Личная и общественная безопасность: в контексте формирования глокалэтики




Скачать 216.01 Kb.
Дата07.08.2016
Размер216.01 Kb.
Личная и общественная безопасность: в контексте формирования глокалэтики.

(материалы социологического исследования по выявлению установок населения республик Северокавказского федерального округа на право ношения огнестрельного оружия).

(Цой Любовь Николаевна - кандидат социологических наук)

Глобальные изменения и риски.

Глобальные изменения современного мира бросили вызов концепциям безопасности социальных систем стран с тоталитарным режимом управления, в частности странам бывшего СССР, а ныне СНГ. Эти изменения в первую очередь связаны с процессами формирования постиндустриального общества, с процессами глобализации. Идеология и общественное мнение о безопасности в сфере информационно-коммуникативных процессов, направленных на сохранение, как деятельности, так и субъекта деятельности - находятся на стадии формирования.

В эпоху глобализации философия социальных систем должна быть ориентирована на ценности и смыслы, включенные в широкий социальный контекст, предопределяющие разную деятельность с целью защиты жизни каждого человека и безопасности государства. Идеи, которые являются привлекательными для большинства людей в мире, обеспокоенных своей безопасностью и безопасностью своего дела, сконцентрированы в философии ненасилия, идеях сотрудничества, консенсуса, договоренностей, партиципативности и партнерства. В них насилие рассматривается как узурпация свободной воли и посягательство на свободу человеческой воли. Термин «глокалэтика» 1 предлагает глобализирующемуся миру новую этическую матрицу, в которой, с одной стороны, отвергается высокомерие современной морали по отношению к нравам и традициям (т.е. право морали на господство над обычаем), а с другой стороны предлагает осмыслить традиции в контексте безопасности каждого человека независимо от традиций, которых он придерживается.

В имеющейся социологической литературе недостаточно раскрываются проблемы безопасности, которые напрямую связаны с социальной ответственностью каждого человека. Каждый человек испытывает страх перед другим человеком, если знает, что у него есть оружие. И каждый человек хочет обезопасить себя от возможности применения оружия. В статье раскрываются установки населения северокавказского федерального округа (СКФО) РФ на право ношения огнестрельного оружия.


Безопасность в контексте истории, экономики и статистики.


О безопасности можно говорить только в контексте угроз и рисков, которые бывают: мнимыми, реальными (объективными), прогнозируемыми. Существует множество аспектов безопасности: личная, национальная, экономическая, социальная, политическая, экологическая, информационная, военная, международная и т.п.

В контексте исследования предлагается придерживаться определения безопасности, как состояния общественных отношений, при котором личность, социальная группа, народ, страна (государство) может самостоятельно, суверенно, без вмешательства и давления извне свободно выбирать и осуществлять свою стратегию поведения.

В новейшей истории развития республик СКФО социальная безопасность граждан – одна из важнейших в условиях низкого уровня развития социально-экономической сферы. При ее таком длительном прижизненном состоянии, учитывая, что в республиках СКФО с 80-х годов XX века не был реализован ни один социальный проект, связанный с открытием рабочих мест. Анализируя криминальную ситуацию в СКФО, руководители государства признавались в слабой социальной политике центра на Северном Кавказе, а слабая социальная политика создает благоприятную почву для криминала с широким использованием огнестрельного оружия. В итоге Кавказ вносит свою лепту расширения людского потенциала для организаторов современного террористического движения и расширения идей радикального течения ислама.

Возможность применения частными лицами огнестрельного оружия в нашей стране, особенно на Северном Кавказе, после распада Советского Союза на фоне участившихся терактов приобретает большую актуальность. Вопрос, который стоит перед обществом в контексте данного вопроса, очень широк и не ограничивается лишь материальной стороной, а охватывает весь спектр человеческих ценностей, прав, свобод, в т.ч. законные интересы личности, охрану безопасности, имущества и достоинства граждан.

Провозглашенные права и свободы в реальной социальной жизни в республиках СКФО превращаются в абстрактные, виртуальные понятия. Здесь объяснение очень простое – бездействие правоохранительных органов, их низкая регистрационная активность, в чем уверены почти все наши эксперты. Количество преступлений год от года растет. Так, например, в РСО–А, несмотря на малочисленное население (710 тыс. человек), за год происходит от 10 до 15 громких убийств. Всего же в 2005 году были совершены 78 убийств, 15 из них не раскрыты, а в 2009 году – 70 убийств, не раскрыты 24.2

По мере развития северокавказского общества безопасность все больше воспринимается как сохранение нации в целом. В этом контексте побудительным мотивом является сохранение себя как личности, семьи и общества, поэтому во времена межнациональных войн на Северном Кавказе люди любой ценой стремились приобрести оружие, продавая крупный рогатый скот, который кормил семью.

В последнее время в средствах массовой информации много говорится о том, что в правоохранительные органы попадают люди, которые непригодны не только в смысле профессионализма, но элементарно не отвечают тем морально-нравственным качествам, которые необходимы для работы в структуре, обеспечивающей безопасность граждан. Руководством страны, с учетом неудовлетворительных показателей в раскрываемости, росте преступлений, обвинений в сращивании милиции с криминальным миром, жалобами со стороны населения, предпринимался ряд мер, которые так и не принесли желаемого результата. В настоящее время также идет широкомасштабная реорганизация органов внутренних дел, о результатах которой можно будет судить только спустя некоторое время. Но речь идет о сегодняшнем дне, когда в глазах населения образ сотрудника милиции дискредитирован как никогда. Скандалы, связанные с участием сотрудников милиции, включая высокопоставленных милицейских чиновников, в громких преступлениях, не вызывают в народе доверия к правоохранительным органам. В такой ситуации у населения и впредь будет желание приобретать оружие, как говорится «спасение утопающих – дело рук самих утопающих».

Ситуации, когда произошла ресоциализация определенной части общества, т.е. разрушение ранее принятых ценностей и модели поведения личности, с последующим усвоением ценностей, радикально отличающихся от предыдущих, способствующих изменению мировоззрения граждан в ситуациях крайнего напряжения, могут быть весьма драматичными.

С потерей понимания роли государства как инструмента принуждения личность опускается и, в конце концов, превращается в варвара. Такие моральные ценности, как достоинство, доброжелательность, честность и скромность, уходят из общественной жизни. Из жизни общества ушел также и страх наказания. В таких условиях, по мнению большинства, хранение огнестрельного оружия может вызвать необратимые процессы в социальной жизни общества, о чем свидетельствуют результаты опроса.

Методология исследования.

Объектом исследования являются национальные республики Северного Кавказа, входящие в Северо-Кавказский федеральный округ России: Республика Адыгея, Республика Дагестан, Республика Ингушетия, Кабардино-Балкарская Республика, Карачаево-Черкесская Республика, Республика Северная Осетия – Алания, Чеченская Республика.

Для полноценной реализации целей и задач исследования в каждой республике в январе – феврале 2009 г. был проведен репрезентативный опрос жителей. Целесообразный объем выборки составил 500 респондентов и 5 экспертов в каждой республике. Математическая ошибка такой выборки не превышает 3,1%, то есть обеспечивает надежную репрезентативность для каждого обследуемого субъекта Российской Федерации. Общий объем выборки для семи республик составил соответственно 3500 респондентов (из них 50% − коренное население и 50% − русские и русскоязычные) и 35 экспертов.

Для проведения опроса в каждой республике выборка строилась как территориальная, стратифицированная по типам населенных пунктов, маршрутная, квотная по социально-демографическим и национальным признакам. А также с учетом возможности сравнительного анализа установок «титульной» части населения республик СКФО и русского и русскоязычного населения (пол, возраст, образование, национальный состав), с учетом возможности сравнительного анализа автохтонной3 части населения республик СКФО и русской и русскоязычной частей.



Вопрос №1.

Нашим респондентам был задан вопрос: «На Кавказе возродилась традиция иметь огнестрельное оружие в доме. Как вы думаете, в нынешних условиях правильно разрешить хранить огнестрельное оружие в доме?» (Таблица №1).

Первый вариант ответа:

-«Безусловно, необходимо разрешить» хранить огнестрельного оружие в доме выбрали 44,6% ингушей, 44,4% русских и русскоязычных РИ, 25,1% осетин, 27,5% народов РД.

- «Скорее, необходимо разрешить», – так думают 27,7% ингушей, 27,4% карачаевцев, черкесов, 26,2% кабардинцев, балкарцев.

Если сложить два варианта, то «за»: ингуши РИ (72,3%), русские и русскоязычные РИ (50,0%), дагестанцы (49,7%), карачаевцы, черкесы (47,9%), осетины (45,6%), адыгейцы (40,6%), русские и русскоязычные РД (39,0%), чеченцы (38,0%), русские и русскоязычные КБР (36,8%), русские и русскоязычные РСО–А (36,7%), русские и русскоязычные КЧР (33,7%), русские и русскоязычные РА (28,9%), русские и русскоязычные ЧР (27,1%).

Третий вариант: «скорее, необходимо изымать» выбрали 29,6% русских и русскоязычных ЧР, 28,9% русских и русскоязычных РА, 28,7% русских и русскоязычных РСО–А, 25,6% осетин, 25,0% русских и русскоязычных КЧР.

За то, чтобы «безусловно» изымать у населения из оборота незаконное огнестрельное оружие 34,6% русских и русскоязычных РА, 33,3% русских и русскоязычных ЧР, 32,6% русских и русскоязычных КЧР, 28,1% чеченцев, 27,4% карачаевцев, черкесов, 26,7% русских и русскоязычных РД, 26,4% русских и русскоязычных КБР.

Вновь сложим два варианта (третий и четвертый) и получим, что 63,5% русских и русскоязычных РА, 62,9% русских и русскоязычных ЧР, 57,6% русских и русскоязычных КЧР, 48,2% русских и русскоязычных РСО–А, 46,9% чеченцев, 45,6% русских и русскоязычных КБР, 44,7% адыгейцев, 43,8% карачаевцев и черкесов, 41,4% осетин, 38,4% кабардинцев, балкарцев, 38,3% русских и русскоязычных РД, 30,0% дагестанцев, 27,8% русских и русскоязычных РИ, 14,3% ингушей против разрешения хранить огнестрельное оружие в доме.

Достаточно высокий процент тех, кто не смог выразить свое отношение к данной проблеме: в ЧР среди русских и русскоязычных (33,3%) и чеченцев (28,1%), в РД русских и русскоязычных (26,7%), в РСО–А русских и русскоязычных (19,5%), в КБР



Таблица №1

НА КАВКАЗЕ ВОЗРОДИЛАСЬ ТРАДИЦИЯ ИМЕТЬ ОГНЕСТРЕЛЬНОЕ ОРУЖИЕ В ДОМЕ.

КАК ВЫ ДУМАЕТЕ, В НЫНЕШНИХ УСЛОВИЯХ ПРАВИЛЬНО РАЗРЕШИТЬ ХРАНИТЬ ОГНЕСТРЕЛЬНОЕ ОРУЖИЕ В ДОМЕ?

Код

ответа

Варианты ответа

РА

КБР

КЧР

адыгейцы

русские и русскоязычные

кабардинцы, балкарцы

русские и русскоязычные

карачаевцы, черкесы

русские и русскоязычные

1

безусловно, необходимо разрешить

17,6

11,4

16,3

16,8

20,5

12,0

2

скорее, необходимо разрешить

22,4

17,5

26,2

20,0

27,4

21,7

3

скорее, необходимо изымать

24,7

28,9

23,3

19,2

16,4

25,0

4

безусловно, необходимо изымать

20,0

34,6

15,1

26,4

27,4

32,6

5

затрудняюсь ответить

15,3

7,6

19,2

17,6

8,2

8,7







100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0



Код

ответа

РД

РИ

РСО–А

ЧР

народы Дагестана

русские и русскоязычные

ингуши

русские и русскоязычные

осетины

русские и русскоязычные

чеченцы

русские и русскоязычные

1

27,5

15,7

44,6

44,4

25,1

14,9

14,6

8,6

2

22,2

23,3

27,7

5,6

20,5

21,8

23,4

18,5

3

12,0

11,6

9,8

16,7

25,6

28,7

18,8

29,6

4

18,0

26,7

4,5

11,1

15,8

19,5

28,1

33,3

5

20,4

22,7

13,4

22,2

13,0

14,9

15,1

9,9




100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

кабардинцев, балкарцев (19,2%), русских, русскоязычных (17,6%), в РД дагестанцев (18,0%), в РСО–А осетин (15,8%), в РА среди коренного населения (15,3%).

Анализ таблицы показывает, что большая часть населения северокавказских республик за то, чтобы изымать у населения незаконное огнестрельное оружие. Но настораживает то, что каждый второй житель коренной национальности, русского и русскоязычного населения РИ, каждый третий дагестанец РД, каждый четвертый житель РСО–А не сомневается в том, что людям необходимо разрешить держать оружие в доме.

Несмотря на то, что большинство ЗА изъятие оружия в некоторых республиках, если суммировать два первых варианта, то результаты опроса говорят о том, что каждый второй и более житель коренной национальности КБР, КЧР, РД, РИ, РСО–А и русского и русскоязычного населения РИ хочет вооружиться.

Если же суммировать третий и четвертый варианты, то ЗА изъятие – каждый второй и более коренной житель РА, ЧР и русского и русскоязычного населения РА, КБР, РСО–А и ЧР. Надо отметить, что против вооружения активнее высказывается русское и русскоязычное население республик Северного Кавказа.



Вопрос №2.

На вопрос: «Вы лично допускаете возможность применения частными лицами огнестрельного оружия?» получены следующие ответы: безусловно, допускают возможность применения огнестрельного оружия 36,0% ингушей, 27,8% русских и русскоязычных РИ. Скорее, допускают такую мысль 28,8% карачаевцев, черкесов, 26,7% кабардинцев, балкарцев, 25,4% русских и русскоязычных РД. (Таблица №2)

Каждый третий русский и русскоязычный РИ (33,3%), осетин (28,8%) и русский и русскоязычный РСО–А (29,9%), каждый четвертый русский и русскоязычный РА (25,2%) скорее, не допускает возможность применения огнестрельного оружия.

Без сомнения против применения огнестрельного оружия каждый третий русский и русскоязычный КЧР (30,8%), РА (31,0%), РД (26,6%), ЧР (34,6%), чеченец (27,7%), адыгеец (27,1%), каждый четвертый русский и русскоязычный КЧР (25,0%) и каждый пятый русский и русскоязычный КЧР (20,5%). Пятый вариант ответа: «руку, взявшую оружие, надо отрывать по шею» во всех группах не набрал легитимного большинства.



Затруднились с ответом на вопрос русские и русскоязычные РД (19,7%), осетины (19,1%), народы РД (18,8%), кабардинцы, балкарцы (18,0%), русские и русскоязычные РИ (16,7%), ингуши (16,2%), русские и русскоязычные КБР (14,5%), карачаевцы, черкесы (13,7%).

Таблица № 2

ВЫ ЛИЧНО ДОПУСКАЕТЕ ВОЗМОЖНОСТЬ ПРИМЕНЕНИЯ ЧАСТНЫМИ ЛИЦАМИ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ?

Код

ответа

Варианты ответа

РА

КБР

КЧР

адыгейцы

русские и русскоязычные

кабардинцы, балкарцы

русские и русскоязычные

карачаевцы, черкесы

русские и русскоязычные

1

безусловно, допускаю

10,6

9,0

8,1

9,7

15,1

17,6

2

скорее, допускаю

24,7

18,6

26,7

15,3

28,8

20,9

3

скорее, не допускаю

21,2

25,2

23,3

24,2

11,0

16,5

4

безусловно, не допускаю

27,1

31,0

16,3

25,0

20,5

30,8

5

«руку, взявшую оружие, надо отрывать по шею»

10,6

9,0

7,6

11,3

11,0

6,6

6

затрудняюсь ответить

5,9

7,1

18,0

14,5

13,7

7,7







100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0



Код

ответа

РД

РИ

РСО–А

ЧР

народы Дагестана

русские и русскоязычные

ингуши

русские и русскоязычные

осетины

русские и русскоязычные

чеченцы

русские и русскоязычные

1

22,4

10,4

36,0

27,8

16,7

8,0

7,3

12,3

2

15,2

25,4

20,7

11,1

18,6

23,0

21,5

13,6

3

18,2

13,3

18,0

33,3

28,8

29,9

24,1

21,0

4

21,8

26,6

8,1

11,1

13,5

18,4

27,7

34,6

5

3,6

4,6

0,9

0,0

3,3

6,9

9,9

9,9

6

18,8

19,7

16,2

16,7

19,1

13,8

9,4

8,6




100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

В таких республиках, как РИ, КЧР, КБР, РД среди коренного населения есть значительные силы, которые способны применить при случае огнестрельное оружие. Среди русского и русскоязычного населения такие же настроения проявились в РИ, РД.

По мнению экспертов, применение огнестрельного оружия возможно только в целях самозащиты и обязательно должно быть законным, ибо незаконно приобретенное оружие чаще всего попадает в криминальные структуры. Эксперты и респонденты предлагают ужесточить наказание за незаконное хранение огнестрельного оружия.

Также есть мнение, что необходимо дать разрешение иметь травматическое оружие частным лицам. Но важно учитывать традиции на Кавказе: по прошествии десятилетий кровная месть еще в силе. Если гражданам будет позволено иметь огнестрельное оружие, то институт кровной мести вновь возродится. Анализ социальной структуры некоторых народов в республиках СКФО показал, что они отстали от других республик в культурном развитии, что во многом связано с низким материальным уровнем подавляющей части населения с учетом сохранения традиции родового быта и склада.

Размышления социолога.

В обществе есть мнение: если даже у граждан нет желания иметь в доме оружие, условия жизни их провоцируют. С одной стороны, этого быть не должно, с другой – люди держат оружие в доме, чтобы защищать свою семью. Органы власти не могут обеспечить их безопасность. Хранить в доме оружие – это необходимость, если, конечно, речь не идет о ящиках с оружием. Но все должно быть законно, должно быть соответствующее разрешение на хранение огнестрельного оружия. Все эти люди должны быть на учете и их необходимо систематически досконально проверять.

Эксперты считают, что можно разрешить иметь огнестрельное оружие тем, кто вынужден иметь с ним дело по долгу службы, а также еще в том случае, если это будет жестко регулироваться законодательством (все условия хранения и т.д.). Но разрешать иметь оружие нужно только психически уравновешенным людям. Это очень сложный вопрос, который необходимо изучить на государственном уровне. Государство, власть не могут обеспечивать гарантий личной безопасности, безопасности собственности и т.д. Если в нашей стране будет жить безопасно, то вопрос об оружии автоматически снимается.

Общественное сознание готово к тому, чтобы запретить хранение огнестрельного оружия, так как на данном этапе, когда человек не может себя ограничить сам (а ограничение должно быть в мыслях, чувствах, действиях), должно срабатывать внешнее ограничение. Неподготовленному сознанию нельзя давать свободу.

На Северном Кавказе в настоящее время больше минусов. С одной стороны, необходимо, чтобы какие-то формы защиты были по той причине, что неспокойный регион. И проблемы есть: уличная преступность, кражи автомашин, покушение на личную собственность… Считается, что Северный Кавказ сложный регион. Во-первых, культура не на должном уровне, что может отразиться и на использовании огнестрельного оружия. В-третьих, имеют место межнациональные конфликты, в ходе которых может сработать это оружие. Продажа огнестрельного оружия разрешена в высококультурных странах, где ценность жизни высока, в нашей же стране ее нет. Ее не было и в царской России, и в советский период, и тем более в постсоветский. Понимание ценности жизни у нас нет, оно не выработано исторически. Если в нашей стране разрешить хранение оружия, то возрастет количество самоубийств, грабежей и т.д.

По мнению экспертов, эта традиция на Кавказе никогда не умирала. Но вопрос в том, правильно это или нет. На первый взгляд, неискушенному человеку мысль о том, что все вооружатся, кажется ужасной, особенно у женщин возникают опасения по поводу того, что возникнет беспредел. А возможно, что все будет совершенно наоборот, поскольку если преступник будет знать, что его потенциальная жертва вооружена, то этот факт может служить барьером его преступному действию. Эта мера, конечно, не искоренит преступность, и в первое время возможен некий всплеск насилия, но в итоге благодаря оружию как сдерживающему фактору должна произойти стабилизация криминальной обстановки. Оружие дает человеку личную защищенность, чего у нас не было в советские времена, когда государство фактически стояло над личностью, и чего мы не имеем сейчас.

Анализ ответов респондентов в зависимости от гендерной принадлежности, возраста, образования и места жительства особых изменений не выявил. 4

У респондентов есть устойчивое мнение: хранение огнестрельного оружия в России необходимо запретить. На данном этапе, когда человек не может себя ограничить сам (а ограничение должно быть в мыслях, чувствах, действиях), должно срабатывать внешнее ограничение. Нельзя неподготовленному сознанию давать в руки оружие. Мы находимся на том этапе, когда запрет необходим.



Материалы исследования позволяют сделать следующие выводы.

На фоне абсолютной бедности населения и неспособности властей обеспечить социальное благополучие большинства населения, тенденция к приобретению оружия легальным и нелегальным путями будет расти, учитывая, что у людей растет страх перед угрозой новых терактов, разбойных нападений, грабежей и физическим уничтожением личности.

Высокий уровень безработицы будет способствовать появлению бандформирований, что является, по сути дела, открытым выражением недовольства своим униженным положением, учитывая, что подавляющая часть населения, а если проще, кроме людей власти, считают свое положение совершенно нетерпимым, включая в эту категорию высококвалифицированных граждан: учителей, врачей, ученых с научными степенями и званиями, работников культуры, искусства и литературы.

Если ситуация в сфере ношения огнестрельного оружия не станет меняться, то угроза государственной безопасности России будет нарастать, так как не будет удовлетворяться основополагающая потребность каждого человека и социальных групп, потребность в личной безопасности, защите от угроз, насилия и рисков.



Литература

  1. Адорно Т. Исследование авторитарной личности. М., 2001;

  2. Аликберов А.К. Эпоха классического ислама на Кавказе. М., 2003;

  3. Асадуллин Ф.А. Ислам в Москве. М., 2007;

  4. Бауман З. Индивидуализированное общество. М., 2002;

  5. Горленко Д. Легализация огнестрельного оружия в России. Дорога к «Дикому Западу» // http:// pgtu.by.ru/pub/gun.shtml;

  6. Гудков Л.Д. Негативная идентичность. М., 2004;

  7. Дзуцев Х.В. Пути преодоления этносоциальных конфликтов в СКФО РФ. М., 2010;

  8. Дзуцев Х.В. Беслан после 1-3 сентября 2004 г.: социологический анализ. М., 2008;

  9. Дробижева Л.М. Возможность совместимости гражданской и этнической идентичности//Национально-гражданские идентичности и толерантность. Опыт России и Украины в период трансформаций. Киев, 2007;

  10. Карпов А.В. Язычество, христианство, двоеверие. Религиозная жизнь Древней Руси в IX–XI вв. СПб., 2008;

  11. Лапин Н.И. Пути России. М., 2000;

  12. Лич Э. Культура и коммуникация: логика взаимосвязи символов. М., 2001;

  13. Локосов В.В. Трансформация российского общества (социологические аспекты). – М., 2002;

  14. Малашенко А.В. Ислам для России. М., 2007;

  15. Мансикка В.Й. Религия восточных славян. М., 2005;

  16. Мосс М. Социальные функции священного. СПб., 2000;

  17. Подвижники ислама: культ святых и суфизм в Средней Азии и на Кавказе. М., 2003;

  18. Путин В.В. Послание Федеральному Собранию Российской Федерации, 16 мая, 2003г. // www.kremlin.ru;

  19. Регионы в России: социокультурные портреты регионов в общероссийском контексте. Составление и общая редакция Н.И. Лапина, Л.А. Беляевой. М., 2009;

  20. Религия и глобализация на просторах Евразии. М., 2005;

  21. Религия и политика на рубеже двух тысячелетий. М., 2000;

  22. Россия и Чечня. СПб., 2003;

  23. Рэдклифф-Браун А. Р. Религия и общество // Структура и функция в примитивном обществе. М., 2001;

  24. Социальное неравенство этнических групп: представления и реальность. М., 2002;

  25. Федеральный закон «Об оружии», принятый Государственной Думой РФ 13 ноября 1996г.

Цой Л.Н. Личная и общественная безопасность: в контексте формирования глокалэтики. //Материалы II международного научного конгресса «Глобалистика-2011» Пути стратегической стабильности и проблема глобального управления.- Москва, МГУ, 18-22 мая 2011 г. С.186-192.


1 Согомонов А. Глокальность. Очерк социологии пространственного воображения. http://www.globalculture.ru/news/news72.html

2 Текущий архив Прокуратуры по РСО–А.

В данной работе представлен анализ ситуации в республиках СКФО, в том числе и Республики Адыгея, так как в период проведения исследования (2009г.) наряду с северокавказскими республиками она входила в состав ЮФО РФ. В настоящее время (на основании Указа Президента Российской Федерации от 19 января 2010 г.) создан Северо-Кавказский федеральный округ, в состав которого Республика Адыгея не вошла. Но полученные результаты по Республике Адыгея в данной работе автором были включены для получения более полной картины, и далее она будет упоминаться наряду с республиками СКФО.

3 Автохтонность, автохтонный (от др.-греч. αὐτός — сам и χθών — земля — местный, коренной) — принадлежащий по происхождению данной территории, местный, коренной по происхождению.

4 Здесь и далее по той же причине результаты исследования с учетом гендерной принадлежности, возраста, образования, места жительства приводиться не будут.


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница