Допускаю к защите зав кафедрой Иконникова С. Н. 20 г. Выпускная квалификационная работа влияние Китая на традиционную культуру тангутов




страница1/6
Дата15.07.2016
Размер1.19 Mb.
  1   2   3   4   5   6
Министерство культуры Российской Федерации

Федеральное государственное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Санкт-Петербургский государственный университет культуры и искусств»

ФАКУЛЬТЕТ Мировой культуры

КАФЕДРА Теории и истории культуры

ДОПУСКАЮ К ЗАЩИТЕ

Зав. кафедрой __Иконникова С.Н.__

____________________________

«___»_________ 20__ г.

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА

Влияние Китая на традиционную культуру тангутов

Выполнил студент группы

__Цветков Дмитрий Владимирович__

Номер группы 24/2-528



_________________________________________________

(подпись, дата)


Направление подготовки (специальность)

_031401.65__Культурология


Профиль подготовки (специализация )

_Культура_и искусство Востока


Форма обучения

очная


Научный руководитель

_Прокуденкова Ольга Викторовна,

кандидат культурологи, доцент






_________________________________________________

(подпись, дата)



Рецензент

_Ляпкина Татьяна Федоровна,

доктор культурологи, профессор






________________________________________________

(подпись, дата)




Санкт-Петербург

2014


Оглавление

Введение…………………………………………………………………………3

Глава I.Китайский буддизм в государстве Западная Ся………………………7


  1. Тангутоведение как научная дисциплина востоковедения…………….7

  2. Китайский буддизм как феномен дальневосточной традиционной культуры…………………………………………………………………...21

  3. Буддизм как религиозная доктрина в тангутской культуре……………33

Глава II. Влияние китайской культуры на формирование тангутской письменной традиции…………………………………………………………...48

  1. Китайская иероглифическая письменность как элемент дальневосточной культуры………………………………………………48

  2. Тангутская письменная культура………………………………………..59

Глава III. Китайская традиция в тангутской художественной культуре……74

  1. Особенности тангутской живописи……………………………………...74

  2. Тангутская музыкальная традиция………………………………………83

Заключение……………………………………………………………………….94

Список литературы………………………………………………………………96



Введение

Актуальность. В условиях глобализации и тенденций к интеграции культур в современном социогуманитарном знании существует устойчивый интерес к постижению исторического прошлого и национальных особенностей той или иной культуры.

Межкультурное взаимодействии является одной из основных составляющих понимания культур стран Восточной Азии. Под Восточной Азией или Дальним Востоком, обычно, подразумевается 3 страны: Китай, Япония и Корея. Иногда к этой категории относят и Вьетнам, хотя географически он относится к Юго-Восточной Азии, но в культурном плане, также как Япония и Корея испытал сильное влияние со стороны Китая.

На протяжении многих столетий Китай являлся главным культурным центром этого региона. Из Китая в Японию, Корею и Вьетнам попала китайская иероглифическая письменность, китайский литературный язык вэньянь (кит. 文言), который, фактически стал языком культурной, научной и политической традиции во всей Восточной Азии как латынь в Европе. Через иероглифику и вэньянь народы, попавшие под культурное влияние Китая познакомились с классическими китайскими литературными произведениями.

Помимо этого, Китай оказал решающее влияние на религиозные традиции стран Восточной Азии. Это касается, в первую очередь, буддизма, главным образом, его китайского варианта, который лег в основу буддийской традиции многих соседних государств.

Также, огромное влияние на культуру и искусство стран Восточной Азии оказала китайская художественная традиция: архитектура, живопись, скульптура, каллиграфия, музыка и т.д.

Другие аспекты культуры Китая, к примеру, философия, система государственного управления, правовая система также оказали влияние на страны Дальнего Востока.

  Культура тангутского государства Западная Ся (Си Ся) представляет собой уникальный феномен синтеза местной автохтонной культуры с культурными традициями стран Центральной и Восточной Азии, главным образом, Китая и Тибета. В данной работе влияние китайской культурной традиции на тангутскую будет рассмотрено в трех аспектах: религиозная традиция (буддизм), письменная культура, художественная традиция.

Степень изученности данной проблемы.  На протяжении десятилетий, с момента обнаружения культуры государства Западная Ся, существует стойкий научный интерес к ее наследию.

Описательно-этнографическая литература исторически появилась раньше всех. Первые научные сведения о тангутах зафиксированы в путевых записках путешественников, исследовавших северо-западную часть современного Китая: Н.М. Пржевальский «Монголия и Страна тангутов», «Путешествия Г.Н. Потанина по Монголии, Тибету и Китаю», С.Гедин «В Сердце Азии», П.К. Козлов «Монголия и Амдо и мертвый город Хара-Хото», Aurel Stein M. «Serindia».

Исторические и лингвистические изыскания представлены трудами: Е.И. Кычанова «Очерк истории тангутского государства» и «История тангутского государства», К.Б. Кепинг «Апокриф о лянском У-ди в тангтуском переводе», «Цветообозначения в тангутском языке», «О названии тангутского государства» и «Трактат Сунь-цзы в тангутском переводе», Н.А. Невского «Тангутская филология», Н.А. Терентьев-Катанский «Музыка в государстве тангутов», К.Ф. Самосюк «Буддийская живопись из Хара-Хото».

Также немаловажный аспект исследования представляют работы, посвященные культуре, искусству и языку Китая : М.Е. Кравцова «История культуры Китая» и «История искусства Китая», А.Г. Сторожук «Введение в китайскую иероглифику», М.В. Крюков «Язык иньских надписей», Ч.П. Фицджералд «История Китая».

Так как буддизм являлся государственной религии тангутов и был заимствован ими из Китая, то важно рассмотреть работы по китайскому буддизм, среди которых: Е.А. Торчинов «Введение в буддологию: курс лекций» и «Путь философии Востока и Запада: Познание запредельного», К.Ю. Солонин «Обретение Учения. Традиция Хуаянь-Чань в буддизме тангутского государства Си Ся».

Работы по культуре и буддизму в Тибете: Н.Я. Бичурин «Описание Тибета и Хухунора», Островская Е.А. «Воины радуги: Институционализация буддийской модели общества в Тибете» .



Объектом исследования выступает влияние культуры Китая на культуру государства Си Ся.

Предметом исследования является письменное и материальное наследие культуры тангутского государства.

Цель и задачи данного исследования. Целью настоящей дипломной работы является изучение специфики формы воплощения традиционной культуры Китая в государстве Си Ся.

Данная цель конкретизируется в следующих задачах:

1. Рассмотреть этапы формирования китайской буддийской традиции и ее влияние на буддийскую традицию государства Си Ся.

2. Охарактеризовать китайскую письменную традицию и ее влияние на письменную культуру тангутского государства.

3. Проанализировать степень влияния китайской художественной культуры на тангутскую.

Хронологические границы исследования: 982-1227 гг.- период существования государства Си Ся.



Методология исследования. Теоретической основой построения диплома стала современная культурологическая и философско-историческая проблематика диалога культур, передачи культурной традиции и теория взаимодействия цивилизаций, разработанные в трудах Артановского, Иконниковой и Кагана.

Практическая значимость работы. Результаты и выводы исследования могут применяться при составлении курсов лекции, учебных пособий и при разработке методических рекомендаций и учебных программ по дисциплинам «История мировой культуры» и «История культуры стран Дальнего Востока», «История межкультурной коммуникации» и т.д.

Структура данной работы. Данная дипломная работа состоит из введения, трех глав и заключения.

Глава I. Китайский буддизм в государстве Западная Ся.

  1. Тангутоведение как научная дисциплина востоковедения

Тангутоведение - дисциплина востоковедения, занимающаяся изучением тангутов, народа, тибето-бирманской языковой группы и возникшем в результате объединения цяньских племен, проживавших на территории современной провинции Ганьсу и основавшем в X веке государство Западная Ся (кит. 西夏 Си Ся). «…единоплеменники Тибетцев, в начале VII века переселившиеся из Амдо в Китай под названием Дансян, в конце X века основали на северных пределах губерний Шань-си и Гань-су новое королевство, которое Китайцы, Монголы и Маньчжуры постоянно называли китайским именем Ся и Ся-го, а западные народы Тангутом»1. Государство Западная Ся является одним из тех государств, которые возникали на границе с Китаем, и обладали достаточной военной мощью чтобы подчинять себе часть китайской территории или захватывать власть над всем Китаем. «На окраинах расселения китайского этноса веками происходил процесс появления государств неханьских народностей»2. Это государство просуществовало около 200 лет и испытало сильное культурное влияние со стороны Китая и оказало влияние на весь Восточный Туркестан.

Первые письменные упоминания упоминания о тангутах в стречаются в китайских исторических хрониках и датируются XI-XII вв. Среди наиболее ранних памятников- труды придворных историографов династии Сун: Шэнь Ко (1031-1095 гг.) «Мэнци би тань» и труд Ли Дао (1115-1184 гг.) «Сюй цзы чжи тун цзянь чань бяо». Также, к таковым относятся работа Ван Чэна «Дун душ и люе» и «Лунпин цзи», составленная, предположительно, Цзэн Гуном.

К работам более поздних периодов относятся официальные истории династий Сун, Ляо и Цзинь, составленные в 40 гг. XIV века, в период правления монгольской династии Юань. В частности, петербургский востоковед К.Б. Кепинг отмечает что Тангутское государство 982-1227 гг.) известно в научной литературе под своим китайским назвнием, употребляемым в династийных историях- 夏国(宋史) или 西夏(辽史 и 金史). Однако, тангуты имели и собственное название для своего государства- phon mbin lh le, которое я предлагаю переводить как Великое государство Белого и Высокого3. Однако, упоминания о государстве Западная Ся в вышеупомянутых произведениях носят эпизодический характер, и встречаются только в главах, посвященных народам, живущим по соседству с Китаем.

Серьезное изучение историко-культурного региона, где проживали тангуты, началось в 1-й половине XIX века. Основоположником отечественного тангутоведения принято считать выдающегося русского китаиста Никиту Яковлевича Бичурина (отец Иакинф) (1777-1853гг.), знаменитый своими переводами китайских классических текс тов и в частности одним из первых опубликовал работу, посвященную северо-западному региону Китая «История Тибета и Хухунора», в который традиционно и были включены тангуты. Как отмечает Кепинг «круг использованных Н.Я. Бичуриным источников не охватил всех сведений о тангутах, имевшихся в династийных историях; его книга не может полностью удовлетворить в связном и достаточно полном изложении истории тангутского народа»4. В «Истории Тибета и Хухунора» были помещены переводы на русский язык некоторых китайских исторических документов, в которых упоминается тангутское государство. «Эти переводы не привлекли большого внимания мировой исторической науки, не вызвали они особого интереса даже тогда, когда в 1908-1909 гг. на южных окраинах пустыни Гоби, в мертвом городе Хара-Хото известный исследователь Центральной Азии П.К. Козлов нашел сотни рукописных и напечатанных способом ксилографии и даже наборным (подвижным) шрифтом книг на тангутском языке»5.

Тангуты, также, упомянуты в путевых записках знаменитого русского путешественника Николая Михайловича Пржевальского (1832-1888гг.) «Монголия и Страна тангутов», составленных им во время экспедиции в северный Китай, организованной Русским Географическим обществом в 1874 году. «Тангуты, или как их называют китайцы Си-фань, одноплеменны тибетцам. Они занимают гористую область Ганьсу, Кукунор, восточную часть Цайдама, но всего более, бассейн верхнего течения Хуанхэ, распространяясь от сюда до Голубой реки, а может быть и далее»6.

Другой русский путешественник Григория Николаевича Потанина, также оставил путевые заметки, в которых описываются тангуты. Исследователь, в первую очередь, указывает на то, что тангуты имеют иной антропологический тип, чем другие восточные азиаты. Например, в отличие от монголов и китайцев, тангуты более высокого роста, широкоплечие, с более густой растительностью на лице и более обильным волосяным покровом на теле. Помимо этого у тангутов более продолговатое лицо и менее выдающиеся скулы. Существуют различия и в костюме тангутов от центрального Китая: мужской и женский костюмы сходны между собой. «Одежда мужчин и женщин почти одинакова: халат до колен из синей китайской дабы, сукна или овчины; во всякое время года правый рукав спущен, так что рука и часть груди голые, белья не полагается. Мужчины носят войлочную шляпу, женщины спускают на спину широкое полотенце, отделанное раковинами, и носят бусы»7. Тангуты, в основном, живут в юртах, которые покрываются черным сукном из ячьей шерсти. В местностях, где ландшафт позволяет заниматься земледелием, тангуты живут в домах, напоминающих китайскую фанзу. Фанза- тип традиционного жилища, распространенный в Китае. Он представляет собой прямоугольное, как правило двух- или трёхкомнатное строение, каркасно-столбовое, с соломенными, саманными или кирпичными стенами и двускатной крышей из соломы, тростника или черепицы.

Из иностранных путешественников и ученых, писавших о тангутах, можно выделить шведского путешественника Свена Гедина, предпринявшего в 1894 году экспедицию, во время которой им были посещены Тибет, Памир и Восточный Туркестан, в которой им были составлены путевые заметки « В Сердце Азии», где , в частности, имеются сведения о быте тангутов- кочевников. По его описаниям, тангуты мало отличаются от монголов по своей внешности, по костюму и ведению хозяйства. «Типом тангуты, по крайней мере, в глазах тех, кто в видит их впервые, сильно напоминают монголов. Можно было бы даже принять их за монголов, если бы не другой язык и не другая конструкция кибитки»8. С.Гедин подчеркивает что основное отличие тангутского быта от монгольского заключается в устройстве кибитки (юрты). В отличие от монгольской юрты, которая имеет квадратное основание, тангутская в своем основании квадратная и имеет форму низкой усеченной пирамиды. Также, тангутская юрта в несколько раз просторнее монгольской.

В начале XX века был совершен серьезный прорыв в тангутоведении и изучении Центральной Азии в целом. Он связан с открытием русским путешественником, учеником Пржевальского, Петром Кузьмичем Козловым (1863- 1935гг.) мертвого города Хара-Хото, во время Монголо- Сычуаньской экспедиции в 1907-1909 гг. Первые упоминанаия о городе Хара-Хото (кит. Хэй шуй чен 黑水城 «Город Черной воды», танг. Идзин-ай) относятся к XII веку. Этот город расположен в низовье реки Эдзин-гол. Во время монгольского нашествия в XIII веке, в результате которого тангутское государство было уничтожено, Хара-Хото пострадал в меньшей степени, чем другие тангутские города. «Разорение, произведенное монголами в пределах тангутского государства было очень велико. Но город Хара-Хото, по-видимому, тогда не был полностью разрушен или, может быть, вскоре был восстановлен»9.

В путевых заметках, составленных П.К. Козловым говорится что высота стен Хара-Хото около 10 метров, а толщина- около 5 метров и весь город делится на главную улицу, к которой, в свою очередь, прилегают второстепенные. «Многие кумирни и другие помещения были разрушены до основания и имели вид плоских, закругленных возвышенностей…Фундамент кумирен был обыкновенно прочно, красиво выложен квадратным или полуквадратным обожженным кирпичом…»10.

Среди развалин Хара-Хото, в его северо-западной части был обнаружен субурган (реликварий, монгольская буддийская ступа), называемый также «Знаменитым» в основании которого была найдена библиотека, содержавшая множество, около 2000 - рукописных книг на тангутском языке, имевших форму свитков, помимо этого были обнаружены тексты на ксилографах. Высота этого сооружения составляла около 10 метров и оно состояло из трех частей: пьедестала, середины и полуразрушенного верха, имевшего форму конуса. «Он подарил экспедиции большое собрание, целую библиотеку книг, свитков, рукописей, множество образцов буддийской иконописи, исполненной в красках на толстом холсте, на тонких шелковых материях и на бумаге; среди массы книг и образцов живописи, нагроможденной в хаотическом беспорядке, там и сям попадались очень интересные металлические и деревянные, высокой и низкой культуры, статуэтки, клише, модели субурганов и многое другое»11. Большую часть обнаруженных там письменных памятников составляют сутры т.е. буддийская религиозная литература. Помимо этого, там были обнаружены двуязычные словари, благодаря чему тангутский язык удалось почти полностью дешифровать. «Очень интересное си-сяское письмо могло остаться тайною для науки, если бы не счастье, неизменно сопутствовавшее нам: среди множества книг был найден словарь, заключавший в себе, между прочим, и язык си-ся»12. В 1909 году Козлов вернулся из этой экспедиции в Петербург, а в 1910 году была открыта выставка предметов из города Хара-Хото. В настоящее время, рукописи, обнаруженные Козловым в Хара-Хото хранятся в ИВР РАН (Институте восточных рукописей Российской Академии наук), а предметы материальной культуры- в Государственном Эрмитаже.

В 1909 году выдающийся востоковед-индолог Сергей Федорович Ольденбург (1863 - 1934 гг.) организовал. Первую Турфанскую (Туркестанскую) экспедицию, которая была отправлена в район Турфанского оазиса, расположенного в Кашгаре (территория современного Синцзян-Уйгурсого автономного округа КНР) с целью изучения находившихся там древних буддийских памятников. В состав этой экспедиции вошли художники, этнографы, коллекционеры, среди которых были: специалист по центральноазиатскому искусству С.М. Дудин, картограф и фотограф Б.М. Ромберг, топограф и горный инженер Д.А. Смирнов, а также, инженер и архитектор В.С. Биркенбург.

В 1914 году Ольденбургом была организована Вторая Турфанская экспедиция, во время которой проводилось исследование буддийского храма Могаоку (кит. 莫高窟)в Дуньхуане (кит.敦煌) в провинции Ганьсу. Первым европейцем, попавшим в Дуньхуан был английский путешественник венгерского происхождения Марк Аурель Стейн (182-1943гг.). В период с 1906 по 1908 гг. он участвовал в экспедиции в Восточный Туркестан, во время которой им были обнаруженная «Пещеры Тысячи Будд» (кит.千佛洞Цяньфодон), расположенные на юго-востоке от Дуньхуана. В «Пещерах Тысячи Будд» была обнаружена библиотека, содержавшая, в общей сложности, около 40000 письменных памятников на китайском, тангутском, уйгурском, монгольском, санскрите, и многих других языках. Аурель Стейн сообщает: «…по этим письменным памятникам можно проследить политическую и этническую ситуацию в этом самом северо-западном регионе Китая в период династии Тан и период монгольской династии Юань»13. Самые древние письменные памятники, обнаруженные в «Пещерах Тысячи Будд» датируются 698 годом н.э. Среди этих письменных памятников встречаются стелы с надписями, рукописные манускрипты и ксилографы. Аурель Стейн пишет, что в конце VII века в этом районе, одной из пещер поселился буддийский наставник по имени Ло-Цунь, занимавшийся миссионерской деятельностью. Вскоре, к нему присоединился еще один наставник Фа-Лян.

Кроме манускриптов, Аурель Стейном обнаружил также множество образцов буддийской живописи на шелке, настенной живописи и скульптуры. «Обнаружение сотен прекрасных живописных произведений на шелке может открыть новую страницу в истории буддийской живописи, культивировавшейся в Центральной Азии и Китае, испытавшей сильное влияние со стороны гандхарской традиции…»14.

Вторым после него был французский китаист Поль Пелльо. Еще в 1900 году даосский наставник Ван Юань Лу обнаружил там библиотеку, в которую входили тексты на 7 языках, а в 1910 году состоялся вывоз содержимого дуньхуанской библиотеки в Пекин.

Серьезный вклад в тангутоведение внес Николай Александрович Невский (1892- 1945гг.)- выдающийся советский востоковед - китаист и японист. Путем сопоставления тангутских, китайских и тибетских текстов, ему удалось дешифровать и установить чтение значительного количества тангутских иероглифов. Еще до Н.А. Невского изучением тангутских текстов, находившихся в Институте востоковедения АН СССР занимались такие исследователи как Александр Иванович Иванов и Александр Александрович Драгунов. И, хотя они занимались разбором книг тангутского фонда, их работа в фонде не носила систематического характера.

Заслуга А.И.Иванова состоит, главным образом в том что, во время исследования тангутских рукописей и ксилографов им был обнаружен уже упомянутый ранее тангутско-китайский и китайско-тангутский словарь «Жемчужина в руке, отвечающая нуждам времени», составленный в 1190 году. Благодаря этому открытию, стало известно примерное звучание и смысл многих тангутских письменных знаков. Кроме того, этот словарь выполнял функцию двуязычного учебника. Его одинаково могли использовать как китайцы для изучения тангутского языка, так и тангуты для изучения китайского. «Находка «Жемчужины в руке…» практически сняла вопрос о дешифровке тангутского языка в узком, прямом смысле этого слова, т.е. отпала необходимость в первоначальных усилиях для определения значения и звучания каждого знака, усилиях, крайне затруднительных на первых порах работы, ибо, как мы теперь знаем, одна шестая часть тангутских знаков была в систематизированном и удобном для понимания через посредство китайского языка виде заботливо преподнесенном нам трудом Гулэ Маоцая»15. Однако, этот словарь не позволял свободно читать все тексты, написанные на тангутском языке. Для того чтобы получить возможность свободно читать тангутские тексты, было необходимо отыскивать оригиналы китайских и тибетских текстов, переведенных на тангутский язык, затем сопоставлять эти тексты с их тангутскими переводами, и на основе этих сопоставлений составлять словари- билингва, расширяя таким образом, запас известных слов. «Н.А. Невский расписал труды предшественников, словарь «Жемчужина в руке…», но…тангутские тексты «не заговорили». Слышалось лишь невнятное «бормотание», можно было в лучшем случае разобрать пятое или седьмое слово, а текст в целом оставался непонятен. Требовался словарь, полный каталог знаков, по возможности с наибольшим числом известных вариантов их значений»16.

В 1919 году А.И.Иванов подготовил к публикации словарь тангутских знаков, однако, этот словарь так и не был издан и, на сегодняшний день, его оригинал считается утерянным. Следует отметить что еще в 1914 году китайский коллега А.И. Иванова Ло Чжэнь-юй опубликовал несколько страниц этого словаря в Киото, в Японии. В том же году его сын Ло Фу-чан опубликовал статью «Краткий очерк письма Си Ся», в которой выдвигает гипотезу о том, тангутское письмо было создано на основе китайской иероглифики. В 1924 году он опубликовал этот словарь полностью в Тяньцзине. За год до этого А.И. Иванов опубликовал работу на китайском языке, где также отмечает родство китайского и тангутского письма, а также, подчеркивает что тангутская письменность, также как и китайская является иероглифической. В 1916 году, американский исследователь Б. Лауфер, на основе опубликованных Ивановым материалов по «Жемчужине в руке…», выдвинул гипотезу о принадлежности тангутского языка тибето-бирманской языковой группе, а также назвал тангутскую письменность одной из сложнейших в мире систем письма. «Работа проф. А.И. Иванова привлекла внимание американского исследователя Б.Лауфера, который проработал всю статью русского ученого, привлекая огромный сравнительно-лингвистический материал со всей широкой индо- китайской языковой арены и в 1916 г. опубликовал свое исследование в журнале Тун бао (Tong bao). Этой работой он определил положение тангутского языка в ряду других индо-китайских языков, указал на языки ло-ло и мо-со как на наиболее близкие из современных индо-китайских языков к языку си-ся и отнес эти три языка (си-ся, ло-ло и мо-со) к одной группе, названной им группой си-ло-мо 9 по начальным слогам названий этих языков»17.

А.А.Драгунов - китаист, известный в первую очередь, как автор реконструкции фонетики среднекитайского языка периода XIII-XIV вв., а также как исследователь грамматики и диалектов китайского языка. Он начал заниматься тангутоведением во второй половине 20-х гг. В 1929 году А.А. Драгунов опубликовал статью об особенностях транскрипции тангутских слов в «Жемчужине в руке…». Однако, после того как Н.А. Невский вернулся в Ленинград после продолжительного пребывания в Японии, Драгунов прекратил работу по изучению тангутского языка. «Возвращение Невского из Японии, возможно, послужило причиной отказа Драгунова от продолжения работы над тангутским языком. Невский приехал как автор ряда трудов по тангутоведению, снискавших ему славу лучшего специалиста в этой области, как человек, по убеждению его учителей и покровителей С.Ф.Ольденбурга, В.М. Алексеева и проф. Н.И. Конрада, единственно способный открыть миру тайну загадочных тангутских письмен»18.

Н.А. Невский продолжил начатую А.И. Ивановым и А.А. Драгуновым работу и был первым, кто начал систематизировать научный инвентарь фонда тангутской коллекции из города Хара-Хото, привезенной уже упомянутым ранее П.К. Козловым. Работа длилась в течение восьми лет. И, хотя Н.А. Невский разобрал лишь восьмую часть фонда, ему удалось систематизировать многие письменные памятники и выявить из них те, которые имеют наибольшую научную ценность, а также сопоставить большое количество китайских и тибетских текстов с их тангутскими переводами, тем самым значительно расширив словарный запас в тангутском языке. В изучении тангутского языка Н.А. Невский поставил три основные задачи: выявление смысловой составляющей каждого иероглифа; изучение структуры иероглифа т.е. поиск графем или знаков- детерминативов, являющихся составной частью иероглифа, определяющих его смысловую составляющую; выявление способа чтения иероглифа. Работая над дешифровкой тангутских текстов, Н.А. Невский разработал систему классификации тангутских иероглифов по ключам, которые находятся в левой и верхней частях иероглифа. Невский применил этот способ, взяв за основу систему поиска иероглифов по ключам в китайских и японских словарях по системе Розенберга-Васильева-Колоколова. Ему удалось определить около 30 детерминативов. Система определения детерминативов, предложенная Н.А. Невским, была позже заимствована его японским коллегой профессором Нисида Тацуо.

Н.А. Невскому удалось реконструировать фонетику тангутского языка путем наложения на источники, описывающие произношение в тангутском языке с тангутской точки зрения китайской и тибетской транскрипций тангутских слов. Этим же принципом руководствовался и Тацуо. Результаты работы по реконструкции тангутской фонетики Невский изложил в «Перечне тангутских идеографов ровного и восходящего тона». Даная работа не была опубликована и существовала лишь в виде черновых записей. Исследуя фонетику тангутского языка, Н.А. Невский обнаружил определенное сходство его начальных фонем с начальными фонемами в китайском языке. Нисида Тацуо не был согласен с данной точкой зрения, и предположил, что Н.А. Невский в своих исследованиях, сам того не зная, опирался на фонетические таблицы, составленные китайцами специально для тангутов, не имеющие никакого отношения к оригинальному тангутскому чтению. В 1926 году Н.А.Невский опубликовал работу «Краткое руководство к письменным знакам Си Ся с тибетской транскрипцией». Эта работа включала в себя 334 тангутских иероглифа, систематизированных по графемам, расположенным в левой и верхней частях иероглифа. «Теперь мы можем твердо сказать, что Н.А. Невский предложил использовать графический принцип классификации тангутских письменных знаков в их списках и в словарях по словарям мыслимого (воображаемого) квадрата»19. В 1928 году он пишет статью «О тангутских словарях», в которой описывает два типа тангутских словарей: «Гомофоны»- словарь омонимов и «Море письмен»- толковый словарь, составленный по рифмам. Таким образом, Н.А. Невскому принадлежит авторство реконструкции тангутского языка.

В результате проведенной работы, Н.А.Невскому удалось составить тангутский словарь на 6000 знаков. Значительная часть его научных произведений по тангутоведению была опубликована в двухтомнике «Тангутская филология». Работа Н.А. Невского получила международное признание. Иностранные коллеги Н.А. Невского, такие как американский исследователь Э.Д. Гринстед, чешский филолог К. Седлачек, а также японские ученые Окадзаки Сэйро и Исихама Дзюнтаро высоко оценивают проведенные им исследования и подчеркивают что его словарь на 6000 идеограмм является одним из важнейших достижений в мировом тангутоведении. «Работы советского ученого проф. Н.А. Невского над этими памятниками получили всеобщее признание и удостоены высшей награды – в 1962 г. ему посмертно присуждена Ленинская премия»20.

В начале 60-х гг., после выхода публикаций Н.А.Невского и Нисида Тацуо, в Китае была продолжена работа по изучению тангутов. В 1964 году, известный китайский тангутовед Ван Цзин-жу организовал исследовательскую группу, в которой участвовали такие исследователи как Чан Шу-хун, Бай Бинь, Чэнь Бинь-инь, Лю Юй-цюань, Ли Чэн-сянь, Су Бай и Ши Цзинь-бо.

Большая заслуга в изучении тангутов принадлежит выдающемуся советскому и российскому китаисту Евгению Ивановичу Кычанову (1932- 2013 гг.), доктору исторических наук, главному научному сотруднику ИВН РАН. Е.И. Кычанов начал заниматься тангутикой в 1959 году. Цель его работы заключалась в завершении работы, начатой А.И. Ивановым и Н.А. Невским. В 1962 году, он, совместно в М.В.Софроновым, приступил к изучению фонетических таблиц тангутского языка. Результаты данных исследований были опубликованы в работе «Исследования по фонетике тангутского языка», в 1963 году, где были описаны источники реконструкции тангутской фонетики. В том же году Кычановым было опубликовано научно-популярное произведение «Звучат лишь письмена».

Е.И. Кычанов является автором фундаментальной работы по тангутоведению «Очерк истории Тангутского государства», которую он защитил в качестве докторской диссертации. В этой работе впервые были систематизированы сведения об истории государства Западная Ся. «Этот труд впервые в мировой науке представил историю тангутов с момента зарождения до трагической гибели в 1227 году. Подобное освещение получили вопросы этногенеза, становления и упрочнения государства Западное Ся, его политической, экономической и военной истории, а также особенности самобытной культуры, религии и письменности тангутов»21. Е.И. Кычанов, также, является автором перевода ряда текстов с тангутского языка, таких как сборник тангутских пословиц «Вновь собранные драгоценные парные изречения», свод тангутских законов «Изменённый и заново утверждённый кодекс девиза царствования Небесное процветание (1149—1169)», «Море значений, установленных святыми», «Записи у алтаря о примирении Конфуция» и т.д. Кроме того Е.И. Кычанов – автор - составитель тангутско-русско-англо-китайского словаря, опубликованного в 2006 году в Японии. В 2008 году выше сборник статей Е.И. Кычанова «История тангутского государства». Данная работа хорошо отображает историю исследования тангутского государства. «Публикация статей разных лет имела не только фундаментально-научное значение, но и показывала динамику исследования проблемы, пути совершенствования переводов и интерпетации источников, изменения в подходах к изучению цивилизации тангутов».

Среди современных тангутоведов, помимо Кычанова, следует, также, выделить такую исследовательницу как Ксения Борисовна Кепинг (1937-2002 гг.). Также как и Е.И. Кычанов, К.Б. Кепинг по образованию была китаист и являлась сотрудником Ленинградского филиала Института Востоковедения АН СССР (впоследствии Института Восточных рукописей РАН). К.Б. Кепинг и Е.И. Кычанов много работали совместно. Также, К.Б. Кепинг сотрудничала с такими исследователями как В.С. Колоколов и А.П. Терентьев-Катанский. Ксения Борисовна Кепинг является автором ряда статей и монографий, посвященных тангутскому языку, истории и культуре.

Ею было опубликовано большое количество письменных памятников на тангутском языке, таких как словарь «Море письмен», «Сунь-цзы в тангутском переводе», «Лес категорий», «Вновь собранные записки о любви к младшим и почтении к старшим» и т.д. Среди работ К.Б. Кепинг можно выделить такие как «Цветообозначения в тангутском языке», «The autumn wind» by Han Wu-di the min-ya (tangut) translation» («Осенний ветер» Хань У-ди в тангутском переводе»), «Апокриф о лянском У-ди в тангтуском переводе», «The Name of the Tangut statе” («Название тангутского государства») и т.д.

Еще один исследователь в области тангутоведения- Анатолий Павлович Терентьев-Катанский (1934-1998 гг.). Как Е.И.Кычанов и К.Б. Кепинг А.П. Терентьев-Катанский был китаист и является автором ряда работ по культуре Китая, наиболее известной из которых является «Китайский бестиарий». Занимаясь тангутоведением, он опубликовал многие письменные памятники на тангутском языке среди которых- «Море письмен» (совместно с К.Б. Кепинг) и «Иероглифическая смесь»- тангутский словник. Помимо этого, А.П. Терентьев-Катанский опубликовал множество монографий по культуре тангутского государства: «Книжное дело в государстве тангутов», «С Востока на Запад: Из истории книги и книгопечатания в странах Центральной Азии VIII—XIII веков» , «Материальная культура Си Ся». Кандидатская диссертация А.П. Терентьева-Катанского была посвящена книжной культуре Си Ся и называлась «Книга из Хара-Хото как памятник тангутской культуры XI—XIII вв.».

  1   2   3   4   5   6


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница