Если мы обратимся теперь к Парижу, то нам бросится в глаза следущее: около булочных стоят очереди, или хвосты



Скачать 112.82 Kb.
Дата18.03.2016
Размер112.82 Kb.
А.Б. Гофман

Очередь как институт

Социологический этюд.1

Если мы обратимся теперь к Парижу, то нам бросится в глаза следущее: около булочных стоят очереди, или хвосты; длинные ряды покупателей, выстроившихся хвостом, так что передовой получает первым, – если только лавка откроется! Это ожидание в хвосте, которого не замечалось с первых чисел июля, в августе возобновляется. Со временем мы увидим, что практика усовершенствует его почти до степени искусства; и искусство, или quasi-искусство, стояния в хвосте становится одной из характерных черт парижан, отличающей их от всех остальных народов



Томас Карлейль. Французская революция. Часть I, книга VI, глава IV.

Предварительные замечания

Очереди, как правило, вызывают недовольство тех, кто в них стоит, В последнее время это недовольство выплеснулось и на страницы печати. Мне кажется, что оно вызвано ненаучным подходом к очереди, непониманием той важной позитивной роли, которую она играет в жизни человека и общества. Конечно, стоять в очереди бывает нелегко, но ругать ее так же мелено, как зa жару осуждать солнце, посылающее свои благотворные лучи на нашу землю. Лично я, когда вижу, что очереди нет и что можно прямо без помех подойти к прилавку или к стойке, чувствую себя неуверенно и тревожно. Я ощущаю, что здесь что-то не так, что здесь «что-то не чисто». Опыт подсказывает мне, что отсутствие очереди чаще всего означает отсутствие товара или даже продавца. Думаю, и ваш опыт подсказывает вам то же самое.

Кроме того, и качество товара, продаваемого без очереди, вызывает у меня сомнение: очередь, на мой взгляд, — одна из гарантий качества товара. Поэтому, если случается, что один и тот же товар продастся в двух местах: без очереди и в очереди, я выбираю последний вариант. Более того, из двух расположенных поблизости очередей я всегда выбираю большую, так как в меньшей очереди в обмен на мое сэкономленное время наверняка предложат что-нибудь похуже. Притом я настаиваю на том, что мое поведение в отношении очереди рационально, так как оно соответствует сложившейся в сфере потребления ситуации, когда наличие очереди — норма, а ее отсутствие — патология.

Вопреки поверхностной и огульной критике очереди я постарался понять и проанализировать глубинные основания и социальные функции этого явления, рассмотреть его как социальный институт, т.е. подойти к нему с позиций социологии (социология — моя профессия), И тогда все пролегало в совершенно ином, чем обычно, свете. Очередь предстала не только как нормальное явление, но даже как благо. То есть благо – не только то, за чем мы стоим, но и сам процесс этого стояния Итак, очередь в свете социологии.

Начну с определения. Очередь представляет собой некое множество людей (в количественном отношении оно может быть любым), располагающихся последовательно друг за другом в пространстве и по времени, людей, находящихся в ожидании какого-либо блага, материального или духовного.

Очередь — одна из основных форм распределения. Она сопровождает нас буквально от рождения до самой смерти. Перефразируя знаменитое латинское выражение, можно сказать: «Жизнь коротка, очередь вечна».



Классификация очередей

Прежде чем обратиться к анализу социальных функций рассматриваемого явления, необходимо остановиться на проблеме классификации очередей. Проблема эта имеет фундаментальное значение, так как не существует «очереди вообще», а всегда имеют место конкретные ее виды и разновидности.

Очереди делятся прежде всего на «живые» и «неживые». В «живых» индивиды телесно располагаются непосредственно друг за другом; в «неживых» тела индивидов рассеяны в пространстве, но мысленно каждый представляет себе, за кем он и кто за ним, «Неживые» очереди сопровождаются списками, в которых необходимо время от времени отмечаться, поэтому их можно также назвать «списочными».

Один из законов функционирования очередей состоит в том, что «неживая» очередь существует дольше «живой».

Между двумя названными видами очередей могут возникать конфликты, вызываемые различиями в интересах. Например, к многомесячной «списочной» очереди за детскими шубками в день поступления товара присоединяется вновь возникшая «живая» очередь, стремящаяся вытеснить первую. Между ними разворачивается противоборство, в котором каждая из сторон обвиняет другую в незаконности ее существования.

Если классифицировать очереди по продолжительности их существования, то мы получим замечательное разнообразие видов, так как продолжительность очередей может измеряться минутами, годами, десятилетиями и т.д.

Уместно различать очереди и по пространственным признакам. Так, существуют, например, «очереди в помещении» и «очереди на улице».

Необходимо различать очереди за тем, что «в принципе» есть и за тем, чего в «в принципе» нет, но что «дают».

Очереди делятся на одобряемые и осуждаемые. К первым относятся, например, очереди за хлебом, колбасой или колготками, к последним — за винно-водочными и пивными «изделиями» и за сдачей тары после их потребления. К сдающим винно-водочную тару обычно относят и любителей минеральной воды и зеленого горошка из стеклянных банок.

Кстати, здесь напрашивается еще одно деление очередей: на желающих что-то взять (купить) и желающих что-то сдать (продать) (в пункте приема стеклотары, комиссионном магазине и т.д.). Иногда обе эти разновидности буквально соседствуют друг с другом, например в том же комиссионном магазине. В других случаях очередь за тем, чтобы сдать (продать) какой-либо товар, сочетается с очередью за тем, чтобы взять (купить) тот же самый товар. Например, в разгар плодоовощного сезона очередь желающих сдать яблоки в пунктах приема предполагает соответственно очередь желающих купить эти же яблоки где-нибудь в соседнем областном центре.

Существуют очереди за определенным товаром и очереди в отдел, магазин и т.п. за любым имеющимся товаром. Встречаются очереди за тем, чтобы войти и за тем, чтобы выйти.

Впереди любой солидной очереди нередко выстраивается еще одна или две. Процесс формирования таких очередей подобен прививкам в растениеводстве, когда одни растения (привои) пересаживаются на другие (подвои), в результате чего они срастаются, образуя единый организм. Подобный «вегетативный» метод размножения очередей пользуется большой популярностью среди населения и различных ведомств. Привитые очереди бывают двух видов: «без очереди» и «вне очереди». Очередь «без очереди» формируется из нарушителей, не имеющих права на то, чтобы не стоять в очереди. Очередь «вне очереди» образуется из тех, кто имеет право не стоять в очереди. Все эти виды, составляя единый комплекс, в то же время взаимодействуют между собой весьма непростым образом.

Необходимо различать очереди тихие (медитативные), шумные (экспрессивные) и разъяренные (аффективные), а также организованные (иногда с помощью правоохранительных органов) и неорганизованные. Мы предложили здесь лишь набросок подхода или, точнее, подход к наброску по проблеме. В целом же проблема классификации очередей еще ждет своего Линнея [1].

Вопрос о социальных функциях очереди имеет особое значение для науки и практики. Ведь осознав, в чем состоят эти функции, мы поймем, почему и зачем существуют очереди, а также что с ними делать.



Социальные функции очереди

Необходимо признать, что не все исследователи, к сожалению, придерживаются такого подхода. Так, например, «социолог» О.Ч. Редин в своей небезызвестной «монографии» силится доказать, что очередь якобы не функциональна, а «дисфункциональна», что она будто бы оказывает отрицательное воздействие на социально-экономическую структуру [2]. Подобную, хотя и слегка закамуфлированную, позицию отстаивают Х.Е. Догматюк и И.С. Кауфман в своем печально известном эссе [3].

С такой позицией никак нельзя согласиться. Она не выдерживает никакой критики, в частности такой: не может явление существовать долго и повсюду и при этом не служить кому-то и чему-то. Стало быть, требуется выяснить, что очередь делает в обществе хорошего: ведь раз она существует столь основательно, значит, она зачем-то нужна. Каковы же ее социальные функции?

Казалось бы, основная функция очереди состоит в том, чтобы человек взял или сдал нечто в свое время и в своем месте, после другого аналогичного человека и перед другим аналогичным человеком. Но это лишь явная, лежащая на поверхности и далеко не главная функция. Главные же функции носят неявный или, как говорят у нас в науке, латентный характер. Обратимся к анализу некоторых из них.



1. Функция сдерживания потребления.

Это базовая функция, она адаптирует поведение потребителя к наличным товарам и услугам, к существующим способам их производства и распределения. Вы хотите купить сыру, но, видя большую очередь за ним, проходите мимо, причем нередко это приносит пользу и вам, и обществу. Воздерживаясь от покупки товара, покупатель (т.е. не-покупатель) тем самым сохраняет его в продаже и этим приносит пользу другим людям. Если бы не очереди, люди потребляли бы гораздо больше и, таким образом, чрезмерно увлекаясь, впадали бы в потребительство. К тому же воздержание от потребления (к примеру, того же сыра) бывает полезно с медицинской точки зрения, но сам человек не находит в себе достаточной силы воли для воздержания. Очередь помогает ему в этом.



Особенно важна эта функция очереди для сдерживания потребления заведомо вредных продуктов, в частности ядов: водки, вина, пива, лосьонов, дихлофоса, мышьяка и т.п.

2. Функция рекламы

Известно, что реклама — двигатель торговли. А кто двигатель рекламы? Я утверждаю, что очередь в наших условиях — самая эффективная реклама. Нет более эффективного средства разрекламировать товар, чем организовать за ним очередь из энергичных и шумных покупателей в самом начале торговли. Дальше очередь будет сама воспроизводиться и развиваться по своим собственным законам.

Правда, неискушенному читателю может показаться, что функция рекламы противоречит вышеназванной функции сдерживания потребления. Подобное предположение было бы чрезвычайно далеко от истины. Очередь сдерживает потребление товара, но не отпугивает от него, а, наоборот, притягивает к нему. Товар, за которым стоит очередь, обладает невыразимым очарованием и для тех, кто стоит за ним, и для тех, кто проходит мимо. Стало быть, можно сформулировать такой закон: чем больше очередь за товаром и чем медленнее она движется, тем выше его общественная ценность.

Существование этого закона убедительно подтверждается ростом покупательских аппетитов по мере стояния в очереди. Отсюда королларий (дополнение) к сформулированному закону: чем дольше стоит человек в очереди, тем больше он хочет купить. Например, покупатель, вставший в очередь с намерением купить полкилограмма сосисок, через час хочет купить полтора килограмма, через два часа — три килограмма и т.д. Придя в магазин за телевизором определенной марки и отстояв в «списочной» очереди энное количество недель или месяцев, человек испытывает непреодолимое желание купить два телевизора, затем три и т.д.

Только на первый взгляд, притом близорукий, может показаться, что очередь не сдерживает, а стимулирует потребление. Именно такой взгляд на проблему исповедует и проповедует проф. Ш. Демагогия [4]. Правда, в результате статистико-социологического анализа он обнаруживает ряд интересных и неизвестных ранее зависимостей и приходит к некоторым весьма важным выводам. В частности, не лишен интереса парадоксальный вывод профессора, согласно которому количество покупательских намерений значительно превышает количество покупателей, а количество покупателей в свою очередь превосходит количество товаров и услуг. Этот факт поможет нам всем пролить свет на старую и до сих пор не решенную проблему: «Нас много или товаров мало?»

Проф. Ш. Н. Демагогия, однако, заблуждается, отрицая, что очередь сдерживает объем потребляемых благ. Количество товаров, которое приобрели бы проходящие мимо очереди, в случае ее отсутствия значительно превысило бы то количество, которое приобретают в конце долгого стояния «очередники». Во-первых, проходящих мимо больше, во-вторых, вследствие меньшей усталости они способны больше унести. Этот вывод подтверждается данными, полученными нами в результате выборочного обследования, проведенного в 5 регионах страны. Двум группам: отстоявшим в очереди и проходящим мимо — был задан вопрос: «Сколько товаров вы бы приобрели, если бы они отпускались без ограничений?» Если подавляющее большинство второй группы (проходящих мимо) (96%) предпочло вариант ответа: «Столько, сколько бы унес», то первая группа (отстоявших в очереди) почти целиком (98%) предпочла другой ответ: «Столько, сколько бы дали», что говорит об ее усталости и неверии в возможность унести достаточно много.

Поскольку очередь, как было указано, повышает общественную ценность товара, постольку на него с полным основанием можно повышать цену, в результате чего она станет экономически обоснованной. (Впрочем, не дожидаясь открытия нашего закона, Госкомцен, государственные предприятия, кооперативы, «индивидуалы» уже успешно применяют эту рекомендацию.) А так как очереди — феномен повсеместный, то цены можно повышать практически на все товары.

Понятно, что престиж того, кто дает ("отпускает") или берет ("принимает") нечто, резко возрастает в том случае, если к нему стоит очередь. Посмотрите, с каким подобострастием смотрит на продавца человек, стоящий в длинной очереди, и как надменно держится покупатель, который в очереди не отстоял вследствие ее отсутствия (если, конечно, вам удастся увидеть такого). С другой стороны, призываю вас восхититься гордым видом человека, к которому стоит большая очередь: он понимает, что выполняет важную общественную функцию, что он нужен людям, а не они ему. Благодаря очереди общественная ценность такого человека велика, поэтому он в свою очередь ценит очередь.



3. Дисциплинарная функция.

Нет лучшего средства воспитать дисциплинированного члена общества, чем основательно подержать его в очереди. Помаявшись в ней несколько часов, даже самый строптивый, напряженный и суетливый становится терпеливым, расслабленным и покорным. Не случайно нарушителей, рвущихся пролезть без очереди, обычно характеризуют как «деловых» ("Деловой какой нашелся!"). В самом деле, деловитость в очереди как рукой снимает.



4. Функция коммуникации, общения и формирования социальной сплоченности.

Где, как не в очередях, можно пообщаться, обменяться свежими новостями и выдержанными слухами? Солдат спит — служба идет, покупатель стоит — очередь идет. Время и место стояния в очереди бесценны не только для чтения, но и для завязывания знакомств. Очередь пробуждает и стимулирует групповую сплоченность, вызывает у стоящих в ней чувство принадлежности к единому целому и к целому единому. В очереди возникает ощущение «мы», противостоящее, с одной стороны, эгоистическому Я (эго), с другой стороны — чуждому нам «они». Тезис «Все люди — братья» в очереди не находит подтверждения, но положение о том, что часть людей — братья, безусловно, может считаться доказанным благодаря наличию очередей.



5. Функция социально-психологической разрядки.

Недооценка этой функции — опасное заблуждение, в плену которого, к сожалению, до сих пор пребывают даже серьезные исследователи. В очереди происходит очень полезная с социологической и социально-психологической точек зрения эмоциональная разрядка. Негативные эмоции разряжаются и вымещаются на самых различных категориях, в зависимости от социального состава очереди и других обстоятельств. Вот типичные примеры высказываний, выражающих эту функцию: «Надоели эти приезжие!»; «Ехали бы к себе!» (или «к ним» — в зависимости от ситуации); «Мы кормим этих дармоедов!» и т.п.

Существенное значение имеет вопрос о фазах жизненного цикла очереди. Наиболее напряженные фазы: первоначальная фаза, когда очередь только формируется и каждый надеется занять лидирующие позиции, и завершающая фаза, когда очередь грозит прекратить свое существование вследствие того, что товар «кончается». В этом случае характерны призывы ограничить объем отпускаемого товара: «давать» по два (килограмма), по пятьсот (граммов), по одному (холодильнику).

Подводя итог проведенному краткому анализу, хочу выразить надежду, что подлинно научные исследования очереди будут продолжаться, а антинаучные идеи, основанные на огульном охаивании этого важного и нужного социального явления, исчезнут раз и навсегда. Ведь если бы не было очереди, то образовался бы жуткий вакуум, который мог бы быть заполнен антиобщественным содержанием. Пока же она есть, мы может быть спокойны и смело смотреть в будущее, так как твердо знаем: во внерабочее время население занято, причем не забиванием «козла», не потреблением разлагающей массовой культуры или чем похуже. Оно занято общественно полезным делом.



Заключительное замечание

Читатель, вероятно, уже догадался, что сформулированные выше идеи родились отнюдь не в тиши кабинета, а, как говорится, в гуще жизни, то есть, в очереди. Из-за отсутствия места выше и его наличия как раз здесь я не отметил еще одну важную функцию очереди: она способствует развитию и углублению социологических знаний. Ведь если бы не очереди, то и высказанные в настоящем этюде мысли об очереди не могли бы появиться на свет. И за это мы оба, и автор, и читатель, должны быть ей благодарны.



ЛИТЕРАТУРА

  1. Линней Карл (1707—1778) — -выдающийся шведский ученый, создавший развернутые классификации растений, животных, почв, минералов, человеческих рас и болезней.

  2. О. Ч. Р е д и н. К вопросу о путях перехода от диктатуры производителя к диктатуре потребителя. Ново-Гебридск. кооп. изд-во «Общественное благо», 1985.

  3. X. Д о г м а т ю к, И. К а у ф м а н. Современный потребитель: мученик или мучитель? Старо-Зеландск. инд. изд-во «Все про все», 1987.

  4. Ш. Демагогия. Мот, жмот и человек разумный: к проблеме воспитания разумных потребностей у хомо сапиенс. Ежегодник Западно-Сиб. отд. Союза охраны потребителей, 1986 (т. XXX), с. 285— 306.

1 Опубликовано: Гофман А.Б. Очередь как институт // В человеческом измерении / Под ред. А.Г. Вишневского. М., 1989. С. 478–485.



Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница