Книга Самурая или Черт Те Что, а не книга о Японии




страница1/36
Дата14.06.2016
Размер2.14 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   36

Китя Карлсон

Поваренная книга Самурая или Черт Те Что, а не книга о Японии

OCR thirdteen http://kitya.livejournal.com/

«Поваренная книга самурая»: Центрполиграф; Санкт-Петербург; 2008

ISBN 978-5-9524-3327-4


Аннотация



В "Поваренной книге самурая" вы не найдете ни одного рецепта. Это не кулинарный справочник, а своего рода руководство по выживанию в Японии, - заметки русского блоггера Кити Карлсона. Он бросил институт, не зная языка, уехал учиться и работать в незнакомую страну Японию и… провел там семь лет с пользой для себя. В результате у него родились эти яркие бытовые зарисовки - необычайно колоритные и удивительные в своих подробностях, этакий взгляд изнутри на нравы, обычаи, привычки, характеры японцев.

Китя Карлсон

ПОВАРЕННАЯ КНИГА САМУРАЯ

или

ЧЕРТ ТЕ ЧТО, А НЕ КНИГА О ЯПОНИИ


Оглавление

Посвящения пишутся в начале книги, потому что книги обычно посвящаются тем, кто их до конца никогда не дочитает. Мой случай — не исключение. Эта книга посвящается всем тем, без кого этой книги не могло бы быть. Моим папе и маме, воспитавшим меня. Моей жене Катинке, подсказавшей многие идеи и исправившей многие ошибки в тексте. Моему невидимому редактору в “живом журнале” — замечательной prickly . И, конечно, всем моим френдам, из общения с которыми на протяжении последних лет все и произошло. И если вы хотите, чтобы это посвящение распространилось и на вас, то помните: любые пожелания и вопросы к книги, а так же новые заметки и множество фотографий всегда доступны по адресу http://kitya.livejournal.com/ .
Предупреждение: Книга в авторской редакции — читатель, бери как есть.


Дорогой коллега читатель!

Пожалуйста, не открывай эту страницу в магазине. Тебя может заметить продавец — он на стороне издательства, а не на твоей, как я. С рождения я не написал ни одной книги, однако прочитал несколько, из чего, со свойственной мне сообразительностью, сделал вывод: я — читатель. Поэтому когда меня, широко известного в узких кругах “живого журнала” человека, представители издательства “Центрополиграф” попросили написать книгу, я, со свойственной мне подозрительностью, сразу почуял неладное. И со свойственной мне сообразительностью, сразу понял, что убытки от непроданной книги должны уменьшить налоговое бремя издательства! Не хочется прибегать к намекам, но что поделаешь: в этой прискорбной ситуации только твоя покупка сможет разрушить их коварный план.
Искренне ваш, твой коллега.

Пролог

Дождливым утром поезд подъехал к железнодорожной станции, ощетинившейся зонтиками, как еж. В кино длинный грохочущий шлейф пятнадцати шипастых вагонов мог бы сыграть роль короля монстров, гигантской Годзиллы, если бы не одно “но”: тысячи японцев бежали не от Годзиллы, а к ней. Один за одним складываются тысячи зонтиков, клацают турникеты, хватая зубами проездные билеты. “Быстрый поезд на Токио подходит на третий путь, отойдите за желтую линию, не задерживайте отправление поезда, ждите следующего через три минуты” — повторяет женский голос из динамиков; “Быстрый поезд на Тиба подходит на четвертый путь” — вторит ему мужской. “Не бегите по эскалатору, следите за безопасностью движения” монотонно бубнит записанный по кругу голос эскалатора вслед бегущим мужчинам и женщинам в черных деловых костюмах. Свистят, махая красными флажками, железнодорожники на станции, сигнализируя машинисту возможность отправления или необходимость задержки.


Этот поезд и есть моя цель. У кого-то, наверное, бывают и более благородные цели в жизни, а вот моя цель сейчас такая, ведь я давно стараюсь ставить цели простые и осуществимые. Достигать их и только потом ставить следующие. Цель номер один — внести в поезд хотя бы часть тела. Все тело сразу — это было бы слишком большой удачей. Одной ногой на платформе, другой — крепко на подножке вагона, на деле утверждая свое присутствие там, а не здесь. Я не стану ждать следующего, второго, третьего, пятого поезда, пока не пройдет час пик. Я стремлюсь в этот жаркий и душный поезд с фанатизмом страдающего от жажды, стремящегося в пустыню.
Вжжжжииг, со скрипом и грохотом тормозит поезд, открывая двери вагона. По двум сторонам от каждой двери уже прижались в две линии очереди на вход, но первые несколько секунд два мира — внутри и снаружи — замирают без движения в патовой ситуации. Слышно лишь как глотают воздух из открытых дверей сельди внутри и как набирают силу и решимость для рывка пираньи снаружи.
В следующие секунды события ускоряются. Несколько толчков изнутри поезда — и три человека пулями вылетают в боковые очереди, освобождая место, необходимое оставшейся толпе, чтобы выдавить наружу счастливую девушку, которая выходит на этой станции. Сначала вываливается девушка, потом, рывком за ремень, она вытягивает из массы тел свою модную сумочку. Затем, в последний момент, успевает наклониться и вытащить чуть было не оставшийся в вагоне каблучок.
Известна теория, много раз доказанная практикой, что сколь бы большое число людей уже не находилось в вагоне, всегда может войти еще один человек. Сначала одной ногой, потом двумя ногами, с курткой, зажатой между дверями, но войдет. То есть метод математической индукции неумолимо доказывает: в вагон может зайти бесконечное количество людей. Вот школьница ставит ножки в стоптанных туфлях на подножку, разворачивается спиной и уверенным жестом вдавливает свою попу в короткой юбке в толпу. Мужчина с чемоданом и бабушка с длинным зонтом, разрисованным микки-маусамии, проталкиваются спинами слева и справа. Женщина в белой антибактериальной маске на лице полуложится, изгибаясь по сложной траектории, на мужчину с чемоданом.
В правой ветке боковой очереди я встал последний, но я окажусь не последним в вагоне. За время движения очереди уже успели подбежать: мужчина в черном костюме, дедушка в шляпе, еще один мужчина в черном костюме, еще один мужчина в черном костюме и за ним еще один такой же, но с белоснежными наушниками в ушах. Все эти мужчины в черных костюмах со стороны настолько похожи друг на друга, что могли бы сойти за роботов, но по крайней мере какая-то их часть все-таки живые люди. Ежедневно, в обед, в финансовом центре Токио, из офиса Тойты выходит такой мужчина в черном костюме, открывает несколько маленьких консервных банок с едой и садится на ржавую табуретку у угла офисного здания, где его уже ждут проголодавшиеся коты. А когда обеденный перерыв заканчивается по звонку, и многоэтажное стеклянное здание снова поглощает мужчину в черном костюме, на ржавом стуле его место сразу занимает такой же как он, черный и ободранный кот.
И вот я уже внутри вагона, слева в ухо вздыхает девушка с длинными ресницами широких разрезанных глаз, справа тяжело скрипит бабушка с длинным зонтом, а мой локоть лежит на черном плече стоящего впереди мужчины. Зажатый, я не касаюсь ногами земли, но главная цель — дотянуться до кольца, свисающего с потолка — должна быть достигнута не менее чем за две остановки. Поезд пытается закрыть двери; снаружи казавшийся Годзиллой, теперь он похож на испуганную девицу, хлопающую ресницами. Железнодорожники на платформе махают флажками и свистят, подзывая друг друга к особо сложным дверям, нажимая на тела свисающих с подножек людей своими телами, втискивая внутрь живую массу так, как месят тесто, сантиметр за сантиметром пытаясь закрыть двери и отправить поезд на следующую остановку, где ждет другая многоголовая толпа.
Какая замечательная работа “заталкиватель” в поезд! На платформе реклама висит — и зарплату хорошую предлагают и проезд до рабочего места не требуется. Приходишь на работу и начинаешь всех в поезд заталкивать. Смотришь на них дураков, как им жарко, как им душно и потно и тесно, а сам стоишь на свежем воздухе и наслаждаешься. Идеальная работа для садиста — людей разрешено бить больно. Идеальная работа для извращенца — девушек позволительно хватать за юбки в метро. Обычных людей за это сажают, “заталкивателям” за это платят зарплату. Во всех отношениях, в общем, отличная профессия.
А я знаю, что через две остановки — большая пересадка, где впервые выйдут многие. Сейчас, в толпе, я еще не в силах дотянутся до кармана и достать наушники, но если я сумею зацепиться за поручни или кольцо у потолка вагона, то я смогу не дать толпе вынести меня через две остановки. Как только поезд выдохнет людей, но еще не успеет вдохнуть, в эти несколько секунд у меня есть шанс достать наушники и плеер и включить спасительную музыку, выключающую мозги. Действовать надо быстро и ни в коем случае ничего не уронить — возможности наклониться уже не будет. Но мне не впервой, так что получится реализовать и эту свою цель.
Женщина средних лет, усталая уже с утра, ежедневно заходит со мной в один и тот же вагон. Она работает бизнес-аналитиком, а ее сотовый телефон откликается на звонок с мелодией из Гарри Поттера. Старенькая бабушка блестит драгоценными сережками в виде ушей Микки-Мауса. А мужчина средних лет просто стоя закрыл глаза и, видимо, спит. Как вы относитесь к спящим людям в метро? Я принципиально по-разному к мужчинам средних лет и к молодым девушкам с длинными волосами, неосознанно падающим своими головами с закрытыми глазами мне на плечо. Я знаю, что таких девушек в природе не существует. А вот японцы средних лет, увы, засыпать умеют при каждом удобном случае и на любое заданное время, в каком угодно положении и при всяком шуме: в поезде или на совещании, они всегда сумеют вырвать у усталости еще немного сна. А иностранцы так, конечно, не могут. То есть заснуть могут. Но тогда свою остановку почему-то проезжают.
У всех своя технология езды в поезде. Кто-то пытается вжаться в стены. Кто-то схватился и повис на багажных полках. В некоторых вагонах новые автоматические системы поднимают и складывают в стены сиденья: стоячие люди помещаются в вагон компактнее сидячих. Дверь туалета в вагоне открыта и самые отважные едут, прижавшись к унитазу. Женщинам часто везет ехать в отдельном вагоне “только для женщин”, которые недавно ввели в поездах, для женщин опасающихся мужчин, хватающих женщин за мягкие выступающие места в толпе. Это явление называется “тикан” и считается в Японии тяжким преступлением. Поэтому, даже, японцам рекомендуют в поезде держать руки над головой — чтобы избежать обвинений в тикане. То что при этом люди часто падают друг на друга — уже другой вопрос, борцов с тиканом не касающийся. Как и преследующая меня проблема, когда, опаздывая на пересадке, я подбегаю со всех ног к закрывающимся дверям поезда, чтобы обнаружить, что это вагон “только для женщин”, а до соседнего вагона добежать я уже не успею.
Итак, позвольте представиться. Меня зовут Китя Карлсон, я программист, работаю в Токио, живу в пригороде и этим дождливым утром я, как всегда, еду на работу — к следующей цели.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   36


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница