Эдмонд спенсер путешествия в черкесию




страница1/11
Дата14.07.2016
Размер1.93 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
ЭДМОНД СПЕНСЕР

ПУТЕШЕСТВИЯ В ЧЕРКЕСИЮ



TRAVELS IN CIRCASSIA

KRIM - TARTARY, ETC.

including

a steam voyage down the Danube, from Vienna to Constantinople, and round the Black Sea

By Edmund Spenser, ESQ

Third Edition in two volumes

Vol. II

London:

Henry Colburn, Great Marlborough Street

1839

ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ

Сведения иностранных авторов являются одним из важнейших источников при изучении истории любого народа. Как известно, взгляд извне на привычные детали повседневного быта всегда вносит новые нюансы в оценку исторических фактов и в восприятие культуры этноса.

Тем более, когда речь идет о самобытной кавказской культуре, т. к. Кавказ — один из интереснейших регионов мира, обращение к этнографии и истории которого дает исследователям возможность понять генезис многих историко-культурных явлений, бытующих за его пределами.

Поэтому введение в научный оборот новых исторических источников всегда актуально.

Особый интерес среди этих источников представляют документы личного происхождения — дневниковые записи и письма, сделанные на основе личных впечатлений и наблюдений, опосредованно, через сознание субъекта отражающие объект исторического исследования.

В русском и советском кавказоведении предпринимались издания иностранных авторов, например, труды В. В. Латышева (Латышев В. В. Известия древних писателей о Скифии и Кавказе // Вестник древней истории. — 1948 — № 1 — 4; 1949 — №1 — 4; 1952 — № 1 — 4), а книга «Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов XIII — XIX вв» (В дальнейшем АБКИЕА), изданная в 1974 г. в Нальчике под редакцией В. К. Гарданова, стала неоценимым вкладом в историографическую науку о Кавказе.

Предлагаемое нами издание представляет собой перевод с английского книги Эдмонда Спенсера «Путешествия в Черкесию, Крымскую Татарию и т. д. включающее [4] прогулку под парами вниз по Дунаю, из Вены в Константинополь и вокруг Черного моря», трижды опубликованной в форме двухтомного повествования в письмах в Лондоне (перевод сделан с третьего издания 1839). Почти весь второй том посвящен черкесам.

Конкретные биографические данные автора нам неизвестны. Из самого повествования следует, что Спенсер прибывает в Черкесию в 1830 г., в период резкого обострения русско-турецких противоречий в регионе после заключения Адрианопольского мира в 1829 г. По статье 4 этого мира восточный берег Черного моря от устья реки Кубани до пристани Св. Николая вошел в состав России, что вызвало наступательные действия и царизма, и Порты, за спиной которой стояла Англия со своими стратегическими, экономическими и политическими претензиями.

Э. Спенсер прибывает на Черноморское побережье из Турции на контрабандном судне. По совету турецкого офицера в Константинополе, долго жившего среди черкесов, он представился генуэзским врачом. Именно это помогло Спенсеру быстрее проникнуть в глубь Черкесии: как известно, в средние века Генуэзская и Венецианская республики вели активную колониальную политику в Северном Причерноморье, где у них было множество торговых факторий. Естественно, что память о связях черкесов с итальянскими колониями (хотя и не всегда однозначно дружественных) еще сохранялась среди местного населения.

Пристальное внимание Э. Спенсера к ресурсам Черкесии, ее полезным ископаемым, почвам, флоре, и фауне, а также конкретные рекомендации британскому правительству (письмо 30) в зависимости от развития событий в Черкесии и внутри России позволяют предположить, что он был одним из многочисленных английских разведчиков, заполонивших Кавказ в то время. Как и все остальные, он имел солидную рекомендацию черкесов-кунаков, облегчавшую и его передвижение, и контакты с местными жителями.

(«... я общался с черкесами скорее как коренной житель, чем как иностранец...»)

Э. Спенсер тщательно готовился к своему путешествию: ознакомился со сведениями греческих (Страбон, Арриан и др.) и итальянских авторов о Кавказе, с русской кавказоведческой литературой того времени [5] (Клапрот Г.-Ю., Паллас П.-С), пытался еще в Турции освоить язык черкесов.

Информацию он собирал с помощью ювелира из Силезии Натана Шрегера, попавшего в плен к черкесам во время одного из набегов на территорию казаков.

Э. Спенсер был свидетелем сражений между черкесами и русскими, присутствовал на собраниях конфедеративных князей Черкесии, сам осматривал дольмены и другие архитектурные сооружения. Все это делает его письма, написанные в откровенно враждебной манере по отношению к России — политической сопернице Англии, ценнейшим историко-этнографическим источником.

Основные сведения «Путешествий... » можно разделить на две группы — исторические (связанные с Кавказской войной, историей заселения Северного Кавказа казаками) и антрополого-этнографические (социальная стратификация, хозяйство, поселение и жилище, семейный быт, пища, одежда, музыкальные инструменты, религиозный синкретизм, народная медицина, антропометрические характеристики).

Глубокое интуитивное понимание сущности «адыгагъэ» позволило автору высказать ряд суждений о национальном характере адыгов, менталитете.

Сравнительно-типологический метод, примененный при анализе «Путешествий...», подтверждает достоверность информации Э. Спенсера, что увеличивает ее ценность не только для широкого круга читателей, но и для профессиональных исследователей истории и культуры Северного Кавказа.

Пользуясь случаем, выражаю искреннюю признательность Джеваду Цею, президенту общества «Адыгэ Хасэ — центр» (г. Нью-Йорк), любезно подарившему эту книгу профессору Аскеру Гадагатлю в 1971 г.

Хотелось бы поблагодарить Сергея Абрамова, аспиранта Санкт-Петербургского педагогического университета, за консультации при работе над переводом.

Первое издание книги было осуществлено благодаря спонсорам Октику Хаткову (МП «Скиф») и Аслану Панешу (АО «Адыг-ЮРАК»).

Свою работу посвящаю светлой памяти моего деда — Юсуфа Кадыровича Намитокова — одного из первых ученых Адыгеи.

Найма Нефляшева



Текст воспроизведен по изданию: Эдмонд Спенсер. Путешествия в Черкесию. Майкоп. РИПО "Адыгея". 1994

ЭДМОНД СПЕНСЕР

ПУТЕШЕСТВИЯ В ЧЕРКЕСИЮ

TRAVELS IN CIRCASSIA

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

События, которые имели место в течение последних нескольких месяцев в Персии, Герате, и Индии, и их близкая связь с Черкесией и другими азиатскими странами Черного моря, которые недавно образовали поле моих странствий, заставили меня представить на рассмотрение публики дешевое и переработанное издание этой книги.

Так как завоевание Черкесии, по общему мнению, как бы далека она ни была, связано с безопасностью нашей Восточной империи, нам нельзя удивляться ни возрастающей важности этого, которую осознают люди всех политических убеждений, ни открытому пониманию того, с чем может быть связан ее возможный конец. В течение долгих лет неприметная Россия, не принимаемая в расчет спящей Европой, шаг за шагом преследовала свои планы подчинения Кавказа; но теперь, впервые благодаря свободной прессе Англии, знание о реальном положении этой интересной страны было передано в самые отдаленные уголки земли.

Патриотические усилия храбрых горцев по защите их скромных сердец от тисков захватчика и неравная борьба, в которую они так долго вовлечены (Последний год отмечен двенадцатью кампаниями русских против горцев Кавказа! Население в шесть миллионов против четырех! Захватчики не получили никаких результатов, кроме сооружения нескольких фортов на берегах Черного моря), высоко оцениваются, т. к. они этого заслуживают, и их дело завоевало симпатии каждого гуманного и просвещенного человека во всех частях цивилизованной Европы; и в Париже, и в Вене, в Берлине, Неаполе или Мадриде Черкесия является темой для дискуссий в каждом conversazione; самые горячие желания направлены к конечному успеху ее оружия, в то время как угнетатель, который хотел бы [7] разрушить ее, клеймится всеми эпитетами, которых заслуживает деспотичная жестокость.

Но будет ли полезным выражаемое негодование Европы, чтобы пресечь амбиции в их деятельности? Отстранит ли любая демонстрация публичного мнения, как сильна бы она ни была, могущественное правительство, подобное российскому, от проведения политики, когда интерес требует ее продолжения? Мы боимся, что нет. Поэтому очевидно, что дальнейшее вторжение России на территорию ее соседей должно быть встречено более грозным оружием — силой за силу.

Я — не адвокат войны, но каждый человек, знакомый с захватнической политикой России, должен сознавать, что пришло время, когда категорически необходимо для нас построить барьер против дальнейшего проникновения державы, которая грозит стать ужасным конкурентом — властным врагом.

Что касается моих путешествий через Крымскую Татарию и по Черному морю, этим я обязан любезности графа Воронцова, в то время генерала-губернатора Новороссии. Этот блестящий аристократ не только способствовал моим поездкам по территории страны, над которой он осуществлял почти суверенную власть, но и в любезнейшей манере пригласил меня сопровождать его в морских экспедициях, таким образом предоставив мне возможность посетить все русские порты и поселения на берегу Крыма, Черкесию и Мингрелию — страны, которые были до недавнего времени, большей частью, скрыты от появления иностранца.

Путешественник, который, возможно, выберет в качестве средства передвижения из Вены в Константинополь паровое судно, найдет в книге описание всякого объекта, достойного внимания на этом пути. Константинополь и его окрестности описываются с той тщательностью, с какой это позволяет сжатый sejour. Читатель также найдет различные интересные детали, связанные с Крымской Татарией и подробности обычаев, нравов и манер ногайских татар.

Будучи первым путешественником, который проник на территорию внутренней Черкесии, я пытался не упустить ни одного факта, который мог бы приоткрыть черты этой очень интересной страны или характера ее героических жителей,

Иллюстрации для книги были сделаны с натуры, [8] и карта Черного моря подготовлена с учетом самых улучшенных карт, опубликованных Русским Морским министерством, Сочинение будет основано на содержании самых различных добавлений, тщательно собранных мною во время путешествия и моих поездок через территорию стран и их ближайших окрестностей.

Земля, занимаемая конфедеративными князьями Черкесии, обозначенная как независимая от Кубани Саламахой, или рекой Бурзуклу, на границах с Мингрелией, соответствует границам, установленным на карте генерала Хатова, опубликованной по приказу русского правительства за несколько лет до Адрианопольского договора — важное признание, когда рассматривается, ссылаясь на это, вопрос о праве, которое Россия получила от Турции на Черкесию.

Расположение портов и поселений на берегу будет на карте абсолютно точным; но некоторые имеют два названия, турецкое и русское, и часто третье — черкесское; чтобы избежать недоразумения, я присваивал то, которое наиболее известно; в тех случаях, когда были неясности, я давал два.

Даже вне связи с политическими событиями красивые долины и горы Черкесии во всех отношениях рассчитаны на то, чтобы привлечь геолога, ботаника, минералога, географа и любителя природы.

Чтобы помочь путешественнику, который, может быть, пожелает посетить страну или в целях коммерции, или в целях науки, я присовокупил краткий словарь черкесского и татарского языка. Последний (татарский — Н. Н.) он найдет очень полезным, т. к. многие из черкесских вождей не знакомы с ним, но мы повсюду, во всех этих районах, встречаем крымских и ногайских татар, которые, при подчинении их страны Россией, спаслись бегством на Кавказ.

До того, как я закончу мои наблюдения для человека, который, может быть, будет путешествовать на Восток, я бы рекомендовал ему быть настороже по отношению к климату, пагубный эффект которого оказывался фатальным для конституции европейца. Тем не менее, должно согласиться с тем, что многие люди пали жертвой их собственной неосторожности скорее, чем болезни: хотя дизентерия, офтальмия, лихорадка, желчная болезнь и т. д., возникающие от определенных растений, зарослей, болот и солончаков, распространены во многих районах [9] Черного моря; нечего ждать опасности, если путешественник согласовывает свои действия, насколько обстоятельства позволят, с привычками туземцев и заботится, чтобы не выставить себя сырой прохладе вечера после дневной жары.

Путешественник en route должен быть более обычного воздержан, и то, что он ест, должно быть простейшего качества. Вина и спиртовых ликеров следует избегать и, в особенности, животной пищи; давайте будем помнить, что количество пищи, которое годится в холодном климате, может быть излишним для жаркого. Это правда, что утомление и долгое пребывание на солнце, несмотря на все предосторожности, расслабит организм и сделает его предрасположенным к болезни, но путешественник должен не поддаваться ни отчаянию, ни раздражительности, и я повторяю, ему следует воздерживаться от помощи бутылки, которая лишь вызывает кратковременную бодрость. Если, тем не менее, он столь несчастлив, что подвергся недомоганию, все угрожающие симптомы могут быть сняты за одну ночь при помощи самого простого метода лечения, относительно чего восхитительная книга Джонсона «Климаты» содержит всю информацию, которую путешественник может пожелать; и ни одному не следует покидать дом без нее.

Фактически, каждому человеку, который посещает Восток, следует в некоторой степени познакомиться с искусством лечения, детально — с использованием ланцета; также желательно, чтобы он взял бы с собой медикаменты, которые он найдет полезными не только для самого себя; но его характеристика как умелого хаккима (врача — Н. Н.) возвеличит его в глазах народа и будет вернейшим пропуском, чтобы их расположить. В Черкесии медицинское знание воспринимается не только как результат образования, но дар небес и тот, кто их удостоен, святой человек, оскорбить которого было бы святотатством.

Путешественник, который, возможно, решится на поездку через горные районы Черкесии, должен ясно осознавать, что не существует и слабейшего шанса получить комфорт цивилизованной жизни; и любому если он не может обойтись без этого, будет лучше остаться дома; в отличие от Европы и многих районов Востока, где тугой кошелек обеспечивает приют, здесь достаточно благодарности, если он получает кров. Это [10] происходит не из-за гостеприимства жителей, но из-за малочисленности населения, отсутствия дорог и мест, предназначенных для публичного отдыха. Ему следует, поэтому, запастись несколькими необходимыми вещами; такими как тент, покрывало для кровати, кастрюля для пищи, сумки с мукой для того, чтобы делать лепешки; кожаные бутылки для напитков вместе с кофемолкой, которая подбодрит его во время усталости, и оживит, когда скучно, и это действительно бесценная вещь для путешественника на Востоке.

Также необходимо знать, что ему следует запастись рекомендацией к некоторым вождям и старейшинам страны, которые, становясь его кунаками, будут нести ответственность перед своими соотечественниками за хорошее сопровождение иностранца и за то, что он — не русский шпион. Без этой предосторожности путешественник, после того, как спасся от русских крейсеров, обнаружит, что он должен бороться с другой опасностью — всеобщей враждебностью всего населения Черкесии, и он может считаться счастливым, если никахое худшее наказание не обрушится на него за безрассудство, кроме как продажа в рабство.

Эта строгая система обращения принята в последние годы конфедеративными князьями Черкесии по отношению к любому путешественнику, какой бы национальности или вероисповедания он ни был, вследствие того, что многочисленные русские шпионы привыкли проникать в страну замаскированными.

Лондон, май, 1839.

ПИСЬМО 14

Трудности, сопровождающие визит на Кавказ. — Властное влияние России в Турции. — Слабое государство Оттоманская империя. — Сочувствие турков черкесам. — Отправление в Черкесию на турецкой бригантине. — Преследуемые русским военным кораблем. — Неожиданное обнаружение. — Великолепный вид Кавказских Альп.

Я сейчас подготовил визит во внутреннюю Черкесию — визит, который мои друзья в Трапезунде 1 удостоили эпитета «опасное предприятие», т. к. я буду подвергнут не только боевым действиям русских крейсеров во время моего путешествия, но и алчности пиратствующих горцев по прибытии и, вероятно, буду задержан или продан как раб.

Это правда, все считали, серьезное предприятие. Трапезунд наводнен русскими агентами. Ни один корабль какой-либо нации не может покинуть гавань Эвксинского порта, над которым Россия провозгласила свое господство, без разрешения ее консула. Весь черкесский берег строго блокирован и к любому средству, взяточничеству и запугиванию, прибегают для цели получения приза — обладания этой прекрасной страной, столь важного для ее будущих завоеваний. Что касается самой Турции, тому, кто сомневается в ее унижающем раболепии перед русскими, следует прожить здесь несколько дней, чтобы убедиться, что она, фактически, провинция России. Она не может командовать в своих собственных портах, ее купцы не смеют торговать с кавказскими племенами под страхом быть потопленными или захваченными в плен: одним словом, Россия сейчас играет с Турцией игру, выигрышем в которой уже явились для России территории Крымской Татарии и Польши. [12]

Внутренние деления уже способствовали тому, что переворот последует быстро, раскалывая империи надвое — турки будут убивать турков, подобно татарам в Крыму, — и их султан, следуя шагам потомка Чингиз-хана, убежит за помощью к своему покровителю. И лишь стоит этому наступить, Россия сорвет маску, сорвет диадему со лба ее слабого «протеже», и таким образом заполучит империю, пребывающую в покое, когда Европа засвидетельствует с ужасом, что гордая птица Востока задушена ласками орла.

Настоящая неравная борьба, осуществляемая против пастушеских племен Кавказа, не стольку за ценность территории, сколько как pied de guerre 2 для будущих захватов, является частью той же самой политики. Можем ли мы, следовательно, удивляться подавляемому шепоту всеобщей вражды, которая слышится по всему Востоку при одном слове — Россия? Каждое преимущество, получаемое черкесами над их угнетателями, приветствуется жителем Востока, мусульманином, христианином или иудеем с самыми восторженными чувствами. Жертвенности и щедрости турков ради бедных горцев я мог бы привести много примеров, одинаково почетных для них и как для отдельных людей, и как для народа в целом; но, сделав это, я только подвергну этих благородных людей нападкам русской недоброжелательности.

При таких обстоятельствах было необходимо, чтобы я принял строжайшее инкогнито, т.к. незначительное подозрение в моих намерениях было бы достаточно эффективно, чтобы разрушить мои намерения,и я бы покинул по приказу турецкую империю в течение нескольких часов. Кроме того, т. к. моей целью было исключительно удовлетворение моего собственного любопытства, я отказался, впервые в жизни, от гордой привилегии по праву рождения быть англичанином. Делая это, я руководствовался двумя причинами: я не желал появиться среди кавказцев в моем истинном облике; т. к. мой визит мог бы тогда быть истолкован в качестве политически тенденциозного и коренными жителями, и русскими агентами - (Где их только не найдешь?), — тогда как выдавая себя за стамбульского Хаккима (врача — Н. Н.) — генуэзца, я не только избегал этой опасности, но открыл дорогу дружескому приему.

Я принял этот образ по совету турецкого офицера в Константинополе, который прожил некоторое время [13] среди черкесов, где он слышал, что они всегда говорили о генуэзцах в традиционной манере теплейшего восхищения; и в самом деле, ему я был действительно обязан за легкость, с которой я был в состоянии проникнуть внутрь Черкесии. Кажется, что генуэзцы, до разрушения их торговых учреждений в Эвксине турками, продолжали в течение веков выгодную торговлю с независимыми племенами Кавказа.

Несмотря на русских прислужников, которые так бдительно опекают действия османцев, я вскоре нашел турецкое судно, направляющееся в Черкесию, капитану которого я был лично представлен. Ветер был благоприятный, мы подняли все паруса и начали наше путешествие около полуночи. Наше судно не было той живописной посудиной, которую мы обычно видим под турецкими флагами, но по чистоте и аккуратности корабль выглядел как только покинувший порт Лондона: ни одна гайка, ни одна веревка не были не на своем месте и, в целом, оно показывало, что кораблестроитель, американец в Константинополе, был человеком незаурядного дарования в своей профессии, в то время как команда вполне заслуживала имени моряков.

Капитан, настоящий Геркулес в пропорциях, был облачен в турецкий костюм, его бронзовое, обветренное лицо показывало, что он много на своем веку поработал, и ужасный шрам через лицо придавал чертам его лица выражение свирепости. Число его матросов было также примерно вдвое больше, чем необходимо для управления его маленьким судном; тогда как четыре длинных пушечных жерла, сначала скрытые от любопытных взглядов, сейчас показывали их угрожающие дула, и количество оружия, аккуратно сложенного в строго морском порядке, давало мне некоторые опасения по поводу предназначения судна.

Я также узнал, что груз корабля — оружие и соль, предназначенные для независимых племен Черкесии, провозить которые было чернейшим грехом в глазах законов русской блокады; что касается меня, я не имел причины жаловаться, хороший стол был соблюден, капитан был неослабен в своем внимании, и строжайшая субординация поддерживалась среди экипажа судна.

Мы, вероятно, пробыли в море около 50 часов; величайший пик Кавказа, гигантский Эльбрус, был уже слабо различим на линии горизонта, когда мы [14] обнаружили, что за нами наблюдает русский бриг, который тотчас же, с поднятым парусом, начал нас преследовать. Мое положение в этот момент было не из приятных; я имел прекрасную возможность, учитывая воспламеняющийся характер груза, взлететь на воздух; или, если буду взятым в плен, что бы сказали мои русские друзья? Хотя мой визит был исключительно ради любопытства, он мог бы быть неправильно истолкован и, во всяком случае, причинить мне неудобство.

Но наш капитан был человеком с характером; он был готов к худшему и говорил о русских моряках с явным презрением; несмотря на это, в данном случае, он, казалось, считал благоразумие лучшей частью мужества, мы величаво промчались по ветру и вскоре оставили позади нашего спящего врага. Таким образом, наше мероприятие счастливо завершилось, не дойдя до рукопашной; и все же в нем был один недостаток, т. к. кроме потери времени, мы оказались далеко от места нашего назначения, близко к берегам Мингрелии, каждый дюйм который находится во владении России. Ночь, тем не менее, пришла; с сильным бризом мы снова устремились в сторону наших врагов, капитан уверял меня, что такой сильный бриз, как тот, что обдувает наши паруса, заставит все корабли русской флотилии бросить якорь. Он был прав; ибо мы даже не обнаружили призраков кораблей до того, как мы прибыли в Пшад.

Я понял от капитана, что до строгой блокады, учрежденной русским правительством, очень активные торговые отношения с черкесами осуществлялись жителями Трапезунда и других турецких портов Эвксина, но сейчас, по причине нарушения права народов, путем которого Россия присвоила себе навигацию на этих морях, множество трудолюбивых моряков было доведено до крайней нищеты. Некоторые смелые души, поощряемые безмерными прибылями, получаемыми от черкесских грузов, продолжают посещать страну, не боясь русских крейсеров: их количество, однако, за последнее время уменьшилось. Многие из их суден были захвачены на море, а другие сожжены в маленьких портах — Джука и Пшады.

Я видел несколько из этих маленьких барков в Трапезунде и других турецких портах, и из-за простоты их конструкции, и плохого устройства они не были рассчитаны на то, чтобы спастись от преследования врага или от шторма, будучи движимы лишь огромным угловым [15] парусом и полдюжиной гребцов. Капитан, который был обычно и владельцем судна и груза, содержал его экипаж во время путешествия; и вместо платы давал ему в заключении поездки, если она оказывалась успешной, одну треть дохода.

Капитан и экипаж нашей бригантины были такими смелыми людьми, как только можно, воинственными даже до свирепости; всему этому их тюрбаны, усы и красные шалевые пояса, набитые пистолетами и порохом, придавали дополнительный шарм.

Люди были, в большей части, французскими изменниками и, я подозреваю, занимались пиратством. Сам капитан, который уверял, что происходит от испанской матери и марокканского отца, бегло говорил по-итальянски и по-испански; и выглядел бы симпатичным парнем, если бы не было шрама, который так жестоко уродовал его лицо. Он развлекал меня во время путешествия, рассказывая эпизоды своей прошлой жизни, разнообразной многими превратностями, то на пике процветания, то снова доведенной до необходимости искать богатство на морских просторах. Он участвовал во многих кровопролитных боях, был свидетелем многих страшных сцен, потерял все при завоевании Алжира французами и получил страшную рану, следы которой так уродуют его лицо, при осаде Варны. Его меч обнажался на море и на земле в защиту великого Сеньора, к которому он, казалось, был очень привязан и был, в целом, большим поклонником турецкой натуры.

Вместе с турецким купцом в Константинополе он вложил все свое состояние в покупку этого судна и продолжал некоторое время самую выгодную торговлю с независимыми племенами Черкесии, которых он снабжал оружием, солью, легкими тканями, коленкором, кисеей и получал, по возвращении, время от времени прекрасных девушек, чтобы пополнить гаремы Константинополя, одновременно с продуктами страны, которая приносит самый выгодный доход.

Я теперь, по понятным причинам, закончу мой краткий обзор об этом необыкновенном человеке, чья жизнь и романтические приключения могли бы вполне составить основу самого интересного романтического повествования современности.

Таков его смелый дух, что даже в этот момент он полагается ради безопасности исключительно на скорость [16] своего суденышка, его собственное умение как моряка и собственную храбрость его и экипажа; и я чувствую уверенность, что, даже если он будет атакован превосходящей силой, борьба будет смертельной, но ни в коем случае невероятно, исходя из того, что я видел русских моряков, чтобы они оставили его победителем.

Следующее утро представило сцену столь бурной красоты, столь величественно возвышенную, что тот, кто однажды увидел это, никогда этого не забудет. Море вокруг нас окружено высокими горами; и, так как мы стояли далеко от берега, мы наслаждались прекрасным видом огромной гряды Кавказских Альп, образующих полукружие вдоль широкого горизонта, заканчиваясь, с одной стороны, меньшей горой Абазии и, с другой, обширной равниной Мингрелии.

В то же время вся цепь была скрыта от взгляда туманной дымкой, затем, в момент, показался величестАешрый ряд заснеженных пиков и горных хребтов, над которыми солнце излучает поток розового света. Это был колоссальный Эльбрус на 500 toises выше, чем швейцарский гигант Мон-Блан, впереди в одиноком величии. Появившаяся вершина казалась одинаково разделенной на два параллельных пика, что, вероятно, дало основание легенде, столь распространенной среди жителей Востока, что между ними проходил Ноев ковчег 3, чтобы достичь горы Арарат.

К великой цепи Альп были добавлены меньшие горные хребты, ограничивающие берега Верхней и Нижней Абазии и Черкесии и которыми, во время плавания с графом Воронцовым 4, я был столь восхищен за их великую высоту и обрывистость; тогда как они сейчас казались миниатюрными холмами по сравнению с изумительной цепью, которая возвышалась далеко-далеко над ними. Охватывая огромное зрелище с первого взгляда, вы находите ее закрученной в самые фантастические и романтические формы, которые бесконечно изменяются, в то время как вы скользите быстро вдоль.

Романтический облик страны увеличил вдесятеро мое желание увидеть ее изнутри и познакомиться ближе с бандой смелых горцев, которые, укрепившись траншеями за высокими Альпами, непроходимыми горами, не только одерживали в последние столетия победы над усилиями захватчиков, но и в более поздние времена сохраняли свою гордую независимость вопреки [17] вспыльчивым туркам и коварным русским, с одинаковым успехом отражая их искусные вылазки и бесчисленные легионы. Это были люди, которым я вот-вот должен был доверить свою безопасность: их представляли мне вероломными и жестокими, но я всегда считал, что смелый человек, и цивилизованный, и варвар, способен на благородные чувства; я поэтому отогнал все подозрения и с твердой уверенностью в их добропорядочность сошел на берег Пшады.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница