Исторический альманах




страница3/5
Дата09.04.2016
Размер1.03 Mb.
1   2   3   4   5

7

ВЫПИСКА ИЗ ПИСЬМА ОТ КРЕМЕНЧУГСКОГО ТОВАРИЩА

...Кременчуг, как ты знаешь, представляет небольшой, но промышленный город. «Изюминкой» промышленности являются у нас Крюковские вагонные мастерские. Эти мастерские имеют славное революционное прошлое. Они еще до Октября являлись базой большевистской партии и выдвинули из своих рядов не один десяток хороших революционеров. В трудные годы голода рабочие за ничтожный паек поддерживали разрушенный транс­порт. Однако теперь, благодаря общей неправильной линии нашей партии, положение в мастерских начинает меняться. Лучшим ба­рометром, насколько классово выдержана линия партии, является отношение к ней рабочего класса. И отношение в данный момент показывает, что на партию давят какие-то чуждые рабочему клас­су и революции силы.

Факты — они коротки и ясны.



  1. В последний призыв из 3000 рабочих в партию вошло всего
    12 чел., из которых добрая половина была бы отклонена, если бы
    не ударная кампания. Из 12 чел. — 6 комсомольцев.

  2. За 6 месяцев после Октябрьского призыва этот крупнейший
    партколлектив не увеличился ни на одного человека. Над этими
    двумя фактами — следует призадуматься. Их не затушуют ника­
    кие статьи в «Правде».

В мастерских было решено провести реформу зарплаты, кото­рая дала снижение на 2-3 разряда и это решено провести под соу­сом подтягивания зарплаты отсталых групп. Когда этот вопрос

280


стал на общем собрании рабочих, то реформа провалилась гро­мадным большинством, причем в прениях выступали против ре­формы как беспартийные, так и рабочие-партийцы. Рабочие воз­мущены были тем, что их хотели обмануть этой реформой и в докладе ни одним словом не обмолвились о поголовном снижении зарплаты. Поэтому выступления были очень резкие. После этого собрания был созван АКТИВ ячейки, где поставлен вопрос о недо­пустимом поведении партийцев на собрании рабочих. Когда была предложена резолюция, осуждающая поведение партийцев на со­брании, то она провалилась. Тогда созывается общее собрание ячейки, куда двинуты все силы аппарата. Приезжает секретарь Окружкома, пред КК с целой свитой аппаратчиков, причем пар­тийцев берут провокацией о каком-то мнимом «стачечном коми­тете», о связи оппозиционной группы в мастерских с белогвардей­цами и тому подобная белиберда. И несмотря на это, парткол-лектив провалил реформу и предложение, направленное против партийцев, выступавших на рабочем собрании. Несмотря на это, рабочим заявили, что реформа будет проведена. В связи с этим на­чинают пробуждаться и кое-какие нездоровые явления. Например, когда против оппозиционеров повели кампанию, в которой особое участие приняла агитгруппа ЦК КПУ, которая специально выде­лена в мастерские, пускали в ход разговор о том, что оппозиция организует вторую партию, но рабочие отвечали: «Пусть орга­низует и тогда увидим, какая партия действительно за рабочий класс, ибо эта партия начинает не нашу линию гнуть». Этакие неприятные нотки начинают звучать в устах рабочих довольно часто и сигнализируют об отрыве и скатывании партии с классо­вых рельс.

В следующий раз постараюсь осветить жизнь других предпри­ятий...

Май 1928 г.

Т-1390. Публикуется впервые. Машинописная копия. Видимо, письмо «кременчугского товарища» было адресовано Л.Сосновскому. Им же, ве­роятно, были сделаны из письма выписки и разосланы в циркулярном порядке целому ряду оппозиционеров, в том числе и Троцкому — для «осведомления».

281

8

В ГУБОТДЕЛ ОГПУ



г. Алма-Ата Копия т. Троцкому

ЗАЯВЛЕНИЕ

от адм.-ссыльного Вильгельма Лангера

Прошу переменить место моей ссылки на г.Алма-Ата по сле­дующим соображениям:



  1. В настоящее время я работаю в Уездном Финотделе на вре­
    менной работе по учету вновь введенной городской ренты. Рабо­
    та чисто канцелярская и не может меня ни в какой степени удов­
    летворить; к этой технической работе невозможно приложить
    инициативу и показать на деле мое желание принять более актив­
    ное участие в меру сил и способностей в той громадной работе,
    которая с таким напряжением ведется теперь во всех отраслях.
    В ближайшее время проводится районирование, количество слу­
    жащих в городе уменьшится в несколько раз и будет пожалуй еще
    труднее найти такую работу, в которой я бы мог чувствовать не
    только материальную поддержку, но и минимальную возмож­
    ность применить мою энергию и желание работать с пользой для
    дела. В более крупном ближайшем центре — Алма-Ате, — будет,
    думаю, легче найти такую работу.

  2. В Джаркенте не имею возможности использовать время,
    которое еще суждено мне провести в ссылке, для углубления и
    увеличения моих знаний. Выписывать книги, большинство газет
    и научную марксистскую периодическую литературу в силу тяже­
    лого материального положения не могу; городская библиотека
    очень бедна, новых изданий вовсе в ней нет, в читальне только
    одна газета — «Известия»; таким образом, я буду все больше и
    больше отставать. Эта перспектива очень тяжелая.

  3. В конце мая м-ца я заболел малярией; неделю продолжал­
    ся сильный приступ — температура доходила до 40° — но и те­
    перь, несмотря на принимаемые лекарства, улучшение малозамет­
    ное: повышенная температура, головная боль, общая слабость
    и быстрая утомляемость продолжают дальше подтачивать ор­
    ганизм. Со мною живет 14-ти месячный ребенок, по всем при­
    знакам уже тоже страдающий лихорадкой. Через месяц жена
    уедет обратно в Москву для продолжения учебы, а остаться с ре­
    бенком в здешнем климате без достаточной медицинской помощи

282

будет сопряжено с опасностью для его жизни. В Алма-Ате имеют­ся детские консультации и ясли, есть квалифицированные врачи — и нет там такого недостатка в продуктах первой необходимости ребенку, как здесь.

Убедительно прошу Губотдел принять вышеприведенные со­ображения во внимание и разрешить мне переезд в г. Алма-Ата. Прошу уведомить меня о Вашем решении; в конце июля м-ца жена едет в Москву и — в случае положительного ответа на это заявле­ние — было бы хорошо и для экономии средств — а их мало — и для облегчения дороги ребенку, участок до Алма-Аты переехать вместе с нею.

Несколько слов о моем теперешнем отношении к оппозиции: истекшие 6 м-цев после XV съезда доказывают, что оппозиция по всем вопросам, по которым в течение последних лет были раз­ногласия с большинством Центрального Комитета, была полно­стью и целиком права. «Бешеная» борьба, которую вело левое крыло партии за выпрямление партийной политики, за чистоту теоретической мысли — главного оружия в арсенале пролетариа­та, — находило свое оправдание в исключительной важности раз­ногласий, с одной стороны, в чрезвычайно напряженной обста­новке и в отсутствии внутрипартийной демократии — с другой. Вопрос шел о жизни и смерти революции, о дальнейшей судьбе мирового рабочего движения. После физического разгрома оппо­зиции перед партией ребром, так остро, как никогда еще, встали во весь рост вопросы, выдвигаемые жизнью и раньше и своевре­менно формулированные оппозицией. Вся серьезность обстановки делала невозможным продолжение старой центристской полити­ки, и партия должна была решать: повернуть еще более вправо, к чему ее толкали правые круги, наименее устойчивые и поддающи­еся давлению окружающего нас враждебного мира, или круто по­вернуть влево, сосредоточиться] [...]1, пусть и с опозданием, на правом уклоне, дать беспощадный отпор растущим капиталисти­ческим элементам в стране, вступить на единственно правильный путь, указываемый всеми традициями большевистской партии, учением Ленина. Партия выбрала второе.

В Джаркенте — ясно — судить трудно, насколько крутым, ре­шительным является изменение партийной политики. Но я убеж­ден в том, что полностью не на словах, а на деле провести все те новые, правильные лозунги в жизнь, осуществить все те гранди­озные задачи, которые партия ставит перед собою в России, Ком­интерн во всем мире, не будет возможно, пока не изменится от­ношение к б[ывшим] членам партии, которые боролись за прове­дение этой более правильной, более пролетарской политики.

283


Для того, чтобы вести партию, страну и мировое рабочее дви­жение вперед, необходимо выявить старые ошибки, на которые указывала оппозиция, осудить их — это даст гарантию того, что в будущем они не повторятся — и дружно взяться за общее дело борьбы за мировую революцию.

Лангер В. В. Джаркент, 24 июня 1928 г.

Т-1776. Публикуется впервые. Машинописная копия. 1 Пропуск в тексте.

9 СОСНОВСКИЙ — РАДЕКУ

Дорогой Карл!

Письмо Ваше1 с приложениями (письмо к Л.Д. [Троцкому]2 и тезисы-замечания3) меня очень успокоило и обрадовало. Обрадует оно и всех наших друзей. Мне было тяжело Вам об этом писать. Ведь меня и других товарищей буквально забрасывали запросами: правда ли, что Радек начал капитулировать. Замечание Ярослав­ского4 в «Прожекторе» (предисловие к очеркам Арсеньева-Кова­ленко об «оппозиционном подполье»5) только укрепило подозре­ния очень многих. Все решили, что кроме телеграммы в «Правду»5 Ярославский имеет в руках еще нечто, неизвестное оппозиционе­рам. Не только рядовая ссыльная публика, но и ближайшие наши с вами друзья именно так толковали Ваше выступление: как звено в цепи поступков. Я лично и другие любящие вас друзья пережива­ли ваше выступление очень болезненно тяжело. Именно поэтому я должен вам сказать, что я и теперь категорически протестую про­тив всяких ваших индивидуальных выступлений, даже правильных по существу. Лучше запоздать на месяц с общим выступлением (всякий поймет, почему мы запаздываем), чем помогать Ярослав­скому и Ягоде7 дезорганизовывать наши ряды. Все мы имеем гро­мадные обязательства перед тысячами товарищей. Нужно ду­мать, меньшее ли зло — деморализация наших рядов, внесение подозрений и всяческой дезориентации. Вы себе представляете настроение товарища, заброшенного в какой-нибудь Термез (гра­ница с Афганистаном), совершенно отрезанного от мира. Он чита­ет телеграмму Радека, примечание «Правды». Раз Троцкий отка-

284

зался дать подпись, значит он за параллельные списки, за Ленин-бунд. Если вы получили за девятью подписями (я слышал, что са­мых-то подписей вам эти молодые хлопцы не прислали), то вы же и виновник того, что они сбились с толку. Они вообразили, что солидаризируются с Троцким против капитулирующего Радека. Выходка Ярославского только укрепит подозрения. Очень вас про­шу ни в коем случае не предпринимать таких одиночных выступ­лений. Вреда от них больше, чем пользы. Только сейчас ваше пи­сьмо внесет ясность в представление товарищей. Чего уж дальше! Был у меня этот прохвост Вардин после подписания в Новосибир­ске фальшивки с Сафаровым. Сей муж, оказывается, клянется до гроба защищать платформу, считает, что платформа победила, что сталинцы обанкротились. Но в публичном заявлении пишет противоположное и убеждает меня, что все это — формальный момент. Ну, нечто вроде подписания верноподданнической при­сяги в Государственной думе нашими депутатами. Так вот, и Вар­дин позволял тоже «информировать» меня о каких-то мне неизве­стных письмах Радека. Я его выторил после того, как целый час популярно объяснял ему, что они с Сафаровым — мелкие жулики, обманывающие всех и вся.



Это первое, что я вам хотел сказать. Второе — о вашей рабо­те к центру, как вы выражаетесь. Для вас, конечно, не тайна, что наша переписка разрабатывается, прорабатывается и фигурирует-ся в сводках, рассылаемых по аппарату. Когда вы пишете, что центр оказался лучшим, чем вы думали о нем, то это некоторым кажется совершенно созвучным с пятаковским покаянием, что он ошибался в оценке способности руководства установить правиль­ные отношения пролетариата и крестьянства. Раз вы недооцени­вали пролетарского естества центра, значит неправильны были ваши обвинения. Так могут и будут исполковывать вас. Я же, как и большинство наших товарищей, нахожу, что мы вполне трезво оценивали классовую линию руководства. Если нас 7 ноября изби­вали на улице за лозунг «Против кулака, нэпмана и бюрократа», то била нас рука именно кулака, нэпмана и бюрократа. Центр на то и центр. В чем недооценка его? Вы не ожидали, говорите, что инициатива поворота будет исходить от центра. Почему? Уж вы-то лучше меня знаете природу центра.

На этом я и заканчиваю свои вам возражения. В остальном мы единодумны. До меня доходят мнения очень большого количе­ства товарищей.

В вашем письме особенно интересно указание на то, что го­лые цифры ассигнований на капитальное строительство уже не мо­гут говорить ничего серьезного после того, как. даже Розенгольц8

285


определяет размер выброшенных на ветер денег в СОТНИ МИЛ­ЛИОНОВ («Экономическая жизнь» от 9 июня). От Днепростроя до барнаульских курятников — всюду деньги летят на ветер и ни­кто за это не отвечает. Классический пример: Ломов9 из Донугля. Этот гусь столь многократно доказывал свое умение провалить хозяйство, что прямо необходимо назначить его руководителем ВСНХ. Круг будет завершен. Эти сотни миллионов как раз и мог­ли бы улучшить положение рабочих.

Я просматривал смоленские газеты за период чистки (апрель-май)10. Так вот, даже в смоленском масштабе сталинская партия обошлась в громаднейшие деньги. Именно благодаря этому опас­нейшему режиму всякий стопроцентно-монолитно голосующий прохвост мог расточать народное достояние как ему только угод­но. Вся современная система отчетности и контроля представляет собой фикцию. В этом после шахтинского и смоленского дела нельзя даже и сомневаться. На бумаге у Ломова, как и в Смолен­ском хозяйстве, все обстояло благополучно. А на деле — полный развал. Ломов приезжал в Москву каждый раз с вагоном благопо­лучных диаграмм. А у него целые отделы (Стройбюро, Управле­ние Нового Строительства, Импортный отдел, Иностранный от­дел) были захвачены белогвардейскими организациями и подчи­нялись больше Парижу и Варшаве, чем Москве. Само собой, ино­странная буржуазия, видя, как легко удавалось подточить Донбас, не имела нужды торопиться с уступками нам. С какой стати? Сегодня уголь, завтра нефть, потом металл. Что тогда останется от соввласти?

А вы говорите, что мы недооценивали центристов. Если сей­час попытаться нанести на карту флажками все пораженные ган­греной города, то получится очень мрачная картина.

А в искренность центристского поворота верить очень труд­но. Вы уже прочли письмо Сталина к мифическому тов. С.11 Исто­рию с ленинским лозунгом о деревне вы знаете. Этот лозунг был в центре нашей платформы по крестьянскому вопросу. Не какой-то мифический С, а докладчик ЦК по крестьянскому вопросу Мо­лотов (см. его речь в изданной ГИЗ особой брошюрке) заявил, что выдвигать ленинский лозунг теперь — издевательство над Ле­ниным, что это бесчестно. Это Молотов, а не какой-то С. истол­ковал лозунг, что он относится ко временам ликвидации комбе­дов и нейтрализации середняков. Как мелкие жулики распродают на толкучке основные директивы Ленина. Когда мне случалось показывать сталинцам ленинский лозунг и молотовское его толко­вание (от имени ЦК), они смущались и не знали, что ответить. Теперь Сталин говорит, что выдвигание нами ленинского лозунга

286

(по его мнению, правильного) есть жульничество. А вот молотов-ское оплевание ленинского лозунга на съезде — это не жульниче­ство. И после этого можно говорить о самокритике всерьез? Ведь письмо Сталина к С. — это его частная переписка с близкими, ни для кого не обязательная. А доклад ЦК на съезде — нечто более обязательное. Нет, Сталин остался тем же, чем он был в Колон­ном зале, когда говорил против нас о Чан Кайши12 и потом пря­тал стенограмму, как попавшийся школьник13. Если и сейчас они так обращаются с самокритикой в важнейших вопросах, где вся­кий грамотный может проверить, прочесть стенограмму речи Мо-лотова, то расточать им авансы, брать за них ответственность — немножко рановато.



В Москве происходят новые аресты рабочих. На всякой фаб­рике арестовали хотя бы одного рабочего-оппозиционера, трудно убедить массу, что она может свободно предаться критике и само­критике. А есть основания думать, что аресты производятся в некоторой связи с выступлениями оппозиционеров на собраниях.

06 этом можно судить по речи Кирова на Обл[астном] К[омите]те


партии. Он упоминает о «легализации» оппозиционеров под пас­
портом самокритики, как в Питере, так и в др. местах.

Дорогой друг! просимых вами сведений о колдоговорах и снабжении рабочих у меня нет. Раз вы читаете «Труд», «Рабо­чую газ[ету]» и экономическую прессу, то вы знаете то же самое, что и я. Может быть, в проф[союзных] журналах и органах НК Труда что-нибудь можно найти, но я этой прессы не имею. Мо­гу вам прислать несколько вырезок по жилищному вопросу и еще кое-что относящееся сюда из провинциальной газеты. На днях со­ставлю некоторый обзор смоленских газет14.

Поскольку вы много работаете, я на вас не в обиде, что редко мне пишете. Присылайте в таком случае копии наиболее интерес­ного из вашей переписки. Наша публика очень радуется и благо­дарит, когда ей присылаешь что-нибудь в этом роде. Есть ужас­но заброшенные в одиночестве люди. Однако неизменно бодры, очень чутко следят за каждым новым событием. С вашими замет­ками я постараюсь ознакомить товарищей.

Целую вас, дорогой Карл. Привет Розе Маврикиевне от меня и Ольги15. Провожу с семьей дни отпуска и скоро вновь начинаю жизнь советского служащего. Дети здоровы, поправляются.

Л.Сосновский

7 июля 1928 г.


Барнаул, Никитинская ПО.

287

Т-1883. Публикуется впервые. Машинописная копия.



1 В архиве Троцкого отсутствует.

2 См. циркулярное письмо Радека от 24 июня 1928 г., направленное
Каспаровой, Мрачковскому, Преображенскому, Раковскому, Смилге,
Смирнову и Сосновскому (Т-1080).

3 См.: К.Радек. НЕСКОЛЬКО ЗАМЕЧАНИЙ О ПОЛОЖЕНИИ В
СТРАНЕ И В ПАРТИИ. Июнь 1928 г. 14 стр. (Т-1080).

4 Ярославский Е.М. (Губельман М.И., 1878-1943). В партии с 1898 г.
В 1917 член ВРК в Москве. В 1921 — секретарь ЦК партии. В 1921-22 и
1939 — член ЦК. В 1923-34 — член президиума и секретарь ЦКК. Член ре­
дакции «Правды», «Большевика». Редактор и автор ряда работ по исто­
рии партии, идеолог и теоретик политики чисток.

5 П.Арсеньев. В ОППОЗИЦИОННОМ ПОДПОЛЬЕ (Из записной
тетради). — «Прожектор». Еженедельный литературно-художественный
иллюстрированный журнал, под ред. Н.Бухарина, А.Слепкова, Л.Шмид­
та. №22, май 1928. Пред. Ем. Ярославского. ЛУЧШЕ ПОЗДНО, ЧЕМ
НИКОГДА.

6 См. РАДЕК ПРОТИВ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ ТАКТИКИ ГЕРМАН­
СКИХ УЛЬТРА-ЛЕВЫХ. — «Правда», №102, 4 мая 1928, с.4. Телеграм­
ма была послана Радеком в «Правду» 29 апреля с просьбой напечатать ее
в «Правде» и в «Роте Фане». Как сообщала редакция «Правды», по имею­
щимся у нее сведениям, телеграмма была первоначально послана Троцко­
му для получения его подписи, однако тот отказался подписать ее.

7 Ягода Г.Г. (1891-1938). Один из руководителей, затем глава ГПУ-
НКВД. В 1938 выставлен обвиняемым на процессе Бухарина, расстрелян.

8 Розенгольц А.П. (1889-1938). В 1927 году в оппозиции вместе с Троц­
ким. Раскаялся и в 1928 — реабилитирован и назначен наркомом государ­
ственного контроля. До 1937 включительно продолжал занимать круп­
ные государственные посты. В 1938 выставлен обвиняемым на процессе
Бухарина, расстрелян.

9 Ломов Г.И. (Оппоков, 1888-1938). В партии с 1903. Нарком юстиции
в первом СНК. С 1918 на партийной и хозяйственной работе. В 1927-34 —
член ЦК. В 1927-30 — член оргбюро. Расстрелян.

10 Под «чисткой» имеется в виду кампания по ссылке оппозиционеров.
Согласно имеющимся у Троцкого спискам, в ссылке к этому времени ока­
залось по меньшей мере 140 человек (см. архив Троцкого, Т-1081).

11 См.: И.Сталин. ЛЕНИН И ВОПРОС О СОЮЗЕ С СЕРЕДНЯКОМ.
Ответ тов. С. — Сочинения, т.11. 1928 — март 1929. Гос. изд-во полити­
ческой лит-ры. М., 1952, с.101-115.

288

12 Чан Кайши (1887-1975). С 1927 глава правительства Китая.

13 См. Архив Троцкого, Т-944. Г.Бутов. Справка. 15-16 апреля 1927 г. там же, Т-947. Л. Троцкий. В секретариат ЦК. 18 апреля 1927 г.

14 В архиве Троцкого обзора газет нет.

15 Жена Сосновского.

10 ИЗ ПИСЬМА РАДЕКА К ТЕР-ВАГАНЯНУ

Томск, 13 июня [1928]

Дорогой друг, я не сомневался, что между нами будет едино­душие. Ты зря понял, что я хочу подавать самостоятельное заяв­ление. Я его допускал только, если технические препятствия за­труднят посылку совместного. Боясь этого, мы со Смилгой выра­ботали текст обращения, который тебе посылаю1. Предлагаю те­бе его подписать. Подадим его официально только в том случае, если не получим заявления Льва2, или если окажутся разногла­сия, неустранимые за отсутствием времени. В противном случае подписи перейдут на общее заявление. Телеграфируй немедлен­но, получил ли ты это письмо с приложением и даешь ли предва­рительную подпись.

Мою точку зрения по китайскому вопросу изложил в письме к Мусину, копию тоже прилагаю3. Думаю, что там разногласия сведены до действительных пропорций. Не разбирал в письме од­ного основного вопроса, к[о]т[орый] затронул Ленин в статье про­тив Суханова4, а именно вопроса о степени зрелости, достаточной для социалистической революции, и в какой мере основной за­кон отношения экономики и политики может быть модифициро­ван особыми условиями. Об этом все думаю и еще тебе напишу.

Среди ленинской оппозиции есть серьезные оттенки. На это не надо глаз закрывать. Я уже не говорю о некоторых краснопро-фессорцах, черно по белому пишущих, что термидор уже произо­шел, что только «катастрофы» могут спасти. Я такое письмо по­лучил и буду отвечать очень энергично. Кого не убедим в ошибоч­ности этой точки зрения, с тем надо рвать. Среди других спорны­ми будут вопросы, к[о]т[орых] ты мимоходом коснулся. Практи­чески этот вопрос сводится к будущему отношению к центру. Есть

10-2695 289

две перспективы: одна — партия — в решающих звеньях переро­дилась и поэтому, после каких-то левых гримас, начнет катиться вправо. Из этого вывод: мы, исключенная левая плюс еще какие-то обломки старой партии являемся элементами будущей един­ственной коммунистической партии, к[о]т[орая] при благоприят­ном повороте в международной ситуации будет бороться за вос­становление пролетарской диктатуры. При такой перспективе, ко­торую я считаю неверной, — вопрос о разногласиях между пра­выми и центром пустяковый вопрос; тогда надо на вопрос о цент­ре ответить так, как в новелле Сенкевича «Бартек-Победитель», сей Бартек польский крестьянин, ненавидящий пруссаков, отвечает генералу Мольтке на вопрос, почему он так мужественно сражался против французов, — «"Потому что они такие же сволочи, как и пруссаки", — ответил мой соотечественник». Тогда бей всякого и вся в хвост и в гриву — даже если можешь их бить только на тер­пеливой бумаге переписки с друзьями.

Совершенно иначе выглядит дело, если выходить из перс­пектив нашей платформы, что есть шансы на исправление линии партии.

Как же это произойдет? Можно ли думать, что партийная масса, наученная опытом, встанет против теперешнего руковод­ства, скинет его и посадит нас на его место? Я думаю, что такая перспектива нереальна, ибо противоречит тому, что уже выявлено ходом событий после XV съезда. Если вдуматься в обстановку, то бросаются в глаза два факта. Во-первых, что начало измене­ния курса не было завоевано рабочей массой, хотя ее недоволь­ствие имело значение в его возникновении. Второй факт — что центр, возглавляемый Сталиным, взял инициативу реформы в свои руки. Он идет недостаточно далеко, он не порвал с правыми; мы должны его критиковать, толкать вперед. Если он органиче­ски не будет в состоянии итти дальше, то это приведет к отходу от него значительной части рабочих масс. Под их напором в борь­бе с центром мы можем вернуться в партию. Но этот ход не един­ственно возможный. Центр не хочет рвать с правыми — это не подлежит сомнению. Правые боятся открытой борьбы с ним; но и мы, и центр, и правые — экспоненты социальных сил нас толка­ющих. Ежели усилится нажим капиталистических сил, — правые осмелеют. Не исключено, что центр не будет в состоянии просто перед ними капитулировать, что, поставленный перед выбором: неонэп или борьба, будет принужден драться и искать нашей по­мощи. Тогда мы вернемся в партию не в борьбе с ним, а при его помощи. Будет ли Сталин возглавлять тогда центр, или другой — это не имеет решающего значения. Учитывать такую возмож-

290

ность надо не только пассивно, следя за проявлениями разногла­сий в печати. Разногласия эти уже наверно больше, чем это видно из печати. Реагировать на это надо действенно, проводя во всех наших выступлениях различие между центром и правыми. В чем оно состоит? Не в людях, или не в первую очередь в людях, а в социальной базе, на кот[орую] они опираются. База правых: де­ревенские круги, мещанство в партии, чиновник, ориентирующий­ся направо. База центра: та часть партаппарата, к[о]т[орая] не будучи в состоянии вести самостоятельной левой политики, не хочет по частям сдавать Октябрь; рабочий актив партии, в своем основном ядре. Эта разница может получить свое политическое выражение. При развертывании борьбы и победы над правыми их социальную базу надо будет устранить из партии, по крайней ме­ре что касается их кулацкой, мещанской и испорченной бюрокра­тической части (не говоря, понятно, о вожаках правой — старых большевиках, которые исправимы). База центра необходима для существования партии. Пока центр идет с правыми, надо с ним бороться с полной идейной решительностью, но при этом нельзя забывать, что в то время, как блок наш с правыми исключен, — с центром он исторически возможен.



Не знаю, слышал ли ты о разговоре, к[о]т[орый] имел место в начале [19]27 года между Зиновьевым5 и А.А. Смирновым6 в присутствии Смилги. Смирнов указывал на невозможность реше­ния новых вопросов (он говорил, что получает тысячи писем, до­казывающих, что «деревня так дальше жить не может») при мерт­вящем режиме Сталина. Он намекал, что если мы не будем пред­ложений правой демагогически разоблачать как кулацкие, а дадим партии спокойно разобраться в их предложениях, противопостав­ляя свои, то они не прочь были бы бороться совместно за изме­нение внутрипартийного режима. Я не ручаюсь за текст разгово­ра, но ручаюсь за смысл, ибо передавали мне этот разговор неза­висимо и Зиновьев и Смилга. Мы ничем не ответили на эти нащу­пывания, ибо ясно было, что связывать свою свободу критики правых тенденций для получения возможности абстрактной про­паганды наших идей — означало сделать из внутрипартийной де­мократии орудие мелкобуржуазной стихии. При блоке с центром внутрипартийная демократия была бы орудием исправления ли­нии партии в пролетарском духе. Я об этом все время думаю, с момента появления статьи в «Правде» от 15.2.7 Не писал, зная, что перлюстрируют нашу почту, и пытался ткнуть товарищей но­сом на вопрос намеками на то, что центр оказался лучшим, чем мы думали, или что исторически может оказаться, что темп спол­зания не так быстр. Но одни этих намеков не понимали и ужаса-

291


лись: как быстро портится мой характер несмотря на холодный тобольский климат, а другие пошли доказывать, что ведь нельзя установить точно степень болезни, поэтому надо бороться всеми силами, и что центр довольно плох, ибо арестует рабочих боль­шевиков, что мне, понятно, не было известно. Я ни на один мо­мент не сомневаюсь, что эти товарищи хорошо понимали, куда я мечу. Но они видно считали, что раз время для изменений наших отношений с центром не созрело, то нечего об этом писать. Это было бы верно, если бы существовало другое средство перегово­рить между собой. Тогда, не высказывая мысли, мы могли бы сде­лать из нее выводы (нечего валять дурака, они есть политический акт), какие ставить вопросы, как их ставить и т.д. Сговориться мы не можем вне корреспонденции, а от намеков только недора­зумения. Поэтому я считаю меньшим злом заговорить открыто. Считаю, что это есть лучшее средство помочь нашей молодежи разобраться в действительности. Мы за молодежь несем большую политическую ответственность. У нее недостаточно политическо­го опыта, она первый раз в ссылке, я высоко ценю ее бодрое настроение, ее непоколебимость, которая есть залог будущих на­ших побед, но кроме этих качеств, революционеру нужно еще уме­ние разбираться в меняющейся обстановке, замечать выдвигаемые ею новые вопросы. Всякая поспешность в делании выводов опас­на, но чтобы их делать, когда время созреет, — надо раньше ду­мать.

Вот что касается общих вопросов.

Теперь про вопросы любовные, которые ты затронул. Я чи­тал только статью Покровского8, но характеризовал отношение нашей прессы к Плеханову точь-в-точь как ты. Проработав Ле­нина, я взялся за Плеханова9. Читаю по два тома в неделю10. Я в корне несогласен с твоей попыткой сделать из него большевика. Уже в «Наших Разногласиях»11 есть все элементы будущего его меньшевизма. Но в лучшие свои времена, а отчасти в «Истории Общ[ественной] Мысли»12, он такой гигант, что надо, не скрывая ничего о нем, ничего не прикрашивая в этой трагической судьбе, уча молодежь его понимать исторически, говорить ей, что в сочи­нениях Плеханова найдет она драгоценнейшие клады. Там есть лучшая разработка философских учений Маркса (только Ленина эмпириокритицизм сравним с ним). Там есть история обществен­ной] мысли в России, не превзойденная никем; там есть то лучшее, что меньшевизм мог противопоставить большевизму по вопро­сам русской революции. Сочинения Плеханова, касающиеся во­просов 1905 г., должны лечь в основу изучения различия между софистикой и диалектикой. Что касается его «Истории Общ Мыс-

292


ли», то, несмотря на неверную историческую схему, она дает все элементы для правильной. Покровский противопоставил однобо­кости плехановской схемы не менее однобокую, но более механи­ческую схему. Через месяц-два пришлю тебе набросок работы, в чем состояло отличие русского развития от Западноевропейско­го, которая ляжет в основу моей вступительной главы к моей кни­ге о Ленине. А теперь к моим любовным делам, на которые ты не отозвался так чутко, как я на твои. Я на всех перекрестках сво­ей жизни имел интерес для философских вопросов, но чересчур ме­ня захватывало содержание истор[ических] процессов и поэтому не выходил из рам[ок] флирта с философией, хотя Ленин учил нас, что платоника в любви ни к чему не годится. Ну и теперь, на ста­рые годы, флирт зашел так далеко, что, видно, выйдут из него более серьезные отношения. Боюсь, что сия старая дама окажет­ся очень строптивой, когда доберусь до логики Гегеля. Подго­товляю методически этот прорыв фронта, чтобы не скомпроме­тироваться и не оконфузиться. Фейербах и др. материалисты — легкие, «Энциклопедия» Гегеля тоже. Но «Логики» — боюсь. Какие знаешь работы, к[о]т[орые] могут помочь. Ты мне не от­ветил, имеешь ли свой «Воин[ствующий] Матер[иализм]» и мо­жешь ли мне его одолжить; стоит ли абонировать «Под Зн[аме­нем] Марк[сизма]»? Ты бы очень хорошо сделал, если бы написал указатель по философ[ской] литературе, рассчитанный на нашу ссыльную молодежь и на год занятий. Чем больше читаю по фи­лософии, тем более становится для меня ясным, какой большой пробел в восп[итании] нашей молодежи в том, что ее кормят бу-харинской кашицой или деборинской13 воблой. Сделай, пожалуй­ста, философскую киносъемку и начнем вдвоем пропаганду среди нашей молодежи. Это будет очень пользительно для партии в бу­дущем.

Т-1925. Публикуется впервые. Машинописная копия.



1 См Архив Троцкого. Т-1837. К.Радек, И.Смилга. ШЕСТОМУ
КОНГРЕССУ КОМИНТЕРНА. Начало июля 1928 г. 9 стр.

2 Вероятно, речь идет о Троцком.

3 В архиве Троцкого отсутствует.

4 Суханов Н. (Гиммер Н.Н., 1882-1940). Историк, экономист, публи­
цист. С 1903 — чл. П.С.-Р., с 1917 — меньшевик. Член исполкома Петро­
градского совета первого созыва. Вместе с Ю.М. Стекловым и Н.Д. Соко­
ловым вел переговоры и заключил соглашение с комитетом Государст-

293


венной думы в составе первого временного правительства России. До 1920 года примыкал к меньшевистской группе Мартова, стоял на левом фланге партии меньшевиков. Автор семитомной истории русской револю­ции ЗАПИСКИ О РЕВОЛЮЦИИ (Изд. З.И. Гржебинаг Берлин-Петер­бург-Москва, 1922-1923). Избран членом Коммунистической академии, откуда исключен в 1930. В 1931 — выставлен обвиняемым на меньшевист­ском процессе, осужден как руководитель подпольной меньшевистской организации. В 1939 осужден повторно. Умер в лагере.

Статья Ленина, о которой идет речь, — О НАШЕЙ РЕВОЛЮЦИИ. По поводу записок Н.Суханова, — написана в январе 1923 после появления 3-й и 4-й книг ЗАПИСОК. (ПСС, т.45, с.378-382).



5 Зиновьев Г.Е. (1883-1936). В 1905-17 — ближайший помощник Лени­на. После Октябрьской революции — на партийной работе. С 1919 — гла­ва Коминтерна. В 1925 вытесняется Сталиным, начинает терять власть. Переходит в оппозицию, исключен вместе с Троцким из ЦК. В 1928 под угрозой исключения из партии раскаивается. Арестован по делу об убий­стве Кирова, приговорен к тюремному заключению. Затем выставлен об­виняемым на процессе 1936 года. Расстрелян.

6 Смирнов А. А. До февраля 1928 — нарком земледелия РСФСР. С фе­
враля — в партийном секретариате. Считался единомышленником Буха­
рина, был в «правой» оппозиции. Погиб в период чисток.

7 Видимо, Радек имеет в виду передовую «Правды» ПЕРВЫЕ ИТО­
ГИ ЗАГОТОВИТЕЛЬНОЙ КАМПАНИИ И ЗАДА ЧИ ПАРТИИ (15 фев­
раля 1928, №39).

8 Покровский М.Н. (1868-1932). В партии с 1905 года. В 1907 — канди­
дат в члены ЦК. С 1918 — заместитель наркома просвещения. Руководи­
тель Коммунистической академии, Института Красной профессуры.
С 1929 — академик. С 1930 — член ЦКК.

Возможно, речь идет о статье Покровского КАЗАНСКАЯ ДЕМОН­СТРАЦИЯ 6(18) ДЕКАБРЯ 1876 ГОДА. — «Правда», 18 дек. 1926, с.2.



9 Плеханов Г. В. (1856-1918) — один из руководителей «Земли и воли»
и «Черного Передела»; организатор марксистской группы «Освобожде­
ние труда»; один из основателей РСДРП и газеты «Искра». В годы Пер­
вой мировой войны — оборонец, лидер группы «Единство». В эмиграции
с 1880 по 1917 г. Вернулся в Россию после февральской революции. К ок­
тябрьскому перевороту отнесся отрицательно, незадолго до смерти,
30 мая 1918 г., вновь эмигрировал.

10 Очевидно, речь идет о 24-томном издании трудов Плеханова (М.-Л.,
1923-1927).

11 Женева, 1885. 294

12 ИСТОРИЯ РУССКОЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ МЫСЛИ. 3 т. М., 1919.

13 Деборин (Иоффе) A.M. (1881-1963) — советский философ. В 1907-
1917 меньшевик, с 1928 — в коммунистической партии. С 1929 — академик.

11

В ПРЕЗИДИУМ АСТРАХАНСКОЙ ГУБЕНСК[ОЙ] КОНТРОЛЬН[ОЙ] КОМИС[СИИ]



Копия: О.А.Г.П.У.

От оппозиционера-большевика, отбывающего ссылку в Красном Яру, С.Минц.

ЗАЯВЛЕНИЕ

Еще в мае настоящего года в моем заявлении, адресованном как в Губ. К.К. и в ОАГПУ, так же и в ЦКК и Астраханскому Губ-кому, я обращал внимание на ряд абсолютно недопустимых, про­извольных действий со стороны Нач. милиции и Упол[номоченно­го] ГПУ Красноярского района по отношению ко мне. С тех пор прошло свыше трех месяцев, во время одного из моих приездов в Астрахань мне было обещано, что в ближайшее время выезжает комиссия в Красный Яр для обследования работы местного пар­тийного и советского аппарата и этой комиссии уже поручено за­няться и моим заявлением, расследовав и заявленные мною об­стоятельства. При этом мне было заявлено, что я сам буду при­глашен в этой комиссии. Это сообщение, сделанное мне ответст­венным секретарем парт, коллегии ГКК, было подтверждено и в ГПУ.

Действительно, через некоторое время, примерно в начале июня, в Красный Яр приехала такая комиссия. По некоторым сведениям частного источника, комиссия собиралась якобы меня вызвать для того, чтобы расследовать мое заявление. К моему величайшему удивлению, я не был вызван, хотя не знаю, для какой цели после отъезда комиссии распустили слух, что будто бы ко­миссия меня вызывала и я не явился. Я должен самым решитель­ным образом заявить, что комиссия меня не вызывала, об этом я сообщил и Ответственому Секр. Астраханского ГКК во время мо­его второго приезда в Астрахань, который с своей стороны выра­зил недоумение насчет действия комиссии, в частности, насчет моего невызова.

295


За это время мое правовое положение в Красном Яру еще ухудшилось, я подвергнут систематическому преследованию и травле со стороны, в частности, местного партийного органа. Я могу доказать рядом фактов следующее: 1) Не допуская меня общаться с членами партии, члены партии случайно встретившие­ся со мною подвергаются угрозам быть исключенными из партии и вообще всякого рода гонениям. Меня удивляет, что им делается предупреждение, что за встречу со мною будут немедленно исклю­чать. В то же самое время, что[бы] опорочить этих товарищей и меня, распускаются слухи, что я их привлекаю к себе «спаива­нием».

2). Не довольствуясь этими способами действия, местные партийные органы прибегли в организации к недостойным выход­кам и интригам, несовместимым с званием руководителей пар­тийной коммунистической организации. Ко мне была подослана женщина кан[ди]датка партии, для того чтобы вести со мной раз­говоры на оппозиционные темы, выдавая себя как сочувствую­щую оппозиции и делая мне предложения, например, об организа­ции кружка, принятие которого должно было бы дать лицам, по­сылающим ее, повод для всяких мер взыскания против меня. Само собою понятно, что я с первого же момента отверг такого рода наивные и противоречащие нашему заявлению перед XV-м Съез­дом предложения.

Мне известно, что данное лицо (Муслимова) была вызвана ко­миссией, однако, что там говорилось, я не могу знать, но считаю, что такое расследование, в котором я не был вызван, является недопустимым с точки зрения партийной и пролетарской этики.

3) Травля против меня продолжается. Я абсо[лю]тно изолиро­ван, отрезан от всякого общения с членами партии и лишен всякой реальной возможности получить работу. Несмотря на то, что я уже нахожусь 6 месяцев в Красном Яру, на мои многочисленные попытки найти работу, например, на рыбных промыслах (такая возможность была весною во время путины) или в качестве прода­вца в КПО, о чем я делал предложение Председателю Краснояр­ского КПО, я вынужден доныне удовлетворяться абсолютно недо­статочным пайком в 30 рублей, которые мне выдаются в ГПУ на месяц. В то же время, когда я бываю в ГКК, товарищи, в частно­сти, секретарь Парт, коллегии выражают свое удивление, что мне до сих пор не предоставлена работа.

Настоящим указывая на невозможное положение, в которое я поставлен в Красном Яру во всех отношениях, как с материаль­ной стороны, так и с общественной, я считаю абсолютно необхо­димым мой перевод в Губернский центр в Астрахань, где я буду

296


иметь больше возможностей найти работу и буду поставлен в луч­шие общественные условия.

С другой стороны, независимо от моего перевода, я считаю, что ГКК в интересах укрепления авторитета партийной органи­зации в Красном Яру, должна расследовать действия местных органов, описанные в моих предшествующих заявлениях, и со­гласно уже данного обещания.

О результатах прошу мне сообщить.

10/VIII [подпись]: Минц. Публикуется впервые. Машинописная копия.


1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница