Мифология и обычаи древних скандинавов Со­дер­жа­ние



Скачать 202.6 Kb.
Дата07.03.2016
Размер202.6 Kb.

мифология и обычаи древних скандинавов

Со­дер­жа­ние

мифология и обычаи древних скандинавов 1

Со­дер­жа­ние 2

Вве­де­ние 3

1. Особенности скандинавского общества IX-XI вв 4

2. Особенности язычества скандинавов 6

3. Двоеверие древних скандинавов: переплетение язычства и христианства 10

4. Мирные радости: празднества и семейная жизнь 12

5. Похоронные обряды. 17

Заключение 17

Спи­сок ли­те­ра­ту­ры 19

Вве­де­ние


Не подлежит сомнению, что религию вообще и связанные с ней обряды и обычаи следует рассматривать как важнейший элемент человеческой культуры. Что касается европейской культурной истории, то неправомерно делать вывод, будто христианство было главным фактором формирования русской ментальности, государственности и культуры. Вне связи с дохристианскими, языческими верованиями нельзя понять механизмы формирования многих обычаев, которые прочно вошли в состав русской народной культуры.

Люди, жившие в Скандинавии приблизительно с 800 до 1100 годов н.э., известны под именем викингов.

Старое норвежское слово «vikingr» означает «морской разбойник» и многие считают викингов исключительно людьми, совершавшими жестокие набеги. На самом же деле викинги были выдающимимся исследователями, завоевателями, колонистами, торговцами и ремесленниками. Они создали справедливые законы и демократическую систему правления.

Несмотря на то что по всей Скандинавии говорили на одном и том же языке (древненорвежском), викинги никогда не были единым народом. В начале своей эпохи викинги хранили верность прежде всего своему клану (группе семей, связанных узами родства), а кроме этого существовало множество разных районов, имевших каждый своего правителя. Постепенно во времена викингов образовались три королевства, из которых состоит современная Скандинавия: Норвегия, Швеция и Дания.

В 800 году вся остальная Европа и Средиземноморье находились под властью трех могущественных империй. Священная Римская империя включала Францию, Италию и Германию, и правил ею император Карл Великий. На востоке город Византия, он же Константинополь (современный Стамбул), был центром процветающей Византийской империи. К юго-востоку от Средиземного моря лежала мусульманская империя - Арабский халифат. Викинги, у которых не было ни сильной центральной власти, ни согласованной политики, тем не менее в течение двух столетий терроризировали эти три великие империи.

Племена, жившие на территории Скандинавии, вели относительно замкнутый образ жизни, сохраняя и развивая древнейшие верования, а переход к христианству произошел весьма поздно (Исландия была христианизирована лишь в 1000 г.), при этом древние языческие верования не истреблялись огнем и мечом, а постепенно становились сагами, легендами.

Большое значение для изучения обычаев древних скандинавов имеют сборники саг - «Эдда»1, «Хеймскрингла», а так же – для более позднего периода - шведские рифмованные хроники — один из наиболее примечательных памятников скандинавской средневековой культуры. На протяжении без малого нескольких столетий— их авторы с помощью немудреной рифмы описывали историю Швеции и ее соседей «изнутри», как прямые участники событий, либо взволнованные их свидетели, либо внимательные разыскатели.

1. Особенности скандинавского общества IX-XI вв


Викингов называли «северными людьми» в Европе, норманнами во Франции, датчанами в Германии, варангами в Византии и варягами на Руси.

«Эпохой викингов» в скандинавских странах (Швеция, Норвегия, Дания) называется период IX, X и вторую половину XI столетий.

Что же происходило в эту эпоху и что составляло ее историческое и социально-экономическое содержание? Анализируя обычаи скандинавских народов, мы должны ясно представить себе скандинавское общество IX-XI вв., уровень его развития, внутреннюю структуру, материальные и политические ресурсы.

Родиной викингов был Скандинавский полуостров на севере Европы. Земля там была не плодородная, часто случались неурожаи. У скандинавов даже существовал жестокий обычай: в голодные годы, младенцев, прежде всего девочек, уносили в лес и оставляли там умирать.

Леса и горы, покрывавшие территорию Скандинавского полуострова, мешали развитию торговли. Поэтому скандинавы (к которым относились датчане, шведы и норвежцы) быстро освоили морские пути вдоль своих изрезанных заливами (фьордами) берегов. У каждого племени был военный вождь – ярл, или конунг имевший постоянную дружину (кстати, русское слово «князь» произошло именно от скандинавского слова «конунг» - вождь). Дружинник приносил вождю клятву верности, нарушив которую, они покрывали себя несмываемым позором. Вернуться из сражения, в котором пал вождь, было признаком трусости, самым постыдным делом.

Постепенно население увеличивалось. Но из-за скудости природы далеко не всем хватало земли, чтобы прокормить себя и семью. Молодые крестьяне вынуждены были уходить из родных мест и становиться воинами. Не были исключением и сыновья знатных родов, которым ничего не оставалось, как искать богатства на чужбине. Они собирались в дружины, управляемые молодыми ярлами, в надежде добыть славу и богатства. Так VIII в. появилось множество «морских конунгов», у которых была дружина, но не было земли. Они то и стали первыми викингами.

Эпоха викингов для Западной Европы началась 8 июня 793 г. и закончилась 14 октября 1066 г. Она началась с разбойничьего нападения скандинавских пиратов на монастырь св. Кутберта (о. Линдисфарн) и закончилась битвой при Гастингсе, где потомки викингов разгромили англосаксов; те же тремя неделями раньше, 25. 09.1066 г. при Стемфордбурдже одержали победу над последним из «конунгов-викингов» претендовавшего на английский престол норвежского короля Харальда Сурового2.

Набеги викингов сначала были неорганизованными, нападавших было мало. Но раздробленной Европе хватило и этого, чтобы застонать под натиском отрядов викингов. В IX в. викинги захватили Ирландию, Англию, разорили и сожгли Нант, Гамбург, Пизу, Шартр, а в 845 г. один из самых знаменитых ярлов – Рагнар Лодборг – вошел в Париж. «Ни один город, ни один монастырь не остались неприкосновенными. Все обратилось в бегство», - подобными жалобами заполнены все хроники того времени.

Норманнам было мало случайной добычи, полученной от нападения на изрядно потрепанные ими же прибрежные города. Они начинают укрепляться на побережье, чтобы, совершая рейды в глубь страны завоевывать все новые территории. Так в Северной Англии образовалась Донто – область датского права, которую контролировали викинги и где господствовали скандинавские обычаи.

Помимо захвата чужих земель силой, викинги вели и мирную колонизацию. В 874 г. норвежцы заселили Исландию. В 80-е гг. Х в. ярл Эрик Рыжий открыл Гренландию, которая вскоре также была заселена викингами. А в 986 г. сын Эрика Рыжего, Лейф Счастливый, на 500 лет раньше Колумба открыл Америку, которую назвал тогда «Витланд». Занимались викинги и торговлей. Именно они открыли знаменитый путь «из варяг в греки» по Рекам Древней Руси.


2. Особенности язычества скандинавов


Дольше чем другие народы Европы, скандинавы оставались язычниками, то есть не признавали христианской религии. Согласно их вере, от бога Хеймдаля произошло три сына: Трель – раб, давший начало роду рабов, Карл – прародитель землепашцев, и Ярл – прародитель воинов. Викинги, конечно же, считали, что ведут свой род от Ярла и его сына Кона (конунга) и поэтому должны заниматься только благородным ратным делом.

По представлению скандинавов, они жили в Митгарде – средней усадьбе, которую окружал враждебный мир – Утгард. Поэтому в эпоху походов викингов наиболее почитаемыми считались боги-воины – Один и вооруженный страшным молотом Тор, которые боролись с чудовищами и великанами, населявшими Утгард. Видимо, именно поэтому Один и Тор становятся во время походов викингов наиболее почитаемыми божествами. Валькирии, воинственные девы, послушные Одину, награждали воинов победой или смертью по решению богов. Деяния богов и героев были воспеты скандинавскими певцами (скальдами) в героических песнях – сагах.

Неизбежная враждебность окружающего мира принуждала викингов противопоставлять ему великие деяния своих богов. Именно поэтому во время походов викингов появляется наибольшее количество саг, а время походов викингов с полным правом можно назвать языческим ренессансом.

Скандинавы веровали в неизбежность конца мира, когда силы зла, воплощенные в Великом волке Фенрире и Мировом змее Ёрмунганде, вырвутся на свободу и в последней битве, в час Рагнарёк, погибнут все боги, герои и храбрейшие воины, призванные на помощь Одином. Вместе с ним должны исчезнуть и силы зла. После этого возродятся новая земля и новые боги, и все начнется сначала.

  Анализ скандинавской мифологии выделяет в ней системы пространственные (горизонтальную и вертикальную) и системы временные (космогоническую и эсхатологическую)3.

Горизонтальная строится на противопоставлении средней, огороженной части земли Мидгард тому, что находится вне этой ограды, в сфере неокультуренной, неосвоенной, по аналогии свое–чужое, центр–периферия. В этой плоскости небо земле не противопоставляется, и жилище богов Асгард упоминается наряду с жилищем людей Мидгард. Именно в горизонтальной плоскости разыгрывается противостояние асы (группы скандинавских богов) – великаны (ётуны, турсы) и асы – карлики (цверги, черные альвы).

Образ мира, выработанный мыслью народов Северной Европы, во многом зависел от образа их жизни. Скотоводы, охотники, рыбаки и мореходы, в меньшей мере земледельцы, они жили в окружении суровой и слабо освоенной ими природы, которую их богатая фантазия легко населяла враждебными силами. Центр их жизни - обособленный сельский двор. Соответственно и все мироздание моделировалось ими в виде системы усадеб. Подобно тому как вокруг их усадеб простирались невозделанные пустоши или скалы, так и весь мир мыслился ими состоящим из резко противопоставленных друг другу сфер: «срединная усадьба» (Мидгард), т. е. мир человеческий, окружена миром чудищ, великанов, постоянно угрожающих миру культуры; этот дикий мир хаоса именовали Утгардом (буквально: «то, что находится за оградой, вне пределов усадьбы»)(в состав Утгарда входят Страна великанов - ётунов, Страна альвов- карликов.). Над Мидгардом высится Асгард - твердыня богов асов, Асгард соединен с Мидгардом мостом, образованным радугой. В море плавает мировой змей, тело его опоясывает весь Мидгард. В мифологической топографии народов. Севера важное место занимает ясень Иггдрасиль, связывающий все эти миры, в том числе и нижний - царство, мертвых Хель4

В вертикальной плоскости принято рассматривать концепцию мирового древа — ясеня Иггдрасиля, соединяющего небо, землю и подземный мир.

Люди, умершие смертью обычной, попадают в подземный мир мертвых, Нифльхейм, куда падает роса с рогов оленя, объедающего листья с Иггдрасиля. Этим нижним подземным миром заправляют девы-норны, определяющие судьбу людей при рождении. Вместе с валькириями они входят в категорию низших женских божеств дис.

На верхушке мирового древа сидит орел, а у корней — змей Нидхёгг. На среднем уровне — четыре оленя, поедающие листья с древа и роняющие росу со своих рогов в подземное царство. Белка, снующая по дереву, своеобразный посредник между верхом и низом.

Как Асгард представляет собой идеализированное жилище людей, так и боги скандинавов во многом подобны людям, обладают их качествами, включая и пороки. Боги отличаются от людей ловкостью, знаниями, в особенности владением магией, но они - не всеведущи по своей природе и добывают знания у более древних родов великанов и карликов. Великаны - главные враги богов. И с ними боги ведут непрекращающуюся войну. Глава и вождь богов Один и иные асы стараются перехитрить великанов, тогда как Тор борется с ними с помощью своего молота Мьёлльнира. Борьба против великанов -необходимое условие существования мироздания; не веди ее боги-великаны давно погубили бы и их самих, и род людской. В этом конфликте боги и люди оказываются союзниками. Тора часто называли "заступником людей". Один помогает мужественным воинам и забирает к себе павших героев. Он добыл мед поэзии, принеся самого себя в жертву, добыл руны - священные тайные знаки, при помощи которых можно творить всяческое колдовство. В Одине видны черты "культурного героя" - мифического предка, наделившего людей необходимыми навыками и знаниями. 

Главное же у скандинавов - не покровительство божества отдельному племени или индивиду, а сознание общности судеб богов и людей в их конфликте с силами, несущими упадок и окончательную гибель всему живому. Поэтому вместо светлой и радостной картины эллинской мифологии эддические песни о богах рисуют полную трагизма ситуацию всеобщего мирового движения навстречу неумолимой судьбе. 

Викинг должен принять смерть на поле брани с оружием в руках, только тогда он попадет в золоченые палаты Одина – Валхаллу, где есть место только доблестным воинам, которые будут участвовать в последней битве богов. Такая религия воспитывала в скандинавах непреклонность и бесстрашие даже перед лицом поражения и смерти.

Викинги очень ценили удачливых ярлов. К ним в дружину воины шли с охотой. Викинги считали удачу одним из главных признаков благоволения богов. Считалось, что богатство тоже приносит удачу, и если оно перейдет в другие руки, то и удача оставит этот род. Поэтому богатство или зарывали и прятали (чтобы потом никогда не откопать), или раздаривали дружине. Хвалебная песнь, которую посвящали конунгам и ярлам, тоже должна приносить удачу. Поэтому скальдов иногда даже принуждали, угрожая смертью, сочинить подобные песни, чтобы удача сопутствовала вождю.

Нравы викингов были жестокими, впрочем, в этом они мало отличались от нравов других народов Европы того времени. Существовала родовая месть, когда вырезали все мужское население враждебного рода. Всех захваченных пленников, если они не могли заплатить выкуп, викинги обращались в рабов. Невозможно было разжалобить жестоких воинов: красота и молодость привлекали их только как товар, а старость вызывала не почтение, а раздражение, как не нужная обуза.

3. Двоеверие древних скандинавов: переплетение язычства и христианства


В сагах «Хеймскринглы» описано множество вещих снов и видений. Языческие мотивы причудливо переплетаются с мотивами христианскими, причем эти мотивы, становясь заметными в последних сагах, все же не являются главными.

В «Саге об Инглингах» Один, считавшийся верховным божеством, главою рода асов, превращается в Одина-вождя, правившего Асгардом, главным укреплением страны асов Асахейма, расположенном где-то в Восточной Европе. Этот Один — могущественный воин, владеющий тайнами магии и прорицания и обладающий поэтическим даром скальда. При нем происходит освоение и заселение Скандинавии, все жители которой подчиняются Одину, платя ему подать. Один в сагах Снорри обучает людей искусствам и ремеслам, вводит законодательство, то есть является классическим «культурным героем», в котором воедино сливаются черты божества и человека. Именно он стоит у истоков истории, от него идут традиции норм общества, он раскрывает людям тайны природы.

Таким образом, на севере Скандинавии, очевидно, очень долго сохранялось своеобразное двоеверие: языческие боги не превратились в христианских святых, но и не деградировали до низших существ, отождествляемых с чертями и иной нечистью.

В изложении Снорри смена религиозных мировоззрений выглядит как смена правящих династий: древние правители уже не властны и бессильны перед новым богом, и потому им более не поклоняются. Однако прошлое принадлежит им, и родословные северных конунгов, как это изложено в «Саге об Инглингах», представляются автору не вымышленными, и идея о восхождении исторически достоверных конунгов Норвегии и Швеции к потомкам Одина и Ингви-Фрейра выглядит вполне серьезной.

Впоследствии сыновья Эйрика вторглись в Норвегию убили своего дядю Хакона и захватили престол. Такие распри длились в течение многих поколений.

В изложении Снорри эпоха распрей началась следующим образом: конунг Висбур оставил свою жену с двумя сыновьями и женился на другой женщине. Выросшие сыновья потребовали, чтобы отец возвратил золотое ожерелье, бывшее брачным даром их матери. Получив отказ, братья задумали отцеубийство и обратились за помощью к прорицательнице Вёльве Хульд. Та сказала, что может погубить Висбура, однако в этом случае в роду Инглингов постоянно будут совершаться убийства. Братья согласились на это и, получив поддержку магических сил, напали на отца и сожгли его в собственном доме

К теме рокового ожерелья Снорри возвращается и позже, говоря о конунге Агни, взявшем в жены дочь убитого им вождя финнов. Во время пира его жена попросила Агни сберечь ожерелье Висбура. Пьяный Агни, ложась спать, надел ожерелье на шею. Пока Агни спал, слуги его жены привязали веревку к ожерелью, перекинув ее через ветвь древа, стали сильно тянуть и таким образом повесили Агни. Понятно, что здесь важна не «технология» убийства, а его символическое значение — тем более что история о золоте Нифлунгов, губящем целый род, была хорошо известна читателям Снорри в XII веке. Вёльва Хульд должна была вызывать ассоциации с «Прорицанием Вёльвы» из «Эдды», и, таким образом, история конунгов Норвегии становится составной частью общемировой драмы, завершающейся гибелью мира.

В период написания Снорри его произведений Норвегия вынашивала планы подчинения Исландии, и Снорри принимал непосредственное участие в их реализации, занимая, судя по всему, двойственную позицию: принимая от норвежского конунга дары и титулы, Снорри вряд ли мог приветствовать потерю его родиной независимости.

Исландские эпизоды цикла саг живописны и многозначительны. В одном из них описывается, как исландский корабль потерпел кораблекрушение у берегов Дании и управляющий датского конунга захватил груз. В отместку исландцы сочинили хулительную песнь о датском конунге и его управляющем. Хулительная песнь была не просто оскорблением, но, по убеждениям древних скандинавов, обладала вредоносной магической силой. Датский конунг послал к берегам Исландии колдуна, чтобы тот выяснил, где удобнее высадить своих воинов. Колдун подплыл к Исландии в образе кита, но тут выяснилось, что северное и западное побережья острова находятся под защитой духов, хранящих страну. В Вапнафьорде (Оружейном Фьорде) навстречу колдуну вышел огромный дракон со змеями, жабами и ядовитыми ехиднами, и колдуну не удалось выбраться на берег. В Эйяфьорде (Островном Фьорде) колдуна встретила гигантская птица, а в Брейдафьорде (Широком Фьорде) на него напал бык, сопровождаемый духами. Еще в одном месте колдуна встретило полчище великанов, а далее на востоке грозный прибой и мели делали высадку на боевых кораблях невозможной… Так датскому конунгу и пришлось отказаться от вторжения в Исландию.

Рассказывая о чудесах святого Олава, Снорри отходит от традиционной формы «жития», описывая карьеру воина и политика, который не обладал способностью творить чудеса изначально или внезапно, но ставшего святым через страдания земной жизни. Ряд чудес, описанных в более ранних сагах и житиях святого Олава, Снорри опускает или истолковывает рационалистически. Так, например, «Легендарная сага» утверждает, будто перешеек Агнафит был расколот пополам молитвами Олава, которому нужно было вывести свой флот из ловушки, подстроенной шведами. У Снорри же указано, что Олав велел своим людям прорыть канал для судов.


4. Мирные радости: празднества и семейная жизнь


Для изучения повседневных обычаев древних скандинавов информативной является «Хроника Эрика».5 Важнейшими средствами пробы сил, закрепления престижа, консолидации и самоуправления социальных групп были и остаются совместные действа: проведение сообща семейных, церковных, профессиональных торжеств и сборищ. Обычно помимо общепринятых праздников каждая социальная страта, группа, «круг» проводила еще и собственные групповые общие действа. В высших общественных группах они неизбежно получали публичный характер, были переплетены с политическими событиями и при всех условиях приобретали заметное значение для всего общества. Не случайно «Хроника Эрика» отводит элитным сборищам важное место. Описываемые в ней праздники проводились по случаю помолвки, свадьбы, рождения детей, удачного завершения военного предприятия, замирения между враждующими партиями, дипломатического соглашения и т. д. Нередко праздники длились «много дней».

Центральной частью праздника являлся пир — совместная торжественная трапеза, подчас грандиозная, рассчитанная на сотни участников и их слуг. При описании пиршеств автор подчеркивает богатство и изысканность туалетов, яств и напитков, а также манер присутствующих. Собравшиеся господа обычно веселились от души. И если какому-либо знатному лицу приходило в голову воспользоваться случаем, чтобы подать жалобу и добиваться рассмотрения его дела, пользуясь присутствием правителей, то это был напрасный шаг: пирующие уже не могли его понять (см. ст. 2701–2702).

Пиршество сопровождалось музыкой и, вероятно, пением, а также рассказами про героев, их подвиги. Помимо угощения, застольной беседы, пения и декламации на празднике можно было насладиться «играми, шутками» и танцами (ст. 450). Хроника сообщает о продолжительных танцах парами под музыку, до полной усталости (ст. 1168–1169). Музыканты — автор их называет также шутами, артистами — играли на флейтах, дудках, барабанах. Их приглашали «из разных сторон» и по обычаю щедро вознаграждали: отдавали вещи, «добро», дорогую одежду, серебро, дорогие лошадиные попоны и самих коней, так что артисты возвращались домой «богачами» и «очень довольные» (см. ст. 1828–1831, 2194–2197, 3515–3517).

На некоторых торжествах застолью предшествовали турниры. Господа привозили с собой на праздник и специально организуемые турниры лучших рыцарей и свенов. На турнирах сражались один на один или же двумя противостоящими шеренгами (см. комментарий к тексту).

На некоторых пиршествах происходило посвящение в рыцари. Так поступал, например, герцог Эрик, который во время пребывания в Норвегии своих сторонников «стал посвящать в рыцари на пирах» (ст. 2930–3428). Бывало и иначе: бал давался специально по случаю возведения в рыцари одного из сыновей конунга. Когда юный сын Магнуса Амбарный Замок был произведен в рыцари, король устроил турнир и пир и возвел в рыцари еще 40 своих людей.

Нередко пышные торжества собирались по случаю свадеб, которые «устраивал» король или герцог для своих вассалов как награду за службу. В таких случаях сочетались браком до пяти и более пар, а торжество длилось несколько дней (см. ст. 2540–2586).

Судя по всему, самые пышные торжества устраивались по поводу королевских и герцогских бракосочетаний. Августейший брак был одним из важнейших общественных актов, который играл заметную роль и во внешней, и во внутренней политике. В период, описанный хроникой, шведские принцы женились преимущественно на принцессах из сопредельных северных стран. Такие браки являлись залогом союзничества между королями Швеции и Дании, между мятежным шведским герцогом и королем Норвегии, а также одним из факторов отношений между скандинавскими и германскими престолами. Хронист, конечно, вводит в повествование хвалу блестящим свойствам царственных женихов и невест, но он отнюдь не скрывает того обстоятельства, что августейшие браки заключались по расчету. В этом отношении показательна история с женитьбой «мягкосердечного» герцога Эрика на норвежской принцессе. За невестой он брал в числе прочего приданого важнейшую пограничную крепость Кунгахэллу.

Обычно брачная эпопея начиналась с длительных обсуждений в королевской семье кандидатур возможных невест не только для наследника престола, но и для его братьев. Никого не смущало, если невеста была ребенком, чуть не младенцем. Норвежская невеста герцога Эрика в момент сватовства, по свидетельству хроники, едва вышла из младенческого возраста (ст. 1835–1837). В таких случаях бракосочетание совершалось через несколько (иногда немало) лет после помолвки. Маленькую невесту заранее забирали в дом будущего мужа, чтобы приучить к новым порядкам — так было, например, с Меритой, будущей женой Биргера Магнуссона. Ребенком мог быть во время помолвки и жених: принцу Вальдемару его отец ярл Биргер выбрал невесту, когда мальчику было немногим более 10 лет. Интересно, что тогда за Софией Вальдемару давали торговый город Мальмё и крепость Треллеборг в Сконе. Для шведов это было очень важно, так как таким образом они получали выгодные позиции в проливе. Хронист в связи с этим замечает, что для Дании этот дар не составил заметного убытка, поскольку главное — что по совету своих людей, «любя народ», король Эрик не отдал «датских крестьян», т. е. сельские территории. Это примечание довольно загадочное: во-первых, Мальмё был ценен и для датской короны; во-вторых, положение крестьян в Швеции было немного легче. Скорее всего, король отдал за дочерью эти города-крепости по требованию шведской стороны, почему хронист и постарался умалить значение датской «потери» (см. ст. 365).

Обычно после первой брачной ночи муж — будь то человек из государевой, аристократической или богатой бюргерской семьи — преподносил жене «утренний дар». Это могли быть город, крепость, поместье, несколько херадов или дворов с мельницами, лесами, «рыбными озерами». В целом это имение должно было в случае смерти мужа дать возможность его вдове иметь кров и достойное обеспечение. Размер и состав утреннего дара оговаривались при помолвке.

Женщина в скандинавских обществах пользовалась уважением. Нанесенные ей оскорбления, в том числе нарушение брачного обязательства, были чреваты большими неприятностями, смывались кровью. Идеальная невеста, выбранная для царственного или аристократического мужа, должна быть «хороша и горда». Она советчик и помощник мужа, обладает талантами: следит за своими туалетами, умеет танцевать, вести беседу на пиру, знает правила этикета. Принцессы и, вероятно, знатные женщины вообще были не просто грамотными, они были главными книгочеями в придворной среде и даже играли в шахматы (ст. 710).

Однако хозяева жизни в хронике и ее герои — мужчины. Женщины — а это знатные женщины — фигурируют там только в связи с мужчинами, как члены их семей, соучастницы мужских забот и страстей. Их удел — частная жизнь. Но женские характеры, тем не менее, выступают вполне четко. Это волевые, решительные натуры, сильные личности, с которыми приходится считаться. Особенно ярко сила женского характера выражена автором при описании любовной интриги, которая возникла между шведским королем Вальдемаром Биргессоном и его свояченицей, датской принцессой Юттой. После смерти отца Ютта не захотела выйти замуж за достойного рыцаря, которого ей сватали придворные. Она увлеклась Вальдемаром — либо вознамерилась занять место своей сестры на шведском престоле. Под хитроумным предлогом она приехала в Швецию и совершенно вскружила голову королю. Она действовала столь решительно и тонко, что королева оказалась бессильной ей помешать.

Стоит напомнить, что в том же XIV в. — вскоре после описанных в хронике событий — дочь лагмана Биргера Перссона Биргитта стала первой и единственной женщиной, основавшей смешанный монашеский орден и монастырь в Вадстене. Биргиттинские монастыри разошлись затем по всей католической Европе, руины одного из них и сегодня можно увидеть в Пирите, под Таллинном.

Вторым любимым занятием викингов после ведения войн были пиры. В день пира женщины в доме приказывали рабам поставить столы и развесить на стенах вышитые драпировки. На пол насыпали солому, вкатывали пивные бочки (skapners). Затем слуг посылали созвать гостей, которые обычно надевали по такому случаю свои лучшие наряды.

Для гостя было большой честью, если его просили сесть рядом с хозяином, хотя иногда гости тянули жребий, чтобы решить, где им сесть. Если молодой человек постоянно занимал место рядом с одной и той же девушкой, предполагалось, что он на ней женится.

Хозяин должен был подать лучшую еду, которую он только мог себе позволить. Мясо обычно жарили на вертеле или варили, но иногда люди просто согревали его под одеждой и ели его сырым. Много ели и рыбы - сурой, сушеной, маринованной, копченой и соленой. Делали колбасы из топленого свиного жира, крови и мяса. К блюдам подавали приправы - чеснок, горчицу и редис, а иногда и специи, привозимые с Востока.

Дочери хозяина помогали рабам, подавали пиво и обносили гостей вином. Наполненный рог для питья невозможно было поставить вертикально, поэтому его необходимо было сразу осушать. Было принято сильно напиваться; иногда враги нападали на дом, когда мужчины были слишком пьяны, чтобы понять, что происходит.


5. Похоронные обряды.


Викинги скорбели по своим мертвым. В "Саге об Эгиле" есть такой рассказ: после смерти сына Эгил закрылся в комнате и отказывался от пищи. К нему присоединилась дочь. Она ела водоросли. "Ядовиты ли они?" - спросил Эгил. "Очень, - ответила дочь, - хочешь попробовать?"6

Когда умирал викинг-воин, устраивали похоронный обряд (nabjargir). Прежде всего ему осторожно закрывали глаза и рот, а ноздри заклеивали. Затем старая женщина, известная как "ангел смерти", обмывала мертвому руки и лицо, причесывала волосы и одевала его в лучшую одежду.

Похоронные обряды были в разных местах различными. В некоторых местах мертвых мужчину или женщину хоронили в кургане, а в других - тело расчленяли и развозили по частям в разные концы страны.

На Руси, где жило много варягов, тело вождя клали на корабль, который поджинал ближайший родственник покойного.

Большинство викингов хоронили с теми вещами, которые могли понадобиться им в загробной жизни, включая пиво и еду, оружие, украшения, одежду, лошадей и собак, иногда даже петуха. Богатых женщин хоронили с кухонными принадлежностями и рукоделием.

Заключение


Языческие обряды древних скандинавов - тема многослойная, сложная: с одной стороны, она уводит нас в глубину отдаленных тысячелетий первобытности, а с другой - явно и полнокровно проявляется в обиходе современных скандинавских стран.

Для написания работы использовались материалы эдического эпоса который включил в сборник исландский ученый, поэт и политический деятель Снорри Стурлусон еще в двенадцатом веке, и являвшийся своего рода учебником поэтического искусства скальдов, в котором была отражена и скандинавская языческая мифология, а так же «Хроника Эрика» — эпическое полотно, где канва бурных событий богато расшита многоцветьем житейских реалий. Неизвестные нам авторы широко оперируют временем и пространством, материалом социальной фауны, военного и мирного быта, общественной и частной жизни. Он умело используют типовой и индивидуальный портрет, детали повседневности и «пиков жизни». Изложение саг и хроник динамично, причем сложность межличностных отношений передается не менее подробно и заинтересованно, чем накал политических страстей. Множество конкретных, подчас уникальных сведений, фактов, событий, людей, которыми насыщены и саги, и «Хроника Эрика», выразительная художественная форма делают эти произведение ценнейшим историко-культурным источником. Они дают представление о целой эпохе в жизни Швеции и всей Северной Европы. Возможности для исследований и размышлений, которые содержат произведения, далеко не полностью использованы в прилагаемых к этим изданиям статьях и примечаниях.



Спи­сок ли­те­ра­ту­ры


  1. P. Хöгберг Скандинавские и англосаксонские нравы и обычаи // СПб.: Бонниер Бизнес Пресс, 2002.

  2. Гуревич А. Старшая Эдда Вступительная статья М 1995

  3. Кирпичников А. Н. Историко-археологические исследования древней Корелы: («Корельский город» XIV в.) // Финно-угры и славяне: Докл. Первого сов.-финлянд. симпоз. по вопр. археологии, 15-17 нояб. 1976 г. / АН СССР. Ин-т археологии. - Л.: Наука, 1979.

  4. Рыдзевская Е. .4. Древняя Русь и Скандинавия IX - XIV вв.: (Материалы и исследования)/АН СССР. Ин-т истории СССР. -М.: Наука, 1978

  5. Сакса А. И. Отчете полевых исследованиях Приозерского археологического отряда ЛОИА АН СССР в крепости Корела (г. Приозерск) в сезон 1990 г.: [Рукопись]//Музей-крепость «Корела». -Кн. поступлений 11688/Ф. 5. -№4866.-Д.2/4а.-Л.8.

  6. Свадебный поезд в Хардангере Х. С. Паулли, 1853

  7. Синельченко В. Н., Петров М. Б. «В мире мифов и легенд». М 1982

  8. Стеблин-Каменский М. И. Старшая Эдда Из примечаний к изданию «Старшей Эдды» М 1975 г.

  9. Тайлор Э. Б. Миф и обряд в первобытной культуре. /Пер. с англ. Д. А. Коропчевского. — Смоленск: Русич, 2000.

  10. Токарев С. А. Религия в истории народов мира М.,1976

  11. Хроника Эрика. Сост. и отв. ред. А.А. Сванидзе. Пер. со старошвед. А.Ю. Желтухина. Послесл. и коммент. А.Ю. Желтухина и А.А. Сванидзе. М.: Российск. гос. гуманит. ун-т, 1999. 254 с

  12. Шаскольский И. П. Борьба Руси против крестоносной агрессии на берегах Балтики в ХП -XIII вв. /АН СССР. Ин-т истории СССР. - Л.: Наука, 1978.




1 Стеблин-Каменский М. И. Старшая Эдда Из примечаний к изданию «Старшей Эдды» М 1975 г.

2 P. Хöгберг Скандинавские и англосаксонские нравы и обычаи // СПб.: Бонниер Бизнес Пресс, 2002.

3 Синельченко В. Н., Петров М. Б. «В мире мифов и легенд». М 1982


4 Гуревич А. Старшая Эдда Вступительная статья М 1995


5 Хроника Эрика. Сост. и отв. ред. А.А. Сванидзе. Пер. со старошвед. А.Ю. Желтухина. Послесл. и коммент. А.Ю. Желтухина и А.А. Сванидзе. М.: Российск. гос. гуманит. ун-т, 1999

6 Синельченко В. Н., Петров М. Б. «В мире мифов и легенд». М 1982


Каталог: study
study -> Задания школьного этапа Всероссийской олимпиады школьников по немецкому языку для 10-11 класса. Время на выполнение заданий-60 мин
study -> To be oe- bēon – аномальный глагол, образованный супплетивно. Me- ben. Произошла монофтонгизация при переходе к среднеанглийскому периоду. Согласный отпадает в ранненовоанглийском wesan-wæs-wæron, wæ: r
study -> Лекции 18 ч; Практические занятия 36 ч семестр в -реферат, экзамен
study -> На железной дороге
study -> 47. Блок и революция


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница