Обращение как одна из форм вокативного предложения (на материале английского языка) Диссертация на соискание учёной степени кандидата филологических наук




страница2/7
Дата12.07.2016
Размер1.82 Mb.
1   2   3   4   5   6   7
Глава 1. Обращение как единица грамматики речи
§ 1.1. Функциональная природа обращения
Традиционно под термином «обращение» понимается слово или сочетание слов, обозначающее того, кому адресована речь. В «Кратком руководстве к красноречию» М.В. Ломоносова написано: «Обращение есть когда слово обращаем к другому лицу, подлинному или вымышленному, от того, которого само настоящее слово требует» [75, с. 267]. В «Словаре лингвистических терминов» О.С. Ахмановой даётся следующее определение: «Обращение – употребление существительных, местоимений, субстантивированных прилагательных или эквивалентных им словосочетаний для называния лиц или предметов, к которым обращена речь» [6, с. 276]. В «Лингвистическом энциклопедическом словаре» под редакцией В.Н. Ярцевой обращение определяется как «грамматически независимый и интонационно обособленный компонент предложения или более сложного синтаксического целого, обозначающий лицо или предмет, которому адресована речь» [74, с. 340]. Таким образом, из трёх приведённых выше определений мы можем сделать вывод, что обращение характеризуется направленностью на адресата, к которому обращено какое-либо высказывание.

Следует отметить, что направленность высказывания к определённому адресату или обращённость к слушающему может быть реализована не только с помощью обращения, но и такими языковыми средствами, как интонация, лексические средства (например, наличие в предложении местоимения второго лица), морфологические средства (например, падежная форма вокатива (звательного падежа) в некоторых языках), синтаксические средства (вопросительные и побудительные предложения обычно обращены к определённому адресату, от которого ожидается реакция на сообщение. Все перечисленные средства выражения направленности на адресата связаны с понятием обращённости речи в общем смысле понятия и могут быть рассмотрены как вспомогательные средства осуществления речевой коммуникации в частности. Формы обращения не только дают уточнение коммуникативной направленности передаваемой информации, но и предполагают отображение определённых сведений об адресате, в частности ассиметрично или симметрично положение адресанта относительно адресата, что отражено в их социальном статусе, возрасте, степени знакомства, гендерном факторе, а также каковы взаимоотношения между собеседниками, которые могут быть, например, нейтральными, дружескими, конфликтными, дистантными и т.п., что получает отклик в каждой отдельно взятой речевой ситуации. Таким образом, называя адресата речи, обращаясь к нему, употребляя форму обращения, мы тем самым создаём линию направленности информации, но не создаём «образ у того к кому оно обращено», с другой стороны, целью употребления обращения также не является создание «имиджа того, кто обращается к будущему собеседнику, так как этот образ не только уже существует в его сознании и знаком ему, но возник до обращения и ситуативно существует» [61, с. 251].

Формы обращения в речи определяют коммуникативную направленность высказывания, указывая на конкретного слушающего, которому оно адресовано. В процессе коммуникации обращение выступает средством создания особого коммуникативного пространства, в которое входят участники беседы, определяя, таким образом, линию, связующую отправителя и получателя информации, а также выступая средством начала коммуникативного процесса, поддержания его, изменения его течения в положительном или отрицательном ракурсе. Для корректного употребления обращения в речи, соответствующему правилам этикета принятым в данном обществе, первостепенное значение приобретает правильный выбор формы обращения, таким образом, из различных вариантов, представленных в языковом инвентаре, говорящему необходимо выбрать ту форму, которая наиболее верно соответствует данной речевой ситуации. В этом случае первостепенную роль представляет значение элективности, т.е. избирательности, что является первостепенно важным для воплощения интенции говорящего, но не единственным условием реализации закона тождества, т.е. равенства замысла говорящего реальному высказыванию. На этом этапе также происходит идентификация адресата. При употреблении обращения происходит «идентификация образа и человека, являющегося этим образом» [61, с. 251], что включает отношение адресанта к адресату, выражаемое в положительной, нейтральной либо отрицательной эмоциональной составляющей.

Для определённых речевых ситуаций существуют правила употребления той или иной формы, т.е. существуют речевые клише, закреплённые за данной ситуацией, это касается, прежде всего, нейтральных форм обращения. В условиях, когда собеседники знакомы между собой, клишированные формы, входящие в зону речевого этикета, могут быть заменены на так называемые «окказиональные» формы, т.е. формы, отбираемые индивидуально говорящим, которые обусловлены субъективным фактором выбора. В таких речевых ситуациях эмоциональность, как правило, имеет характер большей степени выраженности, и правила речевого этикета могут приобретать периферийное значение. Субъективный выбор адресанта обусловлен категорией тождества, т.е. форма обращения, отобранная адресантом, должна быть равна замыслу, который говорящий как автор высказывания имеет целью осуществить. Субъективность выступает как общий константный признак категории вокативности, поскольку роль говорящего оказывается ведущей при формировании высказывания, за адресантом остаётся право в некоторых случаях, например в ситуациях с повышенной эмоциональной нагрузкой, отступать от существующих правил речевого этикета. Объективность выступает периферийной составляющей, так как в конструкциях, где реализована вокативность, доля информативности минимальна, поскольку в речи используются либо клишированные конструкции, обусловленные нормами речевого этикета, либо формы, отбираемые самим говорящим.

В основе функционирования форм обращения лежит направленность на адресата, что является константным признаком, но обращения выполняет в речи также и другие функции. Так обращение используется в речи для привлечения внимания собеседника к определённому высказыванию, а в начальной стадии общения, т.е. в позиции зачина, для установления контакта с адресатом с возможным развитием процесса коммуникации, т.е. выступает проявлением контактоустанавливающей функции. В словаре лингвистических терминов О.С. Ахмановой приводится следующее определение данной функции: «Одна из функций языка, в отличие от коммуникативной проявляющаяся в ситуациях, в которых говорящий не стремится сразу же передать слушающему определённую информацию, а хочет лишь придать естественность совместному пребыванию где-либо, подготовить слушающего к восприятию информации, обратить на себя внимание и т.д.» [6. с. 508]. Обращение в позиции зачина диалога демонстрирует сигнал к началу общения, исходящий от отправителя информации к получателю, таким образом, определяя границу речевого пространства будущего коммуникативного процесса.

Например, в первом действии комедии Ричарда Бринсли Шеридана «Соперники» Фэг видит на улице Томаса, используя обращение, он привлекает его внимание и это служит началом их коммуникативного взаимодействия:

Fag. What! Thomas! – Sure ‘t is he! – What! Thomas! Thomas!

Thos. Hey! – Odd’s life! Mr. Fag! – give us your hand, my old fellow-servant [202, с. 89]. Процесс коммуникации начинается и с продолжением диалога находит развитие, благодаря чему читатель получает информацию об основных сюжетных линиях пьесы.

Итак, в процессе коммуникации обращение выполняет функцию сужения речевого пространства в рамках взаимодействия отправителя информации с одной стороны и получателя информации с другой стороны. Например,

LADY BRACKNELL Won’t you come and sit here, Gwendolen?

GWENDOLEN Thanks, mamma, I’m quite comfortable where I am [205, с. 260].

В данном диалоге речевое пространство имеет границы «I» «Lady Bracknell» à «you» «Gwendolen». Сигналом того, что имеет место сужение речевого пространства, ограниченного говорящим и слушающим, является форма обращения «Gwendolen».


При смене ролей, когда адресат становится адресантом: «I» «Gwendolen»

à «you» «Lady Bracknell» граница определена формой обращения «mamma».

Обращение предоставляет информацию о том, какие именно участники взаимодействуют внутри данного коммуникативного пространства. Если в качестве эксперимента изъять обращение, то информацию о том, на кого направлено высказывание, мы можем получить только из фонового обозначения действующего лица в начале каждой реплики пьесы, указывающего на то, какое именно действующее лицо в данный момент участвует в диалоге. Поэтому обращение следует рассматривать в качестве сигнала сужения речевого пространства, ограниченного участниками коммуникационного процесса внутри конкретной речевой ситуации.

С установлением контакта между адресантом и адресатом непосредственным образом связано распределение социальных и статусных ролей участников процесса коммуникации. Данная функция рассматривается как «проявление» или «обязательный компонент» речевого взаимодействия [30, с. 21; 99, с. 83]. При выборе формы обращения учитываются ожидания говорящего и слушающего, соответствующие правилам речевого этикета, в зону которого входит обращение. Условия выбора формы жёстко определены, в то время как нарушение данного аспекта искажает корректность высказывания с точки зрения этикета. Таким образом, из представленных в языковом инвентаре вариантов в речи реализуется конкретная форма обращения, отображающего функцию избирательности для обеспечения действия элективности, как «возможности для говорящего выбора из множества синонимичных форм» [65, с. 170]. Выбор адресанта ограничивается теми вариантами, которые существуют в языке.

Следует отметить, что в случае обращения под синонимичными могут подразумеваться как варианты обращения к адресату со стороны одного адресанта, так и варианты форм обращения к тому же адресату, но со стороны различных адресантов. Оба типа вариантов соответствуют общему определению синонимии как «совпадению в основном значении (при сохранении различий в смысловых оттенках и стилистической окраске)» [98, с. 436], за основное значение в случае обращение принимается обозначение конкретного адресата. Например, формы обращения по линии коммуникации Algernon (адресант)/ Jack (адресат) формируют следующий модельный ряд, представленный в пьесе О. Уайльда «Как важно быть серьёзным»: my dear fellow, old boy и т.д. Формы модельного ряда обращений свидетельствует о близкой степени знакомства, симметричности статусных, возрастных, гендерных факторов выбора. Варианты форм со стороны различных адресантов также воспроизводят зависимость выбора формы обращения от взаимоположения отправителя и получателя информации по степени знакомства, статусу, возрасту, гендерному фактору. Например, линия Lady Bracknell (адресант)/ Jack (адресат) - формы обращения Mr Worthing, my nephew; линия Cecily (адресант)/ Jack (адресат) - форма обращения Uncle Jack; линия Gwendolen (адресант)/ Jack (адресат) - формы обращения Mr Worthing, darling, my own, Ernest; линия Miss Prism (адресант)/ Jack (адресат) - форма обращения Mr Worthing. Таким образом, при реализации функции избирательности в форме обращения отражается социальное и статусное положение говорящего по отношению к слушающему и наоборот.

При анализе функциональной природы обращения в речи необходимо отдельно выделить функцию идентификации адресата посредством определённой для конкретной речевой ситуации формы обращения. Для реализации этой функции особую важность представляет эмоционально воздействующий фактор или его нейтрализация в зависимости от цели, поставленной перед собой говорящим. По закону тождества интенция адресанта должна быть адекватно отображена на речевом уровне, т.е. смысл, заложенный на первом уровне языкового абстрагирования, является идентичным выбранной форме выражения при переходе в речь на третьем уровне. При реализации функции идентификации на первый план выходит субъективность адресанта, поскольку в этом случае уместен не просто выбор формы из представленных в языке вариантов, но и наложение на них определённых интонационных оттенков или употребление особых форм, имеющих как положительную, так и отрицательную окрашенность. Выбираемые формы являются приемлемыми, по мнению автора, интенцией которого является формулировка данного сообщения в условиях конкретной речевой ситуации. Сравним следующие примеры употребления формы обращения “mamma”:

1) LADY BRACKNELL Won’t you come and sit here, Gwendolen?

GWENDOLEN Thanks, mamma, I’m quite comfortable where I am [205, с. 260].

2) LADY BRACKNELL Pardon me, you are not engaged to anyone. When you do become engaged to someone, I, or your father, should his health permit him, will inform you of the fact. An engagement should come on a young girl as a surprise, pleasant or unpleasant, as the case may be. It is hardly a matter that she could be allowed to arrange for herself… And now I have a few questions to put to you, Mr Worthing. While I am making these inquiries, you, Gwendolen, will wait for me below in the carriage.

GWENDOLEN (reproachfully) Mamma [205, с. 264]!

В первом случае слово “mamma” выступает в качестве формы обращения, которая даёт понятие о том адресате, к которому направлено сообщение, т.е. служит показателем сужения речевого пространства, ограниченного в данной речевой ситуации коммуникантами Lady Bracknell и Gwendolen, а также указывает на их статусное положение относительно друг друга по линии мать – дочь.

Во втором примере “mamma” не только является словом, обозначающем адресата речи, но и представляет собой ответную реакцию собеседника, передающую упрёк, о чём свидетельствует ремарка (reproachfully), что подразумевает произнесение данной формы обращения с соответствующей интонацией.

Рассмотрим ещё пример:

THE FLOWER GIRL. What’s that you say?

THE NOTE TAKER. Yes, you squashed cabbage leaf, you disgrace to the noble architecture of these columns, you incarnate insult to the English language: I could pass you off as the Queen of Sheba [199, с. 22].

Данная форма обращения имеет окказиональный характер, т.е. уместна для данной речевой ситуации, сформулирована конкретным адресантом; такое обращение было бы трудно представить в иной речевой ситуации, например нейтрального характера, где первостепенную роль приобретают правила речевого этикета. Для рассматриваемой формы характерно ядерное положение эмоциональной нагрузки, демонстрация автором сообщения своего превосходства над адресатом. Таким образом, помимо основной функции направленности на адресата имеет место наложение выражения отношения к слушающему со стороны говорящего.

М.В. Ломоносов отмечал, что с помощью обращения «можно советовать, засвидетельствовать, обещать, грозить, хвалить, насмехаться, утешать, желать, прощаться, сожалеть, повелевать, запрещать, прощения просить, оплакивать, жаловаться, просить, повелевать, сказывать, толковать, поздравлять и проч.» [75, с. 268].

Следует отметить, что отношение к адресату может быть нейтрализовано, при доминирующей позиции привлечения внимания, звательности. Например:

Mrs. Mal. Lucy! - Lucy! – [Calls.] …

Lucy. Did you call, ma’am [202, с. 101]?

Ведущее значение звательности дополнительно подчёркнуто глаголом “call”. Для данного примера важен именно призыв адресата, а отношение к нему со стороны адресанта нейтрализовано, в конкретном случае его выражение не является интенцией говорящего. Приведём ещё примеры:

Mrs. Mal. …but mind, Lucy – if ever you betray what you are entrusted with, you forfeit my malevolence forever [202, с. 102].

Для данной формы обращения установление контакта или привлечение внимания не имеет ключевого значения, на первый план выходит выражение угрозы.

MABEL CHILTERN Oh! I wouldn’t marry a man with a future before him for anything under the sun.

LADY CHILTERN Mabel [205, с. 202]!

В рассматриваемом примере первостепенным является выражение отношения адресанта к адресату, включающее удивление, направленное на предыдущее высказывание. При этом называние собеседника несомненно присутствует, но в конкретном случае становится второстепенным относительно отображения отношения к слушающему.

Отношение к адресату может быть нейтрализовано или выражено, что зависит от речевой ситуации, в которой реализуется интенция говорящего. В любом случае инвариант направленности на слушающего, обозначение его как адресата речи занимает доминирующую позицию для обращения, поскольку значение отношения к адресату потеряло бы смысл без наличия обращённости к нему. Таким образом, «особенностью обращения является то, что в одном словоупотреблении совмещается ряд функций и обращение предстаёт единицей многозначной» [83, с. 36]. Мы можем говорить о фоновом положении значения отношения адресанта к адресату относительно значения направленности к потенциальному собеседнику, при этом употребление обращения имеет цель привлечения внимания на начальном этапе процесса коммуникации, или к уже состоявшемуся собеседнику, в случае повторного употребления форм обращения.

Итак, обращение совмещает в своём употреблении ряд функций: сужение речевого пространства путём привлечения внимания, указания на конкретного субъекта как потенциального участника коммуникативного процесса; избирательность как корректный выбор формы обращения из представленных в языковом инвентаре вариантов, соответствующий положению собеседников относительно друг друга с точки зрения социального статуса, возраста, степени знакомства, гендерного фактора, с целью установления успешного контакта; идентификация адресата как проявление закона тождества и реализации интенции говорящего для каждой отдельно взятой речевой ситуации, где имеет место отражение отношения говорящего к адресату. В виде схемы мы можем представить факт полифункциональности обращения как единицы грамматики речи следующим образом (Схема 3).

Схема 3. Функции обращения


сужение речевого пространства



Функционирование обращения в целом имеет место только на уровне речи, поскольку для реализации основного инвариантного значения направленности необходимо наличие адресата. Рассматриваемое как самостоятельное структурное образование, которое одновременно имеет возможность употребляться внутри высказывания, обращение не вписывается в рамки традиционной грамматики, это явление следует анализировать в соответствии с иным подходом, а именно с позиций грамматики речи. В данном исследовании мы рассматриваем обращение в составе вокативных предложений.


§ 1.2. К вопросу о вокативных предложениях
Известно, что впервые термин «вокативные предложения» был употреблён академиком А.А. Шахматовым, который выделил вокативные предложения в отдельный тип синтаксических моделей. «Сюда относятся предложения, в которых главным и единственным членом является обращение, имя лица, к которому обращена речь, если это имя произнесено с особою интонацией, вызывающею сложное представление, в центре которого стоит данное лицо» [132, с. 86]. Такая синтаксическая модель включает в себя направленность на адресата + представление говорящего об адресате, которое выражается с помощью особой интонации.

А.М. Пешковский рассматривает обращения как слова или словосочетания, которые не являются членами предложения и в то же время не составляют отдельных предложений. По мнению А.М. Пешковского, обращения «… остаются элементами внутренне чуждыми приютившему их предложению, подобно пуле, попавшей в организм» [91, с. 367].

Д.Э. Розенталь и М.А. Теленкова в «Словаре лингвистических терминов» дают следующее определение вокативному предложению: вокативное предложение - предложение-обращение, т. е. односоставное предложение, в котором главным и единственным членом является название лица - адресата речи. Произнеся такое предложение, говорящий не только называет лицо, к которому обращена речь, но интонацией выражает различные оттенки мысли или чувства (упрёк, испуг, радость и т. д.) [98, с. 66].

В настоящее время понимание вокативных предложений значительно расширилось, в состав последних, согласно теоретической концепции, предложенной профессором И.Г. Кошевой, включены не только обращения, но и пожелания, представления, приветствия, прощания. В основе данной концепции, как отмечалось выше, лежит иерархия глубинных и поверхностных структур и разделение грамматики на две составляющие её части, а именно грамматика языка и грамматика речи.

В отличие от грамматики языка, где рассматривается определённый набор устойчивых языковых моделей, в поле зрения грамматики речи попадают речевые модели, зависимые от речевой ситуации и от интенции говорящего [62, с. 3].

Согласно рассматриваемой теории, вокативные предложения оформляются не по языковым, а по речевым моделям синтаксической организации, которые, как правило, не повторяют модели повествовательного, повелительного, восклицательного и вопросительного предложения. К признакам, характеризующим вокативные предложения, также относится обязательное наличие отправителя и получателя информации. Субъективный характер такого типа предложений отражается в термине, закреплённым за ними, т.е. «вокативные» - как исходящие от говорящего [57, с. 119].

Семантика вокативности неразрывно связана с обозначением адресата речи. Направленность на адресата по линии адресант à адресат рассматривается как основополагающая для категории вокативности, что создаёт линию первично-комуникативной связи по линии «я», т.е. говорящий à «ты», т.е. слушающий. Первостепенно важным является наличие отправителя и получателя информации, в то время как третье лицо, т.е. «он» остается на периферии высказывания по линии вторичной коммуникативной связи, но с наличием потенциальной возможности перехода в ядерную позицию, при условии, что «он» включается в процесс коммуникации и переходит в статус говорящего или слушающего. Таким образом, категория вокативности располагает оппозицией коммуникативность/ некоммуникативность, которая реализуется следующим образом: коммуникативность по линии первичного приближения, т.е. «я – говорящий» à «ты – слушающий» и некоммуникативность по линии вторичного приближения, т.е. «он» как потенциальный участник коммуникации, но не входящий в отдельно взятое коммуникативное пространство, включающее отправителя и получателя информации.

Для вокативных предложений характерна максимальная выраженность аспекта субъективности, поскольку такого рода предложения реализуют интенцию конкретного адресанта в определённой временной данности и обращённую к конкретному адресату. Соответственно для вокативных предложений свойственно включение в себя двух грамматических значений, «которые могут быть названными или только подразумеваться» [61, с. 240]:



  1. значения времени;

  2. значения направленности к адресату.

Константа вокативности равна двум перечисленным категориальным значениям, которые формируют особый тип синтаксической связи характерной для вокативных предложений.

Cvocative = 2(Present tense + направленность) [61, с. 250].

Эти значения присущи любому вокативному предложению, поэтому естественно сделать вывод, что они присущи также и обращениям.

Для более полного анализа необходимо остановиться на реализации перечисленных типов значения применительно к обращению.


§1.3. Значение направленности к адресату
В интенции употребления обращения заключается обращённость или направленность к адресату, обозначение его как собеседника, что является неотъемлемым признаком обращения. Толковые словари разъясняют слово «обращение» через глагол «обратиться», т.е. направить свои слова, просьбу и т.п. кому-либо, чему-либо; адресоваться к кому-либо (с какими-либо словами, просьбой и т.п.).

Естественно, что грамматическая категория направленности на адресата реализуется при условии присутствия собеседника. Являясь специализированным средством речевого контакта, употребление обращения имеет цель привлечь внимание того лица, на которое речь направлена, вызвать у него определённую реакцию, побудить его к восприятию определённой информации или к совершению действия, определяемого ситуацией общения. В процессе коммуникации происходит обмен репликами между адресантом и адресатом, которые постоянно меняют свою позицию (Схема 4).



Схема 4. Взаимодействие адресанта и адресата в процессе коммуникации


Адресант -

отправитель информации

Адресат -

получатель информации

Адресат -

отправитель информации

Адресант -

получатель информации

Таким образом, постоянно имеет место обратная реакция адресата на высказывание адресанта, в результате чего происходит информационный обмен (Схема 5). «Сущность словесного общения заключается в обмене информацией, передаваемой посредством слышимых, видимых или осязаемых слов, между передающим её агентом и воспринимающим её перципиентом, которые последовательно могут меняться местами» [92, с. 48].



С
Воздействие

Адресат или «лицо B»

Адресант или «лицо A»

Волеизъявление

Адресант или «лицо A»

Адресат или «лицо B»

Ответная реакция (вербальная, жестовая, действенная)
хема 5. Процесс информационного обмена между адресантом и адресатом


Волеизъявление



Воздействие

Ответная реакция (вербальная, жестовая, действенная)

Ещё раз отметим, что статус адресанта в процессе коммуникации постоянно переходит к адресату и наоборот, поэтому данная схема имеет двоякую направленность.

На уровне речи происходит взаимный обмен информацией между адресантом и адресатом, соответственно этот процесс предполагает наличие компонента обращённости в каждой реплике независимо от её места в структуре диалога. Отметим, что при этом форма обращения как таковая может отсутствовать; в таком случае мы говорим о нулевой форме обращения.

MRS HIGGINS [calmly continuing her writing]. You must have frightened her [199, с. 104].

В данной реплике отсутствует форма обращения как таковая, но значение направленности на адресата выражена с помощью прономинального компонента “you”, в данном случае являющееся обозначением присутствия ещё одного участника коммуникации. Из предшествующей речевой ситуации нам известно, что на сцене находятся Mrs Higgins и Henry Higgins, соответственно при отсутствии формы обращения направленность компенсируется речевой ситуацией. Рассмотрим ещё пример:

HIGGINS. Frightened her! nonsense! … What am I to do [199, с. 104]?

В данной реплике значение направленности компенсируется наличием вопросительной формы, так как вопрос, как правило, имеет адресата.

«Грамматика языка, как известно, основывается на связи языка и мышления; грамматика речи включает в эту связь ещё и коммуникацию» [63, с. 3]. В общепринятом смысле под коммуникацией понимают содержательный аспект социального взаимодействия, факт межличностного контакта, при котором происходит передача информации от отправителя сообщения к адресату. Этот процесс включает порождение, передачу и восприятие сообщения, а его основной целью является установление взаимопонимания между участниками информационного обмена (Схема 6).



Схема 6. Алгоритм коммуникативного процесса

Согласно теоретической концепции И.Г. Кошевой, речь делится на внутреннюю и внешнюю (Схема 7) [63, с. 6]. Во внутренней речи происходит кодирование информации на начальном этапе восприятия и обратный процесс декодирования на конечном этапе восприятия. Внешняя речь осуществляет передачу информации от говорящего к слушающему в процессе коммуникации.



Схема 7. Внутренняя и внешняя речь



Внешняя речь

Адресант

Адресат

Коммуникация

При восприятии информации адресатом слово декодируется в некое понятие, при формулировке сообщения происходит обратный процесс – понятие обретает словесную оболочку. Данные действия происходят на уровне внутренней речи, в то время как передача информации – на уровне внешней речи, поэтому внутренняя и внешняя речь неразрывно связаны между собой (Схема 8).



Схема 8. Взаимодействие внутренней и внешней речи


Лицо, воспринимающее объект



Объект действительности




Формирование мысли

Грамматическое оформление мысли

Речевое выражение мысли

Во внешней речи реализуется категория коммуникативной связи, в основе которой лежит оппозиция: «коммуникант (1, 2-е лицо) – некоммуникант (3-е лицо)» [56, с. 113]. В процесс коммуникации вовлечены, с одной стороны, отправитель информации (говорящий), который грамматически оформлен как 1-е лицо “I”, а, с другой стороны, ответная реакция идёт от получателя информации, грамматически выступающего как 2-е лицо “you”. Схематически это может быть отображено как I ↔ You. Некоммуникант (3-е лицо) потенциально может перемещаться на позицию говорящего или слушающего при его непосредственном вовлечении в процесс коммуникации, поэтому его позицию можно рассматривать как периферийную по отношению к коммуникантам – участникам процесса общения.

Непосредственное включение коммуникантов формирует линию первичного приближения:

LORD DARLINGTON How do you do, Lady Windermere?

LADY WINDERMERE How do you do, Lord Darlington [205, с. 7]?

I↔You – линия первичного приближения включает взаимный обмен обращениями (Схема 9).



Схема 9. Обращение по линии первичного приближения

Пунктирные стрелки в данной схеме обозначают переход субъекта из позиции адресата «You» в позицию адресанта «I», т.е. переход инициативы от одного лица к другому, что оказывает косвенное влияние на сам процесс коммуникации, который мы рассматриваем как основу взаимодействия отправителя и получателя информации.

Линия вторичного приближения базируется на форме 3-его лица, т.е. речь идёт о некоммуниканте, непосредственно не включённом в коммуникативный процесс, отдалённом от взаимодействия говорящего и слушающего. В случае обращения линии вторичной и первичной коммуникации могут быть объединены (Схема 10).

Например:

PARKER Is your ladyship at home this afternoon?

LADY WINDERMERE Yes – who has called [205, с. 7]?

В этом случае говорящий (позиция I) обозначает слушающего (позиция You) с помощью 3-го лица (She).

Схема 10. Объединение линий первичного и вторичного приближения в обращении

Или,


HIGGINS (to the hostess). What does your Excellency say [199, с. 88]?

Обращение не выражено прямо, а имеет косвенный характер, совпадая в грамматическом оформлении с речевым подлежащим. Такая форма позволяет отобразить особый характер взаимоотношений между участниками коммуникативного акта, подчёркивая дистанцию между адресантом и адресатом.

Направленность речи от адресанта к адресату даёт установку на выражение мысли с учётом ориентации на слушающего, т.е. говорящий, создающий на уровне внутренней речи оформление мысли, ставит задачу сформулировать высказывание в понятном для слушающего ракурсе. В случае выбора формы обращения особое место занимает соответствие формы конкретной речевой ситуации, поскольку употребление обращения подчинено в первую очередь нормам речевого этикета, от соблюдения которых во многом может зависеть успешность или неуспешность процесса общения. Таким образом, участникам коммуникации необходимо владеть определёнными коммуникативными компетенциями, обеспечивающими основу успешной реализации коммуникативного процесса.

На уровне внутренней речи происходит корреляция или соотнесение мысли и объекта. В случае обращения речь идёт о реализации инварианта направленности на адресата. На уровне внешней речи перед адресантом стоит задача правильного оформления и воспроизведения обращения в речи. Для успешности перехода обращения в речь говорящему необходимо владеть правилами речевого этикета, устанавливающими коррективность обращения к собеседникам различного социального положения, возраста, пола, знакомым или незнакомым, т.е. различные факторы, характеризующие адресата. «Во внешней речи наиболее разносторонне и ярко проявляется социальность» [36, с. 190]. На этапе оформления высказывания социальность оказывает непосредственное влияние на выбор правильной формы обращения, на этапе вывода в речь определяющим оказывается субъективный выбор говорящего, в котором находит отражение негативное или наоборот позитивное отношение к собеседнику (Схема 11).



Схема 11. Этапы реализации обращения в речи

В процессе речевой коммуникации необходимо учитывать целый комплекс внешних условий общения, особо акцентируемых в нашем случае, поскольку обращение является неотъемлемой составляющей речевого этикета, представляющего стереотипы общения, принятые в конкретном обществе. Экстралингвистические условия, на фоне которых происходит речевое общение, находят реализацию посредством речевой ситуации.

Речевая ситуация или ситуация речи определяется как «ситуация, в которой осуществляется речевое общение» [6, с. 413]. В ходе общения говорящий и слушающий рассматривают некоторую реальность с разных позиций и имеют о ней разное мнение, поэтому адресант призван выразить исходное значение, таким образом, чтобы оно являлось в равной мере понятным собеседнику, при этом речевая ситуация выступает в качестве некоторого дополнительного периферийного фона, который позволяет избежать избыточности речевого описания.

Итак, мы можем сделать вывод о первостепенном значении направленности к адресату для реализации такого явления как обращение, поскольку обращение специализировано в функции выделения адресата информации, передаваемой адресантом. На правильный выбора формы обращения из набора возможных вариантов влияет речевая ситуация, формирующая фон процесса коммуникации.


§ 1.4. Обращение в составе речевой ситуации
Известно, что говорящий при выборе обращения не просто выражает желание привлечь внимание или выразить своё отношение к собеседнику, но и демонстрирует осведомлённость о правилах этикета принятых в конкретном обществе. Употребление той или иной формы обращения свидетельствует о коммуникативной компетенции в плане способности говорящего «избирать подходящий код и стиль для конкретной обстановки и деятельности» [11, с. 124]. Эта компетенция может быть в полном объёме отражена при выборе формы обращения.

При формировании речевой конструкции, необходимо учитывать субъективную оценку действительности говорящим. Субъективизм такого рода способствует появлению моделей, соотносящихся с определённым участком действительности. Согласно принципу тождества необходимо соблюдать соответствие адекватности структуры и речевой ситуации [102, с. 94]. Общий для обращения инвариант обозначения адресата, направленность на него со стороны адресанта, реализуется в речи через варианты моделей, из которых говорящий выбирает ту, которая соответствует конкретной речевой ситуации. Таким образом, при определённой речевой ситуации уместно употребление конкретной речевой модели с учётом субъективного фактора возможности выбора для адресата, воспроизводящего модель в речи.

Поскольку речь разделяется на устную и письменную, речевая ситуация может воспроизводиться на уровне фиксированного текста или при устном общении. Речевая ситуация является «внешним фактором по отношению к грамматике речи» [62. с. 10] и «выступает как тот дополнительный периферийный фон, который служит для экономии языковых средств» [61, с. 78]. Очевидно, что употребление определённой модели вокативного предложения-обращения непосредственно мотивировано речевой ситуацией, на фоне которой происходит процесс коммуникации.

При устном общении речевая ситуация имеет характер наглядности, говорящий и слушающий непосредственно вовлечены в процесс коммуникации, при условии идентичного восприятия речевой ситуации с точки зрения участников коммуникативного процесса.

Текстовая речевая ситуация характеризуется продуманностью коммуникации и подвержена авторской стилизации. В письменной речи речевая ситуация представлена через различные отрезки текста (Д.В. Драгайцев, И.Г. Кошевая, Л.К. Свиридова и др.). Минимальная речевая ситуация обозначается как микротематическая и приравнивается к речевому комплексу. Микротематические ситуации объединяются в тематическую речевую ситуацию. По принципу конъюнкции тематические ситуации объединяются в макротематическую речевую ситуацию. Соответственно несколько макротематических ситуаций входят в состав текстологической речевой ситуации, завершающей текст в смысловом и структурном отношении.

Каждый тип речевой ситуации соотносится с определённым структурно-семантическим отрезком текста. Так, микротематическая речевая ситуация раскрывается внутри речевого комплекса (для драматического произведения – мизансцены); тематическая речевая ситуация - внутри сверхфразового единства (сцены); макротематическая речевая ситуация – внутри текстологического сегмента (акта); текстологическая речевая ситуация – внутри всего текста произведения [65, с. 148].

Будучи реализованными в речевой ситуации прямой соотнесённости, связанной с конкретным моментом речи, формы обращения следует рассматривать внутри микротематической ситуации, т.к. такая ситуация создаёт фоновое описание непосредственно происходящих в момент речи событий. Обращение может являться сигналом перехода одной микротемы к другой, таким образом, являясь формализованным признаком перехода к новому речевому комплексу (Схема 12). Например,

Thos. Well – I wish they were once harnessed together in matrimony. – But pray, Mr. Fag, what kind of a place is this Bath? – I ha’heard a deal of it – here’s a mort o’merry-making, hey [202, с. 91]?

Схема 12. Обращение как формализованный признак перехода к новому речевому комплексу


Микротема 1.

Взаимоотношение персонажей (I wish they were…)

Микротема 2.

Бат – место, где происходит действие пьесы (…what kind of a place is this Bath?)



Обращение (Mr. Fag)

Речевая ситуация зависит от субъективного фактора оценки со стороны коммуниканта, поэтому её нельзя назвать константной. Она не может быть построена по определённым правилам, но может быть «представлена типологически, то есть в повторяющихся моделях» [65, с. 162]. С точки зрения грамматического аспекта речевая ситуация связана с транзиторами, то есть с обобщёнными грамматическими понятиями речевого уровня. «Именно транзитор в результате соотнесения мысли или чувства говорящего с речевой ситуацией способен сформулировать денотативное значение» [102, с. 74]. Транзитор обращения определяет направленность формы обращения, выбранной для конкретного процесса коммуникации на адресата высказывания, внося определённую долю эмоциональности, которая согласуется с целевой установкой говорящего, а также учитывая социальный статус слушающего. Для реализации обращённости в конкретной речевой ситуации, говорящий выбирает форму вокативного предложения-обращения, которая может быть неуместна для другого адресанта в подобной ситуации, таким образом, постоянным остаётся значение момента речи и значение направленности на адресата с возможным добавлением эмоционального оттенка, но выбор самой формы подчинён субъективности адресанта.

Обращения как единицы грамматики речи реализуются в виде и письменной, и устной речи, объединяя две её составляющие: текстологию и устную речь, а речевая ситуация, определяющая правильный выбор формы обращения, формируется как на уровне текста, так и на уровне устной речи. Формы обращения следует рассматривать в контексте социальных норм, существующих в обществе, учитывая также влияние языковой компетенции участников коммуникации и фактор субъективности говорящего.
§ 1.5. Типы направительной информации в обращении
Для обращения инвариантом значения остается, безусловно, значение направленности к адресату, к которому прибавляются варианты в виде возможной добавочной информации при том, что и тот, и другой аспект зависят от речевой ситуации. Схематично мы можем представить это следующим образом (Схема 13):

Схема 13. Аспекты значения для обращения


Речевая ситуация



Добавочная информация



Направленность на адресата

Адресант

Адресат

Важно отметить, что добавочная направительная информация, содержащаяся в обращении, не является одинаковой. Ведущая роль в выборе формы обращения принадлежит адресанту, его субъективному представлению цели данного высказывания, поэтому именно говорящий выбирает ту или иную форму для конкретной речевой ситуации. Любая направительная информация, включаемая в форму обращения, обладает значением звательности, которое сопровождается определённой эмоциональной нагрузкой. Характер эмоциональности может выражаться в различной степени, но обязательно присутствует, поскольку «любое восприятие и осознание мира непременно эмоционально, хотя степень этих эмоций различна и носит характер своего рода амплитуды: от максимально затихающей до максимально возрастающей» [64, с. 163].

В случае обращения максимальная степень эмоциональности характерна для таких форм, как, например:

Lydia [Aside.] Heavens! ‘t is Beverley’s voice [202, с. 151]!

SIR ROBERT CHILTERN My God! what brought you into my life [205, с. 181]?

ALGERNON Good heavens! Is marriage so demoralizing as that [205, с. 253]?

Jesus!” he said. “What the hell happened to you?” [193, с. 52]

В подобных формах обращения звательное значение выражено в минимальной степени, оно десемантизировано, т.е. не указано конкретное лицо, к которому обращено высказывание. Ведущая роль в этом случае принадлежит эмоциональной направленности обращения. Мы считаем возможным обозначить направительную информацию, содержащуюся в подобных формах как эмоциональную.

Максимально затихающая степень эмоциональности принадлежит формам обращения, при употреблении которых наблюдается выход на первый план именно звательности при наименьшей степени эмоциональности. Такие формы обращения отражают в первую очередь правила речевого этикета, принятые в данном обществе, а не эмоциональную составляющую. В таком случае на первый план выходит привлечение внимания адресата, установление контакта между говорящим и слушающим. Направительная информация может быть обозначена как нейтральная.

DUMBY Good evening, Lady Stutfield. I suppose this will be the last ball of the season?

LADY STUTFIELD I suppose so, Mr Dumby. It’s been a delightful season, hasn’t it [205, с. 21]?

Ken. Pleased to meet you, Mr Rollinson. How do you do [179, с. 31]?

Формы обращения, составляющие вокативные предложения, могут также содержать положительную или наоборот отрицательную импликатуру какие-либо небуквальные аспекты значения и смысла. Добавочная информация, содержащаяся в таких формах, имеет соответственно положительную либо отрицательную направленность.

С одной стороны, направительная информация может выражать тему теплоты, участия, симпатии говорящего к слушающему. С другой стороны, на первый план выходит тема отчуждённости, холодности по отношению к собеседнику, наивысшим проявлением которой может стать оскорбление собеседника. Соответственно добавочная направительная информация, сопровождающая подобные типы обращения может быть обозначена как положительная либо отрицательная. Составляющие звательности и эмоциональности присутствуют в обращении в одинаковой степени.

ALGERNON (goes straight over to Cecily without noticing anyone else) My own love [205, с. 290]! – положительная направительная информация.

Cliff. Let's go to the pictures. (To Alison.) What do you say, lovely [191, с. 40]? –

положительная направительная информация.

FTATATEETA [savagely]. Touch me, dog; and the Nile will not rise on your fields for seven times seven years of famine [199, с. 161] - отрицательная направительная информация.

Strega (disgusted) Pig! (She sits down at the piano again) [200, с. 49] - отрицательная направительная информация.

Проявление положительного или отрицательного значения направительной информации возрастает за счёт усиления форм обращений посредством их расширения. Так, например,

“Get your lousy knees off my chest,” I told him. I was almost bawling. I really was. “Go on, get offa me, ya crumby bastard.” [193, с. 49]

“bastard” à “ya crumby bastard”

отрицательная направленность à нарастающе-отрицательная направленность;

ALGERNON Well, my own, dear, sweet, loving little darling,… [205, с. 285]

“darling” à “my own, dear, sweet, loving little darling”

положительная направленность à усиливающе-положительная направленность.

Схема 14. Типы направительной информации форм обращения

Необходимо уточнить, что формы, выражающие положительную направленность, могут отображать противоположную информацию в процессе коммуникации, чего нельзя сказать об отрицательно направленных формах; нам не встретились случаи употребления подобных форм для достижения положительного эффекта.

Итак, следует обратить внимание на факт возможной миграции форм обращения, обладающих положительной направительной информацией с точки зрения семантики лексической единицы. Они могут переходить в зону отрицательной информации и заключать в себе негативное отношение к собеседнику. Такой переход может иметь место только под воздействием определённой речевой ситуации, поскольку употреблённые изолированно они не могут передать имплицитные оттенки, подразумеваемые адресантом (Схема 15).

Сравним два примера:

1. LADY CHILTERN Good morning, dear. How pretty you are looking [205, с. 235]!

2. Jimmy (shouting). All right, dear. Go back to sleep. It was only me talking. You know? Talking? Remember [191, с. 35]?

В первом примере обращение содержит положительную направительную информацию и форма обращения соответствуют своему значению, отмеченному в словаре - “used when speaking to sb you love” [164, с. 392], тогда как во втором примере та же форма обращения содержит иронию, подчеркивается стремление к превосходству адресанта над адресатом, таким образом, направительная информация приближена к отрицательному значению.

Формы обращения, передающие нейтральную информацию, также в определённой позиции могут переходить в зону отрицательной направленности. Такие варианты употребления придают особую стилистическую окраску вокативному предложению, содержащему подобную модель. Сравним следующие примеры:

LADY BRACKNELL (sitting down) You can take a seat, Mr Worthing [205, с. 264] - (Mr + LN).

''No, wait a minute, mister,'' Robert's father called [204, с. 114].

Ray. Goodbye to you, Mrs [190, с. 12].

В первом примере имеет место конструкция, передающая нейтральную информацию. Во втором же примере обращение приобретает характер фамильярности. Единичное употребление mister является нарушением «обращенческих» норм современного английского языка и встречается в идиолектах необразованной части населения (в словаре с пометкой uneducated). Изолированное употребление mister носит фамильярно-грубоватый оттенок, то же относится и к третьему примеру. Следовательно, в данном случае происходит миграция формы обращения нейтрального характера в сторону форм, передающих направительную информацию отрицательного характера.



Схема 15. Возможная миграция направительной информации форм обращения

Отметим, что самостоятельное употребление титула носит нейтральный характер, если говорящий и слушающий имеют разный социальный статус, но только в случае, если таким образом обращаются к собеседнику, имеющему более высокое социально-должностное положение в обществе, например:



LANE I believe it is a very pleasant state, sir. I have had very little experience of it myself up to the present. I have only been married once. That was in consequence of a misunderstanding between myself and a young person.

ALGERNON (languidly) I don’t know that I am much interested in your family life, Lane.

LANE No, sir; it is not a very interesting subject. I never think of it myself.

ALGERNON Very natural, I am sure. That will do, Lane, thank you.

LANE Thank you, sir [205, с. 253].

Различные информативные нюансы могут содержаться не только непосредственно в ядерном компоненте обращения, но и передаваться с помощью дополнительных единиц, включённых в модель обращения, например, с помощью орнаментирующих эпитетов (Схема 16).

DUCHESS OF BERWICK (affectionately) My dear one! You always say the right thing [205, с.30] - (положительная направительная информация).



Dear Sir, - вежливая форма обращения, используемая в этикете письма в официальных письмах по отношению к незнакомым людям - (нейтральная направительная информация).

LOUISE. …Whatever you do, my dear boy, marry a girl who’s your equal. If you can find one. I’m sure it’ll be hard [194, с. 78] – (отрицательная направительная информация – оттенок наставления).

Данные примеры демонстрируют возможность употребления одной и той же лексической единицы с целью выразить различный характер направительной информации. В подтверждение этого факта мы считаем возможным процитировать определение, содержащееся в следующей словарной статье, раскрывающей значение “dear”: “Regarded with esteem and affection; beloved; loved; cherished; precious to. Freq. used in speech in addressing a person (sometimes as a merely polite or iron. form), and as a part of the polite introduction of a letter…” [168, с. 610].

Таким образом, лексическая единица “dear”, используемая в данных моделях в качестве эпитета, передаёт нюансы, заложенные в различные типы направительной информации: для выражения темы теплоты (положительная направительная информация), как вежливая форма обращения в соответствии с правилами речевого этикета (нейтральная направительная информация), а также для выражения некоторой иронии, подчёркнутого превосходства по отношению к собеседнику, оттенка наставления (отрицательная направительная информация).



Схема 16. Возможность выражения различных информативных нюансов


Нейтральная направительная информация, передаваемая через форму обращения, может быть условно принята за единицу в количественном выражении результативности процесса коммуникации, поскольку данная модель используется для реализации инварианта направленности на собеседника с помощью вокативного предложения-обращения при нейтрализации имплицитного значения отношения адресанта к адресату. При этом положительное или негативное отношение к собеседнику может быть выражено в пределах данного значения, т.е. единицы, поскольку значение отношения к адресату является вариативным по отношению к инварианту обращённости к адресату. В случае обращения положительная направительная информация может считаться сильным звеном и быть выражена в количественном эквиваленте как условно равная 1,999, поскольку употребление такой модели обращения направлено на продолжение коммуникативного процесса, на достижение положительного эффекта общения, что соответствует цели использования правил речевого этикета, как основы поддержания контакта между собеседниками. Напротив, отрицательная направительная информация, заложенная в модель обращения, приводит к негативному итогу процесса общения, при этом коммуникация выходит за рамки, обозначенные правилами речевого этикета, следовательно, отрицательная направительная информация рассматривается как слабое звено, в количественном эквиваленте условно обозначенное как 0,1. По признаку возможной результативности общения шкала количественных изменений в пределах единицы выглядит следующим образом (Схема 17):
Схема 17. Количественная доля признака возможной результативности коммуникации в обращении

Таким образом, мы распределили возможные варианты добавочной направительной информации, передаваемой с помощью формы обращения по следующим типам: эмоциональную (преобладание значения эмоциональности); нейтральную (отсутствие выраженного имплицитного значения при преобладании звательности); положительную (тема теплоты); усиливающе-положительную (расширение положительной направленности); отрицательную (тема отчуждения) и нарастающе-отрицательную (расширение отрицательной направленности). Право выбора той или иной формы, предоставляется адресанту, т.е. выбор остаётся субъективным и зависит от цели, поставленной говорящим в конкретной речевой ситуации.

Также мы отметили факты миграции форм обращения от положительной направительной информации в отрицательную, а также миграции информации нейтрального типа в отрицательную, но при этом отсутствие обратного процесса, т.е. превращения форм обращения, передающих отрицательную информацию в формы, отображающие положительную направленность. Тема теплоты и тема отчуждения имеет потенциал к развитию за счёт расширения форм обращений, при котором происходит нарастание положительного или отрицательного значения направительной информации.
§ 1.6. Значение времени в рамках обращения
Значение времени для форм обращения реализуется непосредственно в момент общения, так как для единиц речевого этикета, среди которых рассматривается обращение, свойственна ситуация непосредственного общения говорящего и слушающего, которая имеет место в определённый отрезок времени. Речевая ситуация ограничивается координатами «я-ты-здесь-сейчас» [74, с. 413]. Соответственно, значение времени ограничивается координатами «здесь» и «сейчас».

Схематично мы можем описать эту речевую ситуацию, присвоив адресанту и адресату буквенные обозначения. Допустим «Лицо А» - адресант, (тот, кто обращается), а «Лицо B» - адресат, (тот, к кому обращаются) (Схема 18).



Схема 18. Речевая ситуация непосредственного общения

Лицо А

Лицо В

«здесь»

«сейчас»

Таким образом, на уровне речи мы можем говорить о некоторой временной данности, которая совпадает с настоящим временем и не даёт отсылки к прошлому или будущему. В условиях речевой ситуации мы наблюдаем переход временной данности, совпадающей с настоящим временем, в конкретную темпоральную одновременность, которая непосредственно совпадает с моментом речи говорящего, т.е. «имеет место совпадение с реальным пространственным бытием объекта и, следовательно, с объективным временем» [65, с. 90].

Известно, что в отличие от языкового уровня, где значение времени выражается посредством лексических единиц (например, today, yesterday, tomorrow и т.п.) либо с помощью морфологических форм (например, is, are, will be, etc.), на уровне речи реализация значения времени приобретает совсем иной характер, позволяющий раскрыть его с другого ракурса. На речевом уровне следует рассматривать зону реального времени, совмещённую с пространством, которая совпадает с текущим моментом речи, зону антивремени, т.е. время, относящееся к прошлому, уже минувшее, не совпадающее с реальным пространственным бытием объекта, поскольку предшествует ему как прошедшее, и зону псевдовремени, относящуюся к будущему, ещё не наступившему времени, не отражающую ни реального времени, ни реального пространства, и несовместимую с моментом речи (Схема 19) [65, с. 90].

Схема 19. Временные зоны речевого уровня


Реальность времени характеризуется наличием реального пространства, отсутствие же реального пространства является характеристикой для нереального времени [56, с. 194]. Для настоящего времени пространство полностью совпадает с моментом речи, для прошедшего времени пространство остаётся реальным, но в прошлом, являясь совмещённым, но не совпадающим с моментом речи, для будущего времени характерно значение пространства, ещё не наступившего и поэтому нереального.

В формах обращения отсутствуют признаки, определяющие значение времени на уровне языка (данный тип вокативного предложения не включает ни лексические единицы, указывающие на время, ни морфологические показатели). В отличие, например, от приветствий, где данные показатель времени могут присутствовать:

MRS COWPER-COWPER Good-evening, Mr Dumby. I suppose this will be the last ball of the season [205, с. 21]? – темпоральность выражена в вокативном предложении-приветствии посредством лексемы времени;

LORD DARLINGTON How do you do, Lady Windermere [205, с. 7]? - темпоральность выражена в вокативном предложении-приветствии через морфемный показатель времени.

В данных примерах обращение выступает как компонент приветствия, в качестве периферийной части конструкции, как уточняющий элемент, дающий информацию о том, на кого именно направлено данное высказывание, хотя в конкретных условиях этот аспект может быть очевиден и при изъятии обращения, благодаря речевой ситуации.

Выше мы отмечали, что формы обращения употребляются в момент непосредственного общения говорящего и слушающего, и, как и другие формы речевого этикета, ограничены координатами «здесь» и «сейчас». На уровне речи отнесённость конструкции к реальному или нереальному времени определяется посредством речевой ситуации. Соответственно формы обращения выражают значение времени, реализуемое через речевую ситуацию прямой соотнесённости и, следовательно, относятся к той зоне времени, где имеет место момент речи, т.е. реализуется совмещение времени и пространства.

LORD WINDERMERE (calling after her) Margaret! Margaret [205, с. 20]! Речь идёт о конкретном моменте времени и реальном пространстве («здесь» - «сейчас»), что реализовано в определённой речевой ситуации.

В то же время обращение несёт в себе некий переход от текущего момента времени к псевдовремени, не имеющим соотнесённости с реальным пространством. Обращение включает некоторый стимул, направленный на собеседника, запрос на возможность коммуникации или побуждение говорящего к какому-либо действию, соответственно подразумевается последующая реакция адресата, относящаяся по отношению к стимулу в зоне псевдовремени, ещё не наступившему на данный момент времени.

LORD WINDERMERE (crossing to her) Margaret! I must speak to you [205, с. 24].

В данном примере в обращение включается составляющая стимула – просьба выслушать то, что будет сказано впоследствии, но реакция в данный конкретный момент неизвестна, её возможные варианты относятся к зоне псевдовремени. Таким образом, модель обращения может включать некоторый переходный компонент от зоны реального времени, момента речи к зоне псевдовремени. Это значение свойственно только тем моделям обращения, где присутствует составляющая побудительности, стимула как один из ведущих компонентов наряду со звательностью. В моделях с преобладанием выраженности компонента отношения к адресату или нейтральных этикетных обращениях такой оттенок значения временной отнесённости отсутствует.

HIGGINS. Hit you! You infamous creature, how dare you accuse me of such a thing [199, с. 99]? – отнесённость к конкретному моменту речи;

LADY WINDERMERE How do you do, Lord Darlington [205, с. 7]? – отнесённость к конкретному моменту речи, форма обращения соответствует нормам этикета.

В случае обращения фактор темпоральности имеет исключительно ситуативный характер и определён не грамматической формой и не лексической единицей, имеющей значение показателя временной данности, а речевой ситуацией, обеспечивающей фон коммуникативного процесса. Мы можем отметить, что морфологические либо лексические показатели темпоральности могут восприниматься как дублирующие элементы, указывающие на временную отнесённость, выраженную в случаю обращения экстралингвистическими факторами через ситуативность. Но в таком случае значение времени может быть однозначно воспринято только для участников коммуникативного процесса, поэтому мы не можем приравнять морфологические и лексические показатели к ситуативным показателям.

Грамматическая категория времени, по мнению А.М. Пешковского и А.А. Шахматова может выражаться с помощью интонации. Предикативная функция может быть выражена в одних случаях только с помощью интонации, в других случаях – с помощью жеста и интонации и в третьих – в обстановке и интонацией. "Таким образом, мы, - пишет А.М. Пешковский, - открываем новый способ выражения категории сказуемости: интонацию... благодаря которой слово перестает быть словом только, а делается фразой" [91, с. 176]. По поводу интонации А.А. Шахматов писал: "...Ту или иную интонацию можно признать способом обнаружения грамматической категории" [132, с. 434]. Но следует отметить, что интонация имеет место только в устной речи, в письменной речи мы делаем предположение, опираясь на контекст, с какой интонацией может быть произнесена конкретная реплика диалога.



Мы можем сделать вывод, что формы обращения отмечены темпоральностью, которая находит своё проявление в момент речи, в процессе коммуникативного взаимодействия адресата и адресанта, и соответственно восходит в зону реального времени, но в то же время не имеет прямой выраженности, а становится явной только посредством экстралингвистических факторов, выражаемых через ситуативность. Из этого следует, что значение времени применительно к обращению имеет характер ситуативно презентативной выраженности.

Выводы к первой главе


  1. Обращение как речевое явление не вписывается в рамки традиционной грамматики языка, обладая способностью употребляться как в виде независимой структуры, так и составной части высказывания, при этом оставаясь самостоятельным структурным элементом.

  2. Формы обращения реализуют в тексте функцию направленности на адресата, что является для них константным. При этом обращение, являясь полифункциональной речевой структурой, выполняет также такие функции как сужение речевого пространства, избирательность и идентификация адресата.

  3. Наряду с другими единицами речевого этикета, а именно пожеланиями, представлениями, приветствиями, прощаниями, обращение может быть рассмотрено как единица грамматики речи в составе разряда вокативных предложений.

  4. Обращение входит в зону первичного приближения по линии I↔You, составляющей речевой центр первичного приближения, относящегося к грамматике речи. Компонент центра вторичного приближения, т.е. некоммуникант He/She имеет потенциал быть перемещённым на позицию I или You при непосредственном вовлечении в процесс коммуникации.

  5. Значение направленности к адресату и значение времени, основополагающие для вокативных структур, отражены в обращении на фоне речевой ситуации, играющей первостепенную роль в реализации обращения в процессе речевой коммуникации.

  6. Направленность к адресату содержит направительную добавочную информацию, среди которой были выделены следующие варианты: эмоциональная (преобладание значения эмоциональности); нейтральная (отсутствие имплицитного значения при преобладании звательности); положительная (тема теплоты); усиливающе-положительная (расширение положительной направленности); отрицательная (тема отчуждения); нарастающе-отрицательная (расширение отрицательной направленности).

  7. Выбор формы обращения зависит от интенции говорящего, т.е. полностью подчинён субъективному фактору, при учёте коммуникативной компетенции говорящего в плане осведомлённости о правилах этикета принятых в конкретном обществе.

  8. Обращения как единицы грамматики речи реализуются как в письменной, так и в устной речи, объединяя две её составляющие: текстологию и устную речь, а речевая ситуация, определяющая правильный выбор формы обращения, формируется как на уровне текста, так и на уровне устной речи.

  9. Значение времени для обращения не имеет прямой выраженности, но восполняется посредством экстралингвистических факторов. Формы обращения реализуются в момент речи, непосредственно в процессе общения говорящего и слушающего. Темпоральность восходит к зоне реального времени и имеет выражение через ситуативность.

  10. Применительно к обращению константа вокативности выглядит следующим образом:

Сvocative = 2(Present tense + направленность) + добавочная информация.

В данной формуле настоящее время, т.е. непосредственный момент речи, выражается посредством экстралингвистических факторов, передаваемых через речевую ситуацию. Добавочная информация может быть разного типа в зависимости от интенции говорящего.



1   2   3   4   5   6   7


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница