История Православия в Усть-Канском районе




Скачать 118.11 Kb.
Дата20.07.2016
Размер118.11 Kb.
История Православия в Усть-Канском районе
«Поучительно поминать дни древние,

оглянуться назад, чтобы, сравнив их

с настоящими делами, соображать и

предполагать о будущем…»

Святитель Макарий (Невский).
История Православия в Усть-Канском районе началась с деятельности Алтайской Духовной Миссии.

Алтайская Духовная Миссия в конце XIX века входила в состав Томской епархии, которую возглавлял епископ Владимир (Петров), бывший до этого в течение 18 лет начальником Алтайской Миссии. В 80-х годах начальником Миссии, епископом Бийским был владыка Макарий (Невский), а помощником начальника Миссии – знаменитый алтайский этнограф и лингвист протоиерей Василий Вербицкий. В те годы в полную силу им помогал первый священник из алтайцев – отец Михаил Чевалков. Именно 80-е годы стали подлинным расцветом Миссии: умножались станы, строились церкви и часовни, открывались десятки школ, миссионеры по всему Горному Алтаю занимались оспопрививанием, в Казани печатались книги на алтайском языке, готовились к миссионерскому служению воспитанники первых миссионерских школ – алтайцы и шорцы.

Сами алтайские миссионеры успех миссии видели не в количестве алтайцев и шорцев, приведенных ко святому Крещению, а в доброй христианской жизни новокрещенных. Священник Макарий Абышкин в своих записках искренне отмечал: «Замечательно то, что с поступлением на приход пришлось мне, не покладая рук, работать над разложившимся приходом пока с внешней стороны. Но я знаю одно изречение, которое гласит так: «Всего больше можешь принести пользы человечеству, если заботиться не только о том, чтобы воздвигать крыши храмов и домов, сколько о том, чтобы возвысить душу каждого человека.» Этого изречения я не забываю, и я буду постоянно иметь его в виду и работать по его указанию». Семя веры Христовой, посаженное в Горном Алтае архимандритом Макарием Глухаревым, «прозябло, выросло и стало древом, широко раскинувшим свои ветви не только по горам и дебрям Алтая, но и за пределы его»1

[Из духовного наследия алтайских миссионеров. С.8.].

Перед революцией 1917 года Алтайская Духовная Миссия имела тридцать миссионерских станов, более сорока церквей, десятки часовен, девяносто школ, при каждой из которых была устроена библиотека. Миссия издавала книги на алтайском языке, имела врачебную службу в лице фельдшеров и оспопрививателей-миссионеров, а главное, обладала богатыми миссионерскими традициями, коренившимися в благодатном духовном опыте «незабвенного архимандрита» Макария.




Черный Ануй

С 1844 по 1864 годы Алтайскую Духовную Миссию возглавлял протоиерей Стефан (Васильевич) Ландышев (+ 25 января 1882г.), ученик архимандрита Макария Глухарева. За период его управления было образовано много оседлых селений новокрещенных алтайцев, среди них – село Черный Ануй.

Один из четырех миссионерских станов на территории современной Республики Алтай с 1856г.находился в с.Черный Ануй [1]. При С. Ландышеве Миссией были открыты миссионерские начальные школы: Черно-Ануйская (1858), Мыютинская (1850), Макарьевская (1855), Кузедеевская (1859), Урсульская (1860),Чемальская (1863), Кебезенская (1863).( Из духовного наследия алтайских миссионеров. С.160.).

История Православия в с.Тюдрала.

Согласно архивным документам, опубликованным в газете « Звезда Алтая» Галиной Онуфриевной Носковой, работавшей главой администрации в с.Тюдрала, село основано в 1701г. алтайским ханом Омбо.

По свидетельству историков, хан Омбо был одним из первых, кто видел защиту и покровительство Горного Алтая только в составе России. Он вместе с передовыми ханами и зайсанами того времени просил русского царя о присоединении юго-западной части Горного Алтая к России. Сам хан, приняв крещение, переехал вместе с семьей в русскую крепость Омск, где и умер в 1757 году. (2 – «Тюдрале – 300 лет» Статья от 29 июня 2001г. И. Саврина, директора СДК с.Тюдрала. Районная Библиотека)

Около 1855г. на месте ханского стана возникло миссионерское селение Тюдрала (в переводе с алтайского языка название означает - Черемушки). Основателем его считался казах Сул-Спринской волости Семипалатинского уезда Садыбай Джолды, нареченный после крещения Федором Афанасьевым. К нему присоединились крещёные алтайцы из ближайших урочищ и крестьянин Колыванской волости Змеиногорского округа с пятью сыновьями.

Позднее здесь поселились крестьяне из Колыванской, Ануйской и других волостей, а также новокрещённые казахи из Семипалатинского и Усть-Каменогорского уездов. В административном отношении они подчинялись Чечулинскому старосте. По данным переписи 1890 года в Тюдрале проживало 662 человека. («Как живется, Тюдрала? Из истории Тюдралы.» Районная Библиотека.)

В советское время в публикациях встречаем такие замечания: «Село Тюдрала долгое время было фермой совхоза «Талицкий», поэтому село имело только начальную школу, медпункт, а очагом культуры служила церквушка.» (Краткая справка. Районная Библиотека.)

Церковь была освящена в честь святых апостолов Петра и Павла.

По свидетельству уроженцев с. Тюдрала, которые еще помнят здание Церкви, построена она была очень хорошо. Большая, голубого цвета, с высоким куполообразным потолком, на котором были росписи: от центра шли лучи, а по краям были ангелы (даже в советское время росписи на потолке не забеливали из-за высоты). Кресты на Церкви были золотые.

Священник Макарий Абышкин: «Но хуже всего устрашал меня один случай, бывший с о. Матвеем Турбиным в селе Тюдрале Черно-Ануйского отделения.

Тюдралинцы задумали у себя построить новый храм. Дали знать о сем о. Матвею, и добрый батюшка одобрил их желание и приехал к ним в Тюдралу на совет. Обсудив это дело тщательно, постановили: построить новый храм в Тюдрале. Местный крестьянин пожертвовал на постройку храма 400 рублей. Нашли подрядчика и заключили с ним условие. Церковная работа быстро пошла вперёд. Подрядчик стал просить денег за работу, а денег нет. Усердные тюдралинцы истощились и под разными предлогами стали уклоняться от поборов. Дело стало. Вот тут-то о. Матвею не раз пришлось видеть печальных дней. Но всё-таки благодаря его усердию теперь в Тюдрале красуется великолепная церковь. Я в то время там служил учителем и видел всё творившееся.» (Записки Миссионера Паспаульского отделения АДМ священника Макария Абышкина за 1906 год./ Из духовного наследия алтайских миссионеров. С.107.).

Закрыли Церковь в 32 или 33-ем году. Кресты срубили. Здание отдали под клуб. Позже его разобрал один житель села Тюдрала и построил себе дом в Усть-Кумире.
Белый Ануй

Церковь Архистратига Михаила. Когда срубали кресты, один человек упал и остался калекой.


Зыряновка

В Зыряновке была небольшая Церковь. Священника не было, он приезжал из другого села. Престольный праздник был летом. По воспоминаниям Сафроновой Е.А. церковь была маленькая деревянная с двумя куполами. Стояла справа от дороги ближе к речке. Была звонница. В 1943году она еще стояла.


Усть-Кан

История с.Усть-Кан в свете Православной веры тесно связана с именем русского купца Тимофея Евграфовича Мокина. По воспоминаниям Н. Ивановой, в устье реки Кан купец Мокин построил два дома, которые были связаны между собой стеклянным переходом. Основным занятием купца было разведение лошадей и крупного рогатого скота. Товар он продавал на ярмарках, ездил в Томск и Иркутск. Совершая длительные переезды, купец встречал на пути много семей, которые оставались в разряде непричисленных. «И вот, договорившись с администрацией округа, Мокин перевозит в 1877 году две семьи. Это мой прадед и дед Иван и Фома Воробьевы, их родственники Еркины. В округ обе семьи прибыли с Дона. Семьи эти построили себе избы и работали на купца. Устанавливая связь со своими родственниками и знакомыми, они приглашали их на новое поселение. Постепенно поток переселенцев в Усть Кан усиливается, появляются здесь жители Вятской и Пермской губерний.» («К 125- летию села Усть-Кан. Так зарождалось родное село.» Районная Библиотека.)

В весной 1892года в селе открывается миссионерская церковно-приходская школа. Построена на средства купца Мокина.

В 1902 году в селе Усть-Кан построена Церковь в честь Святителя Николая Чудотворца. В этом же году со Святой Горы Афон была выписана храмовая икона:

«Бийского мещанина, проживающего в селе Усть-Кан, Тимофея Евграфова Мокина покорнейшее прошение об иконе святителя Николая, Мир Ликийских чудотворца, которая заказана на Афоне для усть-канской Никольской церкви и которая, вероятно, скоро получится в городе Бийске. Мне искренне желается, чтобы означенная икона была отправлена из города Бийска до Усть-Чарышской пристани на пароходе по адресу Мокина, а далее вместе с приготовленною мною иконою святого великомученика Пантелеимона проследовала бы до нашего села Усть-Кана с крестным ходом, о чем я покорнейше осмеливаюсь просить Вас, Ваше Преосвященство, милостивейше разрешить таковое путеследование святых икон». (ЦХАФ АК.Ф.164, оп.2, д.20, л.63/ цит. по Альмонах «К Свету» вып.20 -Православный Алтай., М. 2002г.)

Записки диакона Урсульского отделения АДМ Иоанна Бобракова (Тозыякова) за 1906 год (Из духовного наследия алтайских миссионеров. С.88-93.):

«7-го августа сего года в селе Онгудае на миссионерском съезде было устроено три проповеднические партии с целью проповеди против язычников - калмык. Эти партии направлены были в разные местности Алтая. На съезде я был назначен в первую партию, которая должна была объехать Канское и Урсульское отделение.

С общего совета нашей партии мы все должны были к 20 августа собраться в с.Усть-Кан для того, чтобы сперва с проповедью объехать Канское отделение, а затем Урсульское. 18 августа я выехал из Онгудая. 19 же августа я приехал в Усть-Кан. Здесь оказалось, что кроме меня, назначенные лица в нашу партию никто не приехал1 . Прождав двое суток остальных, мы втроем: отец Лука Кумандин, я и учитель Дмитрий Белоусов, отслужив молебен, выехали 21-го августа из Усть-Кана.

Сперва поехали по рекам Кану и Ябогану. По этим речкам живут калмыки, принявшие Четово2 учение, верующие в бурхана. Зайдя в юрту калмыка, нетрудно узнать, бурханист он, или шаманист. У верующих в бурхана вы в юрте увидите следующее: перед «ак-бурханом» или «яыком» поставлены чурки, которые изображают как бы жертвенники, а также стоят чурки перед «алтай-эзи» и около костра. В известное время хозяин юрты на этих жертвенниках возжигает вереск. По этим речкам мы проездили двое суток, побывали во многих юртах, беседовали с калмыками о вере христианской.

23 августа мы перевалили к речке Азраткану. По этой речке живут почти все калмыки-шаманисты, не верующие в бурхана. Калмыки-шаманисты нас везде принимали хорошо, и беседы наши слушали они охотно. В этот день мы не вели беседы наши с калмыками, потому что у одного калмыка по этой речке была устроена свадьба, куда все и уехали. На другой день мы посетили несколько юрт. Калмыки охотно нас принимали. Это не те калмыки - бурханисты, которые всегда сухо принимали нас.

Калмыки – шаманисты, живущие по этой речке, все почти пожгли чалуларов (идолов), страшась проповеди Чета 1904 года, который говорил, что если кто не сожгет своих чалуларов и бубны, тот погибнет от огня, который упадет с неба. Но потом, убедившись в лживости слов пророка Четова, они остались в прежней вере. Но есть калмыки, которые не испугались грозных речей Чета, по сие время имеют у себя бубны и чалуларов, например, у зайсана 2-й дючины3 Палбактана, у которого мы были, по-прежнему стоят идолы, которым он покланяется. На наш вопрос ему, почему он не сжег своих чалуларов в то время, когда по приказанию Чета все жгли своих идолов, он ответил так: «Я не могу поверить словам вора, который не раз попадался по этому делу, и не поверю, чтобы бурхан мог явиться ему и избрать его своим посланником для проповеди нового учения среди нас.»

С 25 по 28-е августа мы ездили по речкам Чакыру и Ябагану. В Ябагане мы угодили на таилгу4 шаманистов, где было народу около 100 человек.

Здесь мы остановились у демичи Ялбака, у которого была устроена таилга. При таком стечении народа хорошо было нам побеседовать с ними. Сперва мы беседовали в юрте, а затем по просьбе калмык мы вышли из юрты на улицу и под открытым небом беседовали с ними на разные темы. Например, говорили о вере христианской, о Четовом учении и о шаманизме. Особенно заинтересовались они над стихами «О бурхане»5 – сочинение миссионера Борисова.6 Несколько раз просили нас прочитывать эти стихи. Шаманисты-калмыки как бы радовались, что бурхан не есть еще истинный Бог, а потому и вера ихняя не как «ак-jан» (истинная вера). Бурханисты, в отличие от шаманистов, свою веру назвали «ак-jан», а веру шаманистов – «курумду-jан». Всегда при беседе с калмыками нам приходилось много говорить о Четовом учении. Понятно, мы опровергали недействительность его учения о бурхане и о пришествии легендарного царя Алтая Ойрот-хана.

28-го августа мы ездили по юртам калмык, находящимся по р. Шибирте. Здесь живут калмыки-бурханисты и шаманисты. В этот день остановились ночевать у калмыка Сельбика, который живет по старой вере. У его в этот день было камланье по случаю болезни жены. Сельбик очень обрадовался, что мы заехали к нему. Вечером мы долго беседовали с ним, и он рассказывал нам, каким образом приверженцы Чета стараются разными мерами обратить в свою сторону оставшихся шаманистов. Так, например, если у богатого калмыка-бурханиста бедный калмык-шаманист попросит денег у него или что-нибудь другое, то он согласен дать ему, если он перейдет в ихнюю веру. Или какой-нибудь зайсан разнымипритеснениями и неправдами заставит поклоняться бурхану.

Зная мы, что Чет живет в вершине этой речки, на другой день поехали к нему. Когда мы подъезжали к его юрте, то, увидев нас он вышел из юрты и любезно пригласил нас в юрту. Угостив нас чаем, стал он выспрашивать нас: далеко ли мы едем и зачем мы едем? Мы обсказали ему цель нашей поездки. Тогда он сказал: «Вот вы несколько годов ездите и проповедуете свое учение, чтобы некрещеные наши калмыки бросили верить своим камам7, а также бросили верить и поклоняться злым духам, потом принять крещение, однако ж мало слушают ваших слов и мало находятся охотников принять крещение. Я же после видения мне бурхана , который велел мне сжечь чалуларов и бросить керемеса8, исполнив повеление бурхана, я стал говорить и другим, верующим в кермеса, чтобы и они исполнили повеление бурхана, а кто не исполнит приказание бурхана, тот будет спален огнем, который спадет с неба. Это страшное наказание на людей сказано было мне самим бурханом

при явлении его мне. И вот, услышав калмыки волю бурхана от меня, не замедлили поступить моему примеру, так что в самое короткое время последовали моему примеру несколько тысяч человек. Теперь верующих в бурхана больше калмык, чем неверующих шаманистов. В заключение Чет сказал: «Наша вера должна называться «ак-jан», а не «кара-jан», как вы называли раньше, когда мы поклонялись злым духам». Мы же ему много рассказывали и объясняли, что верующие в истинного Бога должны следовать учению Иисуса Христа… Рассказывали ему: о воплощении Сына Божия, о жизни и учении Его на земле и о Таинстве Крещения. У Чета мы пробыли целый день, а к вечеру опять уехали на ночевку к Сельбику.

Побывавши по Канскому отделению, а потом и по Урсульскому, увидели, что авторитет Чета пал среди калмык, хотя он, видимо, старается восстановить свое прежнее положение. Но это ему не удается. Калмыки не приглашают его теперь совершать им религиозные обряды, и даже многие стараются избегать его присутствия.

30-го августа по болезни о. Луки поездка по Канскому отделению нами была закончена. По Урсульскому же отделению ездил один я, потому что больше некому было ездить со мной.»

О священнике Луке Кумандине Вера Тозыякова: «Мой дядя Лука Яковлевич Кумандин, священник, был женат на младшей дочери Василия Моисеевича Постникова*1 Нине.

В.М. Постников (1835-1905 гг.) – сын священника из Тульской губернии. Закончив семинарию, по собственному желанию решил поехать на Алтай. В 1865 г имел сан дьякона и служил на Урале. Там же женился на дочери священника Степаниде Ивановне Космодемьянской. В 1867 году, став священником, начал служить в Чемале. Затем был переведен в Мыюту

Шебалинского района, где прожил до конца своей жизни. В семье Постниковых было шестеро детей: два сына и четыре дочери. Нина была младшей дочерью.

Выдали Нину замуж за священника Луку Яковлевича Кумандина: устроили пышную свадьбу, хорошее приданое за невестой дали. Молодые переехали из Паспаула в Усть-Кан, где у них родилось четверо детей. Двое малышей рано умерли, остались сын Костя и дочь Нина.

Лука Яковлевич прожил всего 29 лет, но за свою короткую жизнь успел проделать большую работу. Умер Кумандин в 1906 году в Усть-Кане. На похороны съехались родные и знакомые со всех станов. Заупокойную службу пел Степан Борисов, муж сестры Владимира Елены. И вместо имени Луки назвал по ошибке имя Владимира. Это посчитали плохим предзнаменованием, и не без основания. После роковых похорон Луки Яковлевича его осиротевшая семья поехала в Мыюту к Фаине и Владимиру Васильевичу, который все чаще стал болеть. У него началась водянка, и через четыре года 31 марта 1910 года он скончался. Хоронили его в ограде Мыютинского храма, где были погребены его родители и сестра. (Намного позже, при раскопках, найдут плиту, под которой покоятся останки Владимира Постникова). Когда происходили эти события, Нина была маленькой девочкой. Но у нее остались теплые воспоминания о своих приемных родителях. Со временем Нина Лукьяновна напишет подробное воспоминание обо всех своих родственниках.»

С 1907 года после смерти о. Луки Кумандина в Никольской церкви служит священник Макарий Абышкин.9



Комментарий

Введение

1 Из речи архиепископа Томского и Алтайского Макария (Невского) по случаю 100-летнего юбилея со дня рождения основателя Алтайской Духовной Миссии архимандрита Макария Глухарева; 1892 год.

Усть-Кан
*1 В.М. Постников (1835-1905 гг.) – сын священника из Тульской губернии.

Закончив семинарию, по собственному желанию решил поехать на Алтай.

В 1865 г имел сан дьякона и служил на Урале. Там же женился на дочери

священника Степаниде Ивановне Космодемьянской. В 1867 году, став

священником, начал служить в Чемале. Затем был переведен в Мыюту

Шебалинского района, где прожил до конца своей жизни. В семье

Постниковых было шестеро детей: два сына и четыре дочери.

1 В партию было назначено 5 человек.

2 Чет Челпанов – один из главных руководителей бурханистов.

3 Дючины – владения зайсанов, состоящие из 40 аилов.

4 Таилга (тайылга) – жертвоприношение .

5 Речь идет о сборнике «Бурханы и учуры» священника Стефана Борисова.

6 Священник Стефан Борисович Борисов (Тодогошев), коренной алтаец –

воспитанник Казанской учительской семинарии, ученик Н. И. Ильминского.



7 Кам – (у алтайцев, телеутов, шорцев) шаман.

8 Чалулары (чулулары) и керемесы (курюмески) – идолы у алтайцев-

язычников.



9 Абышкин Макарий Михайлович. Окончил Бийское Миссионерское

Катехизаторское училище. С 1896 по 1903 г. состоял учителем

миссионерских школ в разных селениях. Рукоположен во диакона 21

декабря 1903 г., во священника – 26 мая 1906 г. В 1906 г. служил в

Казанской церкви с.Паспаул, с 1907г. – в Никольской церкви с. Усть-Кан.

[Из духовного наследия алтайских миссионеров. С.101.]



Список литературы
1 Из духовного наследия алтайских миссионеров.

Приложение


  1. Фотография здания церкви в с.Черный Ануй.


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница