Лекция для аспирантов БиБи №8 из части I раздела 2, посвященного науке, научному и научности сегодня




Скачать 272.53 Kb.
Дата03.06.2016
Размер272.53 Kb.



АСП-фак. БИ и БИ [Часть1, Раздел6] (07/1.6/08) понедельник 29 января 2007

© Mark V. Zhelnov. Seminar-Lectures of Post-Graduated. 2006-2007


Аспирантская запись, концептуализация и 10 вопросов

Шишкина Анна Владимировна (03.00.02 биоорганическая химия)
Курс Философских проблем естествознания к началу ХХI века

(в рамках Истории и Философии Науки ХХI века)

для АСПИРАНТОВ факультета Био-Инженерии и Био-Информатики

МГУ им. М.В. Ломоносова.

проф. М.В. Желнова
Вводные замечания

Семинарская Лекция для аспирантов БиБи №8 из части I раздела 2, посвященного науке, научному и научности сегодня. Проблема научного. Это 2007 год, 29 января. Слушаем курс философских проблем естествознания XXI века.

Был у нас раздел 1, естественно, что такое философия, какие проблемы рассматривает, что из себя представляет. Раздел 2 был посвящен тому, что называется наукой, научным и научностью. И по этому разделу у нас было уже две лекции. Одна посвящена тому, что такое наука в общем, и вторая посвящена тому, что такое так называемая научность, наше общее представление о каком-то уровне, высоком, мировом и т.д. Ну а по логике вещей, хотите вы или не хотите, очевидно, есть что-то средне-промежуточное.
Лекция № 8 (2006-2007)

Часть1: Философия науки XXI века.



Раздел6.


О сущности научного и иллюзиях образования. Мифологичность научного и научное мифологического. (Хабермас-Данто, Рорти-Бодрийяр)

Вопросы:
1. Проблема научного как промежуточного между наукой в общем и научностью как целого. Двусторонность научного. Здравый смысл и матемы. Дискуссии о научности и научном в науке. Постеоплатенизирующее гегелианство XXI века о модели научного.

Юрген Хабермас. Иллюзии образования (Хабермас) как феномен бытия.
2. Саморазвитие конкретности научного как материально-идеального средства достижения сегодняшней эпистемически–трансцендентальной относительной локальной истины. Собственно научное. Здравый смысл и научное в общем. Лектен, гносис, символ. Двусторонность саморазвития научного и проблема возможности управления им. Дискуссии о науке научности. Постнеоаристотелизируещее ницшеанство о модели научного (Артур Данто). Вид архитектуры организма, ориентированного на эстетику воли к власти.

Образование иллюзий (Данто) как проблема обработки языка.
3. Самотворение конкретности научного как преодоление идола единственного и решающего средства для достижения истины. Ситуационно-фантастическое научное вцелом. Двусторонность самотворчества научного и проблема возможности управления им. Постнеокартезианствующее хайдеггерианство XXI века о модели научного (Ричард Рорти).

Мифологичность научного как самотворение планетарности техники.
4. Самотворчество конкретности научного как кризис попыток опереться на научную истину исключительно естествознания. Двустороность самотворения научного и проблема возможности управления им. Постнеокартезианствующее попперианство XXI века о модели научного (Жан Бодрийяр). Прагматическое научное в целом.

Научность мифологического (Бодрийяр) как новый метафизический предмет философии.
5. Понимание двусторонности научного как средства достижения счастья идентичности будущих успехов человечества. Противоречивость смазанности двух процессов: первый – роста значения социально-юридического сознания гуманитариев, а второй – всеразрушающей силе промышленного производства техники (посредника между человеком и природой, питающегося идеалами матемы, числа и величины, т.е. количество противоположность качеству).

Субъективизация объективизма, а точнее потеря прежней объективности. Дискуссии по поводу идеи, что XXI век пойдет в обратном направлении: от объективизма к субъективизму.

Литература

к лекции № 8 аспирантов фак. БИ и БИ

О сущности научного и иллюзиях образования.

Мифологичность научного и научное мифологического.

(Хабермас-Данто, Рорти-Бодрийяр)

Учебно-справочная:

  1. Канке Андрей Викторович. Философия. Исторический и систематический курс. Учебник для Вузов.- Изд. 5-е, перераб. и доп. - М.:Логос, 2006.

  2. Философия науки. Общий курс. Под. ред. С.А. Лебедева. Серия Гаудеамус. Учебное пособие. М.:Академический проспект, 2007

Дополнительная:

  1. Хабермас Юрген (р. 1929 г). В кн.: Философия Науки. Хрестоматия. 2006

  2. Данто Артур (р. 1939 г). В кн.: Философия Ницше. М.:Наука, 2004

  3. Рорти Ричард (р. 1931 г). В кн.: Философия Науки. Хрестоматия. 2006, с. 423-429

  4. Бодрийяр Жан (1932-2007 гг). Фрагменты и фракталы. // В кн.: Пароли. От фрагмента к фрагменту /2001/. Екатеринбург:У-фактуре, 2006, с.101-117

  5. Гуссерль Эдмонд. Идеи феноменологии. 5 лекций /1907/. СПб:Гуманитарная академия, 2006

  6. Уилсон Стивен. Искусство и наука как культурные действия. Логос №4 (55), 2006, с.112-126

  7. Смирнов Владимир Александрович. (1931-1996 гг). Генетический метод построения научной теории. Карл Поппер прав: диалектическая логика невозможна. // В кн.: Философия Науки. Хрестоматия. 2006, с.430-436

  8. Миронов Владимр Васильевич. Сциентизм и антисциентизм в философии. // В кн.: Миронов В.В. Философия и метаморфозы культуры. М.:Современная тетрадь, 2005, с.75-132

Последняя, тёпленькая, пахнущая типографской краской.

  1. Философия науки: проблемы и перспектривы. Материалы круглого стола. Вопросы философии, 2006, №10, с.1-54

  2. Крушанов Александр Андреевич. Ситуации предстандарта в динамике научног познания. Вопросы философии, 2006, №8, с.54-66


Основная цель

Сегодняшняя лекция будет состоять, по крайней мере, в следующем:

(Она, в принципе, вытекает из предыдущих лекций)



Во-первых, я постараюсь все-таки выделить, чем же отличается понятие научного от науки и научности, потому что только такое разделение позволяет нам решить многие вопросы, которые при иной постановке вопроса, без разведения этих понятий, просто не удается не только решить, а даже серьезно поставить. Хотя, следует сразу сказать, что хорошая постановка вопроса – это уже по сути наполовину и решение данной проблемы. Потому что здесь мы тоже сталкиваемся, как и везде в предыдущем, что мы работаем гле-то всегда посрединке. А мы часто в своей детской непосредственности или скатываемся к здравому смыслу, или витаем в облаках фантастики и прожектов будущего.

А во-вторых, я все-таки должен как-то подвести маленький итог по поводу завершения второго раздела, посвященного науке, а заодно и всей части первой, с которой мы с вами сегодня расстаемся, а она называлась, напомню, «Философия науки» и, естественно, «Философия и наука».


Вопрос1

Проблема научного как промежуточного между наукой в общем и научностью как целого. Двусторонность научного. Здравый смысл и матемы. Дискуссии о научности и научном в науке. Постеоплатенизирующее гегелианство XXI века о модели научного. Юрген Хабермас.

Иллюзии образования (Хабермас) как феномен бытия.

В самом деле, что такое научное? Конечно, оно выходит за пределы направленности материала лекционного, но я не могу не привлекать уже материал, который мы получаем на семинарах, а именно, мы с вами уже преодолели два кусочка главы полторы из Поппера. Ну и если посмотреть, то опять, к чему все сводится? Сводится все к тому, что




Проблема Науки, Научности и Научного
проблема и науки, и научности, и научного возможна только потому, что гении философской мысли разделили мир надвое, т.е. хотите вы или не хотите, а вы живете в мире платоновских идей и вам хочется все-таки видеть, что есть где-то вне вас реальность, которую вы называете объективной, а вы какой-то субъект. А лучше всего представить, что действительно, в


Мир Платоновских идей.

Мир, разделенный надвое
мире есть какие-то истины, настоящие, что-то объективное, познав которые, я сделаю мир для себя приятным, удобным и т.д. И это величайшая идея, идущая от Сократа, что я знаю, что ничего не знаю, и на этом построена вся западная европейская культура в противоположность восточной, которая не признает разделения на два мира, которая сливает себя с окружающим миром, тем самым она как бы преодолевает все наши сложные проблемы, но, конечно, там возникают у них собственные проблемы. Но мы должны исходить из того, что мы живем в этом мире, и у нас есть образ обоснованного знания, которое где-то есть – матема, мы говорили.


Здравый смысл,

Величина, Число, Матема
И чаще всего нам хочется его связать с постижением – в античности это было число, а не величина, хочу подчеркнуть. И, конечно, чаще всего – и в античности, и в средние века, и в Возрождение, и даже в значительной степени в Новое время – люди любили заниматься или тем, что я сейчас могу ситуационно показать, сделать, называя это наукой, или наоборот податься в высшие какие-то идейные похождения. Вот этой-то проблеме мы и должны посвятить свое внимание.


Опыт, рассудок, разум.

Средненькое Научное
Научное, никуда вы не денетесь от, казалось бы, примитивной и простой постановки вопроса Кантом, что все равно есть эмпирический какой-то у нас опыт, есть рассудок и есть разум, а мы живем, хотя ближе нам, казалось бы, эмпирическое, но все-таки мы над ним хотим подняться. И вот тут возникает то средненькое научное. Ну а в чем же тут основная постановка вопроса сегодня, потому что мы должны понять, платонизм преодолел Гегель, нарисовав нам огромную картину движения логической мысли, к которой только нужно присоединиться, и все станет ясно, но на эту странную концепцию, конечно, напали, и ее разнесли в пух и прах.

Я уж не говорю о других, но в наше время этой проблемой особенно занимался Юрген Хабермас. Мы уже сталкивались с ним. И вообще, я так строю объяснение, чтобы 12 основных философов, вокруг которых мы вертимся, не потому что они единственные, а потому что нужно какую-то опору иметь, чтобы хоть уж этих вы подумали, что они из себя представляют. Я напомню, что Юрген Хабермас 29го года (где-то ему 77-78 лет), он считается еще молодым, и, главное, мы занимается, что важно подчеркнуть, может быть, и в возрасте, но живыми философами, которые сегодня должны жить, и должны выходить каждый какой-то период их труды. Его [Хабермаса] идея очень проста. Он выходец из, так называемой, Франкфуртской школы, хотя он себя к ней не причисляет. Это была такая школа в Германии во Франкфурте до Второй мировой войны, а на самом деле, до прихода Гитлера к власти, потом они все разбежались по миру, поскольку их разогнали. А идея была такая, что у нас тут марксизм в России, а они найдут аутентичный марксизм, который восходит к самому Марксу. Идея простая: Маркс, конечно, нажимал на экономику, но к этому не сводится; теперь негативная диалектика пробивает себе дорогу. Что это такое? Ну, раньше примитивный марксизм о чем говорит? Он говорит, что есть классы и всегда были, а, главное, есть класс буржуазия и пролетариат. Он был гегемон. А теперь противоречие есть, все разрывается. А носителя этих противоречий, который бы это ввел, нет. Значит, диалектика такая: вот, все разваливается, противоречия, а вывести – некому из этого состояния. Как раньше было? – а пролетариат установит диктатуру и все сделает. Вот пролетариат установил у нас диктатуру, все сделал, а результат – это мы с вами. Ну, что есть, то ничего не поделаешь. Почему-то другие страны по этому пути идти пока не хотят. Они хотят социального и т.д. Вот он выразил эту идею уже после войны. Он уже относительно молодой, и вот это осталось там, сражался против советских войск. Ну, сейчас это совсем по-другому воспринимается. А его идея такая, что Маркса надо преодолеть, особенно в его понимании теории познания и всего прочего. Маркс на экономику, занимался все время по сути познанием.




Экономика решает все? – Нет, все решает Интерес!
Вот, познайте: экономика решает все – дудки! Это глупость – на самом деле все наоборот, решает интерес. И марксизм нужно отвергнуть, и он сам себя отверг, потому что он забыл про интересы людей, а они совсем не совпадают с тем, чтобы получить прибыль и повысить свое потребление каких-нибудь хороших вещей. Он иной человек. Надо искать решение всех проблем не в оформленных институционально в рамках общества, каких-то образованиях, а вне них. Значит, кто может сдвинуть?!


Идеи рождаются «на кухне», а не в институтах – институты дают лишь Направление
Решаются проблемы не в научных учреждениях – научные учреждения разрабатывают только направления, если созрела идея, а идеи рождаются и революционные изменения вне них, на кухне рождается ваше будущее. Если рассмотреть интерес, то можно обнаружить, так называемую, коммуникативную рациональность – это, якобы, внутри вас не просто ужиться вместе, а есть где-то идущее чуть ли не из биологии, из организма, отличие от животных - уметь договариваться друг с другом.


«Незаконченный проект»
Хабермас наследник идей Просвещения. «Незаконченный проект», назвал он, надо его реализовать. И поэтому не надо говорить о стандартах научности и научного, которые обычно предлагают объективное выделить без субъективного, достижение и так далее. Нет, с его точки зрения везде в любой сфере свои критерии научного и научности, и, прежде всего, вот в этой промежуточной сфере вне тех сфер, где, собственно считается, что делается наука, и выступают ученые от науки, которые, якобы, что-то могут сказать общее. Большие ученые, если они не глупые, как позволяет себе такие выражения Юрген Хабермас, то они никогда не будут вам советовать что-нибудь за пределами собственных исследований. Мало ли, кто открыл Сенантропа, мало ли, кто в какой-то сфере достиг каких-то величайших успехов. И слава Богу! Но он вышел за пределы своего специального предмета, и он уже нуль, он ничего не может посоветовать. Все решается по-другому. Поэтому, надо идеалы и нормы науки, пишет Хабермас, понимать в контексте фундаментальных аспектов человеческой деятельности.


Науки:

Эмпирико-Аналитические (Реконструктивные) и

Историко-Герменевтические (Понимающие,

об обществе)
А главное разделение науки, оказывается, идет, мы теперь можем сказать, по линии отличия естественных и гуманитарных наук. Есть эмпирико-аналитические науки и историко-герменевтические науки. Одни пытаются все объяснить с прибавлением понимания, учетом достижения, а другие пытаются понять главное, ну а объяснить иногда не удается. Отсюда деление: есть реконструктивные науки – эмпирико-аналитические – насколько я понимаю, вы к ним относитесь, и понимающие науки об обществе, это другие. Но дело в том, что они пересекаются, и здесь ничего не поделаешь. Значит, мы все время что-то интерпретируем, пытаемся что-то объективно понять, у нас есть какие-то внутренние предпосылки для интерпретации, он здесь как-то решает проблему присутствия до самого процесса познания и выделяет три основных признака, характеризующих науку: это всегда есть какое-то критическое содержание, не просто содержание, а критическое – вы что-то эмпирически получаете, перерабатываете критически, потом теоретическое знание носит конструктивную роль - вы пытаетесь на основе этого содержания критического придумать какие-нибудь конструкты, которые позволяют вам что-то такое реально сделать, а потом у вас, конечно, уже тогда трансцендентальное такое обоснование появляется, когда вы хотите это сплести в общие какие-то рамки, называете вот это наука, не наука и так далее. На самом деле, это развитие идей постнео Платона и Гегеля, только в виде преодоления марксистских концепций о науки, которые не могли отделаться от этого всего, потому что они все-таки гегелианские в конце, вот строили это общество, где наука – такая великая сила, оперевшись на которую, мы сможем построить лучшее общество. И главным образом, это нужно уметь считать и использовать данные естественных наук для преобразования мира. С точки зрения Юргена Хабермаса, все эти признаки науки все имеют – и всё имеет – только гипотетический статус – так он говорил. Ну а отсюда он делает очень интересные выводы, а именно, что человечество и наше общество должно решить, прежде всего, и по-новому понять идею просвещения и образования.


Иллюзии образования
А тут, с его точки зрения, сплошные иллюзии – его нет, его надо создавать, а оно не получается. Когда вы слышите, что выделяют большие средства на (как во всех программах у нас сейчас, и, действительно, выделили, но не такие большие, хотя большие) образование, на здравоохранение и экологические проблемы, то, согласно Хабермасу, люди не понимают, что речь совсем о другом должна идти – это там о евгенике, а здесь не понимают, что это совсем не для людей делается, которые работают. Грубо говоря, вы учитесь здесь, и на вас тратятся деньги совсем не потому, что кто-то думает о том, как вы устроите свою жизнь, что вам помочь, что вам сделать. Общество не может жить, не передавая опыт и практические навыки от поколения к поколению. Потому что, если я, скажем там, депутат Думы и получаю по двести тысяч рублем в месяц, я не смогу их получить, если вас не будет, которые буду сидеть с конспектами, которые посвятят свою жизнь, потому что вот это обязательно, так же и здравоохранение. Да не то, что «Ах, какие вы бедненькие, у вас не хватает лечиться»! Но если вас не будет, которые откуда я себе возьму деньги, если вы не будете работать, у кого отнимать?! – Непонятно. И дальше, и экология тоже. Да я там на своем шоссе, в Одинцово, где-то могу найти местечко, где мне будет хорошо. Но, в принципе-то, все отравляется. Мне тоже, в конце концов, этот мир такой не нужен и, тем более, в перспективе. Значит, это не альтруизм, а это жесткая необходимость. Вот когда пришли сведения, что два миллиона людей в год исчезает, причем, сильный же очень аргумент - два миллиона исчезает, база становится меньше, значит у вас с каждыми двумя миллионами, воспроизводящая база меньше, меньше, меньше. Вы не заметите, как вы с этой маленькой базы даже столько не можете получить, вообще ничего. То есть, это жестка постановка. Также в образовании. Хабермас критикует образование, вот его общая постановка: это все иллюзии. Как организовать это образование, чтобы действительно сочетать, к тому же, опыт прошлый, но не очень консервативный. Нужно как-то делать. Он ставит вопрос: образование иллюзий. С его точки зрения, Хабермаса, образование идет мимо всех институциональных учреждений. Как? – это другой вопрос.

Вопрос2

Саморазвитие конкретности научного как материально-идеального средства достижения сегодняшней эпистемически–трансцендентальной относительной локальной истины. Собственно научное. Здравый смысл и научное в общем. Лектен, гносис, символ. Двусторонность саморазвития научного и проблема возможности управления им. Дискуссии о науке научности. Постнеоаристотелизируещее ницшеанство о модели научного (Артур Данто). Вид архитектуры организма, ориентированного на эстетику воли к власти.

Образование иллюзий (Данто) как проблема обработки языка.

А теперь саморазвитие конкретности всесторонности научного. Но ведь я же должен как-то это преобразовывать сознательно, я ставлю себе какие-то задачи. А что я могу сказать? Я могу просто говорить о научном как о чем-то идеальном? Я сознательно хочу понять, что происходит, управлять хочу, указы хочу издавать.




Объективное, Материальное, Сознательное,

процесс Отчуждения
Но опять получается, что на современном этапе нельзя развивать то, что мы называем «выявить объективное» все-таки в какой-то степени сознательно, если я совершенно не буду связываться с материальным. Значит, у меня должно быть все-таки сознательное, но оно должно сочетаться с этим процессом отчуждения, я должен сделать, что-то реализовать, потом опять опыт освоить и далее. И у меня образование должно быть таким же. И я должен понять, что же у меня получается, а получается очень интересная концепция: если в институтах не может появиться новых идей, то где же они появляются?


Идеи рождают те, кто выпал из институтов
Ну, я понимаю, что вы как раз представители институционного образования, а с точки зрения достижения других, которая идет уже в разрезе Аристотеля, Ницше, которые опираются на индивидуальность, с их точки зрения, схема приблизительно в XXI веке складывается следующая: идеи рождают те, кто выпал по тем или иным причинам из институтов, направлений организованного образования – там рождаются идеи. Вот случай, так пошло, это есть. А потом, действительно, если идея, и на эту идею садится капитал, и строят какую-то программу для того, чтобы получить прибыль, например, вот сегодня опубликовано в ведомости, вот есть такой предприниматель, может, вы слыхали, такой Олег Дерипаско, который финансирует, я не знаю кого, и имеете ли вы отношение к этому, я не знаю. Но по сути он говорит: да, он финансирует, совсем не такие благие цели, а он купил все заведомо будущие лицензии на выработанные результаты, и все: значит, вы работаете, достигаете, а потом уже то, что вы сделаете, берут на себя труд закрепить это патентами, но результат – это собственность того, кто дал деньги. И логично! А зачем мне вам давать деньги? – и вот тогда я, конечно, как предприниматель, крупно рискую. А вы возьмете и ничего не создадите, профукаете все деньги в течение трех-пяти лет, а у меня ничего не будет. А нет, я рискую, но, извините – это идея предпринимателя – я рискую по-крупному! Но если мне удастся, если на этой основе я смогу получить потом лекарство, лечить, продлить жизнь людям, - там у меня возникает столько предпринимательских возможностей! А тогда надо посмотреть, что же реально-то: новые иллюзии возникают, образование такое, а оно не может теперь развиваться без вливания постороннего капитала, преследующего другие совсем цели. Как быть? Мне очень приятно, и у нас тут ректор говорил, что мы занимаем позицию такую, что надо фундаментально, не надо поддаваться на эти частные вложения и т.д. – нет, ничего не поделаешь, наука так развивается, вы в это включены, и никуда вы от этого деться не можете. А поэтому получается, что этот процесс и рождает огромное количество иллюзий, он рождает иллюзию, что вы участвуете в чисто-научном предприятии, скажем, что вы участвуете в образовании, которое передается сознательно другим людям, вы достигнете и принесете пользу, а на самом деле, надо все-таки это скорректировать. И поэтому нам ректор четко уже определил: нет таких университетов, которые наполовину хотя бы не находили бы средств для самофинансирования. Государство такие расходы не тянет, а, хотите - не хотите, живите в этом мире. У вас возникают новые иллюзии. Что? Как? Почему?


Архитектурное Решение научных вопросов
Вот этим Данто Артур занимался, я вам приводил этот пример – знаменитый пример архитектурного решения научных всех вопросов, эстетического; он ницшеанец, воля к власти – все это есть. Помните, я вам рассказывал, как где-то император какой-то, в Китае, кажется, наслаждался тем, что приходил в мясную лавку и видел, как тушу разделывают. А вот был один мастер, который вешал тушу и одним ударом ухитрялся ее так расколоть, чтобы она как нужно распалась, рассеклась, одним ударом – искусство! А потом он говорил: а вот если я так могу все проанализировать, а потом обратно соединить, вот это и есть критерий мой для того, как в науке мне нужно делать. Вот могу я так разделать – это Аристотелевский опять такой подход эмпирический, или ницшеанство, опирающееся на самоорганизующиеся системы. Кстати говоря, это очень модно сейчас.


Самоорганизующиеся Системы,

Сила воли,

Организм
В прошлый раз мы говорили об этом, но вы не обратили, наверное, внимания, что Ницше-то вы воспринимаете, как какого-то там к воле вообще, а на самом деле основа исходная – это что? - самоорганизующееся органическое какое-то образование. А что оно из себя представляет – идея-то, сила воли-то где? – в организме, в теле, в соме, а это, извините, а вы где-то тут болтаетесь, на этом уровне. Это такое тоже есть. Ну а если так, то получается, что на самом-то деле мы много говорим, ищем слова, символы, чтобы выразить этот процесс, а пока, согласно Данто, мы никак не можем сдвинуться. На самом деле, как говориться, когда мы пытаемся понять, что же мы сознательно можем, когда развиваются научные средства, то мы толком не знаем, что все слова, слова и символы.


Где критерий сознательного?
А на самом деле, как я могу решить эту проблему, где у меня критерий сознательного? Все направлено против ваших взглядов, что есть истина, она в естествознании, что это и есть только истина, другой истины нет, что надо количественно все сделать, и вот если я все решу и получу все, что мне надо.


Не МЕТОДЫ, а ПРЕДМЕТ различает эмпирико-аналитические и историко-герменевтические науки
А суть-то состоит в том, что, в принципе-то, чем отличаются эти все эмпирико-аналитические науки от историко-герменевтических? Не методами, а предмет у них разный. Все заключается в следующем: ваши эмпирико-аналитические науки (видите, они как названы, потому что раньше все физика, физика, а теперь и биология сюда попадает), ваш предмет по сравнению с жизнью человека изменяется значительно медленнее, чем социальные. У нас тут прошло общество, другое, третье. Да, я буду трактовать, у меня нет выделенного предмета, который существует по сравнению с моим существованием, ну, сколько живет человек – 70-80 лет, это дай бог, среднестатистический сколько живет мужчина? – пятьдесят семь и четыре десятых, а пенсия с шестидесяти, так что берегите мужчин. И что же получается? За этот период, ну а законы, которые в биологии изучает, он дольше, там вы вообще считаете, что клетки бессмертны, размножаются, а природа, которую физики изучают, ну хоть ее и нет, природы этой, звездного неба нет, все это какие-то отражения, столько световых лет, никто не знает, где там что находится, но все-таки солнышко мы видим, луну, можно влезть туда на луну. Ничего там нет – только предмет. Но нельзя закономерности, представления, выясненные на предмете, который по сравнению с вашей жизнью изменяется настолько медленно, что этим можно как бы пренебречь, нельзя переносить ни результаты, ни методы на вашу жизнь. Но вас-то, простите, не интересует луна, видали вы эту луну в гробу. Меня интересует моя жизнь, мне, конечно, приятно посмотреть, какие там будут образовываться кристаллики, как там будет расти что-нибудь в невесомости, но это мне нужно. Говорят, будут жить на Луне. Я лично на Луну пока не хочу никак, мне здесь вот нужно. Отсюда получаются противоречия и иллюзии. Как их решать? Он ставит эти вопросы, и мы их решить так вот просто и не можем.
Вопрос3

Самотворение конкретности научного как преодоление идола единственного и решающего средства для достижения истины. Ситуационно-фантастическое научное в целом. Двусторонность самотворчества научного и проблема возможности управления им. Постнеокартезианствующее хайдеггерианство XXI века о модели научного (Ричард Рорти).

Мифологичность научного как самотворение планетарности техники.

Самотворение! На самом деле, вспомните схему: все эти три вопроса – второй, третий, четвертый у нас как идут? – сознательное, и как оно отчуждается. Значит, это второй у нас раздельчик и пятый. А теперь мы начинаем смотреть сразу куда-то. Вот в этом «посерединке» мы чувствуем, что в нем происходит самотворение. До этого я развитие немножко изменяю, все рассуждения были такие эмпирически-приземленные, немножко изменяются, а общие закономерности – нет. А сейчас, как всегда, мы хотим посмотреть вперед. А дело в том, что – уже мы об этом говорили – идея естественной науки математической, которая все даст, она существует, она активна, но она выдыхается. Уже можно говорить, и, я думаю, должно вас немножечко радовать, что, в принципе, уже серьезно начинают говорить о том, что пальма первенства в науке как лидера переходит к биологическим системам. Но где-то как-то важна и другая сфера: человек хочет жить, мы должны сохранить человека. Как? Что? Почему?




ИДОЛ исчезает!

Ситуационно-Фантастическое Научное
Значит, идол исчезает, но если он сдвинулся и начинает по отношению к физике исчезать, то надо понимать, что он уже посерединке и он не такой абсолютный, и уже тут я могу нафантазировать что угодно, и что будет в будущем, я тоже не могу сказать. Поэтому есть такое ситуационно-фантастическое научное. Я расскажу вам, что мы все будем жить по сто лет, сто пятьдесят-двести-триста-четыреста-пятьсот-восемьсот лет, представляете, каждый из вас живет, как Мафусаил, по шестьсот-семьсот лет. Да, я это могу. Ближайшая ситуационная цель мне ясна. По каким-то причинам люди хотят жить подольше, но, во-первых, они хотят жить подольше активном состоянии, а не просто вегетативно существовать, а во-вторых, вы представляете, что вы бы знали, что вы будете жить до шестисот лет! У вас же все разваливается, у вас иллюзии совершенно дикие появляются. Вы перестали быть чем-то похожими на то, что раньше. Позвольте, а где моя молодость, где у меня старость, где средний период, если я пятьсот-шестьсот лет живу? Тут целая проблема возникает: а нужно ли жить столько? Окажется, что без конца можно жить. Вот в чем идея.


Двусторонность Самотворения Научного, Проблема Управления им.
И поэтому должен занимать меня вопрос; а как же управлять этим и предыдущим? Как управлять тем и двусторонность этого самотворения научного? Как вот мне управлять, могу я? В том-то и дело, что идут дискуссии о научном науки, и наоборот, создаются


Научное Науки и Науки о Научном

Где

Критерий Научного?
науки о научном. Но какая же чепуха. А нет, почему? Выдвигается ряд таких идей. А откуда вы берете: это научно, это ненаучно. Вот, например, беседую я с одним из вас, ну и говорю, что я ничего не понимаю, не могу понять, в чем различие между биоинженерией и молекулярной генетикой, взял бы лучше книжки. А мне кто-то из вас и говорит: видел я эти книги – нет, это не научно, а вот у нас лежит там книга какая-то – вот это научно. Но позвольте, а почему? Где критерий? Критериев-то нет, потому что нельзя сказать: «Вот это наука, а это не наука». Вот в чем проблема-то! И как тогда управлять?! Опять сталкиваемся с проблемами картезианства и хайдеггерианства.


Эпистемологический Бихевиоризм и Прагматизм Ричарда Рорти

Зеркальная Метафора

Без Человека ИСТИНЫ нет
И этим занимался Ричард Рорти – научным. Его концепция называется эпистемологический бихевиоризм прагматизм или бихевиоризматический. Значит, идея такая: на самом деле, опять ушки выглядывают биологического – поведенческое что-то, а на чем оно основано? – прагматическое. Как ведет себя что-то, так и надо строить наши представления о знании. И он придумал и написал книгу, идея которой о зеркале природы. Зеркальная метафора над вами господствует и вас, как ученых, уничтожает. А что такое зеркальная метафора? А у вас сидит в голове глупое представление, что вы, как в зеркале, отражаете природу в какой-то внешний мир. Ничего подобного нет, потому что никакой природы нет! Вы обязательно соединяете – без вас нельзя, без человека истины нет! Вот, в чем проблема. И Платончик у нас заблуждался! И тогда получается, вы как-то по-другому надо смотреть, наверное: из своего поведения прагматически, надо выдвинуть такую инструменталисткую доктрину – я достигаю каких-то результатов, значит, это и нужно.


Солидарность через Дискуссии

«Картезианский Театр»
А на самом деле познание идет в совсем другом направлении. Надо заниматься политикой, культурой – то вернее, чем отдельное, что вы что-то отражаете. А цель ученого – это создание более интересной теории и солидарность в научном сообществе через дискуссии. А везде господствует, как говорит Рорти, «картезианский театр». То, что вы приходите и на самом деле, вам еще надо доказать, чем вы занимаетесь. Вы приходите на симпозиум, на спектакль приходите, в театр: один выступает актер, другой подыгрывает. Сейчас и в театре тоже нет сцены, считается, что это устарело, нет вашего зрителя. Какие идеи Васильева, новые театры, манеж, и артисты к вам ходят, и вы вылезаете, все перемешивается, и вы реально начинаете участвовать. Идея-то та же. А где это было?


«Dubito ergo sum»
А это Декарт был основной, противопоставлял, но он разум возвеличивал, помните «Dubito ergo sum»? А природа-то, конечно есть. Но это раннее, простите, было-то когда? А Хайдеггер четко показал, что никакой реальности, скажем, биологически и физически нет. Вы посмотрите даже на объявления ваших конгрессов! Вы проходите мимо, а я читаю. Академик такой-то, «Описание картин мира». Это хайдеггеровский термин, оттуда идет.


Реальность

Картины Мира
Простите, вы описываете реальность или нет? – я описываю картины мира; биологическую картину миру, физическую картину мира и другую. Значит, всякие картины мира. Так что же, я живу в этих картинках?! Да, ну и чего? Картинка мира есть у вас у каждого жизненная – слайдик какой-то, как у вас жизнь пройдет. Ну и, конечно, помните, я говорил, что ваши планы и представления о будущем известно характеризуются выражением: «Если хочешь насмешить бога, расскажи ему о своих планах» Вот он будет смеяться. Вот идет у нас такой процесс. Ну и что? А вывод-то у нас какой? Пардон, а вы, простите, раньше-то кричали о научности. Где критерий-то? Критерий был: я объективную истину схвачу, ее использую и преобразую мир. Этим, вы говорили, я отличаюсь от всяких мифов, религий, которые смешивают и не могут мне показать эту объективную от меня не зависимую истину. Позвольте, а если я занимаюсь картинками мира, если я отказался от театра картезианского, который играет всеми, бирюлечки такие – я могу их составлять, как хочу, если я преодолел зеркального виртуала, то, что получается? А где критерий? Почему научное не становится мифологичным?


«Научно-коронованная ведьма»

Мифологичность Научного как Самотворение Планетарности Техники
И вы видите – у нас есть выступления многих ученых о том, что мы часто теряем, но «научно коронованная ведьма» дает нам какие-то в газете советы. Что значит «научно коронованная»? Потом выясняется, что все-таки знахарцы. А почему? А потом есть огромное количество открытий в любой сфере: открыли, а понять не можем! Вот физики не могут понять, что такое Планковая механика – это называется феноменологическая наука – пользуются, а понять не могут, почему так работает. У вас тоже так может быть – вот открыли, а объяснить не могут. Может так быть? Может. Из двух ложных выводов можно сделать один правильный (как я туда дошел?). Все может быть. И такой анекдот есть: где и как лечатся сами врачи на высшем уровне хирургов и директоров научно-исследовательских институтов по онкологии? – у знахарей. Значит, вы встречаетесь с этим, пи у вас тоже – вы где-то иногда теряете этот момент. А потому что планетарность такая техники преобразует мир, и старые грани переделываются, сама по себе наука не может ничего сделать, она должна вклиниться в технику, что-то материально преобразовать, а потом люди увидят, что она реально дает. Поэтому тоже сдвигается наше представление о всем. И как управлять этим процессом? Человечество не придумало, и, я думаю, не может придумать, потому что в этом суть человеческой жизни – всегда риск, на грани, новое. Вы потому и человек, что вы взяли и противопоставили себя природе, и сказали: «Ты, мерзкая природа, а я лучше тебя, я тебя переделаю, и все будет, как я хочу!». Вот он сейчас и переделывает. А говориться, что риск всегда благородное дело. Да, но и потери большие.
Вопрос4

Самотворчество конкретности научного как кризис попыток опереться на научную истину исключительно естествознания. Двустороность самотворения научного и проблема возможности управления им. Постнеокартезианствующее попперианство XXI века о модели научного (Жан Бодрийяр). Прагматическое научное в целом.

Научность мифологического (Бодрийяр) как новый метафизический предмет философии.

Наконец, далее идет у нас про самотворчество конкретности научного как кризиса попыток опереться только на научное, как истину. Тут, конечно, научное у нас средненькое. Что можем сказать? Это на уровне сома человека, тела, на уровне того омниснившегося, которые вы так не любите. Вот вы сделали, а потом что-то пошло, и вы не можете это остановить. Как рождается шампанское? Забыли бутылку, а она начала киснуть, а потом как-то прекратили. А тысячи литров испортили. А вот вы прекратили на каком-то этапе – вот, что-то получилось, тогда можно что-то делать.




Самотворчество

Не Техника, а Технология
Но само творить – это уже не только техника, а технология, и вы тоже должны это иметь в виду, у вас такие процессы в руках оказываются, которыми надо уметь управлять.


Жан Бодрийяр

Научность Мифологического
Симулякры
Виртуальная Гиперреальность
Вот этим занимается Жан Бодрийяр. Он предложил нам другую концепцию, он считает, что вообще мы давно перешли к представлению о мире, как о мифе, мифологическом. Вы живете в мифах. Помните, я вам говорил о знаменитых его симулякрах? Все вы симулякры, вы живете в какой-то виртуальной гиперреальности – на самом деле ничего этого нет! А что делать?! Да, это интересно, между прочим, и надо науку понимать именно в такой мысли. Теперь, если говорить о науках, нужно пересмотреть вообще предметы философии, науки. А совсем наука о другом будет. О чем? – не знают.


Фрагмент

и

Фрактал
Вот он и предлагает вам «фрагмент и фрактал». Что вам это говорит? А мы живем в новом каком-то мире (т.е. вы прочтете, что он пишет, а мы это будем и на семинаре читать и изучать), это совсем по-другому, для него этот мир, все эти предметы потребления – это все фикции. А вы тоже оказываетесь в виртуальной реальности: не только вы в виртуальном мире, когда вы смотрите на монитор компьютера - вы там живете, вам кино показывают там, Гарри Поттер, да? Гриша Горшков, на самом деле-то он. А что, живете? Какие-то фильмы показывают – это ладно. Но и в науке тоже, это, оказывается, не только там виртуальная реальность, а вы, скажем, не зная паролей настоящих или хотя бы что-то, могущее понять, вы и в другом человеке – он для вас предстает такой же виртуальной реальностью, он для вас тоже симулякр, и вы симулякр. И вы пользуетесь всякими приспособлениями, чтобы как-то это фиксировать. Но он признает, когда человек наблюдает современное телевидение, с этой всей, с его точки зрения, ерундой, которую там показывают, симулякры. А он говорит, что это очень хорошо. На самом деле, это есть, это вид наркотических средств, т.е человек может пить, может наркотики принимать, а это такое успокаивающее наркотическое средство, средненькое придумали. Вот он весь день в симулякрах сидел, потом пришел, а ему новенькие показывают: симулякр успокаивающий, все должно кончится хорошо. А потом телевизор всем хорош - если что-нибудь страшненькое, можно выключить. Выключил, потом посидел и подумал: «Нет, а все-таки интересно». И кровь, кровь должна быть. Матрицу вы, наверное, все видели?! Кто там сражается – японцы, не японцы. Короче вы живете в таком мире научности мифологического. Да оно входит, оказывается, не миф вошел в вашу, только в научное, как вы живете и работаете, а он и в мифологию, наше представление о мире - тоже, мы считаем, что наука нам…. Вы оказываетесь тоже в таком – мифологическое-то научно, теперь нельзя никуда сунуться, любой, кто вам предложит, - все на основе науки. Теперь уголовное дело – бандитизм – работает на научной основе, используя технические средства. Есть специальная наука, о наследстве, есть психологический анализ. Никогда ничего не признавайте, во-первых, не вступайте в игру «хороший-плохой следователь», ничего не надо признавать, не идите на компромиссы – меньше получите. Вот научно психология доказала. А эти нам скажут: «Вы заключите с нами договор»! Нет, как только вы что-то признаете, возрастет срок в три раза. Не надо, ведите себя так, как психологи говорят, и можно дурить этих следователей сколько угодно.

Вопрос5

Понимание двусторонности научного как средства достижения счастья идентичности будущих успехов человечества. Противоречивость смазанности двух процессов: первый – роста значения социально-юридического сознания гуманитариев, а второй – всеразрушающей силе промышленного производства техники (посредника между человеком и природой, питающегося идеалами матемы, числа и величины, т.е. количество противоположность качеству). Субъективизация объективизма, а точнее потеря прежней объективности. Дискуссии по поводу идеи, что XXI век пойдет в обратном направлении: от объективизма к субъективизму.

Ну и вывод какой? Есть у нас какое-то научное, которое возникло – не просто наука, которую мы школе проходили (есть ли в школе научное образование – это еще тоже надо подумать, ну что-то мы учили, но наука ли это? – это все только подход). И что же делать?




Двусторонность Научного
Надо понимать, не уходить от этих вопросов, что хочется и что пытаются делать, а идти сюда, потому что все-таки наши будущие успехи как-то естественно связаны с этим моментом, мы его выбросить не можем – это наше достижение, надо понимать реальное место этого. Все-таки оно двусторонне. И на самом деле современных процессов, как мы уже ответили в прошлый раз, сошлись вот эти две линии, которые показал нам Хабермас (общая постановка вопроса): или эмпирико-аналитические науки, или гуманитарно-герменевтические. А чем плоха просто трактовка? Почему мне обязательно надо вычесть какую-то точную величину? А у вас всегда есть возможность: «а где?», «на сколько процентов она строга, точна, эта наука?». Никак не вычислить, а ничего, жить надо. Значит, есть две такие силы: одна – возрастает роль, или точнее она возрождается, наука гуманитарная, а, конечно, существует и из-за промышленного производства укрепляется сила количественно-естественнонаучного сектора, и он часто может казаться превалирующим, но это неизвестно. Потому что и то, и другое только тогда зазвучит, когда пройдет через технику и технологию переделки мира. Достигнете вы результатов? А как вы достигнете только на основе одной техники, если нет человека? Это все сплетается, философия никаких рекомендаций давать не может, она не решает вопросы. Если кто-то скажет, что философия решила вопросы и знает, как надо вести дело – это глупость. Но вот вопрошать постоянно! А философия, по сути, это и есть пребывание, такая неистребимая любовь к пребыванию в противоречиях, трагических, на грани смерти. У людей по-разному: одни думают по чуть-чуть, другие – фундаментально. И каждый преломляет это через себя, и поэтому общее направление, это обсуждается.


XX век и XXI век – нет никаких Сверхконцепций
А все-таки XX век бросил в XXI то, что нет никаких сверхконцепций, а все решается отдельным человеком. А вот как вы каждый на своем месте что решили, вам кто-то скажет, что вас направляли, говорили, что делать – ничего подобного: вот решили вы так, и вцелом сложится. Женщины решили по-своему эту проблему, и нет детишек, маловато. Я слышал выступление кандидата Медведева (и как он только такое сказал?): он сказал, что повысить рождаемость, соблазнить женщину – это только у нас могут, но не в западном цивилизованном обществе, где мотивация совсем другая. Что значит родить? Это же надо остальные и двадцать, и тридцать, и сорок лет, и всю оставшуюся жизнь воспитывать и участвовать. И все это сложно, центральная проблема, но выводы-то какие получаются? Что ж мы не цивилизованные что ли?


Отдельный Человек!
Субъективизация Объективизма
Короче, идет к субъективизации. Излишняя объективизация, попытка объективизировать субъективность в новое время, привела к тому, что сейчас возникает вопрос: идея-то не какая-то общая, какое-то течение, законы природы – человек, этот человек, здесь и теперь, сейчас! Что он творит? Как из него творится вот это, как целое, самотворение, ведущее к совершенно новым правилам игры! К старым можно приспособиться. А у меня старые представления, я играю в карты, у меня на руках тузы, хорошие карты, а вдруг выясняется, что правила игры вчера изменились, а теперь главное «шестерка», а туз – ничто. Как я буду играть? Это постоянно и происходит. А поэтому мы с вами чем занимались? Мы занимались бессмысленностью смыслов бессмысленности, несвоевременностью своевременного, возможностью невозможного, определенностью неопределенного и наоборот все. Такое сочетание у здравого смысла вызывает хохот или хихикание. А, между прочим, вы и живете в таких противоречиях. И состоит философия в том, что мы в этом разбираемся.


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница