История колоколов на Руси




Скачать 95.56 Kb.
Дата20.07.2016
Размер95.56 Kb.
История колоколов на Руси.

Изготовление и употребление колоколов относится к глубокой древности. Колокола были известны евреям, египтянам, римлянам. Известны колокола были в Японии и Китае. История колокола начиналась с била. Это такая доска, может быть, обитая железом, или плоская металлическая отливка, издающая при ударе низкий гудящий звук.

Первые древние колокола были небольших размеров и не отливались из металла как теперь, а клепались из листового железа. Позднее колокола стали клепать из листовой меди и бронзы.

 Когда колокола стали употребляться при христианском богослужении - в точности неизвестно. Во время гонений на христиан об употреблении колоколов не могло быть и речи, призыв к богослужению производился через особых лиц низшего клира (лаосинактами-народособирателями).

Первое применение колоколов при христианском богослужении, церковное предание относит к Павлину Милостивому, епископу Ноланскому (353-431 гг). Исторические памятники Запада, впервые упоминают о колоколах при храмах в Риме и Орлеане лишь в VII в.

На Православном Востоке, колокола появились лишь во второй половине IX в., когда по просьбе императора Василия Македонянина (867-886) венецианский дожъ Орсо прислал в Константинополь 12 колоколов для вновь сооруженной церкви. Это нововведение не имело широкого распространения и лишь после занятия Константинополя крестоносцами (1204) колокола вновь стали появляться при храмах.

Долгое время русское православие не принимало колокол, считая его чисто латинским инструментом. «Било держат по ангелову учению, в колокола же латыне звонят» - писал новгородский архиепископ Антоний в начале XIII века. Так было привычнее, да и дешевле.

Первое летописное упоминание о колоколах на Руси датировано 988 г. - В Киеве были колокола при Успенской (Десятинной) и Ирининской церквях. Исторически обоснованно, что колокола пришли не из Византии, а с Запада, но широкое их распространение относится к временам более поздним. Отливка собственных колоколов практически не осуществлялась. Необходимо было время чтобы «новые звоны» органично вошли в церковную жизнь. О русских мастерах колокольного дела впервые упоминается в летописи под 1194 г. В Суздале «а то чудо подобно молитвою и верою епископа Иоанна, не исца мастеров от немец, но налице мастеры от клеврет св. Богородицы и своих, иных олову льяти…» В начале XII в. русские мастера имели свои литейные мастерские в Киеве. Древнейшие русские колокола лились небольшими, совершенно гладкими и не имели надписей.

 Во время татаро-монгольского нашествия (1240) колокольное дело в Древней Руси практически угасло. В это время, возможно, погибли все колокола домонгольского периода. Колокола представляли собой ценный трофей в междоусобных воинах, и, при захвате очень часто разбивались и плавились в огне пожарищ. Только спустя двадцать лет после разорения русских земель появляются редкие летописные упоминания о колоколах. Одно из них относится к 1259 году. Согласно летописному тексту, князь Даниил Галицкий перевез из Киева в свою вотчину Холм колокола и иконы из собора Святой Софии.

В XIV в. литейное дело возобновляется в Cеверо-восточной Руси. Центром литейного дела становится Москва. Особую славу в это время стяжал «россиянин Борис», отливший много колоколов для соборных храмов. В 1305 году были перелиты два поврежденных колокола в Ростове Великом, а в 1342 - отлит большой колокол для звонницы собора Святой Софии в Новгороде Великом. Несколькими годами позже по указу Великого князя московского Симеона Гордого создано пять благовестных колоколов для храма Иоанна Лествичника в Московском Кремле. В летописи упоминаются «три великих колокола и два малых». Вероятно, вес этих колоколов не превышал ста пудов.

C XIV века мы можем говорить о литье больших колоколов на Руси. Замечательным событием в 1530 г. было литье колокола по повелению новгородского архиепископа Макария весом в 250 пудов. Таких размеров колокола были большой редкостью, и летописец отмечает это событие огромной важности «такого николиже не бывало». В это время уже встречаются надписи на колоколах на славянском, латинском, голландском, старо немецком языках. Иногда надписи можно было прочитать только с помощью специального «ключа». В это же время появился и особый чин освящения колоколов.

В начале XV века появилась возможность отливать колокола большого размера в достаточном количестве. Самым ранним из сохранившихся колоколов этого времени принято считать колокол 1420 года. Он находится на колокольне Троице Сергиевой Лавры. Колокол называют «Никоновский» или «Чудотворцев». Он имеет довольно необычную форму, однако до сих пор участвует в звонах. До начала XVII века московские мастера подписываются на колоколах, как «пушечный литец» или «пушечник». Именно такая надпись сохранилась на колоколе 1488 года из Пафнутьево-Боровского монастыря.

Во второй половине XV в. в Москву прибыл Аристотель Фиорованти - инженер и строитель из Болоньи. Под его руководством в Москве в 1479 году была основана «Пушечная изба», которая находилась неподалеку от Спасских ворот Кремля. Она не раз сгорала из-за частых пожаров, но каждый раз ее восстанавливали. В начале XVI века «Государев Пушечный двор» вновь отстроили на левом берегу реки Неглинки. На протяжении трехсот лет он был основным центром отливки колоколов и пушек. На Руси существовали и другие центры колокольного литья. Наибольшей известностью пользовался Псков. Со времени правления Бориса Годунова в Москве начали появляться частные литейные мастерские.

В начале XVI в. уже русские мастера с успехом продолжали начатое дело и превзошли по качеству литья и весу колоколов своих учителей. В это время формируется особый тип русских колоколов, система креплений, особая форма и состав колокольной меди. С этого времени нам известны уже целые династии русских, главным образомпсковских и новгородских литейщиков. По велению Великого князя Василия III в 1533 году был отлит колокол весом 1000 пудов. Этот колокол положил начало литью самых тяжелых благовестников Московских государей. Колокола весом 100-150 пудов в Москве считались вседневными, т.е. благовестили только по будничным дням.

Благовестник Ивана Грозного весил уже 2000 пудов. Впервые этот колокол отлил немецкий мастер Кашпир Ганусов, а переливал его "Кашпиров ученик" - прославленный русский литейщик - Андрей Чохов. Именно этот колокол впервые получил прозвище "Царь-колокол".

Расцвет литейного дела на Руси пришелся на XVII век. Во многом это связано с тем обстоятельством, что на Севере Руси были обнаружены богатые залежи медной руды. В 1653 году русский мастерЕмельян Данилов отлил в Московском Кремле огромный колокол весом около 8000 пудов, чуть позже его перелил ученик Данилова - Александр Григорьев. То был самый огромный звонящий колокол из когда-либо отлитых в мире. В своих путевых зарисовках его изображение оставил австрийский посол в Москве - Августин Мейерберг.

 Церковные и государственные власти оказывали покровительство литейному делу. В Москве и крупных монастырях существовали царские и патриаршие литейные мастерские. В конце XVII века начали работать первые представители прославленной династии Моториных. Несколько колоколов работы этих мастеров сохранились на колокольне Иван Великий. В 1735 году Иван и Михаил Моторины отлили колокол весом более двенадцати тысяч пудов. Именно этот Царь-колокол мы можем видеть в Московском Кремле на гранитном постаменте возле Ивана Великого. В 1686 году Федор Дмитриевич Моторин основал в Москве первый частный завод, отливавший колокола на заказ и для повседневной продажи. Позже появились и другие частные заводы.

В XVIII веке колокольные заводы на Сретенке и в Пушкарях перевели за Сухаревскую башню, в местность, называемую Балканом. Наибольшей известностью среди них пользовались заводы Самгина, Астраханцевой и Финляндского. После того, как Петр I сделал столицей России Санкт-Петербург, значение Москвы, как центра литейного дела, постепенно ослабло. Пушечный двор в Москве действовал до 1802 года. В 1714 году в Петербурге император Петр I основал Пушечный двор, который был преобразован в Петербургский Арсенал, давший начало литейным заводам на Урале, в Туле, Ярославле и других русских городах. В XIX - начале ХХ века во многих городах России было около 20 крупных заводов по литью колоколов. Наиболее известны из них заводы Финляндского и Самгина в Москве, Забенкиных в Костроме, Оловянишниковых и Чарышниковых в Ярославле, Усачевых на Валдае.

В XIX веке заботами государей и благотворителей были созданы такие колокольные подборы, как звон Исаакиевского Собора в Петербурге и звон московского храма Христа Спасителя, подборы множества монастырей, городских кафедральных соборов, приходских храмов.

К 1917 г. в России было 20 крупных колокольных заводов, которыми за год отливалось 100-120 тыс. пудов церковных колоколов. Преимущественно все колокола изготавливались из специальной колокольной меди. Но были колокола и из других металлов. Чугунные колокола были в Досифеевой пустыни на берегу Шексны. Соловецкий монастырь имел два каменных колокола. В Обнорском монастыре было 8 колоколов из листового железа. Колокол из стекла был в Тотьме. В Харькове в Успенском кафедральном соборе был колокол весом 17 пудов из чистого серебра. Шесть золоченых колоколов было в Сибири в городе Таре, при Казанской церкви. Все они небольшие, от 1 до 45 пудов. Колокола весом от 1000 пудов находились во многих храмах и монастырях и были делом обычным.

Общее количество колоколов в России измерялось многими тысячами. К началу XX века Российская держава стала поистине колокольным государством, превосходящим по количеству и весу своих колоколов христианский Запад.

После Октябрьского переворота 1917 г., новая власть не нуждалась в церковных колоколах, более того – колокола уничтожались в массовом порядке. Колокольный звон считали пережитком прошлого, и к началу 30-х годов все церковные колокола замолчали. По советскому праву все церковные здания, равно и колокола, перешли в распоряжение Местных советов, которые «исходя из государственной и общественной нужды, использовали их по своему усмотрению». Именно тогда появились инструкции наркомфиновских подразделений «О порядке ликвидации церковного имущества». Секретными инструкциями разрешалось уничтожать часть культового имущества. Церковное имущество превращалось в существенную статью дохода (40% вырученных доходов шло в местный бюджет), что поощряло в свою очередь усиление атеистической политики, закрытие и снос церквей. Большинство церковных колоколов было уничтожено. Небольшая часть колоколов, представлявших художественную ценность, была взята на учет при Наркомпросе, в подавляющем большинстве случаев, для дальнейшей продажи их за границу. «Наиболее целесообразным выходом для ликвидации у нас уникальных колоколов, является вывоз их за границу и продажа их там наравне с другими предметами роскоши…», - писал идеолог атеизма Гидулянов. Так в США, в Гарвардском университете, оказались уникальные колокола Данилова монастыря. Уникальные колокола Сретенского монастыря были проданы в Англию. Огромное количество колоколов ушло в частные коллекции. Другую часть изъятых колоколов отправили на крупные стройки Волховстроя и Днепростроя для технических нужд (изготовление котлов для столовых!). Россия катастрофически быстро теряла свое колокольное богатство. Особенно ощутимы были изъятия колоколов из древнейших монастырей и городов. В 1929 г. сняли 1200-пудовый колокол с Костромского Успенского кафедрального собора. В 1931 г. были отправлены на переплавку многие колокола Спаса-Евфимьева, Ризоположенского, Покровского монастырей Суздаля.

Еще более трагичной была история гибели знаменитых колоколов Троице-Сергиевой лавры. За гибелью гордости России - колоколов первой на Руси обители, следили многие. Иллюстрированные печатные официозы типа «Безбожника» и других печатали фотографии низверженных колоколов. Рудметаллторгу в итоге были сданы из Троице-Сергиевой Лавры 19 колоколов общим весом 8165 пудов. В своем дневнике о событиях в Троице-Сергиевой лавре писатель М. Пришвин сделал запись: «Я был свидетелем гибели… сбрасывались величественнейшие в мире колокола годуновской эпохи, - это было похоже на зрелище публичной казни».

Своеобразное применение, части московских колоколов, нашли в 1932 г. столичные власти. Из 100 т церковных колоколов отлили бронзовые горельефы для нового здания библиотеки имени Ленина.

В 1933 г. на секретном заседании ВЦИК был установлен план по заготовке колокольной бронзы. Каждая республика и область получала ежеквартальную разверстку на заготовку колокольной бронзы. В течение нескольких лет, плановым порядком, было уничтожено почти все, что Православная Русь бережно собирала несколько столетий.

 Колокола, проделав большой исторический путь, стали неотъемлемой частью жизни русского народа. Без них был немыслим ни один православный храм, все события в жизни государства также освящались звоном колоколов. На Руси сложилась разветвленная жанровая система звонов: будничные, постные, водосвятные, свадебные (или разгонные), встречные и, конечно, праздничные, среди которых великие, средние, красные.

Колокольный звон в России всегда имел и местные особенности. По-разному звучали звонницы на Севере и в Поволжье… Удивительные по красоте звоны были рождены местными традициями: в Ростове Великом сложились Ионинский (/ioninsky_rostov.mp3), Егорьевский, Акимовский звоны, несколько позже - Ионафановский, в Суздале - Ефимьевский, на Валдае - рябиновый… Колокольные церковные звоны прошли длительный путь развития, вобрав в себя весь опыт народного творчества. К началу ХХ столетия каждый регион России, каждая епархия имели свою сложившуюся каноническую систему звонов в рамках общерусской традиции.

Однако колокольный звон - одна из самых ярких черт русской жизни - имел не только богослужебное значение. Им приветствовали высоких гостей, собирали народ на вече, объявляли рекрутский набор, сообщали о свадьбе, смерти или казни, предупреждали о приближении врага и пожаре, указывали дорогу путникам, подавали сигналы времени. Звоны были «метельными», «сполошными», «вечевыми», «осадными», «позывными», «ратными»…

Один наш соотечественник, так писал в своем дневнике: «Звон - он от высоты, - не видишь, откуда он… Он носится над городом, как звуковое облако, белое, легкое, вольное. Он всегда и только - с высоты и о высоте. До него также «не достать» как до туч, до бегущих облаков. Он – над человеком. Это — вольное облако, согласное с лазурью неба и лучами солнца, с высью и волей высоты, прекрасное облако. Только из него падают на землю - не капли дождя и не белые хлопья снега, а звуки – только звуки»…



В 1990 году в СССР был официально разрешен звон церквей, - начался новый период истории колоколов в России, связанным с возрождением колокольного звона и литья. И сегодня мы все надеемся, что звон колоколов скоро вновь поплывет над Россией.

http://yugoruss.ru/publ/2-1-0-47 сайт «Свои люди»


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница