Издательство




страница6/40
Дата26.02.2016
Размер6.08 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   40

Конечно же, цена явилась определяющим фактором роста спроса на бумажные изделия. Так, в одном из отделов разрекламированной продукции продавалась обычная одеж-

64

да трапециевидного силуэта из "целлюлозного волокна и нейлона". Каждый предмет стоил 1,29 долл., для потребителя дешевле купить новую вещь и после носки выбросить се, чем, имея обычную одежду, пользоваться услугами химчистки. Скоро так и будет. Все это больше относится к области экономики, однако распространение одноразовой культуры имело более важные психологические последствия. Потребление одноразовых изделий влияло на сферу духовной жизни людей. В числе прочих ценностей кардинальному пересмотру подверглось отношение к собственности. Распространение в обществе идеи одноразового использования заключало в себе сокращение продолжительности отношений человека и вещи. Вместо того чтобы в течение относительно долгого времени быть привязанным к одному предмету, мы на короткие промежутки имеем в своем распоряжении предметы, непрерывно вытесняемые другими.



ОТСУТСТВУЮЩИЙ СУПЕРМАРКЕТ

Тенденции к недолговечности проявляются даже в архитектуре, той части материальной среды, которая в прежние времена главным образом порождала в человеке чувство постоянства. Девочка, которая сдает свою куклу Барби, конечно же, видит недолговечность домов и других больших зданий в своем окружении. Мы перекраиваем городские территории. Мы сносим целые улицы и города и с умопомрачительной скоростью воздвигаем на их месте новые.

"Средний возраст жилища неуклонно уменьшался, - писал Э. Ф. Картер из Стэнфордского исследовательского института. - В пещерные времена он, в сущности, был безграничен... составлял примерно сто лет для домов, построенных в Соединенных Штатах в колониальный период, а в наши дни он около сорока лет".2 А вот мнение англичанина Майкла Вуда: "Американец начал строить свой мир совсем

65

недавно, он хорошо знает, как хрупок этот мир и непостоянен. Здания в Нью-Йорке внезапно пропадают, и облик города за год может полностью перемениться"3.



Писатель Луис Очинклос сердито жалуется: "Ужас жизни в Нью-Йорке в том, что это город без истории... Все мои деды и прадеды жили в этом городе... но из домов, которые они занимали, сохранился лишь один. Как раз это я и имею в виду, рассуждая об исчезающем прошлом"4. У некоренных ньюйоркцев, чьи предки прибыли в Америку не так давно из кварталов Пуэрто-Рико, сел Восточной Европы или южных плантаций, совсем иное восприятие этого города. Однако же "исчезающее прошлое" - реальное явление и, судя по всему, оно получает все большее распространение, захватывая даже многие пропитанные историей города Европы.

Бакминстер Фуллер, архитектор-философ, однажды охарактеризовал Нью-Йорк как "непрерывный эволюционный процесс освобождения, сноса, вывоза, временно пустующих участков земли, новых сооружений и повторение того же порядка. Этот процесс в принципе сходен с ежегодным циклом земледельческих работ на ферме - вспашка, посев семян, уборка урожая, выкорчевывание... и переход на другую сельскохозяйственную культуру... Большинство людей относятся к строительным работам, преграждающим улицы Нью-Йорка... как временным неудобствам, на смену которым вскоре придет покой. Они по-прежнему считают обязательным сохранение незыблемости, что является пережитком ньютонова взгляда на мир. Те, кто жил в Нью-Йорке и с Нью-Йорком с начала века, на опыте получили представления об эйнштейновском принципе относительности"5.

В том, что дети в самом деле усваивают "эйнштейновскую относительность" по окружающей жизни, я убедился на собственном опыте. Некоторое время назад моя жена послала дочь, которой тогда было 12 лет, в супермаркет, находящийся в нескольких кварталах от нашего дома в Манхэттене. До этого девочка была там пару раз. Через полчаса она вернулась домой растерянная. "Должно быть, его

66

снесли, - сказала она, - я не могла найти его". В действительности это было не так. Еще плохо ориентируясь в новом районе, Карен пришла не туда. Но она - дитя эпохи недолговечности, и ее предположение, что дом снесли и на его месте построили другой, было вполне естественным для ! двенадцатилетней девочки, живущей в Соединенных Штатах в наши дни. Подобная мысль, возможно, никогда бы не , пришла в голову ребенку, столкнувшемуся с похожей ситу- ' ацией полвека назад. Материальная среда была более долговечной, наши связи с ней не столь краткосрочными.



ЭКОНОМИКА НЕУСТОЙЧИВОСТИ

В прошлом неизменность была идеалом. Занимался ли человек пошивом обуви или строительством кафедрального собора, все его силы и помыслы были сосредоточены на том, как сделать то, что он производит, более прочным. Он хотел, чтобы творение его рук пережило время. Пока общество вокруг него было относительно устойчивым, каждый предмет имел свое определенное назначение, и экономическая логика подсказывала следовать курсом, не подверженным переменам. Даже если нужно было время от времени чинить ботинки, которые стоили 50 долл. и носились 10 лет, они оказывались не такими дорогостоящими, как те, которые стоили 10 долл., а служили только год.

Но когда в обществе возрастает темп перемен, экономика постоянства неизбежно уступает место экономике недолговечности.

Первое: развивающаяся технология скорее движется в направлении снижения издержек производства, чем стоимости ремонтных работ. Издержки производства зависят от его автоматизации, ремонтные работы в значительной степени остаются ручной операцией. Отсюда следует, что часто вещь выгодней заменить, чем починить. Поэтому экономически разумнее производить дешевые, не поддаю-

67

щиеся ремонту одноразовые изделия, пусть даже они не служат так же долго, как вещи, которые можно починить. Второе: развивающаяся технология с течением времени делает возможным усовершенствовать изделие. Компьютеры второго поколения лучше выпускавшихся прежде, а третьего - превосходят по своим характеристикам предшественников. С тех пор как мы можем предвидеть дальнейший технический прогресс, все больше усовершенствований за укорачивающиеся промежутки времени, экономически выгоднее производить вещи, которые не будут служить долго, а не товары длительного пользования. Дэвид Льюис, архитектор и проектировщик, работающий в Союзе городского дизайна в Питтсбурге, рассказывал о некоторых многоквартирных домах в Майами, которые были снесены уже через десять лет после их строительства. Улучшенные системы кондиционирования воздуха в новых зданиях снизили число желающих снять квартиры в этих "устаревших" домах. Если произвести экономические расчеты, то ясно, что выгоднее снести эти десятилетние дома, чем их усовершенствовать.



Третье: в то время как темп перемен ускоряется и они доходят до самых отдаленных уголков общества, возрастает неуверенность в будущих потребностях. Признавая неизбежность перемен, но неуверенные в том, как они отразятся на нас, мы не решаемся вкладывать большие ресурсы в жестко закрепленные предметы, призванные служить неизменным целям. Избегая "привязки" к установленным формам и функциям, мы производим изделия для краткосрочного использования или же пытаемся сделать их легко приспосабливаемыми. Мы стараемся действовать осмотрительно с технической точки зрения.

Увеличение товаров одноразового использования - распространение одноразовой культуры - представляет собой реакцию на постоянно испытываемое давление. В то время как перемены ускоряются, а трудности множатся, мы можем предположить дальнейшее расширение круга действия принципа одноразовости, дальнейшего сокращения отношений человека с вещами.

68

РАЗБОРНЫЕ ИГРОВЫЕ ПЛОЩАДКИ



Помимо одноразового использования, существуют и другие явления, оказывающие тот же психологический эффект. Например, в настоящее время мы наблюдаем массовое производство предметов, призванных служить нескольким краткосрочным целям вместо одной-единственной. Они уж никак не одноразовые. Обычно они слишком крупные и дорогостоящие, чтобы просто выбросить. Но они сконструированы таким образом, что при необходимости могут быть демонтированы, а для очередного использования собраны вновь.

Так, местный отдел образования Лос-Анджелеса решил, что 25% классных комнат этого города станут в будущем временными сооружениями, которые, если нужно, могут быть преобразованы в другие помещения. В любом большом образовательном центре Соединенных Штатов сегодня отчасти используются временные классные комнаты6. Эта тенденция будет расширяться. В самом деле временные классные комнаты для индустрии школьного строительства то же, что бумажная одежда для швейной промышленности, - предвкушение будущего.

Предназначение временных классных комнат - помочь школьной системе справиться с быстро меняющейся плотностью населения. Такие временные классы, подобно одноразовой одежде, подразумевают более короткую продолжительность отношений человека с вещью, чем в прошлом. Таким образом, временная классная комната отчасти учит даже в отсутствие учителя. Как и в случае с куклой Барби, ребенку дается понятие о непостоянстве его окружения. Пока он привыкает к новому помещению, узнает, каково в нем в жаркий день, как разносятся в нем звуки, какие здесь запахи, какова фактура материалов, из которых оно построено, - все то, что при-Дает любой комнате только ей присущее своеобразие, он усваивает, что данная классная комната может быть изъята из его окружения и станет служить другим детям в другом месте.

Передвижные классные комнаты не чисто американское явление. В Англии архитектор Седрик Прайс спроектиро-

69

вал то, что он назвал "thinkbelt" - полностью передвижной университет, предназначенный обслуживать 20 000 студентов в Северном Стаффордшире. "Нужно делать упор, - утверждал он, - на полностью разборные здания, а не на стационарные". Необходимо "как можно шире использовать мобильные и разнообразные материальные средства" - к примеру, комнаты для занятий можно оборудовать внутри железнодорожных вагонов, а те где угодно могут быть установлены на запасном пути вдоль четырехмильной территории университета7.



"Геодезические купола" вмещали выставки, надутые воздухом пластиковые пузыри использовались как командные пункты или строительные управления, великое множество разборных временных сооружений сходило с чертежных досок инженеров и архитекторов. В Нью-Йорке департамент парков решил построить 12 "разборных спортивных площадок" - маленькие, временные площадки для игр создавались на незанятых участках земли, пока решался вопрос их использования, а потом могли быть демонтированы и перевезены куда-нибудь в другое место. Было время, когда спортивная площадка была постоянной принадлежностью городского района, и дети, а возможно даже и дети этих детей, могли ею пользоваться. Супериндустриальные строительные площадки отказываются оставаться на одном месте. Они временны по замыслу.

МОДУЛЬНЫЙ "ДВОРЕЦ РАЗВЛЕЧЕНИЙ"

Сокращение продолжительности общения человека с вещью, вызванное введением в употребление одноразовых предметов и временных сооружений, еще более усилилось с распространением модульного принципа конструкции. Модульность можно рассматривать как попытку придания структуре в целом большего постоянства за счет меньшей долговечности субструктур. Так, университетский проект

70

Седрика Прайса предполагал: квартиры студентов и преподавателей представляют собой модули из штампованной стали, которые могут с помощью подъемного крана вставляться в остов здания. Этот остов был единственной сравнительно постоянной частью сооружения. Квартирные модули могли перемещаться по мере необходимости, а теоретически даже сняты совсем и заменены.



Здесь необходимо подчеркнуть, что, с точки зрения продолжительности отношений, существует разница между одноразовостью и разборностью, хотя и достаточно тонкая. Когда модули монтируются по-новому, в результате появляется новая конфигурация, новая вещь. По сути, получается, что одна материальная структура как бы отбрасывается, а возникает новая, даже если некоторые или все ее компоненты остались прежними.

Даже многие считающиеся "постоянными" здания строятся сегодня по блочному методу, причем внутренние стены и перегородки можно переместить по желанию жильца и образовать новые огороженные структуры. Изменяющаяся внутренняя планировка действительно может служить символом быстро меняющегося общества. Сегодня как только посетитель заходит в большую контору, он непременно наталкивается на бригаду рабочих, деловито передвигающих мебель и с помощью передвижных перегородок преобразующих внутреннее пространство. В Швеции модульный принцип конструкции недавно одержал новый триумф: в выстроенном в Упсале жилом доме все стены и стенные шкафы могли перемещаться. Жильцу нужна была лишь отвертка, чтобы полностью перепланировать все и создать поистине новую квартиру8.

Тем не менее иногда модульность непосредственно связана с одноразовостью. Примером может служить простая, повсеместно распространенная шариковая авторучка. Первому орудию для письма чернилами - гусиному перу - было суждено существовать долго. Обычно им пользовались долго, время от времени оно приобретало новую форму (т. е. восстанавливалось), что продлевало его жизнь. Авторучка стала великим техническим дости-

71

жением, потому что в ней была применена модульность. Новое орудие письма заключало в себе собственную чернильницу, что значительно повышало степень его полезности. Изобретение шариковой ручки знаменовало собой новый успех. Ко всем преимуществам предшественницы добавилось важное качество: шариковая авторучка была настолько дешевой, что, когда переставала писать, ее можно было выбросить. Появилось первое орудие письма одноразового пользования.



И все же мы до сих пор не отделались от психологического состояния, которое порождает нехватка. Еще и сегодня многим людям кажется грехом выбрасывать уже исписанную ручку. Промышленность соответственно отреагировала на эту психологическую реальность, была создана шариковая ручка, построенная по модульному принципу - наружный корпус, который можно было оставлять для употребления, и внутренний пишущий элемент, который можно было выбросить и заменить новым. Если стержень использован, вещи в целом гарантирована продолжительная жизнь за счет субструктуры.

Здесь речь идет скорее о частях, чем о целом. Пусть даже человек использует сменные элементы, создавая новое целое, а израсходованные выбрасывает, на протяжении жизни он все быстрей меняет вещи, все равно спад средней продолжительности отношения "человек - вещь" очевиден. Возникает новая изменчивость, мобильность и недолговечность.

Одним из наиболее крайних примеров архитектуры, предназначенной воплощать эти принципы, явился проект, предложенный английским театральным режиссером Джоан Литлвуд и разработанный с помощью инженера Фрэнка Ньюбай, консультанта по системам Гордона Паска и архитектора-модулиста Седрика Прайса.

Мисс Литлвуд мечтала о театре, где максимально была бы воплощена идея изменчивости, где могло бы происходить что угодно, обычный спектакль или политический съезд, танцевальное представление или соревнование по борьбе - предпочтительно в одно и то же время. Она хотела, по выражению критика Рейнера Бэнхема, "зоны абсо-

72

лютной возможности". Результатом стал фантастический проект "Дворца развлечений", известного также как "Первый в мире гигантский пространственный модуль". По замыслу это был как бы строительный набор в натуральную величину, комплект модульных частей, которые могли скрепляться вместе самыми разнообразными способами. Ставились более или менее "постоянные" вертикальные башни различных служб - таких, как туалеты и оборудование электронного контроля, - а подъемные краны размещали модули на нужных местах и соединяли их, создавая любую желаемую временную конфигурацию. Когда заканчивался вечер развлечений, появлялись подъемные краны, демонтировали зрительный зал, выставочные холлы и рестораны и убирали конструкции.



Рейнер Бэнхем так отзывался об этом: "Дворец развлечений" - часть рассчитанного на десять лет потребления городского оборудования... Изо дня в день эта гигантская неофутуристическая машина будет двигать и перетасовывать свои передвижные части - стены и пол, лестницы и галереи, управляемые эскалаторы, кресла и крышу, театральные подмостки и киноэкраны, системы освещения и звука, - иногда выгораживается лишь небольшая часть, но любопытствующая публика прогуливается по галереям и лестницам, нажимает кнопки, чтобы все происходило само собой.

Таким образом, когда это случится (а возможно, это произойдет очень скоро), неопределенность обретет новую силу: тут нет постоянного монументального внутреннего пространства или торжественного силуэта, которым суждено сохраниться для потомства... Единственными постоянно видимыми частями "Дворца развлечений" станут башни "жизнеобеспечения", где будут крепиться меняющиеся архитектурные части".

Сторонники такой идеи, получившей название "вставленной" ("plug-in") или "скрепленной" ("clip-on") конструкции, задумывали целые города, создаваемые в стиле "недолговечной архитектуры". Отталкиваясь от принципов, заложенных в проекте "Дворца развлечений", они предла-

73

гали строительство различных типов модулей, предназначавшихся для разных целей. Стержень "здания" мог служить по меньшей мере 25 лет, тогда как навешиваемым модулям помещений отводился срок только три года. Позволив себе полет фантазии, они строили планы подвижных небоскребов, опиравшихся не на стационарные фундаменты, а на гигантские наземные механизмы или воздушную подушку. Такое "строение" было бы свободно от закрепленного местоположения, снабжалось ядерной энергией и изменяло свою внутреннюю форму еще быстрей, чем сегодня Нью-Йорк.



Станут ли эти планы реальностью или нет, важно то, что общество движется в данном направлении. Распространение одноразовой культуры, создание все более временных сооружений, развитие модульного принципа конструкции происходит быстро, и все это создает один психологический эффект: недолговечность связи человека с вещами, которые его окружают.

ПРОКАТНЫЙ ПЕРЕВОРОТ

Еще один фактор радикально меняет характер связи человека и вещи - прокатный переворот. Распространение проката, характерная черта обществ, вступающих в супериндустриальную эпоху, тесно связано со всеми вышеописанными тенденциями9. На первый взгляд, связь между электромобилями, одноразовыми полотенцами и "Дворцом развлечений" Джоан Литлвуд не видна, однако при внимательном рассмотрении обнаруживается явное внутреннее сходство. Прокатная система также утверждает недолговечность.

В период депрессии, когда миллионы людей не имели работы и крыши над головой, страстное желание иметь собственный дом было в капиталистических обществах одним из наиболее сильных экономических стимулов. И сегодня в

74

Соединенных Штатах многие мечтают иметь свой дом, однако со времени окончания Второй мировой войны в процентном соотношении количество домов, предназначенных для сдачи квартир внаем, неуклонно росло. Так, в 1955 г. в возводимом новом жилом фонде квартиры для найма составляли лишь 8%. К 1961 г. эта цифра достигла 24%. В 1969г. в Соединенных Штатах впервые число домов для квартиросъемщиков превысило число частных домов. По многим причинам на первый план выдвинулась аренда квартир. Приобретение квартиры внаем было особо распространено среди молодых людей, которые, по выражению профессора Массачусетского технологического института Барнхэма Келли, хотели "минимума затруднений в жилищном вопросе".



Минимум затруднений - это как раз то, что получает за свои деньги пользователь одноразового изделия. Именно это обеспечивает временная структура и модульные компоненты. Непосредственное отношение к жилью возникало лишь на короткий срок по сравнению с отношением владельца дома к своей собственности. Таким образом, общее стремление к найму квартир отражало тенденцию ко все большему сокращению своих отношений с материальным окружением*.

Еще более поразительным является наблюдающееся в последнее время развитие прокатной системы в тех сферах, где прежде она не существовала. Дэвид Ризман писал: "Люди испытывают привязанность к своим автомобилям; им нравится рассказывать о них при встречах друг с другом, однако подобная привязанность к какой-либо одной машине редко бывает длительной". Среднестатистический владелец

* Следует отметить, что миллионы американских "собственников" домов, заплативших при покупке 10% их стоимости или меньше, для банков и других организаций, выдающих ссуды, фактически не являются домовладельцами в подлинном значении слова. Ежемесячная плата, которую эти семьи должны вносить в банк, ничем не отличается от платы, вносимой за снятую квартиру. Фактически их право собственности условное, и пока они не выкупили значительную часть дома, они сами не чувствуют себя в полной мере его владельцами.

75

автомобиля в Соединенных Штатах меняет машину через три с половиной года; более богатые люди меняют свой автомобиль каждый год или раз в два года. В свою очередь, это привело к развитию в Соединенных Штатах торговли подержанными автомобилями, объем которой достиг 20 млрд. долл. Автомобильная промышленность первой стала разрушать традиционное представление о том, что крупная покупка предполагает длительное пользование. Ежегодный выпуск новых моделей, мощная реклама, подкрепляемые готовностью производителя принять старый автомобиль в счет оплаты нового, - все это сделало приобретение нового (или нового подержанного) автомобиля обычным делом в жизни среднего американца. Сокращение отрезка времени между очередными покупками автомобиля привело к сокращению продолжительности взаимоотношений между владельцем и его транспортным средством.



Однако в последние годы возникло набирающее размах новое явление, поколебавшее традиционные подходы, принятые в автомобильной промышленности. Это широко поставленная система проката автомобилей. Сегодня в Соединенных Штатах миллионы автомобилистов периодически берут автомобили напрокат на срок от нескольких часов до нескольких месяцев. Жители многих крупных городов, особенно Нью-Йорка, где огромные трудности с хранением автомобиля, отказываются иметь собственную машину и предпочитают брать ее напрокат, чтобы на выходные дни поехать за город или даже для поездок внутри города, если неудобно пользоваться общественным транспортом. Сегодня автомобили могут быть взяты напрокат без всякой волокиты с оформлением в любом аэропорте США, почти на любой железнодорожной станции, в каждой гостинице.

Более того, американцы не захотели отказываться от удобств проката даже за пределами страны. Около полумиллиона из них каждый год пользуются прокатом автомобилей за границей. Предполагается, что к 1975 г. эта цифра возрастет до миллиона, и крупные американские прокатные фирмы, работающие на сегодняшний день почти в 50

76

странах мира, начали сталкиваться с местными конкурентами. А тут и европейские автомобилисты стали подражать американским. Карикатура в "Пари-матч" изображает инопланетянина, стоящего у своей летающей тарелки и спрашивающего полицейского, где он может взять напрокат автомобиль. Идея вполне понятна.



Тем временем развитие системы проката автомобилей шло параллельно с появлением в Соединенных Штатах нового типа универсальных магазинов, где товары не продавали, а предоставляли во временное пользование. Сейчас таких магазинов в Соединенных Штатах около 9000, и их годовой доход составляет примерно 1 млрд. долл. при ежегодном приросте от 10 до 20%. Фактически 50 процентов этих магазинов пять лет тому назад не существовало вовсе. Сегодня трудно найти предмет, который нельзя бы было взять напрокат, это может быть лестница или сенокосилка, норковое манто или картина Руо.

В Лос-Анджелесе прокатные фирмы предоставляют настоящие кусты и деревья для застройщиков, желающих временно оформить свои земельные участки вокруг домов. "Зеленые насаждения - живые растения напрокат" - было написано на борту грузового автомобиля в Сан-Франциско. В Филадельфии можно получить во временное пользование рубашки. Американцы теперь берут напрокат все: платья, костюмы, драгоценности, телевизоры, туристское снаряжение, кондиционеры, инвалидные кресла, постельное белье, лыжи, магнитофоны, столовое серебро. Один мужской клуб на Западном побережье давал напрокат человеческий скелет, а в рекламном объявлении, помещенном в "Wall Street Journal", предлагалась напрокат корова.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   40


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница