Книга стихов. Прозрение …Слепая и злая вселенная безглазою мукой полна. Вселенная органом зрения




страница1/6
Дата12.06.2016
Размер0.85 Mb.
  1   2   3   4   5   6
(С)
ВИКТОР СТРЕЛЕЦ
АЛИБИ

Книга стихов.

ПРОЗРЕНИЕ


…Слепая и злая вселенная

безглазою мукой полна.

Вселенная органом зрения

беременна и больна.


И хаос – пространством и временем.

И светом пронзительным мрак.

Творение бредит прозрением.

Как злак прорастающий – зрак.


Вещь жаждет понятья и термина.

И слезного ока – земля…

И божией тварью материя

взглянула сама на себя…

***
1

Неужели вон тот – это я…
В. Ходасевич
…Этакие странности данного момента:

еду в общем транспорте я без документа.

На лице начертано – невидимка, дескать.

И кондуктор, женщина, смотрит мимо денег.


Николай Васильича детектив про НОСа.

Что-то отделилося, что-то унеслося.

Растворилось в воздухе, поменяло статус.

И везу в автобусе то, что мне осталось.


Сбросилось, схимичилось в смехи да цветенье.

Как корабль космический лишние ступени –

иль душа на солнышко, от земного торга,

мчится невесомая, плача от восторга.


2

…Урожаи-надои

да прочие битвы.

Наше время седое,

как Вахтанг Кикабидзе…
3

…Ах, музыка кабацкая, сводящая с ума.

Зубами улыбалася да тридцатью двумя.

Смеялись плечи голые в лицо мне – глаз и бровь.

Как срубленные головы, сочили розы кровь.
Лилось вино кровавое в бокал, а не в стакан.

И танго помогало мне не уронить твой стан.

Спокойно и внимательно тебя глазами ем.

И плюс жуликоватое название жульен.


Цветущий хохот варварский и торжество ступни.

А в окнах… пролетарские туманные огни.

Усталую и талую рассвет гасил свечу.

Зубами хохотала ты рекламными вовсю…

ГОД ЛОШАДИ
Все мы немного лошади…
В.Маяковский
…Все лошади тоже – весьма человеки.

Подкованы – хоть и не в смысле гамбита.

Как даме, раскрашу я зорями веки,

и лаками наманикюрю копыта.


Дам, солью посыпав, любимые корки.

Жизнь, в сущности, книга – вот так, брат кобылка.

Ее мы прочитываем до корки,

а после – отбрасываем копыта.


Ах, все эти вожжи, хомут и телега!

Орудия эксплуатации силы

живой лошадиной. Не интеллигентно

на шее с кнутом восседать – не красиво.


Я – вечная лошадь твоя, брат кобылка!

Сигай на закорки, и мы вознесемся –

как та Маргарита – над свинкой копилки,

роняя на счастье подковы как звезды…

***
…Меня родили – не спросили.

Не где-нибудь, а здесь – в России.

Она уже жила-была.

Такого года и числа.

И века тож. В ущербном марте.

С месторождением на карте.

Вокруг таилась и вилась

причинно-следственная связь.

Лицо до самых до окраин

земли в глазищах тараканьих

смеялось… Бедный Мандельштам.

О, как он мерз, бедняга, там…


СТЕНАНЬЯ СТАРОГО ЛЕГАТА
…Плачет державный фасад штукатуркою.

В храме Юпитера – кал.

Рыщет, увешанный дикими шкурами,

вшивый вандал, как шакал.


Плачет единственным глазом бессилие

на запустенье и сор.

Ржавчиной плачущий меч мой… Поистине –

кровью смывают позор.


Плачут руинами боги веселия –

горе поверженным нам!

Рим – не читается мир и вселенная.

Марс – отражается – срам.


И не победными кличами – плачами,

воплями полнятся рты.

«Vivere est militare», * а значит мы

неотвратимо мертвы.


Тацит какой беспристрастной десницею

это запишет в аннал!

Правит торжественной колесницею

неотразимый оскал.
Ты ли, Сатурн, чад своих пожирающий,

дал полномочия им –

этим оскалам, кровавым пожарищам…

Сердце разбитое – Рим…


*Жить – значит сражаться (лат.)
ПОМИНАЛЬНОЕ

…Как в пьесе: все те же, кроме…

Спасибо, батяня, милый,

за гены да хромосомы,

за убийственную фамилию…
Спасибо за скорбный праздник,

за разгоряченные уши.

За первое – борщ украинский –

за второе из «ножек Буша».


За занятость населения

вот этих мужчин с похмелья,

под яблоней «Семиренко»

курящих и ждущих смены.

Сделали бессребреника

Чубайсы да Гайдары.

Все в мире уравновешивается:

памятник-то халявный!*


Орут петухи классически

и музыка в стиле «техно».

Сейчас не в вине истина,

а в водке «паленой» этой.


В этих, рыдающих ржавчиной,

в углу, молотках, ножовках…

Тени, мною отбрасываемой,

так на тебя похожей...


* Участникам ВОВ военкомат ставит памятники безвозмездно.
МАРТ
1

…Наш бок Земли пригревается солнцем. Воронье

карканье, а не накаркиванье похоронное.

Морозно еще по ночам, но все – розово, розово!

В розовом свете под глазом фингал

у бомжа нетверезого.

Как в розовые очки, все – оптимистически розовое.

В розовом свете в подъезде шприцы

одноразовые использованные.

Драматург Виктор Розов вещает с экрана так розово.

Розово катит по рельсам «груз 200»

с ОМОНом из Грозного.

Мы, как агенты зимы – все творожные рожами.

Авитаминозные, перезимовавшие – розовы.

Розовы лапки у голубя, как отмороженные.

Остановись под березовой кроной,

ворона восторженная.

Снег на обочинах, как на плечах тяжесть, но – розова.

Дух воспаряет над картой Земли,

над просторами – здорово!

С небом один на один. Синь – такая порожняя.

Весна неизбежна, как дембель, как крах коммунизма…Розово.

Розовы, радужны слепо сугробы (…гробы…) покореженные.

Обнажается – ретро – все погребенное, похороненное.

Взгляд невзначай в зеркала в супермаркете брошенный

кто это? спросит – застигнутый –

этакий валенок, боже мой…
2

…Плавленый глянец сугробов окрест.

В луже – столба телеграфного крест.

Алчная синь. Запустенье, разор…

Ворон взвивается как мародер

над полем брани. Дает задний ход

времени лента. И мстит талый кот

зрелищем неэстетичным тебе.

Снег авариен, как от ДТП

стекол осколки… Под соснами стать

да постоять, повзирать, повнимать…
3

…Март – комната смеха. Чумазый троллейбус.

Поверхность смеющаяся: что Лейбниц.

Взор влагой ломает зевотной и ленной.

И все подкашивается коленкой.
Худые под кожей воды ребра лестниц.

О, смех гормональный юнцов и прелестниц –

как гогот чудовищный в свете полезном.

И я – освещенный, и мех мой – облезлый,


каблук скособоченный. Тортик нелепый

с игривым веревочным бантиком – в левой.

А в правой – оттягивающая сумка.

А в голове – подотчетная сумма…

1989 г.
***

…Утро поднимает человека

со всею его культурностью.

Первая утренняя сигарета

с удовольствием его прикуривает.
Музыка включает, клацнув клавишей,

хорошее настроение.

Речь – словами типа «здравствуйте» -

обнаруживает вокруг население.


Время-скульптор продолжает ваяние

в соответствии с замыслом.

Собака выводит его на гуляние,

хотя он называет себя хозяином…


СТЕНЬКА РАЗИН
…Анафемствуют колокольни,

свершая христианский суд.

И два упорных Змея больно

мне сердце грешное сосут.


Но я бессмертен – Стенька Разин!

Вжик – сабельку вострю-точу.

Дождусь, когда пред образами

поставят сальную свечу.

Мучительного прочь Дракона

стряхну – и выйдет боком тут.

Слышь: стенка Стенька электронный.

Проспекты мною назовут!..


***

…Как сон иных времен, что снится, длится –

живые уличные лица, лица –

сиюминутной пленкой бытия беспечной…

Но кто-то ходит среди нас

такой ветхозаветный, вечный.

Порхающими бабочками – песни.

Младое племя выбирает пепси.

Луной прокатной пользуется. «Йес» -

как форвард восклицает – счастье весь,

плюс характерный жест…А он, прохожий,

припоминает все – на что сие похоже:

такая же жара, толпа окрест,

и человек влачит на гору тяжкий крест…


***

…Костер в дали глухой

разжечь – чтоб ни души.

И не для шашлыков,

а просто – для души.
Насчет огня писал

Гастон Башляр-старик.

Ты все весьма послал

за безоглядный миг.


Костер перед тобой.

Ты – пристальный – при нем.

Все синим за спиной

гори оно огнем.


Костер в глухой дали.

Ты – слеп и глух, и нем…

Не перепутал ли

да с крематорием?..

КАФЕ-КУЛИНАРИЯ

Борису Скотневскому


« Кафе-кулинария» -

начертано снаружи.

Здесь наливают пиво

в реликтовые кружки.


Не то чтоб ностальгия –

не слаще и не горше.

Ну почему такие

не выпускают больше?


Давай с тобой присядем

за этот стертый пластик.

Здесь дух семидесятых

Генсеком старым плачет.


В согласии с программой

налить попросим белой.

На двести четких граммов

опять помолодеем…


***

…О, эти мгновенья последние,

ударный двенадцатый час!

И новое тысячелетие,

как Кио, распилит всех нас…
***

…Ты помнишь, как цвели сады?

Как продолжение фаты!

Была ты вся бела, искрясь.

Был в «тройке» я – как грач и грязь.
И снова было утро. Мы –

два продолженья ночи, тьмы.

Среди напитанных гостей.

Среди обглоданных костей.


Задворки памяти, зады…

О боже, как цвели сады!

Не позабуду… до черты…

Ты помнишь, как цвели сады?..


КАЗНЬ АВВАКУМА
…Он, враг, в тебе, а не под Костромой и Тулою.

Молитесь сатане своей трехперстой дулею.

Прельщение да блуд. Кривлянья скоморошечьи.

А самый главный плут и бес – на Красной площади.


Похабство на уме и пакостное жжение

телес. А все оне: латиняне да еллины.

Те завещал Христос нам искушенья, братие?

Без духа тело – тож, что без оружья ратники.


Антихрист на дворе – качели все да шахматы!

Пылает на воре атласом алым шапка-то.

Не тронь меня, стрелец служивый. Разве посоху

обязан наш Отец, ходяше яко посуху.


…Как дивен цвет небес и облака апрельские.

Как (чур, лукавый бес!) настасьюшины прелести.

Хотя бы постных щец ( лукавый, чур) горяченьких,

(не понукай, стрелец) пока не раскорячились.


Что? – Матерная брань – орудье ваше, встряска ли?

Господь не этим брал, чреватые подрясники!

…Прощайте, други! Звон – чу… звоны колокольныя.

Чу… херувимский сонм согласный…Больно, больно!.. А-аа…


***

…От веселого вина

да хмельного гама возле

оторвешься взглядом на

отрезвляющие звезды…
О ТРАНСПЛАНТАЦИИ ОРГАНОВ
…Держусь за печень, держусь за почки.

Враз разберут и – на запчасти.

Потом – в посудину, потом – по почте –

да за «бугор» - ту-ту – за баксы.


Пропал пацан шестого класса

тридцатой школы – болтали бабки.

А обнаружили уже без глаза.

Что вытворяют – а? – за «бабки».


Аналогичный, кстати, случай:

(вывозят раритеты, руды)

таможенник копнул поглубже,

а там… грудей готовых груды!


А давеча – в двадцатой бане –

тип некий, варежку разиня,

как агент, примерялся к Ване,

косясь на то, что по латыни.


Что несгораемые сейфы?

Растаскивают дико, люто.

Я начеку держусь за сердце,

поношенное, но – валюта!..

***

…То вороньи ль в поле карки,



гаркает ли босс:

как живется, олигархи,

плачется, небось?
И всего-то – с гаком, с гаком!

Как он – этот гак?

В тереме отдельно взятом

сладок рай, аль как?


И стоит вопрос как остро

вышек, прочих дел.

Да накаченности ВОХРы

драгоценных тел?..


ПАМЯТИ ПЕТРОВА
…К удобренью будь готов,

к топливу.

Сорока шести годов

от роду.
По Руси идет цирроз

печени.

Впереди – Исус Христос



в венчике.
Как спешим мы, Боже мой

Господи,


Понакрыться с головой

досками.
Иванов или Петров,

Сидоров –

дескать, ну вас всех – козлов,

п…..в…
ВАРИАЦИИ
1

…Коза на веревке пейзажная.

Составы, чадящие сажею,

гогочут колесами, смехами,

а вы, дескать, все не уехали –

в лобачевскую даль не уехали,

огороды евклидовы – эх, мол, вы…
2

…По дороге каменистой, пыльной,

мои родители идут без крыльев.

Место, где были крылья, давно зажило.

Матери из-за мозолей ступать тяжело.
Яблонным цветом чисты сады.

А они, как из одной шайки, дружно седы.

Так привязаны этими пространствами,

что уже никогда им не бывать во Франции…

3

…День зяблый, неулыбчивый, убогий,



и обойденный смыслами и целью…

Квадрат окна вливает однобокий

холодный свет как в сумрачную келью.
Глаза белковым блеском растаращит

в слепые зачарованные очи.

Неволи, утомления образчик…

А где-то солнце, нагота и Сочи.


Сизифов камень книги – как спасенья

соломинка в залитом море мира.

Спасенья от газонного пасенья

пустого взора без ориентира.


Мир – как комар, упившийся до лоска,

до миража зеленого, до точки…

Тоскливый блеск асфальта, а колеса

седьмую шкуру стягивают точно.


Зонты упрямого полны сопротивленья.

Все – круговая пляска и порука.

Плащ бьется относительно коленей,

сиреней гроздья относительно друг друга.


…Страницы вечереющею сажей

чадят в глаза задумчиво, смиренно,

что надобно кому-то быть с пейзажем,

что быть нельзя везде одновременно…


***

…На рынке картошкой носы

у местных торговок.

И щеки свекольной красы,

и пальцы морковкой.
Как будто они на весы –

на пасты и соки –

свои нагружают носы,

и пальцы и щеки…


ЧАС ПИК
1

…Автобус в жаждущей толпе –

как начерпавшаяся лодка.

И так предметно чувство локтя,

плеча, спины, т. д. т. п.
Мы втиснулись, дыша. Мы тут.

Но с тылу поддает коленка.

- Всем ехать надо! – Етка-ленка

и так уж, но, простите, прут.


Мы тут. А вам не повезло –

вы там. Замедленное танго!

Ах, снова кто-то давит штангу:

всем ехать надо, мол, зело.


От тесноты – и трус и глад,

и мор – не милого касанья,

сопенья – прочего кусанья –

напасти все (Ян Линдблад –


цитата). Вот, периметр – так?

Распространенье тел предельно.

Ограничители отдельно

друг дружке все мы. – Сам дурак.


Всем ехать надобно! И вот,

обкатывает некий зодчий.

- Ой, осторожно, яйца! – сочно

нам габариты лепит, мнет…


Как брюхо сытое ползет

автобус. Как набитый мячик.

Пред носом корочка маячит

из сумки – укусить зовет…


2
…В аллеях – до слезного брызга, до всхлипа –

наивно цветет, вся липучая, липа.

Как шкура асфальт, размягченный лучами,

истыкан, исколот, пробит каблучками,

прошит – типа шпилька… Мир потом сочится,

течет, подается. И что-то случится

должно неизбежно такое от злого,

последнего, крайнего, душного слова.

Ноздрею тончает изысканно-люто

и бредит теорией лишнего люда

автобус – как лодка дырявая, валкий

да шаткий, распаренный подлою свалкой.

Стекает сквозь дыры в озоновом слое,

сочится, как в поры, безумное, злое…

Реклама бодрится, бросается, просит

немедля записываться на кикбоксинг.

И косят оранжевые жилеты

бензомоторами ярыми лето.

Сочится заката открытая рана.

И краля лучится, вещая, с экрана.

Потея, несет – под кровавую сводку –

мужик в пятерне растопыренной водку…

Спасенье – в любви и надежде, и вере!

Врезайте ж замки и бронируйте двери…


***

…Ах, цветущий цикорий –

украшение божье.

Словно взгляд сорняковый

перекатного бомжа.
Экономных обложек

новомировских краска.

Так безмолвствует площадь

пламя глаз растараща…

РЕКЛАМА ТРЕНАЖЕРА

…Врываются в окна шипения шинные.

Зима в водостоки течет,

иль время сквозь пальцы тоскливые, жизнь ли…

Да здравствует плоский живот!
Все вещи(и камень!) текут переменные –

изрек древнегреческий рот.

Семь пядей прекрасны во лбу – тем не менее,

да здравствует плоский живот!


Как торт расхватали больную империю.

Здесь все тебя переживет.

Как старообрядцы, сгораем под пение:

да здравствует плоский живот!


Конечно, вы правы, Гаврила Романович,

все вечности бездна пожрет.

Как пуп мирозданья – Гаврила Обманович –

да здравствует плоский живот!


Ах, небо – ночное, наждачное, звездное –

чело запрокинуть зовет.

Накаченный нашими тренажерами,

да здравствует плоский живот!..


СПЕТАЯ ПЕСЕНКА ДОН ЖУАНА

…Я методом тыка по жизни иду

за истиной голой без страха.

Мои аргументы – гореть мне в аду –

…и плюс обнаженная шпага.
Не верю в бумажную вашу муру.

Но женщина – книга, поскольку

ее всю прочитываю беру,

и ставлю обратно на полку.


Признаться, вы правы, месье Поль Гольбах,

и что толстобрюхих стыдиться.

Нет бога – есть пах и прелестный распах

той книги на нужной странице.


Вернее, не книга, а виолончель

и смык разухабистый в руки.

Ах, донна Эльвира, мадам Изабель…

Какие небесные звуки!


Чем не триумфатор Колумб Христофор,

и не Александр Македонский.

О-о-о, сколько родинок-островов

открыл я на задницах доньих!


Мой бог – красота. Ей молитвы мои.

Виват междометьям и стонам!

Вот только наутро… у зеркала... И…

и как не бывало дублонов.


Едят все друг друга – моя ли вина –

смотри Хиеронима Босха.

Что есть человек? – У корыта свинья,

а не украшение божье.


Я слышу стенанья и косточек хруст…

Но снова влюблен – донна Анна!

О, рук утонченных вселенская грусть,

изнеженная до рыданья.


На плаху, в петлю, на гееннский костер –

чихать на спасенье и вечность!

Сегодня на ужин придет командор,

и станет у ложа со свечкой…

МЕМУАРНОЕ
1

…Я жил, когда еще чернилами

школярскими писали классы

про Кошевого да про Ниловну.

И можно было ставить кляксы.
Пускались в ход старорежимные

формулировки эти – типа,

что, дескать, твой проступок – жирное

пятно на чести коллектива.


На мавзолей Лаврентий Павлович

взбирался. И другие ряшки.

Скакали мы на резвых палочках.

Не помню, чтобы было страшно.


2

…Стол в разоре в свете абажура,

порожняк поллитр, тарелок грязных…

Все в ажуре, только дядя Шура

нам рыданиями портит праздник.
Ведь предупреждали же заране,

а теперь расхлебывайте, няни,

нюни эти, сопли да рыданье

непотребной пьяни.


- Не предатель я, я не предатель! –

как напьется, плачет дядя Шурик…

Как тверезый, то нормальным дядей

очень может быть, и даже шутит…


3

…А в сущности, была война-то рядом,

гранатой завалящей и снарядом.

Но мы рождались героически на свет.

Под строгою звездою из металла

страна огромная ранехонько вставала,

свет зажигала в абажурах из газет.
Портянку встряхивала хмуро и толково

под гимн Эль-Регистана-Михалкова

и выходила в ледяную тьму.

Но душу занозил мотив, играя,

с заморскими словами: - Абарая,

бродяга я… - не знаю почему.


Тягучее: - Бродяга я… Бананы

базарные картофельно банальны.

Отмеченные родинками лбы.

В морозном клубе – солнечные кадры.

В морозных клубах мы – лесные кадры.

Набрякшие глаза до стыдобы.


Далекая, чужая драма, драма…

И плачущая молодая мама.

И рвущееся сердце на куски.

Катарсис называется однако.

И мерзнущие в валенках под лавкой

конечности ужасно далеки…


МАРШ НУДИСТОВ


…Состоят из лета наши туалеты,

но отнюдь «про это» помышленья нету.

О загаре ровном да о волейболе.

О серпе веселом да о хлебном поле.


Здесь теряет пряность шутка сталеваров,

дескать, сила в плавках, ибо мы без плавок.

Здесь одежда даже фиговый листочек.

Мы одеты в пляжный бархатный песочек.


В голую свободу – из полоски, клетки

и горошка – в воду, рукава жилетки!

Предъявите пропуск, бритый иль с кудрями,

и берите просто голыми руками…


1

…Воздух августовский, тверезый.

Зрелый запах темной березы.

Беспорядочные стрекозы.

На песке дождевые следы.
Время августовское, густое.

Мир – движение, а не устои.

Удержать его взглядом – пустое.

Даже с искрой случайной слезы…


2

…В темном августовском саду

я уснул и проспал звезду.

Над землею она взошла

голуба, нова, весела…
А потом, над безмолвие сна,

словно руки ломала она.

И во сне я рыдал о том,

что глубоким окован сном…


3

…От отсутствия ль стен век усталый разлеп.

Трелей… дрелей, сверлящих мозг.

Как из колючей проволоки, постель –

из душных созвездий и звезд.
Откроешь глаза – застигая разгар

ночи – как сторож Стожар.

Но уже сместился влево каркас

карты неба – утек, сбежал.


С лаем несутся Гончие Псы.

Медведи ревут ревмя.

Лопатками чувствуешь – на оси

поворачивается Земля.


Яблоки падают там и здесь –

как капли – опять и опять.

Узором созвездий исколот весь,

татуирован до пят…


НА МОТИВ ЛЕРМОНТОВА
…В счастливой августовской темени,

под метеорный звездопад,

в слезах раскаяния демоны

сынами блудными летят…


***

…Призывно полощется знамя в глазах,

святую слезу вышибая.

Шевелится волосом вздыбленный страх,

как будто магнит осязая.
Но тонус продольных повышенный мышц,

как и поперечных и прочих.

И тот же фатальный, как в зеркале, смысл

идет как по маслу напротив.


Повесточку вмиг подмахнет военком –

и в зеркале тот: аты-баты!

И женские слезки польются ладком –

солененькие самокаты.


Тревогой и ужасом уши забьют

и души лихие сирены.

Тлетворный завьют – мы тихи, коль убьют –

дух Каина в гроздья сирени.


Мелькнет хроникальными кадрами дня,

а где-то зеркально синхронно:

как падаль влачат и тебя и меня

молодчики из похоронной.


Мы вновь заплатили высокой ценой,

и самою красной по сути.

Ну что ж, поправляйте сановной рукой

венки похоронные, суки…


***

…Уходит зима в водостоки. Отцеживаются

в дуршлаге решеток и люди и улицы.

И ты – макаронина бледная – целишься

куда-то за окна за мутные – курвишься
Какая-то линька и лень... Мимо Лосского,

куда-то поверх Николая Онуфриевича.

Капельные капли колотят по плоскости,

по косности – слезы восторга – по нудности.


По графику да расписанью полезному

колотят! Созвездие Овна за Рыбами.

Послушно влачащему лямку троллейбусу

мерещатся все прямики да со взбрыками.

  1   2   3   4   5   6


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница