маленькой группой стали радикальные левые EUL & LU (всего 3 активных депутата). В среднем наименее влиятельными в данном созыве были зеленые (G) и националисты (DR), имевшие по 12 и 7 активных депутатов. Максимальные значения индексов влияния в среднем были у коалиции левых и социал-демократов (по 13 и 132 человека соответственно). Либералы (LDR) и христианские демократы (EPP) составляли им менее влиятельную, но достаточно многочисленную оппозицию (более 110 активных депутатов).

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\non_normalized\epg_box_27jun_ep_3.png

Рис. 7. Распределение значений индекса индивидуального влияния по европейским политическим группам для 3-го созыва Европарламента.


c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\non_normalized\ms_box_27jun_ep_3.png

Рис. 8. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС для 3-го созыва Европарламента.


Депутаты из Германии, Италии, Португалии и Люксембурга в среднем имели относительно большое влияние. Несколько меньшим влиянием в среднем обладают парламентарии из Бельгии, Ирландии, а также отдельные депутаты из Германии, Италии и Великобритании. Разброс значений индекса индивидуального влияния увеличился до 5.4 пункта — от 26.4 до 31.8. При этом максимальным относительным влиянием обладали депутаты-социалисты и социал-демократы из разных стран — Италии, Португалии, Бельгии и Франции (Н. Ларони, П. Карнити, Л. Марино, М. Галль и Ж-Ф. Ори).

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\ms_epg\ms_epg_27jun_ep3.png

Рис. 9. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС и европейским политическим группам для 3-го созыва Европарламента.


В четвертый созыв Европарламента (1994 — 1999 гг.) вошли представители из 15 государств Европы: с 1995 года в состав Европейского сообщества вошли Австрия, Финляндия и Швеция. 432 депутата из 567 могут считаться активными.

Социал-демократы (PES) сохранили свое влияние на принятие решений, они также стали самой многочисленной группой. Более оформленной и многочисленной стала оппозиция, представленная христианскими демократами из Европейской народной партии (EPP) и Силы Европы (итальянская Forza Europa) и имевшая более 141 активного депутата. Наименее влиятельными в среднем стали евроскептики и депутаты технической группы (NI). За исключением регионалистов с 9 активными депутатами, эти группы были самыми малочисленными. Более заметную роль в этом созыве стала играть группа «Зеленых и регионалистов», и в ее работе принимали участие 19 депутатов.



c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\non_normalized\epg_box_27jun_ep_4.png

Рис. 10. Распределение значений индекса индивидуального влияния по европейским политическим группам для 4-го созыва Европарламента.


c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\non_normalized\ms_box_27jun_ep_4.png

Рис. 11. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС для 4-го созыва Европарламента.


По национальному признаку в данном созыве парламента можно выделить британских депутатов, которые были в среднем достаточно влиятельными, это связано с тем, что из 63 депутата (60 из которых лейбористы) из 87 вошли в группу «Партию европейских социалистов» (PES). В среднем значительно более низким влиянием обладали депутаты от Франции и по-прежнему низкие значения индекса влияния были у Ирландии, что наглядно видно на Рис. 12. От этих стран в этот созыв прошло много консерваторов и евроскептиков.

В среднем низкие значения индекса характерны также для депутатов из Дании (9 активных парламентариев) и Финляндии (3 активных парламентария). Максимальные значения индекса индивидуального влияния вновь были у социалистов из разных стран — Германии, Италии, Нидерландов, Испании, Люксембурга и Великобритании.



c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\ms_epg\ms_epg_27jun_ep4.png

Рис. 12. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС и европейским политическим группам для 4-го созыва Европарламента.


Пятый созыв Европарламента (1999—2004 гг.) был сформирован из 626 депутатов. Если в первом созыве индексы влияния изменялись от 43.09 до 50.85, то в пятом — от 20.85 до 25.39.

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\epg_box_27jun_ep_5.png

Рис. 13. Распределение значений индекса индивидуального влияния по европейским политическим группам для 5-го созыва Европарламента.


В этом созыве доминирующей по численности группой стала коалиция Европейской народной партии и Европейских демократов (EPP-ED) — 159 активных депутатов. Социал-демократы (PES), в свою очередь, составили достаточно сплочённую оппозицию. Среднее значение индекса индивидуального влияния у этих групп почти одинаково: 23.73 и 23.66 соответственно.

Достаточно влиятельными, помимо групп EPP-ED и PES, могли считаться зеленые и регионалисты G/EFA, наименее — малочисленные евроскептики EDD (7 активных депутатов) и национал-консерваторы UEN (20 активных депутатов). Небольшой по численности (21 депутатов) также была «техническая» группа NI & TGI.



c:\users\rita\yandexdisk\диссер\ms_box_27jun_ep_5.png

Рис. 14. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС для 5-го созыва Европарламента.


По национальному признаку малым влиянием обладали в основном депутаты от Люксембурга (6 активных депутатов) и Португалии (19 активных депутатов), а относительно более высоким — Швеции, Финляндии и Греции.

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\ms_epg_27jun_ep5.png

Рис. 15. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС и европейским политическим группам для 5-го созыва Европарламента.


Максимальные значения индекса индивидуального влияния в этом созыве имели представители разных политических сил: социал-демократы К. Хаш (Социал-демократическая партия Германии) и А. Балтас (Всегреческое социалистическое движение), И. Шорлинг (шведская «Партия зелёных»), национал-консерватор Ж.-Ш. Маршиани («Движение за Францию»), либерал Л. Кавери (итальянский «Союз Вальдостан»), христианский демократ Б. Пронк («Христианско-демократический призыв»).
Шестой созыв Европарламента (2004—2009 гг.) был сформирован из 732 депутатов. Но в 2007 году произошло расширение ЕС — в Союз вошли Болгария и Румыния, — и в Европейском парламенте появились еще 53 депутата.

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\non_normalized\epg_box_27jun_ep_6.png

Рис. 16. Распределение значений индекса индивидуального влияния по европейским политическим группам для 6-го созыва Европарламента.


Стоит отметить, что разделение на относительно более и менее влиятельных депутатов в этом созыве Европарламента стало более выраженным, чем в предыдущем. В шестом созыве доминирующей по численности группой стала Европейская народная партия (EPP-ED) — у нее было 36% мест и 136 активных депутатов. Второй по численности и влиянию стала Прогрессивный альянс Социалистов и демократов (PES), у них число активных депутатов составило 94 человека. Среднее влияния депутатов из этих двух групп, а также группы либералов превышало среднее значение 27.5. Третьей группой с наиболее влиятельными депутатами был Альянс либералов и демократов. В свою очередь, наименьшим влиянием, а также небольшой численностью (17 активных депутатов) обладали левые и радикальные левые парламентарии. Четвертой по численности была группа «Зеленых/Регионалистов», и малое влияние, которым обладали депутаты, вероятно, было обусловлено низкой дисциплиной: из 33 депутатов только 8 соответствовали критерию «активных».

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\non_normalized\ms_box_27jun_ep_6.png

Рис. 17. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС для 6-го созыва Европарламента.


По национальному признаку, в среднем более высоким влиянием традиционно обладали парламентарии из Германии, Люксембурга. Недавно вступившие в ЕС страны — Венгрия, Латвия, Литва, Словакия, Словения, Эстония — тоже имели влиятельных депутатов более влиятельных, чем средний член парламента, однако число активных парламентарией у них не превышало шести. Наоборот, менее влиятельными в среднем были депутаты из Великобритании, Чехии, Швеции и Кипра (у последнего всего два активных депутата).
Для Великобритании типична большая доля членов Европарламента, состоящих в группе независимых (технической) и группе зеленых/регионалистов. В Чехии, несмотря на большую долю христианских демократов, сильны позиции крайних левых, относительно маргинальной группы в Европарламенте. Депутаты, обладающие самым слабым влиянием, баллотировались в Швеции: радикальная левая Э-Б. Свеннсон, «зеленый» К. Шлитер и евроскептик Н. Лундгрен. На Рис. 20. видно, что во всех странах наиболее авторитетными являются христианские демократы, и особенно сильны их позиции в Гермнии, Польше, Бельгии, Франции.

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\ms_epg\ms_epg_27jun_ep6.png

Рис. 18. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС и европейским политическим группам для 6-го созыва Европарламента.


Седьмой созыв Европарламента (2009—2014 гг.) был сформирован из 736 депутатов. Доминирующие позиции сохранили Европейская народная партия (EPP), Прогрессивный альянс Социалистов и демократов и Альянс либералов и демократов. Четвертыми по численности стали Зеленые. Такой порядок отражен и в распределении влияния. В седьмом созыве не были представлены национал-консерваторы, в отличие от шестого созыва, а в остальном распределение влияния во многом сохранилось в прежнем виде. В свою очередь, наименьшее влияние было характерно для радикальных левых, регионалистов и некоторых независимых депутатов.

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\non_normalized\epg_box_27jun_ep_7.png

Рис. 19. Распределение значений индекса индивидуального влияния по европейским политическим группам для 7-го созыва Европарламента.



c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\non_normalized\ms_box_27jun_ep_7.png

Рис. 20. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС для 7-го созыва Европарламента.


По национальному признаку в седьмом созыве, ввиду большого количества стран-членов ЕС и небольших различий в распределении мест и предпочтений, сохранился примерно такой же паттерн, как и в предыдущем. По-прежнему менее влиятельными в среднем были депутаты из Великобритании, Чехии и Кипра, а также Швеции и Дании. Более влиятельными стали депутаты из Италии, Бельгии, и наоброт, снизилось влияние парламентариев из Франции, Нидерландов и Латвии.

c:\users\rita\yandexdisk\диссер\plots\wnom\ms_epg\ms_epg_27jun_ep7.png

Рис. 21. Распределение значений индекса индивидуального влияния по странам-членам ЕС и европейским политическим группам для 7-го созыва Европарламента.


На рис. 21 видно, что христианские демократы, как и в шестом созыве, обладают наибольшим влиянием, но стоит отметить, что для некоторых государств характерны достаточно сильные и многочисленные группы оппозиции. Например, в седьмом созыве наименьшим влиянием обладали депутаты-консерваторы из Великобритании. Европарламентарии из Соединенного Королевства также вошли в группы евроскептиков и независимых (NI). Германии и Франции характерны радикальные оппозиционные группы зеленых и крайних левых, в Италии многочисленна групп евроскептиков, в Чехии — социал-демократов и консерваторов.

Наибольшим влиянием в этом созыве обладал венгерский депутат З. Баг, член группы христианских демократов. Наименьшим — евроскептики Д.Р. Кларк и Дж.С. Агнью, крайний правый А. Бронс.



Заключение

За последние более чем 30 лет полномочия и влияние Европейского парламента существенно расширились, а наличие большого количества информации о его работе в открытом доступе делает возможным детальное изучение институтов Европарламента, национальных и европейских партий, вплоть до поведения отдельных парламентариев.

Полученные результаты позволяют заключить, что в семи созывах Европейского парламента (с 1979 по 2014 г.) относительно более высоким влиянием обладали депутаты из группы либералов: причиной тому является их «срединное» положение и возможность вступать в коалиции как с христианскими демократами, так и с социалистами и социал-демократами. Именно эти две коалиции составляли наиболее многочисленные группы депутатов Европарламента — их суммарный удельный вес никогда не был меньше 50%. В то время как доля мест либералов до шестого созыва не превышала 10%, только у группы либералов (и группы независимых) значение индекса влияния, учитывающего предпочтения, всегда превышало значение индекса влияния Банцафа — что демонстрирует идеологическую «гибкость» группы и готовность вступать в коалиции.

Скептически настроенные к объединенной Европе депутаты не являются доминирующей силой, что отражается в том, что среднее индивидуальное влияние леворадикальных депутатов, регионалистов и евроскептиков, ниже среднего по созыву. Однако их идеологическая сплоченность позволила группам быть достаточно влиятельными.

Основным структурирующим расколом в Европарламенте является идеологический, что неоднократно было отмечено в литературе, но для ряда стран характерно то, что депутаты от них традиционно вступают в те или иные политические группы. Так, стоит отметить, что систематически более низким влиянием обладают парламентарии-регионалисты из Великобритании и Швеции, радикальные левые из Франции, Испании, Италии, Греции, британские консерваторы, национал-консерваторы из Польши, Ирландии. В целом же, снижение влияния по национальному признаку заметно по всем используемым нами индексам — закономерное следствие увеличения численности парламента.
Список литературы


  1. Ушаков М.А., Шварц Д.А. Вычисление индексов влияния, учитывающих предпочтения участников в анонимных играх. WP7/2015/04. – М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2015. – 16 c. (на англ. яз.)

  2. Шварц Д.А. О вычислении индексов влияния, учитывающих предпочтения участников. // Автоматика и телемеханика, 2009, No 3. C. 152-159.

  3. Aleskerov F. “Power Indices Taking into Account Agents’ Preferences”. Mathematics and Democracy. Recent Advances in Voting Systems and Collective Choice. – Berlin-Heidelberg: Springer. 2006, pp. 1-18.

  4. Poole, K. T. and H. Rosenthal (1985). “A Spatial Model for Legislative Roll Call Analysis”, American Journal of Political Science 29, pp. 357-384.

  5. Poole, K., J. Lewis, J. Lo, and R. Carroll (2011). “Scaling Roll Call Votes with wnominate in R”, Journal of Statistical Software 42(14), pp. 1–21.

  6. Roll Call Votes in the European Parliament, 26 July 2011 [Электронный ресурс]. URL: http://personal.lse.ac.uk/hix/HixNouryRolandEPdata.htm (дата обращения: 01.05.2015).

  7. How EU decisions are made / Europa.eu. [Электронный ресурс]. URL: http://europa.eu/eu-law/decision-making/procedures/index_en.htm (дата обращения: 01.05.2015).

  8. European Parliament / Results of the 2014 European elections [Электронный ресурс]. URL: http://www.europarl.europa.eu/elections2014-results/en/election-results-2014.html (дата обращения: 01.05.2015).



1 Камалова Рита Ульфатовна, магистр экономики, стажер-исследователь (rkamalova@hse.ru).

2 Ушаков Максим Николаевич, бакалавр факультета компьютерных наук, стажер-исследователь (maskimka3@gmail.com).

3 Шварц Дмитрий Александрович, кандидат физико-математических наук, доцент (dshvarts@hse.ru).

4 Для стран, вступающих в союз, обычной практикой является отправление наблюдателей в парламент. Число наблюдателей и их назначение (обычно национальными парламентами) установлены для присоединяющихся стран в соглашениях по вступлению в союз.

Наблюдатели могут посещать заседания и участвовать в дебатах, но у них нет права голоса. Когда страна становится полноправным членом ЕС, наблюдатели становятся евродепутатами на период между вступлением государства и выборами в парламент. Например, ГДР имела 18 наблюдателей в 1990—1994 годах. Также с 26 сентября 2005 года по 31 декабря 2006 года у Болгарии было 18 наблюдателей в парламенте, а у Румынии — 35. Они были выбраны из правящей и оппозиционных партий и одобрены национальными парламентами этих стран. После вступления стран в союз наблюдатели стали европарламентариями (но с некоторыми изменениями в составе).



5 Такая «техническая группа» была расформирована в октябре 2001 года, с введением требования о наличии у политической группы Европарламента согласованной позиции [Hix, Noury and Roland, 2009].



База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница