Книга о коране его происхождении и мифологии содержание глава I коран и ранний ислам "Книга книг" ислама




страница1/23
Дата28.06.2016
Размер3.98 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   23
╔════════════════════════════════════════════════════════════════╗

║ ТЕКСТ ПРОВЕРЕН С ПОМОЩЬЮ ПРОГРАММЫ ORFO, ПРОВЕДЕНА ПОЛНАЯ ║

║ВЫЧИТКА И СВЕРКА АБЗАЦЕВ! ВЫСОКОЕ КАЧЕСТВО ТЕКСТА ГАРАНТИРУЕТСЯ!║

║ УСЛОВНЫЕ ОБОЗНАЧЕНИЯ В НАШИХ ТЕКСТАХ: ║

║ *ПРИМЕР* - ЖИРНЫЙ ШРИФТ, _ПРИМЕР_ - НАКЛОННЫЙ ШРИФТ ║

║ (с) СОВЕТСКАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА ║

╚════════════════════════════════════════════════════════════════╝
Л.И. Климович
КНИГА О КОРАНЕ

его происхождении и мифологии

СОДЕРЖАНИЕ
Глава I

КОРАН И РАННИЙ ИСЛАМ

"Книга книг" ислама

Истоки ислама и пророки в Аравии

Медина. Гонимые и гонители

Халифат и завоевания арабов


Глава II

СОСТАВЛЕНИЕ, ИЗУЧЕНИЕ И ПЕРЕВОДЫ КОРАНА

Собирание и составление Корана

О догмате несотворенности Корана

Изучение, издания и переводы Корана
Глава III

МИРОВОЗЗРЕНИЕ КОРАНА

Аллах - бог Корана

Коран о Вселенной, Земле, флоре и фауне

История человечества по Корану. Фантастика и действительность

Коран и социальные проблемы


======================================================================
Глава I
КОРАН И РАННИЙ ИСЛАМ
"Книга книг" ислама
Во многих религиях мира имеются книги, которые почитаются

верующими как священные. Таковы Веды у индусов, Авеста у

зороастрийцев, Библия (Ветхий завет) у иудеев, Библия, включающая

помимо Ветхого завета Новый завет, у христиан. Обычно в них содержатся

сказания о боге и о богах, их вестниках, посланниках и пророках,

рассказы о загробном царстве, ангелах и чертях, рае и аде, о том, как

и кем сотворены мир, земля, человек, животные и растения, установлены

обряды и обычаи, определены поступки верующих, порой даже

перечисляется, какие из них похвальные, достойные награды - земной и

загробной и какие - осуждаемые, преследуемые людскими и небесными

законами...

Проповедники всех религий утверждают, что только книги их веры

правильные, божественные, боговдохновенные. Наука же подходит ко всем

этим книгам одинаково, объективно, без предвзятости. Так она

рассматривает и Коран - главную священную книгу одной из наиболее

распространенных и относительно молодых религий - ислама.

Коран (по-арабски "аль-Куръан") - это обычно солидный том,

включающий более 500 страниц текста на арабском языке. Почти таков же

объем его перевода на восточные и на западные языки. В нем 114

разделов, или глав, разной длины, каждая из которых называется сура,

что по-арабски означает шеренга или ряд, например, ряд камней в кладке

здания. В Коране сура также обозначает часть книги или отдельное

поучение (9:65, 128; 24:1)[Здесь и далее первая цифра указывает суру

(главу), а вторая - аят (то есть "знамение", "чудо", в переносном

смысле - стих) Корана.]. С этими значениями слово "сура" вошло в

некоторые восточные языки и сохраняется в переводах на них Корана[См.,

например, перевод на язык урду, сделанный явно для мусульман шиитского

направления, так как включает 115-ю суру "Два светила", которую не

признают мусульмане наиболее распространенного направления ислама -

суннизма: Quran: Maulavi Abdul Qadir ka tarjuma, zuban i urdu men, aur

hashiye nasara musannif ke. llahabad, 1844.]. В других книгах, в том

числе на арабском языке, для обозначения главы или части книги слово

"сура", как правило, не используется. Этим, как и многим другим, в

течение столетий подчеркивается уникальность Корана и его построения,

его неподражаемость - иджаз аль-Куръан.

Суры Корана разного размера: во 2-й, наибольшей из них - 286

аятов, а в наименьших - 103, 108 и 110-й - всего по три аята. Длина

сур уменьшается, если не считать небольших отклонений, к концу книги.

Первая сура - "аль-Фатиха" - "Открывающая [книгу] " содержит всего

семь аятов; употребляется как молитва, своего рода мусульманский "Отче

наш".

По вероучению ислама, Коран - книга несотворенная, существующая



предвечно, как сам бог, Аллах; она его "слово" (2:70; 9:6; 48:15).

Название "Коран" происходит от арабского глагола "кара'а", означающего

читать вслух речитативом, декламировать. Оригинал Корана, согласно

исламу, начертан на арабском языке на листах - сухуф и свитки с ним

хранятся на седьмом небе, отсюда и одно из его названий - Свитки,

Книга (74:52; 80:13; 98:2). Коран - "Мать книги" - Умм аль-китаб,

находится под престолом Аллаха; и только один Аллах в этой небесной

книге "стирает, что желает, и утверждает" (К., 13:39)[Буква "К" в

скобках перед цифрами, указывающими суру и аят, означает, что текст

Корана в данном случае приведен по переводу академика И.Ю.

Крачковского (1883-1951). См.: Коран. Перевод и комментарии И.Ю.

Крачковского. М., 1963. В остальных случаях, как правило, использую

перевод востоковеда профессора Г.С. Саблукова (1804-1880), до сих пор

единственный полный русский перевод, сделанный с арабского оригинала и

изданный при жизни переводчика (Казань, 1877; посмертные издания -

Казань, 1894 и 1907 гг., последнее с постраничным параллельным

арабским текстом). В отдельных случаях вношу в этот перевод поправки,

продиктованные сравнением с арабским оригиналом, а также с

соображениями, высказанными в хранящихся у меня неопубликованных

рукописях Г.С. Саблукова.

Н.Г. Чернышевский, бывший в Саратове учеником Г.С. Саблукова,

писал о нем как об одном из "добросовестнейших тружеников науки и

чистейших людей..." (Чернышевский Н.Г. Автобиография. - Полное

собрание сочинений. М., 1939, т.1, с.702). Из новых публикаций о Г.С.

Саблукове см.: Крачковский И.Ю. Чернышевский и ориенталист Г.С.

Саблуков. - Избранные сочинения. М.-Л., 1955, т.1, с. 213-224; Валеев

Р.М. Г.С. Саблуков - тюрколог (К 180-летию со дня рождения). -

Советская тюркология. Баку, 1984, №5, с.35-41.] что считает нужным.

Естественно, что создание столь крупного произведения, как Коран,

хотя и производящего при ближайшем ознакомлении впечатление сборника

высказываний, проповедей, сказаний и правовых норм, как правило,

тематически и хронологически не систематизированных, было делом

непростым, да еще у народа, не имевшего до этого столь обширных

письменно зафиксированных религиозных или светских сочинений. Не

случайно в самом же Коране появление этого большого письменного

памятника не раз истолковывается как небывалое, чудесное. От имени

Аллаха в нем написано: "Скажи: "Если бы собрались люди и джинны, чтобы

сделать подобное этому Корану, они бы не создали подобного, хотя бы

одни из них были другим помощниками" (К., 17:90). Отсюда же следует,

что для сочинивших эту фразу сказочные демонические силы - джинны -

были столь же реальными, как и люди, им казалось даже, что люди и

джинны могли совместно выполнять одну и ту же работу, помогать друг

другу.

Эта мысль, отражающая характерное для Корана мифологическое



мышление, в котором преобладает эмоционально-интуитивное начало,

содержится и в рассказах о его ниспослании людям. По ним Коран стал

известен людям как "откровения" (21:46; 53:4), ниспосылавшиеся Аллахом

своему последнему посланнику и пророку Мухаммеду (иначе - Мухаммаду,

Мохаммеду, Магомеду, Магомету) при посредстве потусторонней силы -

ангела, названного "духом святым", "духом верным" (16:104; 26:193,

194), по имени Джибриль (Джабраиль, Джебраиль; 2:91)[В этой книге нет

необходимости во всем следовать принципам академической транскрипции

собственных имен и терминов арабского языка, предполагающим у

читателей знание его фонетических особенностей. Но, как правило, в

цитатах и примечаниях библиографического характера транскрипция

собственных имен и специальных терминов дается в соответствии с

принятой в указываемых изданиях. В тех же случаях, когда употребляемое

в Коране слово или имя собственное известно у ряда народов,

исповедующих ислам, и в другой транскрипции, оно приводится в скобках

вслед за арабским термином.]. Многочисленные рассказы и истолкования

их чудесного ниспослания пророку содержатся в позднейших мусульманских

преданиях (хадис, Сунна, хабар, ахбар) и в комментариях, толкованиях

Корана - тафсире.

Судя по этим более поздним данным мусульманской традиции,

"откровения" Аллаха передавались пророку примерно в 610-632 годах

н.э., а их запись, собирание зафиксированного и особенно составление

книги растянулись на долгие годы. Трудности, которые при этом пришлось

преодолевать, как увидим, не сводились лишь к отсутствию у арабов в

прошлом подобной практики.

Представления о божественном происхождении языка, текстов и книг,

почитаемых верующими других религий как священные, были известны в

Аравии еще до возникновения ислама. Подобных взглядов придерживались

жившие там христиане, иудаисты и зороастрийцы. A в Древней Индии

приверженцы Вед, возникших в конце II - начале I тысячелетия до н.э.,

верили, что их передававшиеся изустно тексты существуют извечно,

подобно богу, дыхание которого якобы определило присущую им

литературную форму. Веды также сразу не записывались, недаром для их

обозначения в Индии употреблялось слово "шрути" - "услышанное". В

культовой практике они и до настоящего времени передаются в устной

форме.


Однако сходство таких представлений ни в коей мере не является

свидетельством того, что одни из них возникли под влиянием других. И в

данном случае они возникли, развивались и сосуществуют независимо друг

от друга.

История, как известно, преподносит людям порой немало неожиданных

уроков. В их числе и тот, что книга, с начала сложения которой прошло

почти 14 веков, и в наши дни в ряде стран сохраняет значение не только

как исторический и религиозный памятник, но и как произведение

широкого социального смысла. В странах, где ислам - государственная

религия, из положений Корана исходят многие правовые нормы,

законодательство - шариат, на Коране присягают и дают клятвы,

нарушение которых признается тягчайшим грехом, преступлением. Изучение

Корана и его толкований (тафсир) является одним из профилирующих

предметов многих учебных заведений в таких странах, как Пакистан,

Иран, Саудовская Аравия. Объясним интерес к этой книге и в тех

современных зарубежных государствах, где трудности поиска "третьего

пути" способствуют обращению к прошлому, питают надежду обрести в нем

желанный выход...

Естествен интерес к "книге книг", ее истории, содержанию,

изучению и со стороны многонационального читателя в нашей стране, где

до Великой Октябрьской социалистической революции в ряде обширных

районов ислам в течение столетий являлся наиболее распространенным

вероисповеданием.

Коран изучается давно: не будет преувеличением сказать - веками.

Но в странах распространения ислама, за редкими исключениями, изучение

его было подчинено задачам конфессионального и правового порядка. В

регионах, где господствующими являются другие религии, особенно

католицизм и иудаизм, эта задача не только в средние века и в Новое

время, но часто еще и теперь определяется целями миссионерства и тесно

связанного с ним колониализма и неоколониализма.

Крах колониальной системы империализма внес немало позитивного в

жизнь народов Ближнего и Среднего Востока, разбудил и поднял на

принципиально новую высоту историческое самосознание и национальные

интересы освободившихся народов, побудил их объективно оценить прошлое

и настоящее своих стран, чтобы наметить возможные пути в завтрашний

день, в будущее.

То, что достигнуто, еще только начало. Но оно вдохновляет и

диктует необходимость найти справедливый, взвешенный подход к теме,

освещаемой и в данной работе.

Немалое значение для правильного понимания этого вопроса может

представить изучение социальной роли догматов, учений и

законоустановлений Корана, как и вообще ислама, в период становления и

истории социалистического общества.
Истоки ислама и пророки в Аравии
Возник ислам в Азии на Аравийском полуострове, в его западной

части - области Хиджаз, в начале VII века. Здесь в то время в древних

городах Мекка и Йасриб (с эпохи ислама - Медина, что значит по-арабски

"город", мадина) жили арабы и сравнительно небольшие группы других

народов, исповедовавших древнеаравийские политеистические культы и

частично христианство, иудаизм и зороастризм.

В Хиджазе и в смежных с ним областях Аравии происходило

разложение патриархально-родового строя и формирование классового

общества. В отдельных местах полуострова уже длительное время

существовали рабовладельчество и работорговля, а в некоторых областях,

особенно на юге, появились зачатки раннефеодальных форм эксплуатации.

Уже более века в жизни арабов чувствовалось назревание значительных

идейных и социальных сдвигов, перемен, получивших отражение едва ли не

во всех сферах их бытия. Обострение этих процессов в немалой мере было

связано с событиями, происходившими не только в самой Аравии, но и в

смежных с нею странах. Дело в том, что народы обширного Аравийского

полуострова, расположенного на стыке Азии, Африки и Средиземноморского

бассейна, издавна были вовлечены в торговые, политические и культурные

связи с близкими и далекими странами Востока и Запада. Особое значение

для них в столетия, непосредственно предшествовавшие возникновению

ислама, имели отношения с двумя крупнейшими государствами региона -

Ираном и Византией. В свою очередь каждая из этих монархий, учитывая

экономическое и стратегическое значение Аравии, стремилась установить

над нею свое господство - прямое или косвенное, используя для этой

цели своих сателлитов как на севере, так и на юге полуострова. Задача

противодействия агрессивным намерениям соседних Ирана и Византии в

немалой мере способствовала возникновению нескольких союзов арабских

племен, действия которых порой становились весьма эффективными, но,

как правило, сами эти союзы были недолговечными, эфемерными. Вместе с

тем образование почти каждого из союзов племен, отражаясь в сфере

идеологии, по условиям времени сказывалось и на их религиозных

воззрениях, культе. Возникновению племенных объединений порой

предшествовала деятельность проповедников, выступавших в роли пророков

и прорицателей и широко использовавших религиозные мотивы.

Процесс разрушения обычаев и культов патриархально-родового строя

был весьма длительным и протекавшим не одновременно в разных областях

Аравии. Их преодоление продолжалось века и до сих пор не всюду может

считаться полностью завершенным.

Общественные перемены, находившие выражение в росте

объединительных стремлений арабских родов и племен, в области религии

проявились в усилении тенденции централизации их древних культов.

Храмы и боги наиболее сильных родов и племен стали занимать главное,

господствующее положение в обществе. Храмы и боги слабых, зависимых

родов и племен оказались в положении второстепенных святилищ и богов.

Со временем они уничтожались или сохраняли лишь ограниченное, местное

значение. Незавидная участь многих из этих святилищ и их богов позднее

была описана арабскими авторами. Немалый интерес представляет одно из

первых сочинений на эту тему - "Книга об идолах" ("Китаб аль-аснам")

Хишама ибн Мухаммеда аль-Кальби, историка конца VIII - начала IX века,

к материалам которого мы еще обратимся.

Находившийся в Мекке - крупнейшем торговом и культурном центре

Хиджаза - древний храм Кааба, названный так по внешнему виду,

напоминающему сооружение кубической формы (по-арабски "каъба" -

игральная кость, куб), стал одним из важнейших религиозных центров

Западной Аравии. Еще задолго до возникновения ислама к этому храму

совершалось религиозное паломничество арабов. Господствовавшее в Мекке

племя курейшитов (курейш, корейш), среди знати которого были крупные

торговцы, ростовщики и рабовладельцы, образовало особое

"товарищество", или союз, занимавшееся караванной торговлей. Как

отмечено в Коране, они отправляли караваны "зимой и летом" (106:2). В

окрестностях Мекки курейшитами устраивались ярмарки, на которые

съезжались представители многих родов и племен. Время этих ярмарок,

длившихся четыре месяца в году, объявлялось священным. Любые военные

столкновения, нападения друг на друга ради мести или грабежа торговых

караванов были под строгим запретом. Нарушения этого запрета (харам)

осуждены от имени бога в Коране (29:67).

Сосредоточив в Мекке и ее окрестностях ряд заповедных мест -

масджидов, считавшихся священными, племенная и жреческая знать

курейшитов добилась ежегодного участия обитавших поблизости арабских

родов и племен в ярмарках и паломничествах, проводившихся в Мекке и ее

окрестностях, и тем самым усилила свое экономическое, политическое и

идейное влияние на других арабов. Последнее нашло отражение в ряде

преданий, в частности в том, где рассказывается о находившихся в Каабе

ко времени возникновения ислама 360 изображениях божеств различных

арабских родов и племен, количество которых позднее стало связываться

с числом дней в году. Ключи от Каабы и руководство совершавшимися в

ней богослужениями удерживались в руках рода хашим племени курейшитов;

потомки его сохраняют эти ключи и в настоящее время.

Меры, которые курейшиты принимали для распространения "духовного"

воздействия своего храма, по-видимому, способствовали также появлению

легенды, усматривающей в культе Каабы источник почитания камней и

истуканов по всей Аравии. Так, в упомянутой "Книге об идолах"

аль-Кальби эта легенда подкреплена рассказом о доисламском пророке

Аллаха Исмаиле, сыне Ибрахима, образ которого в Коране и в

общесемитических истоках близок библейскому патриарху Аврааму.

Согласно Корану, Исмаил вместе с отцом "положил основание" Каабы,

воздвиг ее (2:121). А затем у поселившегося в Мекке Исмаила, как пишет

аль-Кальби, появилось "многочисленное потомство", которое со временем

изгнало из Мекки жившее там племя амаликитов (амалик); но и после

этого город оказался для потомков Исмаила тесен "и начались между ними

столкновения и вражда, и одни из них изгнали других. И те разошлись по

стране в поисках пропитания". И вот-де от них и пошло поклонение

"истуканам и камням", ибо "никто не покидал Мекки, не взяв с собой

камня из Святилища (из почитаемой округи мекканской Каабы. - Л.К.). И

где бы они ни селились, они ставили этот камень и обходили вокруг

него, как обходили вокруг Каабы, желая снискать этим ее милость. А еще

они почитали Каабу и Мекку и совершали хаджж и умру"[Хишам ибн

Мухаммад ал-Калби. Книга об идолах (Китаб ал-аснам). М., 1984. с.14.],

то есть поддерживали древние, сохраненные и в исламе общее и малое

паломничества.

Эти доводы аль-Кальби повторены и в старейшей из дошедших до нас

биографий пророка Мухаммеда - "Книге жития посланника Аллаха" ("Китаб

сират расуль Аллах") басрийца Ибн Хишама (ум. в 834 г.),

переработавшего более старую, не дошедшую до нас "Книгу военных

действий и жития (пророка)" Ибн Исхака из Медины (704-767 или 768).

Культ камней и идолов существовал не только в Аравии, и его

распространенность объясняется не столь просто, как полагал

аль-Кальби. Но примечательно, что арабский историк и в то далекое

время искал естественную причину распространения фетишизма,

приписывания сверхъестественной силы камням и вытесанным из них

идолам. Отраженное в Коране, это заблуждение, порожденное отсталостью,

беспомощностью древнего человека в борьбе с природой, в пережиточных

формах дожило до последних десятилетий XX века. Достаточно вспомнить

почитаемые и в наши дни в исламе черный камень - аль-хаджар аль-асвад

- куски лавы или базальта метеоритного происхождения, теперь

вмурованные в восточную стену Каабы и скрепленные каменным барьером и

серебряным обручем на высоте полутора метров; камень "стояние

Ибрахима" - макам Ибрахим - во внутреннем дворе той же Большой

мекканской мечети, а также находящийся там же "счастливый камень" -

аль-хаджар аль-асъад, и т.д. Вера в магическую силу этих камней и

совершаемых к ним хаджжа и умры и других обрядов до сих пор

подогревается исламскими богословами, прибегающими в этих целях к

подновленным истолкованиям древних сказаний о пророке Ибрахиме и его

сыне Исмаиле, который почитается и в качестве родоначальника всех

северных арабов. А о черном камне и ныне сообщают как об окаменевшем

ангеле, спущенном из рая. Он-де в день страшного суда оживет и

предстанет в роли заступника за целовавших его верующих. Кстати, вся

видимая поверхность этого камня отполирована и почернела, по-видимому,

от бесчисленных прикосновений и поцелуев паломников.

Впрочем, очень рано среди мусульман возникло и скептическое

отношение к культу камней, проявилась его трезвая оценка. Даже то, что

черный камень ныне не целый, а состоит из трех сравнительно больших и

нескольких мелких искусственно скрепленных кусков, - следствие далеко

не одинакового отношения к этому фетишу со стороны верующих. Во всяком

случае, недоверие к чудесным возможностям черного камня, очевидно,

весьма рано приобрело влиятельных сторонников. Об этом говорит, в

частности, очень мягкое, своего рода "компромиссное" возражение

противникам его культа, с которым якобы обратился к черному камню Омар

ибн аль-Хаттаб, второй из четырех первых "праведных" халифов,

правивший в Медине в 634-644 годах. Он будто бы сказал: "Конечно, я

знаю, что ты только камень, который не может принести ни пользы, ни

вреда ("так обычно характеризуются в Коране идолы", - добавил от себя

опубликовавший это изречение венгерский академик Игнац

Гольдциер, 1850-1921. - Л.К.), - и если бы я не видел, что пророк тебя

целовал, то я бы тебя больше никогда не целовал"[Goldziher I. Die

Heiligenverehrung in Islam. - Goidziher I. Muhaminedanische Studien.

Halle a. S., 1889, S.369.].

Выдающийся арабский поэт и мыслитель Абу-ль-Аля аль-Маарри

(973-1057 или 1058) из Сирии в своем сборнике стихов "Обязательность

необязательного" ("Лузум ма ля йалзам", или, короче, "Лузумийят")

связал культ камней в Мекке с представлениями и обычаями разных

народов и с их религиями. Относясь к исламу как к одной из религий,

сменяющих в обществе с течением времени одна другую, Абу-ль-Аля был

чужд нетерпимости к другим вероисповеданиям. С завидной объективностью

он относился к заблуждениям последователей любой веры - христианства,

иудаизма, зороастризма и ислама. Он писал:


Твердят христиане: "Всесилен Христос".

Ну, как не дивиться той силе!

Какой бы всесильный безропотно снес,

Когда его смертные били!

Нам хвалят евреи свое божество,

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   23


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница