Лекция 31 в общем цикле. (Москва, анх, 05 марта 2010 года)




страница4/4
Дата04.06.2016
Размер0.78 Mb.
1   2   3   4

G1…Gk














ЗНАНИЕ












Одна стрелка, другая, и вот третья. Знания могут приходить благодаря коммуникации с другими людьми, которые сообщают нам знания. Знания могут приходить за счет особого механизма рефлексивного отображения – это символизирует стрелка сверху, и, наконец, знания могут извлекаться из нас самих из нашего сознания за счет механизма осознания – и это символизируется левой стрелкой, которая проходит через способности, интериоризированные средства самого человека и табло сознания наружу.

И затем я делаю еще ряд шагов, вводя элементы, прежде всего: исходный материал преобразований; продукт, который мы получаем в каждом акте мыследеятельности. Две стрелки, одна из которых символизирует преобразование. Когда я говорю преобразование, я фиксирую момент искусственный, технический, как бы это мы в акте мыследеятельности превращаем исходный материал в продукт. Вторая стрелочка, идущая внутри материала этих функциональных мест, ее я называю стрелкой превращения. Первая – преобразование, вторая – превращение. Превращение несет в себе момент естественности или самоизменения. Здесь действуют вот эти два процесса, один вынужденный, второй идущий в силу внутренней природы как говорили в конце XV начале XVI века.

Я ставлю теперь еще один символ на преобразование, подчеркивая этим внешний источник этого преобразования, ставлю здесь орудия, средства и расписываю последовательность действий G1, Gk, которые мы производим, осуществляя всякое преобразование. И вот на этом, я могу в первом приближении закончить рисование схемы акта мыследеятельности.

Сразу поясню условия, обстоятельства и механизмы идеализации абстракции, которую я здесь произвожу. Человеческая мыследеятельность принадлежит обществу в целом или различным его подразделениям, таким как сообщества, коллективы и так далее. Мыследеятельность всегда осуществляется не отдельным человеком, а человеком, включенным в общественную социальную структуру. Поэтому реально мы, конечно никогда не имеем с одним актом мыследействования. Мы всегда имеем дело с цепочками, сетями, системами актов, осуществляемых разными людьми. Поэтому я вот так зарисовываю акт мыследействования, и что очень важно, отчеркиваю эту внешнюю рамочку, показывая тем самым замкнутость и автономность акта мыследействования, и в этом смысле я совершаю, конечно же, определенное упрощение. Более того, я провожу акт идеализации, предполагая, что я могу отдельный единичный акт мыследействования вырвать из контекста, и он будет существовать как автономный и отдельный.

Кстати, в чем разница между терминами «единичный» и «отдельный». Слово «отдельный» очень широко использовал Маркс, как раз для фиксации такой процедуры идеализации. Отдельный товар, отдельный капитал. Значит отдельный товар – вещь, как единство потребительской меновой стоимости, вырывается из процесса товарного обмена и кладется как нечто существующее само по себе. Отдельный капитал вырывается из системы взаимодействия капиталов, реализованных в тех или иных производственных системах, и дальше рассматривается в своих внутренних определениях.

Таким образом, порождается очень сложная проблема внешнего и внутреннего, которую я еще буду дальше обсуждать. Точно так же действуют естественные науки. Химия в этом плане более интересна. Она каждый раз закладывает основания структурно-системного анализа и обрабатывает эти приемы. Когда химики создают представление об отдельной молекуле, то эта процедура идеализации, подобная то, которую я произвожу сейчас. На самом деле, отдельной молекулы нет, и не бывает. И в этом принципиальная разница между молекулой и простым телом.

Такого рода идеальная схема и сам акт мыследействования. Реально же существуют, не отдельны акты и это надо четко понимать. Дальше я буду осуществлять процедуру восхождения от абстрактного к конкретному, всем хорошо известную, и рассматривать как отдельный акт мыследействования, входит внутрь сложных цепочек мыследействования в реальной работе отдельного человека. Акт, приписываемый этому человеку, входит в систему действия других людей, и мы будем смотреть, что там при этом происходит.

Второе, я работаю в структурно-функциональном, структурно связном и морфологическом плане не очень пока различая эти вещи. Вот что я делаю. Я рисую человечка, и у вас, естественно, возникает вопрос: определенного человечка или не определенного человечка? Так вроде бы, оказывается, очень трудно ответить на вопрос что я нарисовал, когда я беру это все и кладу действительно материальное образование – человека. Я с этого начинаю, жду, пока он – человек оставит след или контур, а потом, в силу того, что сказал один из слушающих, я даю себе заменить на другого. Мне нужна обобщенная схема, поэтому после того как от него осталась тень я его вынимаю из схемы и оставляю один след.

И вообще-то я так поступаю со всеми элементами. Я беру материальные образования, фиксируемые нами как материальные и морфологические. Я вставляю их внутрь схемы, они оставляют следы, а потом их можно вынуть и оставить только функциональную неопределенность. Должны быть какие-то определенные цели. Каждый раз вот эти образования с определенным артиклем, но потом я их убираю, поскольку мне нужно создать поле для любых замен и я оставляю одни функциональные места. И именно тогда я достигаю той степени общности, которая мне необходима.

Я говорю, что люди могут быть самые разные, но человек, какой-то, обязательно должен быть. Сознание может работать по-разному, но сознание должно быть. Оно может наполняться разными образами, но чтобы был акт мыследействования должно быть обязательно сознание с его интенциональными отношениями. Знания могут быть самыми разными, но они должны быть. И так про все элементы. И тогда моя схема, в конечном счете, оказывается структурно-функциональной.

Акт мыследействования есть определенная система или структура, захватывающая, стягивающая и соединяющая разные материалы. Чтобы произошел акт мыследействования нужно, чтобы был человечек, способный действовать, исходный материал, была установка на получение продукта, были орудия, средства, знания. Нужно, чтобы были осуществлены определенные действия. Знания предполагают знаковую форму, значит должен быть материал знаков, должен быть материал который мы перерабатываем, должен быть материал который мы получим, потому что иначе акта мыследействования не будет, он не завершится. Нужна вот такая машина нашего сознания, удивительная машина с интенциональными отношениями, иначе акт мыследействования не будет произведен. Здесь образ шелковой нитки, которую выпускает из себя шелкопряд. Мы накладываем структуру поверх всех этих организованностей. Здесь получается первичный акт мыследействования. Схема, являющаяся структурно-функциональной со всеми вытекающими отсюда последствиями….

Дальше в ответе на вопрос очень хорошая фраза.



Здесь все элементы, если пользоваться вашим выражением альтернативные. Что я этим хочу сказать. Здесь каждая графема ненавидит все другие, терпеть их всех не может и норовит из этого дела выскочить. Каждая графема.

Итак, я нарисовал структурно-функциональное представление акта мыследействования, но получил я это структурно-функциональное представление объявленным мною методом, то есть, имея определенные морфологические образования, организованности, вещи, в конце концов, тела людей, исходный материал, получаемый продукт. Я их прикладывал сюда в материальном обличии, получал следы от них или места, потом отбрасывал этот материал, но оставлял его представительства в виде определенного места, или определенных связей с другими. Я теперь могу определить каждый элемент по его отношению к другим элементам. Задать набор определенных понятий, язык.

Теперь я говорю очень странную вещь. Я говорю: мыследействование есть категория. Или иначе: на этой схеме, нарисованной мной, я могу задать первую категорию мыследеятельностного цикла. А именно категорию мыследействования. Что значит задать категорию? Это значит, что у меня должен быть определенный язык для описания, и здесь я начал его вам представлять, совершенно своеобразный язык. Вообще-то, здесь пять разных языков: процессуальный, структурно функциональный, язык связей, морфологический, материальный.

Второе, я задаю в одной схеме, в одной системе целое семейство понятий. Я говорю, что материал, это то, что нами в акте мыследействования преобразуется в продукт. Я дал формальное определение материала. Странное определение. В старой логике оно было бы названо круговым, и в этом смысле не удовлетворительным. Эта иллюзия возникала бы из-за того, что я даю функциональное определение. А функциональное определение это всегда определение, указывающее место того или иного образование, относительно других, которые еще тоже не определены. То есть я фактически, ввожу определение, целого семейства понятий через единую схему, через фиксацию функциональных мест, каждого элемента, относительно друг друга. Поэтому я буду формально говорить смешные вещи, но они, одновременно, будут очень точными определениями.

Что такое исходный материал? Это то, что находится в левой нижней клетке этой схемы. А что такое продукт? Это то, что находится в правой нижней клетке. А цели? Это то, что находится в правой верхней клетке.

Я могу задавать определение другим способом. Например, действие – это то, что должен сделать человек, используя определенные знания, чтобы преобразовать исходный материал в продукт. А что такое орудие средства? Это то, что человек использует в этом месте, включает в свои действия, чтобы преобразовать исходный материал в продукт. У меня будет сеть таких взаимоопределений. И очень интересный вопрос: как пользоваться этими взаимоопределениями? Я гляжу на эту сеть и спрашиваю, а где тут средства? А нет тут средств. Средства есть только вот здесь.

А теперь смотрите, как я буду определять вот эти вещи. Смотрите, вот стул. Средство это или нет? Я должен его взять, вложить в структуру мыследействования либо в имитации проверить может ли он работать как средство в том, или ином акте, либо практически это проверить. Если оно работает на этом месте, то я ставлю его на место и скажу – средство. И опять ведь особым образом. Средство ведь оно не само по себе, а только когда работает на этом месте и в этой ситуации, в этом окружении других элементов. Потому что очень трудно проверять системные образования и системные определения.

Представьте себе, что я убрал цель, сделал ее неадекватной. А в результате у меня средства не работают при производстве продукта. И тогда какое же оно средство, если не работает? Но не потому оно не работает, что оно не средство, а потому что я напутал в других функциональных структурах этой схемы.

Кстати, что из этого проистекало, как только мы перешли к системным объектам – исчезла возможность практической проверки этих образований. Потому что если мы хотим что-то проверить, мы должны реализовать это образование в системном окружении и проверить сработает оно или не сработает, а это будет зависеть от точности и полноты этого окружения. Поэтому всякий, кто ошибается в одном элементе, подвергает усомнению всю систему.

Смотрите, я применяю здесь удивительную процедуру работы. В этой категории системы применяю ее к категории деятельности, потому что эта процедура – взять стул, поместить сюда, посмотреть работает ли и сказать, что это есть средство со всеми оговорками – это не обычная процедура теоретического, научного или какого либо иного анализа.

Ну, дальше он возвращается к фокусировкам. Я думаю, что мы на этом остановимся.

Да?
Сорокин К.

А почему же все-таки схема акта деятельности называется структурно функциональной…


Щедровицкий П.Г.

Еще раз задай вопрос. Коллеги, ну вот давайте начнем с чего-нибудь другого. Вот, я, кажется, уже приводил этот пример, вот приехал профессор Хабермас. В каком-то, 84, наверное, году. Ну да, вот первый раз приехал. И читал лекции. Они опубликованы в такой брошюрке со странным названием «Демократия, разум, нравственность». Он вышел к доске и говорит: я начну с того что прочитаю вам стандартную кантовскую лекцию, которую читает каждый немецкий профессор по философии, начиная с Эммануила Канта. Лекция будет называться «О прагматическом, этическом и моральном способах употребления практического разума». Эта лекция будет посвящена диалектике отношений между целями и средствами. После этого он провел следующую работу, он говорит: между целями и средствами существуют взаимовлиятельные отношения. Но в прагматическом горизонте они одни, в этическом они другие, в моральном они третьи. И он начинает вот в этом… ну как бы простейшую структуру, которая составляет одну маленькую связку внутри схемы акта деятельности. Он, значит, погружая в разные рамки, то есть, грубо говоря, соотнося с разными горизонтами самоопределения этого позиционера, начинает переинтерпретировать. И у вас в каждой из рамок отношения между целями и средствами меняются.

Теперь ты мне говоришь: почему ЭТО называется структурно-функциональным анализом? Ну не знаю, оно называется структурно-функциональным анализом. Наверное, потому что оно и есть структурно-функциональный анализ. Поэтому так и называется.
Ковалевич Д.

А вот если продолжать, пример не структурно-функционального анализа.


Щедровицкий П.Г.

Сейчас. Ну, еще раз.


Сорокин К.

Как только вы говорите, что, например, здесь, за связью между целями и средствами, стоят определенные философские традиции…


Щедровицкий П.Г.

То что? То у вас что-то в голове появляется? А пока я этого не говорил – ничего не появлялось. Проблема вашей головы.

Еще раз, если мы рассмотри этажерку этих связок, ну вот связка исходный материал – продукт – средства, она, может быть, рассматриваться как исходная связка. Теперь, дальше, когда мы погружаем эту связку в более широкий контекст, ее функционал меняется. Все меняется. Меняется ее материальное наполнение, меняется ее внутренняя структура и меняется ее место в контексте, то есть требование к ней.
Сорокин К.

Тогда что остается?


Щедровицкий П.Г.

Слушайте, вот Платон говорит: вот была галера. Да.


Сорокин К.

Я знаю этот пример.


Щедровицкий П.Г.

Вот это одна галера или другая? Вот что меняется, а что остается?


Сорокин К.

Материал поменялся, структура осталась. Но здесь-то смотрите, и структура меняется.


Щедровицкий П.Г.

Ну да.
Сорокин К.

Что остается?
Щедровицкий П.Г.

Не знаю. Что остается.


Сорокин К.

Значки на доске.


Ищенко Р.

Функциональное место остается.


Щедровицкий П.Г.

И в этом трудность мышления.

Если вы мне задаете вопрос из конкретной позиции, я на него отвечу. То есть я вам отвечу: для того чтобы не сойти с ума надо что-то оставить неизменным. Теперь, что именно вы можете и должны оставить неизменным при переструктуризации этой схемы? Во многом зависит от вас. Точнее говоря, есть люди, которые легко меняют средства для достижения некой цели. Есть люди, которые легко меняют цели, им важно сохранить средства. По этому принципу можно разделить не только людей эмпирически, но и профессиональные группы.

Вот мне без разницы – я могу все поменять. Мне на сборку новой системы деятельности нужно два-три часа. Поскольку мне все равно. Мне ничего не нужно оставлять. Потому что оставлять что-то это просто требование консервативности сознания. Зачем вам что-то оставлять?

Но я прекрасно понимаю, что когда мы говорим о какой-то конкретной ситуации, то что-то надо оставлять. Потому что работают коллективы, есть вопрос устойчивости, плохо, когда люди выпрыгивают из окон и так далее. Когда мы работаем с большими системами, в них всегда есть неизменная часть. Она может быть больше или меньше.

Понимаете, вот мы только что были в институте. В институте стоят реакторы. Построены стенки и так далее и тому подобное, работают люди. Вот если все будет продолжаться, как оно есть – через десять лет там ничего не будет, будут руины. Но при этом мы прекрасно понимаем, что мы никуда не унесем эти реакторы, не переделаем. Они будут стоять там, где они стоят. Некоторые из них даже будут работать. И у тех, кто там работает у них сознание полностью закрыто этими морфологическими организованностями, и той конкретной структурой, в которой они находятся. Для них поменять любую связь – это сумасшедший дом, развал мира. Хотя если бы они часть этих образований использовали под другую функцию, у них бы масса проблем решилось. Но они не могут этого сделать. Они не могут перейти к другому функциональному использованию той же морфологии. А если сказать: ребята, вы не только функцию можете поменять, но и морфологию можете поменять – все, вообще будет каюк.

Поэтому я говорю, помнишь как: «А для вас, Козлов, есть пешеходный переход». Вот, а для вас специально мы обязательно оставим что-нибудь постоянное. Вам что лучше? Вам что больше нравится, чтобы было постоянное? Вы как часто ремонт в квартире делаете? Переодеваетесь как часто? Сколько у вас часов? Одни? А ремонт в квартире не делали 50 лет? Мы что-нибудь для вас оставим. Чтобы вы успокоились и не переживали.

А в принципе я могу вывернуть эту схему через любой ее элемент, взять ее и вытащить. В каком-нибудь персидском магазине вам показывают, как платок продевается через, так сказать, кольцо обручальное. Конкретный способ, ну то есть конкретное решение. Да, о порядке смены функциональных и морфологических образований в той или иной структуре это эвристическая проблема. На него не может быть абсолютного ответа. Но с точки зрения общей идеологии это схема, в которой все элементы и все связи в той или иной степени могут меняться.

Коллеги, какие вопросы?
Ищенко Р.

Петр Георгиевич, в предыдущих обсуждениях везде употреблялся термин «акт деятельности», в последнем же тексте Георгий Петрович пользуется формулировкой «акт мыследеятельности». Почему?


Щедровицкий П.Г.

Это поздняя версия. То есть эти лекции, которые я вам читал, в конце уже читались после появления схемы мыследеятельности и в рамках линии на переинтерпретацию предыдущих схем через призму мыследеятельности.


Ковалевич Д.

Какой это год, еще раз?


Щедровицкий П.Г.

84-ый.
Данилова В.Л.

А кому он эти лекции читал?
Щедровицкий П.Г.

Понимаете же в чем сложность. Я вычитывал из этой схемы ответы без вопросов. А вопросы те же самые: «Почему цель в верхнем углу? А человечек это материальный человек?» То есть все вопросы понятны. Все вопросы одинаковы. Я не знаю, будем ли мы в следующий раз возвращаться к этой линии. Честно говоря, я хотел уже перейти к рефлексии. Но на следующую лекцию Георгий Петрович приходит после всего этого, приходит и говорит, что основная проблема, что с пониманием трудно, и что понимание такого рода схем наталкивается на целый ряд проблем организации мышления и сознания. И после этого вместо того чтобы двигаться по этой схеме, начинает обсуждать эти проблемы понимания, уходит совсем в другую область, то есть начинает обсуждать что такое схематизация, как она устроена и прочее. И не возвращается к схеме акта мыследействования.


Верховский Н.

А жаль.
Щедровицкий П.Г.

Мне страшно жаль. Понимаешь, потому что тогда бы половина моей работы была бы сделана им. А так мне теперь приходится выдумывать, чем закончить.
Верховский Н.

Ну, я надеюсь, вы в следующий раз не будете обсуждать, что такое схематизация.


Щедровицкий П.Г.

Нет, не буду.


Ищенко Р.

Петр Георгиевич, а сколько у нас лекций осталось на акт деятельности?


Щедровицкий П.Г.

Следующая 26-го – рефлексия. Потом оргтехническая система.





1 «Живые» процедуры деятельности индивидов (а вместе с тем умение осуществлять эти процедуры) являются необходимым условием воспроизводства, ибо без них сейчас невозможно производство объектов по заданным эталонам как образцам. Заметим мимоходом, что так происходило до сих пор и так происходит сейчас, но это не значит, что такое необходимо и будет происходить всегда. Если же индивид не может произвести необходимые процедуры (либо потому, что у него нет соответствующих средств, либо потому, что он просто не умеет осуществлять адекватные действия), а процесс воспроизводства, тем не менее, должен осуществляться, то основной путь и средство, к которому он может прибегнуть,  обращение за помощью к другим и создание с ними систем кооперации. В зависимости от того, в чем была причина и источник затруднений у первого индивида, назначение и функция деятельности других индивидов, привлекаемых в кооперацию, будут состоять либо в том, чтобы дать первому необходимые для деятельности средства, либо в том, чтобы научить его соответствующей деятельности. И соответственно этому будут развертываться одни или другие структуры социальной кооперации [Щедровицкий 1966 a, 1970 a; Лефевр, Щедровицкий, Юдин 1967 g].

1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница